Взаимосвязь нейропсихологических показателей и нейровизуализационных изменений по данным МРТ-морфометрии у пациентов с болезнью Альцгеймера и глаукомой

Болезнь Альцгеймера (БА) и первичная открытоугольная глаукома (ПОУГ) являются многофакторными нейродегенеративными возраст-зависимыми заболеваниями, которые характеризуются малозаметным началом с неуклонным ростом в популяции во всем мире. Несмотря на большое количество проведенных исследований и накопленные знания, исследователи продолжают стремиться понять патогенетическую основу этих заболеваний и усовершенствовать методы диагностики и лечения [1].

БА — одна из ведущих причин деменции и смертности у лиц пожилого возраста. Риск развития БА увеличивается экспоненциально, начиная с 65 лет. Ожидается, что распространенность БА и других деменций в мире увеличится с 55 млн в 2019 г. до 139 млн в 2050 г. [2—7]. В то же время глаукома — это основная причина необратимой слепоты, около 105 млн человек страдают ПОУГ во всем мире. По прогнозам экспертов, число пациентов с ПОУГ возрастет до 111,8 млн к 2040 г. В настоящее время БА и ПОУГ относятся к глобальным проблемам современности, так как эти заболевания вносят значительный вклад в инвалидизацию пациентов, а также являются экономическим бременем для системы здравоохранения.

Деменция может возникать на фоне различных заболеваний, но БА является наиболее частой ее причиной, составляющей 60—70% всех случаев [8, 9]. Деменция — это гетерогенный синдром снижения когнитивных функций, наличие которого приводит сначала к профессиональной дезадаптации, а по мере прогрессирования — к трудностям в решении ежедневных бытовых задач и впоследствии — к утрате навыков самообслуживания [10, 11].

Клиническая картина у пациентов с БА характеризуется не только прогрессирующим снижением памяти и ухудшением других когнитивных функций, но и офтальмологическими проявлениями, такими как снижение зрительных функций, нарушение реакции зрачка и контрастной чувствительности, истончение слоев сетчатки по данным оптической когерентной томографии, что позволяет предположить взаимосвязь таких двух нейродегенеративных патологий, как БА и глаукома.

Глаукома — офтальмологическое заболевание, характеризующееся потерей ганглиозных клеток сетчатки, что приводит к дегенеративной нейропатии зрительного нерва. Подобно деменции, глаукома также представляет собой гетерогенную группу заболеваний. Наиболее распространенной является ПОУГ, которая составляет 72,3—96,1% случаев и при которой патогенез заболевания не может быть полностью объяснен анатомической аномалией, как, например, при закрытоугольной глаукоме [12—15]. Пациенты с глаукомой обычно жалуются на постепенную потерю зрения, которая начинается с периферии и распространяется к центру [15—18]. Из-за незначительных нарушений периферического зрения большинство пациентов не замечают появления первых симптомов ПОУГ. Более чем у ¹/₂ пациентов с ПОУГ отмечаются когнитивные нарушения (КН) нейродегенеративного характера со снижением памяти по гиппокампальному типу и наличием зрительно-пространственных нарушений, схожих с таковыми при БА [19—24].

Опираясь на знания, накопленные в двух областях, офтальмологии и неврологии, ученые обратили внимание на множество сходств между этими заболеваниями. Так, БА и ПОУГ обладают общими предрасполагающими факторами риска, такими как пожилой возраст, пол, семейный анамнез [25—28]. Также эти заболевания имеют латентное начало и характеризуются прогрессирующей глобальной нейродегенерацией, которая приводит к выраженным неврологическим и офтальмологическим нарушениям [29, 30]. Помимо этих клинических сходств, ранее в исследованиях были выявлены более глубокие уровни ассоциации. Постулируется, что БА и ПОУГ имеют несколько общих черт в молекулярной дисрегуляции, включая нарушения синаптической передачи сигналов, аксонального транспорта, а также другие пути развития нейродегенерации, которые включают индуцированное микроглией нейровоспаление и эксайтотоксичность [20, 21]. Более того, гистопатологические и нейровизуализационные исследования показали сходную дегенерацию нейронов и аномальные закономерности накопления белка в обеих популяциях пациентов, включая внеклеточные β-амилоидные (Aβ) бляшки, внутриклеточные фосфорилированные тау-нейрофибриллярные клубки, потерю слоя нервных волокон сетчатки и уменьшение объема ткани головного мозга [20—24].

Исследования популяций БА и ПОУГ показали, что структурные изменения и нейродегенерация могут возникать более чем за 10 лет до появления первых симптомов заболевания. Это соответствует оценкам, согласно которым 61,7% пациентов с деменцией и 50—90% — с глаукомой не диагностируются на ранних стадиях заболевания. Так, при ПОУГ периферические поля зрения можно оценивать при офтальмологическом обследовании, однако данные методы нечувствительны на ранних стадиях заболевания. В то же время в соответствии с критериями IWG 2021 г. клинический диагноз БА может быть установлен при наличии типичного клинического фенотипа, а также данных о биомаркерах цереброспинальной жидкости (ЦСЖ) — содержание Aβ42, соотношение Aβ42/Aβ40 и содержание гиперфосфорилированного тау-протеина (p-tau), и позитронно-эмиссионной томографии (ПЭТ) с лигандом Aβ и тау-ПЭТ [31]. Однако данные методы лабораторной и нейровизуализационной диагностики ограничены в использовании в рутинной клинической практике в силу инвазивности и дороговизны. Поэтому в настоящее время медицинские специалисты в постановке диагноза БА часто опираются на данные клинической картины и результаты структурной МРТ головного мозга с характерными патогномоничными признаками, возникновение которых обусловлено патогенетическими особенностями заболевания [32—34].

Атрофические изменения головного мозга, возникающие в результате нейродегенерации, являются субстратом КН при БА. Поэтому из-за относительно высокой доступности и широкого использования МРТ головного мозга популярность получили исследования, направленные на разработку новых ранних нейровизуализационных маркеров у пациентов с БА. Новейшие методы обработки данных МРТ дают возможность измерить даже незначительные изменения объемов структур головного мозга и толщин различных областей коры, которые не выявляются визуально при проведении стандартного исследования, в связи с чем повышается качество и увеличивается диагностический потенциал нейровизуализации в отношении ранней диагностики БА. С помощью МРТ-морфометрии возможно не только раннее выявление БА, но также доступны оценка степени тяжести и динамическое наблюдение выраженности локальной и общей атрофии головного мозга, т.е. оценка прогрессирования БА [1, 35].

По результатам исследований с использованием МРТ-морфометрии у пациентов с БА было выявлено, что на ранних стадиях первичные атрофические процессы преимущественно затрагивают гиппокамп, миндалевидное тело и энторинальную кору (медиотемпоральные структуры мозга), по мере прогрессирования заболевания снижается плотность белого вещества в мозолистом теле за счет вторичной дегенерации ассоциативных и комиссуральных волокон теменно-височных отделов коры, а в связи со снижением восходящих холинергических влияний и уменьшением количества связей с теменно-височными отделами коры наблюдается атрофия серого вещества [1, 36—38]. Описаны также изменения и других структур, играющих важную роль в осуществлении когнитивных процессов (таламус, орбитофронтальная кора и т.д.) [39, 40].

Следует отметить, что при ПОУГ также были выявлены схожие нейровизуализационные маркеры по данным МРТ-морфометрии, такие как уменьшение объема гиппокампа, таламуса, миндалевидного тела, снижение толщины орбитофронтальной коры. Поэтому полученные данные позволяют рассматривать МРТ-морфометрию как метод, который может быть использован в ранней диагностике такого нейродегенеративного заболевания, как ПОУГ [41—45].

Таким образом, наличие большого количества взаимосвязей БА и ПОУГ на каждом уровне позволяет сделать заключение, что эти два заболевания имеют общие патогенетические механизмы. Также общим является то, что БА и ПОУГ трудно диагностировать из-за позднего выявления симптомов, их вариабельности, особенно на ранних стадиях заболевания, и отсутствия стандартизированных диагностических протоколов. В связи с поздней диагностикой БА и ПОУГ нейродегенеративные процессы длительно протекают в отсутствие своевременно назначенной терапии, позволяющей замедлить прогрессирование заболевания. Поэтому поиск ранних маркеров нейродегенеративного процесса у пациентов с БА и ПОУГ является перспективным и актуальным направлением.

Цель исследования — изучение нейровизуализационных изменений по данным МРТ-морфометрии и их сопоставление со структурой и тяжестью КН у пациентов с БА и ПОУГ.

Исследование проводилось на базе ФГБУ «Федеральный центр мозга и нейротехнологий» ФМБА России. В исследовании приняли участие 90 пациентов, которые были разделены на две сопоставимые группы по 45 больных: с раннее установленным диагнозом БА (группа 1) и ПОУГ (группа 2). С целью сравнительной оценки полученных показателей МРТ-морфометрии у пациентов с БА и ПОУГ со здоровыми лицами из базы нейровизуализационных данных ФГБУ «Федеральный центр мозга и нейротехнологий» ФМБА России была взята группа контроля — группа 3 (n=10), которая статистически значимо не отличалась по возрасту от основных двух групп.

Критерии включения: диагноз БА или ПОУГ в соответствии с диагностическими критериями; возрастной диапазон 40—90 лет; сохранность сознания; родной язык — русский; подписание добровольного информированного согласия на участие в исследовании.

Критерии невключения: нарушение сознания; выраженный двигательный дефицит; выраженное расстройство чувствительности; афатические нарушения; наличие других клинически значимых неврологических патологий; наличие психических заболеваний в анамнезе; наличие сопутствующей острой соматической патологии; противопоказания к проведению МРТ головного мозга.

Критерии исключения: отзыв согласия на участие; нарушение требований протокола; плохое качество полученного МРТ-исследования; развитие серьезного нежелательного явления (угроза жизни), которое не позволяет продолжить проведение исследования; невозможность связаться.

Статистически значимого отличия пациентов обеих групп по возрасту не было выявлено: медиана возраста в группе 1 составила 71 [1; 2], в группе 2 — 68 [3; 4]. Лица женского пола в обеих группах составили большинство: группа 1 — 36 (80%), группа 2 — 28 (62,2%). По всем социально-демографическим параметрам (уровень образования, проживание в семье, вид трудовой деятельности, статус пенсионера, инвалидность), за исключением «статуса работающего», не было получено статистически значимых отличий (p>0,05). Так, в группе 1 почти все пациенты, за исключением 5 больных, не работали, в то время как 17 (37,8%) пациентов в группе 2 занимались трудовой деятельностью (p=0,007). У всех пациентов были проведены сбор жалоб, анамнеза и неврологический осмотр для установления наличия критериев включения и невключения в исследование.

Когнитивный статус оценивался с помощью комплекса общепринятых нейропсихологических шкал и методик, включающих краткую шкалу оценки психического статуса (MMSE) [46—48], Монреальскую шкалу оценки когнитивных функций (MoCA) [49—51], батарею тестов для оценки лобной дисфункции (FAB) [52—54], тест запоминания 10 слов А.Р. Лурия, тест рисования и копирования часов, тест на беглость речи (литеральные и категориальные ассоциации), методику таблицы Шульте. Оценка эмоционального статуса проводилась с помощью Госпитальной шкалы тревоги и депрессии (HADS) [55—62].

Всем пациентам была выполнена МРТ головного мозга с последующей морфометрической обработкой исследования. Сканирование проводилось на магнитно-резонансном томографе с напряженностью магнитного поля 3,0 Тл Discovery MR750w («GE Healthcare», США). При сборе данных использовалась комплектная 32-канальная головная катушка. Сканирование головного мозга всех участников исследования производилось по идентичному протоколу. Для первичной оценки вещества мозга на предмет критериев включения/невключения в исследование были получены T1-, T2-взвешенные изображения, также выполнялись исследованиях в режимах SWI, DWI и T2-FLAIR. T1-взвешенные изображения при условии включения испытуемого в исследование были затем использованы для морфометрической обработки. В качестве оптимальной для этой цели импульсной последовательности была выбрана программа IR-FSPGR (инверсия восстановления) в сагиттальной плоскости с изотропным вокселем 1×1×1 мм. Параметры импульсной последовательности и сбора данных: TR (Time Repetition) 77 с, TE (Time Echo) с оптимизацией по стратегии «Min Full», угол отклонения 11°, ширина полосы пропускания 31×25. Обработка полученных данных производилась автоматически в программе FreeSurfer («Martinos Center for Biomedical Imaging», США). В результате обработки формировались карты сегментации серого и белого вещества в соответствии с атласом Desikan—Killiany [63—66], а также атласом Destrieux [67, 68]. В ходе автоматического анализа также производилась волюметрическая оценка определенных регионов головного мозга, а также оценка толщин. Объемы и толщины выделенных структур были оценены в мм³ и мм соответственно. Для контрольной группы была также выполнена МРТ-морфометрия.

Исследование было одобрено локальным Этическим комитетом ФГБУ ФЦМН ФМБА РФ (протокол №07/25-07-22 от 25 июля 2022 г.). Всеми участниками исследования было подписано информированное добровольное согласие.

Статистическая обработка данных. Использовалась среда разработки RStudio 2022.12.0 Build 353, язык программирования R v. 4.2.2. Применялись непараметрические методы статистики с вычислением медианы (Me) и 25; 75 квартилей [Q₁; Q₃]. Межгрупповые сравнения выполнялись с помощью U-теста Манна—Уитни. Анализ ассоциаций двух количественных переменных был проведен с помощью корреляционного анализа Спирмена. Для сравнения трех групп применяли критерий Краскела—Уоллиса (апостериорные попарные сравнения проводили с помощью критерия Данна с поправкой Хольма—Бонферрони). Качественные данные сравнивались с помощью критерия χ² и указывались в абсолютных значениях и процентных долях. Для сравнения относительных показателей применялся точный критерий Фишера. Уровень статистической значимости соответствовал p<0,05.

При сравнении двух групп по всем показателям нейропсихологических шкал и методик были получены статистически значимые различия (p<0,001) (табл. 1).

Таблица 1. Сравнительная оценка результатов нейропсихологического обследования пациентов двух исследуемых групп, Me [Q₁; Q₃]

Примечание. * — различия между группами статистически значимы (p<0,001).

У пациентов двух групп по данным интегративной оценки когнитивных функций (шкалы MMSE и MoCA) были выявлены КН разной степени тяжести. В группе 1 определялись выраженные КН (деменция), а в группе 2 — додементные КН (по MMSE — легкие КН и по MoCA — умеренные КН). У большинства пациентов в двух группах по вышеуказанным шкалам выявлялись нарушения памяти, особенно отсроченного воспроизведения. По данным шкалы FAB, в группе 1 наблюдалась умеренная лобная дисфункция. В группе 2 показатель по шкале FAB соответствовал норме. Наблюдаемая в группе пациентов с БА умеренная лобная дисфункция по данным FAB может носить вторичный характер и быть обусловлена наличием выраженного когнитивного дефицита на поздних стадиях заболевания, что проявляется нарушением связей между корой и подкорковыми структурами [69—72].

Оценка слухоречевой памяти по тесту запоминания 10 слов показала, что в группе 1 отмечалось снижение как непосредственного (1-е и 5-е предъявления слов), так и отсроченного воспроизведения. В группе 2 наблюдалось незначительное снижение непосредственного воспроизведения (только по данным 5-го предъявления), а также было зарегистрировано снижение отсроченного воспроизведения. В обеих группах наблюдалась разница между непосредственным и отсроченным воспроизведением, пациентам после проведенного интерферирующего задания было затруднительно воспроизвести заученные слова, при этом категориальные подсказки и подсказки множественного выбора оказывались абсолютно неэффективными, что указывает на нарушение процесса запоминания и формирования следов памяти.

При оценке зрительно-пространственных функций по тестам рисования и копирования часов в группе 1 были выявлены нарушения, что может свидетельствовать о корковом компоненте зрительно-пространственных нарушений. В группе 2 отмечались незначительные трудности при выполнении теста рисования часов, при этом копирование оставалось сохранным.

В группе 1 было выявлено снижение беглости речи (литеральные и категориальные ассоциации). Выявленное снижение называния категориальных ассоциаций в тесте беглости речи, которое было обнаружено у пациентов в группе БА, может указывать на нарушение семантической памяти, в группе ПОУГ показатели данного теста соответствовали норме. По данным выполнения теста Шульте для оценки функции внимания в группе 1 отмечалось значительное снижение эффективности работы, а в группе 2 этот показатель соответствовал норме.

При оценке эмоционального статуса по шкале HADS в обеих группах тревожно-депрессивных расстройств выявлено не было. По данным шкалы тревоги (HADS-A) Me в группе 1 составила 3,5 [1; 5,2], в группе 2 — 6 [3; 7], что соответствует норме. Me в группах 1 и 2 по данным оценки по шкале депрессии (HADS-D) составила 3 [3,5; 5,2] и 4 [2; 7] балла соответственно. Статистически значимых отличий по данным шкалы HADS между группами не отмечалось (p>0,05).

Результаты МРТ-морфометрии оценивались в трех группах: у больных с БА, с ПОУГ и у здоровых лиц. Определялась статистически значимая разница между медианами объемов по данным МРТ-морфометрии (табл. 2). При этом самые низкие значения были зарегистрированы в группе 1, а самые высокие — в группе 3. Как продемонстрировано в табл. 2, при сравнении полученных по данным МРТ-морфометрии результатов в группах 1 и 2 выявлялись статистически значимые различия объемов: серого вещества головного мозга, правого и левого гиппокампа, правого таламуса, правого и левого миндалевидного тела, правой и левой энторинальной коры, правой поясной извилины, правой и левой фузиформной извилины. Несмотря на отсутствие статистически значимых отличий, объемы белого вещества головного мозга, левого таламуса, правой и левой медиальной орбитофронтальной коры, левой поясной извилины были также меньше в группе 1.

Таблица 2. Объемные характеристики по данным МРТ-морфометрии в исследуемых группах, мм³, Me [Q₁; Q₃]

Примечание. Здесь и в табл. 3: p — уровень статистической значимости, ^a — критерий Краскела—Уоллиса, * — статистически значимые различия в трех независимых группах, ** — статистически значимые различия между группами 1 и 2 (попарное сравнение, p<0,05).

Отдельно было выполнено попарное сравнение показателей объемов между группами 1 и 3, а также группами 2 и 3. Сравнение объемных показателей по данным МРТ-морфометрии в группах 1 и 3 показало, что пациенты с БА статистически значимо отличались от группы 3 по всем оцениваемым нейровизуализационным параметрам (p<0,05). У пациентов группы 1 было выявлено значительное уменьшение объемов всех изученных нейровизуализационных параметров в сравнении с группой 3.

Сравнение объемных показателей по данным МРТ-морфометрии в группах 2 и 3 показало, что статистически значимые отличия между группами пациентов с ПОУГ и здоровых лиц были выявлены по следующим нейровизуализационным параметрам: объем серого вещества головного мозга, объем правого и левого таламуса, объем правой медиальной орбитофронтальной коры (p<0,05). Как вышеперечисленные показатели, так и другие нейровизуализационные параметры у пациентов группы 2 были меньше по сравнению с показателями в группе здоровых лиц.

По данным МРТ-морфометрии оценивалась также толщина структур головного мозга (табл. 3). Статистически значимые различия между медианами толщин по данным МРТ-морфометрии в трех независимых изучаемых группах определялись для следующих нейровизуализационных параметров: толщина правой и левой энторинальной коры, толщина правой и левой поясной извилины, толщина правой и левой фузиформной извилины (p<0,05). Статистически значимых отличий толщины медиальной орбитофронтальной коры в трех группах получено не было.

Таблица 3. Показатели толщин по данным МРТ-морфометрии в трех группах, мм, Me [Q₁; Q₃]

При сравнении полученных по данным МРТ-морфометрии результатов в группах 1 и 2 выявлялись статистически значимые различия толщин: энторинальной коры, поясной извилины и фузиформной извилины с двух сторон. В отличие от показателей объемов по данным МРТ-морфометрии в группе 1 наблюдались уже статистически значимые изменения левой поясной извилины: снижение ее толщины по сравнению с группой 2, что свидетельствует о необходимости оценки не только объемов, но и толщин при МРТ-морфометрии у пациентов группы 1.

Отдельно было выполнено попарное сравнение показателей толщин между группами 1 и 3, а также группами 2 и 3. Сравнение показателей толщин по данным МРТ-морфометрии в группах 1 и 3 показало, что пациенты с БА статистически достоверно отличались от группы здоровых лиц по следующим нейровизуализационным параметрам: толщина левой энторинальной коры, толщина правой и левой фузиформной извилины (p<0,05). Сравнение показателей толщин по данным МРТ-морфометрии в группах 2 и 3 продемонстрировало, что статистически значимых отличий между группой пациентов с ПОУГ и здоровых лиц выявлено не было.

Сопоставление результатов оценки по шкалам MMSE и MoCA с нейровизуализационными показателями продемонстрировало, что у пациентов с БА уменьшение общего балла коррелировало с уменьшением ряда параметров по данным МРТ-морфометрии. Так, в группе 1 с общим баллом по шкале MMSE коррелировали следующие показатели МРТ-морфометрии: объем правого гиппокампа (R=0,31; p=0,038), объем левого гиппокампа (R=0,3; p=0,049), объем правого миндалевидного тела (R=0,38; p=0,011), объем левой фузиформной извилины (R=0,37; p=0,011), толщина левой поясной извилины (R=0,36; p=0,017). Выявлены корреляционные связи у пациентов в группе 1 между итоговым баллом шкалы MoCA и следующими показателями МРТ-морфометрии: объем левого гиппокампа (R=0,31; p=0,04), объем правого миндалевидного тела (R=0,32; p=0,034), объем левого миндалевидного тела (R=0,35; p=0,02), объем левой фузиформной извилины (R=0,44; p=0,003), толщина левой фузиформной извилины (R=0,3; p=0,046), толщина левой поясной извилины (R=0,36; p=0,016).

Также корреляционные связи были обнаружены между тестом запоминания 10 слов и показателями МРТ-морфометрии у пациентов группы 1: уменьшение называния количества слов при непосредственном воспроизведении (5-е предъявление) коррелировало с уменьшением объема левой энторинальной коры (R=0,31; p=0,04); уменьшение называния количества слов при отсроченном воспроизведении коррелировало с уменьшением объема серого вещества головного мозга (R=0,44; p=0,003), объема правого гиппокампа (R=0,34; p=0,021), объема левого гиппокампа (R=0,5; p<0,001), объема левого таламуса (R=0,3; p=0,047), объема правого миндалевидного тела (R=0,36; p=0,015), объема левого миндалевидного тела (R=0,33; p=0,025), объема левой энторинальной коры (R=0,32; p=0,035), толщиной левой энторинальной коры (R=0,43; p=0,003). Корреляций по другим отдельным когнитивным доменам и данным МРТ-морфометрии у пациентов с БА выявлено не было.

Сопоставление результатов оценки шкалам MMSE и MoCA с нейровизуализационными показателями продемонстрировало, что у пациентов с ПОУГ уменьшение общего балла по данным шкалам, так же как и у пациентов с БА, коррелировало с уменьшением ряда параметров по данным МРТ-морфометрии. Так, в группе 2 с общим баллом по шкале MMSE коррелировали следующие показатели МРТ-морфометрии: объем правого таламуса (R=0,46; p=0,002), объем левого таламуса (R=0,42; p=0,004), объем правой энторинальной коры (R=0,39; p=0,007), объем правой медиальной орбитофронтальной коры (R=0,38; p=0,011), объем левой медиальной орбитофронтальной коры (R=0,44;p=0,003), объем правой фузиформной извилины (R=0,34; p=0,023), объем левой фузиформной извилины (R=0,41; p=0,005). Выявлены корреляционные связи у пациентов в группе 2 между итоговым баллом шкалы MoCA и следующими показателями МРТ-морфометрии: объем левого таламуса (R=0,31; p=0,036), объем правой энторинальной коры (R=0,34; p=0,024), объем левой поясной извилины (R=0,44 p=0,003) и объем правой поясной извилины (R=0,37; p=0,012).

Также корреляционные связи были обнаружены между результатами выполнения теста запоминания 10 слов и показателями МРТ-морфометрии у пациентов группы 2: уменьшение называния количества слов при непосредственном воспроизведении (1-е предъявление) коррелировало с уменьшением объема правой энторинальной коры (R=0,48; p<0,001).

При интегративной оценке когнитивных функций более выраженный когнитивный дефицит, соответствующий степени деменции, наблюдался в группе пациентов с БА. В то же время при ПОУГ были выявлены додементные КН. Резюмируя полученные данные, следует отметить, что, несмотря на значительные статистические различия между группами 1 и 2, прежде всего обусловленные тяжестью КН, снижение памяти по гиппокампальному типу, нарушение зрительно-пространственных функций, выявленные в обеих группах, указывают на схожесть когнитивного дефицита данных групп. Полученные в ходе нейропсихологического исследования результаты оценки нейропсихологического профиля свидетельствуют о нейродегенеративном характере КН у пациентов с БА и ПОУГ [73, 74].

Анализ данных проведенной МРТ-морфометрии показал, что в группе 1 было выявлено более выраженное статистически значимое снижение объемных характеристик при сравнении с группой ПОУГ и здоровыми лицами. В целом полученный результат является закономерным, так как в морфометрический анализ были включены структуры, играющие важную роль в осуществлении когнитивных функций, нарушение которых является ядром клинической картины БА. Так, многочисленные гистологические и нейровизуализационные исследования при БА позволили предположить, что гиппокамп и окружающие его области, известные как медиальная височная доля, имеют тесные взаимосвязи [36]. По данным литературы, наиболее значимым фактором риска, ответственным за прогрессирование от стадии умеренных КН до деменции при БА, оказалась атрофия гиппокампа, энторинальной коры, поясной извилины и других медиальных отделов височной доли [1].

Гиппокамп является структурой, которая связана с активационными и нейродинамическими параметрами памяти и участвует в процессах обработки вербальной информации и в регуляции процесса запоминания. Энторинальная кора — область мозга, которая занимает большую часть парагиппокампальной извилины и располагается на вентромедиальной поверхности мозга, соединяя кору больших полушарий и гиппокамп. Она играет ключевую роль в обучении и памяти, пространственной навигации. В энторинальной коре наблюдаются самые ранние гистологические изменения при БА, включая образование нейрофибриллярных клубков и гибель клеток. По последним данным литературы, энторинальная кора поражается на доклинической стадии развития БА [1, 35].

В нашей работе были изучены также изменения других структур, отвечающих за когнитивные функции. Так, миндалевидное тело не только является хранилищем эмоциональной памяти, но и играет ключевую роль в формировании ассоциативной памяти. Таламус расположен в центромедиальной области переднего мозга, выполняет множество функций [42]. Таламус представляет собой центр, в который стекается и перерабатывается сенсорная и моторная информация (за исключением обонятельной системы), которая затем передается в кору больших полушарий головного мозга. Тесные функциональные связи передних ядер таламуса с гиппокампом и структурами лимбической системы, которые входят в круг Пейпеца, играют ключевую роль в формировании эпизодической памяти [1].

Поясная извилина представляет собой паралимбическую кортикальную структуру, расположенную непосредственно над мозолистым телом, играющую фундаментальную роль в обработке и кодировании памяти. Еще одна область, которая связана с когнитивными функциями — фузиформная извилина, однако не было проведено исследований, которые бы подтверждали четкую связь атрофии фузиформной извилины с БА. Фузиформная извилина известна как боковая затылочно-височная извилина, часть височной доли и затылочной доли. Эта область отвечает за распознавание лиц и обработку сложных зрительных стимулов, у пациентов с БА достаточно часто наблюдаются данные нарушения [75].

Одной из наименее исследованных областей головного мозга является орбитофронтальная кора, которая располагается в лобных долях, получает сигналы от медиальных ядер таламуса и участвует в формировании эмоциональной окраски во время принятия решений. Орбитофронтальная кора функционально связана со многими структурами головного мозга, поэтому предполагают, что она отвечает не только за принятие решений и регуляцию эмоций, но и за другие когнитивные функции [1].

Следует отметить, что в нашей работе изменения объемных показателей по данным МРТ-морфометрии ряда вышеперечисленных структур были выявлены у пациентов не только с БА, но и с ПОУГ. Так, у пациентов с ПОУГ было выявлено снижение всех показателей объемных характеристик в сравнении со здоровыми лицами, при этом статистически значимыми оказались: объем серого вещества головного мозга, объем правого и левого таламуса, объем правой медиальной орбитофронтальной коры. Выявленные изменения при ПОУГ также могут быть отражением процесса нейродегенерации, характерного для данной группы больных. Полученные нами результаты были отмечены и другими авторами. Так, Y. Wang и соавт. обнаружили, что у пациентов с глаукомой по данным МРТ-морфометрии наблюдалось снижение объема серого вещества в правом гиппокампе и таламусе с двух сторон (p<0,05) [76].

Помимо статистически значимого снижения объемных показателей в группе БА по сравнению со здоровыми лицами, также было выявлено снижение толщины левой энторинальной коры, толщины правой и левой фузиформной извилины, что еще раз подчеркивает необходимость проведения анализа показателей не только объема, но и толщин структур головного мозга при проведении МРТ-морфометрии. В группе пациентов с ПОУГ при сравнении со здоровыми лицами статистически значимого отличия толщин выявлено не было, что свидетельствует о необходимости определения в данной группе именно объемных характеристик, а не только толщин. Ряд авторов предполагают, что ПОУГ можно рассматривать не только как самостоятельное заболевание, но и как предиктор развития БА. Поэтому полученные нами данные сравнения показателей МРТ-морфометрии в двух группах и выявленные статистически значимые различия между группами БА и ПОУГ, вероятно, могут отражать динамику нейродегенеративного процесса и зависеть от тяжести КН. В связи с этим проведение МРТ-морфометрии можно рассматривать как метод оценки прогрессирования нейродегенеративных изменений при данных патологиях.

Выявленные корреляционные связи между нейропсихологическими параметрами и данными МРТ-морфометрии у пациентов с БА и ПОУГ еще раз подчеркивают, что изученные структуры головного мозга отвечают за реализацию когнитивных процессов. При этом важным является то, что нейродегенеративные изменения по результатам МРТ-морфометрии могут быть зарегистрированы на более ранних стадиях заболевания, когда КН минимально отличаются от нормы при нейропсихологическом тестировании, как было показано в нашем исследовании у пациентов с ПОУГ.

В соответствии с опубликованными данными в офтальмологии и неврологии между БА и ПОУГ было выявлено множество сходств. Данные литературы, а также результаты нашего исследования дают возможность предполагать, что ПОУГ может быть прогностическим маркером (предиктором) развития БА, в связи с этим для раннего выявления КН и назначения своевременной терапии пациентам с ПОУГ необходимо проводить нейропсихологическое тестирование. Также приведенные данные демонстрируют важную роль постпроцессорной обработки результатов МРТ с помощью специального программного обеспечения (МРТ-морфометрии). Данная методика позволяет проводить количественную оценку не только объемов, но и толщин различных структур головного мозга, что позволяет повысить качество диагностики на ранних стадиях БА и ПОУГ. При этом в нашей работе были получены данные о том, что при ПОУГ важным является определение объемов, а не только толщин структур головного мозга, в то время как при более выраженных КН при БА изменения выявляются при оценке как объемов, так и толщин структур головного мозга по данным МРТ-морфометрии. Необходимо также отметить, что полученные межгрупповые различия между БА и ПОУГ по данным МРТ-морфометрии могут свидетельствовать о разных стадиях нейродегенеративного процесса и быть обусловлены степенью тяжести КН.

Исходя из полученных данных, изучение взаимосвязи этих двух заболеваний и роли нейровизуализационных биомаркеров МРТ-морфометрии в ранней диагностике БА и ПОУГ является перспективным направлением, в связи с чем требуется дальнейшее проведение более крупных когортных исследований.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.