Питание как фактор риска нарушений углеводного обмена в этнических группах населения России: татар, башкир, якутов и чеченцев. Пилотное исследование

Согласно результатам последних исследований, этнические особенности рассматриваются как один из факторов риска развития сахарного диабета 2 типа (СД2) и могут служить объяснением разной распространенности СД2 среди народов мира [1]. Различия в частоте СД2 в этнических группах могут быть связаны как с генетическими особенностями, так и с влиянием факторов внешней среды, основным из которых является питание.

Россия — многонациональное государство, на территории которого проживают около 200 народов, численность населения шести из них составляет более 1 млн человек: это русские, татары, чеченцы, башкиры, чуваши и аварцы [2]. Большинство коренных народов России имеют свою историю развития, культуру питания и приготовления пищи.

В среднем в Российской Федерации распространенность СД2 по итогам 2024 г. составляет 3727,4 на 100 тыс. населения и различается между субъектами [3, 4]. Самый высокий показатель отмечен в Приволжском федеральном округе — 4182,5 больных на 100 тыс. населения (в Республике Татарстан — 4257,8 на 100 тыс. населения, в Республике Башкортостан — 3986,9 на 100 тыс. населения). Самый низкий показатель — в Северо-Кавказском федеральном округе — 2331,6 на 100 тыс. населения, в том числе в Чеченской республике — 1337,1 на 100 тыс. населения. Высокая распространенность СД2 отмечается в Республике Саха (Якутия) — 4638,85 на 100 тыс. населения. Ретроспективный анализ базы данных исследования NATION также показал самую высокую распространенность нарушений СД2 среди народов Поволжья и наименьшую среди народов Северного Кавказа [5].

Анализ распространенности СД2 в отдельных этнических группах населения России не проводился. Однако в некоторых субъектах Российской Федерации большинство населения составляют коренные народы. Так, в Чеченской Республике более 96% населения составляют чеченцы. В Республике Саха (Якутия) якуты составляют около 50% населения Республики. На долю татар и башкир приходится 55% от всего населения Республика Башкортостан (на долю башкир — 31%), а в Республике Татарстан татары составляют 52% населения [2].

В связи с этим возникает вопрос: могут ли различия в распространенности СД2 быть связаны с особенностями питания коренных народов России?

Цель исследования — изучить особенности питания в четырех этнических группах населения России, различающихся по распространенности сахарного диабета 2 типа (якутов, татар, башкир и чеченцев), и выделить факторы питания, которые могут быть связаны с более высокой распространенностью этой патологии.

Сбор материала проведен в период с мая 2022 г. по апрель 2023 г. в четырех городах: Казани, Уфе, Якутске и Грозном.

В исследование включены здоровые лица, прошедшие анкетирование.

Критерии включения:

— возраст от 18 до 70 лет;

— указание на принадлежность к этнической группе не менее чем в трех поколениях;

— постоянное проживание в конкретном регионе не менее 10 лет;

— отсутствие в анамнезе СД и других нарушений углеводного обмена;

— отсутствие иных хронических заболеваний, определяющих пищевые ограничения;

— отсутствие острых заболеваний и обострения хронических заболеваний на момент обследования;

— беременность и лактация.

В каждую этническую группу включено не менее 60 здоровых лиц.

Способ формирования выборок из изучаемых популяций: произвольный.

Дизайн исследования: пилотное, одномоментное, наблюдательное, сравнительное исследование четырех выборок.

Для проведения данного исследования разработана анкета, включающая вопросы о возрасте, этнической принадлежности обследуемого, этнической принадлежности его родителей, бабушек и дедушек, месте проживания (город или село), длительности проживания в данной местности, вопросы о кратности приемов основных групп продуктов.

Участники исследования заполняли анкету самостоятельно и имели возможность задать все интересующие их вопросы. Выделены следующие основные категории продуктов питания: «мясные продукты, включая птицу» (мясо), «рыба и морепродукты», «яйца», «молочные продукты», «хлеб и хлебобулочные изделия», «макаронные изделия», «каши, крупы, рис», «картофель», «овощи», «фрукты», «конфеты, шоколад», «кондитерские изделия», «сладкие газированные напитки». Оценивалась кратность употребления основных групп продуктов питания: «ежедневно», «1 раз в неделю и чаще», «реже 1 раза в неделю», «не употребляю», при этом количество потребляемых продуктов не учитывалось.

Для дальнейшего анализа и графического представления результатов исследования частота употребления «ежедневно» и «1 раз в неделю и чаще» суммированы как употребление «1 раз в неделю и чаще, в том числе ежедневно».

Для сравнения частоты употребления основных продуктов питания в городе и в сельской местности с учетом небольшого размера выборки все здоровые лица вне зависимости от этнической принадлежности разделены на две группы: проживающие в городе и в сельской местности. Отдельно проведен анализ питания здоровых чеченцев, проживающих в городе и в сельской местности.

Выполнена оценка индекса массы тела (ИМТ) и окружности талии (ОТ) всех участников исследования.

Статистический анализ данных проведен с использованием прикладной программы Statistica 13 (Tibco Software Inc., США) и языка программирования для статистического анализа данных R. Количественные признаки представлены в виде медианы и интерквартильного размаха (Me [Q₁; Q₃]), а качественные — в виде абсолютных и относительных частот — n (%).

Сравнение двух независимых групп по количественным признакам проведено с помощью критерия Манна—Уитни (U-test), по качественным — двустороннего точного критерия Фишера. Критический уровень значимости при проверке статистических гипотез принят равным 0,05.

Проведение научно-исследовательской работы одобрено локальным этическим комитетом ФГБУ «НМИЦ эндокринологии имени академика И.И. Дедова» Минздрава России (Выписка из протокола №9 от 21.05.2021).

Всего в исследовании приняли участие 278 здоровых добровольцев. Характеристика участников представлена в таблице.

Результаты анализа анкет здоровых добровольцев исследуемых этнических групп с детализацией приема основных групп продуктов питания представлены в Приложении, табл. 1 на сайте журнала (https://mediasphera.ru/upload/medialibrary/files/Prof_2026_02_Kononenko_App.pdf). Не отмечены статистически значимые различия по частоте употребления таких продуктов питания, как яйца, молоко и молочные продукты, хлеб и хлебобулочные изделия, макаронные изделия.

Характеристика участников исследования

Доля лиц, ежедневно употребляющих основные продукты питания, представлена на рис. 1. Основными продуктами питания, которые ежедневно употребляли более 50% обследованных каждой этнической группы, были хлеб, хлебобулочные изделия и мясные продукты, включая птицу, при этом максимальная доля лиц, ежедневно употребляющих мясные продукты, включая птицу, отмечена в группах татар (82%) и якутов (80%). Чеченцы реже всех ежедневно употребляли «каши, крупы, рис» и чаще других — картофель. Максимальная доля лиц, ежедневно употребляющих овощи, наблюдалась в группе татар и чеченцев (77 и 62,5% соответственно), при этом только 36% башкир и 42% якутов сообщили, что ежедневно употребляют овощи. Около 50% татар, башкир и чеченцев сообщили, что употребляют фрукты ежедневно.

Рис. 1. Доля лиц разных этнических групп, ежедневно употребляющих основные группы продуктов питания, %.

Доля здоровых лиц изучаемых этнических групп, употребляющих основные продукты питания «1 раз в неделю и чаще, в том числе ежедневно», представлена на рис. 2. При оценке частоты потребления, как «1 раз в неделю и чаще, в том числе ежедневно» во всех этнических группах наблюдалась высокая частота потребления «мясных продуктов, включая птицу» (86—96%), яиц (75—88%), молочных продуктов (76—83%), хлеба (77—91%) и макаронных изделий (67—77%), картофеля (74—86%) и овощей (86—100%). Во всех группах частота употребления рыбы была заметно ниже, чем мясных продуктов, меньше всего — в группе башкир. Реже употребляли каши, крупы, рис чеченцы по сравнению с другими группами. Вместе с тем в группе чеченцев отмечалось более частое употребление овощей, чем в группе якутов и башкир. Более редкое употребление фруктов ообнаружено в группе якутов.

Рис. 2. Доля здоровых лиц, употребляющих основные группы продуктов питания «1 раз в неделю и чаще, в том числе ежедневно».

Фигурными скобками показан уровень статистической значимости (p, двусторонний точный критерий Фишера) между этническими группами.

При анализе употребления продуктов, содержащих сахар, получено, что сладкие газированные напитки «1 раз в неделю и чаще, в том числе ежедневно» употребляют 23—41% здоровых лиц. Наиболее высокая частота отмечалась в группе чеченцев. Вместе с тем частота потребления кондитерских изделий в группе чеченцев была самой низкой, а самая высокая наблюдалась в группе татар (76%). Чаще всего конфеты и шоколад употребляли также татары — 87% (p<0,05).

Анализ объединенной выборки, а также группы чеченцев показал, что частота употребления основных групп продуктов питания здоровыми лицами, проживающими в городе и в сельской местности, не различалась. Некоторое исключение наблюдалось для групп продуктов каши, крупы, рис и конфеты, шоколад, которые чаще употребляли жители городов (см. Приложение, табл. 2, 3) на сайте журнала (https://mediasphera.ru/upload/medialibrary/files/Prof_2026_02_Kononenko_App.pdf).

Здоровое питание играет важную роль в профилактике неинфекционных заболеваний, в том числе СД2. Основные принципы здорового питания наглядно графически представлены в пирамиде здорового питания [6, 7]. Предложено несколько вариантов пирамид здорового питания, однако общим для них является разнообразие питания, преобладание продуктов растительного происхождения (зерновые, клубневые, бобовые, овощи, фрукты), ограничение потребления свободных сахаров, соли, насыщенных жиров и трансжиров.

Результаты нашего исследования показали в целом недостаточное разнообразие рациона питания практически во всех исследуемых этнических группах. Ежедневное потребление основных продуктов питания отмечалось менее чем у 50% опрошенных. Каждый третий в группе чеченцев и татар ежедневно употреблял кондитерские изделия или конфеты, шоколад. У представителей всех групп, особенно у якутов, отмечается недостаточное ежедневное потребление овощей и фруктов. Менее 50% участников всех этнических группах ежедневно употребляли каши, крупы, рис. Однако ежедневное потребление мясных продуктов, включая птицу, во всех группах было достаточно частым, при этом у якутов и татар это обязательный ежедневный продукт питания.

У большинства обследованных (82%) из группы якутов в ежедневном рационе есть мясные продукты, включая птицу. Хлеб и хлебобулочные изделия ежедневно употребляли 77% респондентов. Почти 50% ежедневно употребляют молочные продукты. Только 41% якутов ежедневно употребляют овощи, менее 20% — фрукты. Среди якутов отмечена самая большая доля лиц, употребляющих яйца и молочные продукты ежедневно. Таким образом, ежедневное питание большинства якутов косвенно можно оценить как калорийное, богатое животными жирами и белком, содержащее недостаточное количество растительной клетчатки, овощей и фруктов.

Питание татар характеризуется практически ежедневным употреблением мясных продуктов, включая птицу, но при этом значительно более сбалансированное и более богатое овощами и растительной клетчаткой по сравнению с питанием якутов. Так, 77% татар ежедневно употребляют овощи, 51% включают в ежедневный рацион каши, крупы, рис, 56% — фрукты. Однако именно в этой этнической группе самая большая доля лиц, ежедневно употребляющих «кондитерские изделия» и «конфеты и шоколад».

Питание башкир во многом близко к питанию татар, однако доля лиц, ежедневно употребляющих мясные продукты, включая птицу, среди башкир меньше, всего 56%. Кроме того, среди башкир самая маленькая доля лиц, ежедневно употребляющих свободные (простые) сахара.

Питание чеченцев (этническая группа с самой низкой заболеваемостью СД2) характеризуется следующими особенностями: мясные продукты, включая птицу есть в ежедневном рационе только у 56% респондентов, только 34% ежедневно употребляют молочные продукты (меньше, чем в других группах), однако более 50% ежедневно употребляет фрукты и овощи, более 30% — картофель. Доля лиц, ежедневно употребляющих каши, крупы, рис, в данной этнической группе самая низкая. В целом ежедневное питание большинства чеченцев можно косвенно охарактеризовать как богатое фруктами, овощами, в том числе картофелем, хлебом и хлебобулочными изделиями, но с умеренным потреблением мясных и молочных продуктов.

Отсутствие существенных различий в частоте употребления основных групп продуктов питания в четырех разных этнических группах, по всей видимости, является следствием процессов урбанизации, повсеместного распространения сетевых продуктовых магазинов, своего рода «универсализации» продуктовой корзины во всех городах России. Это обеспечило доступность всех основных продуктов питания, но вместе с тем и изменило традиционную, сложившуюся в ходе столетий модель питания коренных народов страны.

Так, на смену традиционному мясо-молочному рациону якутов пришла пища, богатая углеводами [8]. Результаты нашего исследования показали, что употребление макаронных изделий, хлеба, круп, картофеля стало таким же, как у татар, башкир, чеченцев, а частота употребления рыбы и морепродуктов в наши дни уже не отличалось от таковой у татар и чеченцев. Между тем высокое потребление продуктов с высоким гликемическим индексом или гликемической нагрузкой рассматривается как один из факторов риска развития СД2 [9, 10].

Наше исследование также не выявило существенных различий в частоте употребления основных продуктов питания жителями городов и сельской местности. Это может быть связано с тем, что и в селах многие продукты приобретаются в магазинах или на рынке, население все меньше зависит от домашнего хозяйства. Результаты зарубежных исследований также указывают на то, что процессы урбанизации способствуют высокому риску развития диабета. По данным литературы, китайцы, проживающие в Америке, болеют диабетом чаще, чем те, кто живет в сельской местности Китая [11]. То же самое касается японских американцев по сравнению с японцами [12]. Исследователи полагают, что эта разница может быть отчасти обусловлена высокожирной и высокосахарной западной диетой. Недавнее исследование показало, что среди мексикано-американских детей уровень диабета, как правило, повышается по мере того, как они перенимают типичный американский образ жизни [13].

Оценка питания остается сложной задачей, требующей использования надежных и валидных методов. Предложено несколько инструментов для оценки качества питания, среди которых выделяется индекс здорового питания (HEI — Healthy Eating Index), учитывающий потребление групп продуктов и определенных питательных веществ [14]. Применение данного индекса в реальной клинической практике является трудоемким процессом, поскольку предполагает взвешивание продуктов, перерасчет порции на 1000 ккал/день и ведение записей в течение трех дней. Исследования по разработке индекса здорового питания также проводились в России [15], однако оценка фактического питания в силу многочисленности показателей все еще представляет трудную задачу, для решения которой требуются дальнейшие исследования.

В отечественных рекомендациях вопросам питания отводится важная роль [16]. Результаты данного пилотного исследования могут быть полезными при разработке мер, направленных на профилактику развития нарушений углеводного обмена и ожирения с учетом выявленных этнических особенностей питания и указывают на необходимость проведения дальнейших более крупных популяционных исследований.

К основным факторам, определяющим недостаточную репрезентативность выборки, можно отнести малый объем и неслучайный характер выборки. Исследование проводилось в разных городах, в разное время года. Для участия в исследовании приглашены лица, узнавшие о его проведении, выразившие готовность участия и подписавшие информированное добровольное согласие. Вместе с тем группы, сформированные подобным образом, не отражают всех свойств популяции: не в равной мере отражены все возрастные категории, непропорционально представлены жители города и села, лица разных профессий и видов занятости. В связи с этим данное исследование рассматривается в качестве пилотного.

В исследовании не проводился непосредственный анализ суточного рациона питания. Выводы сделаны на основании анализа анкет, которые заполнялись участниками, что может отражать в большей степени представление человека о его питании. Оценивалась частота употребления основных групп продуктов питания, но не их количество и качество. Не проводилась количественная оценка макронутриентов, а также калорийности рационов питания. В группе «мясные продукты, включая птицу» не выделялись отдельно колбасные изделия, продукты из переработанного мяса.

Еще одним ограничением нашего исследования является различная доля лиц, проживающих в сельской местности в этнических группах. Однако следует принять во внимание, что районы проживания сельских жителей находились в непосредственной близости к городам, в которых проводилось исследование.

Результаты исследования косвенно свидетельствуют о более калорийном, богатом продуктами животного происхождения, питании этнических групп с высокой распространенностью сахарного диабета 2 типа — якутов и татар. При этом питание чеченцев, этнической группы с самой низкой распространенностью этой патологии, характеризуется высоким потреблением фруктов и овощей наряду с меньшим ежедневным потреблением мяса и круп (включая рис) по сравнению с остальными этническими группами. Такие особенности питания могут оказывать влияние на риск развития сахарного диабета 2 типа и должны учитываться при разработке мер профилактики нарушений углеводного обмена и ожирения.

Вклад авторов: концепция и дизайн исследования — Кононенко И.В., Шестакова М.В.; сбор и обработка материала — Кононенко И.В., Сыдыкова Л.А., Авзалетдинова Д.Ш., Моругова Т.В., Вагапова Г.Р., Исаева У.С.; статистический анализ данных — Першина-Милютина А.П.; написание текста — Кононенко И.В.; научное редактирование — Шестакова М.В.

Финансирование: исследование частично финансировалось Министерством науки и высшего образования Российской Федерации (соглашение № 075-15-2024-645 от 12 июля 2024 г.).

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Authors contribution: study design and concept — Kononenko I.V., Shestakova M.V; data collection and processing — Kononenko I.V., Sydykova L.A., Avzaletdinova D.S., Morugova T.V., Vagapova G.R., Isaeva U.S.; statistical analysis — Pershina-Miliutina A.P.; text writingb — Kononenko I.V.; scientific editing — Shestakova M.V.

Financial Support: the study was partially funded by the Ministry of Science and Higher Education of the Russian Federation (Agreement No. 075-15-2024-645 dated July 12, 2024).