Одним из наиболее важных индикаторов благополучия общества является состояние здоровья работающего населения. Смертность трудоспособного населения в РФ превышает аналогичный показатель в странах Евросоюза в 3,5 раза [1], при этом смертность мужчин трудоспособного возраста превышает смертность женщин этого же возраста в 5—7 раз. В последние годы прогрессируют социально зависимые и профессионально обусловленные нарушения здоровья населения (дезадаптационные синдромы, психосоматические заболевания и др.). Ряд особенностей производственной деятельности (десинхронизация биологических ритмов вследствие сменного характера работы, необходимость сохранения высокой концентрации внимания в условиях монотонной деятельности, экстремальные ситуации) обусловливают развитие психосоматических расстройств, среди которых наиболее часто встречается патология сердечно-сосудистой системы — артериальная гипертензия, ранний атеросклероз, инфаркт миокарда, инсульт [2]. Неблагоприятные производственные факторы могут являться триггерами формирования заболеваний сердечно-сосудистой системы, в частности артериальной гипертензии (АГ), мультифокального атеросклероза, способствуя тем самым росту частоты цереброваскулярных заболеваний [3—5].

Заболеваемость инсультом в РФ за последние 10 лет увеличилась на 30%, составив 3,36 случая на 1000 населения в год [6]. Показатели заболеваемости увеличиваются с возрастом и достигают у пациентов 45—54 лет 1,0 случая на 1000 населения в год, удваиваясь каждое последующее десятилетие жизни [7]. Большой социально-экономический ущерб, возникающий вследствие инсульта, требует мер эффективной его профилактики, в частности устранения факторов риска [8, 9].

Цель исследования — изучение факторов риска развития инсульта у мужчин разных возрастных групп, подвергающихся воздействию неблагоприятных производственных факторов.

Обследованы 411 мужчин, работавших на момент заболевания, в возрасте от 30 до 65 лет, госпитализированных в неврологические отделения ГБУЗ НСО «Городская клиническая больница № 1» Новосибирска по поводу инсульта. Из них 335 имели профессиональные вредности (общая и локальная вибрация, производственный шум, токсико-пылевой фактор, электромагнитное излучение) в течение более чем 5 лет (основная группа). Группу сравнения составили 76 мужчин с инсультом, сопоставимых по возрасту, не подвергавшиеся воздействию неблагоприятных производственных факторов. В соответствии с классификацией ВОЗ пациенты были разделены по возрасту: от 25 до 44 лет — молодой возраст, от 45 до 59 лет — средний возраст, от 60 до 74 лет — пожилой возраст. В основной группе оказались 26 (7,7%) больных молодого, 203 (60,6%) — среднего и 106 — (31,7%) пожилого возраста; в группе сравнения: 9 (11,8%) пациентов молодого, 42 (56,8%) — среднего и 25 (31,4%) пожилого возраста.

На каждого пациента заполнялась карта исследования, в которую вносились данные о возрасте пациента, месте работы и профессии на момент заболевания, имеющихся вредных производственных факторах, стаже работы. Использовались стандартные методы обследования, оценка неврологического дефицита при госпитализации проводилась по шкале NIHSS, обследование включало КТ/МРТ головного мозга, ЭКГ, дуплексное сканирование сосудов шеи, определение показателей углеводного и липидного обмена.

Результаты обработаны параметрическими и непараметрическими статистическими методами, за достоверные принимались различия при р<0,05.

В обеих группах (основной и сравнения) достоверно (р<0,05) преобладали лица среднего возраста — 60,6 и 56,8%. Больных с инсультом молодого возраста в основной группе было несколько меньше — 7,7%, чем в группе сравнения — 11,8%, тогда как среди лиц среднего возраста их число увеличивалось.

Распространенность АГ составила 100,0% в обеих группах. Частота курения была значительно выше среди мужчин основной группы — 63,3% (группа сравнения — 44,7%, р<0,05). Избыточное употребление алкоголя также превалировало в основной группе — 34,9% (группа сравнения — 9,2%, р<0,001). Частота ИБС, в частности стенокардии напряжения, была выше (р<0,05) в основной группе — 24,5% (в группе сравнения — 15,8%). Значимых различий по частоте фибрилляции предсердий (ФП) и постинфарктного кардиосклероза (ПИКС) в исследуемых группах не выявлено: основная группа — 10,7 и 9,3%, группа сравнения — 11,8 и 9,2% соответственно. Частота дислипидемии (ДЛП) составила 63% в основной группе, что достоверно превышало показатель группы сравнения — 37,9% (р<0,05). Частота сахарного диабета (СД) в исследуемых группах не отличалась: в основной группе — 9,3%, в группе сравнения — 17,1% (р>0,05).

При сравнении структуры факторов риска инсульта в молодом возрасте в зависимости от вида производственного фактора установлено, что АГ и курение встречались у всех больных основной группы (табл. 1). Курящими оказались все пациенты с такими вредностями, как токсико-пылевой фактор и производственный шум (в группе сравнения — 55,5%; р<0,05). Все молодые мужчины основной группы, подвергавшиеся влиянию локальной вибрации, злоупотребляли алкоголем (в группе сравнения — 22,2%; р<0,05). Заболевания сердца (ИБС и ФП) превалировали у мужчин, имевших контакт с электромагнитным излучением. ИБС, ПИКС были выявлены только у больных, подвергавшихся влиянию общей вибрации. ДЛП определялась у всех больных, подвергавшихся влиянию производственного шума и токсико-пылевого фактора (в группе сравнения — 44,4%; р<0,05). СД имелся только у молодых мужчин, подвергавшихся влиянию локальной вибрации, — у 33,3% (в группе сравнения — 11,1%, р<0,05).

Среди больных основной группы среднего возраста (табл. 2) курящими чаще были мужчины, подвергавшиеся сочетанному влиянию шума и вибрации (82,7%), значительно реже — подвергавшиеся воздействию электромагнитного излучения — 55,2% (в группе сравнения — 40,5%; р<0,05). Алкоголем чаще злоупотребляли мужчины, подвергавшиеся влиянию общей вибрации и токсико-пылевого фактора (55,5 и 50,0% соответственно, в группе сравнения — 12,0%; р<0,05). ИБС, стенокардия напряжения преобладали у больных среднего возраста, подвергавшихся влиянию производственного шума и токсико-пылевого фактора — 31,3 и 31,25% соответственно (в группе сравнения — 12,0%; р<0,05). ФП превалировала у мужчин, имеющих контакт с производственным шумом, — у 18,7%, а ПИКС — у мужчин, имеющих контакт с локальной вибрацией, — у 11,6%. В обоих случаях не было достоверных отличий от группы сравнения — 14,3 и 12,0% соответственно. Было установлено преобладание ДЛП у всех пациентов основной группы, за исключением подвергавшихся воздействию электромагнитного излучения при сопоставлении с группой сравнения. СД чаще встречался у мужчин среднего возраста, контактировавших с общей вибрацией (у 11,1%) и электромагнитным излучением (у 10,3%), по сравнению с остальными производственным группами (в группе сравнения — у 12,0%).

Распространенность курения среди мужчин пожилого возраста преобладала в основной группе, за исключением мужчин, имевших контакт с локальной вибрацией (47,6%, в группе сравнения — 48,0%) (табл. 3) и подвергавшихся сочетанному воздействию шума и вибрации (38,5%, р<0,05). Случаев злоупотребления алкоголем не было у мужчин пожилого возраста из группы сравнения, они наиболее часто наблюдались среди мужчин, подвергавшихся влиянию токсико-пылевого фактора (40,0%), реже — у имевших контакт с шумом и вибрацией (15,4%). ИБС достоверно преобладала у мужчин пожилого возраста, имевших контакт с общей вибрацией, шумом и подвергавшихся воздействию токсико-пылевого фактора и электромагнитного излучения (42,8, 48,1 и 60,0 и 36,8% соответственно), при сопоставлении с группой сравнения (28,0%). ФП отсутствовала у мужчин, подвергавшихся влиянию общей вибрации и электромагнитного излучения. ФП и ПИКС чаще встречались среди мужчин, имевших контакт с токсико-пылевым фактором (30,0 и 40,0% соответственно; р<0,05), при сопоставлении с пациентами, подвергавшимися воздействию других вредных факторов, и группой сравнения (12,0 и 4,0% соответственно). ДЛП наиболее часто регистрировалась у мужчин, имевших контакт с производственным шумом и электромагнитным излучением (74,1 и 79,0% соответственно, в группе сравнения — 68,0%). СД среди мужчин пожилого возраста преобладал в группе сравнения — 28,0%.

Таким образом, АГ имелась у всех больных основной группы вне зависимости от вида производственного фактора вредности. Частота курения во всех возрастных группах была высокой, максимальной — у молодых больных, имевших контакт с шумом и токсико-пылевым фактором. Отмечено уменьшение факта употребления алкоголя с возрастом во всех производственных группах. У больных молодого возраста заболевания сердца были представлены ревматическими пороками сердца, в среднем и пожилом возрасте — ИБС (стенокардией напряжения). Частота Ф.П. снижалась с возрастом у мужчин, подвергавшихся влиянию общей и локальной вибрации, производственного шума и электромагнитного излучения. Частота ПИКС преобладала у мужчин пожилого возраста при всех производственных факторах. ДЛП преобладала у больных среднего возраста, имевших контакт с общей и локальной вибрацией, и при сочетанном воздействии шума и вибрации и у молодых больных, подвергавшихся влиянию шума и токсико-пылевого фактора. При воздействии электромагнитного излучения частота ДЛП увеличивалась пропорционально возрасту. СД чаще выявлялся у молодых мужчин, имевших контакт с локальной вибрацией.