Социально-психологические и личностные факторы риска развития стресса у студентов

Психическое здоровье играет ключевую роль в общем состоянии здоровья человека, дополняя его физическое благополучие, способствуя успешной реализации умственной деятельности, адаптации и благоприятному взаимодействию с окружающей средой, а также ощущению удовлетворенности жизнью [1]. Стресс как растущее явление современного общества, особенно среди студентов, стал одной из ключевых проблем здравоохранения [2, 3]. В период обучения студенты часто сталкиваются с высоким уровнем стресса, что подтверждается многими исследованиями. Именно студенты вузов и колледжей особенно уязвимы в области психического здоровья, демонстрируя высокий уровень стресса, что может негативно сказываться на их не только психическом, но и физическом здоровье, влияя на поведение и образ жизни [2, 4, 5].

Поступление в вузы и колледжи является поворотным этапом в жизни молодых людей, что несет в себе множество проблем как психологического, так и физического характера [4, 6, 7]. Многочисленные исследования показывают, что студенты испытывают более высокий уровень стресса по сравнению с другими возрастными группами, распространенность которого доходит до 90% в разных странах [5, 8].

Высокий уровень психологического дистресса у студентов может быть обусловлен как внешними, так и внутренними факторами [9]. Из внешних факторов важную роль играют социально-экономические условия, культурные и гендерные различия, а также поддержка со стороны семьи и окружения [9, 10]. Внутренние факторы включают в себя личностно-психологические характеристики, психическую устойчивость, религиозную и духовную ориентацию [9]. Так, иранское исследование показало положительную связь между религиозными и жизненными установками и психологическим благополучием [1, 11]. Согласно систематическому обзору, взаимосвязь духовности, отношения к религии и стресса может также зависеть от культурных и региональных условий [12]. Анализ результатов исследований, проведенных в разных культурных средах, показал, что студенты из Армении, Татарстана и Турции опираются на внесубъектный ресурс религиозной поддержки в стрессовых ситуациях, а в трудных ситуациях армянские и татарские студенты обращаются к церкви. В то же время русские студенты по большей части не считают религию смысловой и жизненной ориентацией [13, 14] и в стрессовой ситуации чаще всего проводят время в социальных сетях, выбирают компьютерные игры, отдают предпочтение вредным привычкам [15].

Цель исследования — определить факторы риска, влияющие на уровень стресса у студентов, с учетом социально-демографической характеристики, самооценки качества и образа жизни, социально-психологических особенностей и религиозных убеждений.

Исследование осуществлялось на базе технологического института пищевой промышленности ФГБОУ ВО КемГУ Минобрнауки России в 2022 г. Всего опрошено 626 студентов очной и заочной форм обучения — 205 (32,8%) мужчин и 421 (67,2%) женщина, средний возраст 21,4±4,5 года. Преобладающее большинство студентов выборки не старше 25 лет, что является типичным для студенческой молодежи Российской Федерации.

Исследование одобрено Этическим комитетом ФГБОУ ВО КемГУ Минобрнауки России (протокол №7 от 05.09.2023). До проведения исследования получено письменное информированное добровольное согласие от всех участников исследования.

Протокол исследования представлен ранее [16]. Исследование выполнено в соответствии со стандартами надлежащей клинической практики (Good Clinical Practice) и принципами Хельсинкской декларации. Все студенты, давшие согласие на участие, включены в исследование.

Уровень стресса определяли с помощью вопросника PSS (Perceived Stress Scale) с оценкой по школе Коена (Cohen’s Stress Scale) [17]. Группировка стресса проведена по третилям суммарных баллов: «Низкий» стресс — до 13, «Средний» — 14—20, «Высокий» — 21 балл и выше.

Из социально-демографических характеристик учитывали: возраст, пол, гражданство, семейное положение, условия проживания, курс и форму обучения, доход, трудовую занятость. Уровень дохода оценивали по согласию респондента на основании высказываний, описывающих финансовые возможности семьи.

Из социально-психологических характеристик учитывали следующие показатели: удовлетворенность качеством жизни, перспективы на профессиональное будущее, взаимоотношения с родителями, преподавателями, сокурсниками, возможность поддержки от близких и друзей, внеучебное времяпрепровождение, отношение к религии.

Для снижения мультколлинеарности в регрессионном анализе и сокращения размерности данных по ряду переменных проведено группирование с помощью факторного анализа (метода главных компонент). Так, 20 вопросов об интересах в свободное время сведены в 6 групп, условно обозначенных: «Интеллигент» — чтение книг и журналов, посещение концертов, театров, музеев, выставок, кино, религиозных учреждений, повышение образования и квалификации, домашнее хобби; «Тусовщик» — посещение ночных клубов, развлекательных мероприятий, кино, кафе, времяпрепровождение на природе; «IT» — времяпрепровождение за компьютером, в интернете, с друзьями, увлечение музыкой, фильмами; «Кружковец» — повышение образования и квалификации, посещение собраний и общественных организаций, занятия в кружках и клубах по интересам, общение с друзьями; «Домосед» — повышение уровня образования и квалификации, работа по дому, просмотр телевизора; «Спортсмен» — занятия спортом, домашним хобби.

С помощью факторного анализа 3 вопроса об отношениях с родителями, преподавателями и однокурсниками объединены в переменную, характеризующую отношения с окружающими в целом, с группировкой по третилям факторных нагрузок: «Хорошие», «Средние», «Плохие».

С помощью факторного анализа 5 вопросов об удовлетворенности материальным положением, питанием, одеждой, состоянием здоровья, жизнью в целом объединены в переменную, характеризующую общую удовлетворенность качеством жизни, с группировкой по третилям факторных нагрузок: «Низко», «Средне», «Высоко».

Статистический анализ. Для оценки статистической значимости различий частот использовали критерий χ² Пирсона. Так как итоговая переменная стресса представлена тремя порядковыми категориями, то для оценки связи стресса с предикторами применялась порядковая регрессия с расчетом отношений шансов (ОШ) и 95% доверительного интервала (ДИ). Результаты регрессионного анализа корректировались на пол, курс обучения, семейное положение, уровень дохода студентов. Статистический анализ проведен в программе SPSS Statistics, версия 22. Критический уровень статистической значимости 0,05.

Согласно группировке уровня стресса (по третилям баллов), низкий уровень характерен для 30,2% учащихся, средний — для 35,3%, а высокий — для 34,5%. Из социально-демографических характеристик статистически значимые ассоциации со стрессом отмечаются по полу, уровню дохода и семейному положению. У женщин отмечена более высокая вероятность стресса по сравнению с мужчинами (ОШ=2,56; 1,82—3,60). Высокий уровень дохода ассоциируется с более низкими показателями стресса (ОШ=0,43; 0,28—0,66). По сравнению с проживанием вместе с родителями ниже уровень стресса у лиц, проживающих отдельной семьей (ОШ=0,52; 0,28—0,95), с друзьями (ОШ=0,53; 0,29—0,97) или самостоятельно (ОШ=0,56; 0,32—0,98).

Показатели уровня стресса учащихся в зависимости от самооценки качества жизни и социально-психологических характеристик представлены в табл. 1. Ухудшение оценки качества жизни по всем категориям (материальное положение, состояние здоровья, питание, одежда и удовлетворенность жизнью) статистически значимо ассоциируется (везде p<0,001) с увеличением уровня стресса. При осложнении отношений с родителями, преподавателями и однокурсниками увеличивается доля лиц с высоким уровнем стресса (везде p<0,001).

Таблица 1. Уровень стресса в зависимости от самооценки качества жизни и социально-психологической характеристики личности студентов

Среди студентов, имеющих возможность в случае проблем и неприятностей рассчитывать на всех в своем окружении, доля лиц с высоким уровнем стресса (25,0%) ниже по сравнению с теми, кто может рассчитывать только на семью и родственников (33,3%), на друзей и знакомых (41,8%) или только на себя (44,7%), p<0,021.

Оценка планов на будущее в отношении трудоустройства после окончания вуза показала, что чем более благоприятные и четкие перспективы, тем меньшая доля студентов характеризуются высоким уровнем стресса (p<0,001).

Среди верующих студентов ниже доля лиц с высоким уровнем стресса (26,5%) по сравнению с неверующими (41,8%), p<0,001, а студенты, исповедующие ислам и буддизм, реже (p<0,001) попадают в группу высокого стресса (12,5%) по сравнению с приверженцами христианской религии (32,3%) и, конечно же, с лицами, не относящими себя к какому-либо вероисповеданию (40,2%).

В табл. 2 представлены ассоциации стресса с образом и качеством жизни в многофакторном регрессионном анализе. Полученные результаты подтверждают все ассоциации, выявленные в рамках однофакторного анализа (см. табл. 1). Так, в отношении перспектив трудоустройства чем меньше вариантов и уверенности в поиске работы, тем выше вероятность увеличения уровня стресса во всей популяции, но в большей части за счет женской популяции. Однако наибольшая вероятность увеличения уровня стресса выявлена у студентов, ответивших, что «возможно, не найдут работы после окончания вуза» (ОШ=4,56; 2,45—8,46).

Таблица 2. Ассоциации уровня стресса с социальной характеристикой

Чем ниже показатель общей удовлетворенности жизнью, тем больше вероятность повышения уровня стресса, в основном за счет женщин, а самая низкая оценка удовлетворенности жизнью значимо ассоциируется с увеличением уровня стресса для всех студентов, независимо от пола. Ухудшение взаимоотношений с окружающими также увеличивает шансы высокого уровня стресса, особенно если отношения оцениваются студентами как плохие.

По сравнению со студентами, рассчитывающими на поддержку всех в случае необходимости, выше уровень стресса у лиц, рассчитывающих на помощь только друзей (ОШ=4,56; 2,45—8,46), самостоятельно решающих все свои проблемы (ОШ=1,73; 1,03—2,90), не имеющих никакой поддержки (ОШ=5,38; 1,29—22,48). У женщин ассоциации статистически значимы лишь в случае обращения за поддержкой к друзьям, в мужской популяции связь незначима.

Отношение к религии ассоциируется с уровнем стресса. Так, неверующие студенты характеризуются более высоким уровнем стресса по сравнению с верующими (ОШ=1,46; 1,08—1,97). Данная связь характерна для мужчин, но не для женщин. Выявлена связь стресса с конкретными религиозными учениями в общей выборке мужчин, но не женщин.

Из выделенных 6 групп предпочитаемого досуга студентов статистически значимые ассоциации со стрессом выявлены для «Кружковцев» (ОШ=0,51; 0,32—0,81), «Домоседов» (ОШ=0,60; 0,40—0,88) и только в женской популяции.

В рамках исследования установлено, что у студенток уровень стресса значительно выше по сравнению со студентами-мужчинами. Эти данные согласуются с результатами предыдущих исследований, указывающими на повышенную эмоциональную восприимчивость женщин [18], что может быть обусловлено более высокой степенью вовлеченности в социальные, академические и бытовые задачи.

Результаты исследования показывают, что студенты, оценивающие свое материальное положение как хорошее, испытывают менее выраженный стресс. Аналогичные результаты представлены и в других исследованиях, показавших, что меньший стресс испытывают те студенты, которые выше оценивают свое материальное положение, здоровье и качество жизни [10, 19].

Один из наиболее распространенных психосоциальных факторов — низкий уровень социальной поддержки [20]. Отношения с окружающими, особенно с родителями, преподавателями и однокурсниками, значительно влияют на уровень стресса. Чем хуже оцениваются эти взаимоотношения, тем более высокий уровень стресса мы отмечаем у студентов. Большое количество литературы показывает ощутимую роль семьи в минимизации стресса среди студентов, так как члены семьи служат источником эмоциональной поддержки, которую студенты колледжа не всегда получают в других местах [10, 21]. Однако, как отмечают некоторые исследования, семейственность может противоречить потребности молодых людей в самостоятельности как части их развития и вызывать психологический дискомфорт [22], что и показано в нашем исследовании, когда проживание отдельно от родителей, напротив, оказалось фактором, снижающим уровень стресса. Кроме того, дружеские отношения со сверстниками и поддержка с их стороны в свою очередь могут быть эффективными в укреплении социальных сетей и помощи в адаптации [23].

Ключевую роль в уменьшении стресса играет уверенность в поддержке и помощи окружения. Студенты, которые знают, что могут рассчитывать на помощь близких и друзей, особенно в случае неприятностей и проблем, реже испытывают стресс по сравнению с теми, кто рассчитывает только на себя или не имеет поддержки вовсе, что и представлено в нашем исследовании и подтверждается другими исследованиями [10, 21].

Как показало наше исследование, студенты (женщины в первую очередь), уверенные в своем будущем и имеющие четкие и благоприятные перспективы трудоустройства после окончания вуза, реже испытывают стресс, что согласуется с другими аналогичными исследованиями [24, 25].

Анализ предпочтений в досуге показал, что у студентов женского пола приверженность проведению времени в кружках и дома (обучение, домашние увлечения, домашние телевизионные просмотры) ассоциируется с более низким уровнем стресса. Это означает, что участие в организованных досуговых мероприятиях и наличие комфортного домашнего пространства могут значимо снижать стрессовую нагрузку. Для студентов мужского пола такой связи мы не выявили, что, вероятнее всего, указывает на разницу в потребностях и предпочтениях гендерных групп. Помимо нашего исследования, анализ результатов, полученных среди студентов в других городах и странах, также подтвердил, что внеклассные занятия или хобби, включающие музыку, физические упражнения, общение с близкими людьми и другие увлечения, связаны со снижением уровня стресса и выгорания [1, 18, 20, 26].

Интересным результатом исследования является полученная связь между религиозной ориентацией и уровнем стресса. Так, «верующие» студенты, отмечают значительно более низкий уровень стресса по сравнению с «неверующими». На удивление, у лиц мужского пола приверженность религии имеет наибольшее значение в снижении уровня стресса, что, скорее всего, говорит о существенно меньшем количестве социальных контактов в мужской популяции по сравнению с женской. Соответственно, чтобы почерпнуть силы для преодоления трудностей, найти смысл в сложных ситуациях, понимание и утешение, недополученные среди близкого окружения, люди часто обращаются к духовным убеждениям и вере. Кроме того, религиозные или духовные организации часто обеспечивают чувство общности и поддержки. Немногочисленные исследования в данной области показывают, что для верующих студентов, особенно приверженцев ислама и буддизма, характерны более низкие уровни стресса по сравнению с неверующими [1]. Участие в религиозных ритуалах, молитвы или медитации помогают людям чувствовать себя спокойными и устойчивыми перед лицом стресса [9, 11, 27].

В целом результаты нашего исследования подчеркивают многофакторную природу стресса у студентов и позволяют охарактеризовать зависимость стресса от социально-демографических характеристик, качества жизни, уровня взаимоотношений с окружающими, особенностей времяпрепровождения, религиозности. Полученные данные подтверждают важность комплексного подхода к изучению и поддержке психического здоровья студентов. Необходимы интервенции, учитывающие гендерные и социально-экономические особенности, а также психологические и культурные аспекты жизни студентов. Программы поддержки должны включать карьерное консультирование, укрепление социальных связей и поддержку религиозных и духовных практик, что может способствовать снижению уровня стресса и улучшению общего благополучия и ментального здоровья студентов.

Вклад авторов: концепция и дизайн исследования — Максимов С.А., Котова М.Б., Куракин М.С.; сбор и обработка материала — Куракин М.С., Костина Н.Г., Максимов С.А.; статистический анализ данных — Максимов С.А.; написание текста — Котова М.Б., Максимов С.А., Тахиров Р.А.; научное редактирование — Драпкина О.М.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Authors contribution: study design and concept — Maksimov S.A., Kotova M.B., Kurakin M.S.; data collection and processing — Kurakin M.S., Kostina N.G., Maksimov S.A.; statistical analysis — Maksimov S.A.; text writing — Kotova M.B., Maksimov S.A. Takhirov R.A.; scientific editing — Drapkina O.M.