ЖурналыПодпискаАрхивКнигиПроектыО насРекламаДоставка/ОплатаКонтакты
+7 (495) 482-43-29
  • Главная
  • / Журналы
  • / Вернуться в журнал
  • / Содержание номера
  • / Статья
Когнитивные нарушения у детей с органическим астеническим расстройством

Когнитивные нарушения у детей с органическим астеническим расстройством

Авторы:
Чутко Леонид Семенович,
Сурушкина Светлана Юрьевна,
Яковенко Елена Александровна,
Анисимова Т.И.,
Чередниченко Денис Владимирович,
Дидур Михаил Дмитриевич,
Чекалова С.А.

Журнал: Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. Спецвыпуски. 2023;123(9-2):92-99.

DOI: 10.17116/jnevro202312309292

Прочитано: 5261 раз

Скачать PDF

Резюме

ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ

Изучение когнитивных нарушений и нейрофизиологических особенностей у детей с органической астенией, а также эффективности применения препарата Когитум в лечении данной патологии.

МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ

В основную исследуемую группу включены 40 детей в возрасте от 8 до 10 лет с диагнозом «Органическое астеническое расстройство» (F06.6). Контрольную группу составили 30 детей в возрасте от 8 до 10 лет без проявлений астении. В работе использовались следующие методы исследования: шкала астенического состояния (ШАС) Л.Д. Малковой для оценки выраженности астенического синдрома, шкала S. Lee Sluggish Cognitive Tempo (SCT) для оценки проявлений низкого когнитивного темпа, методика «Оперативная память» для количественной оценки рабочей памяти, компьютерный тест The Test of Variables of Attention (TOVA) для количественной оценки нарушений внимания и уровня импульсивности, электроэнцефалограмма (рутинный и спектральный анализ). Для лечения пациентов из исследуемой группы был использован препарат Когитум в дозе 10 мл/сут питьевого раствора в течение 30 дней.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Установлено, что дети из исследуемой группы характеризовались снижением оперативной памяти (7,8±2,9 балла против 14,9±5,4 балла), статистически достоверным повышением показателей по шкале SCT (p<0,05), значимо большей степенью выраженности невнимательности и импульсивности с тенденцией к увеличению количества ошибок во второй половине теста TOVA (p<0,05). Сравнительный анализ данных относительной мощности ЭЭГ показал статистически достоверное увеличение мощности волн в альфа- и тета- диапазонах в лобно-центральных отведениях обоих полушарий в группе детей с органическим астеническим расстройством (p<0,05). При повторной оценке состояния детей после лечения статистически значимое уменьшение проявлений астении по шкале ШАС было зарегистрировано в 77,5% случаев. При этом отмечалось достоверное улучшение внимания, памяти и показателей, характеризующих низкий когнитивный темп. Результаты электроэнцефалографического исследования после курса лечения показали снижение относительной мощности ЭЭГ в тета- и альфа-диапазонах в передних отделах коры больших полушарий (p<0,05), что свидетельствует об увеличении уровня активации неокортикальных структур.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Применение препарата Когитум для лечения органического астенического расстройства приводит не только к уменьшению астении и когнитивных нарушений, но и к улучшению функционального состояния головного мозга.

Ключевые слова

  • органическое астеническое расстройство
  • астения
  • низкий когнитивный темп
  • детский возраст
  • ЭЭГ
  • Когитум

Дата поступления: 19.05.2023

Дата принятия в печать: 22.05.2023

Дата публикации: 09.11.2023

Астенические расстройства у детей являются одним из наиболее частых поводов обращения к детскому неврологу и педиатру. По данным литературы, от 34 до 41% детей и подростков ощущают повышенную утомляемость [1—3]. Проведенное И.Н. Захаровой и соавт. [4] исследование показало, что у 59% школьников наблюдалась астения различной степени выраженности. Причинами появления астении в детском возрасте могут быть соматические заболевания, нейроинфекции, черепно-мозговые травмы, различные неврологические заболевания, острые и хронические психические травмы и другая патология [3, 5—7]. Особое место среди астенических состояний составляют цереброгенные астении, согласно МКБ-10 — органическое астеническое расстройство (F.06.6). В детском возрасте данное расстройство может возникнуть не только после нейроинфекций, цереброваскулярных расстройств и травм, но и на фоне последствий перинатальной патологии. Распространенность цереброгенной астении среди детей составляет от 3 до 15% [8]. В анамнезе у таких детей возможно отставание в психомоторном развитии в течение первых лет жизни, задержка речевого развития.

Ранее в таких случаях наиболее часто использовался диагноз «резидуальная церебрастения с запаздыванием школьных навыков». Такие дети характеризуются низким уровнем работоспособности, снижением памяти и внимания, замедленным формированием учебных навыков. В последние десятилетия в научной литературе используется термин «низкий когнитивный темп» (Sluggish Cognitive Tempo, SCT) [9—12]. Для таких детей характерны общее снижение активности, склонность к дневной сонливости, погруженность в свои мысли и фантазии. Первоначально данное понятие использовалось для описания клинических проявлений синдрома дефицита внимания без гиперактивности, но в дальнейшем произошло разделение этих понятий [13, 14]. Кроме этого, в качестве синонима низкого когнитивного темпа иногда используется понятие «синдром когнитивного отчуждения» (Cognitive Disengagement Syndrome) [15, 16]. Дети, а в дальнейшем и взрослые с низким когнитивным темпом испытывают значительные трудности с получением образования и квалифицированной работы. При этом, в отличие от подростков и взрослых с синдромом дефицита внимания и гиперактивности, для таких пациентов нехарактерно девиантное поведение [13].

Цель исследования — изучение когнитивных нарушений и нейрофизиологических особенностей у детей с органической астенией. Кроме этого, в рамках исследования проводилось изучение эффективности применения препарата Когитум в лечении данной патологии.

Когитум представляет синтетический аналог молекулы N-ацетиласпартата (NAA), который служит «строительным материалом» для синтеза миелина аксональных отростков нейронов. При их повреждении молекулы NAA используются для синтеза липидов миелина, реакции ацетилирования протеидов. NAA работает в головном мозге как нейрональный осмолит, регулируя баланс жидкости мозга, источник ацетата для синтеза липидов и протеидов миелина, производитель энергии из глутамата в митохондриях нейронов (в экстренных ситуациях), нейротрансмиттер метаботропных глутаматных рецепторов, прекурсор для синтеза других нейротрансмиттеров (N-ацетиласпартилглутамат, D-аспартат и др.) [8, 17]. Когитум обладает антиастеническим, антидепрессивным и психостимулирующим свойствами, он также улучшает память за счет повышения уровня NAA в гиппокампе. [17].

Материал и методы

В исследование были включены 40 детей (23 мальчика и 17 девочек в возрасте 8—10 лет) с органическими астеническими расстройствами.

Критерии включения: дети, наблюдавшиеся в возрасте 3—6 лет с диагнозом «специфическое расстройство речевого развития» (СРРР).

Критерии исключения: дети с умственной отсталостью, аутизмом, тяжелой соматической патологией, снижением слуха; прием в исследуемый период и за 3 мес до включения в исследование лекарственных препаратов, воздействующих на центральную нервную систему (ЦНС).

На момент обследования все дети из исследуемой группы обучались в общеобразовательных школах. Средний возраст в наблюдаемой группе составил 9,1±0,6 года. Постановка диагноза осуществлялась на основании критериев МКБ-10. В ходе оценки астении была использована шкала астенического состояния (ШАС) (автор Л.Д. Малкова). С целью количественной оценки рабочей памяти применялась методика «Оперативная память», в ходе которой перед ребенком ставилась задача запомнить ряд чисел (диапазон от 1 до 7) и записать результаты сложения цифр, следующих друг за другом. Время, предоставляемое на работу с одним рядом чисел, составляло 25 с. В работе использовалось 10 рядов по 5 чисел и фиксировалось количество правильных ответов.

Оценка проявлений низкого когнитивного темпа производилась с помощью специальной шкалы (SCT), разработанной S. Lee и соавт. [18] и состоящей из 10 доменов, характеризующих данное состояние.

Для оценки нарушений внимания применялся тест непрерывной деятельности the Test of Variables of Attention (TOVA), позволяющий оценить состояние внимания и уровень импульсивности для каждого возраста по отношению к нормативным данным.

Диагностическое электроэнцефалографическое исследование проводилось всем обследуемым детям. Регистрация электроэнцефалографического исследования (ЭЭГ) проводилась на 21-канальном цифровом энцефалографе. Рутинный (визуальный) анализ кривой состоял в оценке общего функционального состояния мозга, наличия и тяжести изменений характеристик ЭЭГ и локализации патологических изменений. Относительная мощность ЭЭГ рассчитывалась и сравнивалась у исследуемой группы до и после проведенного лечения в тета- (4—7 Гц), альфа1- (7—14 Гц), бета1- (14—20 Гц), бета2-диапазоне (20—30 Гц) в условиях записи ЭЭГ «глаза закрыты». Для анализа количественной ЭЭГ брались отрезки ЭЭГ длительностью не менее 40 с.

Для лечения пациентов исследуемой группы был использован препарат Когитум в дозе 1 ампула по 10 мл питьевого раствора в сутки в течение 30 сут. Прием препарата осуществлялся в утренние часы. Оценка эффективности лечения производилась на 60-е сутки (через 1 мес после окончания лечения). Другой терапии в течение данного периода дети не получали. Критерием улучшения являлось уменьшение показателя по шкале ШАС более чем на 10 баллов.

Контрольную группу составили 30 детей (средний возраст 9,2±0,7 года) без проявлений астении.

Статистический анализ проводился с применением программного пакета Statistica 6.0 for Windows. Проверка гипотез о различии между групповыми средними арифметическими значениями осуществлялась с помощью двусторонних t-тестов Стьюдента для связанных либо несвязанных выборок, для проверки гипотезы об эффекте лечения по динамике клинических показателей применялся парный критерий Вилкоксона (критерий для парных наблюдений).

Исследование соответствовало всем положениям Хельсинкской декларации и получило одобрение в локальном Этическом комитете.

Результаты

У всех детей исследуемой группы отмечались жалобы на утомляемость, общую слабость, вялость. Показатели утомляемости в исследуемой группе по ШАС оказались достоверно выше, чем в контрольной группе (см. таблицу).

Изучение анамнеза позволило выявить, что в дошкольном возрасте в 31 (77,5%) случае в анамнезе у детей в исследуемой группе отмечались проявления СРРР с нарушением экспрессивной речи, а 9 (22,5%) — СРРР с нарушением рецептивной речи. Необходимо отметить, что при клиническом обследовании у 16 (40%) детей были зарегистрированы остаточные явления СРРР в виде умеренных нарушений лексико-грамматического строя, недостаточного для своего возраста словарного запаса.

Кроме этого, дети из исследуемой группы характеризовались повышением показателей по шкале SCT (p<0,01) по сравнению с детьми из контрольной группы (см. таблицу). Так, в 32 (80%) случаях дети предъявляли жалобы на дневную сонливость. В 33 (82,5%) случаях родители детей из исследуемой группы отмечали медлительность у своих детей, а в 30 (75,0%) — замедленное мышление.

Оценка оперативной памяти позволила выявить достоверно низкий уровень данного показателя в исследуемой группе по сравнению с контрольной (p<0,01) (см. таблицу).

Клинико-психологические показатели

Показатель

Дети с органической астенией до лечения (день 0)

Дети с органической астенией через 1 мес после лечения (день 60)

Контрольная группа

Астения (ШАС)

99,1±24,5*

58,2±13,8##

34,2±8,1

Оперативная память

7,8±2,9*

10,4±2,5#

14,9±5,4

Суммарный показатель шкалы SCT

46,4±10,3*

28,7±8,2##

19,1±6,5

Примечание. Достоверность различий по сравнению с соответствующим показателем: *p<0,01 — в контрольной группе; #p<0,05 — до лечения; ##p<0,01 — до лечения.

Психофизиологическое исследование непрерывной деятельности TOVA показало, что дети в исследуемой группе характеризуются статистически достоверным повышением показателя невнимательности в обеих половинах теста (p<0,05) по сравнению детьми из контрольной группы. При этом наибольшее количество ошибок отмечается во второй половине теста. Показатели импульсивности у детей с органическими астеническими расстройствами также статистически достоверно выше как в первой (p<0,05), так и во второй (p<0,05) половине теста по сравнению с показателями детей из контрольной группы (рис. 1). Следует отметить, что во второй половине теста у таких детей повышение показателей импульсивности более выражено (p<0,05). Достоверных различий времени реакции и дисперсии времени реакции между детьми исследуемой и контрольной групп не зарегистрировано.

Рис. 1. Средние значения показателей TOVA в исследуемой группе, до и после лечения.

Левый график — ошибки невнимательности; правый — ошибки импульсивности. Группа пациентов: — с астеническими расстройствами (n=40); — с астеническими расстройствами после проведенного лечения (n=40); — контрольная (n=30). Здесь и на рис. 2 и 3: *p<0,05 — достоверность различий по сравнению с контрольной группой; #p<0,05 — достоверность различий по сравнению с показателями до лечения.

При визуальном анализе ЭЭГ у всех детей в исследуемой группе не регистрировалось эпилептиформной активности, пароксизмальных изменений, а также грубых очаговых изменений биопотенциалов. Статистический анализ относительной мощности ЭЭГ на фоне закрытых глаз у детей с астенией показал статистически достоверное (p<0,05) увеличение мощности волн в альфа- и тета- диапазонах в лобно-центральных (F3, Fz, F4, C3, Cz, C4) отведениях обоих полушарий в сравнении с контрольной группой. В затылочно-теменно-височных отведениях статистически достоверных различий между группами в указанных диапазонах не выявлено (рис. 2). Статистически значимых различий в бета-1 и бета-2 диапазонах ЭЭГ не наблюдалось по всей конвекситальной поверхности.

Рис. 2. Данные спектров мощности ЭЭГ у детей с органической астенией и детей из контрольной группы.

— группа пациентов с астеническими расстройствами (n=40); — контрольная группа (n=30); — статистически достоверное увеличение мощности тета- и альфа-диапазона ЭЭГ.

При повторной оценке состояния детей после лечения было выявлено статистически значимое улучшение состояния в виде уменьшения проявлений астении по шкале ШАС у 31 (77,5%) ребенка. У 9 (23,5%) детей положительных изменений не наблюдалось. Также при повторном психологическом исследовании отмечалось достоверное улучшение показателей оперативной памяти и снижение показателей по шкале SCT (p<0,01) (см. таблицу). Дети отмечали снижение дневной сонливости, а родители — уменьшение медлительности у своих детей.

При этом в 2 случаях на фоне приема препарата отмечались нарушения сна в виде появления трудностей при засыпании. Данный побочный эффект не привел к прерыванию курса лечения. Следует отметить, что жалобы на нарушения сна носили преходящий характер и прекратились после окончания курса лечения. Другие нежелательные побочные эффекты и осложнения не выявлялись.

Повторное психофизиологическое исследование TOVA после курса лечения выявило статистически достоверное уменьшение количества ошибок невнимательности в обеих половинах теста (p<0,05). Количество ошибок импульсивности статистически достоверно уменьшилось во второй половине теста (p<0,05), статистически значимого изменения показателя импульсивности в первой половине теста и времени реакции не отмечалось (см. рис. 1).

Анализ относительной мощности ЭЭГ до и после курса лечения препаратом Когитум показал статистически значимое снижение мощности в альфа- и тета-диапазоне в лобно-центральных и теменных отведениях (F3, F4, C3, C4, P4, Pz, P4) обоих полушарий (p<0,05), в затылочно-височных отведениях обоих полушарий статистически значимых изменений в указанных диапазонах после проведенного курса лечения выявлено не было (рис. 3). Статистически значимых изменений в бета-1 и бета-2 диапазонах ЭЭГ после проведенного лечения не выявлено по всем анализируемым отведениям. При этом ни в одном случае не регистрировалось появление эпилептиформной активности после окончания лечения.

Рис. 3. Данные спектров мощности ЭЭГ до и после проведенного лечения препаратом Когитум.

— группа пациентов с астеническими расстройствами (n=40); — группа пациентов с астеническими расстройствами после проведенного лечения препаратом Когитум (n=40); — статистически достоверное снижение мощности тета- и альфа-диапазона ЭЭГ.

Обсуждение

Проведенное исследование позволяет охарактеризовать детей с органической астенией с позиции теории низкого когнитивного темпа. Низкий когнитивный темп является наддиагностическим понятием и ассоциирован со значительными трудностями с успеваемостью, более медленной скоростью обработки информации и более слабой способностью к удержанию внимания [19].

Проведенные исследования показывают снижение оперативной памяти у детей в исследуемой группе. В работах J. Bauermeister и соавт. [20] и M. Kofler и соавт. [21] отмечено снижение данного показателя у детей с низким когнитивным темпом. По мнению А.Р. Агрис [22], данное патологическое состояние возникает на фоне дефицита нейродинамических компонентов деятельности и обусловлено нарушениями функций I блока мозга по А.Р. Лурии (продолговатый мозг, мезодиэнцефальные, гипоталамо-диэнцефальные и лимбические области), которые контролируют поддержание оптимального уровня активации в головном мозге. Сниженный уровень активации определяет возникновение быстрой истощаемости, пониженной работоспособности, трудностей при усвоении нового материала.

Выявленные в ходе данного исследования нарушения памяти и внимания у детей с органической астенией являются следствием снижения общего уровня активности. Ранее в работе K. Mizuno и соавт. [23] было показано, что для учащихся с повышенной утомляемостью характерны дефицит рабочей памяти, а также нарушение распределения и переключения внимания. Повышение импульсивности, выявленное нами в ходе настоящего исследования (особенно выраженное во второй половине теста), можно объяснить высокой энергоемкостью регуляторных процессов.

Результаты проведенного электроэнцефалографического исследования показывают увеличение относительной мощности ЭЭГ в тета- и альфа-диапазоне в передних отделах коры больших полушарий у детей с органической астенией. Согласно данным литературы, увеличение спектральной мощности тета-ритма может являться коррелятом понижения функциональной активности коры [24]. Увеличение общей мощности тета-ритма, которое регистрируется у пациентов с астенией, является показателем снижения общего уровня функциональной активности мозга [25]. В этом случае не обеспечивается активация коры, необходимая для оптимального протекания процесса обработки информации и поддержания адекватного уровня направленного внимания и кратковременной памяти. В то же время мы видим у таких пациентов дефицит неспецифической активации со стороны ретикулярной формации (увеличение мощности в альфа-диапазоне в лобно-центральных отделах коры головного мозга) и преобладание синхронизирующих влияний таламических структур, следствием чего является недостаточный уровень активации неокортикальных структур. Все вышеописанные изменения оказывают непосредственное влияние на формирование процессов внимания, памяти, возникновение трудностей в обучении.

Результаты данного исследования позволяют сказать, что применение Когитума приводит к значительному улучшению показателей у детей с органической астенией. Улучшение получено почти в 80% случаев, при этом регистрируется достоверное снижение выраженности показателей астении на фоне использования Когитума. После лечения отмечается достоверное улучшение памяти и показателей, характеризующих низкий когнитивный темп (см. таблицу). Также регистрируется улучшение внимания и уменьшение импульсивности (см. рис. 1). Ранее улучшение памяти и внимания после применения Когитума отмечено в работах А.В. Горюновой и соавт. [17] и М.Ю. Бобыловой [26].

Выявленное в ходе настоящего исследования электроэнцефалографическое улучшение коррелирует с улучшением показателей внимания в тесте непрерывной деятельности TOVA, что может являться свидетельством оптимизации корково-подкорковых взаимодействий, достигнутых в ходе лечения (регистрируется уменьшение синхронизирующих влияний таламуса и увеличение активации лимбико-ретикулярных структур мозга, включающихся в обработку когнитивной информации).

Заключение

Результаты исследования свидетельствуют о наличии когнитивных нарушений у детей с органическим астеническим расстройством. Применение препарата Когитум для лечения данной патологии приводит не только к уменьшению астении и когнитивных нарушений, но и к улучшению функционального состояния головного мозга.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Литература / References
  1. ter Wolbeek M, van Doornen LJ, Kavelaars A, Heijnen CJ. Severe fatigue in adolescents: a common phenomenon? Pediatrics. 2006;117(6):1078-1086. https://doi.org/10.1542/peds.2005-2575
  2. Collin SM, Norris T, Nuevo R, et al. Chronic Fatigue Syndrome at Age 16 Years. Pediatrics. 2016;137(2):e20153434. https://doi.org/10.1542/peds.2015-3434
  3. Nap-van der Vlist MM, Dalmeijer GW, Grootenhuis MA, et al. Fatigue among children with a chronic disease: a cross-sectional study. BMJ Paediatr Open. 2021;5(1):e000958. https://doi.org/10.1136/bmjpo-2020-000958
  4. Захарова И.Н., Творогова Т.М., Пшеничникова И.И. Астенический синдром у школьников: от риска развития до диагностики и лечения. Педиатрия. Consilium Medicum. 2021;1:76-83.
  5. Nutini M, Karczewski M, Capoor J. Fatigue in children with neurologic impairments. Phys Med Rehabil Clin N Am. 2009;20(2):339-346. https://doi.org/10.1016/j.pmr.2008.12.004
  6. Wrightson JG, Zewdie E, Kuo HC, Millet GY, Kirton A. Fatigue in children with perinatal stroke: clinical and neurophysiological associations. Dev Med Child Neurol. 2020;62(2):234-240. https://doi.org/10.1111/dmcn.14273
  7. Немкова С.А. Современные подходы к лечению постинфекционной астении у детей и подростков. Педиатрия. 2016;95(6):198-203.
  8. Щедеркина И.О., Овсянников Д.Ю., Глазырина А.А. Астенический синдром у детей и подростков: выбор терапии. Нервные болезни. 2021;2:20-29. https://doi.org/10.24412/2226-0757-2021-12322
  9. Becker SP, Marshall SA, McBurnett K. Sluggish cognitive tempo in abnormal child psychology: an historical overview and introduction to the special section. J Abnorm Child Psychol. 2014;42(1):1-6. https://doi.org/10.1007/s10802-013-9825-x
  10. Servera M, Sáez B, Burns GL, Becker SP. Clinical differentiation of sluggish cognitive tempo and attention-deficit/hyperactivity disorder in children. J Abnorm Psychol. 2018;127(8):818-829. https://doi.org/10.1037/abn0000375
  11. Jacobson LA, Mahone EM. Sluggish Cognitive Tempo Predicts Academic Fluency, Beyond Contributions of Core Academic Skills, Attention, and Motor Speed. J Atten Disord. 2019;23(14):1703-1710. https://doi.org/10.1177/1087054718776468
  12. Wood WL, Lewandowski LJ, Lovett BJ, Antshel K. Sluggish cognitive tempo and impairment: the role of lifestyle factors. Psychol Sch. 2020;57(7):1171-1188. https://doi.org/10.1002/pits.22378
  13. Barkley RA. Distinguishing sluggish cognitive tempo from attention-deficit/hyperactivity disorder in adults. J Abnorm Psychol. 2012;121(4):978-990. https://doi.org/10.1037/a0023961
  14. Barkley RA. Sluggish cognitive tempo (concentration deficit disorder?): current status, future directions, and a plea to change the name. J Abnorm Child Psychol. 2014;42(1):117-125. https://doi.org/10.1007/s10802-013-9824-y
  15. Becker SP, Willcutt EG, Leopold DR, et al. Report of a Work Group on Sluggish Cognitive Tempo: Key Research Directions and a Consensus Change in Terminology to Cognitive Disengagement Syndrome. J Am Acad Child Adolesc Psychiatry. 2022:S0890-8567(22)01246-1. https://doi.org/10.1016/j.jaac.2022.07.821
  16. Tamm L, Epstein JN, Orban SA, et al. Neurocognition in children with cognitive disengagement syndrome: accurate but slow. Child Neuropsychol. 2023;1-20. https://doi.org/10.1080/09297049.2023.2185215
  17. Горюнова А.В., Шевченко Ю.С., Горюнов А.В. Когитум в детской неврологии и психиатрии (опыт практического применения). Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2019;119(7, вып. 2):58-66. https://doi.org/10.17116/jnevro201911907258
  18. Lee S, Burns GL, Snell J, McBurnett K. Validity of the sluggish cognitive tempo symptom dimension in children: sluggish cognitive tempo and ADHD-inattention as distinct symptom dimensions. J Abnorm Child Psychol. 2014;42(1):7-19. https://doi.org/10.1007/s10802-013-9714-3
  19. Becker SP. Sluggish cognitive tempo: the need for global inquiry. World Psychiatry. 2019;18(2):237-238. https://doi.org/10.1002/wps.20639
  20. Bauermeister JJ, Barkley RA, Bauermeister JA, et al. Validity of the sluggish cognitive tempo, inattention, and hyperactivity symptom dimensions: neuropsychological and psychosocial correlates. J Abnorm Child Psychol. 2012;40(5):683-697. https://doi.org/10.1007/s10802-011-9602-7
  21. Kofler MJ, Irwin LN, Sarver DE, et al. What cognitive processes are «sluggish» in sluggish cognitive tempo? J Consult Clin Psychol. 2019;87(11):1030-1042. https://doi.org/10.1037/ccp0000446
  22. Агрис А.Р. Когнитивные и личностные особенности детей с низким темпом деятельности и синдромом дефицита внимания. Современная зарубежная психология. 2013;2(1):5-21. Дата обращения: 02.05.2023. https://psyjournals.ru/journals/jmfp/archive/2013_n1/58026
  23. Mizuno K, Tanaka M, Fukuda S, et al. Relationship between cognitive functions and prevalence of fatigue in elementary and junior high school students. Brain Dev. 2011;33(6):470-479. https://doi.org/10.1016/j.braindev.2010.08.012
  24. Newton TF, Leuchter AF, van Gorp WG, et al. EEG power correlates with subcortical metabolic activity in AIDS. J Neuropsychiatry Clin Neurosci. 1997;9(4):574-578. https://doi.org/10.1176/jnp.9.4.574
  25. Гордеев С.А., Шварков С.Б., Ковров Г.В. и др. Особенности функционального состояния мозга и когнитивных функций у больных вегетативной дистонией в сочетании с выраженной астенией. Анналы клинической и экспериментальной неврологии. 2010;4(4):31-36.
  26. Бобылова М.Ю. Применение препарата Когитум при синдроме дефицита внимания и гиперактивности у детей с субклинической эпилептиформной активностью на электроэнцефалограмме. Русский журнал детской неврологии. 2022;17(4):54-62. https://doi.org/10.17650/2073-8803-2022-17-4-54-62
slide-cover
slide-cover
slide-cover
slide-cover

Рекомендуем статьи по данной теме:

Клинический случай извлечения инородных тел из тканей пародонта центральных резцов верхней челюсти пациента после неконтролируемого ортодонтического лечения.Стоматология. 2026;105(4):25-33

Электроэнцефалографические предикторы дискриминации обонятельных стимулов у пациентов, перенесших COVID-19.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(6):99-103

Исследование глиального нейротрофического фактора и нейропсихологического статуса у пациентов, перенесших COVID-19.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(6):87-93

Коррекция расстройств вегетативной нервной системы: результаты наблюдательной программы.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(5):57-62

Когнитивные нарушения после COVID-ассоциированной пневмонии: результаты проспективного когортного исследования факторов риска.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(5):43-47

Консенсус международного междисциплинарного Совета экспертов по проблеме терапии коморбидных состояний при СДВГ в детском возрасте.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(4):129-134

Обзор тактик хирургического лечения приобретенных дефектов наружного носа у детей.Вестник оториноларингологии. 2026;91(2):97-101

Анализ эстетических результатов после реконструкции спинки носа наружным доступом при врожденных назальных срединных гетеротопиях.Пластическая хирургия и эстетическая медицина. 2026;(1):74-81

Применение препарата Когитум при психических расстройствах в детском возрасте.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. Спецвыпуски. 2025;125(10-2):88-95

Синдром хронической усталости у детей.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2024;124(9):28-33

Издательство «Медиа Сфера»
РекламаДоставка/ОплатаО насКонтактыОбучение для редакцийПолитика конфиденциальностиПолитика обработки персональных данныхПубличная оферта на реализацию издательской продукции
ЖурналыПодпискаАрхивКнигиПроекты
  • RuStore

© 1998-2026

  • Телефоны издательства:

  • +7 (495) 482-41-18
  • +7 (495) 482-43-29
  • Прямой телефон отдела подписки
    (только по вопросам заказов и доставки журналов)

  • +7 (800) 250-18-12
  • пн-пт с 10:00 до 18:00

  • Telegram
  • VK
info@mediasphera.ru
  • Почтовый адрес:

  • Издательство «Медиа Сфера»,
    а/я 54, Москва, Россия, 127238

  • RuStore

© 1998-2026