Сайт издательства «Медиа Сфера»
содержит материалы, предназначенные исключительно для работников здравоохранения. Закрывая это сообщение, Вы подтверждаете, что являетесь дипломированным медицинским работником или студентом медицинского образовательного учреждения.

Карелина О.Б.

ФГБОУ ВО «Кемеровский государственный медицинский университет» Минздрава России

Артымук Наталья Владимировна

ФГБОУ ВО «Кемеровский государственный медицинский университет» Минздрава России

Шибельгут Н.М.

ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В. Беляева»

Ламонова С.С.

ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В. Беляева»

Харенкова Е.Л.

ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В. Беляева»

Чернова О.О.

ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В. Беляева»

Использование ксеногенных биоматериалов в гинекологической практике коррекции пролапса тазовых органов

Авторы:

Карелина О.Б., Артымук Н.В., Шибельгут Н.М., Ламонова С.С., Харенкова Е.Л., Чернова О.О.

Подробнее об авторах

Прочитано: 1001 раз


Как цитировать:

Карелина О.Б., Артымук Н.В., Шибельгут Н.М., Ламонова С.С., Харенкова Е.Л., Чернова О.О. Использование ксеногенных биоматериалов в гинекологической практике коррекции пролапса тазовых органов. Российский вестник акушера-гинеколога. 2025;25(3):50‑56.
Karelina OB, Artymuk NV, Shibel’gut NM, Lamonova SS, Kharenkova EL, Chernova OO. Use of xenogenic biomaterials in gynecologic practice of pelvic organ prolapse correction. Russian Bulletin of Obstetrician-Gynecologist. 2025;25(3):50‑56. (In Russ.)
https://doi.org/10.17116/rosakush20252503150

Рекомендуем статьи по данной теме:
Осо­бен­нос­ти про­лап­сов та­зо­вых ор­га­нов в по­жи­лом воз­рас­те. Рос­сий­ский вес­тник аку­ше­ра-ги­не­ко­ло­га. 2025;(3):41-49
Ис­поль­зо­ва­ние ро­бо­то­тех­ни­ки при ле­че­нии син­дро­ма Мея—Тер­не­ра. Кар­ди­оло­гия и сер­деч­но-со­су­дис­тая хи­рур­гия. 2026;(1):112-116

Введение

Пролапс тазовых органов (ПТО) — одно из наиболее распространенных гинекологических заболеваний. По данным мировой литературы, почти 50% женщин имеют те или иные клинические симптомы ПТО [1]. Наличие ПТО оказывает значительное влияние на работу мочеполовой системы, желудочно-кишечного тракта, а также приводит к социальной дезадаптации женщин, вызывая сексуальные расстройства и снижая работоспособность [2]. На развитие ПТО влияют такие факторы, как врожденные нарушения соединительной ткани, наследственная предрасположенность, гормональная недостаточность, избыточная масса тела и ожирение, повышение внутрибрюшного давления, осложненное течение беременности и вагинальных родов, которые встречаются у большого числа женщин в популяции [3]. Нередко дебют заболевания происходит в репродуктивном возрасте, с дальнейшим прогрессированием симптомов [4]. По данным С.Н. Буяновой и соавт. [5], ПТО в настоящее время нередко возникает у женщин моложе 40 лет. У пациенток средней и старшей возрастных групп частота этой патологии на фоне дефицита эстрогенов повышается до 60—80% [6].

Общепризнано, что наиболее эффективным способом лечения ПТО в отсутствие эффекта от консервативного лечения является хирургический метод [7]. В настоящее время предложено более 400 различных вариантов оперативных вмешательств, но ни один из них не является совершенным и нередко приводит к недостаточной удовлетворенности полученными результатами лечения [8]. Для укрепления тазового дна при ПТО применяются пластика собственными тканями, установка различных синтетических имплантатов или биологических трансплантатов [9].

Использование собственных тканей

В настоящее время ПТО рассматривается как разновидность грыжи тазового дна и имеет аналогичный этиопатогенез с грыжами живота [10]. Основой этих патологических процессов служит формирование дефектов соединительнотканных структур. Мышцы не могут нормально функционировать без надежной фиксации, с этих позиций использование несостоятельных собственных тканей при коррекции этого заболевания не всегда эффективно. Оперативное лечение пациенток с ПТО с использованием собственных тканей, по данным различных авторов, связано с высоким риском рецидива (до 40%), при этом риск повторных операций достигает 17% в течение последующих 10 лет [11]. Это послужило мотивом для внедрения других хирургических методов, основанных на замещении собственных неполноценных тканей новыми, которые смогут обеспечить надежный каркас для тазовых органов, что позволит снизить вероятность рецидивов.

Применение полипропиленовых сеток

Патологические процессы, лежащие в основе образования грыж различных локализаций, сходны, что позволяет хирургам применять общие подходы к лечению как при грыжах живота, так и при дефектах тазового дна. Для лечения женщин с ПТО, как и при герниопластике, применяют синтетические сетчатые имплантаты [12]. Использование полипропиленовой сетки для улучшения анатомических результатов при хирургическом лечении пациенток с ПТО нередко затруднено из-за осложнений, связанных с использованием сетки. И.Д. Клюшников и соавт. [13] показали, что отдаленные результаты при использовании сетчатых имплантатов связаны с наличием у пациенток ряда факторов: соматической патологии, предшествующего хирургического анамнеза, пожилого возраста, наличия активной половой жизни и др. Авторами показано, что синтетические материалы могут вызывать уменьшение объема и сократительной способности гладких мышц, а также деградацию ключевых структурных белков (коллагена и эластина). При использовании синтетических сетчатых материалов иногда развиваются имплантат-ассоциированные осложнения, которые проявляются болями, патологическими выделениями, диспареунией и различными нарушениями мочеиспускания [14, 15]. 13 июля 2011 г. FDA (Food and Drug Administration — Управление США по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и лекарственных препаратов) опубликовало «Уведомление о тяжелых осложнениях, связанных с трансвагинальным размещением хирургической сетки при выпадении тазовых органов», в котором отмечено, что использование трансвагинальных сетчатых имплантатов для лечения ПТО не улучшают эффективность хирургического лечения и качество жизни пациенток после операции [16]. С рынка были выведены применяемые для коррекции ПТО полипропиленовые сетки нескольких крупных производителей [17]. Считается, что использование вагинальных имплантатов для лечения ПТО в сочетании с недостаточным опытом хирургов являются главными факторами риска развития тяжелых послеоперационных осложнений [18]. Известно, что в случае рецидива ПТО при установке полипропиленовых имплантатов и необходимости повторной реконструктивно-пластической операции возникают значительные технические трудности. В некоторых случаях при таких операциях возникает пролапс в ранее неоперированных отделах тазового дна [19]. Все это вызывает необходимость совершенствования как самих хирургических методов лечения пациенток с ПТО, так и материала, используемого для реконструктивно-пластических операций на тазовом дне [20]. Например, крестцово-остистая фиксация является операцией выбора для апикальной реконструкции тазового дна. Она была впервые предложена J. Amreich в 1950 г. и модифицирована в 1968 г. K. Richter. А.А. Попов и соавт. [21] в 2023 г. провели сравнительную оценку клинической эффективности и безопасности собственной модификации этого метода у больных с апикальным ПТО с использованием переднего и заднего доступов и применением макропористой монофиламентной полипропиленовой ленты. Авторами показано, что разработанный подход менее травматичен и позволяет сократить продолжительность операции.

Ксенотрансплантат

В настоящее время стратегии хирургического лечения ПТО направлены на разработку биологических трансплантационных материалов с механическими свойствами, аналогичными установленным синтетическим сеткам, но с улучшенной интеграцией в ткани и минимальной реакцией организма. Использование сеток из тканей животных-доноров имеет ряд преимуществ. Происходит реконструкция собственных тканей за счет миграции клеток хозяина на ремоделированный бесклеточный каркас и неоваскуляризации. В результате образуется ткань, имеющая гистологическое сходство с собственными тканями хозяина [22].

В своем исследовании В.А. Павлов и соавт. [23] утверждают, что использование ксенотрансплантата при десценции тазового дна способствует быстрой эпителизации и снижает степень воспалительной реакции в ране при регенерации соединительной ткани. C. Maher и соавт. [24] показали, что трансвагинальные имплантаты из биологического материала могут улучшить результаты хирургического лечения женщин с ПТО.

А.Г. Ящук и соавт. [25] продемонстрировали, что биологические трансплантаты являются альтернативой синтетическим протезам. В свою очередь, W. Winkelman и соавт. [26] отмечают, что задняя кольпорафия с биологическим трансплантатом может быть безопасным и эффективным вариантом лечения. Этого представления придерживаются также некоторые другие исследователи. Так, P. Shoureshi и соавт. [27] считают, что биологические трансплантаты могут быть использованы для хирургии ПТО у женщин детородного возраста.

Эффективность применения биологических имплантатов при реконструктивных вмешательствах показали в собственном исследовании Д.А. Хубезов и соавт. [28]. F. Cour и соавт. [29] отмечают, что применение ксенотрансплантата — эффективный и безопасный метод лечения.

Сакрокольпопексия в сочетании с кольпорафией и применением биологического трансплантата, по мнению J. Wang и соавт. [30], продемонстрировали значительное улучшение анатомических исходов хирургического вмешательства.

L. Lipetskaia и соавт. [31] показали, что хирургическое лечение при переднем или апикальном ПТО с использованием биологического трансплантата по эффективности и безопасности не уступает традиционной операции с применением нативных тканей. Аналогичные результаты получили C. Maher и соавт. [24].

S. Kim и соавт. [32] отметили сходные результаты при использовании собственных тканей и биологического трансплантата в случае хирургической коррекции пролапса заднего отдела влагалища трансвагинальным доступом. Подобные результаты представили F. Reid и соавт. [33]. Так, через 4 и 6 лет после операции авторы не выявили клинически значимых различий по частоте развития хронической боли или диспареунии ни для одного из методов лечения ПТО. При сравнении краткосрочных результатов лечения с применением синтетической сетки и биологического трансплантата при оперативном лечении пациенток с ПТО C. Glazener и соавт. [34] отметили, что эти результаты были сопоставимы с точки зрения эффективности, качества жизни и наличия побочных эффектов. При долгосрочном наблюдении более чем у одной из 10 пациенток было диагностировано осложнение, связанное с использованием синтетического импланта. Сходные результаты получили S. Hijazi и соавт. [35]. Авторы отметили, что осложнений, связанных с применением биотрансплантата или отторжения биотрансплантата, требующих его удаления, не наблюдалось. Аналогичные результаты получены A. Azadi и соавт. [36]. F. Reid и соавт. [37] отметили низкую частоту развития тяжелых осложнений при использовании ксенотрансплантатов в хирургии тазового дна. По данным M. Brunes и соавт. [38], у пациенток, перенесших операцию без трансплантата, отмечена более высокая частота развития послеоперационных осложнений.

Свою положительную оценку перспективы использования материалов для биологических трансплантатов приводят J. Whooley и соавт. [39]. D. Luchristt и соавт. [40] отметили возрастающий в последнее время интерес к использованию биологических трансплантатов для реконструктивно-пластических операций вагинальным доступом при ПТО.

R. Darvish и соавт. [41] оценивали осложнения, возникшие через 30 дней после передней кольпорафии в группах с использованием нативных тканей и биологических трансплантатов, в результате авторы различий не выявили.

В настоящее время ксеноперикардиальная ткань находит все большее применение в реконструктивно-восстановительной хирургии [42]. Перикард представляет собой фиброзную соединительную ткань. В ее составе чередуются поперечно и продольно расположенные слои коллагеновых волокон. Они обладают прочностью и составляют жесткую матрицу ткани. Параллельно коллагеновым располагаются эластические волокна. Они обладают способностью к обратимым деформациям под влиянием механических воздействий. Очевидно, что коллагеновые и эластические волокна играют разную роль в структурах соединительной ткани. Межклеточное вещество при осуществлении общих функций соединительной ткани выступает как единое целое. Тесное единство обеспечивается химическими связями между протеогликанами, гликопротеинами, коллагеном и эластином, структурным взаимодействием этих элементов на всех уровнях — от молекулярного до тканевого. Сетчатые перикардиальные имплантаты давно применяют при хирургии паховых, вентральных и медиастинальных грыж, а также при пластике пищеводного отверстия диафрагмы [43]. Накопленный положительный опыт применения ксеноперикарда в герниопластике, учитывая схожесть патологических процессов, может послужить основой для начала применения данного материала при хирургических операциях на тазовом дне.

О.А. Баулина и соавт. [44] на основании собственного исследования пришли к выводу, что ксеноперикард может быть использован в качестве пластического материала в урогинекологии. В другом своем исследовании О.А. Баулина и соавт. [45] показали, что консервированный децеллюлированный ксеноперикард крупного рогатого скота обладает необходимыми качествами, предъявляемыми к эндопротезу для пластических операций в урогинекологии.

К преимуществам использования ксенотрансплантатов относятся отсутствие необходимости в дополнительном оперативном вмешательстве с целью получения аутотрансплантата, ликвидация риска заражения через чужеродный трансплантат, минимальная частота развития инфекционных осложнений.

В.А. Башковым и соавт. [46] проведено экспериментальное изучение особенностей интеграции ксеноперикарда на 6 крысах линии Вистар. По мнению авторов, использование модифицированного ксеноперикарда в хирургическом лечении при стрессовом недержании мочи позволяет снизить риск развития специфических осложнений, характерных для синтетических протезов.

При применении ксенотрансплантатов не происходит эрозирования и инкапсуляции, как при использовании синтетического материала. Так, А.В. Никольский и соавт. [47] отмечают, что применение полипропиленового протеза приводит к формированию в зоне фиксации плотного инфильтрата. Кроме того, сетчатый имплантат, имея различную толщину за счет перекреста отдельных нитей, травмирует ткани, что нарушает кровообращение и сопровождается развитием хронического воспаления. Авторы предложили проводить хирургические операции с использованием биологически инертного материала — ксеноперикардиальной пластины.

Собственные данные об использовании ксеноперикардиальной пластины («кардиоплант») для реконструкции обширных дефектов в области промежности продемонстрированы при лечении у 27 пациенток, больных раком прямой кишки и раком анального канала С.А. Шинкаревым и соавт. [48]. Авторами показана невысокая частота развития осложнений (у 3 из 27 — серомы послеоперационных швов) и сделано заключение о перспективности данного метода коррекции. Различные способы восстановления тазового дна имеют особенности, достоинства и недостатки. Выбор того или иного метода должен основываться на совокупности многих факторов, а индивидуальный подход к выбору позволяет расширить возможности пластической хирургии с максимальным результатом.

Заключение

Таким образом, проведенный обзор литературы показал, что в настоящее время поиск оптимального материала для коррекции ПТО вагинальным доступом продолжается. При хирургическом лечении ПТО в каждом отдельно взятом случае должен применяться индивидуальный подход с учетом всех имеющихся у конкретной пациентки особенностей и факторов риска развития осложнений (генетических, фенотипических и клинико-анамнестических). Персонифицированный подход будет способствовать выбору оптимального метода хирургической коррекции в каждом отдельном случае. Перспективным представляется проведение дальнейших исследований по оценке эффективности и безопасности применения ксенотрансплантатов в хирургии тазового дна.

Авторы заявляют об отсутствии конфликтов интересов.

Участие авторов:

Концепция и дизайн исследования — Карелина О.Б., Артымук Н.В.

Сбор и обработка материала — Харенкова Е.Л., Чернова О.О., Ламонова С.С.

Написание текста — Карелина О.Б.

Редактирование — Артымук Н.В., Шибельгут Н.М.

Participation of authors:

Concept and design of the study — Karelina O.B., Artymuk N.V.

Data collection and processing — Kharenkova E.L., Chernova O.O., Lamonova S.S.

Text writing — Karelina O.B.

Editing — Artymuk N.V., Shibel’gut N.M.


1От греч. xenos — чужой, чуждый; ксенотрансплантация — трансплантация ткани от животного человеку.

Литература / References:

  1. Weintraub AY, Glinter H, Marcus-Braun N. Narrative review of the epidemiology, diagnosis and pathophysiology of pelvic organ prolapse. Int Braz J Urol. 2020;46;1:5-14.  https://doi.org/10.1590/S1677-5538.IBJU.2018.0581
  2. American College of Obstetricians and Gynecologists and the American Urogynecologic Society; Interim update: This Practice Bulletin is updated as highlighted to reflect the US Food and Drug Administration order to stop the sale of transvaginal synthetic mesh products for the repair of pelvic organ prolapse. Pelvic Organ Prolapse. Female Pelvic Med Reconstr Surg. 2019;25:6:397-408.  https://doi.org/10.1097/SPV.0000000000000794
  3. Kayembe AT, Kayembe CDKK, Bebele JK, Tozin RR. Factors associated with genital prolapse to Saint Joseph Hospital of Kinshasa. Pan Afr Med J. 2021;16:40:234.  https://doi.org/10.11604/pamj.2021.40.234.30529
  4. Reimers C, Siafarikas F, Stær-Jensen J, Småstuen MC, Bø K, Ellström Engh M. Risk factors for anatomic pelvic organ prolapse at 6 weeks postpartum: a prospective observational study. Int Urogynecol J. 2019;30:3:477-482.  https://doi.org/10.1007/s00192-018-3650-2
  5. Буянова С.Н., Федорина С.И., Петракова С.А., Глебов Т.А., Клюшников И.Д., Брыляева А.Е. Пролапс тазовых органов у женщин молодого возраста. Российский вестник акушера-гинеколога. 2023;23:6—2:142—148.  https://doi.org/10.17116/rosakush202323062142
  6. Chapman GC, Slopnick EA, Roberts K, Sheyn D, El-Nashar SA, Mangel JM, Hijaz AK. Pelvic organ prolapse surgery in the elderly and frail: Safety of a reconstructive versus obliterative approach. Female Pelvic Med Reconstr Surg. 2021;27:9:620-625.  https://doi.org/10.1097/SPV.0000000000001029
  7. Developed by the Joint Writing Group of the American Urogynecologic Society and the International Urogynecological Association. Joint report on terminology for surgical procedures to treat pelvic organ prolapse. Int Urogynecol J. 2020;31:3:429-463. Erratum in: Int Urogynecol J. 2020;31:6:1283. https://doi.org/10.1007/s00192-020-04236-1
  8. Lau HH, Davila GW, Chen YY, Sartori MGF, Jármy-Di Bella ZIK, Tsai JM, Liu YM, Su TH; FIGO Urogynecology and Pelvic Floor Committee. FIGO recommendations: Use of midurethral slings for the treatment of stress urinary incontinence. Int J Gynaecol Obstet. 2023;161:2:367-385.  https://doi.org/10.1002/ijgo.14683
  9. Dieter AA. Pelvic organ prolapse: Controversies in surgical treatment. Obstet Gynecol Clin North Am. 2021;48:3:437-448.  https://doi.org/10.1016/j.ogc.2021.05.001
  10. Клинические рекомендации МЗ РФ [Текст]: выпадение женских половых органов. Ред. совет: Л.В. Адамян [и др.]. 2021;49. 
  11. Maher C, Feiner B, Baessler K, Christmann-Schmid C, Haya N, Brown J. Surgery for women with anterior compartment prolapse. Cochrane Database Syst Revi. 2016; Issue 11. Art. No.: CD004014. https://doi.org/10.1002/14651858.CD004014.pub6
  12. Mancuso E, Downey C, Doxford-Hook E, Bryant MG, Culmer P. The use of polymeric meshes for pelvic organ prolapse: Current concepts, challenges, and future perspectives. J Biomed Mater Res B Appl Biomater. 2020;108:3:771-789.  https://doi.org/10.1002/jbm.b.34432
  13. Клюшников И.Д., Попов А.А., Еникеев М.Э., Снурницына О.В., Федоров А.А., Коваль А.А., Тюрина С.С., Бабаева С.А. Хирургическая коррекция переднеапикального пролапса гениталий с позиции оперативного доступа. Российский вестник акушера-гинеколога. 2023;23:3:85-91.  https://doi.org/10.17116/rosakush20232303185
  14. Liang R, Knight K, Barone W, Powers RW, Nolfi A, Palcsey S, Abramowitch S, Moalli PA. Extracellular matrix regenerative graft attenuates the negative impact of polypropylene prolapse mesh on vagina in rhesus macaque. Am J Obstet Gynecol. 2017;216:2:153.1-153.  https://doi.org/10.1016/j.ajog.2016.09.073
  15. Rice NT, Hu Y, Slaughter JC, Ward RM. Pelvic mesh complications in women before and after the 2011 FDA public health notification. Female Pelvic Med Reconstr Surg. 2013;19:6:333-338.  https://doi.org/10.1097/SPV.0b013e3182a330c1
  16. Murphy M, Holzberg A, van Raalte H, Kohli N, Goldman HB, Lucente V; Pelvic Surgeons Network. Time to rethink: an evidence-based response from pelvic surgeons to the FDA Safety Communication: “UPDATE on Serious Complications Associated with Transvaginal Placement of Surgical Mesh for Pelvic Organ Prolapse”. Int Urogynecol J. 2012;23:1:5-9.  https://doi.org/10.1007/s00192-011-1581-2
  17. Tailor V, Digesu A, Swift SE. Update in transvaginal grafts: The Role of lightweight meshes, biologics, and hybrid grafts in pelvic organ prolapse surgery. Obstet Gynecol Clin North Am. 2021;48: 3:515-533.  https://doi.org/10.1016/j.ogc.2021.05.006
  18. Chapple CR, Cruz F, Deffieux X, Milani AL, Arlandis S, Artibani W, Bauer RM, Burkhard F, Cardozo L, Castro-Diaz D, Cornu JN, Deprest J, Gunnemann A, Gyhagen M, Heesakkers J, Koelbl H, MacNeil S, Naumann G, Roovers JWR, Salvatore S, Sievert KD, Tarcan T, Van der Aa F, Montorsi F, Wirth M, Abdel-Fattah M. Consensus Statement of the European Urology Association and the European Urogynaecological Association on the Use of Implanted Materials for Treating Pelvic Organ Prolapse and Stress Urinary Incontinence. Eur Urol. 2017;72:3:424-431.  https://doi.org/10.1016/j.eururo.2017.03.048
  19. Maher C. Anterior vaginal compartment surgery. Int Urogynecol J. 2013;24:11:1791-1802. https://doi.org/10.1007/s00192-013-2170-3
  20. Syed KK, Consolo MJ, Gousse AE. Anterior vaginal wall prolapse repair and the rise and fall of transvaginal mesh. Did we come full circle? A Historical perspective. Urology. 2021;150:110-115.  https://doi.org/10.1016/j.urology.2020.08.015
  21. Попов А.А., Бабаева С.А., Федоров А.А., Тюрина С.С., Идашкин А.Д., Клюшников И.Д., Ефремова Е.С. Изучение клинической эффективности и безопасности методов хирургической коррекции апикального пролапса гениталий. Российский вестник акушера-гинеколога. 2023;23:4:58-64.  https://doi.org/10.17116/rosakush20232304158
  22. Min H, Li H, Bingshu L, Yanxiang C, Lu C, Qing S, Xuejiao Z, Wenying W, Debin W, Shasha H, Wenjuan D, Jie M, Xiaohong Z, Wenjun G, Jianhua C, Qian L, Yuling L. Meta-analysis of the efficacy and safety of the application of adjuvant material in the repair of anterior vaginal wall prolapsed. Arch Gynecol Obstet. 2013;287:5:919-936.  https://doi.org/10.1007/s00404-012-2626-6
  23. Павлов В.Н., Ящук А.Г., Мусин И.И. Экспериментальное морфологическое обоснование применения культур мультипотентных мезенхимальных стволовых клеток в комбинации с биоматериалами в реконструкции тазового дна. Урология. 2019;4:32-37. 
  24. Maher C, Feiner B, Baessler K, Christmann-Schmid C, Haya N, Marjoribanks J. Transvaginal mesh or grafts compared with native tissue repair for vaginal prolapse. Cochrane Database of Systematic Reviews 2016; Issue 2. Art. No.: CD012079. https://doi.org/10.1002/14651858.CD012079
  25. Ящук А.Г., Мусин И.И., Нафтулович Р.А. Сравнительная эффективность некоторых видов биологических материалов при различных дефектах тазового дна. Вестник современной клинической медицины. 2018;11:3:82—88. 
  26. Winkelman WD, Macharia A, Bharadwa S, Bharadwaj M, Hacker MR, Rosenblatt PL. Composite outcomes after posterior colporrhaphy with and without biologic graft augmentation. Female Pelvic Med Reconstr Surg. 2021;27:2:e414-e417. https://doi.org/10.1097/SPV.0000000000000949
  27. Shoureshi PS, Dubinskaya A, Magner D, Eilber KS. Robotic sacrohysteropexy with concurrent rectopexy using fascia lata graft. Urology. 2023;173:228.  https://doi.org/10.1016/j.urology.2022.12.015
  28. Хубезов Д.А., Трушин С.Н., Огорельцев А.Ю., Мнихович М.Н. Анализ экспериментального изучения и клинического применения импланта Permacol. Вестник экспериментальной и клинической хирургии. 2016;9:4:296-303. 
  29. Cour F, Munier P, Kaulanjan K, Vidart A, Bosset PO, Neuzillet Y. Small intestinal submucosa xenograft to manage lower urinary tract prostheses perforation: a new path? Int Urogynecol J. 2022;33:3: 627-635.  https://doi.org/10.1007/s00192-021-04771-5
  30. Wang J, Wang X, Hua K, Chen Y. Laparoscopic sacrocolpopexy plus colporrhaphy with a small Intestine submucosa graft versus total pelvic floor reconstruction for advanced prolapse: A Retrospective cohort study. Int Neurourol J. 2019;23:2:144-150.  https://doi.org/10.5213/inj.1938014.007
  31. Lipetskaia L, Gonzalez RR, Wu JM, Northington GM, Henley BR, Lane F, Brucker BM, Jarnagin B, Rosenblatt PL. Thirty-six-month prospective study of transvaginal bovine graft vs native eissue repair for the treatment of pelvic organ prolapse. Urology. 2022;167:234-240.  https://doi.org/10.1016/j.urology.2022.06.003
  32. Kim S, Pollock GR, Twiss CO, Funk JT. Surgery for posterior compartment vaginal prolapse: Graft augmented repair. Urol Clin North Am. 2019;46:1:87-95.  https://doi.org/10.1016/j.ucl.2018.08.015
  33. Reid FM, Aucott L, Glazener CMA, Elders A, Hemming C, Cooper KG, Freeman RM, Smith ARB, Hagen S, Kilonzo M, Boyers D, MacLennan G, Norrie J, Breeman S; [for the prospect study group]. Prospect: 4- and 6-year follow-up of a randomised trial of surgery for vaginal prolapse. Int Urogynecol J. 2023;34:1:67-78.  https://doi.org/10.1007/s00192-022-05308-0
  34. Glazener CM, Breeman S, Elders A, Hemming C, Cooper KG, Freeman RM, Smith AR, Reid F, Hagen S, Montgomery I, Kilonzo M, Boyers D, McDonald A, McPherson G, MacLennan G, Norrie J; PROSPECT study group). Mesh, graft, or standard repair for women having primary transvaginal anterior or posterior compartment prolapse surgery: two parallel-group, multicentre, randomised, controlled trials (Prospect). Lancet. 2017;389:10067:381-392.  https://doi.org/10.1016/S0140-6736(16)31596-3
  35. Hijazi S, Echtle D, Aboumarzouk OM, Heinrich E. Abdominal sacrocolpopexy with pelvicol xenograft and concomitant burch colposuspension. Int J Womens Health. 2017;9:625-630.  https://doi.org/10.2147/IJWH.S134239
  36. Azadi A, Casey S, Ramanujam P, Tehranchi D, Ostergard D. Repair of posterior vaginal wall defect using biologic graft for stage III-POP-Q Pelvic Organ Prolapse in a patient with history of a J-Pouch. Case Rep Obstet Gynecol. 2020;2020:8892014. https://doi.org/10.1155/2020/8892014
  37. Reid FM, Elders A, Breeman S, Freeman RM; Prospect study group. How common are complications following polypropylene mesh, biological xenograft and native tissue surgery for pelvic organ prolapse? A secondary analysis from the prospect trial. BJOG. 2021;128:13:2180-2189. https://doi.org/10.1111/1471-0528.16897
  38. Brunes M, Johannesson U, Drca A, Bergman I, Söderberg M, Warnqvist A, Ek M. Recurrent surgery in uterine prolapse: A nationwide register study. Acta Obstet Gynecol Scand. 2022;101:5:532-541.  https://doi.org/10.1111/aogs.14340
  39. Whooley J, Cunnane EM, Do Amaral R, Joyce M, MacCraith E, Flood HD, O’Brien FJ, Davis NF. Stress urinary incontinence and pelvic organ prolapse: Biologic graft materials revisited. Tissue Eng Part B Rev. 2020;26:5:475-483.  https://doi.org/10.1089/ten.TEB.2020.0024
  40. Luchristt D, Weidner AC, Siddiqui NY. Urinary basement membrane graft-augmented sacrospinous ligament suspension: a description of technique and short-term outcomes. Int Urogynecol J. 2022;33:5:1347-1350. https://doi.org/10.1007/s00192-022-05159-9
  41. Darvish R, Davenport A, Dao A, Slopnick E, Chapman G, Sheyn D. Evaluation of 30-day complication rates following vaginal anterior compartment repair with and without graft augmentation in a propensity score matched cohort. World J Urol. 2021;39:6:2191-2196. https://doi.org/10.1007/s00345-020-03360-3
  42. Антонова Л.В., Миронов А.В., Шабаев А.Р. Тканеинженерные сосудистые заплаты — сравнительная характеристика и результаты преклинических испытаний на модели овцы. Вестник трансплантологии и искусственных органов. 2022;24:4:94-108.  https://doi.org/10.15825/1995-1191-2022-4-94-108
  43. Калмин О.В., Никольский В.И., Федорова М.Г., Феоктистов Я.Е. Морфологические изменения тканей в зоне имплантации комбинированного герниопротеза в разные сроки после хирургического вмешательства. Саратовский научно-медицинский журнал. 2017;13:3:458-461. 
  44. Баулина О.А., Вихрев Д.В., Федорова М.Г. Изучение перспективы применения ксеноперикардиальной пластины в урогинекологии. Фундаментальные исследования. 2012;10-1:20-24. 
  45. Баулина О.А., Баулин А.В., Вихрев Д.В. Внедрение ксенобиоматериалов в герниологию и урогинекологию. Фундаментальные исследования. 2012;10:2:228-231. 
  46. Башков В.А., Никольский А.В., Михеев В.В. Применение ксеноперикарда в хирургическом лечении стрессового недержания мочи. Новые задачи современной медицины: Материалы II Международной научной конференции, Санкт-Петербург, 20–23 мая 2013 года. Санкт-Петербург: Реноме. 2013;33-36. 
  47. Никольский А.В., Демидов Д.А., Александров М.С. Лапароскопическая нефропексия ксеноперикардом. Урологические ведомости. 2015;5:1:68-69. 
  48. Шинкарев С.А., Латышев Ю.П., Клычева О.Н. Реконструкция тазового дна ксеноперикардиальной тканью. Исследования и практика в медицине. 2018;5:S2:77. 

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо со ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail

Мы используем файлы cооkies для улучшения работы сайта. Оставаясь на нашем сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cооkies. Чтобы ознакомиться с нашими Положениями о конфиденциальности и об использовании файлов cookie, нажмите здесь.