Анализ оказания консультативной медицинской помощи пациентам с глюкокортикоидным остеопорозом или риском его развития по данным анкетирования пациентов (исследование ГЛЮКОСТ)

Авторы:
  • И. А. Баранова
    ГБОУ ВПО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, кафедра госпитальной терапии педиатрического факультета, Москва, Россия
  • О. Б. Ершова
    ГБОУ ВПО «Ярославская государственная медицинская академия» Минздрава России, кафедра терапии института последипломного образования, Ярославль, Россия
  • Э. Х. Анаев
    ФГБУ «Научно-исследовательский институт пульмонологии» ФМБА России, лаборатория неинвазивных методов диагностики, Москва, Россия
  • Т. Н. Анохина
    ГБУЗ «Городская поликлиника №220 Департамента здравоохранения Москвы», Москва, Россия
  • О. Н. Аношенкова
    Муниципальное автономное учреждение здравоохранения «Поликлиника № 6» Томска, Томск, Россия
  • С. З. Батын
    ФГБУ «НИИ пульмонологии» ФМБА России, лаборатория интенсивной терапии и дыхательной недостаточности, Москва, Россия
  • Е. А. Беляева
    ГУЗ «Тульская областная клиническая больница», ревматологическое отделение, Тула, Россия
  • Т. Ю. Большакова
    ГБОУ ВПО «Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого» Минздрава России, кафедра внутренних болезней №1 лечебного факультета, Красноярск, Россия
  • И. А. Волкорезов
    ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №7», ревматологический центр, Липецк, Россия
  • Л. Н. Елисеева
    ГБОУ ВПО «Кубанский государственный медицинский университет» Минздрава России, кафедра факультетской терапии, Краснодар, Россия
  • Е. В. Кашназарова
    ГБУЗ «Городская клиническая больница №57» Департамента здравоохранения Москвы, пульмонологическое отделение, Москва, Россия
  • М. Ф. Киняйкин
    ГБОУ ВПО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России, кафедра госпитальной терапии с курсом фтизиопульмонологии, Владивосток, Россия
  • М. Н. Кирпикова
    ГБОУ ВПО «Ивановская государственная медицинская академия» Минздрава России, кафедра терапии и общей врачебной практики Института последипломного образования, Иваново, Россия
  • Е. П. Ключникова
    КГБУЗ «Краевая клиническая больница» Красноярска, Красноярск, Россия
  • М. А. Королев
    ФГБУ «НИИ клинической и экспериментальной лимфологии» СО РАН, Новосибирск, Россия
  • И. В. Кунеевская
    ГБУЗ «Городская клиническая больница №57» Департамента здравоохранения Москвы, аллергологическое отделение, Москва, Россия
  • Л. В. Маснева
    ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ревматологическое отделение, Белгород, Россия
  • А. А. Мурадянц
    ГБОУ ВПО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, кафедра факультетской терапии акад. А.И. Нестерова лечебного факультета, Москва, Россия
  • Э. Н. Оттева
    КГБУЗ «Краевая клиническая больница №1 им. проф. С.И. Сергеева» Минздрава Хабаровского края, ревматологический центр, Хабаровск, Россия
  • Т. Н. Петрачкова
    ОГАУЗ «Иркутский областной клинический консультативно-диагностический центр», Иркутск, Россия
  • Л. К. Пешехонова
    НУЗ «Дорожная клиническая больница» на стации Воронеж-1 ОАО РЖД, ревматологическое отделение, Воронеж, Россия
  • А. С. Повзун
    Санкт-Петербургский НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе
  • Т. А. Раскина
    Санкт-Петербург, Россия
  • М. Л. Смирнова
    ГБОУ ВПО «Кемеровская государственная медицинская академия» Минздрава России, кафедра пропедевтики внутренних болезней лечебного факультета, Кемерово, Россия
  • Н. В. Торопцова
    БУЗ «Вологодская областная клиническая больница», Вологда, Россия
  • Р. Б. Хасанова
    ФГБУ «НИИ ревматологии им. В.А. Насоновой» РАН, лаборатория остеопороза, Москва, Россия
  • Н. Г. Шамсутдинова
    ГБОУ ВПО «Пермская государственная медицинская академия им. акад. Е.А. Вагнера» Минздрава России, кафедра госпитальной терапии №2, Пермь, Россия
  • Н. Л. Шапорова
    ГБОУ ВПО «Казанский государственный медицинский университет» Минздрава России, кафедра госпитальной терапии, Казань, Россия
  • Н. С. Шитова
    ГБОУ ВПО «Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова» Минздрава России, факультет последипломного образования, Санкт-Петербург, Россия
  • С. Ю. Шкиреева
    ГБОУ ВПО «Северный государственный медицинский университет» Минздрава России, кафедра семейной медицины, Санкт-Петербург, Россия
  • Н. А. Шостак
    ГБОУ ВПО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, кафедра факультетской терапии акад. А.И. Нестерова лечебного факультета, Москва, Россия
  • О. М. Лесняк
    Санкт-Петербургское ГБУЗ «Клиническая ревматологическая больница №25», амбулаторно-консультативное отделение, Санкт-Петербург, Россия ,ГБОУ ВПО «Северо-Западный государственный медицинский университет им. И.И. Мечникова» Минздрава России, кафедра семейной медицины, Санкт-Петербург, Россия
Журнал: Терапевтический архив. 2015;87(5): 58-64

ГКС-ОП — глюкокортикоидный остеопороз

ДИ — доверительный интервал

МПКТ — минеральная плотность костной ткани

ОДМ — остеоденситометрия

ОП — остеопороз

ПО-ГКС — пероральные глюкокортикостероиды

РА — ревматоидный артрит

РЗ — ревматические заболевания

СКВ — системная красная волчанка

ШБК — шейка бедренной кости

Длительное (3 мес и более) использование пероральных глюкокортикостероидов (ПО-ГКС) считается одним из важнейших факторов риска развития остеопороза (ОП) и переломов. В связи с широким применением ПО-ГКС для лечения различных воспалительных заболеваний глюкокортикоидный остеопороз (ГКС-ОП) является основной формой вторичного О.П. Согласно национальным и европейским клиническим рекомендациям оценка риска развития ОП и переломов должна проводиться пациентам, не только принимающим, но и начинающим длительную терапию ПО-ГКС. Всем больным необходимо рекомендовать проведение профилактических мероприятий, а при необходимости — приступить к лечению ОП и мониторировать его эффективность [1].

Несмотря на четкие предписания клинических рекомендаций, помощь этим больным оказывается в недостаточной мере. Анализ данных зарубежных публикаций демонстрирует, что в среднем 60% больных принимают кальций и витамин D, не более 25% получают терапию бисфосфонатами, чуть более 50% пациентов направляют на остеоденситометрию (ОДМ) [2—7]. Большинство проведенных исследований основано на информации, полученной из медицинской или фармацевтической базы данных, при опросе врачей, медицинских сестер, фармацевтов. Следует отметить, что результаты таких исследований не дают полной информации о знаниях пациентов и соблюдении ими основных рекомендаций по профилактике, диагностике и лечению ГКС-ОП. В связи с этим актуальным стало проведение исследования для оценки помощи больным ГКС-ОП или риском его развития в Российской Федерации по данным вопросника, адресованного пациенту.

Целью настоящего исследования явился анализ оказания консультативной медицинской помощи пациентам с ГКС-ОП или риском его развития по данным анкетирования пациентов.

В задачи исследования входили оценка знания больного о возможности развития ОП при приеме ПО-ГКС; изучение частоты направления больных на ОДМ, назначения врачом кальция и витамина D, препаратов для лечения ОП; исследование частоты соблюдения пациентом врачебных рекомендаций; изучение знаний и поведения пациентов в различных подгруппах в зависимости от социально-демографических (пол, возраст, образование) показателей, параметров глюкокортикостероидной терапии (дозы, длительности), наличия или отсутствия переломов; семейного анамнеза по переломам шейки бедренной кости (ШБК); определение соответствия принятых мер клиническим рекомендациям РАОП 2009 г. [1].

Ранее в Российской Федерации исследования на большой выборке пациентов различных регионов не проводились.

Данный анализ выполнен в рамках исследования по изучению состояния медицинской помощи больным с глюкокортикоидным остеопорозом и риском его развития (ГЛЮКОСТ), организованного и проведенного Российской ассоциацией по остеопорозу (РАОП).

Одномоментное исследование с использованием специально разработанного вопросника для пациента проходило в различных многопрофильных и специализированных медицинских учреждениях более 640 населенных пунктах Российской Федерации. Информация собиралась в течение 14 мес — с марта 2012 г. по апрель 2013 г. Для того чтобы изучить состояние проблемы в реальной клинической практике, участие в исследовании центров профилактики и лечения ОП исключено, поскольку предполагалось, что их сотрудники лучше, чем другие специалисты, подготовлены по вопросам диагностики и лечения ОП.

Критерии включения: возраст 18 лет и старше, обращение к специалисту по поводу следующих хронических воспалительных заболеваний:

— хронические воспалительные ревматические заболевания — РЗ (ревматоидный артрит — РА, системная красная волчанка — СКВ, анкилозирующий спондилоартрит, дерматополимиозит, системная склеродермия, болезнь Шегрена, системные васкулиты);

— хронические воспалительные бронхолегочные заболевания (бронхиальная астма, хроническая обструктивная болезнь легких, бронхиолит, интерстициальные легочные заболевания);

— саркоидоз;

— хронические воспалительные заболевания кишечника (болезнь Крона, язвенный колит);

— аутоиммунный гепатит;

— хронический гломерулонефрит.

Получено 1129 анкет пациентов, длительно (3 мес и более) принимающих ПО-ГКС (и продолжающих принимать эти препараты на момент проведения исследования). Участвовали 235 мужчин и 894 женщины в возрасте от 19 до 88 лет (53,3±13,9 года).

Данные вопросника. Специально для целей исследования разработан анонимный вопросник, который пациенты заполняли самостоятельно. Допускалось только уточнить у врача диагноз и суточную дозу ПО-ГКС. Пункты вопросника включали дату рождения, пол, диагноз, продолжительность основного заболевания, длительность приема и суточную дозу ПО-ГКС, табакокурение, употребление алкоголя, семейный анамнез переломов ШБК, низкоэнергетические переломы костей в анамнезе, их число и локализацию. У женщин спрашивали о менструальном цикле и возрасте прекращения менструации. Оценивали наличие симптомов возможных компрессионных переломов позвонков (снижение роста на 4 см и более по сравнению с ростом в возрасте 25 лет, боли в спине) и проведение в связи с этим рентгенологического исследования позвоночника. Следующие пункты анкеты определяли знания и поведение пациента. Пациента просили ответить на следующие вопросы: может ли прием ПО-ГКС вызывать развитие ОП, проводилась ли ему ОДМ, назначали ли добавки кальция и витамина D, препараты для лечения ОП (был представлен подробный список препаратов, зарегистрированных в Российской Федерации), принимает ли пациент добавки кальция и витамина D (постоянный или курсовой прием), препараты для лечения ОП.

Необходимость назначения лечения ОП оценивали на основании клинических рекомендаций РАОП по ГКС-ОП 2009 г [1].

Статистическую обработку данных проводили с помощью пакета прикладных программ SPSS (SPSS Inc., Chicago, IL). В зависимости от вида распределения признака мерами центральной тенденции и рассеяния служили среднее значение ± стандартное отклонение (М±SD) или медиана и значения нижнего (Q1) и верхнего (Q3) квартилей — Ме (Q1; Q3). Для оценки различий категориальных переменных в подгруппах использовали критерий χ2. Мерой вероятности действия являлось отношение шансов с указанием 95% доверительного интервала (ДИ).

Общая характеристика больных представлена в табл. 1. В представленной выборке было больше женщин, из них 73,8% в постменопаузе. Пациенты имели высокий уровень образования (72,6% написали о среднем специальном или высшем образовании). Большинство указали, что страдают РЗ или бронхолегочными заболеваниями, самыми частыми нозологическими формами были РА, СКВ, бронхиальная астма (табл. 2); 25,4% больных написали о перенесенных низкоэнергетических переломах, 2,7% пациентов, не указавших в вопроснике ранее диагностированных переломов, отметили боли в спине и снижение роста на 4 см и более по сравнению с ростом в возрасте 25 лет, однако рентгенография позвоночника для исключения переломов позвонков им не проводилась.

Таблица 1. Общая характеристика обследованных больных Примечание. Вариабельность данных: среднее значение ± стандартное отклонение (М±SD) или медиана и значения нижнего (Q1) и верхнего (Q3) квартилей.

Таблица 2. Распределение больных в соответствии с заболеваниями, по поводу которых были назначены ПО-ГКС

Знания и поведение больных. О том, что длительное лечение ПО-ГКС может вызывать развитие ОП, знали 61,8% больных. Проведение ОДМ подтвердили 48,1% респондентов, отрицали 46,5%, 5,4% не знали, проводилось ли такое обследование или нет.

О том, что врач назначал им добавки кальция и витамина D, сообщили 78,1% больных, затруднились ответить 3,8%, отрицали 18,1%. О назначении препаратов для лечения ОП написали 35,4% пациентов и 7,6% ответили «не знаю».

На вопрос о приеме кальция и витамина D положительно ответили 74,5% респондентов, но только 43,4% подтвердили их регулярный прием, а 31,1% отметили курсовой прием. Препараты для лечения ОП принимали 29,1% больных, 4% затруднились ответить.

Проанализировано назначение лечения в группе высокого риска переломов (больные в возрасте 65 лет и старше и/или с низкотравматичными переломами в анамнезе). Этим критериям соответствовал 421 пациент, из которых только 50,8% сообщили, что врач назначил лечение ОП, и 40,2% написали, что получают его. Среди пациентов с переломами в анамнезе знали о своем заболевании 66,9%, лечение было назначено только 59% пациентам, а реально его принимали 43%. Больным в возрасте 65 лет без переломов в анамнезе лечение назначено в 33,6%, а получали его 26,1% пациентов.

Анализ в подгруппах, определенных в зависимости от социально-демографических (пол, возраст, образование) показателей, параметров глюкокортикостероидной терапии (дозы, длительности), наличия или отсутствия переломов; семейного анамнеза по переломам ШБК, приведен в табл. 3. Для оценки влияния возраста и пола выделены следующие подгруппы: мужчины моложе 50 лет, мужчины 50 лет и старше, женщины детородного возраста и женщины в постменопаузе. Мужчины в возрасте 50 лет и старше и женщины в постменопаузе были одинаково осведомлены о ГКС-ОП, но мужчинам реже проводили ОДМ, давали совет о приеме добавок кальция и витамина D и назначали препараты для лечения О.П. Соответственно это влияло на поведение пациентов — мужчины реже писали, что принимают кальций и витамин D, противоостеопоротические препараты. Женщины детородного возраста лучше знали об ОП, им чаще рекомендовали прием кальция и витамина D, однако по другим параметрам диагностики, профилактики и лечения различий с подгруппой мужчин моложе 50 лет не выявлено.

Таблица 3. Знания и поведение пациентов в различных подгруппах Примечание. Различия между подгруппами достоверны (* — р<0,05, ** — р<0,005). #— суточная доза ПО-ГКС в преднизолоновом эквиваленте.

Определена взаимосвязь знаний и поведения больных с уровнем их образования. Пациенты с высшим образованием были более информированы о своем заболевании.

Процент положительных ответов на вопросы о профилактике и лечении ГКС-ОП повышался с увеличением длительности терапии ПО-ГКС и, несмотря на парадоксальность, уменьшался с повышением суточной дозы ПО-ГКС. Пациенты, родственники которых перенесли переломы ШБК, не отличались от других больных по знанию о заболевании и мерах его профилактики. Больные, имеющие переломы в анамнезе, чаще остальных утвердительно отвечали на поставленные вопросы о профилактике и лечении ГКС-ОП, тем не менее процент респондентов, получающих адекватную помощь, был невелик.

Частота приема добавок кальция и витамина D, противоостеопоротических препаратов была значимо выше у пациентов, знающих о риске развития О.П. Вероятность того, что такой больной будет следовать рекомендациям регулярного приема кальция и витамина D повышалась в 2,7 раза (при 95% ДИ от 2,1 до 3,5; р=0,001), препаратов для лечения ОП — в 3,5 раза (при 95% ДИ от 2,3 до 5,3; р=0,001) .

Проведение ОДМ увеличивало вероятность назначения врачом кальция и витамина D в 11,6 раза (при 95% ДИ от 7,6 до 17,7; р<0,001), препаратов для лечения ОП в 8,2 раза (при 95% ДИ от 6,2 до 11; р<0,001). Увеличивалась и вероятность соблюдения пациентом полученных рекомендаций: приема кальция и витамина D — в 3,4 раза (при 95% ДИ от 2,7 до 4,4; р<0,001), противоостеопоротических препаратов — в 6,5 раза (при 95% ДИ от 4,8 до 8,8; р<0,001).

ГЛЮКОСТ — первое крупное исследование в Российской Федерации, проведенное у больных со вторичным ОП. В исследовании приняли участие пациенты с различными заболеваниями из многих населенных пунктов Российской Федерации, обратившиеся за консультативной помощью как в крупные специализированные центры, так и в обычные поликлиники. Это позволило включить больных с различной тяжестью течения заболевания, нивелировать различия по диагностике и лечению. Основная концепция исследования состояла в том, что на знания и поведение пациента оказывает влияние уровень консультативно-диагностической помощи. Повод к проведению этого исследования — привлечь внимание специалистов различных специальностей к проблеме вторичного ОП, в том числе глюкокортикоидного.

В предыдущей публикации [8] данных исследования ГЛЮКОСТ приведены результаты оценки риска переломов у больных, когда-либо принимавших длительную терапию ПО-ГКС, по сравнению с пациентами с теми же хроническими воспалительными заболеваниями, но не получавшими ПО-ГКС. Вероятность развития переломов (независимо от локализации) увеличивалась в 2 раза, переломов позвонков — в 5 раз, дистального отдел предплечья — в 1,8 раза. В этой публикации мы приводим оценку уровня консультативной помощи больным с ГКС-ОП и риском его развития, но анализируем результаты опроса только тех пациентов, которые на момент проведения исследования длительно принимали ПО-ГКС.

ГКС-ОП — заболевание, которое можно предупредить и эффективно лечить. Национальные клинические рекомендации по диагностике, профилактике и лечению ОП впервые опубликованы РАОП в 2005 г., в 2009 г. вышло второе издание этих рекомендаций. В 2013 г. под эгидой РАОП, Российского респираторного общества и Ассоциации ревматологов России создана новая версия национальных клинических рекомендаций по ГКС-ОП [9]. Однако в этой публикации мы анализировали данные исходя из рекомендаций 2009 г., поскольку опрос пациентов проводился до выхода рекомендаций 2013 г. По версии же 2013 г. число больных, которым должно быть назначено лечение, будет больше, поскольку кроме возраста, перенесенных переломов, низкой минеральной плотности костной ткани (МПКТ) при ОДМ показанием к лечению является высокая суточная доза ПО-ГКС (7,5 мг и более в преднизолоновом эквиваленте) [9].

ГКС-ОП развивается при длительном постоянном приеме любой суточной дозы ПО-ГКС. Поэтому консультация по профилактике и лечению ГКС-ОП должна быть проведена всем пациентам, которым назначены ПО-ГКС в любой дозе на срок более 3 мес. Комбинация кальция и витамина D используется при первичной профилактике, а также является обязательным компонентом любой схемы лечения и вторичной профилактики ГКС-ОП. Пациентам из группы высокого риска переломов (больным в возрасте 65 лет и старше или перенесшим переломы при минимальной травме или с низкими показателями МПКТ при ОДМ) одновременно с назначением ПО-ГКС на длительный срок рекомендуется прием противоостеопоротических препаратов в комбинации с кальцием и витамином D.

В нашем исследовании менее 70% пациентов знали о ГКС-ОП. Остальные больные, по-видимому, не получили необходимой консультации, или она была проведена так, что пациент не счел нужным принять ее во внимание. Последнее может объяснить то, что 78% больных написали, что врач рекомендовал им добавки кальция и витамина D, но только 35% пациентов сообщили, что принимают их регулярно. Неадекватным было и лечение группы высокого риска переломов, оно было назначено 50% пациентов, и еще меньшее их число (40%) принимали препараты.

Мы допускаем, что не во всех лечебных учреждениях, в которых опрашивали больных, имелась возможность проведения ОДМ. Но если она есть, то исследование МПКТ должно проводиться сразу после назначения длительной терапии ПО-ГКС и в дальнейшем повторяться ежегодно. По данным ГЛЮКОСТ, частота проведения ОДМ в первый год лечения ПО-ГКС составляла около 30% и значимо увеличивалась только через 5 лет применения этой терапии.

При ГКС-ОП наиболее частой локализацией переломов являются позвонки, и эти переломы часто протекают бессимптомно. Наиболее простым методом обследования, позволяющим предположить у больного переломы позвонков, является измерение роста. Больным, рост которых снизился на 4 см и более по сравнению с ростом в 25 лет, или жалующимся на боли в спине необходимо проведение рентгенографии грудного и поясничного отделов позвоночника в боковой проекции для выявления деформации тел позвонков. По данным ГЛЮКОСТ, 21,6% больных не смогли ответить на вопрос, изменился ли их рост, т. е. обычное обследование не проводилось.

Длительный прием ПО-ГКС повышает риск развития ОП и переломов как у мужчин, так и у женщин. Однако по результатам проведенного исследования мужчинам в меньшей степени оказывалась необходимая диагностическая и консультативная помощь.

Выявлена статистически значимая положительная взаимосвязь знаний и поведения пациентов с уровнем их образования: больные с начальным и средним образованием хуже знали о заболевании, необходимости его профилактики и лечения. Этот фактор необходимо учитывать при консультации пациентов.

Риск переломов повышается с увеличением суточной дозы ПО-ГКС. В нашем исследовании оказалось, что пациенты, принимающие высокие дозы ПО-ГКС (7,5 мг и более в преднизолоновом эквиваленте), менее информированы и реже получали необходимые препараты. Парадоксален и тот факт, что больные, у которых родители перенесли перелом ШБК, не отличались от других пациентов по знаниям ОП и мерам его профилактики.

В нашем исследовании только информированность пациента о своем заболевании или риске его развития повышало в 2,7 раза вероятность регулярного приема кальция и витамина D, а препаратов для лечения ОП — в 3,5 раза. Большое значение имело и проведение ОДМ. Знание результатов оценки МПКТ мотивировало врачей к назначению препаратов для профилактики и лечения ОП, а пациентов — к соблюдению этих предписаний.

Безусловно, наше исследование имело определенные недостатки. Поскольку использовались результаты вопросника, который заполнял сам пациент, это не исключало возможности влияния личностных, социальных особенностей, субъективной оценки, состояния памяти на ответы пациентов. Низкий процент систематически злоупотреблявших алкоголем можно объяснить нежеланием пациентов правдиво отвечать на заданный вопрос. Однако такой вопросник легко анализировать, в нем имелись дополнительные пункты, позволяющие проконтролировать правильность ответов пациентов.

Основанием для назначения лечения является снижение МПКТ по Т-критерию ≤1,5 стандартных отклонений. Мы не имели результатов ОДМ, поэтому не смогли оценить правильность трактовки врачами результатов исследования при назначении профилактических и лечебных мероприятий. Но у нас была возможность проанализировать данные у больных, которые также относятся к группе высокого риска переломов (≥65 лет и/или перенесшие переломы). Согласно клиническим рекомендациям таким пациентам следует назначить лечение ОП вне зависимости от результатов исследования МПКТ. Мы допускаем, что не все врачи знали о необходимости лечения пациентов ≥65 лет, но среди пациентов, перенесших переломы, необходимые противоостеопоротические препараты принимали менее 50%. Известно, что у больных с переломом любой локализации риск последующего перелома в 2,2 раза выше, чем без предшествующего перелома [10], развивается так называемый каскад переломов.

ПО-ГКС применяют для лечения различных тяжелых хронических воспалительных заболеваний. Безопасность их длительного применения зависит от принятых мер по предупреждению развития осложнений этой терапии. По данным крупного российского исследования ГЛЮКОСТ, каждый четвертый больной с хроническим воспалительным заболеванием, принимающий длительную терапию ПО-ГКС, имеет один и более низкоэнергетических переломов. Однако пациенты недостаточно знают об этом заболевании и не предпринимают должных мер по его профилактике. Не соблюдаются основные положения клинических рекомендаций по диагностике и лечению ГКС-ОП, особенно в группе высокого риска переломов.

Литература

Список литературы:

  1. Баранова И.А., Дыдыкина И.С. Глюкокортикоидный остеопороз. В кн: О.М.Лесняк, Л.И.Беневоленская. Остеопороз. Диагностика, профилактика и лечение. Клинические рекомендации. 2-е изд. М.: ГЭОТАР-Медиа; 2009:225-250.
  2. Sadat-Ali M, Alelq AH, Alshafei BA, Al-Turki HA, Abujubara MA. Osteoporosis prophylaxis in patients receiving chronic glucocorticoid therapy. Ann Saudi Med. 2009;29(3):215-218.
  3. Dolan AL, Koshy E, Waker M, Goble CM. Access to bone densitometry increases general practitioners’ prescribing for osteoporosis in steroid treated patients. Ann Rheum Dis. 2004;63(2):183-186.
  4. Curtis JR, Westfall AO, Allison JJ, Becker A, Casebeer L, Freeman A, Spettell CM, Weissman NW, Wilke S, Saag KG. Longitudinal patterns in the prevention of osteoporosis in glucocorticoid-treated patients. Arthritis Rheum. 2005;52(8):2485-2494.
  5. Ledwich LJ, Clarke K. Screening and treatment of glucocorticoid-induced osteoporosis in rheumatoid arthritis patients in an urban multispecialty practice. J Clin Rheumatol. 2009;15(2):61-64.
  6. Shah SK, Gecys GT. Prednisone-induced osteoporosis: an overlooked and undertreated adverse effect. J Am Osteopath Assoc. 2006;106(11):653-657.
  7. Guzman-Clark JR, Fang MA, Sehl ME, Traylor L, Hahn TJ. Barriers in the management of glucocorticoid-induced osteoporosis. Arthritis Rheum. 2007;57(1):140-146.
  8. Баранова И.А., Ершова О.Б., Авдеева О.С. Оценка частоты и факторов риска низкоэнергетических переломов скелета по данным опроса больных хроническими воспалительными заболеваниями. Результаты многоцентрового исследования Российской ассоциации по остеопорозу ГЛЮКОСТ. Остеопороз и остеопатии. 2014;3:8-13.
  9. Лесняк О.М., Баранова И.А., Торопцова Н.В. Клинические рекомендации «Диагностика, профилактика и лечение глюкокортикоидного остеопороза у мужчин и женщин 18 лет и старше». Ярославль: Литера; 2014;48.
  10. Hodgson SF, Watts NB, Bilezikian JP, Clarke BL, Gray TK, Harris DW, Johnston CC Jr, Kleerekoper M, Lindsay R, Luckey MM, McClung MR, Nankin HR, Petak SM, Recker RR; AACE Osteoporosis Task Force. American Association of Clinical Endocrinologists medical guidelines for clinical practice for the prevention and treatment of postmenopausal osteoporosis: 2001 edition, with selected updates for 2003. Endocr Pract. 2003;9(6):544-564.