Распространенность и многолетние тренды факторов риска неинфекционных заболеваний у школьников 10-17 лет

Одним из важнейших постулатов медицинской науки последних десятилетий является возможность предупреждения заболеваний зрелого возраста с детства. Широкомасштабные эпидемиологические исследования показали высокую распространенность факторов риска (ФР) неинфекционных заболеваний (НИЗ) среди детей, что создало предпосылки для профилактики НИЗ в популяции путем коррекции образа жизни в детском возрасте, когда патологические проявления носят нестойкий характер и стереотип поведения еще не сформировался [1—6]. Вместе с тем недостаток исследований многолетних трендов ФР НИЗ затрудняет оценку эпидемиологической ситуации и адекватный подход к поиску путей профилактики НИЗ. При наличии в Кабардино-Балкарской республике (КБР) исследований, затрагивающих отдельные составляющие здоровья школьников [7, 8], углубленный анализ распространенности и многолетних трендов основных ФР НИЗ школьников в период социально-экономических реформ не проводился.

Цель исследования — изучить распространенность и тренды основных ФР НИЗ у 10—17-летних школьников в период социально-экономических реформ.

С 1992 по 2001 г. в КБР в рамках четырех одномоментных эпидемиологических исследований обследованы 2760 мальчиков и 3159 девочек 10—17 лет при отклике 84,9%. Анализ проводился с учетом возраста (10—14 и 15—17 лет), пола, национальности (русские, кабардинцы, балкарцы), места (городские и сельские) и региона (горный, предгорный, равнинный) проживания. В 1992—1993 гг. (1-й этап) обследованы 1494 школьника (691 мальчик и 803 девочки), в 1994—1995 гг. (2-й этап) — 2276 (1050 мальчиков и 1226 девочек), в 1997—1998 гг. (3-й этап) — 1216 (575 мальчиков и 641 девочка), в 2001 г. (4-й этап) — 933 (444 мальчика и 485 девочек).

Протокол исследования включал опрос по стандартной анкете, антропометрию, тонометрию, определение степени физической активности, привычек курения. Измерение артериального давления (АД) проводилось в положении сидя, на правой руке с точностью до 2 мм рт.ст. в первой половине дня и не ранее чем через 1 ч после уроков физкультуры или контрольных работ. Для анализа использовали среднюю величину трех измерений. Категории АД верифицировали для артериальной гипертензии (АГ) и высокого нормального давления (ВНАД) по систолическому и/или диастолическому АД на 95-м и 90-м перцентилях, согласно рекомендациям экспертов ВНОК и АДКР (2008). Измерения массы тела (МТ) проводились с точностью до 0,1 кг, длины тела — с точностью до 0,5 см. МТ оценивалась на основе индекса Кетле (ИК): отношение МТ (кг) к росту в квадрате (м²). Для классификации категорий МТ использовали перцентильные таблицы ИК с критериями дефицита массы тела (ДМТ), избыточной массы тела (ИМТ) и ожирения на 5-, 85- и 95-м перцентилях (ВОЗ, 2007). Курящими считали детей и подростков, выкуривавших хотя бы 1 сигарету в течение недели. Курящими нерегулярно считали школьников, выкуривающих хотя бы 1 сигарету в течение последних 3 мес. Физическую активность, ограничивающуюся занятиями физкультурой в рамках школьной программы, расценивали как низкую физическую активность (НФА).

Статистическая обработка данных проведена с применением программы Statistica 6.0 («Stat Soft Inc.», США). Описание количественных признаков выполнено с помощью среднего арифметического значения ± стандартное отклонение. Статистическую значимость различий устанавливали при помощи двухстороннего t-критерия с уровнем значимости 0,05 [9].

Распространенность ФР НИЗ среди обследованных школьников, как представлено в табл. 1,

Распространенность различных ФР НИЗ среди школьников с учетом пола и возраста представлена в табл. 3.

Как видно из приведенных данных, самым распространенным ФР среди школьников КБР была НФА. Частота НФА у девочек оказалась выше, чем у мальчиков (р<0,0001), причем частота НФА у мальчиков с возрастом снижалась, а у девочек повышалась (р<0,0001). Наряду с этим зафиксирована большая распространенность НФА на равнине (68,5%) по сравнению с предгорьем (62,4%; р<0,0001) и в сельской местности (68,4%) по сравнению с городом (62,2%; р<0,0001). Многолетняя динамика НФА характеризовалась возрастанием частоты НФА от 1-го этапа ко 2-му (р<0,0001) и стабилизацией на следующих этапах в трех половозрастных группах из четырех (рис. 1).

Распространенность ИМТ (85-й перцентиль) в популяции школьников составила 10,4%, ожирения (95-й перцентиль) — 5,3% и ДМТ (5-й перцентиль) — 5,8%. Ожирение и ИМТ (≥85-го перцентиля) чаще встречались среди городских детей (9,7%) по сравнению с сельскими сверстниками (6,0%; р<0,01), а также на равнине (7,2%) и в предгорье (5,5%) по сравнению с высокогорьем (3,1%; р<0,01). Частота ДМТ у девочек увеличивалась с возрастом от 4,8 среди 10—14-летних до 7,6% у 15—17-летних (р<0,01). Как представлено на рис. 2,

Частота АГ среди школьников республики составила 9,7%, ВНАД — 8,6% (см. табл. 3). Причем АГ зафиксирована с одинаковой частотой во всех половозрастных группах, а ВНАД — чаще среди 15—17-летних школьников по сравнению с 10—14-летними (р<0,05) и среди мальчиков по сравнению с девочками (р<0,001). Наряду с этим установлена более высокая частота АГ среди городских школьников (11,1%) по сравнению с сельскими сверстниками (9,8%), достигшая уровня значимости среди 10—14-летних мальчиков (11,0 и 8,4%; р<0,05); в равнинном (13,8%) и предгорном (14,8%) районах по сравнению с горным (9,4%; р<0,01—0,001) и у кабардинцев (10,9%) и русских (13,4%) по сравнению с балкарцами (7,9%; р<0,01—0,0001).

Многолетняя динамика АГ и ВНАД представлена на рис. 3, 4.

Изучение распространенности курения опросным методом показало, что среди 10—14-летних школьников регулярно курили 1,1% мальчиков и 0,2% девочек, а среди 15—17-летних подростков — 11,5% мальчиков и 1,8% девочек (р<0,0001). Наряду с этим нерегулярное курение отметили у себя в младшей возрастной группе 3,6% мальчиков и 3,3% девочек, а в старшей — 22,0% мальчиков и 20,7% девочек (р<0,0001). Большинство опрошенных школьников начали курить до 14-летнего возраста (47,5% девочек и 21,4% мальчиков — в 6—9 лет, 42,0% девочек и 55,4% мальчиков — в 10—14 лет) и лишь 10,5% девочек и 23,2% мальчиков — в 15—17 лет. Установлены различия, связанные с местом жительства: частота курения выше у городских школьников (21,7% девочек и 22,1% мальчиков), чем у их сельских сверстников (0,8% девочек и 7,5% мальчиков; р<0,0001). Положительная динамика в отношении регулярного курения привела к статистически значимому различию курения среди 15—17-летних девочек: от 0,4% на 1-м этапе до 4,0% на 2-м (р<0,01). Заслуживает внимания значительное увеличение процента нерегулярно курящих школьников: от 0,4 до 17,9 у 10—14-летних девочек, от 1,8 до 14,2 — у их сверстников, от 1,2 до 62,7 — у 15—17-летних девочек и от 8,1 до 53,3 — у их сверстников. Негативная динамика курения среди 15—17-летних школьниц КБР согласуется с данными обследования их сверстниц в других регионах, при меньшей распространенности курения у наших школьников по сравнению с их ровесниками [2, 10—12].

Итак, проведенное исследование выявило распространенность и многолетние тренды основных ФР НИЗ, половозрастные, географические, этнические особенности в частоте НФА, АГ, ВНАД, ИМТ, ожирения, ДМТ, курения школьников 10—17 лет. Сравнение результатов нашей работы с аналогичными исследованиями в разных регионах России [2, 3, 10—13] показало, что для обследованной популяции характерна как высокая распространенность, так и негативная динамика отдельных ФР и их сочетаний. Особую тревогу вызывают городские школьники, среди которых установлена более высокая частота АГ, ИМТ, ожирения и курения, а также 15—17-летние девочки, среди которых за время исследования в 10,5 раза увеличилось число лиц с 2 ФР и более, ДМТ, ВНАД, курения при стабильно высоких показателях НФА. Вышеизложенное указывает на необходимость создания региональных профилактических программ, направленных на коррекцию наиболее распространенных в республике ФР. Приоритетными должны стать проекты по коррекции НФА, ИМТ и АГ. Для изменения поведенческих стереотипов детей необходимы образовательные программы, реализуемые на протяжении всего периода обучения.