Введение

Нутритивный дефицит у онкологических больных в настоящее время является глобальной проблемой, влияющей на качество жизни до и после проведенного лечения, течение раннего послеоперационного периода, развитие осложнений из-за белково-энергетической недостаточности.

По данным мировой статистики, 20—80% онкологических пациентов страдают от белково-энергетической недостаточности, напрямую зависящей от типа и стадии онкологического процесса. Согласно статистике Европейской ассоциации парентерального и энтерального питания (ESPEN), питательная поддержка требуется 30—60% пациентов онкологического профиля перед госпитализацией [1].

Доказана также взаимосвязь между недостаточностью нутритивного статуса и выживаемостью больных с лимфомами и солидными опухолями. При развитии белково-энергетической недостаточности, помимо развития осложнений в периоперационном периоде, установлено снижение ответа на химиотерапию [1].

Особое внимание заслуживают больные раком пищевода и желудка, численность которых с каждым годом неустанно растет и в настоящее время занимает лидирующие позиции в структуре всех онкологических заболеваний.

У таких пациентов велика вероятность развития недостаточности питания тяжелой степени. Это связано с особенностями течения болезни и конкретно алиментарного фактора похудения — затруднения прохождения пищи по желудочно-кишечному тракту (ЖКТ). Осложнения дефицита питания возникают не только в результате основного заболевания, но и из-за последующего лечения — операционной травмы, периоперационного контроля диеты с низкой энергетической ценностью [1—3].

Важно своевременно и в достаточном объеме компенсировать белково-энергетическую недостаточность. Рекомендована нутритивная поддержка на всех этапах лечения больного с особым вниманием в период пребывания в стационаре. Устранение питательной недостаточности у пациентов онкологического профиля улучшает исходы лечения, снижает частоту и тяжесть осложнений после операции, повышает качество жизни, снижает летальность.

Для оценки степени недостаточности питания анализируют лабораторные данные, вычисляя лейкоцитарные индексы, а также рассматривают антропометрические показатели, наличие специфических симптомов и жалоб, наиболее важные из которых — диспептические явления.

Оценка состояния питания включает определение массы тела, индекса массы тела (ИМТ) и биохимические показатели: уровень альбумина, общего белка, тромбоцитов, трансферрина, ферритина и иммунологические показатели: количество лейкоцитов, абсолютное число лимфоцитов, нейтрофилов, моноцитов [1, 2]. На основе лабораторных данных оцениваются нейтрофильно-лимфоцитарный индекс, индекс соотношения лимфоцитов и моноцитов и тромбоцитарно-лимфоцитарный индекс. Эти индексы объективно отражают суть происходящих в организме процессов, показывая соотношение неспецифических и специфических факторов защиты организма, общее состояние и напряженность иммунной системы [4, 5].

Нутритивная поддержка может быть представлена пациентам в виде энтерального или парентерального питания. Вариантом выбора и более предпочтительным методом нутритивной поддержки является энтеральное питание ввиду меньшего количества осложнений, более низких финансовых затрат и из-за предполагаемых лучших результатов [6, 7]. Существуют различные формы лечебного питания и варианты включения его в рацион: энтеральное питание может заменять полноценный прием пищи, дополнять пероральное питание (сипинг), может вводиться через зонд (зондовое питание).

Существует большая вариация питательных смесей, отличающихся макро- и микронутриентным составом, что способствует их дифференцированному применению в зависимости от конкретной клинической ситуации [1].

Российскими специалистами разработаны специализированные продукты лечебного энтерального питания для онкологических больных — ЛЕОВИТ ONCO. Настоящим исследованием мы хотим подтвердить возможность коррекции белково-энергетической недостаточности у пациентов онкологического профиля, страдающих от рака пищевода и желудка, используя новый вид отечественного энтерального питания, а также проанализировать влияние коррекции нарушений на течение послеоперационного периода.

Материал и методы

Для оценки эффективности вариантов нутритивной поддержки больные раком пищевода и желудка были разделены на 2 группы в соответствии с определенным вариантом нутритивной поддержки. Всего для участия в исследовании были отобраны 70 пациентов. Методом открытой рандомизации пациенты были разделены на 2 группы по 35 человек в соответствии с вариантом нутритивной поддержки. Пациентам 1-й группы в качестве нутритивной поддержки было предложено отечественное энтеральное питание ЛЕОВИТ ONCO. Пациенты из 2-й группы принимали импортное энтеральное питание. Питание пациентов до операции — основной вариант стандартной диеты, после операции — механически и химически щадящая диета.

В дальнейшем были исключены суммарно 10 пациентов ввиду развития выраженных побочных реакций, аллергии и отказа пациентов от участия в исследовании. Таким образом, получились 2 группы по 30 человек.

Проводилась оценка антропометрических показателей (мы решили ограничиться для этого исследования измерением массы тела, роста и, соответственно, расчетом ИМТ). Оценку проводили при поступлении в стационар, перед выпиской, а также через 1 мес после выписки, так как пациенты продолжали получать энтеральное питание для коррекции оставшихся нарушений и в рамках подготовки к химиотерапии.

Кроме того, оценивали лабораторные данные (уровень общего белка, альбумина, трансферрина, ферритина, количество тромбоцитов, лимфоцитов, нейтрофилов, моноцитов). Измерения проводили в нескольких контрольных точках:

1. При первичной консультации, до поступления в стационар — за 14 дней до госпитализации;

2. Непосредственно при госпитализации;

3. Перед операцией;

4. В первые 3 дня после операции;

5. Перед выпиской.

Дополнительно собирали данные о самочувствии пациентов, наличии определенных жалоб, реакций на питание, характере физиологических отправлений.

Участниками исследования стали пациенты, соответствующие следующим критериям включения:

а) наличие согласия на участие в исследовании;

б) возраст старше 18 лет;

в) основной диагноз — рак нижнегрудного отдела пищевода/рак кардиального отдела желудка;

г) хирургическое вмешательство в объеме: гастрэктомия/проксимальная резекция желудка/экстирпация пищевода;

д) белково-энергетическая недостаточность легкой, средней и тяжелой степени;

е) оценка общего состояния больного по ECOG >2—3;

ж) оценка состояния пациента по PG-SGA ≥9 баллов.

Критерии исключения:

а) отказ пациента от участия в исследовании на любом этапе исследования;

б) развитие аллергических и побочных реакций на любом этапе исследования;

в) тяжелые психические заболевания.

Сбор и обработку данных проводили сотрудники кафедры факультетской хирургии №2 им. Г.И. Лукомского на базе Университетской клинической больницы №4 Сеченовского Университета.

Статистический анализ полученных данных осуществляли с использованием программы StatTech v. 4.6.3 (ООО «Статтех», Россия).

Количественные показатели оценивали соответствие нормальному распределению с помощью критерия Шапиро—Уилка. Количественные показатели, имеющие нормальное распределение, описывали с помощью средних арифметических величин (M) и стандартных отклонений (SD), границ 95% доверительного интервала (ДИ). В отсутствие нормального распределения количественные данные описывали с помощью медианы (Me), нижнего и верхнего квартилей [Q₁; Q₃].

Сравнение двух групп по количественному показателю, имеющему нормальное распределение, при условии равенства дисперсий выполняли с помощью t-критерия Стьюдента, при неравных дисперсиях — с помощью t-критерия Уэлча. Сравнение двух групп по количественному показателю, распределение которого отличалось от нормального, выполняли с помощью U-критерия Манна—Уитни.

Результаты

Наше исследование было направлено на первоначальную оценку нутритивного дефицита у пациентов со злокачественными заболеваниями пищевода и желудка, а также на сравнение методов его коррекции. Распределение пациентов по группам в зависимости от основного диагноза и стадии заболевания представлено в табл. 1 и 2 соответственно. Средний возраст пациентов в группах отечественного и импортного питания составил 65±7 и 64±5 лет соответственно.

Таблица 1. Распределение обследованных пациентов по группам

Таблица 2. Распределение обследованных пациентов по стадии заболевания

У всех пациентов отмечалась дисфагия 3—4-й степени, влияющая на возможность и качество перорального питания.

На этапе диагностики особое внимание уделяли обследованию пациентов для выявления и коррекции сопутствующей патологии, которая могла в значительной степени повлиять на ход лечения. Сопутствующие патологии были выявлены у 24 (80%) пациентов из основной группы и у 22 (73%) — из группы сравнения. В большинстве случаев заболевания сердечно-сосудистой системы были представлены гипертонической болезнью, инфарктом миокарда в анамнезе и постинфарктным кардиосклерозом, ишемической болезнью сердца, нарушениями ритма сердца и проводимости. Из заболеваний органов дыхательной системы чаще всего диагностировались хроническая обструктивная болезнь легких и бронхиальная астма. Среди патологии мочеполовой системы преобладали доброкачественная гиперплазия предстательной железы и хронический цистит. Распределение пациентов в обеих группах в зависимости от сопутствующей патологии представлено в табл. 3.

Таблица 3. Характеристика сопутствующей патологии

В табл. 4—6 представлены динамика лабораторных показателей, активность иммунной системы и динамика антропометрических показателей соответственно у пациентов обеих групп. При исследовании лабораторных данных исходно у всех пациентов в обеих группах отмечалась белково-энергетическая недостаточность, преимущественно легкой степени: общий белок 57,23 и 56,72 г/л (65—55 г/л), альбумин 32,05 и 34,08 г/л (34—30 г/л); при этом уровень трансферрина был достаточно низким — 1,09 и 1,72 г/л (легкая степень: 1,9—1,8 г/л). Значения иммунологических показателей в среднем были повышены или близки к верхней границе нормы: СРБ 12,04 мг/л и 11,10 мг/л, абсолютное число лимфоцитов 2,82·10⁹/л и 2,52·10⁹/л, абсолютное число нейтрофилов 5,17·10⁹/л и 5,82·10⁹/л, что влияло и на значения иммунологических индексов — нейтрофильно-лимфоцитарный индекс в среднем был повышен в обеих группах: 2,04 и 2,68 (норма 1,7—1,9).

Таблица 4. Динамика лабораторных показателей у пациентов с нутритивной поддержкой

Таблица 5. Динамика активности иммунной системы у пациентов с нутритивной поддержкой

Таблица 6. Осложнения в послеоперационном периоде

Так как после первичной консультации пациентам сразу назначалась нутритивная поддержка, к моменту госпитализации и перед операцией отмечалось значительное улучшение показателей в обеих группах. При этом после операции отмечается ухудшение показателей, но не ниже исходных значений при первичном обращении: общий белок 58,76 и 65,92 г/л, альбумин 32,87 и 34,10 г/л, трансферрин 1,36 и 2,05 г/л, что неоспоримо связано с хирургическим травматизмом и ответом организма на вмешательство. Иммунологические показатели (общее количество лимфоцитов и нейтрофилов, а также нейтрофильно-лимфоцитарный и тромбоцитарно-лимфоцитарный индексы) значительно повышались.

Перед выпиской в результате основного лечения и адекватной нутритивной поддержки показатели значительно улучшались в обеих группах: общий белок 66,08 и 63,45 г/л, альбумин 37,31 и 37,38 г/л, трансферрин 1,90 и 2,55 г/л; иммунологические показатели оставались повышенными, но приближались к норме.

Анализ послеоперационных осложнений у больных (табл. 6, 7) показал, что на фоне приема отечественного энтерального продукта частота развития осложнений была значительно ниже; более того, применение коктейля белкового детоксикационного способствовало купированию диареи по «холерному» типу уже после 3 дней приема (см. табл. 7). Важно также отметить, что при применении отечественного энтерального питания ЛЕОВИТ не было ни одного случая пареза кишечника, тогда как у пациентов, получавших импортное питание, парезы были.

Таблица 7. Частота стула в послеоперационном периоде

При анализе изменения ИМТ отмечено незначительное увеличение массы тела в обеих группах к моменту выписки, что мы связываем с назначением послеоперационной диеты, реакцией организма на вмешательство (табл. 8). Хотя пациенты получают нутритивную поддержку, период пребывания их в стационаре слишком короткий, чтобы можно было наблюдать значительное изменение массы тела. Это также подтверждается тем, что спустя 1 мес после госпитализации у пациентов отмечены прибавка массы тела и увеличение ИМТ до 21,42 (оптимальная масса тела) и 22,04 кг/м².

Таблица 8. Динамика антропометрических показателей у пациентов с нутритивной поддержкой

Клинический пример. Пациентка Б., 34 лет, обратилась в хирургическое отделение впервые в 2022 г. с установленным диагнозом: рак кардиального отдела желудка, Siewert III [8], cT3N2M1 [9], гистологически аденокарцинома. На момент обращения пациентке было выполнено 4 курса неоадъювантной полихимиотерапии по схеме FLOT, произошло прогрессирование: метастазирование в правый яичник, полная дисфагия.

В октябре 2022 г. выполнено оперативное вмешательство в объеме проксимальной резекции желудка, резекции абдоминального отдела пищевода, D2-лимфодиссекции, правосторонней аденэксэктомии.

В дальнейшем было продолжено химиотерапевтическое лечение — адъювантная полихимиотерапия по схеме FLOT, но в 2023 г. произошло прогрессирование заболевания — метастазирование опухоли в левый яичник. Продолжена полихимиотерапия — 6 курсов по схеме FOLFIRI+рамуцирумаб, в результате чего развились токсичность, нейтропения. В сентябре 2023 г. проведено 8 курсов De Gramon+рамуцирумаб. В дальнейшем отмечено прогрессирование, продолженный рост опухоли желудка от августа 2024 г., по данным биопсии — гистологически низкодифференцированная аденокарцинома с перстневидными клетками. Проведена монохимиотерапия — 4 курса паклитаксел — в сентябре-ноябре 2024 г. Пациентка признана паллиативной (рис. 1).

Рис. 1. Рентгенограмма (а) и компьютерная томограмма (б) пациентки Б. перед повторной операцией.

а — грудная клетка и брюшная полость в прямой проекции: стрелкой указано супрастенотическое расширение пищевода над рецидивом опухоли; б — стрелкой указан стент в нижнегрудном отделе пищевода.

В марте 2025 г. пациентке выполнены эзофагогастрэктомия с пластикой пищевода левой половиной ободочной кишки, левосторонняя аднексэктомия, еюностомия (рис. 2).

Рис. 2. Формирование неоэзофагуса из левых отделов толстой кишки (а) и удаленный макропрепарат (б). Интраоперационное фото.

Нами выбрана эта пациентка для оценки влияния нутритивной поддержки на лимфогемопоэз на примере основных субпопуляций лимфоцитов после оперативного вмешательства (табл. 9).

Таблица 9. Условия и результат лечения пациентки Б., 34 лет

По результатам иммунологического исследования выявлена сенсибилизация состояния организма. Уровень общего IgE до нутритивной поддержки составлял 195 МЕ/мл, что может быть связано как с воспалительным характером (сосудистая аллергическая реакция), так и с распадом клеток, когда образуются модифицированные антигены опухолевых клеток и тканей, окружающих опухолевый очаг.

После приема нутритивного препарата сенсибилизация значительно снизилась. Уровень IgE составлял 154 МЕ/мл, т.е. 21,03%. После операции эта величина осталась практически прежней — 23,08%. Это свидетельствует, что нутритивная поддержка снижает сенсибилизацию организма за счет уменьшения воспалительной реакции и антигенной нагрузки распадающихся опухолевых клеток, окружающих опухоли клеток и удаления новообразования.

До начала нутритивной поддержки выявлены существенные изменения в содержании лимфоцитов, B- и T-клеточном иммунитете как в относительных, так и особенно в абсолютных значениях, а также их функции, что характерно для выраженного, длительно продолжающегося развития онкологического процесса, локализованного в ЖКТ, в частности в желудке или пищеводе. Так, количество лимфоцитов в 1 мкл составляло 800 кл. при референсных значениях 1180—3740 кл/мкл, среднее значение которого может составлять 2460 кл/мкл, а у пациентки наблюдалось снижение в 3,1 раза.

После назначения нутритивной поддержки этот показатель увеличился в 2,15 раза, а после операции снизился (1190 кл/мкл) по сравнению с таковым после окончания нутритивной поддержки на 30,81%, т.е. практически на ¹/₃. Это связано с тяжелой операционной травмой, длительным наркозом и кровопотерей. Следует отметить, что данный показатель был ощутимо выше (1190 кл/мкл), чем до нутритивной поддержки (800 кл/мкл). Следовательно положительный эффект в значительной степени сохранился после обширного травматического хирургического вмешательства и кровопотери. Указанный положительный эффект распространялся и на количественные показатели различных субпопуляций T-лимфоцитов, B-клеток и естественных киллерных клеток и их функцию.

Нутритивная поддержка значительно стимулировала лимфопоэз и увеличивала количество T-лимфоцитов (CD3+), T-хелперов CD3+CD4+, T-цитотоксических CD3+CD8+. За счет увеличения соотношения T-цитотоксических клеток снижалось отношение T-хелперов/T-цитотоксических (CD4+CD8+). Количество B-лимфоцитов CD19+ увеличилось с 38 до 69 кл/мкл. Значительно повышался цитотоксический эффект за счет как ЕКК (CD3–CD16+CD56+), так и Т-ЕК (CD3+CD16+CD56+; см. табл. 9). Отмечено и увеличение активированных B-лимфоцитов+ЕКК (CD3+HLADR+). Одновременно произошло десятикратное снижение активированных T-лимфоцитов (CD3+HLADR+), что, вероятно, связано с выраженным деструктивным влиянием на опухолевые клетки.

Обсуждение

Для оценки нутритивного дефицита на разных этапах лечебного процесса мы использовали следующие лабораторные маркеры.

Сывороточный альбумин и количество лимфоцитов — два показателя, отражающие риск недостаточности питания. В современных исследованиях продолжается использование альбумина в качестве важного диагностического маркера, исходя из значений альбумина и количества лимфоцитов рассчитывается PNI «прогностический индекс питания» [10, 11]. Этот индекс используется для оценки прогноза онкологических заболеваний: альбумин отражает состояние питания, а количество лимфоцитов — иммунный статус [10, 11]. Некоторые современные исследования ставят под вопрос связь сывороточного альбумина с нутритивным статусом пациента, связывая его низкий уровень скорее с тяжестью основного заболевания и воспаления [12, 13]. Однако имеются достоверные данные, подтверждающие корреляцию между гипоальбуминемией, маркерами воспаления (C-реактивный белок, абсолютное число лимфоцитов) и повышенным риском недостаточности питания, что также служило предиктором смерти [13—15]. Стоит отметить, что воспаление, вызванное основным заболеванием или старением, является важным этиологическим фактором развития недоедания [13, 15, 16]. Исходя из этих неоднозначных данных, нельзя оценивать нутритивный дефицит только по уровню альбумина, необходимо комплексно подходить к вопросу и рассматривать другие маркеры [17].

Общий белок — еще один маркер недостаточности питания, его использование дает более точные результаты, так как на него не влияет острый стресс, вызванный заболеванием [15]. Отечественное энтеральное питание обеспечивает повышение уровня общего белка и альбумина в крови у пациентов перед выпиской на 15,3 и 16,4% соответственно по сравнению с исходным уровнем, тогда как импортное питание способствовало не такому выраженному подъему этих показателей: увеличение уровня общего белка в крови на 11,8% и альбумина в крови на 9,6%. Несмотря на то что в обеих группах удалось достичь желаемого уровня общего белка, альбумина, в группе ЛЕОВИТ ONCO нам потребовалось меньше усилий в отношении применения парентерального питания, ферментативной коррекции профузных поносов, проявляющихся при гемодинамически значимом снижении объема циркулирующей крови, дополнительных инфузий альбумина и аминокислот, особенно у пациентов с ИМТ <18 кг/м².

Трансферрин — белок крови и главный переносчик железа, который синтезируется в печени, используется при оценке питания в качестве маркера, отражающего прогрессирование и тяжесть заболевания [17—20]. В условиях хронического воспаления высокие уровни интерлейкина-6 и фактора некроза опухоли стимулируют синтез гепсидина в печени, который снижает уровень железа в плазме, что, соответственно, отражается и на уровне трансферрина [18, 19]. Трансферрин также является отрицательным белком острой фазы воспаления, т.е. его концентрация в период острого воспаления снижается [19]. Из-за своего короткого периода полураспада трансферрин считается достоверным показателем эффективности коррекции нутритивного дефицита [20]. Уровень трансферрина в крови, главного белка-переносчика железа в плазме крови, на фоне приема пациентами отечественного лечебного питания перед выпиской повысился на 74%, тогда как при приеме импортного питания его повышение было не таким значительным — на 48%.

Тяжесть белково-энергетической недостаточности может быть оценена также по состоянию иммунной системы — уменьшение абсолютного числа лимфоцитов крови может характеризовать выраженность супрессии иммунной системы [1]. Иммунологическая анергия развивается при уровне альбумина в сыворотке крови <30 г/л и при массе тела <85% от идеальной, что связано с влиянием ряда состояний на организм: злокачественных новообразований, сепсиса, тяжелой операционной травмы, инфекционных заболеваний [1].

Мы также хотели оценить изменения функций иммунной системы и проанализировать реакцию организма на достаточную нутритивную поддержку. Для этого мы использовали системные иммуновоспалительные маркеры.

В качестве диагностики и прогнозирования многочисленных злокачественных опухолей наиболее экономичными и легко исполнимыми биомаркерами считаются индексы: нейтрофильно-лимфоцитарный (NLR), моноцитарно-лимфоцитарный (MLR) и тромбоцитарно-лимфоцитарный (PLR) [21—23]. На NLR меньше влияют физиологические, патологические и физические факторы, он имеет большую стабильность и больше преимуществ перед другими лейкоцитарными параметрами [22]. NLR отражает баланс между опухолевым воспалительным и антиопухолевым иммунным статусами. Повышенный NLR, отражающий воспаление и/или снижение иммунной реакции, связан с неблагоприятным прогнозом при различных онкологических заболеваниях [22, 24]. NLR у пациентов, получающих лечебное энтеральное питание ЛЕОВИТ ONCO, был ниже, чем у пациентов, получающих импортное энтеральное питание. Более высокие значения NLR коррелируют со снижением выживаемости больных с онкологическими заболеваниями ЖКТ [25, 26].

PLR по своей сути отражает тот же баланс между опухолевым воздействием и защитой иммунной системы. Тромбоцитоз связан с неблагоприятным прогнозом, так как тромбоциты участвуют в развитии и прогрессировании опухоли [22, 24, 27]. Значения этого показателя в обеих группах приближались к нормальным.

MLR связан с неблагоприятным прогнозом при раке пищевода и желудка, так как моноциты способствуют ангиогенезу, канцерогенезу и подавляют противораковые иммунные реакции хозяина [22, 23, 28]. К моменту выписки у пациентов, получающих отечественное энтеральное питание, MLR составил 3,83, а у пациентов, получающих импортное энтеральное питание, был в 1,9 раза ниже и составил 2,04. Известно, что чем ниже MLR, тем более выражена лимфопения, обусловленная снижением иммунитета [29].

Достаточный уровень нутритивной поддержки необходим для поддержания и регуляции иммунных функций и иммунорепаративных процессов.

Кроме того, у всех пациентов при госпитализации и перед выпиской рассчитывали массу тела и ИМТ для оценки в динамике. ИМТ является ключевым антропометрическим показателем и позволяет установить и классифицировать состояние питания пациентов; кроме того, выявлена его связь с риском летального исхода [16, 30—32]. ИМТ является эталоном для анализа и включен в большинство инструментов для оценки питания [15, 16]. ИМТ пациентов к окончанию исследования в обеих группах нормализовался.

Важно отметить, что у пациентов, получающих отечественное лечебное энтеральное питание, не выявлены признаки непереносимости и аллергические реакции; пациенты не отказывались от приема продукта и выпивали порцию целиком; опорожнение кишечника происходило регулярно, количество каловых масс было умеренным, они имели мягкую консистенцию и оформленный вид. Таким образом, исследование показало, что применение для нутритивной поддержки отечественного энтерального питания имеет более высокую экономическую, а по некоторым основным показателям и клиническую эффективность. В связи с этим можно сделать вывод, что в целях импортозамещения лечебным энтеральным питанием ЛЕОВИТ ONCO можно заменить энтеральные продукты импортного производства.

Заключение

Операции на пищеводе и желудке являются крайне инвазивными вмешательствами, выполняемыми онкологическим пациентам. Это исследование показало, что пероральное и зондовое энтеральное питание улучшает нутритивный статус и общий прогноз у пациентов, однако начинать нутритивную поддержку следует за 14—20 дней до операции, так как результаты операции и течение раннего послеоперационного периода во многом зависят от исходного соматического и нутритивного статуса пациента. На результаты лечения также влияет рационально сбалансированный состав питательных смесей, которые в просвете кишечника стимулируют высвобождение каскада нейроэндокринных пептидов/аминов из клеток желудочно-кишечного тракта. Последние регулируют его перистальтику, секрецию ферментов и желчных кислот, абсорбцию питательных веществ, воды и электролитов, пролиферацию клеток кишечника, местную иммунную защиту и аппетит.

Настоящее исследование по сравнительной оценке эффективности отечественных и импортных смесей для энтерального питания демонстрирует сопоставимую, а по некоторым основным показателям и более высокую эффективность отечественных продуктов энтерального питания в периоперационном периоде у онкологических пациентов с нарушениями нутритивного статуса.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.