Роль опухолевых маркеров в диагностике рака яичников и рака молочной железы

Урбанизация и старение населения, ухудшение общей экологической ситуации, техногенные катастрофы, внедрение в клиническую практику более совершенных методов диагностики и лечения онкологических заболеваний приводят к наблюдаемому за последнее десятилетие неуклонному росту заболеваемости первично-множественными злокачественными новообразованиями (ПМЗН). Под первичной множественностью опухолей понимают независимое возникновение и развитие у 1 больного двух или более новообразований. При этом пораженными могут быть не только разные органы различных систем, но и парные органы, а также мультицентрически один орган [1]. По времени возникновения выделяют синхронные (возникшие одновременно) и метахронные (возникшие через опpеделенные промежутки) пеpвично-множествен­ные опухоли. Сочетанный тип возникновения (синхронно-метахронный и метахронно-синхронный) может встречаться при тройной и более комбинации опухолей.

В России показатель заболеваемости ПМЗН за 2005 г. составил 8,3 на 100 000 населения, а за 2010 г.  - 11,2 на 100 000 населения [2]. Особое внимание уделяют изучению ПМЗН органов репродуктивной системы у женщин. Считается, что большинство из этих опухолей являются гормональнозависимыми. А самой частой разновидностью гормональнозависимых опухолей у женщин является рак молочной железы (РМЖ). «Классически» при полинео­плазии, а также при различных наследственных синдромах РМЖ ассоциирован также с высоким риском развития рака яичников (РЯ). Однако на сегодняшний день нет четко определенных критериев формирования «групп риска» больных по возникновению ПМЗН яичников и молочной железы, а также окончательно не разработана тактика мониторинга этого контингента больных, что позволило бы значительно снизить процент так называемых недиагностированных новообразований при синхронной полинеоплазии и способствовало бы раннему выявлению метахронных опухолей [3].

Одним из направлений в доклинической диагностике злокачественных опухолей, ставшим за последние годы рутинным, является определение так называемых опухолевых маркеров (ОМ) в сыворотке крови больных. В проведенном исследовании мы сочли целесообразным рассмотреть роль комплексного определения ОМ в диагностике ПМЗН яичников и молочной железы, которые считаются самой частой разновидностью семейных опухолевых заболеваний у женщин. В общем понимании определяющим для РМЖ является СА15.3, для РЯ - СА125.

Цель исследования - изучение диагностической значимости ОМ СА125 и СА15.3 при ПМЗН яичников и молочной железы.

В исследование включены 113 женщин, которые были разделены на группы. В 1-ю, контрольную группу, входили 16 здоровых доноров и 16 пациенток с доброкачественными образованиями яичников и молочной железы; во 2-ю группу «патологического» контроля отнесены 22 пациентки с различными злокачественными заболеваниями, исключая РМЖ и РЯ; 3-я - основная группа, состояла из 30 больных с синхронными и 29 - с метахронными ПМЗН яичников и молочной железы, находившихся на лечении в ФГБУ «РОНЦ им. Н.Н. Блохина» РАМН с 1994 по 2011 г. Ретроспективно анализировали уровень СА125 и СА15.3 в контрольных группах, а также у больных с ПМЗН до начала лечения. Определение ОМ проводили электрохемилюминесцентным методом на автоматическом анализаторе ELECSYS 2010 компании «Hoffmann-La Roche» с использованием диагностических тест-систем того же производителя.

В табл. 1 приведены сведения о включенных в исследование пациентах.

Уровень ОМ в группе контроля (см. табл. 1, рисунок, а) практически укладывался в интервал «нормальных» значений (общепринятый дискриминационный уровень), или верхняя граница нормы для СА125 составляет 35 Е/мл, для СА15.3 - 27 Е/мл).

В группе больных со злокачественными опухолями различных локализаций, кроме РМЖ и РЯ, отмечались существенно более высокие по сравнению с 1-й группой значения СА125 (см. рисунок, б). Это объяснимо, если учесть, что у нескольких больных (рак толстой кишки, рак желудка) были выявлены метастатический асцит и плеврит.

Однако наиболее высоких значений ОМ СА125 и СА15.3 достигали у больных 4-й группы - ПМЗН яичников и молочной железы как при синхронных, так и при метахронных (см. рисунок, в, г).

На основании полученных данных мы рассчитали основные диагностические характеристики (диагностическая чувствительность и диагностическая специфичность) ОМ при синхронных и метахронных ПМЗН (табл. 2-4).

Проведенные нами расчеты показали, что при дискриминационном уровне 35 Е/мл диагностическая специфичность СА125 очень низкая (см. табл. 2). Как уже отмечалось выше, это связано с включением в контрольную группу нескольких пациенток с неспецифически высокими (обусловленные наличием асцита или плеврита) значениями СА125. Реально по этой причине около ⅓ женщин с уровнем СА125, превышающим 35 Е/мл, будут симулировать РЯ. Следовательно, для использования в целях диагностики, такая специфичность неприемлема. На практике диагностическая специфичность и чувствительность являются взаимозависимыми величинами и могут изменяться путем изменения дискриминационного уровня. В нашем случае повышение верхней границы нормы СА125 до 200 Е/мл приводило к значительному увеличению специфичности без потери чувствительности.

В табл. 3 и 4 представлены аналогичные расчеты диагностических возможностей ОМ в отношении метахронных ПМЗН. Следует особо отметить, что для метахронных первично-множественных опухолей эти показатели относятся исключительно ко второй опухоли, так как именно вторая опухоль отражает суть полинеоплазии. Первая опухоль при мета­хронном развитии заболевания ведет себя как обычная солитарная опухоль.

Как видно из табл. 3, при дискриминационном уровне 200 Е/мл диагностическая чувствительность СА125, хотя и не достигала 100%, все же была достаточно высокой.

Анализируя полученные результаты, необходимо отметить, что диагностическая чувствительность СА15.3 в отношении метахронных первично-множественных опухолей составляла всего 33%. Это согласуется с данными литературы применительно к солитарным опухолям молочной железы. СА125 может обладать высоким диагностическим потенциалом в выявлении РЯ у пациенток как с синхронными, так и с метахронными первично-множественными опухолями при условии повышения дискриминационного уровня до 200 Е/мл. СА15.3 отличался высокой чувствительностью при синхронных и слабой при метахронных ПМЗН. Однако необходимо учитывать тот факт, что при метахронных ПМЗН вторая опухоль в большинстве наблюдений - это РЯ. Следовательно, ложноотрицательные значения СА15.3 при второй опухоли РМЖ будут регистрироваться достаточно редко.

В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть, что определение ОМ, а в нашем исследовании это - СА125 и СА15.3, является хорошим дополнительным средством для диагностики ПМЗН. Одновременное и регулярное определение СА125 и СА15.3 может способствовать выявлению второй метахронной опухоли на более ранних стадиях развития, а также для контроля за эффективностью ее лечения.