Ультразвуковая диагностика антенатальной нейроинфекции

В настоящее время все больший интерес приобретает выяснение роли внутриутробной нейроинфекции в структуре перинатальных повреждений мозга и причинах возникновения неврологической инвалидности с детства [1].

Возрастание частоты выявления внутриутробных инфекций в перинатологии связано с появлением более информативных методов диагностики, включая 3D/4D-ультразвуковое исследование, и расширением спектра изучаемых возбудителей [2, 3].

Инфекционные повреждения ЦНС у плода часто приводят к тяжелым и не всегда поправимым последствиям. Внутриутробная нейроинфекция может манифестировать у новорожденного как тяжелой неспецифической неврологической симптоматикой сразу после рождения (коматозное состояние, судороги), так и незначительными проявлениями, замаскированными недоношенностью и незрелостью или интраперинатальными осложнениями [4, 5]. Следует признать, что проблема диагностики и лечения врожденной нейроинфекции остается нерешенной и является одной из актуальных задач в современной медицине [1, 3].

Целью нашего исследования явилось изучение рациональных подходов к совершенствованию эхографической диагностики нейроинфекции у плода.

В последние годы на базе Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии им. акад. В.И. Кулакова разработаны и внедрены в практику новые методические приемы эхографического обследования мозга у плода и новорожденного. Прежде всего это мультиплоскостная методика сканирования головного мозга у плода и новорожденного, а также 3D/4D-эхография, которые позволили успешно экстраполировать обнаруженные эхографические признаки нейроинфекции у новорожденных на плод.

Произведен ретроспективный анализ 88 ультразвуковых исследований у 79 беременных. У всех женщин при исследовании были отмечены различные ультразвуковые маркеры внутриутробной инфекции. При этом среди 32 беременных (1-я группа) отмечены кальцификаты в паренхиматозных органах в 14 (43,8%) случаях (рис. 1),

У остальных 47 беременных (2-я группа) выявлены различные ультразвуковые маркеры нейроинфекции.

Возраст матерей в обеих группах находился в пределах от 18 до 41 года, в среднем составлял 28,6±6,2 и 27,1±5,1 года соответственно. Различия в возрасте по группам недостоверны (р>0,05). Первобеременные в обеих группах составили соответственно 46 и 44%. Число первородящих в обеих группах было выше, чем повторнородящих: 68 и 63,2%.

Эхографическое обследование плодов производилось при помощи различных ультразвуковых приборов с использованием как трансабдоминального, так и трансвагинального доступов датчиками с частотой 3,5-7,5 МГц. В части исследований использовалось также 3D/4D-оборудование. После обычного акушерского ультразвукового обследования у всех плодов производилось сканирование головного мозга плода с использованием трех взаимно перпендикулярных плоскостей (горизонтальной, фронтальной, сагиттальной), при этом в каждой плоскости отмечались особенности эхографической картины. При использовании 3D/4D-сканирования основное внимание уделялось анализу стандартных сагиттальных и фронтальных плоскостей.

В ходе проведенных исследований установлено, что в 1-й группе во всех случаях развитие структур ЦНС у плодов соответствовало гестационному возрасту. Аномалии развития головного мозга отмечены не были. У 28 (87,5%) новорожденных из этой группы наблюдались различные варианты дезадаптации после родов (синдром дыхательных расстройств, морфофункциональная незрелость, задержка развития, общий отечный синдром и т.д.). Все новорожденные были переведены на второй этап выхаживания. Летальных исходов не отмечено.

Во 2-й группе у 4 (8,5%) беременных проявление нейроинфекции выявлено в середине II триместра (рис. 2, 3),

У 43 (91,5%) женщин проявление нейроинфекции установлено в III триместре беременности (рис. 4, 5),

У 31 (66%) женщины в III триместре обнаружены малые формы нейроинфекции (субэпендимальные кисты, минерализационная васкулопатия, начальные проявления наружной и внутренней гидроцефалии, увеличение полости прозрачной перегородки и наличие в ее просвете атипичных септ, субэпендимальные кровоизлияния) (рис. 6, 7).

Отмечена достоверная зависимость между тяжестью эхографической картины нейроинфекции у плодов и исходами общего клинического, а также неврологического статуса у новорожденных.

Особая роль принадлежала возможности эхографического выявления кальцификатов в перивентрикулярной и субэпендимальной областях, базальных ганглиях или других отделах большого мозга. Успешное пренатальное выявление нейроинфекции оказалось возможным только при использовании мультиплоскостной методики сканирования или 3D/4D-исследования, которые по своим возможностям не уступают постнатальному ультразвуковому обследованию мозга. Общепринятые горизонтальные плоскости сканирования головки у плода не позволяли оценить или провести сравнения эхогенности различных отделов мозговых структур.

1. Обнаружение эхографических признаков нейроинфекции у плода наряду с другими маркерами внутриутробной инфекции или без них в значительной степени ухудшает прогноз для жизни и здоровья ребенка.

2. Наличие малых форм нейроинфекции у плода позволяет отнести будущих новорожденных к группе высокого риска развития инфекционных осложнений после рождения.

3. Выявление нейроинфекции во II триместре беременности является высоким риском летального исхода у плода или новорожденного.