Уровень артериального давления в популяциях Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки в тридцатилетней перспективе

Авторы:
  • В. Г. Вилков
    ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия, 101990
  • С. А. Шальнова
    ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия, 101990
  • Г. А. Муромцева
    ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия, 101990
  • Ю. А. Баланова
    ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия, 101990
  • А. В. Капустина
    ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия, 101990
  • С. Е. Евстифеева
    ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия, 101990
  • А. Э. Имаева
    ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия, 101990
  • В. В. Константинов
    ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия, 101990
Журнал: Профилактическая медицина. 2017;20(5): 42-46
Просмотрено: 981 Скачано: 332

Артериальная гипертензия (АГ) давно перестала быть только медицинской проблемой, унося множество жизней и приводя к инвалидизации населения во многих странах мира [1]. Так, S. Lim и соавт. [2] показали, что ежегодно осложнения АГ становятся причиной 9,4 млн случаев смерти в мире. Высокое артериальное давление (АД) является причиной возникновения половины инсультов и эпизодов ишемической болезни сердца [3].

Хорошо известно, что АГ является независимым фактором риска (ФР) сердечно-сосудистых и цереброваскулярных заболеваний [4—6]. Имеются доказательства, что повышенное АД является и независимым ФР хронической болезни почек [7, 8].

Тяжелое бремя АГ и ее неблагоприятных последствий некоторое время считались бедствием экономически развитых стран. Однако результаты исследований последних двух десятилетий свидетельствуют о том, что во многих развивающихся странах отмечают более высокий уровень распространенности АГ [6, 9—11].

Число лиц с АГ возросло с 1980 по 2008 г. почти в 2 раза. Самая высокая распространенность АГ отмечается в африканском регионе, где этот показатель составляет 46% от числа лиц в возрасте 25 лет и старше, а самая низкая распространенность — на американском континенте с показателем 35% [12]. В целом в странах с высокими доходами отмечается более низкая по сравнению с другими странами распространенность АГ [11, 13].

В то же время следует отметить некоторые противоречия в данных, особенно полученных в результате моделирования. Например, G. Danaei и соавт. [14] показывают снижение систолического АД (САД) с 2000 по 2008 г., а P. Kearney и соавт. [15] прогнозируют ожидаемый рост лиц с повышенным АД в мире на 60%, в том числе в развитых странах на 29%. Позиция P. Heidenreich и соавт. [16] ближе к P. Kearney и соавт. [15], эти авторы прогнозируют увеличение всех сердечно-сосудистых заболеваний, включая АГ, за счет старения населения и эпидемии метаболических нарушений.

Таким образом, изучение динамики показателей АД способствует пониманию влияния образа жизни, питания и фармакологических агентов на формирование приоритетов вмешательства и оценку национальных программ.

Цель настоящего исследования — изучение динамики средних уровней САД и диастолического АД (ДАД) в России и США в различных возрастно-половых категориях с 1975 по 2014 г.

Материал и методы

В работе использованы данные популяционных российских исследований, выполненных в 1975—1982 гг. в Государственном научно-исследовательском центре профилактической медицины, протокол которых опубликован ранее [17, 18], эти данные были объединены в выборку с условным названием РФ-1980. Использованы также данные одномоментного наблюдательного исследования «Эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний и их факторов риска в различных регионах Российской Федерации» (ЭССЕ-РФ), выполненного в 2012—2014 гг., в котором использовалась сформированная по территориальному принципу случайная систематическая стратифицированная многоступенчатая выборка [19]. Исследование одобрено этическими комитетами ФГБУ «Государственный научно-исследовательский центр профилактической медицины», ФГБУ «Центр сердца, крови и эндокринологии имени В.А. Алмазова» и ФГБУ «Российский кардиологический научно-производственный комплекс». Информированное согласие на обработку персональных данных подписано всеми участниками данного исследования.

Проводили сопоставление с данными одномоментных исследований неорганизованной популяции гражданского населения США серии NHANES: NHANES II (1976—1980) и Continuous NHANES (C. NHANES, 2007—2012). Дизайн этих исследований и методы определения показателей описаны в соответствующей документации [20—23].

Анализировали возраст, пол, величины САД и ДАД, измеренные на плечевой артерии, в российских исследованиях 80-х годов и американских исследованиях серии NHANES ртутным сфигмоманометром, в ЭССЕ-РФ — автоматическим тонометром OMRON M3 Expert.

В каждом из популяционных исследований величины показателей сравнивали у мужчин и женщин в возрастных группах 25—34, 35—44, 45—54 и 55—64 года, число наблюдений в группах (n) приведено в табл. 1—4.

Таблица 2. Артериальное давление в популяциях РФ (РФ-1980, 1975—1982 гг.) и США (NHANES II, 1976—1980) Примечание. Объединенная выборка РФ-1980 включает мужчин и женщин, проживавших в Москве и Ленинграде. Из популяции NHANES II для данного сравнения отобраны жители городов США с населением более 3 млн человек.
Таблица 3. Артериальное давление в российской популяции в 1975—1982 гг. (РФ-1980) и 2012—2014 гг. (ЭССЕ-РФ)
Таблица 4. Артериальное давление в популяции США в 1976—1980 гг. (NHANES II) и 2007—2012 гг. (С. NHANES) Примечание. В исследовании NHANES II использованы все наблюдения, а не только жителей крупных городов (в отличие от данных табл. 2).
Таблица 1. Артериальное давление в популяциях РФ (ЭССЕ-РФ) в 2012—2014 гг. и США (C. NHANES) в 2007—2012 гг. Примечание. Здесь и в табл. 2—4: приведены средние величины показателей в группах (M±SD) и уровень значимости различий p между группами по U-критерию Манна—Уитни; n — число наблюдений в соответствующих возрастных группах мужчин или женщин.

Для статистического анализа использовали стандартные статистические процедуры. При сравнении групп предпочтение отдавали непараметрическим методам, в частности использовали U-критерий Манна—Уитни. Рассчитывали также средние величины и стандартные отклонения (M±SD).

Результаты и обсуждение

В табл. 1 и 2 представлены результаты сравнения величин АД в популяциях РФ и США в конце 2010-х годов и 30 годами ранее соответственно.

По современным данным (исследования ЭССЕ-РФ и Continuous NHANES 2007—2012), средние величины САД и ДАД в РФ намного превышают соответствующие уровни АД в США для всех возрастных групп как у мужчин, так и у женщин (см. табл. 1).

По данным 35-летней давности в РФ по сравнению с США (см. табл. 2):

— у мужчин всех возрастных групп средние уровни САД и ДАД немного выше в РФ, в большинстве случаев эти различия статистически недостоверны;

— у женщин направленность различий между РФ и США такая же, но выражены они сильнее и почти во всех возрастных группах статистически достоверны.

Таким образом, соотношения средних величин АД в РФ и США в конце 2010-х годов в основном остались такими же, как 30 лет назад, причем различия у мужчин за это время усилились. Проведенный нами анализ базы данных [24] показал, что, по данным ВОЗ, средний уровень стандартизованного по возрасту САД у лиц 18 лет и старше в РФ в сравнении с США в 1980 г. был выше на 5 мм рт.ст. у мужчин и 10 мм рт.ст. у женщин, а в 2010 г. — выше на 8 мм рт.ст. у мужчин и женщин, что в целом неплохо согласуется с нашими результатами. Наши данные также не противоречат результатам анализа мировых трендов САД [14], согласно которому средний уровень САД в странах с низким и средним уровнем доходов выше по сравнению со странами с высокими доходами. Полученные нами результаты не противоречат и данным объединенного анализа 90 популяционных исследований (общее число обследованных 968 419 человек), согласно которому в 2010 г. распространенность АГ среди взрослых составляла в среднем 31%, причем 28,5% в странах с высоким уровнем доходов и 31,5% в странах с более низкими уровнями доходов [11].

Из данных табл. 3 видно, что в РФ за 30-летний период средние величины АД снизились в большинстве случаев:

— величины ДАД достоверно снизились во всех возрастных группах мужчин и женщин;

— величины САД у женщин снизились во всех возрастных группах, у мужчин в возрасте до 45 лет отмечено небольшое (в пределах 1—1,4 мм рт.ст.) повышение САД, начиная с 45-летнего возраста изменения САД недостоверны.

В США за 30-летний период (см. табл. 4) во всех группах уровни САД и ДАД достоверно снизились.

Таким образом, по нашим данным, в обеих странах за 30-летний период имело место снижение АД, причем в популяции США динамика заметно лучше в сравнении с РФ.

Результаты опубликованного в 2011 г. [14] анализа трендов САД (1980—2008 гг.) свидетельствуют о небольшом снижении САД, более выраженном в экономически развитых регионах (Австралия, Северная Америка и Западная Европа), что в целом согласуется с полученными нами результатами.

По данным объединенного анализа 1479 популяционных исследований с общим числом обследованных взрослых людей 19,1 млн человек, динамика АД с 1975 по 2015 г. характеризовалась снижением среднего САД и ДАД у жителей стран Запада и Тихоокеанского региона с высокими уровнями дохода, в прочих странах тренды АД отличались значительным разнообразием [6], что согласуется с нашими данными.

По данным ВОЗ [24], средний уровень стандартизованного по возрасту САД у лиц 18 лет и старше в 2010 г. в сравнении с 1980 г. в РФ снизился в среднем на 3 мм рт.ст. у мужчин и 7 мм рт.ст. у женщин, а в США за аналогичный период времени САД снизилось в среднем на 5 мм рт.ст. как у мужчин, так и у женщин. Следовательно, при той же направленности сдвигов САД их величина, по данным ВОЗ, существенно меньше, чем по результатам реальных популяционных исследований, анализ которых представлен в настоящей статье.

Заключение

Непротиворечивые выводы получены при анализе 4 крупных выборок (РФ-1980, ЭССЕ-РФ, NHANES II и Continuous NHANES) из популяций двух разных стран — РФ и США. Общее число проанализированных в настоящей работе наблюдений составило 48 974.

Наблюдаются систематические различия между популяциями РФ и США по средним уровням АД. В большинстве случаев средние величины САД и ДАД в РФ превышают соответствующие уровни АД в США.

В обеих популяциях уровни АД за 30 лет снизились, в США это явление выражено сильнее.

И сейчас, и 35 лет назад, РФ проигрывает США по уровню АД, причем за три десятилетия ситуация ухудшилась.

Благодарности. Авторы выражают признательность участникам исследования ЭССЕ-РФ, усилиями которых были собраны российские данные, использованные в этой статье.

Кроме того, настоящая работа стала возможной благодаря свободному доступу к данным исследований серии NHANES, предоставленному National Center for Health Statistics (NCHS) США. Ответственность за результаты анализа, интерпретации и выводы лежит на авторах, ответственность NCHS ограничивается первичными данными.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Участие авторов:

Концепция и дизайн исследования — В.В., С.Ш.

Сбор и обработка материала — С.Ш., Г. М., Ю.Б., А.К., С.Е., А.И., В.К.

Статистическая обработка — В.В.

Написание текста — В.В., С.Ш.

Редактирование — С.Ш.

Сведения об авторах

Вилков Владимир Галикович — д.м.н., в.н.с. отд. эпидемиологии ХНИЗ ФГБУ НМИЦ ПМ; е-mail: vilkov_vladimir@list.ru;

Шальнова Светлана Анатольевна — д.м.н., проф., рук. отд. эпидемиологии ХНИЗ ФГБУ НМИЦ ПМ; е-mail: sshalnova@gnicpm.ru;

*Муромцева Галина Аркадьевна — к.б.н, в.н.с. отд. эпидемиологии ХНИЗ ФГБУ НМИЦ ПМ; ORCID: http://orcid.org/0000-0002-0240-3941; eLibrary SPIN: 9872-8010; е-mail: gmuromtseva@gnicpm.ru;

Баланова Юлия Андреевна — к.м.н., в.н.с. отд. эпидемиологии ХНИЗ ФГБУ НМИЦ ПМ; е-mail: jbalanova@gnicpm.ru;

Капустина Анна Владимировна — с.н.с. отд. эпидемиологии ХНИЗ ФГБУ НМИЦ ПМ; е-mail: akapustina@gnicpm.ru;

Евстифеева Светлана Евгеньевна — к.м.н., с.н.с. отд. эпидемиологии ХНИЗ ФГБУ НМИЦ ПМ; е-mail: sevstifeeva@gnicpm.ru;

Имаева Асия Эмверовна — к.м.н., с.н.с. отд. эпидемиологии ХНИЗ ФГБУ ГНИЦ ПМ; е-mail: aimaeva@gnicpm.ru;

Константинов Владимир Васильевич — д.м.н., проф., в.н.с. отд. эпидемиологии ХНИЗ ФГБУ ГНИЦ ПМ; е-mail: vkonstantinov@gnicpm.ru

Список литературы:

  1. Kearney PM, Whelton M, Reynolds K, Whelton PK, He J. Worldwide prevalence of hypertension: a systematic review. Journal of Hypertension. 2004;22(1):11-19. https://doi.org/10.1097/01.hjh.0000098149.7095679
  2. Lim SS, Vos T, Flaxman AD, Danaei G, et al. A comparative risk assessment of burden of disease and injury attributable to 67 risk factors and risk factor clusters in 21 regions, 1990—2010: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2010. Lancet. 2012;380(9859):2224-2260. https://doi.org/10.1016/S0140-6736(12)61766-8
  3. Lawes CM, Hoorn SV, Rodgers A. Global burden of blood-pressure-related disease, 2001. Lancet. 2008;371(9623):1513-1518. https://doi.org/10.1016/S0140-6736(08)60655-8
  4. Qureshi AI, Suri MFK, Kirmani JF, Divani AA, Mohammad Y. Is prehypertension a risk factor for cardiovascular diseases? Stroke. 2005; 36(9):1859-1863. https://doi.org/10.1161/01.STR.0000177495.45580.f1
  5. Wu S, Huang Z, Yang X, Li S, Zhao H, Ruan C, Wu Y, Xin A, Li K, Jin C, Cai J. Cardiovascular events in a prehypertensive Chinese population: four-year follow-up study. International Journal of Cardiology. 2013;167(5):2196-2199. https://doi.org/10.1016/j.ijcard.2012.05.123
  6. Zhou B, Bentham J, Di Cesare M, et al. Worldwide trends in blood pressure from 1975 to 2015: a pooled analysis of 1479 population-based measurement studies with 19.1 million participants. Lancet. 2017;389(10064):37-55. https://doi.org/10.1016/S0140-6736(16)31919-5
  7. Kim M-J, Lim N-K, Park H-Y. Relationship between prehypertension and chronic kidney disease in middle-aged people in Korea: the Korean genome and epidemiology study. BMC Public Health. 2012;12(article 960). https://doi.org/10.1186/1471-2458-12-960
  8. Huang Y, Wang S, Cai X, et al. Prehypertension and incidence of cardiovascular disease: a metaanalysis. BMC Medicine. 2013;11(article 177):1-9. https://doi.org/10.1186/1741-7015-11-177
  9. Hernandez-Hernandez R, Armas-Padilla MC, Armas-Hernandez MJ, Velasco M. Hypertension and cardiovascular health in Venezuela and Latin American countries. Journal of Human Hypertension. 2000;14(Suppl 1):2-5. https://doi.org/10.1038/sj.jhh.1000978
  10. Singh RB, Suh IL, Singh VP, et al. Hypertension and stroke in Asia: prevalence, control and strategies in developing countries for prevention. Journal of Human Hypertension. 2000;14(10-11):749-763. https://doi.org/10.1038/sj.jhh.1001057
  11. Mills KT, Bundy JD, Kelly TN, et al. Global disparities of hypertension prevalence and control: a systematic analysis of population-based studies from 90 countries. Circulation. 2016;134(6):441-450. https://doi.org/10.1161/CIRCULATIONAHA.115.018912
  12. Global status report on noncommunicable diseases 2010. Geneva: World Health Organization, 2011.
  13. http://www.who.int/gho/database/en
  14. Danaei G, Finucane MM, Lin JK, et al. National, regional, and global trends in systolic blood pressure since 1980: systematic analysis of health examination surveys and epidemiological studies with 786 country-years and 5·4 million participants. Lancet. 2011;377(9765):568-577. https://doi.org/10.1016/S0140-6736(10)62036-3
  15. Kearney P, Whelton M, Reynolds K, et al. Global burden of hypertension: analysis of worldwide data. Lancet. 2005;365(9455):217-223. https://doi.org/10.1016/S0140-6736(05)17741-1
  16. Heidenreich PA, Trogdon JG, Khavjou OA, et al. Forecasting the future of cardiovascular disease in the United States: a policy statement from the American Heart Association. Circulation. 2011;123(8):933-944. https://doi.org/10.1161/CIR.0b013e31820a55f5
  17. Константинов В.В., Жуковский Г.С., Тимофеева Т.Н. и др. Ишемическая болезнь сердца, факторы риска и смертность среди мужского населения в связи с уровнем образования. Кардиология. 1996;(1):37-41.
  18. Шальнова С.А., Деев А.Д., Шестов Д.Б. Прогностическая оценка эпидемиологических характеристик ишемической болезни сердца. Кардиология. 1997;(9):49-54.
  19. Эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний в различных регионах России (ЭССЕ-РФ). Обоснование и дизайн исследования. Профилактическая медицина. 2013;(6):25-34.
  20. National Center for Health Statistics. Plan and operation of the Second National Health and Nutrition Examination Survey, 1976—1980. Vital Health Stat. 1981;(15).
  21. https://www.cdc.gov/nchs/nhanes/index.htm
  22. Zipf G, Chiappa M, Porter KS, et al. National health and nutrition examination survey: plan and operations, 1999—2010: National Center for Health Statistics. Vital Health Stat. 2013;1(56):1-37.
  23. Johnson CL, Dohrmann SM, Burt VL, Mohadjer LK. National Health and Nutrition Examination Survey: Sample design, 2011—2014: National Center for Health Statistics. Vital Health Stat. 2014;2(162):1-33.
  24. http://apps.who.int/gho/data/node.main.A882?lang=en