Морфометрическая характеристика плаценты у женщин, перенесших моно- и микствирусную респираторную инфекцию в период беременности

Вирусы парагриппа и гриппа часто доминируют в этиологии респираторных заболеваний [1]. У женщин в период беременности плацента играет важную роль в защите от инфекционных агентов [2, 3]. Однако до настоящего времени не проводилось сопоставления морфологических показателей провизорного органа при обострении парагриппозной и парагриппозно-гриппозной вирусной инфекций во II триместре гестации у женщин, проживающих на территории Амурской области.

Цель исследования — изучить изменения морфометрических показателей плаценты женщин, перенесших моно- и микствирусную респираторную инфекцию (парагрипп 3-го типа и грипп, А (Н3N2) в период беременности.

В родильных домах Благовещенска за 1996—2012 гг. проводили исследование массы и стереометрических параметров плацент, полученных при срочных родах у женщин с неотягощенным течением беременности, а также с обострением во II триместре гестации моно- и микствирусной респираторной инфекции. Были выделены три группы. В 1-ю группу вошли 35 плацент женщин с физиологическим течением беременности, во 2-ю — 35 плацент беременных, перенесших парагрипп 3-го типа с клинической манифестацией в виде острого ларингита во II триместре гестации, а в 3-ю — 35 плацент пациенток, перенесших парагриппозно-гриппозную вирусную инфекцию (парагрипп 3-го типа и грипп, А (Н3N2). Все беременные 2-й и 3-й групп получали идентичную стандартную противовирусную терапию, и частота акушерских осложнений у пациенток во II и III триместрах беременности (угроза невынашивания, анемия, поздний гестоз) была сопоставима.

Диагностику парагриппа 3-го типа и гриппа, А (Н3N2) у беременных проводили с использованием реакции торможения гемагглютинации, позволяющей обнаружить четырехкратный рост титров антител в парных сыворотках крови, полученных у больных при поступлении в стационар и через 12—14 дней (тест-системы ООО «Предприятие по производству диагностических препаратов НИИ гриппа, Санкт-Петербург»), а также с помощью полимеразной цепной реакции на аппарате ДТ-96 с использованием наборов НПО «ДНК-технология» (Москва).

Исследование последа включало анализ массы плаценты, а также изменений плодовой и материнской поверхности органа. Для гистологической верификации из органа вырезали 10—12 кусочков (центральная, парацентральная, периферическая участки плаценты, внеплацентарные оболочки и пупочный канатик) [2]. На гистологических срезах изучали объемную плотность межворсинчатого пространства, стромы ворсин, синцитиотрофобласта, сосудов ворсин, синцитиальных узелков, фибриноида вокруг ворсин, фибриноидных изменений стромы, псевдонекрозов и кальцификатов ворсин. Применяли стереометрический подсчет с пользованием квадратной многоцелевой стереометрической решетки (100-точечной), которую помещали в окуляр микроскопа (увеличение 15×20). Частоту встречаемости этих параметров (в %) рассчитывали на общее количество точек (500 в каждой плаценте).

Морфологический материал фиксировали в 10% нейтральном формалине, обезвоживали в спиртах и заливали в парафин. Для изучения общего плана строения плаценты гистологические препараты окрашивали гематоксилином и эозином.

Статистическую обработку данных проводили при помощи пакета программ Statistica 10.0. Нормальность распределения количественных признаков оценивали по критериям асимметрии, эксцесса, Колмогорова—Смирнова. Ввиду нормальности распределения показателей статистическую значимость их различий в сравниваемых группах определяли с использованием t-критерия Стьюдента. Результаты представлены как M±m. Оценку различий процентов в исследуемых группах осуществляли с помощью углового преобразования Фишера. Для всех видов статистического анализа различия считали статистически достоверными при достигнутом уровне значимости р<0,05 и р_ф<0,05.

У больных 2-й группы в сравнении с 1-й наблюдали повышение массы плаценты до 530,3±12,55 г (в контроле 487,4±11,98 г; р<0,05). Объем интервиллезного пространства возрос до 34,8±1,09%, объем кровеносных сосудов увеличился до 13,1±1,02% преимущественно за счет капилляров терминальных ворсин на фоне снижения доли стромы до 28,1±1,06% и синцитиотрофобласта до 17,7±1,11% (см. таблицу).

Вышеуказанные гистометрические изменения указывали на расширение межворсинчатого пространства в результате дисциркуляторных процессов и полнокровия, а также на деструктивные изменения в синцитии и его десквамацию, приводящую к изменению продукции гормонов и к нарушению обмена метаболитов между организмами матери и плода [4].

У больных 2-й группы в сопоставлении с 1-й возрастал удельный объем симпластических почек до 3,6±0,36% — одного из маркеров активации в плаценте компенсаторно-приспособительных процессов [2]. Более часто наблюдали фибриноидную дистрофию стромы ворсин (2,2±0,21%), при этом отсутствовали различия в обнаружении фибриноида вокруг хориальных ворсин (1,8±0,21%) по сравнению с 1-й группой. Выявляли псевдонекрозы (1,3± 0,10%) и кальцификаты в ворсинах (1,1± 0,15%). Редкой морфологической находкой являлись промежуточные незрелые ворсины. В 2 случаях в межворсинчатом пространстве определяли крупные геморрагии. Патоморфологически выявляли признаки флебита в пуповине (1 случай), васкулита (3), хориоамнионита (2) и децидуита (2) в плаценте, а также внеплацентарного хориоамнионита (4).

В 3-й группе в сопоставлении со 2-й наблюдали снижение массы плаценты до 438,2±11,17 г (р<0,001). Морфометрически между этими группами не отмечали достоверные изменения удельного объема межворсинчатого пространства. В то же время определяли более высокие показатели стромы ворсин (39,2±1,16%) и более низкие кровеносных сосудов (7,4±0,58%). Возрастала частота обнаружения избыточного коллагенообразования в стволовых и промежуточных ворсинах. На гистологических срезах ворсин хориона плацент 3-й группы в сопоставлении с таковыми в 1-й не изменялось количество симпластических почек (2,2±0,22%). При этом их удельный объем был меньше, чем во 2-й группе. В 3-й группе в отличие от 2-й чаще встречали отложение фибриноидных масс в строме, преимущественно в стволовых и промежуточных ворсин (3,4±0,32%), а также вокруг ворсинок хориона (2,8±0,35%). Одновременно обнаруживали более высокие объемные показатели псевдонекрозов (2,4±0,23%) и кальцификатов в ворсинах (1,5±0,10%). В 44% плацент 3-й группы в интервиллезном пространстве встречались кровоизлияния (во 2-й — 8%; р_ф<0,05). Часто в артериях стволовых ворсин отмечали признаки воспаления (васкулит), приводящие к сужению просвета или к его полной облитерации. Возрастала частота обнаружения незрелых промежуточных ворсин, а также мелких бессосудистых ворсин. В 3 наблюдениях диагностировали флебит в пупочном канатике, в 5 — васкулит, в 6 — хориоамнионит, в 4 — децидуит в плаценте и в 6 — хориоамнионит во внеплацентарных оболочках.

Парагриппозная инфекция у женщин во II триместре беременности сопровождалась развитием в плаценте альтеративных процессов и компенсаторно-приспособительных изменений в виде увеличения ее массы, числа синцитиальных почек и капилляров в терминальных ворсинах. В то же время при парагриппозно-гриппозной инфекции регистрировались менее выраженные компенсаторно-приспособительные реакции в органе (снижение массы, облитерирующая ангиопатия, геморрагии в межворсинчатом пространстве, фибриноидная деградация стромы ворсин, отложение вокруг них фибриноида, появление псевдонекрозов, кальцификатов и мелких бессосудистых ворсин). Данные структурные изменения подтверждают более выраженное прямое и опосредованное негативное влияние нескольких вирусов респираторной группы на структурно-функциональную организацию плаценты.

Участие авторов:

Концепция и дизайн исследования — Т.В.З., И.А.А.

Сбор и обработка материалов — Н.В.М., А.О.М., Л.Г.Н., Н.А.И., И.В.Д.

Написание текста — И.Ю.М., И.Н.Г.

Редактирование — И.Ю.М., И.Н.Г.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

The authors declare no conflict of interest.

Сведения об авторах

Макаров И.Ю. — д-р мед. наук, проф., https://orcid.org/0000-0001-7243-6282,e-mail: prorektoragma@mail.ru;

Гориков И.Н. — канд. мед. наук, https://orcid.org/0000-0001-7645-0719, e-mail: gia_5908@mail.ru;

Заболотских Т.В. — д-р мед. наук, проф., https://orcid.org/0000-0002-4129-0388, e-mail: amurgma@list.ru,

Меньщикова Н.В. — канд. мед. наук, https://orcid.org/0000-0003-4427-1737, e-mail: mennatalia@mail.ru;

Меньщиков А.О. — аспирант, https://orcid.org/0000-0003-4526-327X, e-mail: aqua-menshchikov@mail.ru;

Нахамчен Л.Г. — канд. мед. наук, https://orcid.org/0000-0002-0098-4244.e-mail: Nlg.amur@mail.ru;

Андриевская И.А. — д-р биол. наук, проф. РАН, https://orcid.org/0000-0003-0212-0201, e-mail: irina-andrievskaja@rambler.ru;

Ишутина Н.А. — д-р биол. наук, https://orcid.org/0000-0002-1024-1532, e-mail: ishutina-na@mail.ru;

Довжикова И.В. — д-р биол. наук, https://orcid.org/0000-0001-8938-3594, e-mail: dov_kova100@rambler.ru

КАК ЦИТИРОВАТЬ:

Макаров И.Ю., Гориков И.Н., Заболотских Т.В., Меньшикова Н.В., Меньшиков А.О., Нахамчен Л.Г., Андриевская И.А., Ишутина Н.А., Довжикова И.В. Морфометрическая характеристика плаценты у женщин, перенесших моно- и микствирусную респираторную инфекцию в период беременности. Архив патологии. 2019;81(4):-42. https://doi.org/10.17116/patol201981041