Перспективные мишени для вторичной профилактики снижения качества жизни и психосоматических расстройств при алопециях: результаты обсервационного исследования

С медицинской точки зрения алопеции — патология с относительно благоприятным течением и прогнозом. Кожные заболевания, сопровождающиеся потерей волос, как правило, не являются жизнеугрожающими состояниями и не приводят к инвалидизации. Вместе с тем алопеции могут оказывать выраженное влияние на качество жизни (КЖ)^​1​᠎, по некоторым данным, сопоставимое с тяжелыми дерматозами (псориаз, атопический дерматит и т. д.) [1–3]. Потеря волос может провоцировать реактивные состояния со снижением самооценки, нарушением образа тела, ухудшать социальное функционирование [4].

Практикующие дерматологи сталкиваются со сложностями при оценке тяжести состояния пациента с алопецией — данные наблюдений свидетельствуют о несоответствии суждений врача на основании принятых клинических классификаций с субъективной оценкой тяжести облысения самим пациентом. Исследователи указывают на большую важность субъективного восприятия тяжести облысения и ключевых представлений пациента о заболевании в формировании психологических последствий [5, 6]. Более целостное представление о состоянии пациента может дать специалисту комплексная оценка КЖ, в том числе с помощью специальных шкал, так как данные показатели отражают субъективное суждение пациента о влиянии патологии на физическое, психологическое и социальное функционирование [1].

КЖ — динамическая характеристика, которая может меняться с течением времени, и улучшение ее составляющих является одной из важных целей лечения алопеций как заболеваний, не влияющих на продолжительность жизни пациентов [1]. Показатели К.Ж. могут быть полезны не только для оценки динамики состояния пациента на фоне терапии, но и для выбора лечебной стратегии [1, 3, 7]. Так, по мнению A. Molina-Leyva и соавт. (2016), следует соблюдать осторожность при назначении антиандрогенных препаратов (финастерид) по поводу андрогенетической алопеции мужчинам и принимать во внимание показатели КЖ, поскольку умеренные и выраженные психосоциальные нарушения (оценка по домену «функционирование» шкалы СКИНДЕКС-29) ассоциированы с повышенным риском сексуальной дисфункции [8].

Учет роли КЖ при алопеции может облегчить взаимодействие с пациентом, благоприятно сказываться на лечебном процессе. Одним из способов оптимизации такого подхода является применение шкал для оценки КЖ [1, 5]. Однако их использование в клинической практике ограничено. Их более широкому применению препятствуют сложности, связанные с выбором подходящего инструмента и интерпретацией результатов.

В настоящее время разработан ряд шкал для оценки КЖ в медицине — неспецифических или общих (SF-36, EQ-5D), а также специальных дерматологических (дерматологический индекс качества жизни [ДИКЖ], СКИНДЕКС-29), в том числе адаптированных для алопеций (специфический для патологии волос СКИНДЕКС-29, Hairdex), в том числе опросников для отдельных нозологических форм алопеций (например, для гнездной алопеции — Alopecia Areata Quality of Life Index, AA-QLI).

К первому поколению дерматологических психометрических шкал относят ДИКЖ (Dermatology Life Quality Index, DLQI) [9]. Несмотря на удобство и широкое применение в дерматологии данного опросника, есть данные, что ДИКЖ имеет теоретические и методологические ограничения [9–12]. Так, T. Nijsten и соавт. [13] полагают, что ДИКЖ лучше оценивает влияние тяжелых (воспалительных) дерматозов в сравнении с заболеваниями с относительно мягким и не столь неблагоприятным воздействием на КЖ или с небольшим количеством физических симптомов, но с выраженными психологическими последствиями. Необходимо подчеркнуть, что для алопеций, как правило, нехарактерно наличие патологических телесных ощущений (боли, зуд и т. д.). Так, F. Sampogna и соавт. [14] относят алопеции к наиболее «асимптомным» кожным патологиям (вместе с невусами и витилиго). В связи с этим при алопециях может быть полезным использование при оценке КЖ инструментов, более чувствительных в отношении психологических и социальных последствий, а также дифференцирующих вклад отдельных параметров в снижение КЖ.

Также отмечается нехватка специальных, включая сравнительные при различных нозологиях, исследований, раскрывающих вклад отдельных факторов в ухудшение КЖ пациентов с алопециями: клинических особенностей отдельных нозологических форм облысения, индивидуальных характеристик пациентов (психосоматические, психопатологические нарушения), а также характерологические аномалии.

Цель исследования — определить ассоциированные со снижением КЖ социальные, клинические и психосоматические параметры как потенциальные мишени вторичной профилактики при алопециях.

Оценка КЖ пациентов с алопециями при кожных заболеваниях проведена в рамках междисциплинарного психодерматологического исследования, осуществленного в период с 2016 по 2019 г. на базе ГБУЗ «Московский научно-практический центр дерматовенерологии и косметологии» Департамента здравоохранения Москвы (МНПЦДК, директор — проф. Н.Н. Потекаев), отдела клинической дерматовенерологии и косметологии (руководитель — проф. А.Н. Львов). Исследование одобрено локальным комитетом по этике при МНПЦДК (заседание от 1 марта 2016 г., протокол № 14).

В исследование были включены больные, обращавшиеся за медицинской помощью с жалобами на потерю волос. Критериями включения стали возраст старше 18 лет; верифицированный диагноз алопеции (гнездная алопеция; андрогенетическая алопеция; телогеновое выпадение волос; первичная рубцовая алопеция); добровольное информированное согласие на участие в исследовании.

В качестве критериев невключения выступали: наличие недерматологической патологии, сопровождавшейся потерей волос (травмы, онкологические заболевания, артифициальные алопеции и т. д.); обострение на момент обращения хронических дерматозов с локализацией на коже волосистой части головы (себорейный дерматит, псориаз и пр.)^​2​᠎; затрудняющие сбор анамнеза тяжелые соматические и неврологические/психические заболевания, злоупотребление психоактивными веществами.

Методы исследования — клинический, включая дерматологический и психопатологический, а также психометрический. Комплексная клиническая оценка больных, включавшая анализ дерматологического и психического статуса, проводилась в рамках совместных разборов, осуществлявшихся с участием руководителя отдела клинической дерматовенерологии и косметологии ГБУЗ МНПЦДК ДЗМ д.м.н. проф. А.Н. Львова и профессора кафедры психиатрии и психосоматики ФГАОУ ВО «Первый МГМУ им. И.М. Сеченова» (Сеченовский Университет), д.м.н. Д.В. Романова.

Все пациенты прошли комплексное дерматологическое обследование, в ходе которого была диагностирована одна из нозологических форм алопеций: гнездная алопеция (МКБ-10, L63), андрогенетическая алопеция (МКБ-10, L64), диффузное телогеновое выпадение волос (МКБ-10, L65.0), первичная рубцовая алопеция^​3​᠎ (МКБ-10, L66). Помимо стандартных этапов (сбор анамнестических данных, клинический осмотр), для верификации диагноза применялся инструментальный оптический метод диагностики – трихоскопия (дерматоскопия волос и кожи волосистой части головы).

Для оценки показателей КЖ использовались русскоязычные версии шкал: ДИКЖ и специфический для патологии волос СКИНДЕКС-29 (СКИНДЕКС-29^В, Hair Specific Skindex-29, HSS-29).

ДИКЖ переведен на русский язык, валидизирован в России и широко используется для оценки КЖ в дерматологии [15]. Он содержит 10 вопросов с оценкой каждого от 0 до 3 баллов. Снижение К.Ж. пациента пропорционально сумме баллов (максимальное 30 баллов).

Алопеции относятся к заболеваниям с выраженными психологическими и социальными последствиями и небольшой тяжестью соматических симптомов. С учетом некоторых сведения относительно преимуществ специальных дерматологических опросников следующего поколения в настоящем исследовании для оценки КЖ наряду с ДИКЖ использовалась адаптированная для болезней волос версия шкалы СКИНДЕКС-29 (СКИНДЕКС-29^В, The Hair-Specific Skindex- 29, HSS-29) [16—18]. СКИНДЕКС-29 является инструментом, детализирующим различные параметры КЖ, особое внимание при создании которого уделено оценке психосоциальных последствий дерматозов. Опросник содержит 29 вопросов, оценивающих КЖ по трем доменам: «симптомы» (семь вопросов о связанных с заболеванием симптомах, таких как зуд, боль, жжение, раздражение кожи головы), «функции» (12 вопросов о влиянии дерматоза на общее самочувствие, взаимоотношения, социальную жизнь) и «эмоции» (10 вопросов о чувствах, связанных с патологией, — унижение, гнев, беспокойство, смущение и т. д.) [18, 19]. Оценка К.Ж. по доменам и общий балл СКИНДЕКС-29 выражаются в 100-балльной шкале, более высокие баллы указывают на более низкий уровень К.Ж. Для СКИНДЕКС-29 предложены различные варианты градации по степени тяжести нарушений КЖ в зависимости от предложенных исследователями «отсекающих значений» (cut-off scores) [7, 20, 21]. В своем исследовании мы использовали вариант, валидизированный T. Nijsten и соавт. [21], при разработке которого авторы учитывали такие факторы, как тяжесть дерматологического заболевания в оценке пациента и тяжесть сопутствующей психической патологии. Согласно градации C. Prinsen и соавт. [22], снижение КЖ по общему СКИНДЕКС-29 оценивается в соответствии со значением среднего суммарного балла следующим образом: 0‒24,9 балла — отсутствие снижения КЖ; 25‒31,9 балла — легкое снижение КЖ; 32‒43,9 балла — умеренное снижение КЖ и более 44 баллов — тяжелое снижение КЖ.

В исследовании оценивалось влияние следующих социодемографических и клинических параметров на показатели КЖ пациентов с алопециями: пол и возраст пациентов, нозологическая форма алопеции, длительность и тяжесть облысения по критерию «заметности» (по оценке двумя дерматологами)⁴. Также анализировалось влияние на КЖ психосоматических параметров (тревога, депрессия, личностные аномалии), объективизированных с помощью психометрических шкал — госпитальной шкалы тревоги и депрессии (Hospital Anxiety and Depression Scale — HADS), опросника SCID-II (The Structured Clinical Interview for DSM) для определения патологических личностных черт.

Статистическая обработка данных проводилась с применением программ IBM SPSS Statistics 22 и EpiInfo 7.2. Средние величины представлены как М±SD, для медиан (Ме) указаны значения 1-го и 3-го квартилей (р25 и р75). Интервалы с 95% уровнем доверия (95% ДИ) для долей рассчитаны точным методом Клоппера‒Пирсона. Для выявления ассоциации между качественными характеристиками использовался критерий хи-квадрат или точное решение Фишера. Так как предварительный анализ данных при помощи критерия Колмогорова—Смирнова показал, что в большинстве случаев распределение результатов оценки качества жизни по ДИКЖ и СКИНДЕКС-29^В значимо отличается от нормального, для их анализа применялись непараметрические критерии Манна—Уитни и Краскела—Уоллиса. Коэффициент ранговой корреляции Спирмена использовался для оценки взаимосвязи между количественными показателями. Для оценки взаимосвязи между КЖ и выраженностью тревоги и депрессии по HADS использовалась простая линейная регрессия.

Выборка исследования составила 106 пациентов (86 женщин) с различными алопециями: гнездной алопецией (22 наблюдения), андрогенетической алопецией (39), диффузным телогеновым выпадением волос (36) и первичной рубцовой алопецией (9). Социодемографические характеристики выборки представлены в табл. 1.

При сопоставлении оценки КЖ пациентов с алопециями с помощью использованных шкал можно констатировать, что по суммарному ДИКЖ и общему СКИНДЕКС-29^В в целом КЖ при алопециях страдает незначительно. Среднее значение ДИКЖ — 5,1, медиана — 4 балла, что соответствует сравнительно слабому влиянию алопеций на КЖ (диапазон для легких нарушений по ДИКЖ — 2—5 баллов). Ухудшение К.Ж. при алопециях по общему СКИНДЕКС-29^В также можно интерпретировать как легкое: среднее значение — 29,2 балла, медиана — 24,1 балла (диапазон для легких нарушений по СКИНДЕКС-29^В — 25—31,9 балла).

Негативное влияние алопеции на КЖ в различной степени (легкое, умеренное, тяжелое) по ДИКЖ установлено у 76 (71,7%) пациентов изученной выборки, а по общему СКИНДЕКС-29^В — у 52 (49,1%) (табл. 2).

Однако указанные различия реализуются преимущественно за счет разницы долей больных с отсутствием и легким снижением К.Ж. Суммарно же доля больных с отсутствием или минимальным влиянием алопеций на КЖ составляет 64,2% по ДИКЖ против 63,8% по общему СКИНДЕКС-29^В (различия статистически незначимы) (см. табл. 2). Доли пациентов с умеренным и тяжелым снижения КЖ закономерно также сопоставимы: суммарно составляют 35,8% пациентов по ДИКЖ и 36,8% пациентов по СКИНДЕКС-29^В (различия также статистически незначимы) (см. табл. 2).

Это указывает на соотносимость суммарных оценок ДИКЖ и СКИНДЕКС-29^В прежде всего в плане отграничения групп больных с отсутствием снижения КЖ или минимальными нарушениями от пациентов со значительным (умеренное/тяжелое) влиянием заболевания на К.Ж. Подтверждением этому также может считаться сильная положительная корреляция суммарного показателя ДИКЖ и общего СКИНДЕКС-29^В, что свидетельствует о согласованности оценки КЖ использованными инструментами (ρ=0,779).

Полученные результаты свидетельствуют, что применение СКИНДЕКС-29^В у больных алопецией может иметь некоторые преимущества над ДИКЖ: дифференцированная оценка КЖ по трем основным доменам функционирования (симптомы, функции, эмоции) позволяет выявить наиболее пострадавшие сферы, требующие целенаправленной коррекции, дальнейшей профилактики и мониторирования.

Так, согласно нашим данным, у пациентов с алопециями снижение КЖ в большей мере связано с эмоциональными реакциями на потерю волос — по домену «эмоции» СКИНДЕКС-29^В получены значимо более высокие баллы в сравнении с «функциями» и «симптомами». Более чем у половины пациентов (58,49%) установлено очень тяжелое снижение КЖ по домену «эмоции» СКИНДЕКС-29^В (см. табл. 2).

При том, что выявлена положительная корреляционная связь всех трех доменов СКИНДЕКС-29^В с ДИКЖ, наиболее сильная связь ДИКЖ отмечается с доменом «функции» СКИНДЕКС-29^В (с доменами «симптомы» и «эмоции» связь умеренная, что также может служить дополнительным аргументом в пользу использования при алопециях специализированного инструмента, целенаправленно оценивающего влияние на КЖ утраты волос и учитывающего как особенности симптоматики, так и эмоционального реагирования.

Ряд исследований также подтверждают наибольший вклад в снижение КЖ при алопециях последствий, связанных с эмоциональным реагированием на потерю волос (домен «эмоции» СКИНДЕКС-29) [16, 23, 24]. Так, по результатам обследования крупной выборки пациентов с различными дерматозами (n=1896) G. Sanclemente и соавт. [24] установили более высокие баллы по домену «эмоции» СКИНДЕКС-29 при гнездной алопеции, чем при большинстве дерматозов (псориаз, атопический дерматит, розацеа, акне, базалиома и пр.).

В нашем исследовании не установлено статистически значимой связи между КЖ пациентов с алопециями и такими параметрами, как пол пациента, длительность и тяжесть алопеции. Хотя в отношении их значимости в плане негативного воздействия на КЖ при обсуждаемой патологии в литературе можно встретить противоречивые данные [6, 16, 25].

Согласно полученным результатам, среди изученных факторов статистически значимый вклад в ухудшение КЖ у пациентов с алопециями вносят возраст, нозологическая форма облысения и сопутствующие психосоматические нарушения.

Более негативное влияние облысения на КЖ выявлено у пациентов молодого возраста (младше 45 лет) в оценке ДИКЖ в сравнении с пациентами старшей возрастной группы (45 лет и старше). Обнаружена достоверная отрицательная корреляционная связь ДИКЖ с возрастом пациентов (ρ=–0,23, р=0,017). Результаты нашего исследования подтверждают данные других работ, свидетельствующие о более серьезных психосоциальных последствиях облысения у лиц молодого возраста, что может быть связано с восприятием индивидуумом несвоевременности изменений внешности в сравнении со сверстниками [25, 26]. Однако по СКИНДЕКС-29^В, ни по одному из его доменов корреляция с возрастом не выявлена.

Нозологическая форма облысения, по всей видимости, также вносит вклад в КЖ. В соответствии с ДИКЖ выявлены статистически значимо худшие показатели КЖ при гнездной алопеции в сравнении с другими изученными в исследовании нозологиями (табл. 3).

Оценка ассоциации нозологической формы алопеции с КЖ пациентов требует дальнейшего уточнения, так как полученные в настоящем исследовании результаты и доступные данные литературы не позволяют сделать однозначных выводов. M. Jun и соавт. [27] при сравнении КЖ пациентов с гнездной и андрогенетической алопецией по СКИНДЕКС-29^В выявили статистически значимые различия (p<0,05) по отдельным доменам опросника, но не по общему СКИНДЕКС-29 (35,7 балла при гнездной алопеции и 34,3 при андрогенетической). При гнездной алопеции авторы выявили достоверно более высокие баллы по домену «функции» (31,2 балла против 26,9 балла) и при андрогенетической алопеции — по домену «симптомы» (29,3 балла против 26,2 балла). В свою очередь M. Gonul и соавт. [28] выявили более выраженное снижение КЖ у пациентов с андрогенетической алопецией в сравнении с гнездной алопеций (по опроснику Hairdex, составленному на основе СКИНДЕКС-29). О более выраженных нарушениях КЖ по ДИКЖ у пациентов с андрогенетической алопецией (8,3±5,0 балла) в сравнении с гнездной (7,21±5,65 балла) сообщили N. Yu и соавт. [29]. По данным G. Sanclemente и соавт. [24], самый высокий балл общего СКИНДЕКС-29 при алопеции (андрогенетической, гнездной и телогеновой) выявлен у пациентов с телогеновым выпадением волос — патологии, для клинической картины которой нехарактерно формирование заметного облысения и субъективной симптоматики (общий СКИНДЕКС-29 при телогеновом выпадении волос 26,9 балла; при гнездной алопеции 26,3 балла, при андрогенетической алопеции 20,3 балла). В исследовании A. Katoulis и соавт. [30] статистически достоверно худшие показатели КЖ по ДИКЖ и уровень дистресса (сумма баллов тревоги и депрессии HADS) зафиксированы у пациенток с рубцовыми алопециями в сравнении с нерубцовыми. По мнению авторов, это может быть связано с такими клиническими характеристиками рубцовых алопеций, как необратимость потери волос и ограниченная эффективность лечения.

В большинстве исследований КЖ у дерматологических больных для выявления психических расстройств применялся инструмент, который позволяет выявить только «общий уровень психологического дистресса непсихотического уровня» — интегративного показателя тревоги и депрессии, но не позволяющий их дифференцировать («опросник общего здоровья»; The 12-item General Health Questionnaire, GHQ-12) [7, 14, 31]. Преимуществом шкалы HADS, использованной в нашей работе, является дискретная оценка тревоги и депрессии, что позволило установить значимость вклада тревоги в снижение КЖ у пациентов с алопециями.

Среди всех проанализированных в нашем исследовании психосоматических параметров наиболее весомый вклад в снижение КЖ у пациентов с алопециями вносит тревога по HADS (рис. 1, 2).

Данные регрессионного анализа указывают также на наличие более слабой по сравнению с тревогой, но также статистически значимой связи депрессии со снижением КЖ пациентов (см. табл. 4). Депрессия по HADS (более 7 баллов) также была статистически значимо менее распространена среди пациентов с алопециями в сравнении с тревогой (выявлена у 14,2%; n=15).

Результаты ряда работ по изучению КЖ у дерматологических пациентов также указывают на корреляцию КЖ и психических расстройств [7, 14]. Так, F. Sampogna и соавт. [14] установили связь психических расстройств у пациентов с алопециями с худшими показателями КЖ по двум доменам СКИНДЕКС-29 («функции» и «эмоции»). Кроме того, A. Picardi и соавт. [31] показали, что высокие баллы по этим двум доменам СКИНДЕКС-29 («функции» и «эмоции») являются надежными предикторам психических расстройств у дерматологических пациентов (в построенной авторами логистической модели оценивались также роль других параметров — пола, возраста, материального благосостояния и тяжести заболевания).

Подтверждают наши данные результаты P. Russo и соавт. [32], которые исследовали КЖ и индивидуальные различия пациентов с гнездной, андрогенетический алопецией и телогеновым выпадением волос. Методом дискриминантного анализа авторы продемонстрировали, что именно черты личности, связанные с тревогой, способствуют надежному прогнозированию снижения КЖ, а не тяжесть самого заболевания и тип алопеции. Индивидуальные ассоциированные с тревогой различия рассматривают как ключевые факторы для понимания влияния выпадения волос на КЖ пациентов с алопецией.

По данным систематического обзора F. Ali и соавт. [33], для дерматологических болезней в целом характерна корреляция КЖ по ДИКЖ с таким психосоматическим параметром, как депрессия по HADS. Возможно, повышение значимости тревоги в снижении КЖ у пациентов может быть отличительной особенностью алопеций.

Результаты нашего исследования свидетельствуют, что более выраженные последствия облысения испытывают лица с частотой дисфункциональных личностных черт, превышающих пороговые значения для расстройств личности согласно SCID-II-PD (всего 94 наблюдения, 88,7% выборки) (см. рис. 1, 2).

Работы по оценке расстройств личности подтверждают наши данные о широкой распространенности личностных аномалий у пациентов с алопециями [34, 35]. Расстройства личности — гетерогенная группа патохарактерологических нарушений, сопровождающихся снижением социального функционирования (социальная дезадаптация). Неслучайно их наличие у пациентов с алопециями ассоциировано со снижением К.Ж. Нам не удалось обнаружить других исследований, оценивших влияние данного параметра на КЖ пациентов с алопециями.

В связи с полученными результатами у нас возникла гипотеза, что наличие личностных аномалий и тревога могут быть взаимосвязанными параметрами во влиянии на К.Ж. Однако при дальнейшем статистическом анализе данных установлено, что при исключении из расчетов влияния личностного фактора корреляция тревоги и КЖ сохраняется (хотя и уменьшается). Таким образом, переменные (тревога по HADS и наличие личностных аномалий) представляют собой статистически независимые параметры. Проблема соотношения тревоги, КЖ и отдельных вариантов расстройств личности среди пациентов с алопециями выходит за рамки настоящей публикации и требует дальнейшего изучения.

Использование клиницистами опросников по оценке КЖ соотносится с принципами персонифицированного подхода к ведению пациентов. С учетом того, что наши данные указывают на значимую корреляцию низких показателей КЖ с психосоматическими нарушениями, но не с объективно регистрируемой тяжестью облысения, требуется внимание врача к психическому статусу пациентов. Психотерапевтическая и психофармакологическая коррекция (вторичная профилактика) для пациентов с низким КЖ и сопутствующими психосоматическими нарушениями может благоприятно сказаться на лечебном процессе.

Полученные в настоящем исследовании результаты свидетельствуют, что снижение КЖ в значительной мере ассоциировано с более молодым возрастом, нозологической формой алопеции и наличием у пациентов психосоматических феноменов (тревоги, депрессии, личностные аномалии). В отличие от других изученных в исследовании характеристик (социодемографических, клинических), психосоматические параметры относятся к модифицируемым параметрам. Таким образом, коррекция у пациентов с алопециями сопутствующих психосоматических нарушений (их вторичная профилактика) методами психотерапии и психофармакологии потенциально может способствовать повышению К.Ж. Использование шкал для оценки КЖ, особенно детализирующих психосоматические последствия облысения, может способствовать раннему выявлению пациентов из группы риска по клинически значимым психическим расстройствам, в первую очередь по реакциям на облысение, требующим коррекции и вторичной профилактики. К таким опросникам может быть отнесен примененный нами русскоязычный вариант СКИНДЕКС-29^В, обеспечивающий некоторые преимущества в оценке КЖ при алопециях.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

The authors declare no conflict of interest.

Сведения об авторах

Романова Ю.Ю. — https://orcid.org/0000-0001-6071-5145; e-mail: u.u.egorova@gmail.com

Романов Д.В. — д.м.н.; https://orcid.org/0000-0002-1822-8973; e-mail: dm.v.romanov@mail.ru

Бражников А.Ю. — к.м.н.; https://orcid.org/0000-0002-5587-8860; e-mail: bra-mma@mail.ru

Воронова Е.И. — к.м.н.; http://orcid.org/0000-0001-6605-4851; e-mail: voronova_e@mail.ru

Львов А.Н. — д.м.н., проф.; https://orcid.org/0000-0002-3875-4030; e-mail: alvov@mail.ru

Потекаев Н.Н. — д.м.н., проф.; https://orcid.org/0000-0002-9331-7714; e-mail: klinderma@mail.ru

Автор, ответственный за переписку: Романова Юлия Юрьевна: e-mail: u.u.egorova@gmail.com

КАК ЦИТИРОВАТЬ:

Романова Ю.Ю., Романов Д.В., Бражников А.Ю., Воронова Е.И., Львов А.Н., Потекаев Н.Н. Перспективные мишени для вторичной профилактики снижения качества жизни и психосоматических расстройств при алопециях: результаты обсервационного исследования. Профилактическая медицина. 2019;22(5):104-111. https://doi.org/10.17116/profmed201922051104