Сайт издательства «Медиа Сфера»
содержит материалы, предназначенные исключительно для работников здравоохранения. Закрывая это сообщение, Вы подтверждаете, что являетесь дипломированным медицинским работником или студентом медицинского образовательного учреждения.

Берштейн Л.М.

Лаборатория онкоэндокринологии Научно-исследовательского института онкологии им. Н.Н. Петрова Минздравсоцразвития РФ, Санкт-Петербург

Васильев Д.А.

ФГУ НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова Минздравсоцразвития России, Санкт-Петербург

Порошина Т.Е.

ФГУ НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова Минздравсоцразвития России, Санкт-Петербург

Коваленко И.Г.

Лаборатория онкоэндокринологии Научно-исследовательского института онкологии им. Н.Н. Петрова Минздравсоцразвития РФ, Санкт-Петербург

Результаты маммографии у женщин в постменопаузе с нарушениями углеводного обмена и метаболическим синдромом

Авторы:

Берштейн Л.М., Васильев Д.А., Порошина Т.Е., Коваленко И.Г.

Подробнее об авторах

Журнал: Проблемы эндокринологии. 2012;58(2): 16‑20

Просмотров: 535

Загрузок: 10

Как цитировать:

Берштейн Л.М., Васильев Д.А., Порошина Т.Е., Коваленко И.Г. Результаты маммографии у женщин в постменопаузе с нарушениями углеводного обмена и метаболическим синдромом. Проблемы эндокринологии. 2012;58(2):16‑20.
Bershteĭn LM, Vasil'ev DA, Poroshina TE, Kovalenko IG. Mammographic breast density in postmenopausal women presenting with the disturbances of carbohydrate metabolism and metabolic syndrome. Problemy Endokrinologii. 2012;58(2):16‑20. (In Russ.).

?>

Повышенная маммографическая плотность молочных желез (МПМЖ) относится к числу ведущих и доступных оценке параметров, указывающих на значительное, доходящее до 4—6-кратного [1], увеличение риска развития рака этого органа (РМЖ). Факторы, ассоциированные с повышением МПМЖ, могут быть подразделены на негормональные и гормональные [1, 2]. Среди гормональных наиболее часто изучалась значимость уровня стероидных гормонов, однако указаний на заметную роль гиперэстрогенемии или гиперандрогенемии получено не было. Показатели жирового (за исключением антропометрических критериев) и углеводного обмена исследовались в данном отношении значительно реже [2, 3]. Это позволяет считать недостаточно изученным вопрос о связях проявлений метаболического синдрома, инсулинорезистентности и сниженной толерантности к глюкозе (которые, прежде всего в постменопаузе, относятся к числу факторов риска РМЖ [4, 5]) с МПМЖ. Анализ этих связей и явился задачей настоящей работы.

Материал и методы

Обследована 51 находящаяся в постменопаузе женщина (средний возраст 56,4±0,6 года) без онкологических заболеваний. Все пробанды подвергались маммографическому обследованию в ходе плановой диспансеризации и ранее у эндокринолога не лечились. Маммография выполнялась на аппаратах сходного типа, оценка маммограмм производилась в латерально-медиальной проекции, оптимальной для просмотра всех отделов железы. Суждение о плотности молочных желез основывалось на визуальной оценке маммограмм двумя независимыми экспертами с помощью метода N. Boyd и соавт. [6].

У всех обследуемых за несколько дней до или через небольшое время после маммографии после 10—12-часового ночного голодания регистрировали индекс массы тела (ИМТ), окружность талии и бедер, соотношение этих окружностей и проводили пероральный глюкозотолерантный тест (40 г глюкозы/м2). В сыворотке определяли уровень глюкозы (точки 0, 60 и 120 мин), общего холестерина, ХС ЛПВП, триглицеридов (энзимоколориметрическим методом, наборы фирмы «Вектор-Бест», Россия) и суммарных липопротеинов; рассчитывали коэффициенты глюкозы 60/0 и 120/0. Уровень инсулина определяли иммуноферментным методом (наборы Monobind, Inc., США) в сыворотке на 0-й и 120-й минуте теста, после чего рассчитывали коэффициенты Инс 120/0 и HOMA ([гликемия, 0 мин χ инсулинемия, 0 мин]/22,5) для оценки степени инсулинорезистентности. Нарушения толерантности к глюкозе и признаки метаболического синдрома (минимум три позитивных маркера) выявлялись на основе критериев ВОЗ, Международной федерации по изучению диабета (IDF) и отечественных рекомендаций [7]. У всех обследуемых собирали сведения, позволявшие рассчитать так называемый предсказательный диабетический индекс, FINDRISK [8], с учетом роли семейного фактора.

Статистическую обработку полученных данных проводили с помощью пакета прикладных программ SigmaPlot for Windows и Statistica 7.0. Сравнение показателей в отдельных группах (M±m) осуществлялось на основе t-критерия Стьюдента. Критический уровень значимости различий принимался равным 0,05. Корреляции между МПМЖ и другими параметрами оценивали ранговым методом Спирмена. Регрессионный анализ (в целях уточнения роли ИМТ в связи двух независимых переменных с МПМЖ) проводили в системе Statistica 7.0.

Результаты и обсуждение

У 35 женщин не было нарушений углеводного обмена, а у 16 они колебались от нарушенной толерантности к углеводам до явного сахарного диабета. Признаки метаболического синдрома были обнаружены у 17 (9 из них — с нарушениями углеводного обмена) женщин. Диабетический балльный индекс (ДБИ) в группе в целом был равен 8,39±0,46, у женщин с нарушением толерантности к глюкозе/сахарным диабетом — 10,12±0,70, а у женщин без таких нарушений — 7,60±0,54 (p=0,01); частота ДБИ ≥12 баллов (свидетельствующем об умеренно повышенном риске развития сахарного диабета [8]) составляла 23,5, 43,8 и 14,3% соответственно. В группах метаболический синдром (+) и метаболический синдром (–) средние значения ДБИ равнялись 10,77±0,57 и 7,21±0,52 (p<0,01), а частота случаев с ДБИ ≥12 баллов — 47,1 и 14,7% соответственно.

У женщин с нарушениями углеводного обмена МПМЖ не отличалась от таковой у женщин без таких нарушений. В то же время в группе метаболический синдром (+) отмечалась тенденция к снижению МПМЖ по сравнению с группой метаболический синдром (–) (p=0,16) (табл. 1).

Женщины без нарушений углеводного обмена были в среднем на 2,6 года моложе, чем в группе метаболический синдром (–) (p=0,02), что могло бы сказаться [1], но тем не менее не сказалось на МПМЖ. У них же, несмотря на отсутствие различий в ИМТ и соотношении «окружность талии/окружность бедер», был несколько меньшим размер молочных желез (p=0,18), что также, по средним данным, не отразилось на маммографической плотности. В группе метаболический синдром (+) на фоне тенденции к снижению МПМЖ размер молочных желез (p=0,08), ИМТ (p=0,05) и, особенно, соотношение окружностей талии и бедер (p=0,01) были больше, чем в группе метаболический синдром (–) (см. табл. 1).

При анализе ранговых корреляций МПМЖ с антропометрическими параметрами и показателями углеводного и липидного обмена выяснилось: а) эти корреляции (за исключением «отношения» с гликемией 0 и 60 мин и холестеринемией) имели обратно пропорциональную направленность; б) обратная связь МПМЖ с ИМТ и соотношением окружностей талии и бедер у женщин без нарушений углеводного обмена или метаболического синдрома нередко была выражена в большей степени, чем при наличии таких нарушений; в) наличие последних практически не влияло на выраженность негативной связи МПМЖ с инсулинемией и индексом инсулинорезистентности (табл. 2).

В исследованиях, проведенных ранее на различных популяциях [1, 10], отмечалось, что при избыточной массе тела МПМЖ, как правило, более низка. Это явилось одним из оснований для оценки выявленных взаимоотношений с учетом ИМТ.

При этом использовали два подхода: а) рассчитывали те же коэффициенты корреляции в группах с ИМТ выше и ниже медианы; б) проводили множественный регрессионный анализ, принимая в качестве зависимой переменной МПМЖ, а в качестве независимых переменных (ДБИ, инсулинемию, HOMA), с одной стороны, и ИМТ, с другой. При первом подходе у женщин с нарушениями углеводного обмена или метаболическим синдромом и ИМТ, большем медианы, отмечалось усиление выраженности негативной корреляции исследованных показателей с МПМЖ. Напротив, в отсутствие метаболических нарушений при ИМТ больше медианы эти корреляции ослабевали. В частности, применительно к связи между МПМЖ и индексом HOMA были получены следующие значения ранговых корреляций: в группе с нарушенной толерантностью к глюкозе –0,55, в группе с метаболическим синдромом –0,47, в группе без нарушений углеводного обмена 0,26 и в группе без метаболического синдрома 0,13; соответствующие значения в аналогичных группах без учета ИМТ составляли –0,43; –0,21; –0,27 и –0,34 (см. табл. 2).

Основные результаты регрессионного анализа отражены в табл. 3.

Степень сопряженности исследуемых факторов, включающих ИМТ, с МПМЖ оказалась выше, с одной стороны, при нарушениях углеводного обмена, а с другой — при отсутствии признаков метаболического синдрома.

Следует еще раз напомнить, что избыток массы тела, нарушенная толерантность к глюкозе (вплоть до явного сахарного диабета), признаки инсулинорезистентности и метаболический синдром сочетаются с факторами риска рака молочной железы у женщин в постменопаузе [4, 5, 12]. К ним же, причем с большей значимостью, относят повышение МПМЖ [1, 2]. В то же время повышение массы тела в постменопаузе сопряжено со снижением величины МПМЖ [10]. Это позволяло предположить, что механизмы реализации повышенной МПМЖ, с одной стороны, и нарушений, ассоциированных с диабетом, центральным ожирением, инсулинорезистентностью, метаболическим синдромом, с другой, — различны [2, 10]. Поскольку такой вывод имеет далеко идущие последствия, в том числе прикладного характера, анализ особенностей МПМЖ у женщин с перечисленными состояниями представляет несомненную важность.

До начала настоящего исследования было известно лишь считанное число работ, посвященных анализу МПМЖ у больных сахарным диабетом. В одной из них никакой связи с МПМЖ найдено не было [3], а в другой было установлено снижение МПМЖ у больных репродуктивного возраста и отсутствие каких-либо изменений этого показателя у женщин в постменопаузе, страдающих сахарным диабетом [13]. В единственном исследовании, посвященном роли метаболического синдрома и выполненном на представительницах индейских племен Северной Америки, авторы [9] ограничились обследованием женщин в возрасте 42—52 лет с сохраненным менструальным циклом и установили умеренную обратную связь (p=0,12) проявлений синдрома с величиной МПМЖ. Данное наблюдение, естественно, не исчерпывает проблемы, в частности, в силу того, что один из параметров, оказывающих влияние на МПМЖ — избыточная масса тела, ведет себя как фактор риска РМЖ в репродуктивном и постменопаузальном периоде противоположным образом [4, 14].

Наше исследование выявило ряд ранее неизвестных закономерностей. Так, установлено, что при наличии признаков метаболического синдрома тенденция к снижению МПМЖ обнаруживается и в менопаузе (см. табл. 1); следовательно, в этом отношении не имеется различий с данными [9], выявленными в репродуктивном возрасте. У женщин с нарушениями углеводного обмена и признаками метаболического синдрома величина диабетического балльного индекса негативно связана с МПМЖ в большей, а ИМТ и соотношение окружностей талии и бедер — в меньшей степени, чем при отсутствии таких нарушений (см. табл. 2). В свою очередь ИМТ (предположительно, за счет содержания жира в теле) оказался той переменной, которая модифицирует взаимосвязь МПМЖ с исследованными параметрами в зависимости от наличия или отсутствия сниженной толерантности к глюкозе/проявлений метаболического синдрома (см. табл. 3).

В совокупности, это, во-первых, подтверждает мнение [2, 10] о том, что гормонально-метаболические факторы, приводящие к повышению МПМЖ и риска рака молочной железы в менопаузе, далеко не всегда тождественны, во-вторых, позволяет предположить, что эффекты антидиабетического бигуанида метформина (которому присущи противоопухолевые свойства [15, 16]) должны оцениваться с позиций его влияния не только на суммарную МПМЖ, но и раздельно на динамику изменений в плотных и неплотных областях молочных желез, представленных соответственно железистой/фиброзной и жировой тканью.

Выводы

1. У женщин в постменопаузе с метаболическим синдром выявлена тенденция к снижению маммографической плотности молочных желез (МПМЖ).

2. При сниженной толерантности к глюкозе/метаболическом синдроме величина диабетического балльного индекса (ДБИ) негативно связана с МПМЖ в большей, индекс массы тела (ИМТ) и соотношение окружностей талии и бедер — в меньшей степени, чем при отсутствии таких нарушений.

3. Величина ИМТ — важная переменная, степень модифицирующего влияния которой на связь МПМЖ с такими параметрами, как ДБИ, тощаковая и реактивная инсулинемия и индекс HOMA, зависит от наличия или отсутствия признаков сниженной толерантности к глюкозе и метаболического синдрома.

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо с ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail