Исследование биохимических показателей в биоптатах стенок вен нижних конечностей при варикозной болезни

В патогенезе варикозной болезни выделяют ряд факторов, ответственных за развитие данной патологии [1]. К ним относят пол, возраст, наследственность, рост, образ жизни, гормональную терапию, патологию опорно-двигательной системы, избыточную массу тела [2]. Часть из них имеет врожденный или конституционный характер. На этом фоне в определенных условиях синтезируются коллагеновые белки с измененными свойствами [3, 4].

В настоящее время ведутся исследования, целью которых является не только совершенствование методов лечения варикозной болезни [5], но и изучение причин развития деформации венозной стенки и ее осложнений. Установлено, что для варикозно трансформированных вен характерно изменение метаболических реакций, связанное с кислородной недостаточностью, снижением потребления глюкозы и дисрегуляцией образования тромбоксанов, простагландинов и простациклинов. Эти сдвиги происходят на фоне уменьшения количества коллагена, протеогликанов в варикозно измененной венозной стенке и активации лизосомных ферментов, участвующих в катаболизме белков. Распад гладкомышечных и эндотелиальных клеток сопровождается агрегацией тромбоцитов и лейкоцитов [6]. С другой стороны, снижение сосудистого тонуса и развитие первичного варикозного расширения вен происходят на фоне дисбаланса в системе «оксид азота — циклический гуанозинмонофосфат» [7]. Ранее в биоптатах варикозно измененных вен нами было выявлено повышение провоспалительных цитокинов (фактора некроза опухоли-α и интерлейкина-1β), активности аминотрансфераз, участвующих в распаде аминокислот [8].

В качестве маркеров повреждения клеток эндотелия и гладких мышц рассматривают показатели, определяемые в плазме крови: метаболиты оксида азота, уровни молекул адгезии, эндотелина-1, селектинов, гомоцистеина и различных цитокинов [9], фактора Виллебранда, тканевого активатора плазминогена, ингибитора активатора плазминогена 1-го типа, антитромбогенной активности эндотелия [10]. В диагностике тромбозов как осложнения целого ряда заболеваний стали применять определение D-димера — продукта деградации фибрина. Избыток D-димера в крови свидетельствует об активации фибринолиза, которому предшествует усиление коагуляционного каскада с образованием нерастворимого фибрина [11]. Наличие D-димера является признаком образования и деградации фибринового сгустка внутри сосудистого русла и отражает активацию как гемостаза, так и фибринолиза [12].

В то же время количество D-димера, холестерола, иммуноглобулинов A, G, M (IgA, IgG, IgM) непосредственно в венозной стенке и их роль в механизмах развития варикозной болезни не изучены.

Цель исследования — изучить количество D-димера, холестерола и IgA, IgG, IgM, участвующих в образовании комплексных соединений в стенке сосудов, в биоптатах варикозно измененной венозной стенки у пациентов с варикозной болезнью разных классов ХЗВ по классификации CEAP.

В исследовании приняли участие 37 пациентов в возрасте 36—60 лет с варикозной болезнью классов С2—C6. Диагноз был подтвержден данными ультразвукового ангиосканирования и функциональных проб. Все пациенты были разделены на четыре группы по классам ХЗВ: С2 (n=9), С3 (n=10), С4 (n=9), С5—С6 (n=9). После оформления информированного согласия в плановом порядке им была выполнена флебэктомия, получено 37 фрагментов варикозно-расширенных вен, расположенных в средней трети бедра. До начала исследования биообразцы хранили при температуре –30 °C, затем отмывали 0,9% раствором натрия хлорида на холоде и гомогенизировали в фарфоровой ступке с кварцевым песком с добавлением 3 мл 0,9% раствора натрия хлорида. Полученные гомогенаты центрифугировали на аппарате Armed CH90−1S 5000 об/мин в течение 15 мин. В надосадочной жидкости спектрофотометрическим методом определяли количество холестерола в пг/г ткани. Содержание D-димера в нг/г ткани и IgA, IgG, IgM в мг/г ткани измеряли с помощью метода иммуноферментного анализа.

Полученные результаты были обработаны с использованием пакета прикладных программ Statistica10.0. Характер распределения определялся методом Шапиро—Уилка: при р<0,05 распределение признака считалось ненормальным. Для описания признаков использовали медианы с указанием интерквартильного размаха. С целью исключения проблем множественных сравнений применяли однофакторный дисперсионный анализ. Так как данные были получены для несвязанных (независимых) выборок и распределение в них отличалось от нормального, применяли критерий Краскела—Уоллиса. Далее проводились апостериорные исследования с учетом поправки Бонферрони (статистически значимыми считались результаты при р<0,017) по критерию Манна—Уитни.

Количество D-димера в биоптатах имело статистически значимые различия в зависимости от класса ХЗВ (р<0,001). Уровень D-димера в группе класса С2 колебался от 123 до 184 нг/г ткани и составил 151 (123,6; 163,2) нг/г ткани. У пациентов с классом С3 количество D-димера возрастало до 455,5 (436,1; 501,3) нг/г ткани (р<0,001). Еще большее количество D-димера определялось у пациентов с классом С4 — 1568 (1458; 1652) нг/г ткани (р<0,001) и продолжало увеличиваться у лиц с классом С5—С6 до 3126 (3023; 3145) нг/г ткани (р<0,001) (рис. 1).

С изменением класса ХЗВ также статистически значимо менялся уровень холестерола в биоптатах ткани (р<0,001). На фоне увеличения количества D-димера в стенке варикозно измененных вен у пациентов с классом С3 и С4 возрастало содержание и холестерола. Так, у пациентов с классом С2 количество холестерола составляло 2,03 (1,9; 2,0) пг/г ткани, а с классом С3 оно увеличивалось до 3,82 (3,34; 4,05) пг/г ткани (р<0,001). Еще большее увеличение наблюдалось в биоптатах вен у пациентов с классом С4, где уровень холестерола достигал 5,22 (5,05; 5,37) пг/г ткани (р<0,001). Однако у пациентов с классом С5—С6 количество холестерола снижалось до 1,52 (1,45; 1,55) пг/г ткани (р=0,0015). Возможно, это связано с резким истончением венозной стенки, что препятствует отложению в ней холестерола (рис. 2).

Исследование количества IgA и IgG в биоптатах вен выявило, что уровень IgG в 8—10 раз выше содержания IgA. При этом было отмечено увеличение этих показателей в зависимости от класса заболевания (р<0,001). У пациентов с варикозной болезнью класса С2 количество IgA и IgG равнялось 1,36 (1,32; 1,56) и 12,14 (11,5; 13,2) мг/г ткани соответственно. По мере развития заболевания в класс С3 содержание IgA увеличивалось до 1,90 (1,80; 2,03) мг/г ткани (p=0,003), а IgG — до 16,1 (15,5; 16,3) мг/г ткани (р=0,015). Еще большее увеличение наблюдалось при классах С4 и С5—С6, когда количество IgA возрастало до 3,99 (3,79; 4,71) (р<0,001) и 4,97 (4,92; 5,08) мг/г ткани (р<0,001), а уровень IgG достигал значений 25,1 (23,5; 26,1) (р<0,001) и 30,9 (29,8; 32,19) мг/г ткани (р<0,001) соответственно (рис. 3 и 4).

В то же время исследование содержания IgМ в биоптатах варикозно измененных вен не выявило значимых отличий (р>0,05) в уровне данного показателя в зависимости от стадии заболевания.

Исследование продуктов деградации фибрина по количеству D-димера показало активацию системы фибринолиза во всех классах заболевания, и наиболее выраженный процесс отмечен у пациентов с классом С4—С6. Эти изменения совпадают с увеличением количества IgA и IgG в стенке варикозно измененных вен. Известно, что транспорт холестерола в клетки осуществляется в составе липопротеидов низкой плотности (ЛПНП) в комплексе с иммуноглобулинами. Исследование количества IgA, IgG в биоптатах вен выявило, что уровень IgG в 8—10 раз выше содержания IgA, что свидетельствует о наличии хронического воспаления в эндотелии сосудов, которое нарастает по мере прогрессирования заболевания. Выявлены наиболее значимые сдвиги в содержании холестерола у пациентов с классом С3 и С4. Таким образом, результаты нашего исследования позволяют расширить представление о патогенезе варикозного расширения подкожных вен нижних конечностей.

Варикозное расширение подкожных вен нижних конечностей сопровождается воспалительными деструктивными процессами в венозной стенке, а D-димер является маркером не только тромбообразования, но и воспаления венозной стенки.

Участие авторов:

Концепция и дизайн исследования — М.Д., Т.П.

Сбор и обработка материала — А.В.

Статистическая обработка данных — А.В.

Написание текста — Т.П., А.В.

Редактирование — М.Д., Т.П.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

The authors declare no conflicts of interest.

Сведения об авторах

Дибиров М.Д. — m.dibirov@yandex.ru

Вавилова Т.П. — https://orcid.org/0000-0002-4255-8825

Минаев А.В. — https://orcid.org/0000-0001-6456-1905

Автор, ответственный за переписку: Минаев А.В. —
e-mail: anton-rgmu@rambler.ru