В декабре 2019 г. новый РНК-содержащий вирус семейства Coronaviridae SARS-CoV-2 вызвал вспышку респираторного заболевания в китайском городе Ухань. В марте 2020 г. Всемирная организация здравоохранения объявила пандемию новой коронавирусной инфекции (COVID-19) [1]. Учитывая крайне высокие темпы распространения вируса и тяжесть течения заболевания, изучение механизмов инфицирования структур глаза SARS-CoV-2, а также возможных клинических проявлений со стороны органа зрения на фоне инфекции представляет определенный интерес для врачей-офтальмологов, имеет важное клинико-эпидемиологическое значение.

Респираторные вирусы рутинно могут использовать поверхность глаза в качестве места репликации, в клинической картине некоторых из них (например, определенных видов аденовирусов и субтипов вируса гриппа) отмечены проявления со стороны глаз, в основном в виде вирусного конъюнктивита [2]. Что касается коронавирусов, сообщалось о связи между вирусом HCoV-NL63 и болезнью Кавасаки (системный васкулит у детей, одним из проявлений которого является конъюнктивит). Среди клинических проявлений тяжелого острого респираторного синдрома, связанного с вирусом SARS-CoV, который вызвал эпидемию в 2003 г., конъюнктивит или иные проявления со стороны глаз не регистрировались, однако есть данные об обнаружении вирусной РНК в образцах слезы; это подчеркивает тот факт, что глаза могут являться входными воротами инфекции [2—4]. Есть основания предполагать, что это справедливо и для вируса SARS-CoV-2, для которого поверхность глаза также может быть потенциальным местом размножения и распространения [2, 5—8]. Подтверждением служат описания нескольких клинических случаев с участием пациентов с подтвержденной коронавирусной инфекцией, у которых первым проявлением заболевания были именно симптомы со стороны глаз, а сам вирус позднее обнаруживался в слезной жидкости и мазках конъюнктивы [6, 7]. K.P.Y. Hui и соавторы, анализируя тропность и репликацию вируса SARS-CoV-2 в культурах клеток различных тканей, показали, что вирус способен инфицировать не только реснитчатые и бокаловидные клетки бронхиального эпителия и пневмоциты 1-го типа в легких, но и клетки конъюнктивы глаза [9].

Проникновение SARS-CoV-2 в клетки-мишени связано с взаимодействием вирусного белка Spike (S) с ангиотензинпревращающим ферментом 2 (АПФ2) на поверхности клеток с последующим «активированием» вируса с помощью фермента TMPRSS2. АПФ2 широко распространен в тканях организма человека, в том числе в тканях глаза (например, он обнаруживается в конъюнктиве, роговице, радужке и цилиарном теле, пигментном эпителии сетчатки, в структурах трабекулярной сети и водянистой влаге). Белок TMPRSS2 также экспрессируется в различных тканях, включая, например, лимбальные стволовые клетки роговицы. Чтобы понять «глазной путь» проникновения и распространения SARS-CoV-2 с клинической и молекулярной точки зрения, важно принимать во внимание следующие два момента: во-первых, как уже было сказано выше, присутствие рецепторов АПФ2 и белка TMPRSS2 на клетках роговицы теоретически может позволить SARS-CoV-2 использовать поверхность глаза как входные ворота с последующим распространением к другим органам-мишеням. Во-вторых, естественный процесс слезоотведения может способствовать переходу SARS-CoV-2 с инфицированной поверхности глаза через слезные канальцы в носовую полость и далее в дыхательные пути и пищеварительный тракт. Обратный пассаж вирусов со слизистой оболочки носа на конъюнктиву представляется маловероятным, но также не может быть полностью исключен [10].

Вирус SARS-CoV-2 может поражать как передние, так и задние отделы глаза, хотя в целом, по проанализированным данным, общая частота глазных проявлений у пациентов с COVID-19 низкая [11—14]. В 2020 г. K. Aggarwal и соавторы опубликовали результаты метаанализа, включавшего 16 исследований, в которых было проанализировано 2347 подтвержденных случаев COVID-19. Изменения со стороны глаз имелись у 11,64% пациентов [14]. Позднее данные метаанализа от 2021 г. показали, что среди 5717 пациентов с COVID-19 у 478 были выявлены какие-либо изменения со стороны глаз, что составило 8,8% [12]. Еще один более масштабный метаанализ (совокупное число пациентов — 7300) свидетельствует о том, что распространенность глазных проявлений при COVID-19 составляет 11,03% [13].

Чаще всего пациенты с COVID-19 предъявляли жалобы на сухость, ощущение инородного тела, покраснение глаз, слезотечение, зуд, боль в глазах, а также появление отделяемого. Среди глазных заболеваний, ассоциированных с COVID-19, наиболее распространенным является вирусный конъюнктивит [11—14].

Цель публикации — систематизация, анализ и обобщение эпидемиологических и клинических данных о поражениях органа зрения SARS-CoV-2, офтальмологических проявлениях COVID-19, а также разбор клинических случаев.

Проведен поиск научных публикаций, размещенных в реферативных базах данных Scopus, Web of Science (WoS), РИНЦ, за период с 2004 г., включая результаты, опубликованные в 2020-е годы в базе данных публикаций medRxiv.

Поражения роговицы, конъюнктивы и склеры

Вирусный конъюнктивит

Острый вирусный конъюнктивит, ассоциированный с COVID-19, не имеет специфических клинических признаков и проявляется, как правило, вполне типично: гиперемией конъюнктивы, фолликулезом конъюнктивы век, хемозом, наличием слизистого отделяемого, эпифорой.

Длительность и сроки развития конъюнктивита на фоне COVID-19

Длительность течения вирусного конъюнктивита при COVID-19 вариабельна: по данным рассмотренных работ, она может колебаться от 5 сут до 3 нед, в среднем составляя 6 дней [15]. Сроки присоединения офтальмологической симптоматики у пациентов с коронавирусной инфекцией также вариабельны.

Например, в описании клинического наблюдения 30-летнего мужчины, который обратился с жалобами на боль в горле и диарею (SARS-CoV-2 был верифицирован методом полимеразной цепной реакции — ПЦР — из ротоглотки при первичном обращении), только на 13-й день болезни было отмечено покраснение обоих глаз, сопровождавшееся ощущением инородного тела и слезотечением. При осмотре были выявлены двусторонняя умеренная инъекция конъюнктивы, слизистое отделяемое, фолликулы на конъюнктиве нижнего века. При пальпации околоушных лимфатических узлов отмечалась болезненность. На 14-й день болезни конъюнктивальные мазки оказались положительными на SARS-CoV-2. Полностью все симптомы конъюнктивита разрешились на 19-й день. Мазок с конъюнктивы на SARS-CoV-2 к этому дню заболевания также дал отрицательный результат [16].

Описан еще один клинический случай отсроченного присоединения фолликулярного вирусного конъюнктивита у пациента после тяжелого течения COVID-ассоциированной пневмонии. Мужчина 65 лет был госпитализирован с жалобами на ринорею, кашель и затруднение дыхания, беспокоящие его в течение последних 3 нед. На фоне прогрессирования дыхательной недостаточности пациент был переведен на искусственную вентиляцию легких (ИВЛ). На 7-е сутки с момента перевода на ИВЛ были впервые отмечены покраснение, выраженная конъюнктивальная инъекция и фолликулярная реакция конъюнктивы правого глаза, соответствующие диагнозу «острый фолликулярный конъюнктивит» [17].

В некоторых случаях симптомы вирусного конъюнктивита могут предшествовать общей симптоматике. Так, в работе N. Hong и соавторов четыре пациента сообщили о появлении глазных симптомов за 1—7 сут до появления лихорадки и респираторных симптомов [18].

В ретроспективном исследовании K. Sindhuja и соавторов, включавшем 127 пациентов с COVID-19, легкий конъюнктивит был диагностирован у восьми из них, что составляло 6,29% от общего числа больных. Примечательно, что у трех из этих восьми пациентов симптомы со стороны глаз предшествовали респираторным; это также свидетельствует о том, что вирусный конъюнктивит может являться дебютным проявлением инфекционного процесса [19].

Связь с тяжестью течения COVID-19

В серии случаев COVID-19, описанных P. Wu и соавт. в китайской провинции Хубэй, у 12 (31,6%) из 38 пациентов были выявлены глазные проявления, типичные для вирусного конъюнктивита. По степени тяжести заболевания среди этих 12 пациентов четыре случая были оценены как средней степени тяжести, два случая — как тяжелые и шесть — как критические, что позволяет предположить, что развитие вирусного конъюнктивита коррелирует с тяжестью течения COVID-19 и чаще встречается у пациентов с более тяжелыми формами. Плюс ко всему у пациентов с симптомами со стороны глаз чаще наблюдалось более высокое количество лейкоцитов и нейтрофилов, по данным лабораторных анализов крови, а также более высокие уровни прокальцитонина, С-реактивного белка и лактатдегидрогеназы, чем у пациентов без глазных симптомов [20].

Аналогичную взаимосвязь отметили и B.B. Ceran и соавторы Среди 93 госпитализированных пациентов с COVID-19 у 20,5% была зарегистрирована, по крайней мере, одна жалоба со стороны глаз: на светобоязнь и зуд жаловались 15 (16,1%) и 13 (15,7%) пациентов соответственно, третьей по частоте была жалоба на жжение глаз — 7 (8,4%), в меньшей степени пациентов беспокоили чувство «песка в глазах» и затуманивание зрения — 5 (6,0%) и 4 (4,8%) соответственно. Фолликулярный конъюнктивит был диагностирован у 8 (8,6%) пациентов. Высота лихорадки, количество нейтрофилов, уровни С-реактивного белка, прокальцитонина и скорости оседания эритроцитов также были выше у пациентов, имевших глазные симптомы [21].

Выделение SARS-CoV-2 из мазков конъюнктивы

Вирус не всегда может определяться в пробах с конъюнктивы, подтверждением чему служит перекрестное исследование X. Zhang и соавторов. Из общего числа включенных в исследование больных (n=72) SARS-CoV-2 был обнаружен в конъюнктивальных мазках только у одного пациента [22].

Из 56 пациентов с COVID-19 в ретроспективно проанализированной N. Hong и соавторами серии случаев 15 (27%) сообщили о появлении симптомов со стороны глаз или усугублении ранее существовавших симптомов. При этом вирус был идентифицирован с помощью ПЦР в мазке с конъюнктивы глаза только у одного из них [18].

Кератоконъюнктивит

Вирусный конъюнктивит у больных COVID-19 может сопровождаться и вовлечением в процесс роговицы с развитием кератоконъюнктивита.

S.A. Hutama и соавторы в 2021 г. опубликовали следующее клиническое наблюдение. Мужчина 27 лет обратился с жалобами на дискомфорт, ощущение инородного тела, покраснение, слезотечение и светобоязнь правого глаза, беспокоящие его в течение последних 3 нед. При осмотре была выявлена гиперемия конъюнктивы с инъекцией перикорнеальных сосудов. Окрашивание роговицы флуоресцеином выявило эпителиальный дефект размером 3×3 мм и несколько точечных помутнений в нижней части роговицы. Несмотря на то что выделение SARS-CoV2 методом ПЦР, по данным конъюнктивальных мазков, не проводилось, положительный результат мазка из носоглотки позволил связать кератоконъюнктивит с COVID-19, для которого, вероятно, он послужил единственным проявлением [23].

Известен еще один клинический случай, в котором кератоконъюнктивит выступал в качестве первого проявления COVID-19. M. Cheema и соавторы описывают историю болезни женщины 29 лет, обратившейся в кабинет неотложной помощи офтальмологической клиники с жалобами на светобоязнь и прозрачные водянистые выделения из правого глаза. По данным осмотра, были выявлены выраженный блефароспазм, отек век, слизистое отделяемое, инъекция конъюнктивы, фолликулез, в нижней части роговицы обнаруживались эпителиальный дефект и небольшие (до 0,2 мм) субэпителиальные инфильтраты с вышележащими эпителиальными дефектами в верхневисочном секторе роговицы правого глаза. Из общих симптомов присутствовали заложенность носа, ринорея и кашель. Впоследствии были получены положительные результаты мазка из носоглотки, подтвердившие коронавирусную инфекцию. Мазок с конъюнктивы на SARS-CoV-2 также дал слабоположительный результат[6].

D. Guo и соавторы описывают клинический случай рецидивирующего вирусного кератоконъюнктивита у 53-летнего мужчины с подтвержденным COVID-19. Примерно через 10 дней после появления респираторных симптомов пациент обратился с жалобами на общий дискомфорт и колющую боль в левом глазу. При осмотре левого глаза выявлены покраснение и отек век и бульбарной конъюнктивы, большое количество слизистого отделяемого. В правом глазу наблюдались только легкое покраснение и отек нижнего века. Образцы слезы и отделяемого конъюнктивы обоих глаз были протестированы на наличие SARS-CoV-2 с получением положительного результата пробы левого глаза и отрицательного — правого глаза. Пациенту была назначена стандартная терапия, однако через 5 дней пациент обратился за медицинской помощью повторно с жалобами на возобновившейся дискомфорт в обоих глазах. При осмотре были вновь выявлены гиперемия и отек конъюнктивы, а окрашивание роговицы красителем позволило идентифицировать точечные эпителиальные дефекты на периферии роговицы в обоих глазах [24].

Представляет интерес обзор клинического случая геморрагического кератоконъюнктивита с псевдомембранами. У госпитализированного мужчины на 17-е сутки болезни впервые появились характерные глазные симптомы в виде гиперемии конъюнктивы и прозрачных выделений. Вирусный конъюнктивит лечили стандартной гигиеной век, промыванием глаз физиологическим раствором, а также инстилляциями препаратов искусственной слезы. Однако на 19-й день клинические признаки усугубились: были выявлены фолликулез, петехии, хемоз, многочисленные кровоизлияния на тарзальной конъюнктиве. Также на конъюнктиве нижних век выявлялись тонкие желтовато-белые полупрозрачные легко снимающиеся псевдомембраны. Проба с окрашиванием подтвердила вовлечение в процесс и роговой оболочки в виде появления на ней точечных воспалительных инфильтратов [25].

Эписклерит

Эписклериты типично могут быть связаны с вирусными инфекциями, включая, например, герпесвирусную инфекцию, лихорадку Эбола, гепатит C и др. Очевидно, теперь возможно связать их и с вирусом SARS-CoV-2. Так, W. Otaif и соавторами описан клинический случай эписклерита, который стал первым проявлением COVID-19 у 29-летнего мужчины. При объективном осмотре обратившегося с жалобами на ощущение инородного тела в левом глазу пациента выявлена гиперемия конъюнктивы и эписклеры. Спустя 3 сут присоединились общие симптомы коронавирусной инфекции в виде головной боли, одышки, кашля и лихорадки [26]. Еще один подобный случай описан C.M. Mangana и соавторами. Узелковый эписклерит у 31-летней женщины развился спустя 7 сут после появления типичных симптомов COVID-19 [27].

Увеиты на фоне COVID-19

Зафиксированы случаи переднего увеита на фоне COVID-19. C. Mazzotta и соавторами было опубликовано описание клинического случая пациентки 30 лет, обратившейся в отделение неотложной офтальмологической помощи с двусторонним покраснением глаз, продолжающимся в течение 2 нед. Пациентка отмечала выраженную светобоязнь и нечеткость зрения правого глаза. Сбор анамнеза установил, что описанные жалобы развивались на фоне признаков острой респираторной инфекции. Тест на SARS-CoV-2 у пациентки был положительным. В ходе объективного осмотра выявлены блефароспазм, конъюнктивальная гиперемия, слезотечение, фолликулы на конъюнктиве, опалесценция влаги передней камеры, легкий миоз. После медикаментозного мидриаза на передней капсуле хрусталика были выявлены беловатые воспалительные преципитаты и локальное помутнение вещества хрусталика. Был поставлен диагноз двустороннего острого фолликулярного конъюнктивита, осложненного передним негранулематозным увеитом вирусного генеза. Клинические симптомы полностью регрессировали через 4 нед [28].

COVID-ассоциированные изменения на сетчатке глаза

В литературе данных о влиянии SARS-CoV-2 на сетчатку немного. M.F. Landecho и соавторы описывают серию случаев из 27 пациентов, перенесших COVID-19, которым через 14 дней после выписки из больницы было проведено исследование глазного дна с помощью оптической когерентной томографии (ОКТ), а также сосудов сетчатки с помощью ОКТ-ангиографии. У 22% пациентов выявлялся бессимптомный глазной микроангиопатический синдром — образование типичных «ватообразных» очагов на сетчатке в среднем через 43 дня после появления первых симптомов COVID-19. При этом иные признаки витреоретинального воспаления, типичные для других вирусных ретинитов, отсутствовали. Такие «ватообразные» ишемические очаги самостоятельно регрессировали в течение нескольких недель. Авторы публикации выделяют как минимум два возможных пути повреждения сосудов сетчатки на фоне COVID-19: во-первых, состояние гиперкоагуляции, подобное диссеминированному внутрисосудистому свертыванию крови (ДВС-синдром), и, во-вторых, прямое вирусное повреждение эндотелия сосудов. Тем не менее подчеркивается, что вопрос о механизмах возникновения микроангиопатии сетчатки при COVID-19 требует дальнейшего изучения [29].

В работе P.M. Marinho и соавторов сообщается об обнаружении изменений на сетчатке у 12 пациентов, инфицированных SARS-CoV-2 (6 мужчин и 6 женщин в возрасте 25—69 лет). Пациенты были обследованы через 11—33 сут после дебюта COVID-19. По данным ОКТ, у всех были выявлены гиперрефлективные очаги на уровне слоя ганглиозных клеток и внутренних плексиформных слоев сетчатки. У четырех пациентов офтальмоскопически были обнаружены также нежные «ватообразные» очаги и микрогеморрагии по ходу сосудистых аркад. При этом острота зрения и зрачковые рефлексы оставались нормальными у всех пациентов, иные признаки внутриглазного воспаления также не обнаруживались [30].

Описано несколько случаев окклюзии ретинальных сосудов.

Так, A.P. Murchison и соавторы опубликовали описание эпизода острой односторонней окклюзии центральной артерии сетчатки. Пациент 50 лет обратился с жалобами на впервые возникшее внезапное и безболезненное снижение зрения правого глаза. Жалобам со стороны зрения сопутствовали легкий фарингит и диарея в течение двух-трех дней. Анализ на выявление РНК SARS-CoV-2 дал положительный результат. При осмотре наблюдался выраженный афферентный зрачковый дефект справа, острота зрения была существенно снижена (OD — движение руки у лица). Офтальмоскопически на глазном дне была выявлена типичная картина окклюзии центральной артерии сетчатки [31].

Опубликовано несколько работ, описывающих эпизоды венозного тромбоза сетчатки на фоне COVID-19 [32—34]. Так, A. Invernizzi и соавторы описывают клинический случай женщины 54 лет, которая обратилась с жалобами на снижение зрения правого глаза, которое было отмечено ею 10 дней спустя появления симптомов вирусной инфекции и лабораторного подтверждения SARS-CoV-2. Данные офтальмоскопии правого глаза выявили множественные кровоизлияния в сетчатку, извитость вен и «ватообразные» очаги, был поставлен диагноз острого тромбоза центральной вены сетчатки (ЦВС) [34]. Аналогичный случай описан и у 52-летнего мужчины, у которого также спустя 10 дней с момента развития симптомов COVID-19 произошел эпизод тромбоза ЦВС левого глаза [32]. Определенный интерес представляет описание клинического случая более молодой пациентки (17 лет), обратившейся с жалобами на внезапное снижение зрения правого глаза. При осмотре передний сегмент глаза был спокоен, осмотр глазного дна выявил отек диска зрительного нерва с осколочными кровоизлияниями, а также множественные пламевидные и пятнистые кровоизлияния во всех квадрантах сетчатки. На ОКТ-сканах выявлены отслойка нейросенсорного эпителия и кистовидный макулярный отек. Примечательно, что эпизод острого тромбоза ЦВС у пациентки случился спустя 21 день с момента появления у нее симптомов коронавирусной инфекции (лихорадка, кашель). На момент появления глазных симптомов пациентка уже завершила курс терапии и получила отрицательный результат ПЦР на SARS-CoV-2 [33].

Следует отметить, что последние актуальные данные обзора сообщений о случаях окклюзии сосудов сетчатки у пациентов с COVID-19, опубликованных A. Sharma и соавторами в конце 2021 г., свидетельствуют о том, что отсутствуют убедительные доказательства причинно-следственной связи окклюзионных нарушений ретинальных сосудов с COVID-19 [35].

Нейроофтальмологические поражения у пациентов с COVID-19

Возрастает число публикаций, описывающих нейроофтальмологические поражения у пациентов с COVID-19, которые могут быть результатом ряда патофизиологических механизмов на протяжении всего периода клинического течения новой коронавирусной инфекции. Ассоциированные с COVID-19 нейроофтальмологические проявления достаточно многообразны и могут быть представлены различного рода дисфункциями зрительного нерва, ограничением и болезненностью движений глазных яблок, диплопией, опущением век, измененными зрачковыми реакциями, а также потерей зрения одного или обоих глаз, разнообразными дефектами полей зрения [36, 37].

Например, COVID-19-ассоциированный оптический неврит, имеющий односторонний или двусторонний характер, может предшествовать классическим легочным проявлениям COVID-19. Также он может развиваться параллельно с поражением других черепных нервов [38]. Поскольку вирус SARS-CoV-2 вызывает повреждение эндотелиальных клеток, осложненное тромбообразованием и тромбоэмболией, при проведении дифференциальной диагностики оптического неврита рекомендуется исключить такие офтальмологические сосудистые осложнения, как передняя ишемическая оптическая нейропатия, окклюзия центральной артерии или вены сетчатки, вызванные иными причинами (например, возникшие в результате артериальной гипертензии, миокардита, сердечной недостаточности, нарушений сердечного ритма). Кроме того, важно помнить, что воспаление зрительного нерва на фоне COVID-19 может сочетаться с ишемическим инсультом [38].

В литературе описаны случаи развития коинфекции SARS-CoV-2 с нейротропными вирусами, такими как Herpes viridae [39]. Неоднократные клинические случаи реактивации герпесвирусной инфекции в виде одно- или двустороннего ретробульбарного оптического неврита, оптикоэнцефалита, менингоэнцефалита и др. описаны у пациентов, ослабленных в результате перенесенного COVID-19 [40, 41].

Осложнения со стороны глаз после вакцинации против COVID-19

Существует несколько публикаций на тему потенциальных нежелательных реакций со стороны органа зрения, которые возникали после проведения иммунизации различными видами вакцин от COVID-19.

В частности, зафиксировано развитие острого или обострение хронического переднего и среднего увеита, хориоидита (в том числе на фоне болезни Фогта—Коянаги—Харада). Со стороны сетчатки отмечены случаи развития острого некроза сетчатки, а также такого состояния, как парацентральная острая срединная макулопатия. Есть единичные сообщения о развитии отслойки сетчатки. Среди поствакцинальной патологии глазного дна заслуживают внимания эпизоды острого сосудистого тромбоза сетчатки, а также развитие неврита зрительного нерва. Сообщалось о побочных эффектах со стороны глазной поверхности (например, эпизоды отторжения трансплантата роговицы, кератомаляция, склерит). У ряда пациентов вакцинация сопровождалась развитием патологии глазодвигательных мышц, описаны случаи развития отека век и тромбоза верхней глазной вены [42, 43].

Подходы к терапии

На настоящий момент нет регламентированных схем специфического лечения глазных проявлений новой коронавирусной инфекции. В схемах лечения в описанных клинических ситуациях в основном использовались препараты топической противовоспалительной, противовирусной, противоаллергической, антибактериальной и слезозаместительной терапии. Как правило, терапия назначалась эмпирически.

Среди противовирусных препаратов описано назначение аналогов нуклеозидов в виде валацикловира 500 мг перорально или офтальмологического геля ганцикловира 0,15% местно, а также комбинированного препарата с интерфероном альфа-2a [6, 24, 44]. В схемах лечения вирусного конъюнктивита есть упоминание о назначении противовирусных глазных капель с рибавирином по одной капле 4 раза в сут (в России в форме глазных капель не зарегистрирован) [16].

Противовоспалительная терапия проводилась с назначением местных стероидных препаратов — дексаметазона 0,1%, фторметолона 0,1% или бетаметазона 0,1% [24, 25, 28, 44]. С целью смягчения выраженности симптомов также назначались местного применения блокаторы H1-гистаминовых рецепторов (например, олопатадин 0,1%) [44] и препараты искусственной слезы [6, 23, 24, 28].

Известно, что в острой фазе любых вирусных конъюнктивитов присутствует риск присоединения вторичной бактериальной инфекции, чем обусловлено присутствие в комплексе терапевтических мер антисептических и антибактериальных препаратов широкого спектра действия [44]. В схемах лечения упоминались местные антибиотики групп макролидов (азитромицин 15 мг/г), фторхинолонов (моксифлоксацин 0,5%, левофлоксацин 0,5%), а также амфениколов (хлорамфеникол 0,5%) [6, 24, 25, 28, 44]. Из глазных антисептиков использовались раствор гипохлорита натрия (HOCl) 0,02%, глазные капли повидон-йода 0,6% и антисептик широкого спектра действия пиклоксидин [28, 44]. Современным антисептическим препаратом с действующим веществом пиклоксидин является препарат Окуларис Антисепт. Препарат обладает широким спектром действия, активен в отношении большинства наиболее распространенных возбудителей, в том числе с установленной множественной резистентностью. Высокий противомикробный потенциал дополняет производство препарата по технологии BFS (от англ. Blow-Fill-Seal — «выдувание — заполнение — запаивание»), за счет которой обеспечиваются асептические приготовление и розлив капель без участия человека в условиях высокого класса стерильности (A и B), что принципиально важно для офтальмологического препарата.

Необходимо добавить, что аномальная клиническая картина предполагаемого офтальмологического заболевания должна привлечь более пристальное внимание специалиста в части ее анализа в целом. Например, остро или постепенно развивающиеся окклюзионные поражения ретинальных сосудов разной степени выраженности, имеющие не только одностороннюю, но и двустороннюю локализацию, требуют повышенной диагностической настороженности, особенно при внезапном сопутствующем появлении у пациента сильной головной боли, рвоты, головокружения. Подобное сочетание клинических офтальмологических и неврологических признаков может служить проявлением очагового неврологического дефицита, жизнеугрожающих поражений центральной нервной системы [45]. В связи с этим необходимо проведение расширенного диагностического поиска, а также консультаций смежных специалистов — невролога и кардиолога.

Профилактика

Американская академия офтальмологии еще в начале пандемии опубликовала список общих профилактических мер, которые должны быть приняты практикующими врачами-офтальмологами во избежание распространения инфекции. К ним относятся рекомендации ношения масок, закрывающих нос и рот, пациентами и медицинским персоналом, врачу при осмотре пациента рекомендовано также использование средств индивидуальной защиты в виде очков и специальных экранов, фиксируемых на щелевых лампах, для защиты глаз. Обязательны регулярное мытье рук, дезинфекция инструментов и поверхностей, имеющих потенциальный контакт с пациентом (предпочтительно использовать одноразовые устройства, если это возможно), а также ограничение проведения контактных диагностических процедур (контактная тонометрия, гониоскопия и т.д.). Целесообразно в целом придерживаться минимального протокола обследования, избегая дополнительных клинических тестов и исследований, если в них нет крайней необходимости.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.