Введение

Аугментационная мастопексия с T-инвертированным доступом сочетает увеличение объема молочной железы имплантами и коррекцию птоза, что предъявляет повышенные требования к технике операции [1, 2]. В рамках одного вмешательства необходимо обеспечить репозицию сосково-ареолярного комплекса, сформировать стабильный контур молочной железы и создать надежную поддержку тканей нижнего полюса [3].

Одной из проблем при выполнении аугментационной мастопексии является недостаточная устойчивость нижнего полюса, что может приводить к дистальному смещению импланта и контурным деформациям. Эти изменения, как правило, связаны с перерастяжением тканей и недостаточной толщиной мягкотканного покрытия, особенно в нижних отделах молочной железы [3].

Для повышения стабильности результата предложены методы, направленные на усиление тканевой поддержки, включая использование локальных лоскутов. В частности, применение расщепленного фасциально-гландулярного лоскута (РФГЛ) позволяет сформировать дополнительный слой тканей в области нижнего полюса и обеспечить более надежное укрытие импланта [4].

При этом остаются ограниченными данные о результатах применения этой техники, оцененных с использованием показателей, сообщаемых пациентами. В последние годы в хирургии молочной железы все чаще применяют оценку исходов, сообщаемых пациентами (patient-reported outcomes — PROs), позволяющую оценить удовлетворенность и различные аспекты качества жизни после вмешательства [5]. Опросник BREAST-Q является валидированным инструментом, предназначенным для количественной оценки этих показателей [6].

По данным опубликованных исследований, аугментационная мастопексия сопровождается высокими показателями удовлетворенности, однако их динамика в отдаленные сроки может варьировать [7, 8]. Крупное латиноамериканское многоцетровое исследование, включающее более 1000 пациенток, показало, что удовлетворенность после аугментационной мастопексии имеет тенденцию к снижению с течением времени, причем ключевыми детерминантами являются индекс массы тела (ИМТ) и качество коммуникации между хирургом и пациенткой. Результаты исследований свидетельствуют о том, что использование местных лоскутов для укрепления нижнего полюса способно улучшать долгосрочную стабильность формы и поддерживать высокие показатели удовлетворенности по данным BREAST-Q [9].

В то же время данных о влиянии техники с применением местного лоскута на субъективное восприятие послеоперационных результатов пациентками с помощью опросника BREAST-Q в сравнении со стандартной методикой в литературе описано недостаточно.

Цель исследования — сравнить показатели удовлетворенности внешним видом груди, сексуального и физического благополучия по данным опросника BREAST-Q через 12 мес после T-инвертированной аугментационной мастопексии с применением расщепленного РФГЛ и без его использования.

Материал и методы

Одноцентровое проспективное исследование проведено на базе АО «Институт пластической хирургии и косметологии» в соответствии с положениями Хельсинкской декларации. Протокол исследования одобрен локальным этическим комитетом (протокол №4 от 04.04.2024). Все пациентки предоставили письменное информированное добровольное согласие на участие в исследовании.

Критерии включения: пациентки, которым выполнена операция T-инвертированной аугментационной мастопексии.

Критерии исключения: активное курение, ИМТ >30 кг/м², злокачественные новообразования молочных желез в анамнезе, коагулопатии, аутоиммунные заболевания, сахарный диабет, предшествующие операции на молочных железах, психические расстройства.

В анализ включены пациентки, которым выполнена операция T-инвертированной аугментационной мастопексии в период с мая 2023 г. по март 2025 г. Показания к операции включали птоз молочной железы II—III степени по P. Regnault, избыток кожного покрова и расстояние от сосково-ареолярного комплекса до инфрамаммарной складки >6 см [10, 11].

Всего критериям включения и исключения соответствовало 96 пациенток. В зависимости от примененной хирургической техники пациентки распределены на две группы: с использованием РФГЛ и без его применения. В группе с РФГЛ было 47 пациенток, из которых 40 завершили анкетирование BREAST-Q на обоих этапах (до и через 12 мес после операции) и включены в анализ. В группе без использования лоскута было 49 пациенток, из которых 45 завершили анкетирование и вошли в анализ.

В анализ включено 85 пациенток в возрасте 32—48 лет (средний — 38,0±5,2 года) с ИМТ 21—27 (среднее значение 24,0±3,0) кг/м².

Для оценки результатов, сообщаемых пациентами, использовали опросник BREAST-Q (модуль Augmentation, версия 2.0), представляющий собой валидированный инструмент оценки удовлетворенности и качества жизни после операций на молочной железе [12]. Анализ проведен по трем шкалам: удовлетворенность внешним видом груди (Satisfaction with Breasts); сексуальное благополучие (Sexual Well-being); физическое благополучие в области груди (Physical Well-being).

Анкетирование выполнено дважды: до и через 12 мес после операции.

Статистический анализ проведен с использованием программного обеспечения StatTech, версия 4.12.2 (ООО «Статтех», Россия). Соответствие распределения количественных данных нормальному распределению оценивали с использованием критерия Шапиро—Уилка. Данные представлены в виде медианы и межквартильного размаха (Me [Q1; Q3]). Для сравнения независимых групп (группа РФГЛ и группа без РФГЛ) по предоперационным и послеоперационным показателям применяли критерий Манна—Уитни, для сравнения зависимых выборок — непараметрический критерий Вилкоксона. Различия считали статистически значимыми при уровне p<0,05. Размер эффекта оценивали с использованием коэффициента r, рассчитанного по z-статистике критерия Вилкоксона.

Результаты

Межгрупповой анализ исходных данных показал сопоставимость предоперационных показателей по трем модулям шкалы BREAST-Q (табл. 1). До операции статистически значимых различий между группами по всем шкалам опросника BREAST-Q не было. Через 12 мес после вмешательства у пациенток обеих групп зарегистрировано улучшение показателей по сравнению с исходным уровнем. Вместе с тем при межгрупповом сравнении послеоперационные значения всех трех шкал оказались выше в группе с применением РФГЛ: удовлетворенность внешним видом груди — 85,0 [77,0; 91,0] и 74,0 [68,0; 80,0] балла (p<0,001), сексуальное благополучие — 79,0 [73,0; 90,0] и 71,0 [64,0; 77,0] балла (p<0,001), физическое благополучие — 73,5 [64,5; 85,3] и 67,0 [60,0; 73,0] балла (p=0,003) соответственно.

Таблица 1. Показатели BREAST-Q до и через 12 мес после операции

В табл. 2 представлены величины медианы прироста (Δ) и размер эффекта (r). У пациенток группы РФГЛ изменения по шкалам удовлетворенности внешним видом груди и сексуального благополучия были более выраженными, чем у пациенток группы без использования местного лоскута. По шкале физического благополучия положительная динамика отмечена у пациенток обеих групп. Размер эффекта по шкалам удовлетворенности внешним видом груди и сексуального благополучия в обеих группах соответствовал крупному, по шкале физического благополучия — умеренному.

Таблица 2. Изменение показателей по шкале BREAST-Q через 12 мес у пациенток исследуемых групп

Таким образом, хирургическая коррекция у пациенток обеих групп сопровождалась улучшением показателей по опроснику BREAST-Q, однако более высокие послеоперационные значения получены при использовании РФГЛ. Эти результаты согласуются с данными нашего параллельного исследования, в котором в группе РФГЛ были меньше частота рецидива птоза, а также деформации bottoming-out.

Обсуждение

Данное исследование представляет сравнение субъективных результатов, оцениваемых с помощью валидированного опросника BREAST-Q (модуль аугментации), между двумя сопоставимыми когортами пациенток после T-инвертированной аугментационной мастопексии. Показано, что через 12 мес после операции улучшение показателей по опроснику BREAST-Q отмечено у пациенток обеих групп. Это позволяет рассматривать хирургическую коррекцию как эффективный подход с точки зрения результатов, сообщаемых пациентками. Вместе с тем межгрупповое сравнение показало, что послеоперационные значения всех трех шкал были выше у пациенток, которым операцию выполняли с применением РФГЛ.

Наиболее выраженные различия между группами получены по шкале удовлетворенности внешним видом груди (85 баллов в группе РФГЛ и 74 балла в группе без местного лоскута). Это позволяет предположить, что использование РФГЛ способствует более стабильному формированию нижнего полюса молочной железы, предотвращению таких поздних осложнений, как bottoming-out и рецидив птоза, которые даже в легкой форме могут негативно влиять на уверенность женщины в себе и своем теле [13]. Поскольку именно восприятие формы, симметрии и контура груди во многом определяет общее впечатление пациентки от операции [4, 14], данный результат представляется клинически значимым.

По шкале сексуального благополучия у пациенток обеих групп также отмечено выраженное улучшение, однако послеоперационные показатели были выше у пациенток группы с РФГЛ (79 по сравнению с 71, p<0,001). Вероятно, это связано не только с изменением объема и формы молочной железы, но и с более высокой удовлетворенностью внешним видом груди. Таким образом, различия по этому домену, по-видимому, отражают не изолированный эффект, а комплексное восприятие результата операции. Высокая удовлетворенность внешним видом груди закономерно ведет к повышению уверенности в себе и своей привлекательности, что является одной из ключевых мотиваций для пациенток, обращающихся за эстетическими операциями [15]. Полученные нами результаты для группы пациенток с применением РФГЛ приближаются к показателям, характерным для изолированной аугментации, и превосходят данные для мастопексии без использования дополнительных методов поддержки, описанные в литературе [7, 16].

По шкале физического благополучия положительная динамика наблюдалась у пациенток обеих групп, однако межгрупповые различия были менее выраженными, чем по двум другим шкалам. Это может указывать на то, что физический компонент качества жизни в большей степени зависит от индивидуальных особенностей послеоперационного восстановления, чем от самой техники поддержки нижнего полюса. В то же время более высокие послеоперационные значения в группе с РФГЛ (73,5 по сравнению с 67,0; p=0,003) свидетельствуют о том, что применение РФГЛ не сопровождалось ухудшением соматического компонента качества жизни и не снижало общую переносимость вмешательства. Мы объясняем это отсутствием постоянного дискомфорта, связанного с давлением импланта на тонкие покровные ткани, риплингом или пальпируемостью края импланта в области нижнего полюса молочной железы, которые могут возникать в отдаленном периоде при стандартной технике [17]. Такие осложнения возможны и при использовании РФГЛ с имплантом, однако в меньшей степени благодаря дополнительной объемной поддержке и распределению нагрузки.

Анализ размера эффекта (r) показал, что по шкалам удовлетворенности внешним видом груди и сексуального благополучия у пациенток обеих групп отмечен крупный эффект, а по шкале физического благополучия — умеренный. Однако абсолютные значения прироста (Δ) и конечные оценки в баллах были выше в группе с РФГЛ, что указывает на дополнительные преимущества данной методики.

Результаты контрольной группы в нашем исследовании (74 балла за удовлетворенность внешним видом груди) согласуются с данными литературы, которые показывают, что стандартная аугментационная мастопексия, приводя к значительному улучшению, все же часто не позволяет достичь такого же высокого уровня удовлетворенности, как изолированная аугментация [9, 16].

Полученные данные показывают, что применение РФГЛ связано с более высокими послеоперационными показателями и лучшей субъективной оценкой результата пациентками.

Следует отметить, что группы были сопоставимы по исходным показателям BREAST-Q. Это позволяет связывать выявленные различия через 12 мес именно с особенностями хирургической техники, а не с исходным неравенством групп. При этом полученные данные не следует интерпретировать как окончательное доказательство преимущества одного метода, поскольку исследование не являлось рандомизированным.

К сильным сторонам исследования можно отнести проспективный дизайн, использование валидированного инструмента BREAST-Q версии 2.0 с установленными психометрическими свойствами (индекс разделения персон 0,76—0,95, коэффициент Кронбаха α 0,81—0,96, воспроизводимость тест-ретест 0,73—0,96) [12, 18], сопоставимость групп по исходным показателям. Стандартизированная хирургическая техника, выполненная одним хирургом, минимизирует вариабельность, связанную с различиями в технике. Период наблюдения 12 мес является адекватным для оценки стабильности результатов, завершения ремоделирования рубцов и полной адаптации пациенток к результатам операции. К ограничениям работы относятся одноцентровый характер исследования, небольшой объем выборки и отсутствие рандомизации, что уменьшает возможность широкого обобщения полученных результатов.

Заключение

Применение T-инвертированной аугментационной мастопексии сопровождалось улучшением показателей BREAST-Q у пациенток обеих групп после операции. При этом использование расщепленного фасциально-гландулярного лоскута связано с более высокими послеоперационными значениями по шкалам удовлетворенности внешним видом груди, сексуального и физического благополучия по сравнению с техникой без использования местного лоскута.

Наиболее отчетливые различия между группами получены по шкале удовлетворенности внешним видом груди. По шкале сексуального благополучия также отмечены более высокие показатели в группе с использованием расщепленного фасциально-гландулярного лоскута. По шкале физического благополучия различия были менее выраженными, однако послеоперационные значения оставались выше при использовании расщепленного фасциально-гландулярного лоскута.

Полученные данные позволяют рассматривать применение расщепленного фасциально-гландулярного лоскута как перспективный вариант хирургической поддержки нижнего полюса при T-инвертированной аугментационной мастопексии. Для окончательной оценки его преимуществ необходимы более крупные сравнительные исследования с длительным наблюдением.

Участие авторов:

Концепция и дизайн исследования — Готовцева У.А., Мельников Д.В., Мантурова Н.Е.

Сбор и обработка материала — Готовцева У.А., Шпицер А.Э., Церр А.Е.

Статистическая обработка — Готовцева У.А., Шпицер А.Э.

Написание текста — Церр А.Е., Шпицер А.Э., Готовцева У.А.

Редактирование — Готовцева У.А., Мельников Д.В.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.