Сайт издательства «Медиа Сфера»
содержит материалы, предназначенные исключительно для работников здравоохранения. Закрывая это сообщение, Вы подтверждаете, что являетесь дипломированным медицинским работником или студентом медицинского образовательного учреждения.

Абдуллаев Ф.З.

Научный центр хирургии им. М.А. Топчибашева МЗ Азербайджанской Республики, Баку

Махмудов Р.М.

Центральная больница нефтяников Минздрава Азербайджанской Республики, Баку, Азербайджанская Республика

Багиров И.М.

Научный центр хирургии им. М.А. Топчибашева (дир. — акад. Б.А. Агаев) Центральной больницы Нефтяников (дир. — к.м.н. Л.Ф. Сеидбекова) МЗ Азербайджанской Республики, Баку

Аббасов Э.Ф.

Научный центр хирургии им. М.А. Топчибашева

Гейбатов И.Д.

Научный центр хирургии им. М.А. Топчибашева (дир. — акад. Б.А. Агаев) Центральной больницы Нефтяников (дир. — к.м.н. Л.Ф. Сеидбекова) МЗ Азербайджанской Республики, Баку

Шихиева Л.С.

Научный центр хирургии им. М.А. Топчибашева МЗ Азербайджанской Республики, Баку

Казимзаде Н.Дж.

Научный центр хирургии им. М.А. Топчибашева (дир. — акад. Б.А. Агаев) Центральной больницы Нефтяников (дир. — к.м.н. Л.Ф. Сеидбекова) МЗ Азербайджанской Республики, Баку

Совокупность предикторов риска и семиотики коронарных артерий с объемом хирургической и эндоваскулярной реваскуляризации миокарда у больных моложе 35—40 лет с острым коронарным синдромом и стабильной стенокардией

Авторы:

Абдуллаев Ф.З., Махмудов Р.М., Багиров И.М., Аббасов Э.Ф., Гейбатов И.Д., Шихиева Л.С., Казимзаде Н.Дж.

Подробнее об авторах

Журнал: Кардиология и сердечно-сосудистая хирургия. 2016;9(3): 13‑20

Просмотров: 353

Загрузок: 4

Как цитировать:

Абдуллаев Ф.З., Махмудов Р.М., Багиров И.М., Аббасов Э.Ф., Гейбатов И.Д., Шихиева Л.С., Казимзаде Н.Дж. Совокупность предикторов риска и семиотики коронарных артерий с объемом хирургической и эндоваскулярной реваскуляризации миокарда у больных моложе 35—40 лет с острым коронарным синдромом и стабильной стенокардией. Кардиология и сердечно-сосудистая хирургия. 2016;9(3):13‑20.
Abdullaev FZ, Makhmudov RM, Bagirov IM, Abbasov EF, Geybatov ID, Shikhieva LS, Kazimzade NDzh . The complex of risk predictors and coronary artery patterns with volume of surgical and endovascular myocardial revascularization in adults younger 35—40 years with acute coronary syndrome and stable angina. Kardiologiya i Serdechno-Sosudistaya Khirurgiya. 2016;9(3):13‑20. (In Russ.).
https://doi.org/10.17116/kardio20169313-20

?>

Популяцию с ишемической болезнью сердца (ИБС) моложе 30—40 лет характеризует полиморфный генез острого коронарного синдрома (ОКС), обусловленный спектром предикторов риска и спецификой поражения коронарных артерий (КА), отличным от пациентов старших возрастных групп [4, 7, 11, 13—15, 20, 21, 26, 28, 31, 32, 34].

Демография ИБС и архитектоника поражения КА у больных ≤40 лет и младше чаще представлены анализом групп ОКС, реже — всей молодой популяции ИБС, без дифференциации их совокупности в группах ОКС и стабильной стенокардии. Мало изучена ангиографическая семиотика КА в возрастных группах больных ИБС 30 лет и моложе, 30—35 лет и 35—40 лет [4, 5, 7, 8, 11, 13, 15, 18, 19, 22, 23, 25, 27, 29, 31]. В то же время профиль риска и характер поражения КА в этих подгруппах определяют:

— превалирование частоты ОКС либо стабильной стенокардии в зависимости от возрастного ценза молодых больных;

— выбор тактики, удельное соотношение и объем эндоваскулярной/хирургической реваскуляризации миокарда;

— отдаленные исходы стентирования КА (СКА)/коронарного шунтирования (КШ): выживаемость и сохранность хороших результатов, частоту рецидива инфаркта миокарда (ИМ)/стенокардии и необходимость повторной реваскуляризации [1, 2, 5, 6, 8, 9, 12, 15, 16—19, 21, 23, 24, 27, 29, 33—35].

Цель работы — систематизация вариантов поражения КА и предикторов ИБС с удельным соотношением и объемами КШ/СКА в группах больных 35—40 лет и моложе с ОКС и стабильной стенокардией.

Материал и методы

Клинический профиль и варианты поражения КА представлены у 126 больных ИБС в возрасте 27—40 лет (38,5±0,3 года), включая 19 (15,1%) пациентов 35 лет и моложе (32,5±0,6 года). В анализируемую серию включены больные, находившиеся на лечении в «НЦХ им. М.А. Топчибашева» и Центральной больнице нефтяников по январь 2015 г. Выполнено СКА/КШ 71 больному в «НЦХ им. М.А. Топчибашева» и 55 больным, оперированным в Центральной больнице нефтяников.

В данной группе 121 (96%) пациент мужского пола и 5 (4%) женщин, средний возраст 38—39 лет. С клиникой стабильной стенокардии госпитализирован 81 (64,3%) больной, из них 49 (60,5%) — с одним/двумя ИМ в анамнезе. Госпитализированы с ОКС 45 (35,7%) больных: 30  — с нестабильной стенокардией, 13 — с острым инфарктом STEMI, 2 — с инфарктом NSTEMI. Из 30 больных с нестабильной стенокардией у 17 (56,7%) имелся ИМ в анамнезе.

Общий профиль риска был представлен: ИМ в анамнезе — 66 (52,4%) больных; курение (более 1 пачки/день)  — 34 (27%); семейный анамнез ИБС — 13 (10,3%); артериальная гипертония — 21 (16,7%); впервые выявленный сахарный диабет — 6 (4,8%); туберкулез легких в анамнезе — 1 (0,8%). Индекс массы тела (ИМТ) 25—30 кг/м2 (избыточная масса тела) констатирован у 33 (26,2%) больных; ожирение (ИМТ>30 кг/м2) — у 18 (14,3%). По данным ЭхоКГ: фракция выброса (ФВ) левого желудочка (ЛЖ) 40% и более выявлена у 22 (17,5%) больных, включая 11 — с ФВ 35% и менее; дисфункция митрального клапана (МК) III—IV степени — у 8 (6,3%) больных; постинфарктная аневризма ЛЖ — у 15 (11,9%) больных (табл. 1).

Таблица 1. Демография больных ИБС моложе 40 лет, абс. (%) Примечание. ОКС — острый коронарный синдром; ИМТ — индекс массы тела; ИМ — инфаркт миокарда; МК — митральный клапан; КА — коронарная артерия; ПКА — правая КА; ПМЖВ — передняя межжелудочковая ветвь; ОВ ЛКА — огибающая ветвь левой КА; ФВ ЛЖ — фракция выброса левого желудочка; χ2 — тетрахорический показатель связи по Пирсону; р — коэффициент достоверности по Пирсону; ОШ — отношение шансов; 95%ДИ — доверительный интервал; СВФ — средняя величина факторов; 1-р — коэффициент достоверности по Фишеру. Здесь и в табл. 2: * — пациенту 38 лет со стабильной стенокардией, перенесшему ИМ в 19 лет, имплантировано 3 стента в ПКА, спустя 8 лет после первичной имплантации 4 стентов в ПКА и 1— в ОВ ЛКА; ** — больному 40 лет с нестабильной стенокардией имплантировано 2 стента в ПКА, ввиду ее тотальной окклюзии, через 4 года после шунтирования ПМЖВ, диагональной ветви и ветви тупого края, с верифицированной проходимостью всех 3 кондуитов; *** — больному 31 года со стабильной стенокардией и ИМ в анамнезе стентирован ствол ЛКА по поводу тотальной окклюзии, с одномоментной имплантацией двух дополнительных стентов в проксимальный и средний сегменты ПМЖВ.

Госпитализированы первично 114 (90,5%) больных, 12 (9,5%) — повторно, с рецидивом стенокардии после ранее выполненной реваскуляризации миокарда. Поступили через 5—48 мес после СКА 11 пациентов, из них 6 (54,5%) — до истечения года после имплантации стентов; 1 (40 лет) — с нестабильной стенокардией, через 4 года после КШ, выполненного в 36-летнем возрасте. Поступили с нестабильной стенокардией 7 повторных больных, 5 — со стабильной. Стеноз стентов верифицирован у 8 пациентов, окклюзия — у 3.

Нарушений ритма и нестабильной гемодинамики/шока «door to PCI/ door to CABG» у больных данной серии не наблюдали. Ангиографическую семиотику КА оценивали с учетом числа пораженных КА, степени их сужения и характера поражения (дискретное/диффузное/тотальная окклюзия). Умеренным стенозом считали сужение ствола левой КА (ЛКА) до 30—49%; просветов передней межжелудочковой артерии (ПМЖВ), огибающей ветви (ОВ) ЛКА и правой КА (ПКА) до 50—69%; критическим стенозом — визуализацию 50% и более сужения ствола ЛКА и 70% и более — просвета основных КА и их крупных ветвей. Окклюзией К.А. определяли при отсутствии антероградного контрастирования (TIMI-«0»). Верификацию бляшек и аномалий КА, ответственных за клинический симптомокомплекс ИБС, расценивали компрометацией К.А. Поражение К.А. оценивали по сегментам: ствол ЛКА; проксимальный, средний, дистальный сегменты ПМЖВ и крупные диагональные ветви; ОВ ЛКА и ветвь тупого края; ПКА и заднюю межжелудочковую артерию.

Реваскуляризация миокарда проведена 113 (89,7%) больным, из них 43 (38%) — по поводу ОКС, 70 (62%) — стабильной стенокардии. От вмешательства отказались 13 пациентов.

Эндоваскулярная реваскуляризация выполнена 43 (38%) пациентам с имплантацией 66 (1,53±0,08) стентов, включая 64 — с лекарственным покрытием. СКА по поводу ОКС выполнено 23 (53,5%) больным, 20 (46,5%) — в связи со стабильной стенокардией. СКА выполнено повторно 2 (4,6%) больным: 1 больной (38 лет) со стабильной стенокардией, через 7 лет после первичной имплантации 4 стентов в возрасте 31 года; еще 1 больной (40 лет) с нестабильной стенокардией, через 4 года после трехбраншевого КШ, выполненного в возрасте 36 лет.

КШ выполнено 70 (62%) больным, из них 50 (71,4%) оперированы по поводу стабильной стенокардии, включая 34 (68%) — с ИМ в анамнезе. С ОКС оперированы 20 (28,6%) больных: 18 — с нестабильной стенокардией, из них 12 (60%) — с ИМ в анамнезе; 2 — с острым инфарктом STEMI. Оперированы с ИК 58 (82,9%) пациентов, 12 (17,1%) — на «бьющемся сердце» (OPCAB), без конверсии на И.К. Гибридное К.Ш. выполнено 2 (4%) больным: пациентке 38 лет со стабильной стенокардией, ИМ в анамнезе, ФВ 40% и дисфункцией МК IV степени — аутовенозное шунтирование ОВ ЛКА дополнено аннулопластикой МК кольцом Карпантье, и больному 37 лет со стабильной стенокардией, ИМ в анамнезе, ФВ 39% и аневризмой ЛЖ — реваскуляризация ПМЖВ и ПКА с применением левой внутренней грудной артерии (ЛВГА) и венозного кондуита соответственно дополнена линейной аневризмоэктомией Л.Ж. Полная артериальная реваскуляризация.

ПМЖВ и ОВ ЛКА с помощью ЛВГА и кондуита лучевой артерии (КЛА) соответственно выполнена пациенту 35 лет со стабильной стенокардией и ИМ в анамнезе. В качестве повторной реваскуляризации в сроки 5—48 мес после СКА КШ выполнено 9 (12,9%) больным, из них 5 оперированы менее года после имплантации стентов.

Примененные кондуиты включали: ЛВГА in situ у 95,7% оперированных больных, аутовенозные кондуиты — у 81,4%, КЛА — у 11,4%. Детальный анализ результатов КШ данной серии представлен нами ранее [3].

Совокупность предикторов риска и вариантов семиотики КА с соотношением и объемом КШ/СКА анализировали раздельно в группах ОКС и стабильной стенокардии. Статистическая обработка проведена с применением программы Excel. Цифровые данные обработаны методом вариационной статистики. Разницу вариационных рядов оценивали t-критерием Стьюдента. При сравнении и вероятностной оценке различий групп с малым (<30) числом вариантов применяли W-критерий Уайта. Для оценки тесноты связи качественных признаков в группах применяли корреляционный анализ; в дихотомных ситуациях  — тетрахорический χ2 — критерий согласия Пирсона. Вычисляли отношение шансов (ОШ), 95% доверительный интервал (ДИ), степень влияния факторов (СВФ).

Результаты

В общем спектре предикторов риска анализируемой серии молодых больных ИБС доминировали: перенесенный ИМ в анамнезе — 52,4%, активное курение — 27% и избыточная масса тела (ИМТ 25—30 кг/м2) — 26,2%. Далее, по частоте встречаемости: артериальная гипертония (АГ) — 16,7%, ожирение (ИМТ>30 кг/м2) — 14,3% и отягощенный семейный анамнез ИБС — 10,3% пациентов. Первично выявленный сахарный диабет отмечен у 4,8% молодых больных. Проявления дисфункции ЛЖ были представлены: ФВ ЛЖ 40% и менее — 22 (17,5%) больных, из них у 11 — ФВ составляла 35—40%, у 11 —35% и менее; постинфарктной аневризмой ЛЖ — у 15 (11,9%) больных, ишемической дисфункцией МК III—IV степени — у 8 (6,3%).

Межгрупповой анализ показал, что молодые больные с ОКС отличались от группы стабильной стенокардии почти двукратным превалированием пациентов 35 лет и моложе (20 и 12,3% соответственно); меньшей частотой ИМ в анамнезе (37,8 и 60,5%); избыточная масса тела (20 и 29,6%); ожирения (11,1 и 16%) и отягощенного семейного анамнеза ИБС (6,7 и 12,3%). В то же время в группе ОКС доминировали больные АГ (24,4 и 12,3% соответственно). Количество активно курящих (28,9 и 25,9% соответственно) и больных с сахарным диабетом (4,4 и 4,9%) в группах ОКС и стабильной стенокардии существенно не отличалось (см. табл. 1).

Несмотря на меньшую частоту ИМ в анамнезе у пациентов с ОКС, эта группа отличалась от больных со стабильной стенокардией двукратно бóльшей частотой дисфункции МК III—IV степени (8,9 и 4,9% соответственно), ФВ ЛЖ 35% и менее (13,3 и 6,2%) и рецидивами стенокардии после ранее перенесенной реваскуляризации у 7 (15,5%) и 5 (6,2%) больных соответственно. Количество больных с постинфарктной аневризмой ЛЖ в группах ОКС и стабильной стенокардии было идентичным (11,1 и 12,3% соответственно) (см. табл. 1).

Молодые больные со стабильной стенокардией отличались от пациентов группы ОКС двукратно бóльшей частотой ИМ в анамнезе (60,5 и 37,8% соответственно); отягощенным семейным анамнезом ИБС (12,3 и 6,7%) и ФВ ЛЖ 35—40% (11,1 и 4,4%). Отличие группы стабильной стенокардии от группы ОКС дополняло превалирование избыточного веса у 29,6 и 20% пациентов, ожирения — у 16 и 11,1% соответственно.

Ангиографическая семиотика КА 126 молодых больных ИБС была представлена преимущественным поражением 1—2 КА у 83 (65,9%) пациентов, составляя 36,5 и 29,4% соответственно, поражением 3 КА и более — у 43 (34,1%) пациентов. Из 46 больных с поражением одной КА, 13 (28,3%) были в возрасте 27—35 лет (31,5±0,6 года).

Бассейны поражения включали: ПКА — у 68 (54%) больных, ПМЖВ — у 105 (83,3%), ОВ ЛКА — у 63 (50%), стеноз ствола ЛКА — у 7 (5,5%). Характер поражения КА представлен дискретным стенозом, как правило, проксимального, реже — среднего сегментов КА — у 97,1% пациентов; диффузным поражением — у 4,8%, тотальной окклюзией КА — у 10,3%. Диффузным поражением отличалась, как правило, ПМЖВ; тотальной окклюзией — ПКА; в единичных случаях ОВ ЛКА, и 2 из 7 больных с поражением ствола ЛКА. У 7 (5,5%) больных визуализированы интактные просветы КА, включая 5 — с аномалиями КА, 2 — с необструктивными бляшками ПКА и ПМЖВ соответственно.

Врожденные аномалии КА верифицированы у 7 (5,5%) пациентов. «Расщепление» ПКА («split» RCA) выявлено у 2 больных: у пациента 29 лет с острым инфарктом STEMI задней локализации и сопутствующей эктазией среднего сегмента ПМЖВ; у больного 31 года с клиникой стабильной стенокардии, обусловленной феноменом «low-flow» syndrome ПКА.

Прохождение ПМЖВ под мышечным «мостиком» фиксировано у 4 больных со стабильной стенокардией, из них у 3 — с интактным просветом КА, и у больного 40 лет с сопутствующим 90% стенозом проксимального сегмента ПМЖВ и 70% стенозом среднего сегмента ПКА. Аневризмы проксимального и дистального сегментов ПКА (7,5 и 6 мм соответственно) с 90% стенозом среднего сегмента ПМЖВ выявлены у больного 37 лет со стабильной стенокардией.

Межгрупповой анализ показал, что молодые больные с ОКС отличались от группы стабильной стенокардии преимущественным поражением одной КА (46,7 и 30,9% соответственно) и двукратно меньшей частотой поражения 3 КА и более (22,7 и 40,7%). Топика коронарного поражения у больных ОКС была представлена меньшим, нежели в группе стабильной стенокардии, вовлечением бассейнов ПКА (45,4 и 59,3% соответственно), ПМЖВ (72,7 и 90,1%) и ОВ ЛКА (40,9 и 55,5%), но превалированием стеноза ствола ЛКА (6,7 и 4,9%).

Особенностью молодых больных со стабильной стенокардией являлась доминирующая частота компрометации всех 3 коронарных бассейнов, наряду с двукратно бóльшей частотой поражения 3 КА, нежели в группе ОКС (40,7 и 22,2% соответственно) (см. табл. 1).

Поражение одной КА наиболее часто отмечалось в группе больных 35 лет и моложе (32,5±0,6 года). Поступили с ОКС 9 из 19 больных, из них 2 — с перенесенным ИМ в анамнезе; 10 больных — со стабильной стенокардией, включая 5 — с ИМ в анамнезе. Из 19 больных 35 лет и моложе, поражение одной КА верифицировано у 13 (68,4%) пациентов, включая: 6 — с клиникой ОКС, из них 2 — с ИМ в анамнезе; 7 — со стабильной стенокардией, из них 5 — с ИМ в анамнезе. Бассейны поражения включали: ПКА у 4 больных, ПМЖВ — у 7, ствол ЛКА — у 2. У 2 из 4 пациентов с поражением ПКА клиника ИБС была обусловлена расщеплением ПКА. У 2 из 7 больных с изолированным поражением ПМЖВ клиника стабильной стенокардии была обусловлена прохождением КА под мышечным «мостиком». Структура поражения КА у 9 из 13 больных 35 лет и моложе была представлена дискретным стенозом у 4 больных; тотальной окклюзией КА — у 5 больных: ПМЖВ — у 3, ствола ЛКА — у 2. У 4 больных 35 лет и моложе с аномалиями КА визуализирован интактный просвет сосудов.

Анализ совокупности предикторов риска ИБС и характера поражения КА у молодых больных ОКС и стабильной стенокардией показал, что 42,1% пациентов с поражением одной КА отличались превалированием одного независимого фактора риска, преимущественно в группе ОКС. Так, доминирование одного предиктора риска у больных ОКС и стабильной стенокардии отмечено в 66,7 и 30,8% соответственно, составляя более 2:1; тогда как 69,2% больных 40 лет и моложе со стабильной стенокардией отличались доминированием 2 предикторов риска и более (p<0,05).

Основываясь на характере поражения КА и варианте ИБС, нами анализировано удельное соотношение и объем СКА и КШ у 43 больных ОКС и 70 — со стабильной стенокардией (табл. 2 и 3).

Таблица 2. Объем эндоваскулярной реваскуляризации миокарда больных ИБС моложе 40 лет (n=43)

Таблица 3. Объем К.Ш. у больных ИБС моложе 40 лет

Общая частота СКА и КШ у 113 больных 35—40 лет и моложе составила 38,05 и 61,9% соответственно в соотношении 0,61:1. Бóльшая частота эндоваскулярной реваскуляризации в группе ОКС и меньшая — в группе стабильной стенокардии отражали превалирование дискретного поражения 1—2 КА в группе ОКС и доминирование многососудистого (3 КА и более) и диффузного поражения КА в группе стабильной стенокардии. Из 43 больных с ОКС имплантация стентов и КШ выполнены у 23 (53,5%) и 20 (46,5%) соответственно в соотношении 1,15:1; тогда как в группе 70 молодых больных со стабильной стенокардией, СКА и КШ выполнены у 20 (28,6%) и 50 (71,4%) пациентов в соотношении 0,4:1 соответственно.

Из 43 больных с ОКС и 70 — со стабильной стенокардией СКА выполнено 23 (53,5%) и 20 (28,6%) больным соответственно, различаясь между группами по бассейнам стентирования, количеству имплантатов и стентированных КА (см. табл. 2). Больным в группах ОКС и стабильной стенокардии имплантированы 1,22±0,05 (всего 28) и 1,9±0,2 (всего 38) стентов соответственно, отражая:

— превалирование поражения одной КА в группе ОКС, нежели при стабильной стенокардии (78,3 и 55% соответственно);

— высокую частоту поражения 2 КА в группе стабильной стенокардии, нежели ОКС — 45 и 13% соответственно.

Из общего числа 66 стентов, 28 (42,4%) имплантированы в ПМЖВ, 25 (37,9%) — в ПКА, 11 (16,7%) — в ОВ ЛКА; 2 (3%) больным выполнено стентирование ствола ЛКА. Стентирование одной КА выполнено у 29 (67,4%) пациентов; 2 КА — у 11 (25,6%); 3 КА — у 3 (7%) больных, включая стентирование ствола ЛКА — у 2.

Группы ОКС и стабильной стенокардии существенно различались по топике бассейнов стентирования, количеству стентированных КА и имплантатов. Группа ОКС отличалась от группы стабильной стенокардии большей частотой стентирования 1 КА (78,3 и 55% соответственно), и меньшей — стентирования 2 КА (13 и 45%, соответственно). В группах ОКС и стабильной стенокардии в ПКА были имплантированы 12 (52,2%) и 13 (65%) стентов соответственно; в ПМЖВ — 10 (43,5%) и 18 (90%), в ОВ ЛКА — 5 (21,7%) и 6 (30%) стентов соответственно. В группе ОКС пациенту 29 лет с инфарктом STEMI задней локализации, обусловленным «расщепленной» ПКА, выполнено стентирование обоих стволов ПКА. Стентирование ствола ЛКА по поводу тотальной окклюзии, с одномоментной имплантацией дополнительно 2 стентов в проксимальный и средний сегменты ПМЖВ выполнено больному 31 года с нестабильной стенокардией и ИМ в анамнезе.

Доминирующими бассейнами стентирования в группе ОКС являлись: ПКА — в 43,5%, ПМЖВ — в 34,8% и ОВ ЛКА — в 17,4%. В группе стабильной стенокардии у 75% больных превалирующим бассейном стентирования являлась ПМЖВ, у 40% — ПКА, у 25% — бассейн ОВ ЛКА (см. табл. 2).

Повторное СКА выполнено 2 больным. Первому пациенту, 38 лет, со стабильной стенокардией, перенесшему ИМ в 19 лет, были имплантированы 3 стента в ПКА, спустя 8 лет после первичной имплантации 4 стентов в ПКА и 1  — в ОВ ЛКА. Второму больному, 40 лет, с нестабильной стенокардией, через 4 года после КШ (с верифицированной, при КГ, проходимостью всех 3 кондуитов на ПМЖВ, диагональной ветви и ветви тупого края), имплантировано два стента в ПКА, ввиду ее тотальной окклюзии.

КШ выполнено у 70 (61,9%) больных 40 лет и моложе, включая 9 (12,9%) 35 лет и моложе. Оперированы с ИК 58 (82,9%) пациентов, 12 (17,1%) — OPCAB. Общее соотношение КШ/ СКА у 113 молодых больных составило 1,63:1, с меньшим удельным соотношением в группе ОКС, нежели стабильной стенокардии. Так, из 43 больных ОКС, КШ и СКА были выполнены 20 (46,5%) и 23 (53,5%) больным в соотношении 0,9:1 соответственно; тогда как из 70 пациентов со стабильной стенокардией КШ и СКА выполнены у 50 (71,4%) и 20 (28,6%) в соотношении 2,5:1 соответственно.

Из 70 оперированных больных у 50 (71,4%) КШ выполнено по поводу стабильной стенокардии, у 20 (28,6%)  — ОКС в соотношении между группами 2,5:1 соответственно (см. табл. 3).

Высокий удельный вес и объем КШ в группе стабильной стенокардии отражали превалирующую частоту поражения 2—3 КА и необходимость реваскуляризации всех 3 коронарных бассейнов, нежели в группе ОКС. Так, поражение 2 и 3 КА у оперированных со стабильной стенокардией и ОКС составило 72 и 65%; поражение 1 КА — у 28 и 35% соответственно. Бассейны поражения у оперированных больных со стабильной стенокардией и ОКС были представлены: ПМЖВ — в 98 и 100%, ОВ ЛКА — в 64 и 55%, ПКА — в 60 и 45% соответственно.

Шунтирование 2 КА и более в группах ОКС и стабильной стенокардии выполнено у 65 и 72% оперированных, включая 3 КА — у 40 и 52% больных. При операциях с ИК число дистальных анастомозов в группах ОКС и стабильной стенокардии составило 2,6±0,3 и 2,9±0,1 соответственно. КШ в варианте OPCAB было выполнено с равным числом дистальных анастомозов (1) у 9 больных со стабильной стенокардией и 3 — с ОКС.

В отличие от данных о превалировании ОКС у молодой популяции ИБС [5, 7, 9—11, 20, 22, 26, 27, 29, 30], наша серия представлена доминированием стабильной стенокардии в 64,3% нежели ОКС (35,7%) в соотношении 1,8:1. Отличие структуры ИБС нашей группы обусловлено:

— превалированием больных 35—40 лет в 84,9% с двукратно бóльшей частотой стабильной стенокардии в этой возрастной группе, нежели ОКС: 66,4 и 33,6% соответственно;

— несвоевременным обращением больных с ОКС в кардиохирургические центры. Так, из 126 больных 114 (90,5%) были госпитализированы первично, 12 (9,5%) — повторно, с рецидивом стенокардии в сроки 5—48 мес после реваскуляризации. Первичная госпитализация больных со стабильной стенокардией и ОКС составила 66,7 и 33,3% соответственно, несмотря на ИМ в анамнезе у 60,5 и 37,8% пациентов соответственно. Повторная госпитализация в группах ОКС и стабильной стенокардии составила 15,5 и 6,2% соответственно. Несвоевременное направление/низкая обращаемость самих молодых больных ОКС в специализированный центр обусловлены недостаточной осведомленностью широкого круга врачей о вероятности развития ИБС у лиц 30—40 лет и моложе и психологией молодых людей и членов их семей, ментально исключающих возможность болезни, более характерной для старшего/пожилого возраста.

Демография молодых больных ОКС отличалась от группы стабильной стенокардии превалированием пациентов 35 лет и моложе в 20 и 12,3%; поражения 1 КА в 46,7 и 30,9%: одним независимым предиктором риска в 66,7 и 30,8%, с удельным соотношением 1,63:1, 1,51:1 и 2,2:1 соответственно.

Молодые больные со стабильной стенокардией отличались от сверстников группы ОКС частотой ИМ в анамнезе у 60,5 и 37,8% пациентов; поражением 3 и более КА у 40,7 и 22,7%; доминированием 2—3 факторов риска и более у 69,2 и 30,8% с удельным соотношением 1,6:1, 1,8:1 и 2,2:1 соответственно. Характер поражения КА у 97,1% молодых больных был представлен дискретным стенозом, чаще проксимальных, реже — средних сегментов КА, в 4,8% — диффузным поражением КА, как правило, ПМЖВ, в 10,3% — тотальной окклюзией сосудов, преимущественно ПКА, в единичных наблюдениях — ОВ ЛКА и ствола ЛКА. Кальциноза К.А. в нашей серии не отмечено.

Анализ удельного соотношения и объема КШ/СКА в совокупности с семиотикой КА у молодых больных ОКС и стабильной стенокардией показал, что группу ОКС отличали бóльшая частота, но меньший объем эндоваскулярной реваскуляризации; группу стабильной стенокардии — частота и многобраншевый характер К.Ш. Подобное различие обусловлено доминированием поражения 1 КА в группе ОКС и реваскуляризацией 2—3 коронарных бассейнов в группе стабильной стенокардии. Удельная частота эндоваскулярной реваскуляризации при ОКС и стабильной стенокардии составила 1,15:1, со стентированием 1 КА в 78,3 и 55%; 2 КА — в 13 и 45%; среднем числе имплантатов 1,22±0,5 и 1,9±0,2 соответственно. Удельная частота КШ в группах стабильной стенокардии и ОКС составила 2,5:1, с шунтированием 1 КА у 28 и 35%, 3 КА — у 52 и 40% соответственно.

Конфликт интересов отсутствует.

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо с ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail