Совокупность предикторов риска и семиотики коронарных артерий с объемом хирургической и эндоваскулярной реваскуляризации миокарда у больных моложе 35—40 лет с острым коронарным синдромом и стабильной стенокардией

Популяцию с ишемической болезнью сердца (ИБС) моложе 30—40 лет характеризует полиморфный генез острого коронарного синдрома (ОКС), обусловленный спектром предикторов риска и спецификой поражения коронарных артерий (КА), отличным от пациентов старших возрастных групп [4, 7, 11, 13—15, 20, 21, 26, 28, 31, 32, 34].

Демография ИБС и архитектоника поражения КА у больных ≤40 лет и младше чаще представлены анализом групп ОКС, реже — всей молодой популяции ИБС, без дифференциации их совокупности в группах ОКС и стабильной стенокардии. Мало изучена ангиографическая семиотика КА в возрастных группах больных ИБС 30 лет и моложе, 30—35 лет и 35—40 лет [4, 5, 7, 8, 11, 13, 15, 18, 19, 22, 23, 25, 27, 29, 31]. В то же время профиль риска и характер поражения КА в этих подгруппах определяют:

— превалирование частоты ОКС либо стабильной стенокардии в зависимости от возрастного ценза молодых больных;

— выбор тактики, удельное соотношение и объем эндоваскулярной/хирургической реваскуляризации миокарда;

— отдаленные исходы стентирования КА (СКА)/коронарного шунтирования (КШ): выживаемость и сохранность хороших результатов, частоту рецидива инфаркта миокарда (ИМ)/стенокардии и необходимость повторной реваскуляризации [1, 2, 5, 6, 8, 9, 12, 15, 16—19, 21, 23, 24, 27, 29, 33—35].

Цель работы — систематизация вариантов поражения КА и предикторов ИБС с удельным соотношением и объемами КШ/СКА в группах больных 35—40 лет и моложе с ОКС и стабильной стенокардией.

Клинический профиль и варианты поражения КА представлены у 126 больных ИБС в возрасте 27—40 лет (38,5±0,3 года), включая 19 (15,1%) пациентов 35 лет и моложе (32,5±0,6 года). В анализируемую серию включены больные, находившиеся на лечении в «НЦХ им. М.А. Топчибашева» и Центральной больнице нефтяников по январь 2015 г. Выполнено СКА/КШ 71 больному в «НЦХ им. М.А. Топчибашева» и 55 больным, оперированным в Центральной больнице нефтяников.

В данной группе 121 (96%) пациент мужского пола и 5 (4%) женщин, средний возраст 38—39 лет. С клиникой стабильной стенокардии госпитализирован 81 (64,3%) больной, из них 49 (60,5%) — с одним/двумя ИМ в анамнезе. Госпитализированы с ОКС 45 (35,7%) больных: 30  — с нестабильной стенокардией, 13 — с острым инфарктом STEMI, 2 — с инфарктом NSTEMI. Из 30 больных с нестабильной стенокардией у 17 (56,7%) имелся ИМ в анамнезе.

Общий профиль риска был представлен: ИМ в анамнезе — 66 (52,4%) больных; курение (более 1 пачки/день)  — 34 (27%); семейный анамнез ИБС — 13 (10,3%); артериальная гипертония — 21 (16,7%); впервые выявленный сахарный диабет — 6 (4,8%); туберкулез легких в анамнезе — 1 (0,8%). Индекс массы тела (ИМТ) 25—30 кг/м² (избыточная масса тела) констатирован у 33 (26,2%) больных; ожирение (ИМТ>30 кг/м²) — у 18 (14,3%). По данным ЭхоКГ: фракция выброса (ФВ) левого желудочка (ЛЖ) 40% и более выявлена у 22 (17,5%) больных, включая 11 — с ФВ 35% и менее; дисфункция митрального клапана (МК) III—IV степени — у 8 (6,3%) больных; постинфарктная аневризма ЛЖ — у 15 (11,9%) больных (табл. 1).

Госпитализированы первично 114 (90,5%) больных, 12 (9,5%) — повторно, с рецидивом стенокардии после ранее выполненной реваскуляризации миокарда. Поступили через 5—48 мес после СКА 11 пациентов, из них 6 (54,5%) — до истечения года после имплантации стентов; 1 (40 лет) — с нестабильной стенокардией, через 4 года после КШ, выполненного в 36-летнем возрасте. Поступили с нестабильной стенокардией 7 повторных больных, 5 — со стабильной. Стеноз стентов верифицирован у 8 пациентов, окклюзия — у 3.

Нарушений ритма и нестабильной гемодинамики/шока «door to PCI/ door to CABG» у больных данной серии не наблюдали. Ангиографическую семиотику КА оценивали с учетом числа пораженных КА, степени их сужения и характера поражения (дискретное/диффузное/тотальная окклюзия). Умеренным стенозом считали сужение ствола левой КА (ЛКА) до 30—49%; просветов передней межжелудочковой артерии (ПМЖВ), огибающей ветви (ОВ) ЛКА и правой КА (ПКА) до 50—69%; критическим стенозом — визуализацию 50% и более сужения ствола ЛКА и 70% и более — просвета основных КА и их крупных ветвей. Окклюзией К.А. определяли при отсутствии антероградного контрастирования (TIMI-«0»). Верификацию бляшек и аномалий КА, ответственных за клинический симптомокомплекс ИБС, расценивали компрометацией К.А. Поражение К.А. оценивали по сегментам: ствол ЛКА; проксимальный, средний, дистальный сегменты ПМЖВ и крупные диагональные ветви; ОВ ЛКА и ветвь тупого края; ПКА и заднюю межжелудочковую артерию.

Реваскуляризация миокарда проведена 113 (89,7%) больным, из них 43 (38%) — по поводу ОКС, 70 (62%) — стабильной стенокардии. От вмешательства отказались 13 пациентов.

Эндоваскулярная реваскуляризация выполнена 43 (38%) пациентам с имплантацией 66 (1,53±0,08) стентов, включая 64 — с лекарственным покрытием. СКА по поводу ОКС выполнено 23 (53,5%) больным, 20 (46,5%) — в связи со стабильной стенокардией. СКА выполнено повторно 2 (4,6%) больным: 1 больной (38 лет) со стабильной стенокардией, через 7 лет после первичной имплантации 4 стентов в возрасте 31 года; еще 1 больной (40 лет) с нестабильной стенокардией, через 4 года после трехбраншевого КШ, выполненного в возрасте 36 лет.

КШ выполнено 70 (62%) больным, из них 50 (71,4%) оперированы по поводу стабильной стенокардии, включая 34 (68%) — с ИМ в анамнезе. С ОКС оперированы 20 (28,6%) больных: 18 — с нестабильной стенокардией, из них 12 (60%) — с ИМ в анамнезе; 2 — с острым инфарктом STEMI. Оперированы с ИК 58 (82,9%) пациентов, 12 (17,1%) — на «бьющемся сердце» (OPCAB), без конверсии на И.К. Гибридное К.Ш. выполнено 2 (4%) больным: пациентке 38 лет со стабильной стенокардией, ИМ в анамнезе, ФВ 40% и дисфункцией МК IV степени — аутовенозное шунтирование ОВ ЛКА дополнено аннулопластикой МК кольцом Карпантье, и больному 37 лет со стабильной стенокардией, ИМ в анамнезе, ФВ 39% и аневризмой ЛЖ — реваскуляризация ПМЖВ и ПКА с применением левой внутренней грудной артерии (ЛВГА) и венозного кондуита соответственно дополнена линейной аневризмоэктомией Л.Ж. Полная артериальная реваскуляризация.

ПМЖВ и ОВ ЛКА с помощью ЛВГА и кондуита лучевой артерии (КЛА) соответственно выполнена пациенту 35 лет со стабильной стенокардией и ИМ в анамнезе. В качестве повторной реваскуляризации в сроки 5—48 мес после СКА КШ выполнено 9 (12,9%) больным, из них 5 оперированы менее года после имплантации стентов.

Примененные кондуиты включали: ЛВГА in situ у 95,7% оперированных больных, аутовенозные кондуиты — у 81,4%, КЛА — у 11,4%. Детальный анализ результатов КШ данной серии представлен нами ранее [3].

Совокупность предикторов риска и вариантов семиотики КА с соотношением и объемом КШ/СКА анализировали раздельно в группах ОКС и стабильной стенокардии. Статистическая обработка проведена с применением программы Excel. Цифровые данные обработаны методом вариационной статистики. Разницу вариационных рядов оценивали t-критерием Стьюдента. При сравнении и вероятностной оценке различий групп с малым (<30) числом вариантов применяли W-критерий Уайта. Для оценки тесноты связи качественных признаков в группах применяли корреляционный анализ; в дихотомных ситуациях  — тетрахорический χ² — критерий согласия Пирсона. Вычисляли отношение шансов (ОШ), 95% доверительный интервал (ДИ), степень влияния факторов (СВФ).

В общем спектре предикторов риска анализируемой серии молодых больных ИБС доминировали: перенесенный ИМ в анамнезе — 52,4%, активное курение — 27% и избыточная масса тела (ИМТ 25—30 кг/м²) — 26,2%. Далее, по частоте встречаемости: артериальная гипертония (АГ) — 16,7%, ожирение (ИМТ>30 кг/м²) — 14,3% и отягощенный семейный анамнез ИБС — 10,3% пациентов. Первично выявленный сахарный диабет отмечен у 4,8% молодых больных. Проявления дисфункции ЛЖ были представлены: ФВ ЛЖ 40% и менее — 22 (17,5%) больных, из них у 11 — ФВ составляла 35—40%, у 11 —35% и менее; постинфарктной аневризмой ЛЖ — у 15 (11,9%) больных, ишемической дисфункцией МК III—IV степени — у 8 (6,3%).

Межгрупповой анализ показал, что молодые больные с ОКС отличались от группы стабильной стенокардии почти двукратным превалированием пациентов 35 лет и моложе (20 и 12,3% соответственно); меньшей частотой ИМ в анамнезе (37,8 и 60,5%); избыточная масса тела (20 и 29,6%); ожирения (11,1 и 16%) и отягощенного семейного анамнеза ИБС (6,7 и 12,3%). В то же время в группе ОКС доминировали больные АГ (24,4 и 12,3% соответственно). Количество активно курящих (28,9 и 25,9% соответственно) и больных с сахарным диабетом (4,4 и 4,9%) в группах ОКС и стабильной стенокардии существенно не отличалось (см. табл. 1).

Несмотря на меньшую частоту ИМ в анамнезе у пациентов с ОКС, эта группа отличалась от больных со стабильной стенокардией двукратно бóльшей частотой дисфункции МК III—IV степени (8,9 и 4,9% соответственно), ФВ ЛЖ 35% и менее (13,3 и 6,2%) и рецидивами стенокардии после ранее перенесенной реваскуляризации у 7 (15,5%) и 5 (6,2%) больных соответственно. Количество больных с постинфарктной аневризмой ЛЖ в группах ОКС и стабильной стенокардии было идентичным (11,1 и 12,3% соответственно) (см. табл. 1).

Молодые больные со стабильной стенокардией отличались от пациентов группы ОКС двукратно бóльшей частотой ИМ в анамнезе (60,5 и 37,8% соответственно); отягощенным семейным анамнезом ИБС (12,3 и 6,7%) и ФВ ЛЖ 35—40% (11,1 и 4,4%). Отличие группы стабильной стенокардии от группы ОКС дополняло превалирование избыточного веса у 29,6 и 20% пациентов, ожирения — у 16 и 11,1% соответственно.

Ангиографическая семиотика КА 126 молодых больных ИБС была представлена преимущественным поражением 1—2 КА у 83 (65,9%) пациентов, составляя 36,5 и 29,4% соответственно, поражением 3 КА и более — у 43 (34,1%) пациентов. Из 46 больных с поражением одной КА, 13 (28,3%) были в возрасте 27—35 лет (31,5±0,6 года).

Бассейны поражения включали: ПКА — у 68 (54%) больных, ПМЖВ — у 105 (83,3%), ОВ ЛКА — у 63 (50%), стеноз ствола ЛКА — у 7 (5,5%). Характер поражения КА представлен дискретным стенозом, как правило, проксимального, реже — среднего сегментов КА — у 97,1% пациентов; диффузным поражением — у 4,8%, тотальной окклюзией КА — у 10,3%. Диффузным поражением отличалась, как правило, ПМЖВ; тотальной окклюзией — ПКА; в единичных случаях ОВ ЛКА, и 2 из 7 больных с поражением ствола ЛКА. У 7 (5,5%) больных визуализированы интактные просветы КА, включая 5 — с аномалиями КА, 2 — с необструктивными бляшками ПКА и ПМЖВ соответственно.

Врожденные аномалии КА верифицированы у 7 (5,5%) пациентов. «Расщепление» ПКА («split» RCA) выявлено у 2 больных: у пациента 29 лет с острым инфарктом STEMI задней локализации и сопутствующей эктазией среднего сегмента ПМЖВ; у больного 31 года с клиникой стабильной стенокардии, обусловленной феноменом «low-flow» syndrome ПКА.

Прохождение ПМЖВ под мышечным «мостиком» фиксировано у 4 больных со стабильной стенокардией, из них у 3 — с интактным просветом КА, и у больного 40 лет с сопутствующим 90% стенозом проксимального сегмента ПМЖВ и 70% стенозом среднего сегмента ПКА. Аневризмы проксимального и дистального сегментов ПКА (7,5 и 6 мм соответственно) с 90% стенозом среднего сегмента ПМЖВ выявлены у больного 37 лет со стабильной стенокардией.

Межгрупповой анализ показал, что молодые больные с ОКС отличались от группы стабильной стенокардии преимущественным поражением одной КА (46,7 и 30,9% соответственно) и двукратно меньшей частотой поражения 3 КА и более (22,7 и 40,7%). Топика коронарного поражения у больных ОКС была представлена меньшим, нежели в группе стабильной стенокардии, вовлечением бассейнов ПКА (45,4 и 59,3% соответственно), ПМЖВ (72,7 и 90,1%) и ОВ ЛКА (40,9 и 55,5%), но превалированием стеноза ствола ЛКА (6,7 и 4,9%).

Особенностью молодых больных со стабильной стенокардией являлась доминирующая частота компрометации всех 3 коронарных бассейнов, наряду с двукратно бóльшей частотой поражения 3 КА, нежели в группе ОКС (40,7 и 22,2% соответственно) (см. табл. 1).

Поражение одной КА наиболее часто отмечалось в группе больных 35 лет и моложе (32,5±0,6 года). Поступили с ОКС 9 из 19 больных, из них 2 — с перенесенным ИМ в анамнезе; 10 больных — со стабильной стенокардией, включая 5 — с ИМ в анамнезе. Из 19 больных 35 лет и моложе, поражение одной КА верифицировано у 13 (68,4%) пациентов, включая: 6 — с клиникой ОКС, из них 2 — с ИМ в анамнезе; 7 — со стабильной стенокардией, из них 5 — с ИМ в анамнезе. Бассейны поражения включали: ПКА у 4 больных, ПМЖВ — у 7, ствол ЛКА — у 2. У 2 из 4 пациентов с поражением ПКА клиника ИБС была обусловлена расщеплением ПКА. У 2 из 7 больных с изолированным поражением ПМЖВ клиника стабильной стенокардии была обусловлена прохождением КА под мышечным «мостиком». Структура поражения КА у 9 из 13 больных 35 лет и моложе была представлена дискретным стенозом у 4 больных; тотальной окклюзией КА — у 5 больных: ПМЖВ — у 3, ствола ЛКА — у 2. У 4 больных 35 лет и моложе с аномалиями КА визуализирован интактный просвет сосудов.

Анализ совокупности предикторов риска ИБС и характера поражения КА у молодых больных ОКС и стабильной стенокардией показал, что 42,1% пациентов с поражением одной КА отличались превалированием одного независимого фактора риска, преимущественно в группе ОКС. Так, доминирование одного предиктора риска у больных ОКС и стабильной стенокардии отмечено в 66,7 и 30,8% соответственно, составляя более 2:1; тогда как 69,2% больных 40 лет и моложе со стабильной стенокардией отличались доминированием 2 предикторов риска и более (p<0,05).

Основываясь на характере поражения КА и варианте ИБС, нами анализировано удельное соотношение и объем СКА и КШ у 43 больных ОКС и 70 — со стабильной стенокардией (табл. 2 и 3).

Общая частота СКА и КШ у 113 больных 35—40 лет и моложе составила 38,05 и 61,9% соответственно в соотношении 0,61:1. Бóльшая частота эндоваскулярной реваскуляризации в группе ОКС и меньшая — в группе стабильной стенокардии отражали превалирование дискретного поражения 1—2 КА в группе ОКС и доминирование многососудистого (3 КА и более) и диффузного поражения КА в группе стабильной стенокардии. Из 43 больных с ОКС имплантация стентов и КШ выполнены у 23 (53,5%) и 20 (46,5%) соответственно в соотношении 1,15:1; тогда как в группе 70 молодых больных со стабильной стенокардией, СКА и КШ выполнены у 20 (28,6%) и 50 (71,4%) пациентов в соотношении 0,4:1 соответственно.

Из 43 больных с ОКС и 70 — со стабильной стенокардией СКА выполнено 23 (53,5%) и 20 (28,6%) больным соответственно, различаясь между группами по бассейнам стентирования, количеству имплантатов и стентированных КА (см. табл. 2). Больным в группах ОКС и стабильной стенокардии имплантированы 1,22±0,05 (всего 28) и 1,9±0,2 (всего 38) стентов соответственно, отражая:

— превалирование поражения одной КА в группе ОКС, нежели при стабильной стенокардии (78,3 и 55% соответственно);

— высокую частоту поражения 2 КА в группе стабильной стенокардии, нежели ОКС — 45 и 13% соответственно.

Из общего числа 66 стентов, 28 (42,4%) имплантированы в ПМЖВ, 25 (37,9%) — в ПКА, 11 (16,7%) — в ОВ ЛКА; 2 (3%) больным выполнено стентирование ствола ЛКА. Стентирование одной КА выполнено у 29 (67,4%) пациентов; 2 КА — у 11 (25,6%); 3 КА — у 3 (7%) больных, включая стентирование ствола ЛКА — у 2.

Группы ОКС и стабильной стенокардии существенно различались по топике бассейнов стентирования, количеству стентированных КА и имплантатов. Группа ОКС отличалась от группы стабильной стенокардии большей частотой стентирования 1 КА (78,3 и 55% соответственно), и меньшей — стентирования 2 КА (13 и 45%, соответственно). В группах ОКС и стабильной стенокардии в ПКА были имплантированы 12 (52,2%) и 13 (65%) стентов соответственно; в ПМЖВ — 10 (43,5%) и 18 (90%), в ОВ ЛКА — 5 (21,7%) и 6 (30%) стентов соответственно. В группе ОКС пациенту 29 лет с инфарктом STEMI задней локализации, обусловленным «расщепленной» ПКА, выполнено стентирование обоих стволов ПКА. Стентирование ствола ЛКА по поводу тотальной окклюзии, с одномоментной имплантацией дополнительно 2 стентов в проксимальный и средний сегменты ПМЖВ выполнено больному 31 года с нестабильной стенокардией и ИМ в анамнезе.

Доминирующими бассейнами стентирования в группе ОКС являлись: ПКА — в 43,5%, ПМЖВ — в 34,8% и ОВ ЛКА — в 17,4%. В группе стабильной стенокардии у 75% больных превалирующим бассейном стентирования являлась ПМЖВ, у 40% — ПКА, у 25% — бассейн ОВ ЛКА (см. табл. 2).

Повторное СКА выполнено 2 больным. Первому пациенту, 38 лет, со стабильной стенокардией, перенесшему ИМ в 19 лет, были имплантированы 3 стента в ПКА, спустя 8 лет после первичной имплантации 4 стентов в ПКА и 1  — в ОВ ЛКА. Второму больному, 40 лет, с нестабильной стенокардией, через 4 года после КШ (с верифицированной, при КГ, проходимостью всех 3 кондуитов на ПМЖВ, диагональной ветви и ветви тупого края), имплантировано два стента в ПКА, ввиду ее тотальной окклюзии.

КШ выполнено у 70 (61,9%) больных 40 лет и моложе, включая 9 (12,9%) 35 лет и моложе. Оперированы с ИК 58 (82,9%) пациентов, 12 (17,1%) — OPCAB. Общее соотношение КШ/ СКА у 113 молодых больных составило 1,63:1, с меньшим удельным соотношением в группе ОКС, нежели стабильной стенокардии. Так, из 43 больных ОКС, КШ и СКА были выполнены 20 (46,5%) и 23 (53,5%) больным в соотношении 0,9:1 соответственно; тогда как из 70 пациентов со стабильной стенокардией КШ и СКА выполнены у 50 (71,4%) и 20 (28,6%) в соотношении 2,5:1 соответственно.

Из 70 оперированных больных у 50 (71,4%) КШ выполнено по поводу стабильной стенокардии, у 20 (28,6%)  — ОКС в соотношении между группами 2,5:1 соответственно (см. табл. 3).

Высокий удельный вес и объем КШ в группе стабильной стенокардии отражали превалирующую частоту поражения 2—3 КА и необходимость реваскуляризации всех 3 коронарных бассейнов, нежели в группе ОКС. Так, поражение 2 и 3 КА у оперированных со стабильной стенокардией и ОКС составило 72 и 65%; поражение 1 КА — у 28 и 35% соответственно. Бассейны поражения у оперированных больных со стабильной стенокардией и ОКС были представлены: ПМЖВ — в 98 и 100%, ОВ ЛКА — в 64 и 55%, ПКА — в 60 и 45% соответственно.

Шунтирование 2 КА и более в группах ОКС и стабильной стенокардии выполнено у 65 и 72% оперированных, включая 3 КА — у 40 и 52% больных. При операциях с ИК число дистальных анастомозов в группах ОКС и стабильной стенокардии составило 2,6±0,3 и 2,9±0,1 соответственно. КШ в варианте OPCAB было выполнено с равным числом дистальных анастомозов (1) у 9 больных со стабильной стенокардией и 3 — с ОКС.

В отличие от данных о превалировании ОКС у молодой популяции ИБС [5, 7, 9—11, 20, 22, 26, 27, 29, 30], наша серия представлена доминированием стабильной стенокардии в 64,3% нежели ОКС (35,7%) в соотношении 1,8:1. Отличие структуры ИБС нашей группы обусловлено:

— превалированием больных 35—40 лет в 84,9% с двукратно бóльшей частотой стабильной стенокардии в этой возрастной группе, нежели ОКС: 66,4 и 33,6% соответственно;

— несвоевременным обращением больных с ОКС в кардиохирургические центры. Так, из 126 больных 114 (90,5%) были госпитализированы первично, 12 (9,5%) — повторно, с рецидивом стенокардии в сроки 5—48 мес после реваскуляризации. Первичная госпитализация больных со стабильной стенокардией и ОКС составила 66,7 и 33,3% соответственно, несмотря на ИМ в анамнезе у 60,5 и 37,8% пациентов соответственно. Повторная госпитализация в группах ОКС и стабильной стенокардии составила 15,5 и 6,2% соответственно. Несвоевременное направление/низкая обращаемость самих молодых больных ОКС в специализированный центр обусловлены недостаточной осведомленностью широкого круга врачей о вероятности развития ИБС у лиц 30—40 лет и моложе и психологией молодых людей и членов их семей, ментально исключающих возможность болезни, более характерной для старшего/пожилого возраста.

Демография молодых больных ОКС отличалась от группы стабильной стенокардии превалированием пациентов 35 лет и моложе в 20 и 12,3%; поражения 1 КА в 46,7 и 30,9%: одним независимым предиктором риска в 66,7 и 30,8%, с удельным соотношением 1,63:1, 1,51:1 и 2,2:1 соответственно.

Молодые больные со стабильной стенокардией отличались от сверстников группы ОКС частотой ИМ в анамнезе у 60,5 и 37,8% пациентов; поражением 3 и более КА у 40,7 и 22,7%; доминированием 2—3 факторов риска и более у 69,2 и 30,8% с удельным соотношением 1,6:1, 1,8:1 и 2,2:1 соответственно. Характер поражения КА у 97,1% молодых больных был представлен дискретным стенозом, чаще проксимальных, реже — средних сегментов КА, в 4,8% — диффузным поражением КА, как правило, ПМЖВ, в 10,3% — тотальной окклюзией сосудов, преимущественно ПКА, в единичных наблюдениях — ОВ ЛКА и ствола ЛКА. Кальциноза К.А. в нашей серии не отмечено.

Анализ удельного соотношения и объема КШ/СКА в совокупности с семиотикой КА у молодых больных ОКС и стабильной стенокардией показал, что группу ОКС отличали бóльшая частота, но меньший объем эндоваскулярной реваскуляризации; группу стабильной стенокардии — частота и многобраншевый характер К.Ш. Подобное различие обусловлено доминированием поражения 1 КА в группе ОКС и реваскуляризацией 2—3 коронарных бассейнов в группе стабильной стенокардии. Удельная частота эндоваскулярной реваскуляризации при ОКС и стабильной стенокардии составила 1,15:1, со стентированием 1 КА в 78,3 и 55%; 2 КА — в 13 и 45%; среднем числе имплантатов 1,22±0,5 и 1,9±0,2 соответственно. Удельная частота КШ в группах стабильной стенокардии и ОКС составила 2,5:1, с шунтированием 1 КА у 28 и 35%, 3 КА — у 52 и 40% соответственно.

Конфликт интересов отсутствует.