Особенности потребления молочных продуктов жителями сельской местности Самарской области России и Чуйской области Кыргызской Республики

Сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ) в XXI веке остаются ведущей причиной смертности во всем мире [1]. Риск CCЗ тесно связан с образом жизни человека и преж-де всего с наличием поведенческих факторов риска (ФР) [2]. Питание является одним из важных факторов, влияющих на здоровье населения [3]. Показано, что ежедневное включение в рацион молочных продуктов обладает протективным действием в отношении большинства хронических неинфекционных заболеваний (ХНИЗ). Данную группу продуктов отличает относительно низкая стоимость, что делает молочные продукты не только более доступными, но и рацион-формирующими для большинства населения [4].

По данным Росстата за 2013 г. [5], в России молоко и кисломолочные продукты являются одними из часто потребляемых — они присутствуют ежедневно в рационе у 64% мужчин и 74,5% женщин, без достоверных различий между городскими и сельскими жителями. Однако рекомендуемые низкожировые сорта молочной продукции включают в рацион только 25,2% женщин и 16,1% мужчин трудоспособного возраста [5].

В ряде исследований [6] было отмечено, что на формирование привычек питания оказывают влияние разнообразные социально-экономические, географические и культурные факторы. Так, профиль потребления молочных продуктов среди разных этнических групп в рамках одной страны значительно отличается — это касается не только частоты потребления, но и выбора уровня жирности молочных изделий [7].

В связи с тем, что в странах Содружества Независимых Государств (СНГ) достаточно крупные популяции русской национальности длительно проживают в социально-культурных, природных условиях этих стран, данный регион представляет возможность для изучения роли этнических различий в потреблении молочных продуктов.

Цель исследования — изучить этнические особенности потребления молочных продуктов среди жителей сельской местности двух стран: России и Кыргызской Республики (по данным исследования «Интерэпид»).

Исследование проведено в рамках международного проекта «Интерэпид». Это одномоментное эпидемиологическое исследование изучения распространенности основных ХНИЗ и их ФР среди жителей малых городов и сельской местности двух стран (Россия, Кыргызская Рес-публика).

В анализ включены результаты обследования репрезентативной выборки мужского и женского сельского населения (n=1050) Волжского района Самарской области РФ, Чуйской области Кыргызской Республики (n=1341) в возрасте 20—64 лет. Исследование в России и Кыргызской Республике проводили в 2011—2012 гг. по единому протоколу «Интерэпид» с использованием специально разработанных опросников. Данные о характере питания собирали с помощью частотного опросника потребления основных групп пищевых продуктов. В настоящем исследовании дана оценка частоты потребления молочных продуктов: ежедневного — молока, кефира и йогурта; еженедельного — творога и сыра. К молочной продукции высокой жирности отнесены молоко и кисломолочные изделия с жирностью более 2%, творог — более 4%, сыр — более 30% жирности.

Указанные привычки питания проанализированы в трех группах: среди жителей сельской местности Самарской области, лиц русской национальности и коренных жителей села и поселка городского типа Кыргызской Рес-публики.

Статистическую обработку полученных данных проводили при помощи программы SPSS 19.0. Достоверность различий между группами определяли с помощью непараметрического критерия Z, критерия Манна—Уитни, а также параметрического t-критерия Стьюдента. Связь между показателями оценивали с помощью корреляционного анализа по Спирмену и однофакторного регрессионного анализа. Различия считали достоверными при p<0,05.

Данные стандартизованы по возрасту согласно европейскому стандарту 2009 г. [8]. В связи с тем что в Самарской области количество обследованных в возрастной группе 20—29 лет было единичным, они были исключены из анализа.

Формирование выборки участников исследования было детально описано в статье, опубликованной ранее [9].

Молоко, кефир, йогурт. Стандартизованный по возрасту показатель ежедневного потребления молока, кефира и йогурта был самым низким среди русских, проживающих в Кыргызской Республике — 44,7%, среди жителей Самарской области он составил 53,1%, среди кыргызов — 57,3% (р<0,05). Гендерные различия наблюдали среди русских в Самарской области и среди коренных жителей Кыргызской Республики с преобладанием данного показателя среди женщин (р<0,01) (рис. 1).

Среди жителей Самарской области не было отмечено возрастных различий в уровне ежедневного потребления молока, кисломолочных продуктов, так же как и в популяции Кыргызской Республики (рис. 2).

Творог. Общая распространенность еженедельного потребления творога в трех сравниваемых группах населения была самой низкой среди кыргызов (21,1%), самой высокой среди жителей Самарской области (46,3%; р<0,01). В Самарской области еженедельное потребление творога оказалось выше среди женщин по сравнению с мужчинами (54,3% против 35,7%; р<0,01). В Кыргызской Республике гендерных различий найдено не было.

Еженедельное потребление творога жителями Кыргызской Республики регистрировали достоверно чаще среди лиц русской национальности в сравнении с коренными жителями без гендерных различий (р<0,05) (см. табл. 1). При сравнении частоты потребления творога среди жителей Самарской области и русских жителей Кыргызской Республики обнаружили, что чаще в свой рацион включали творог жители российского региона (46,3% против 29,7%; р<0,01).

В Самарской области достоверных возрастных различий в потреблении творога не найдено (см. рис. 2). В Кыргызской Республике еженедельное потребление творога было на одном низком уровне в возрастных группах от 20—49 лет (21,1—21,4%), самый высокий показатель потребления творога регистрировали в старших возрастных группах 50—59 и 60 лет и старше (30,4 и 33,3% соответственно) (см. рис. 2).

Потребление творога ассоциировалось с уровнем образования в обеих исследуемых выборках: чем выше уровень образования, тем выше показатель еженедельного потребления творога (см. рис. 3).

Сыр. Распространенность еженедельного потребления сыра была самая низкая среди коренных жителей Кыргызской Республики (22,7%), самая высокая — в Самарской области (42,7%; р<0,01). В обеих исследуемых выборках гендерных различий в потреблении сыра найдено не было. В Кыргызской Республике сыр в свой рацион чаще включали лица русской национальности в сравнении с коренными жителями (31,1 и 22,7% соответственно; р<0,01) без гендерных различий (см. табл. 1). При сравнении данного показателя среди жителей Самарской области и лиц русской национальности Кыргызской Республики, в российском регионе потребляли сыр чаще, чем в среднеазиатском (42,7 и 22,7% соответственно; р<0,01). Однако и потребление сыра высокой жирности было самым высоким среди жителей российского региона в сравнении с русской популяцией Кыргызской Республики (37,3 и 27,5% соответственно; р<0,01). В Кыргызской Республике как мужчины, так и женщины коренной национальности потребляли сыр высокой жирности чаще (р<0,05), чем представители русской популяции (см. табл. 2).

В обеих исследуемых группах достоверных возрастных различий потребления сыра не выявлено (см. рис. 2).

В Самарской области и Кыргызской Республике еженедельное потребление сыра прямо коррелировало с уровнем образования: так, самые высокие показатели потребления сыра регистрировали в группе респондентов с высшим уровнем образования (см. рис. 3).

Данная работа — первое эпидемиологическое исследование среди жителей нескольких стран СНГ с анализом этнических различий в питании, включая потребление молочных продуктов. Во многих странах СНГ длительно проживают крупные популяции русской национальности в социально-культурных, природных условиях этих стран, что позволяет изучить формирование привычек питания среди разных этнических групп в пределах одной страны. Все эти показатели представляют возможности изучения этнических особенностей в распространении ФР и их влияния на риск ССЗ.

В исследовании выявлены межстрановые и этнические различия в уровне потребления молочных продуктов. Наиболее часто молочная продукция всех видов присутствует в рационе питания у жителей Самарской области, при этом население чаще свой выбор делает в сторону низкожировых продуктов. В то же время коренные жители Кыргызской Республики чаще всего потребляют молоко и кисломолочные продукты, чем лица русской национальности, проживающие там же, при этом кыргызы чаще отдают предпочтение молочной продукции высокой жирности.

Аналогичные наблюдения отмечены в исследовании, проведенном среди взрослого населения государства Филиппины, в котором японцы, проживающие в регионе, чаще употребляли молоко низкой жирности в отличие от коренных жителей, которые чаще выбирали высокожировые виды молока (почти 79%) [7].

Потребление жидких форм молочной продукции чаще отмечали среди коренных жителей Кыргызской Рес-публики (как среди мужчин, так и среди женщин) по сравнению с проживающими там же лицами русской национальности (также без гендерных различий). Однако потребление более плотных видов молочной продукции, таких как творог и сыр, было популярнее уже в русской популяции, проживающей в Кыргызской Республике, коренные жители реже включали данные продукты в свой рацион питания. Что касается выбора жирности сырных изделий, то чаще высокожировые сорта сыров потребляли жители Самарской области, а именно мужчины (42,7%) в сравнении с женщинами (33,7%). Среди жителей Кыргызской Республики гендерных отличий не было выявлено.

В данной работе зарегистрировано более низкое потребление сыра, чем в других исследованиях характера питания. Так, по данным обследования фактического питания взрослого населения, проведенного Росстатом в 2013 г., регулярно потребляли сыр (ежедневно или несколько раз в неделю) 51,1% мужчин и 51,7% женщин [5].

В настоящей работе потребление всех исследуемых молочных продуктов коррелировало с уровнем образования респондентов в обеих выборках: чем выше был уровень образования, тем более высокий показатель потреб-ления основных молочных продуктов регистрировали.

В мировой литературе не так много данных об этнических/расовых особенностях потребления молочных продуктов питания. Однако имеющиеся результаты проведенных исследований показывают наличие различий в потреблении молочных продуктов среди разных этнических популяций, проживающих в одной стране.

Результаты данного исследования демонстрируют этнические различия в потреблении молочных продуктов питания среди коренных и русских жителей Кыргызской Республики, однако наиболее резкие отличия выявлены при сравнении русской популяции Самарской области и Кыргызской Республики.

Жители Самарской области часто включают в свой рацион основные молочные продукты питания. Несмотря на имеющиеся различия в потреблении молочных продуктов среди коренных и русских жителей Кыргызской Республики, разница не столь резкая, как при сравнении аналогичных данных, полученных в популяциях Самарской области и лиц русской национальности Кыргызской Республики. Это свидетельствует о перенятии привычек питания в отношении потребления молочных продуктов лицами русской национальности у коренных жителей средней Азии. В Кыргызской Республике чаще всего такие молочные продукты, как молоко, кефир, сметана и сливки, изготавливают в домашних хозяйствах. В связи с этим жители Кыргызской Республики (как русские, так и кыргызы) чаще потребляют молоко и кефир, чем жители Самарской области. К тому же среди жителей Кыргызской Республики частота потребления молочных продуктов высокой жирности почти в 2 раза выше, чем среди жи-телей российского региона.

Все полученные данные и результаты дальнейшего изучения привычек питания позволят определить основные профилактические мероприятия в отдельных популяциях с учетом этнических особенностей распространенности потребления молочных продуктов.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Участие авторов:

Концепция и дизайн, редактирование — А.К., Н.К.

Сбор и обработка материала — А.К., М.Х., А.П., А.К., А.Х., Ю.Б., А.А., А.М.

Статистическая обработка данных — М.Х., А.М.

Написание текста — А.М.

Сведения об авторах

Мырзаматова Азалия Орозбековна — соискатель [Azaliia O. Myrzamatova, MD, PhD student]; 101990, Россия, Москва, Петроверигский пер., 10 [address: 10-3 Petroverigski per., Moscow, 101990, Russia]; e-mail: azaliya89@list.ru

КарамноваНатальяСтаниславовна — к.м.н., вед.н.с. [Natalya S. Karamnova, MD, PhD, Leading research associate]; eLibrary SPIN: 2878-3016, AuthorID: 168232; e-mail: karamnova@mail.ru

КонцеваяАннаВасильевна — д.м.н. [Anna V. Kontsevaya, MD, PhD]; ORCID: ssshttps://orcid.org/0000-0003-2062-1536; eLibrary SPIN: 6787-2500; e-mail: koncanna@yandex.ru

АлтымышеваАлийнаТариеловна — к.м.н. [Aliina T. Altymysheva, MD, PhD]; e-mail: uch_secretar@mail.ru

ПолупановАндрейГеннадьевич — д.м.н., вед.н.с. [Andrey G. Polupanov, MD, PhD, Leading research associate]; eLibrary SPIN: 3197-4686, AuthorID: 634978; e-mail: polupanov_72@mail.ru

КаширинАлександрКонстантинович — к.м.н. [Aleksandr K. Kashirin, MD, PhD]; e-mail: volcrb@mail.ru

ХалматовАбдимиталипНышанбаевич — к.м.н. [Abdimitalip N. Halmatov, MD, PhD]; e-mail: cardio1kg@gmail.com

БалановаЮлияАндреевна — к.м.н., вед.н.с. [Yuliya A. Balanova, MD, PhD, Leading research associate]; ORCID: https://orcid.org/0000-0003-2062-1536; eibrary SPIN: 6787-2500; e-mail: jbalanova@gnicpm.ru

ХудяковМихаилБорисович — вед. инженер [Mikhail B. Khudyakov, Lead engineer]; ORCID: https://orcid.org/0000-0002-7869-2030; eLibrary SPIN: 1663-3291; e-mail: mbkh52@mail.ru