Билингвизм, или двуязычие, — это психологический статус человека, который имеет доступ к более, чем одному языковому коду для социального взаимодействия [1]. Распространенность билингвизма во всем мире оценивается по разным данным от 50 до 70% [2, 3]. Для Российской Федерации характерной чертой является ее многонациональность. В России проживает около 180 различных национальностей, которые составляют 20% населения. Как правило, речь идет о жителях национальных республик, большинство из которых являются билингвами [3].

Изучение особенностей протекания процессов головного мозга у билингвов является актуальной задачей не только с теоретической точки зрения, но и с практической. Билингвизм — модифицируемый фактор, который в последние годы активно рассматривается в рамках концепции когнитивного резерва. Суть состоит в том, что при влиянии определенных факторов когнитивный уровень пациента не соответствует уровню патоморфологических изменений в головном мозге [4, 5]. К таким факторам кроме билингвизма относят обязательное и дополнительное образование, интеллектуальную трудовую деятельность, социальное взаимодействие и физическую активность. В таких ситуациях нейропсихологический статус на какой-то период времени остается сохранным, несмотря на структурные повреждения мозга. Механизм до сих пор четко не определен, считается, что когнитивные нагрузки заставляют мозг постоянно адаптироваться и реорганизовываться, чтобы решать когнитивные задачи более автоматизировано и менее энергозатратно, что приводит к образованию большого количества новых нейронных связей [6].

К настоящему времени большинство работ посвящено изучению билингвизма и болезни Альцгеймера, проведены единичные исследования о влиянии билингвизма на когнитивные функции при инсульте и эпилепсии [6]. Относительно недавно стали предприниматься попытки обсуждения билингвизма как защитного фактора когнитивного статуса человека при других заболеваниях, в том числе и рассеянного склероза [7].

Билингвизм и деменция

В ряде работ показано, что когнитивные расстройства и деменция у двуязычных пациентов возникают примерно на 5 лет позднее в сравнении с теми, кто говорит только на одном языке [8—10]. К настоящему времени накопилось достаточное количество данных, чтобы провести предварительные обобщения. Метаанализ, в который включались как ретроспективные, так и проспективные исследования (всего 21), показал, что дебют болезни Альцгеймера наступает позже статистически значимо у билингвов в сравнении с монолингвами (Cohen’s d=0,32), а также за наблюдаемый период снижается заболеваемость болезнью Альцгеймера у билингвов в сравнении с монолингвами, хотя в этом случае величина эффекта слабая (Cohen’s d=0,10) [11].

В исследованиях с использованием различных методов нейровизуализации как морфологической, так и функциональной, показано, что при одинаковом нейропсихологическом статусе, изменения в головном мозге у двуязычных пациентов более выраженные в сравнении с монолингвами [6]. В исследовании проводилось измерение атрофии мозга с помощью КТ, были включены по 20 моно- и билингвов, сопоставимых по возрасту, клиническим проявлениям деменции, образованию и прочими факторам. Общая атрофия не различалась между группами, но маркеры атрофии медиальных височных отделов и гиппокампа оказались более выражены в группе двуязычных в сравнении с теми, кто говорил только на одном языке (p<0,001) [12]. Более значимое снижение метаболизма глюкозы в этих же отделах показано у билингвов в сравнении с монолингвами в исследованиях как в группе умеренных когнитивных нарушений, так и в группе клинически развернутой болезни Альцгеймера [13, 14].

В исследовании с биомаркерами болезни Альцгеймера сравнивали три группы: монолингвы (n=100, n_цсж=59), ранние (n=81, n_цсж=55) и поздние билингвы (n=97, n_цсж=52). Обе группы билингвов выполняли когнитивные тесты лучше, чем монолингвы. У ранних билингвов уровень тау-протеина в цереброспинальной жидкости был статистически ниже, как и доля пациентов с преклинической стадией болезни Альцгеймера [15].

Такое несоответствие объясняется тем, что при исчерпании когнитивного резерва ухудшение клинической ситуации и функционального статуса у билингвов происходит быстрее, чем у монолингвов, что, в принципе, не противоречит концепции, т.е. патоморфологические изменения накапливаются до такой степени, что происходит срыв компенсаторных влияний двуязычия. Так, 158 пациентов с умеренными когнитивными нарушениями (83 монолингва, 75 билингвов) наблюдались до прогрессирования всех пациентов в деменцию. Оказалось, что среднее время конверсии преддементных когнитивных нарушений в деменцию для монолингвов составило 2,6 года, а билингвов — 1,9 года и было статистически значимым [16].

Билингвизм и инсульт

Как уже упоминалось выше, работ, посвященных билингвизму при инсульте, значительно меньше. Наиболее крупное ретроспективное исследование проведено в Индии [17] и включало 608 пациентов (255 монолингвов и 353 билингва). Обнаружено, что в группе двуязычных пациентов после инсульта сохранный когнитивный статус встречался более, чем в 2 раза чаще, чем у пациентов, которые говорили только на одном языке (40,5% против 19,6%; p<0,0001). При этом различий по сосудистым факторам риска между группами обнаружено не было, исключая возможное опосредованное влияние билингвизма, например, на уровень образования и соблюдение здорового образа жизни. В ходе исследования не выявлено разницы между частотой возникновения афазии. Так, у монолингвов этот процент составил 11,8 против 10,5% у билингвов (p=0,354). Это соотносится с идеей о том, что когнитивный резерв при билингвизме обеспечивается не языковыми факторами, а высоким уровнем контроля и регуляции, который необходим для переключения между двумя языками. В данном исследовании двуязычные пациенты также демонстрировали более высокие показатели внимания и переключаемости.

Затем той же группой ученых изучалась степень выраженности афазии после инсульта у двуязычных пациентов. 38 билингвов и 27 монолингвов были обследованы не позднее трех месяцев после инсульта с помощью пересмотренной версии Аденбрукской шкалы (ACE-R), валидизированной для использования при афазии на местных языках. Обнаружено, что тяжесть речевых нарушений была значительно ниже в группе двуязычных пациентов в сравнении одноязычными, кроме того, билингвы показали значительные преимущества по субшкалам памяти, внимания и зрительно-пространственной ориентации [18].

В следующем исследовании была прослежена динамика восстановления афатических нарушений после ОНМК у билингвов. 120 монолингвов и 43 билингва завершили исследование, оценка степени выраженности афазии проводилась с помощью Западной батареи тестов при афазии (Western Aphasia Battery) в первую неделю и через 3 мес. после инсульта. В результате показано, что восстановление речевых нарушений у билингвов проходило значимо быстрее в сравнении с монолингвами [19].

Более эффективное восстановление билингвов при афазии показано и в другом исследовании с использованием методов нейровизуализации (4 монолингва и 4 билингва с афазией более 6 мес. после инсульта). Предполагается, что увеличение толщины коры нижней и средней лобных извилин контралатерального правого полушария может играть роль в особенностях нейропластичности у билингвов с афазией при восстановлении речи после инсульта [20].

Проводятся исследования импрессивной речи при афазии после инсульта у билингвов и монолингвов с использованием вызванных потенциалов. Предполагается большая вероятность быстрого восстановления речи у билингвов [21].

В следующее исследование были включены четыре группы по 13 здоровых моно- и билингвов и по 18 монолингвов и билингвов с афазией вследствие различных причин (инсульт, черепно-мозговая травма, опухоли не ранее 6 мес. от начала заболевания). В результате между здоровыми билингвами и монолингвами не обнаружено различий в выполнении неречевых тестов, в то время как у пациентов с афазией значительное преимущество в выполнении тех же неречевых тестов было зафиксировано в группе двуязычных пациентов [22].

Интересный клинический случай изолированной афазии только на одном языке у билингва описан в США. 93-х летний мужчина экстренно госпитализирован с речевыми нарушениями. Его первым языком был французский, вторым — английский. При неврологическом осмотре было выявлено нарушение экспрессивной речи только на английском языке, импрессивная же при этом была сохранена. Он правильно отвечал на все вопросы, заданные на английском языке, но на французском, который оказался полностью сохранным, что было подтверждено с помощью переводчика. Перед коллегами стоял сложный вопрос о проведении тромболитической терапии, т.к. технически балл по шкале NIHSS составлял 0. В конечном итоге экспрессивная речь на английском языке начала восстанавливаться, что явилось противопоказанием для тромболизиса [23].

Билингвизм и эпилепсия

Работ, посвященных изучению влияния билингвизма на эпилепсию, очень мало. Структурные и функциональные нарушения, характерные для височной эпилепсии, подробно описаны в литературе. Нарушения когнитивных функций, как правило, протекают по лобному типу [24]. Учитывая данные об улучшении регуляторных функций при билингвизме в популяции здоровых и пациентов с нейродегенеративными заболеваниями, была выдвинута теория о формировании когнитивного резерва у билингвов при эпилепсии. Оценка когнитивных функций и нейровизуализационных характеристик проводилась в 4-х группах пациентов: 26 монолингвов и 19 билингвов с височной эпилепсией и 21 монолингве и 12 билингвов в контрольной группе здоровых испытуемых. Несмотря на самое значительное нарушение целостности белого вещества головного мозга в сравнении с остальными группами билингвы с височной эпилепсией выполняли когнитивные тесты сопоставимо с группой монолингвов, страдающих височной эпилепсией, а также с контрольными группами. Обнаруженные данные соотносятся с концепцией когнитивного резерва так же, как и при болезни Альцгеймера [25].

В более раннем исследовании, в которое ретроспективно было включено 52 ребенка с эпилепсией, были обнаружены преимущества билингвов над монолингвами в тестах на оценку рабочей памяти, однако группы не различались в аспекте регуляторных функций [26]. В этой работе не проводилась оценка нейровизуализационных данных, поэтому оценить когнитивный резерв, т.е. диссоциацию повреждений вещества мозга и нейропсихологического статуса, не представляется возможным.

Кроме этого электроэнцефалографические исследования выявили некоторые особенности у здоровых билингвов: более частое использование второго языка вызывает модуляции тета-, альфа- и гамма-ритмов на электроэнцефалограмме [27].

Заключение

Несмотря на проводимые исследования, в настоящее время не разработано этиотропного или патогенетического лечения, которое могло бы существенно изменить течение деменции как нейродегенеративного генеза, так и сосудистого. Кроме этого имеется существенный ряд других заболеваний, которые сопровождаются когнитивным снижением. Поэтому на текущий момент критически важными являются мероприятия по профилактике факторов риска когнитивных нарушений и формировании когнитивного резерва. Овладение и использование двух и более языков может быть перспективным не только в контексте снижения риска деменции, но и несет с собой очевидные социальные преимущества. Необходимы дальнейшие исследования влияния билингвизма на когнитивный статус при различных патологиях нервной системы.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.