
Когнитивные нарушения у пациентов с биполярным аффективным расстройством в ремиссии
Журнал: Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2021;121(4):12-18.
DOI: 10.17116/jnevro202112104112
Прочитано: 12643 раза
Резюме
ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ
Определение частоты, структуры и выраженности когнитивных нарушений у пациентов с биполярным аффективным расстройством (БАР) в ремиссии.
МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ
Обследованы 85 пациентов с БАР I типа (n=64) и II типа (n=21) в ремиссии (средний возраст 36,6±5,7 года). Выраженность психопатологической симптоматики оценивалась с помощью шкалы депрессии Гамильтона (HDRS) и шкалы мании Янга (YMRS), когнитивные нарушения — с использованием методики Краткого нейропсихологического обследования когнитивной сферы (КНОКС).
РЕЗУЛЬТАТЫ И ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Когнитивные нарушения выявлены у 43,5% обследованных пациентов. Частота и структура когнитивных нарушений при БАР I типа и II типа в ремиссии не различались. Обследованные пациенты с когнитивными нарушениями характеризовались снижением скорости психических процессов, снижением рабочей памяти и нарушениями внимания. Выявлена ассоциированность общего балла КНОКС с возрастом пациентов, длительностью заболевания, общими баллами HDRS и YMRS. Результаты исследования свидетельствуют в пользу аффективной природы когнитивного дефицита у обследованных пациентов. Когнитивные нарушения у пациентов с БАР в ремиссии являются значимой терапевтической мишенью.
Ключевые слова
- биполярное аффективное расстройство
- ремиссия
- когнитивные нарушения
- резидуальные симптомы
Дата поступления: 25.06.2020
Дата принятия в печать: 13.07.2020
Дата публикации: 26.05.2021
Биполярное аффективное расстройство (БАР), являясь одним из самых распространенных психических расстройств [1], не только негативно влияет на качество жизни [2] и приводит к снижению социального функционирования пациентов [3—6], но и ассоциируется с большим бременем затрат государства и семьи на лечение и уход [7, 8]. Снижение социального функционирования у пациентов с БАР проявляется не только в период обострения, но и во время стойкой ремиссии [9]. В числе возможных причин ухудшения социального функционирования пациентов с БАР в ремиссии рассматриваются когнитивные нарушения [10] и резидуальные симптомы [11, 12].
В последние десять лет растет интерес исследователей к вопросам диагностики и лечения когнитивных нарушений, связанных с БАР, поскольку они сохраняются в периоды ремиссии и могут значительно влиять на психосоциальное функционирование пациентов [13, 14]. Когнитивные нарушения выявляются уже в дебюте заболевания и связаны преимущественно с общим дефицитом психической активности, а их тяжесть нарастает с увеличением длительности заболевания [15]. Частота когнитивных нарушений у пациентов с БАР в ремиссии достигает 40—50% случаев, а связь когнитивных нарушений с острым эпизодом или аффективными симптомами выявляется не всегда [16]. Показано, что даже легкие когнитивные нарушения у пациентов с БАР в ремиссии могут обусловить снижение качества жизни пациентов [17]. Отмечено, что нарушения познавательных процессов у больных БАР носят неотчетливый и полиморфный характер, это определяет необходимость адекватной нейропсихологической диагностики [15]. Предполагается, что нарушения внимания, рабочей и вербальной памяти являются наиболее распространенными когнитивными нарушениями при биполярном расстройстве [18].
Продолжается дискуссия о сроках развития и характеристиках когнитивных нарушений при БАР, их зависимости от состояния больных [19]. Высказываются противоречивые мнения о том, являются ли когнитивные нарушения у больных БАР в ремиссии одним из проявлений резидуальных симптомов заболевания [20] или самостоятельным психопатологическим доменом БАР [21]. В пользу первого свидетельствуют данные о том, что наличие резидуальных симптомов депрессии негативно влияет на внимание и вербальную память, скорость психических процессов [10, 23]. При этом высказываются предположения об общем патогенезе эмоциональных и когнитивных нарушений, исходя из нейроанатомического, нейропсихологического, электрофизиологического и нейровизуализационного анализов конкретных клинических случаев [24].
С другой стороны, есть указания на то, что когнитивные нарушения при БАР являются независимыми от резидуальных симптомов факторами ухудшения профессионального функционирования пациентов в ремиссии [21, 22]. В пользу самостоятельности когнитивных нарушений свидетельствуют данные о том, что у пациентов с БАР выявляются стабильные когнитивные нарушения на всех этапах БАР, включая ремиссию, особенно в таких сферах, как внимание, память и исполнительные функции [10, 13, 23]. При этом указывается, что нейрокогнитивный дефицит, ассоциированный с БАР, не только сохраняется у пациентов в ремиссии [20, 21], но и может нарастать по мере увеличения количества перенесенных эпизодов [25]. Кроме того сообщается, что улучшение когнитивного функционирования у пациентов с БАР приводит к повышению качества жизни и уровня психосоциального функционирования в большей степени, чем успешное лечение других резидуальных симптомов [26].
Таким образом, на сегодняшний день остается открытым вопрос о месте когнитивных нарушений в структуре БАР у пациентов в ремиссии.
Цель исследования — изучение частоты, структуры и выраженности когнитивных нарушений у больных БАР в ремиссии.
Материал и методы
Исследование проводилось в амбулаторном звене психиатрической службы города Санкт-Петербурга в 2017—2019 гг. Для решения поставленных задач было обследовано 85 пациентов с БАР I типа (75%; 64 пациента) и БАР II типа (25%; 21 пациент) в ремиссии. Все обследованные пациенты получали поддерживающую терапию. Исследуемую выборку составили 29 мужчин и 56 женщин в возрасте 36,6±5,7 года. Пациенты включались в данное исследование, если их состояние соответствовало критериям ремиссии БАР по МКБ-10 (F31.7). Критериями исключения служили: наличие сопутствующего органического поражения головного мозга или другого коморбидного психического расстройства; наличие актуальной соматической патологии.
В исследовании применялся метод клинико-шкальной оценки, а также структурированное интервью. Выраженность психопатологической симптоматики оценивали с помощью шкалы депрессии Гамильтона (HDRS) [27] и шкалы мании Янга (YMRS) [28]. Когнитивные нарушения оценивали с использованием методики Краткого нейропсихологического обследования когнитивной сферы (КНОКС) [29], которая ранее показала свою эффективность для скрининга когнитивных нарушений [30], в том числе при аффективной патологии [31]. Процедура отбора включала заполнение информированного согласия на участие в исследовании.
Статистическая обработка данных проводилась с использованием стандартных методов параметрической и непараметрической статистики. За критический уровень значимости принимался p=0,05. Для описания категориальных переменных использовались абсолютные значения и доли от целого — n (%). Переменные, имеющие непрерывный характер распределения, описывались средним и стандартным отклонением (М±σ), дискретные переменные и упорядоченные данные — медианой, 1—3-м квартилями (Md [Q1; Q3]). Нормальность распределения выборки оценивалась с помощью критерия Шапиро—Уилка и учитывалась при выборе метода. Для сравнения качественных данных использовался критерий χ2 Пирсона. Для сравнения количественных данных использовали критерий Манна—Уитни. Изучение корреляционной связи между показателями проводилось с помощью линейного корреляционного анализа — критерия Пирсона. Коррекция на множественное тестирование гипотез осуществлялась при помощи поправки Беньямини—Хохберга. Статистическая обработка материала выполнялась на ПЭВМ с использованием стандартного пакета программ прикладного статистического анализа — SPSS v 15.0 и MS Excel 2016.
Результаты
Основные социально-демографические характеристики выборки представлены в табл. 1. Статистически значимые различия в характеристиках заболевания БАР, а также профессиональном статусе пациентов с БАР I и II типов выявлены не были. Несмотря на то что большинство обследованных работали, 31,2 и 23,8% пациентов с БАР I типа и БАР II типа соответственно, согласно самооценке, испытывали затруднения в выполнении трудовой нагрузки. Важно отметить, что среди пациентов с БАР I типа лица с инвалидностью (n=18; 28,1% от числа пациентов с БАР I типа) встречались в 3 раза чаще, чем среди пациентов с БАР II типа (n=2; 9,5% от числа пациентов с БАР II типа).
Таблица 1. Основные социально-демографические характеристики пациентов
Основные характеристики | БАР I типа (n=64) | БАР II типа (n=21) | Достоверность, р |
Возраст, годы (M±σ) | 37,3±6,5 | 34,5±6,8 | 0,195 |
Возраст начала заболевания, годы (M±σ) | 27,4±4,6 | 27,1±5,5 | 0,982 |
Длительность заболевания, лет (M±σ) | 9,9±5,0 | 7,3±4,3 | 0,171 |
Пол, n (%): | |||
мужской | 24 (37,5) | 5 (23,8) | χ2=0,8, df=1, p=0,377 |
женский | 40 (62,5) | 16 (76,2) | χ2=0,8, df=1, p=0,377 |
Образование, n (%): | |||
среднее | 2 (3,1) | — | χ2=0,8, df=3, p=0,845 |
среднеспециальное | 18 (28,1) | 7 (33,3) | χ2=0,8, df=3, p=0,845 |
неоконченное высшее | 21 (32,8) | 4 (19,0) | χ2=0,8, df=3, p=0,845 |
высшее | 9 (14,1) | 3 (14,3) | χ2=0,8, df=3, p=0,845 |
Профессиональный статус, n (%): | |||
работает по специальности | 18 (28,1) | 10 (47,6) | χ2=8,8, df=6, p=0,186 |
работает не по специальности | 12 (18,8) | 4 (19,0) | χ2=8,8, df=6, p=0,186 |
низкоквалифицированная работа | 10 (15,6) | — | χ2=8,8, df=6, p=0,186 |
учится | 5 (7,8) | 1 (4,8) | χ2=8,8, df=6, p=0,186 |
не работает и не учится | 11 (17,2) | 1 (4,8) | χ2=8,8, df=6, p=0,186 |
Инвалидность, n (%): | |||
3-я группа | 8 (12,5) | 2 (9,5) | χ2=4,1, df=2, p=0,128 |
2-я группа | 10 (15,6) | — | χ2=4,1, df=2, p=0,128 |
Хотя состояние всех пациентов соответствовало критериям ремиссии при БАР (табл. 2), резидуальные симптомы выявлены у 27 (42,2%) пациентов с БАР I типа и у 6 (28,6%) пациентов с БАР II типа (χ2=0,7, df=1, p=0,394).
Таблица 2. Результаты оценки аффективной симптоматики и характеристика резидуальных симптомов в выборке
Основные характеристики | БАР I т. (n=64) | БАР II т. (n=21) | Достоверность, р |
HDRS, баллы (Md [Q1; Q3]) | 3,0 [2,0; 4,0] | 2,0 [2,0; 4,0] | U=776,5, p=0,394 |
YMRS, баллы (Md [Q1; Q3]) | 2,0 [1,75; 3,0] | 2,0 [2,0; 3,0] | U=670,5, p=0,992 |
Нарушения сна, n (%) | 13 (20,3%) | 2 (9,5%) | χ²=0,6, df=1, p=0,426 |
Транзиторные аффективные колебания, n (%) | 5 (7,8%) | 2 (9,5%) | χ²=0,6, df=1, p=0,426 |
Психологическое переживание ожидания наступления ухудшения, n (%) | 3 (4,7%) | 1 (4,8%) | χ²=0,6, df=1, p=0,426 |
Умственное истощение, n (%) | 5 (7,8%) | 2 (9,5%) | χ²=0,6, df=1, p=0,426 |
Нарушение аппетита, n (%) | 3 (4,7%) | — | χ²=0,1, df=1, p=0,742 |
У 45,3% (n=29) пациентов с БАР I типа и у 38,1% (n=8) пациентов с БАР II типа (χ2=0,34, df=1, p=0,56 в сравнении с больными БАР I типа) общий балл методики КНОКС был ниже 28 баллов, что соответствует легкому когнитивному дефициту. При этом средние значения общего балла КНОКС у пациентов с БАР I типа (28 [26,75; 29] баллов) и БАР II типа (29 [26; 29] баллов) соответствовали нормативному показателю и не обнаруживали статистически значимых различий (U=600,5; p=0,46). Профили когнитивных нарушений у пациентов с БАР I и II типов не имели статистически значимых различий (табл. 3).
Таблица 3. Характеристика когнитивных нарушений у пациентов с БАР в ремиссии (по данным КНОКС), баллы (Md [Q1; Q3])
Субтесты КНОКС | БАР I типа (n=64) | БАР II типа (n=21) | Достоверность, p |
Ориентировка | 3 [3; 3] | 3 [3; 3] | U=672; p=1,0 |
Память на президентов | 3 [2; 3] | 3 [2; 3] | U=644; p=0,73 |
Называние | 3 [3; 3] | 3 [3; 3] | U=672; p=1,0 |
Понимание | 3 [3; 3] | 3 [3; 3] | U=661,5; p=0,57 |
Конструктивный праксис | 3 [3; 3] | 3 [3; 3] | U=640,5; p=0,32 |
Балл 1-й части | 15 [14; 15] | 15 [14; 15] | U=616; p=0,5 |
Набор последовательностей | 2 [2; 3] | 2 [3; 3] | U=609,5; p=0,47 |
Незавершенные изображения | 3 [3; 3] | 3 [3; 3] | U=630; p=0,24 |
Нахождение сходства | 3 [2; 3] | 3 [2; 3] | U=663; p=0,91 |
Внимание | 2 [2; 3] | 3 [2; 3] | U=552,5; p=0,17 |
Рабочая память | 3 [2; 3] | 3 [2; 3] | U=635,5; p=0,66 |
Балл 2-й части | 13 [12; 14] | 14 [11; 14] | U=608,5, p=0,51 |
С учетом того, что частота развития и структура когнитивных нарушений при БАР I и II типов в ремиссии не различались, был проведен анализ исследуемых факторов, представленных в табл. 1 и 2, на наличие связи с выраженностью когнитивных нарушений в выборке в целом. Выявлена ассоциированность общего балла КНОКС с возрастом пациентов, длительностью заболевания, общими баллами HDRS и YMRS (табл. 4). Частота выявления исследуемых факторов в выборке в зависимости от наличия или отсутствия у пациентов когнитивных нарушений представлена в табл. 5. Пациенты с когнитивными нарушениями (n=37; женщины — 70,3% ) и пациенты без когнитивных нарушений (n=48; женщины — 62,5% ) не различались по полу, однако средний возраст пациентов с когнитивными нарушениями был статистически значимо больше, чем у пациентов без когнитивных нарушений. Средняя длительность заболевания у пациентов с когнитивными нарушениями была также статистически значимо больше, чем у пациентов без когнитивных нарушений. Среднее значение общего балла HDRS у пациентов с когнитивными нарушениями было статистически значимо выше, а среднее значение общего балла YMRS у этих пациентов — ниже, чем у пациентов без когнитивных нарушений. Обследованные пациенты с когнитивными нарушениями характеризовались снижением скорости психических процессов, снижением рабочей памяти (низкие показатели по субтестам «Набор последовательностей», «Рабочая память») и нарушениями внимания (низкие показатели по субтесту «Внимание»). Пациенты с БАР I и II типов хуже справлялись со второй частью КНОКС, что косвенно говорит о поражении высших психических функций.
Таблица 4. Корреляция общего балла по шкале КНОКС и характеристиками БАР
Коэффициент | Возраст пациентов | Возраст начала заболевания | Длительность заболевания | Общий балл HDRS | Общий балл YMRS |
Пирсона | –0,507* | –0,145 | –0,544* | –0,560* | 0,336* |
Статистическая значимость (p) | 0,000 | 0,185 | 0,000 | 0,000 | 0,002 |
Примечание. *Статистическая значимость корреляции на уровне p<0,01 (данные представлены в виде коэффициента Пирсона (r), статистической значимости p).
Таблица 5. Демографическая и клиническая характеристики пациентов в зависимости от наличия когнитивных нарушений
Показатель | Пациенты с когнитивными нарушениями (n=37) | Пациенты без когнитивных нарушений (n=48) | Достоверность, p |
Общий балл КНОКС, (Md [Q1; Q3]) | 26 [25; 27] | 29 [28; 29] | U=7,5; p<0,001 |
Женский пол, n (%) | 26 (70,3%) | 30 (62,5%) | χ2=0,56, df=1, p=0,45 |
Возраст пациентов, годы (M±σ) | 39,41±6,2 | 34,44±6,21 | p<0,001 |
Возраст начала заболевания, годы (M±σ) | 27,86±5,23 | 26,89±4,52 | p=0,391 |
Длительность заболевания, годы (M±σ) | 11,54±5,16 | 7,54±3,95 | p<0,001 |
Уровень депрессии (баллы по HDRS), (Md [Q1; Q3]) | 4 [2,5; 6] | 3 [1; 4] | U=504,5; p=0,001 |
Уровень мании (баллы по YMRS), (Md [Q1; Q3]) | 2 [1; 2] | 3 [2; 4] | U=598,5; p=0,008 |
Инвалидность, n (%) | 16 (43,2%) | 4 (8,3%) | χ2=14,15, df=1, p<0,001 |
Число пациентов с резидуальными симптомами в ремиссии, n (%) | 23 (62,2%) | 10 (20,8%) | χ2=15,03, df=1, p<0,001 |
Обсуждение
Настоящее исследование посвящено изучению когнитивных нарушений у пациентов с БАР в ремиссии. Преимуществом данного исследования является то, что в выборку были включены пациенты с БАР I и II типов. К числу ограничений исследования можно отнести относительно небольшой размер выборки, что в совокупности с длительностью набора пациентов в исследование косвенно подтверждает данные литературы о недостаточной выявляемости и диагностике БАР в России [32]. Хотя особенности фармакотерапии БАР в ремиссии рассматриваются как потенциальный причинный фактор когнитивных нарушений [33], мы не анализировали влияние фармакотерапии на наличие когнитивных расстройств в выборке ввиду больших индивидуальных различий в лечении у обследованных пациентов.
В ходе настоящего исследования когнитивные нарушения выявлены у 43,5% пациентов с БАР в ремиссии, что соответствует данным литературы [16]. Хотя тип БАР рассматривается как потенциальный фактор тяжести когнитивных нарушений [33], в нашем исследовании не были выявлены различия в структуре и частоте когнитивных нарушений у пациентов с БАР I и II типов, что подтверждает данные литературы об общем нейропсихологическом профиле когнитивного дефицита у пациентов с аффективными нарушениями [33, 34].
Наиболее значимыми по выраженности проявлениями когнитивных нарушений у обследованных пациентов явились снижение внимания, рабочей памяти и скорости психических процессов. Известно, что нарушения вербальной памяти и исполнительных функций часто встречаются у пациентов с БАР в ремиссии [24]. M. Kurtz и R. Gerraty в своем исследовании приходят к выводу, что дефицит исполнительных функций и вербального научения у пациентов с БАР чаще всего носит хронический характер [35]. Такие же данные приводят и отечественные исследователи. Так, например, в статье Л.И. Вассермана и соавт. [36] сообщается, что для пациентов с аффективными расстройствами более типичны нарушения, указывающие на дефицитарность исполнительных функций, функций планирования и организации познавательной деятельности. Нейропсихологически это проявляется в расстройстве процесса принятия решений [15]. Нарушения исполнительных функций, в том числе рабочей памяти, рассматриваются как важные компоненты эндофенотипа когнитивного функционирования при БАР, так как они сохраняются в ремиссии и имеют признаки наследственных [37, 38]. Рабочая память предложена в качестве еще одного потенциального компонента нейрокогнитивного эндофенотипа у пациентов с БАР в ремиссии [10]. Хотя в процессе скрининга методика КНОКС не позволяет оценить тонкие нарушения исполнительных функций, убедительные данные о нарушениях внимания и рабочей памяти у обследованных, а также различия в общих баллах первой и второй частей методики свидетельствуют в пользу вовлеченности именно этого набора когнитивных способностей и подтверждают данные литературы о превалировании нарушений исполнительных функций у пациентов с БАР в ремиссии [13].
Не вызывает сомнений, что нейропсихологические нарушения при БАР выявляются как во время обострений, так и в периоды эутимии, однако нет единого мнения, являются ли они стабильными во времени или больше связаны с актуальным состоянием [10]. Наши данные подтверждают обоснованность продолжающейся в настоящее время дискуссии о возможном изменении существующих критериев эутимии [39, 40]. Когнитивные нарушения чаще выявлялись у обследованных пациентов с резидуальными симптомами в ремиссии, а выраженность когнитивного дефицита была статистически значимо связана с клиническими характеристиками заболевания, такими как длительность заболевания и выраженность резидуальной симптоматики. Тот факт, что степень когнитивного дефицита обнаруживала прямую связь с выраженностью резидуальной симптоматики депрессивного полюса и обратную связь с выраженностью резидуальной симптоматики маниакального полюса, интерпретируется нами как свидетельство аффективной природы когнитивного дефицита у обследованных пациентов. Результаты исследования подтверждают данные литературы о негативном влиянии резидуальных симптомов на внимание и скорость психических процессов у пациентов с БАР в ремиссии [10, 23]. Наиболее частым резидуальным симптомом у обследованных пациентов были нарушения сна, что косвенно говорит в пользу возможных нарушений биологических ритмов у этих пациентов и, соответственно, подтверждает обоснованность суждений о необходимости терапевтического ведения субсиндромальных аффективных симптомов в период ремиссии [41].
Когнитивные нарушения у пациентов с БАР часто сочетаются с трудностями контроля поведения [42], что хорошо известно и ожидаемо в период обострения болезни, но остается недостаточно изученным в периоде ремиссии. Однако установлена взаимосвязь нарушений вербальной памяти с погрешностями в приеме поддерживающей терапии, в связи с чем когнитивные нарушения у пациентов с БАР в ремиссии представляются значимой терапевтической мишенью [43]. В связи с этим, на наш взгляд, целесообразно проводить скрининг пациентов на предмет когнитивных нарушений на этапе амбулаторного лечения с целью повышения качества медицинской помощи и уровня комплаенса. Для этого, по нашему опыту, может использоваться методика КНОКС, доступная для применения не только клиническими психологами, но и психиатрами.
Заключение
Установлено, что когнитивные нарушения встречаются у пациентов с БАР с высокой частотой (до 43%) вне зависимости от типа расстройства и проявляются преимущественно нарушениями исполнительных функций (это нарушения внимания, рабочей памяти, скорости психических процессов). Выявлена связь когнитивных нарушений и их выраженности с наличием субсиндромальной (резидуальной) симптоматики БАР в ремиссии. Наши данные свидетельствуют в пользу аффективной природы когнитивного дефицита при БАР и подтверждают необходимость разработки рекомендаций по терапевтической коррекции субсиндромальных аффективных симптомов БАР в ремиссии. Необходимо проведение дальнейших исследований, направленных на уточнение нейропсихологического эндофенотипа БАР и определение наиболее оптимальных стратегий терапевтических вмешательств при выявлении когнитивных нарушений у пациентов с БАР в ремиссии.
Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
The authors declare no conflicts of interest.
- Pini S, de Queiroz V, Pagnin D, et al. Prevalence and burden of bipolar disorders in European countries. Eur Neuropsychopharmacol. 2005;15:425–434. https://doi.org/10.1016/j.euroneuro.2005.04.011
- Weinstock LM, Strong D, Uebelacker LA, Miller IW. DSM-IV depressive symptom expression among individuals with a history of hypomania: a comparison to those with or without a history of mania. J Psychiatr Res. 2010;44(14):979–985. https://doi.org/10.1016/j.jpsychires.2010.03.010
- Gitlin MJ, Miklowitz DJ. The difficult lives of individuals with bipolar disorder: a review of functional outcomes and their implications for treatment. J Affect Disord. 2017;209:147–154. https://doi.org/10.1016/j.jad.2016.11.021
- Rosenblat JD, Simon GE, Sachs GS, et al. Treatment effectiveness and tolerability outcomes that are most important to individuals with bipolar and unipolar depression. J Affect Disord. 2019;243:116–120. https://doi.org/10.1016/j.jad.2018.09.027
- Rocha P, Correa H. The impact of clinical comorbidities and residual depressive symptoms in sleep quality in euthymic/interepisodic bipolar subjects. Psychiatry Res. 2018;268:165–168. https://doi.org/10.1016/j.psychres.2018.07.002
- Martínez-Arán A, Vieta E. Cognition as a target in schizophrenia, bipolar disorder and depression. Eur Neuropsychopharmacol. 2015;25(2):151–157. https://doi.org/10.1016/j.euroneuro.2015.01.007
- Miller S, Dell’Osso B, Ketter TA. The prevalence and burden of bipolar depression. J Affect Disord. 2014;169(Suppl 1):3–11. https://doi.org/10.1016/s0165-0327(14)70003-5
- Петрова Н.Н., Ашенбреннер Ю.В. Биполярное аффективное расстройство первого типа и психосоциальное функционирование больных. Социальная и клиническая психиатрия. 2018;28(1):10–14.
- Fagiolini A, Kupfer DJ, Masalehdan A, et al. Functional impairment in the remission phase of bipolar disorder. Bipolar Disord. 2015;7(3):281–285. https://doi.org/10.1111/j.1399-5618.2005.00207.x
- Volkert J, Schiele MA, Kazmaier J, et al. Cognitive deficits in bipolar disorder: From acute episode to remission. Eur Arch Psychiatry Clin Neurosci. 2016;266(3):225–237. https://doi.org/10.1007/s00406-015-0657-2
- Смулевич А.Б., Андрющенко А.В., Романов Д.В., Захарова Н.В. Ремиссии при аффективных заболеваниях: эпидемиология, психопатология, клинический и социальный прогноз, вторичная профилактика. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2014;114(3):4–13.
- Ашенбреннер Ю.В., Чумаков Е.М., Петрова Н.Н. Резидуальные симптомы и социальное функционирование у пациентов с биполярным аффективным расстройством в ремиссии. Неврологический вестник. 2019;51(2):66–71. https://doi.org/10.17816/nb15665
- Конорева А.Е., Мосолов С.Н. Когнитивные нарушения при биполярном аффективном расстройстве. Современная терапия психических расстройств. 2017;(4):11–18. https://doi.org/10.21265/PSYPH.2017.43.8416
- Solé B, Jimenez E, Torrent C, et al. Cognitive Impairment in Bipolar Disorder: Treatment and Prevention Strategies. Int J Neuropsychopharmacol. 2017;20(8):670–680. https://doi.org/10.1093/ijnp/pyx032
- Engel J. Visions for novel biophysical elucidations of extracellular matrix networks. Int J Biochem Cell Biol. 2007;39(2):311–318. https://doi.org/10.1016/j.biocel.2006.08.003
- Rosa AR, Bonnin CM, Vazquez GH, et al. Functional impairment in bipolar II disorder: Is it as disabling as bipolar I? J Affect Disord. 2010;127(1–3):71–6. https://doi.org/10.1016/j.jad.2010.05.014
- Toyoshima K, Kako Y, Toyomaki A, et al. Associations between cognitive impairment and quality of life in euthymic bipolar patients. Psychiatry Res. 2019;271:510–515. https://doi.org/10.1016/j.psychres.2018.11.061
- Veeh J, Kopf J, Kittel-Schneider S, et al. Cognitive re mediation for bipolar patients with objective cognitive impairment: a naturalistic study. Int J Bipolar Disord. 2017;5(1):8. https://doi.org/10.1186/s40345-017-0079-3
- Daglas R, Yucel M, Cotton S, et al. Cognitive impairment in first-episode mania: a systematic review of the evidence in the acute and remission phases of the illness. Int J Bipolar Disord. 2015;3:9. https://doi.org/10.1186/s40345-015-0024-2
- Samalin L, Bellivier F, Giordana B, et al. Patients’ Perspectives on Residual Symptoms in Bipolar Disorder: A Focus Group Study. J Nerv Ment Dis. 2014;202(7):550–555. https://doi.org/10.1097/nmd.0000000000000157
- Roux P, Raust A, Cannavo A-S, et al. Associations between residual depressive symptoms, cognition, and functioning in patients with euthymic bipolar disorder: results from the FACE-BD cohort. Br J Psychiatry. 2017;211(6):381–387. https://doi.org/10.1192/bjp.bp.117.201335
- Post F, Pardeller S, Frajo-Apor B, et al. Quality of life in stabilized outpatients with bipolar I disorder: Associations with resilience, internalized stigma, and residual symptoms. J Affect Disord. 2018;238:399–404. https://doi.org/10.1016/j.jad.2018.05.055
- Cipriani G, Danti S, Carlesi C, et al. Bipolar Disorder and Cognitive Dysfunction: A Complex Link. J Nerv Ment Dis. 2017;205(10):743–756. https://doi.org/10.1097/nmd.0000000000000720
- Martínez-Arán A, Vieta E, Colom F, et al. Cognitive impairment in euthymic bipolar patients: implications for clinical and functional outcome. Bipolar Disord. 2004;6(3):224–232. https://doi.org/10.1111/j.1399-5618.2004.00111.x
- Goodwin GM, Martinez-Aran A, Glahn DC, Vieta E. Cognitive Impairment in Bipolar Disorder: Neurodevelopment or Neurodegeneration? An ECNP expert meeting report. Eur Neuropsychopharmacol. 2008;18(11):787–793. https://doi.org/10.1016/j.euroneuro.2008.07.005
- Riedel P, Smolka MN, Bauer M. Schizophrenia and bipolar disorder: Treatment of cognitive impairments. Nervenarzt. 2018;89(7):784–795. https://doi.org/10.1007/s00115-018-0500-x
- Hamilton M. A rating scale for depression. J Neurol Neurosurg Psychiatry. 1960;23(1):56–62. https://doi.org/10.1136/jnnp.23.1.56
- Young RC, Biggs JT, Ziegler VE, Meyer DA. A rating scale for mania: reliability, validity and sensitivity. Br J Psychiatry. 1978;133(5):429–435. https://doi.org/10.1192/bjp.133.5.429
- Тонконогий И.М.; Микадзе Ю.В., ред. Краткое нейропсихологическое обследование когнитивной сферы (КНОКС). М.; 2010.
- Chumakov EM. Cognitive impairment and mental disorders in HIV-infected patients with early stages of syphilis. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Seriya 11. Meditsina. 2017;12(3):273–277. https://doi.org/10.21638/11701/spbu11.2017.307
- Нийноя И.В., Романов Д.В., Махмудова Г.Ж., Нодель М.Р. Депрессия при болезни Паркинсона: аспекты психопатологической структуры и нозологической квалификации. Психиатрия. 2019;17(4):38–48. https://doi.org/10.30629/2618-6667-2019-17-4-38-48
- Мосолов С.Н., Ушкалова А.В., Костюкова Е.Г., и др. Валидизация российской версии опросника HCL-32 для выявления пациентов с биполярным аффективным расстройством II типа среди больных, наблюдающихся с диагнозом рекуррентного депрессивного расстройства. Социальная и клиническая психиатрия. 2015;25(1):22–30.
- Szmulewicz AG, Valerio MP, Smith JM, et al. Neuropsychological Profiles of Major Depressive Disorder and Bipolar Disorder During Euthymia. A Systematic Literature Review of Comparative Studies. Psychiatry Res. 2017;248:127–133. https://doi.org/10.1016/j.psychres.2016.12.031
- Xu G, Lin K, Rao D, et al. Neuropsychological performance in bipolar I, bipolar II and unipolar depression patients: a longitudinal, naturalistic study. J Affect Disord. 2012;136(3):328–339. https://doi.org/10.1016/j.jad.2011.11.029
- Kurtz MM, Gerraty RT. A meta-analytic investigation of neurocognitive deficits in bipolar illness: profile and effects of clinical state. Neuropsychology. 2009;23(5):551–562. https://doi.org/10.1037/a0016277
- Вассерман Л.И., Березенцева М.С., Ершов Б.Б., Щелкунова Л.А. Нейропсихологическая оценка когнитивных нарушений у пациентов с эндогенными депрессивными расстройствами. Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Психология. 2012;(31):92–96.
- Glahn DC, Almasy L, Barguil M, et al. Neurocognitive endophenotypes for bipolar disorder identified in multiplex multigenerational families. Arch Gen Psychiatry. 2010;67(2):168–177. https://doi.org/10.1001/archgenpsychiatry.2009.184
- Balanza-Martinez V, Rubio C, Selva-Vera G, et al. Neurocognitive endophenotypes (endophenocognitypes) from studies of relatives of bipolar disorder subjects: a systematic review. Neurosci Biobehav Rev. 2008;32(8):1426–1438. https://doi.org/10.1016/j.neubiorev.2008.05.019
- Goldberg JF, Harrow M. Consistency of remission and outcome in bipolar and unipolar mood disorders: a 10-year prospective follow up. J Affect Disord. 2004;81(2):123–131. https://doi.org/10.1016/s0165-0327(03)00161-7
- Bonnin CM, Sanchez-Moreno J, Martinez-Aran A, et al. Subthreshold symptoms in bipolar disorder: Impact on neurocognition, quality of life and disability. J Affect Disord. 2012;136(3):650–659. https://doi.org/10.1016/j.jad.2011.10.012
- Kuppili PP, Menon V, Chandrasekaran V, Navin K. Biological Rhythm Impairment in Bipolar Disorder: A State or Trait Marker? Indian J Psychiatry. 2018;60(4):404–409. https://doi.org/10.4103/psychiatry.indianjpsychiatry_110_18
- Konstantakopoulos G, Ioannidi N, Typaldou M, et al. Clinical and cognitive factors affecting psychosocial functioning in remitted patients with bipolar disorder. Psychiatriki. 2016;27(3):182–191. https://doi.org/10.22365/jpsych.2016.273.182
- Fuentes I, Rizo-Mendez A, Jarne-Esparcia A. Low compliance to pharmacological treatment is linked to cognitive impairment in euthymic phase of bipolar disorder. J Affect Disord. 2016;195:215–220. https://doi.org/10.1016/j.jad.2016.02.005
Рекомендуем статьи по данной теме:
Клинико-функциональные особенности болезни Паркинсона при хронической болезни почек.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(8):79-85
Современный взгляд на немедикаментозную коррекцию когнитивных нарушений.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(8):59-65
Молекулярные и системные механизмы когнитивных нарушений, ассоциированных с коронавирусной инфекцией.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(8):40-50
Лимфопролиферативные заболевания в период беременности. Отдаленные исходы для матери и ребенка.Российский вестник акушера-гинеколога. 2026;26(4):5-18
Динамика параметров периферического кровотока и микроциркуляции при курсовом приеме фиксированной комбинации мемантина и мелатонина у пациентов с додементными когнитивными нарушениями и обструктивным апноэ сна.Профилактическая медицина. 2026;29(6):68-75
Исследование глиального нейротрофического фактора и нейропсихологического статуса у пациентов, перенесших COVID-19.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(6):87-93
AMPA-рецепторы: молекулярные механизмы синаптической пластичности и потенциал Ампассе в коррекции когнитивных нарушений.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(6):59-65
Взаимосвязь уровня IL-8 и когнитивных нарушений у пациентов с полиморбидностью.Адаптивная медицинская иммунология и вопросы общественного здоровья. 2026;2(1):67-70
Особенности микробного пейзажа кожи пациентов с атопическим дерматитом во время обострения и в фазе ремиссии.Адаптивная медицинская иммунология и вопросы общественного здоровья. 2026;2(1):60-66
Сравнительное исследование когнитивных нарушений при биполярном аффективном расстройстве I и II типа.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2025;125(3):7-11





