Сайт издательства «Медиа Сфера»
содержит материалы, предназначенные исключительно для работников здравоохранения. Закрывая это сообщение, Вы подтверждаете, что являетесь дипломированным медицинским работником или студентом медицинского образовательного учреждения.
Оценка скелетно-мышечного индекса в прогнозировании токсических осложнений противоопухолевой лекарственной терапии больных раком желудка
Журнал: Онкология. Журнал им. П.А. Герцена. 2025;14(4): 29‑36
Прочитано: 1189 раз
Как цитировать:
Рак желудка входит в число онкологических заболеваний с наиболее высокими показателями заболеваемости и смертности как в России, так и за рубежом [1, 2], являясь одной из самых распространенных злокачественных опухолей человека, занимает 5-е место в структуре заболеваемости и 3-е в структуре смертности от злокачественных новообразований в нашей стране. Отмечается географическая гетерогенность заболеваемости с максимальным уровнем в Японии, России, Чили, Корее, Китае, минимальным — в США, Австралии, Новой Зеландии. Мужчины заболевают в 1,3 раза чаще женщин, пик заболеваемости приходится на возраст 65 лет [3, 4]. Нарушение аппетита и потеря массы тела вплоть до кахексии характерны для многих злокачественных опухолей, но при раке желудка встречаются наиболее часто, достигая 57% [5].
Наиболее ранним проявлением, а нередко преморбидным фоном рака желудка является потеря мышечной массы (саркопения), оценка которой на начальных этапах недоступна рутинным клиническим методам: антропометрии и функциональным тестам. Термин «саркопения» впервые ввел I.H. Rosenberg [6] в 1997 г. и дал ему определение как «снижение мышечной массы», причем автором отмечено, что данное состояние часто связано с онкологическими заболеваниями и оперативным лечением. В настоящее время, согласно Европейскому консенсусу 2019 г., под саркопенией понимают сложный клинический синдром, который включает уменьшение массы, снижение функции и силы мышц. В патогенез данной патологии входят комплекс возрастных и нейрогуморальных изменений, а также нарушение питания [7, 8]. Трудно переоценить значение профилактики и своевременной диагностики потери мышц, так как саркопения является одним из пяти основных факторов риска заболеваемости и смертности лиц старше 65 лет [9].
Низкие показатели мышечной массы тела связывают с увеличением риска токсического влияния противоопухолевой лекарственной терапии [10]. Согласно данным систематического обзора F. Pamoukdjian и соавт. [11], саркопения, которая установлена в 38,6% случаев у онкологических пациентов до начала лечения злокачественного новообразования, значимо и независимо ассоциирована с послеоперационными осложнениями, токсичностью химиотерапии и снижением выживаемости больных.
В настоящее время для диагностики саркопении используют магнитно-резонансную томографию, компьютерную томографию, двухэнергетическую рентгеновскую абсорбциометрию, биоимпедансный анализ [7]. По мнению большинства исследователей [12—14], золотым стандартом неинвазивного определения количества мышц является компьютерная томография, которая точно отражает реальное распределение мышц в теле человека и является достоверным методом для количественного анализа, что показано в работе [15], основанной на сравнении КТ-данных количественной оценки различных групп мышц с объемом мышц, измеренных на тканях трупа.
Цель исследования — оценка связи между скелетно-мышечным индексом (СМИ) и частотой развития, характером и степенью тяжести токсических осложнений у больных с местнораспространенным и метастатическим раком желудка в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии.
Проведен ретроспективный анализ лечения 100 пациентов с местнораспространенным и метастатическим раком желудка, прошедших химиотерапевтическое лечение в ОБУЗ «Курский онкологический научно-клинический центр им. Г.Е. Островерхова» (Курск, Россия) за период с октября 2021 по март 2023 г. на базе круглосуточного стационара противоопухолевой лекарственной терапии с использованием стандартных химиотерапевтических схем согласно клиническим рекомендациям. В зависимости от стадии онкологического процесса, статуса общего состояния пациента по системе ECOG (Eastern Cooperative Oncology Group), результатов гистологического заключения, характера сопутствующей патологии при операбельном местнораспрострененном раке желудка в качестве неоадъюватной полихимиотерапии использовалась схема FLOT, при метастатическом раке желудка — FOLFOX или XELOX. Комплексное обследование пациентов проводилось на амбулаторном этапе.
Критериями включения являлись возраст 18 лет и старше, впервые гистологически верифицированный диагноз рака желудка I–IV стадии, запланированная противоопухолевая лекарственная терапия местнораспространенного и метастатического рака желудка (I стадия заболевания с факторами неблагоприятного прогноза по данным гистологического заключения), согласно клиническим рекомендациям Минздрава России с включением препаратов платины, таксанов и фторпиримидинов по схеме FLOT, FOLFOX, XELOX в объеме не менее 4 курсов, подписанное информированное согласие пациента.
Критериями исключения служили тяжелая печеночная (класс C по Чайлд–Пью) или почечная недостаточность (клиренс креатинина ниже 30 мл/мин), соматические заболевания в стадии декомпенсации, любые формы нарушения сознания, профессиональный спорт, беременность или лактация.
Для уточнения количества скелетных мышц, динамики скорости потерь вплоть до саркопении использовали компьютерную томографию (компьютерный томограф Discovery CT750 HD (с принадлежностями) GE Medical Systems, LLC, США, толщина среза 1,25 мм), которую выполняли по стандартной методике для оценки распространенности опухолевого процесса и клинического стадирования в рамках утвержденных клинических рекомендаций по раку желудка не более чем за 1 мес до даты госпитализации, а также через 2—3 нед после проведения 4-го курса противоопухолевой лекарственной терапии.
Для оценки СМИ определяли площадь (в см2) мышечной ткани по двум последовательным аксиальным срезам, выполненным на уровне тела 3-го поясничного позвонка (LIII). Для данной анатомической локализации соотношение мышечной массы и жировой ткани хорошо коррелирует с соотношением для всего тела и может использоваться вне зависимости от индекса массы тела (ИМТ), при этом паренхиматозные органы брюшной полости, костные структуры наименее представлены на данном срезе и в меньшей мере затрудняют сегментацию мышечной и жировой ткани. После выделения всех поперечнополосатых мышц на двух срезах сумму их площадей для каждого рассчитывали в полуавтоматическом режиме, затем вычисляли среднее арифметическое. Для определения саркопении рассчитывали СМИ LIII — площадь скелетных мышц на уровне позвонка LIII (в см2) к квадрату роста пациента (в м2) (см. рисунок). За пороговое значение СМИ, ниже которого состояние мышечной ткани расценивали как саркопению, принимали значения 52,4 см2/м2 для мужчин и 38,5 см2/м2 для женщин.
Оценка площади скелетных мышц на уровне LIII с использованием компьютерной томографии.
Для оценки общего состояния больного использовалась шкала ECOG, для оценки тяжести нежелательных явлений — общие критерии токсичности Национального института рака США (National Cancer Institute Common Toxicity Criteria for Adverse Events (CTCAE v5.0)) в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии (после 4-го курса лечения). Конечная точка — любой вариант индуцированной химиотерапией токсичности, гематологического и негематологического профиля. Гематологическая токсичность включала анемию (уровень гемоглобина менее 130 г/л у мужчин, менее 120 г/л у женщин), лейкоцитопению (лейкоциты менее 4,0×109/л) и тромбоцитопению (тромбоциты менее 180×109/л), которую оценивали путем регистрации надира показателей крови. Негематологическая токсичность включала гипопротеинемию (содержание общего белка плазмы крови менее 60 г/л), гепатотоксичность (показатель печеночных ферментов АСТ, АЛТ более чем 3,0 от верхней границы нормы), тошноту, рвоту, диарею, запор, алопецию, ладонно-подошвенный синдром, стоматит (мукозит полости рта). Кардиоваскулярная токсичность оценивалась по результатам активной ортостатической пробы. Также в качестве кардиоваскулярной токсичности рассматривались манифестация и/или прогрессирование артериальной гипертензии, ишемической болезни сердца, тромбоза глубоких и/или поверхностных вен нижних конечностей, эпизоды венозных тромбоэмболических осложнений.
Характеристика пациентов, включенных в исследование, представлена в табл. 1.
Таблица 1. Клинико-демографическая характеристика пациентов (n=100), включенных в исследование
| Признак | Мужской и женский пол | Мужской пол | Женский пол |
| Пол, абс. (%) | 100 (100,0) | 70 (70,0) | 30 (30,0) |
| Возраст (Me [Q1; Q3]), годы | 66 [60,25;71,0] | 68 [56,75;72,0] | 66 [60,25;71,25] |
| Антропометрические данные (М±σ): | |||
| рост, м2 | 1,68±0,087 | 1,71±0,067 | 1,60±0,078 |
| масса, кг | 69,67±16,68 | 69,82±17,39 | 69,32±15,15 |
| ИМТ, кг/м2 | 24,96±4,97 | 24,20±4,54 | 26,73±5,53 |
| СМИ, до начала лечения (Me [Q1; Q3]), см2/м2 | 36,22±7,27 | 37,61±7,13 | 32,98±6,62 |
| СМИ, после 4 курсов лечения (Me [Q1; Q3]), см2/м2 | 33,28±7,15 | 34,62±6,94 | 30,16±6,77 |
| ΔСМИ, (Me [Q1; Q3]), см2/м2 | 2,94±3,07 | 2,99±3,12 | 2,82±3,09 |
| Функциональный статус, абс. (%): | |||
| ECOG 0 | 23 (23,0) | 18 (25,7) | 5 (16,7) |
| ECOG 1 | 67 (67,0) | 45 (64,3) | 22 (73,3) |
| -ECOG 2 | 10 (10,0) | 7 (10,0) | 3 (10,0) |
| Стадия, абс. (%): | |||
| I | 3 (3,0) | 2 (2,9) | 1 (3,3) |
| II | 19 (19,0) | 13 (18,6) | 6 (20,0) |
| III | 43 (43,0) | 26 (37,1) | 17 (56,7) |
| IV | 35 (35,0) | 29 (41,4) | 6 (20,0) |
| Категория T, абс. (%): | |||
| T1 | 2 (2,0) | 2 (2,6) | — |
| T2 | 12 (12,0) | 9 (11,7) | 3 (12,5) |
| T3 | 50 (50,0) | 38 (49,3) | 12 (50,0) |
| T4 | 36 (36,0) | 28 (36,4) | 9 (37,5) |
| Категория N, абс. (%): | |||
| N0 | 10 (10,0) | 8 (10,0) | 2 (10,0) |
| N1 | 52 (52,0) | 42 (52,5) | 10 (50,0) |
| N2 | 36 (36,0) | 28 (35,0) | 8 (40,0) |
| N3 | 2 (2,0) | 2 (2,5) | — |
| Категория M, абс. (%): | |||
| M0 | 65 (65,0) | 42 (64,6) | 23 (65,7) |
| M1 | 35 (35,0) | 23 (35,4) | 12 (34,3) |
| Проведенная схема лечения, абс. (%): | |||
| FLOT | 65 (65,0) | 42 (64,6) | 23 (65,7) |
| FOLFOX | 20 (20,0) | 13 (20,0) | 7 (20,0) |
| XELOX | 15 (15,0) | 10 (15,4) | 5 (14,3) |
| Коморбидная патология, абс. (%): | |||
| ИБС | 6 (6,0) | 4 (5,8) | 2 (6,9) |
| гипертоническая болезнь | 68 (68,0) | 45 (65,2) | 23 (79,3) |
| сахарный диабет 2-го типа | 6 (6,0) | 4 (5,8) | 2 (6,9) |
| бронхиальная астма | 1 (1,0) | 1 (1,5) | 0 (0,0) |
| ХОБЛ | 17 (17,0) | 15 (21,7) | 2 (6,9) |
По результатам исследования с помощью пакета прикладных программ SPSS Statistics (версия 19.0) осуществляли статистический анализ. Нормальность распределения количественных признаков проверяли с помощью критериев Шапиро–Уилка и Колмогорова–Смирнова. Для описания количественных данных, которые не подчинялись закону нормального распределения, использовали медиану и 1—3-й квартили (Me [Q1; Q3]), нормально распределенные данные представлены в виде среднего и среднеквадратичного отклонения (М±σ). Качественные данные описывали как абсолютные значения и проценты (абс (%)).
Оценку связи между количественными и ранговыми признаками осуществляли с помощью коэффициента корреляции Спирмена. При сравнении двух групп по количественным признакам использовали критерий Стьюдента. В качестве критического значения уровня значимости принимали p<0,05.
Анализ СМИ до лечения позволил диагностировать саркопению у 92 (92%) пациентов. Недостаток массы тела (ИМТ<19,5 кг/м2) наблюдался у 9 (9%) пациентов, при этом кахексия (ИМТ<16 кг/м2) и ожирение III степени не выявлены.
Гистологическая структура рака желудка у лиц обоего пола представлена низкодифференцированной аденокарциномой (High grade) — 66 (66%) случаев (45 (68,2%) у лиц мужского пола и 21 (31,8%) у женского), высоко- и умеренно-дифференцированной аденокарциномой (Low grade) — 44 (44%) случая (25 (56,8%) у лиц мужского пола и 19 (43,2%) у женского); p>0,05.
Оценка токсичности после проведения 4 курсов противоопухолевой лекарственной терапии представлена в табл. 2. Периферическая полинейропатия клинически после проведенных 4 курсов противоопухолевой лекарственной терапии не регистрировалась ввиду отстроченного развития по мере увеличения количества проведенных курсов лечения.
Таблица. 2. Оценка токсичности после проведения 4 курсов противоопухолевой лекарственной терапии
| Вид токсичности | Степень токсичности, абс(%) | ||
| I–II | III | IV | |
| Тошнота | 68 (68) | 5 (5) | — |
| Рвота | 32 (32) | 3 (3) | — |
| Диарея | 52 (52) | 12 (12) | — |
| Запор | 10 (10) | 1 (1) | — |
| Стоматит (мукозит полости рта) | 12 (12) | — | — |
| Анемия | 51 (51) | 1 (1) | — |
| Лейкопения | 26 (26) | — | — |
| Тромбоцитопения | 6 (6) | — | — |
| Цитолитический синдром | 8 (8) | — | — |
| Гипопротеинемия* | 26 (26) | ||
| Алопеция** | 100 (100) | — | — |
| Ладонно-подошвенный синдром | 13 (13) | 2 (2) | — |
| Периферическая полинейропатия* | — | — | — |
| Дисрегуляция артериального давления* | 38 (38) | ||
| Инфаркт миокарда* | 1 (1) | ||
| Стенокардия* | 1 (1) | ||
| Острый тромбоз глубоких вен* | 3 (3) | ||
| ТЭЛА* | 1 (1) | ||
Примечание. Одна звездочка — степень токсичности по CTCAE не предусмотрена; две — при алопеции возможна только I и II степень токсичности по CTCAE.
Кардиоваскулярная токсичность начинала проявляться уже на фоне 1-го курса противоопухолевой лекарственной терапии. Гипертоническая болезнь установлена у 68 (68%) пациентов, 28 (41%) к моменту включения в исследование уже не принимали ранее назначенные гипотензивные препараты в течение нескольких месяцев в связи с тенденцией к гипотонии; 17 (25%) пациентов указывали на уменьшение дозировки принимаемых препаратов.
У 6 (6%) пациентов зарегистрирована стабильная ишемическая болезнь сердца. На момент инициации противоопухолевой лекарственной терапии целевые уровни артериального давления достигнуты у 100% пациентов с гипертонической болезнью, принимавших гипотензивную терапию. При проведении ортостатической пробы обращает на себя внимание снижение систолического артериального давления при измерении артериального давления на 1-й минуте после активного подъема на 20 мм рт.ст. и более или ниже уровня 90 мм рт.ст. у 23 (23%) пациентов с последующим восстановлением к 3-й минуте, что, однако, не соответствовало критериям ортостатической гипотензии.
После 4 курсов противоопухолевой лекарственной терапии подобные изменения артериального давления выявлены у 38 (38%) пациентов. У 4 (4%) пациентов, предъявлявших после 4-го курса химиотерапии жалобы на непродолжительное головокружение и потемнение в глазах после подъема с кровати, ортостатическая проба с активным подъемом позволила установить ортостатическую гипотензию. Помимо дисрегуляции артериального давления, у одного пациента после проведения 4-го курса химиотерапии манифестировала ишемическая болезнь сердца в виде острого инфаркта миокарда с подъемом сегмента ST переднеперегородочной локализации, еще у одного пациента зарегистрировано прогрессирование уже имевшейся стабильной стенокардии до III функционального класса, потребовавшей, интенсификации медикаментозной антиангинальной терапии. Кроме того, диагностировано 4 эпизода острого тромбоза глубоких вен, один из которых осложнен тромбоэмболией сегментарных ветвей левой легочной артерии.
В 94 (94%) клинических наблюдениях (за исключением тромбоэмболических событий, развития анемии Grade III у 1 пациента и ладонно-подошвенного синдрома Grade III у 2 пациентов, которым потребовались редукция терапии и перерыв в лечении) токсические реакции, возникшие в процессе противоопухолевой лекарственной терапии, не потребовали отмены или перерыва в лечении, редукции первоначальной дозы цитостатиков и купировались назначением стандартной симптоматической терапии. Токсичность Grade IV и V на фоне проводимой противоопухолевой лекарственной терапии не регистрировалась.
Сила и направление связи между признаками путем определения коэффициента корреляции Спирмена представлены в табл. 3—5. Между показателями классической антропометрии (рост, масса, ИМТ и площадь поверхности тела) и степенью тяжести нежелательных явлений в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии достоверной связи не установлено (p>0,05), напротив, СМИ достоверно коррелирует с токсическими явлениями химиотерапии, увеличивая силу и статистическую значимость связи анемии, лейкопении, гипопротеинемии, рвоты, кардиоваскулярных событий.
Таблица 3. Коэффициенты корреляции СМИ и степени тяжести нежелательных явлений в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии (после 4 курсов полихимиотерапии)
| Показатель | Степень тяжести анемии | Степень тяжести лейкопении | Степень тяжести тромбоцитопении | Степень гипопротеинемии | Цитолиз |
| СМИ до лечения | –0,302 | –0,292 | –0,047 | –0,276 | –0,035 |
| р | 0,003 | 0,004 | 0,634 | 0,004 | 0,728 |
| СМИ после 4 курса | –0,323 | –0,213 | –0,036 | –0,300 | –0,112 |
| р | 0,001 | 0,033 | 0,722 | 0,002 | 0,266 |
| ΔСМИ | –0,321 | –0,279 | –0,013 | –0,294 | –0,087 |
| р | 0,001 | 0,003 | 0,694 | 0,003 | 0,566 |
Примечание. Здесь и в табл. 4, 5: жирный шрифт — достоверные значения.
Таблица 4. Коэффициенты корреляции СМИ и степени тяжести нежелательных явлений в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии
| Показатель | Степень тяжести | ||||
| тошноты | рвоты | диареи | запора | стоматита (мукозита полости рта) | |
| СМИ до лечения | –0,214 | –0,331 | –0,283 | –0,088 | –0,138 |
| р | 0,677 | 0,004 | 0,459 | 0,468 | 0,547 |
| СМИ после 4 курса | –0,258 | –0,397 | –0,273 | –0,163 | –0,178 |
| р | 0,835 | 0,002 | 0,567 | 0,318 | 0,467 |
| ΔСМИ | –0,235 | –0,366 | –0,263 | –0,094 | –0,161 |
| р | 0,765 | 0,003 | 0,530 | 0,397 | 0,521 |
Таблица 5. Коэффициенты корреляции СМИ и кардиоваскулярной токсичности в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии
| Показатель | Систолическое артериальное давление | Диастолическое артериальное давление | Систолическое артериальное давление (ортостатическая проба, 1 мин) | Диастолическое артериальное давление (ортостатическая проба, 1 мин) |
| СМИ до лечения | 0,671 | 0,698 | 0,554 | 0,598 |
| р | 0,001 | 0,001 | 0,001 | 0,001 |
| СМИ после 4 курса | 0,635 | 0,541 | 0,672 | 0,545 |
| р | 0,001 | 0,001 | 0,001 | 0,001 |
| ΔСМИ | 0,648 | 0,589 | 0,597 | 0,541 |
| р | 0,001 | 0,001 | 0,001 | 0,001 |
Интерпретация коэффициентов корреляции:
1) очень сильная связь (0,9<r<1,0);
2) сильная связь (0,7<r<0,89);
3) средняя (0,5<r<0,69);
4) умеренная (0,3<r<0,49);
5) слабая (0,2<r<0,29);
6) очень слабая (0,0<r<0,19).
Потеря скелетных мышц является физиологическим возрастным процессом, который может быть усугублен системными заболеваниями, особенно если они приводят к ограничению физической активности.
При уменьшении СМИ наблюдается большая частота развития токсических осложнений противоопухолевой лекарственной терапии (анемия, лейкопения, гипопротеинемия, рвота, кардиоваскулярные события), при этом половых различий не отмечено (p>0,05). Тромбоцитопения, цитолитический синдром, тошнота, диарея, запор, стоматиты (мукозиты полости рта) демонстрируют меньшую силу корреляционной связи со СМИ, обусловленную, по-видимому, небольшой выборкой пациентов, при этом являясь немаловажными неблагоприятными событиями проводимой химиотерапии.
В то же время саркопения может являться латентным состоянием и присутствовать у пациентов при повышенном ИМТ (так называемое саркопеническое ожирение). Полученные данные (в том числе возрастной и половой состав, различные варианты токсичности) совпадают с результатами исследований зарубежных авторов [17—21] по изучению взаимосвязи саркопении и токсичности противоопухолевой лекарственной терапии. Так, C.M. Prado и соавт. [16] опубликовали одно из первых исследований с использованием показателей состава тела, полученных при помощи компьютерной томографии, результаты показали, что у пациенток с метастатическим раком молочной железы и саркопенией, леченных капецитабином, отмечалась большая частота токсичности (50% против 20%; p=0,03), чем у пациенток без саркопении (HR=4,1; p=0,04). В 2011 г. они опубликовали уже второе исследование, которое подтвердило, что пациенты, у которых наблюдалась токсичность после проведенных курсов противоопухолевой лекарственной терапии, имели более низкий средний уровень СМИ, чем у лиц без токсических осложнений (41,6 кг против 56,2 кг; p=0,002) [17]. Чуть позже S.S. Shachar и соавт. [18] сообщили об относительном риске 1,29 (CI 1,10, 3,54; p=0,01) токсичности 3-й или 4-й степени на каждые 5 см2/м2 снижения СМИ в когорте больных раком молочной железы ранних стадий. Несколько позже S.S. Shachar и соавт. (2017), оценивая СМИ у 40 пациенток с метастатическим раком молочной железы, которые проходили химиотерапию с применением препарата таксанового ряда, показали, что при саркопении наблюдалась большая частота случаев токсичности: токсичность 3—4-й степени обнаружена у 57% пациенток с саркопенией по сравнению с 18% без саркопении (p=0,02). При этом госпитализации, которые связаны с токсическими осложнениями противоопухолевого лечения, наблюдались чаще у пациентов с саркопенией (39% против 0%; p=0,005) [19]. M. Barret и соавт. [20] в проспективном многоцентровом исследовании, оценивая влияние саркопении на токсичность химиотерапии у 51 пациента с метастатическим колоректальным раком, показали, что саркопения является прогностическим фактором любого варианта токсичности вне зависимости от ИМТ (OR=13,55; CI 1,08, 169,31; p=0,043). Несмотря на небольшое количество включенных в исследование пациентов, авторы показали, что саркопения в значительной степени связана с тяжелой токсичностью химиотерапии. Исследование, проведенное в Калифорнии (2017), продемонстрировало, что у пациентов с неметастатическим колоректальным раком, которые проходили химиотерапию по схеме FOLFOX, и диагностированной саркопенией отмечались более высокая частота развития нейтропении и тромбоцитопении, раннее прекращение лечения, редукция дозы препаратов и удлинение интервалов лечения [21]. Также исследование показало, что саркопения слабо коррелирует с площадью поверхности тела больного. Площадь поверхности тела в настоящее время используется для подсчета дозировки большинства противоопухолевых препаратов. С этим связано мнение ряда авторов о том, что СМИ может быть более точным прогностическим фактором токсичности, так как распределение химиопрепаратов и связанная с ними токсичность обусловлены преимущественно безжировой массой тела [10, 22].
Актуальным аспектом изучения нежелательных явлений химиотерапевтического лечения является кардиоваскулярная токсичность. Дисрегуляция артериального давления, приводящая к постуральной гипотензии, ассоциирована с нейродегенеративной патологией, синдромом старческой астении, пожилым возрастом, в частности, в сочетании с саркопенией, заболеваниями сердечно-сосудистой системы и является независимым предиктором смерти от всех причин, увеличивая риск ее наступления по разным данным в 1,5—2,4 раза, в том числе с сопутствующей саркопенией [23—25]. В свою очередь онкологические пациенты также подвержены риску развития постуральной гипотензии на фоне полихимиотерапии, вероятной причиной которой может быть нейротоксичность, приводящая к дисфункции автономной нервной системы [26], что вкупе с вышесказанным может существенно снижать общую выживаемость.
Результаты нашего исследования свидетельствуют, что наличие саркопении у больных раком желудка может служить предиктором увеличения степени тяжести токсичности противоопухолевой лекарственной терапии. Анализ данных на основе компьютерной томографии является объективным и полезным инструментом для выявления низкой мышечной массы. Рутинно используемый ИМТ и площадь поверхности тела в процессе проводимого лечения не являются достоверными маркерами прогнозирования токсичности.
Оценка СМИ перед инициацией, а также в процессе проводимой противоопухолевой лекарственной терапии может использоваться врачами для прогнозирования токсических осложнений проводимого лечения. Необходимы дальнейшие исследования по изучению влияния СМИ для более точного дозирования противоопухолевых препаратов, снижения токсичности проводимого лечения без потери эффективности.
Участие авторов:
Концепция и дизайн исследования — Станоевич И.В., Хвостовой В.В., Станоевич У.
Сбор и обработка материала — Петроченко Д.В., Березникова Д.А., Подольский Ф.А., Алексеев И.Э., Кондрашкина А.Д.
Статистическая обработка данных — Петроченко Д.В.
Написание текста — Петроченко Д.В., Алексеев И.Э., Станоевич И.В., Кондрашкина А.Д.
Редактирование — Хвостовой В.В., Станоевич И.В., Станоевич У.
Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Литература / References:
Подтверждение e-mail
На test@yandex.ru отправлено письмо со ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.
Подтверждение e-mail
Мы используем файлы cооkies для улучшения работы сайта. Оставаясь на нашем сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cооkies. Чтобы ознакомиться с нашими Положениями о конфиденциальности и об использовании файлов cookie, нажмите здесь.
