Пилотное исследование клинико-анатомических характеристик зубочелюстной системы, зависимых от смены пищевых привычек в возрастном аспекте

Конец XIX и начало XX веков характеризуются различным типом питания в зависимости от социального статуса человека. Годовой объем мясной пищи на человека во второй половине XIX века насчитывал 4,54 кг в год у бедных слоев населения, до 24,57 кг могли позволить себе обеспеченные крестьяне и городские жители Российской Империи. Базу рациона в крестьянской семье составляли овощи, редко фрукты: подсчитано, что в 1921—1927 гг. растительная часть рациона достигала 94%. При этом мясную пищу потребляли мало, до 9,1 кг в год. По данным литературы, ежедневный калораж рациона мужчины работоспособного возраста до 1917 года составлял 3824 ккал по А.В. Чаянову, 4133 ккал — по Б.Н. Миронову, а по сведениям С.Г. Струмилина в 1982 г., у городских жителей того же возраста показатель достигал 3580 ккал [1, 2].

За прошедшие годы значительно изменилась структура рациона в домашних хозяйствах населения страны: снизилось потребление картофеля на 45% и хлебопродуктов на 6%, почти в 2 раза возросло потребление рыбы и фруктов, на 60% — мясных продуктов, на 20% — овощей. Содержание жира в суточных рационах возросло с 31 до 36,8% по калорийности, содержание белка изменилось незначительно, хотя в последние годы отмечена тенденция к его увеличению до 12,1% по калорийности. Среднедушевое потребление взрослыми белка и жира, в том числе насыщенных жирных кислот, существенно выше в 2005—2018 гг. по сравнению с 90-ми годами XX века как в абсолютном количестве, так и в процентах калорийности рациона. В то же время, по данным А.К. Батурина (2020) [3], потребление общих углеводов в процентах калорийности рациона и количество пищевых волокон в рационе снизилось. Рациональное питание во многом позволяет улучшить качество жизни и показатели здоровья нации, а информирование о вреде нерационального, несбалансированного питания и обучение навыкам соблюдения режима станет основой для формирования культуры здорового питания. Государственная политика развития здравоохранения на период до 2030 г. ориентирована на создание эффективной системы, способной обеспечить население своевременными профилактическими мероприятиями для формирования здорового образа жизни граждан Российской Федерации, включая популяризацию культуры здорового питания, спортивно-оздоровительных программ [4]. Поэтому очень важны профилактические мероприятия, направленные на управление здоровьем через рациональное питание жителей России, в том числе через вовлечение всех слоев населения в культуру сбалансированного потребления пищи.

Современное общество с развитием научно-технического прогресса проходит огромное количество трансформаций в различных сферах жизни. Изменения в образе жизни людей и увеличение количества переработанной еды привели существенным изменениям пищевой парадигмы. В связи с этим была сформулирована нулевая гипотеза, согласно которой превалирование в рационе растительной и жидкой пищи привело к изменению типа жевания, а также снизило динамическую нагрузку на зубочелюстную систему. В связи с этим изменились стирание зубов и схемы определения возраста, разработанные в XX веке, потеряли свою значимость, а дефицит сведений в научной литературе подчеркивает актуальность исследования.

Цель исследования — оценка по данным анкетирования степени зависимости основных характеристик зубочелюстной системы от характера питания.

Составлена анкета, содержавшая 9 смысловых вопросов, касающихся состояния зубочелюстной системы, характера питания, возраста (дата рождения), пола пациента и региона проживания. Распространение ссылки на анкету проводилось через социальные сети, а также через QR-code, использование которого, несмотря на мнение А.В. Вайсбург [5] показало результативность. Сбор данных осуществляли через формат онлайн-анкетирования врача-стоматолога на платформе «Google таблицы», которому предлагалось заполнить формуляр как анонимизированную часть истории болезни пациента. Всего в исследовании учтены данные 210 пациентов. В связи с тем что настоящее исследование предпринято как пилотное, согласно определению требуемого размера выборки по методике К.А. Отдельновой [6] для «ознакомительных» работ при уровне значимости 0,01 результат может быть получен при 100 объектах исследования. Средний возраст пациентов составил 25,4 года (среднеквадратичное отклонение 10,8 года).

Критериями включения были полностью заполненные пункты анкеты, критериями исключения — абсурдные и неполные ответы, не соответствующие заданными критериям. Благодаря настройкам анкеты, критерии исключения, а именно дефекты заполнения граф вопроса и выбор абсурдных значений, были заранее исключены.

Для оценки данных использовали пакет программ Statista. Сбор данных проводили анонимно без верификации, поэтому методология соответствует принципам Хельсинкской декларации об этике 1964 г.

Распределение респондентов по классификации АПН СССР (1965) представлена в таблице.

Распределение респондентов по возрастной периодизации и полу

В нашем исследовании 85,2% респондентов указали на своевременное прорезывание зубов, 11,5% — на позднее и только 3,3% — на преждевременное. Таким образом, в большинстве случаев всех ранее указанных возрастных групп превалировало своевременное прорезывание постоянных зубов. Это косвенно может быть ассоциировано с недостаточной связью резкой смены парадигмы питания и изменений зубочелюстной системы детей.

Несмотря на привычные сроки прорезывания зубов, были определены следующие аномалии прикуса (всего таковых у 57% опрошенных): 15,9% — с дистальным, 13,5% — с мезиальным и глубоким. У пациентов с открытым (4,7%) и перекрестным (10,3%) прикусом имелись нарушение гармонии улыбки и дисгармония лица. При этом ортогнатическим прикусом обладали 42% пациентов (рис. 1).

Рис. 1. Виды прикуса в группе респондентов.

Проведенное нами исследование показало, что чаще всего встречаются аномалия положения отдельных зубов (38%) и соотношения зубных дуг (12%). При этом аномалии форм зубных дуг составили 9,6%, положения — 5% и величины челюсти — 5%. У 40% респондентов аномалии отсутствовали (рис. 2).

Рис. 2. Распространенность зубочелюстных аномалий среди обследованных пациентов.

Между этими тремя группами (возраст, сроки прорезывания и распространенность зубочелюстных аномалий) был рассчитан коэффициент корреляции (r), равный –0,934. При этом связь между исследуемыми признаками — обратная, теснота (сила) связи по шкале Чеддока — весьма высокая (число степеней свободы f=1). Уравнение парной линейной регрессии: y=3,36179–0,03295 · x.

Коэффициент детерминации r₂=0,873 (факторный признак x определяет 87,3% дисперсии зависимого признака y). Средняя ошибка аппроксимации (характеризует адекватность регрессионной модели) составляет 17,8%.

Наибольшей вариативностью обладал блок данных, отражающих преобладание типа питания пациента до совершеннолетия. Из 210 респондентов 48 (23%) указали на преобладание мягкой пищи, а сбалансированно питались 149 (71%) респондентов (рис. 3).

Рис. 3. Характер питания обследованных пациентов до совершеннолетия.

Проводя корреляцию между типом питания и прикусом (за патологический считали все формы, отличающиеся от ортогранического; рис. 4), мы рассчитали, что коэффициент корреляции r=0,917. При этом связь между исследуемыми признаками — прямая, теснота (сила) связи по шкале Чеддока — весьма высокая (число степеней свободы f=2). Уравнение парной линейной регрессии:

y=–5,88228+1,48435·x.

Рис. 4. Корреляция между типом питания и прикусом у респондентов.

Коэффициент детерминации r₂=0,842 (факторный признак x определяет 84,2% дисперсии зависимого признака y). Средняя ошибка аппроксимации (характеризует адекватность регрессионной модели) составляет 17,6%.

Эти группы факторов указывают на подтверждение нулевой гипотезы о том, что смена типа питания от жесткой пищи в сторону мягкой может оказывать местное влияние на зубочелюстной профиль.

Первым этапом в обследовании пациентов было определение сроков прорезывания постоянных зубов (соответствие данным, рекомендованным ВОЗ) в связи с воздействием на растущий организм большего количества неблагоприятных факторов [7].

Наши данные находят подтверждение в исследованиях, проведенных с целью определения зависимости сроков прорезывании постоянных зубов в различных регионах России и питания [8]. На формирование прикуса оказывают воздействие перенесенные и сопутствующие заболевания во время минерализации, формирования и прорезывания зубов. Данные, представленные в литературе, указывают что 75—80% людей имеют нарушения прикуса и строения зубов. Такая ситуация может и не оказывать какого-либо значимого воздействия на здоровье человека, но на психологическом уровне она превращается в весьма серьезную проблему [8]. Пространственные перемещения компонентов челюстно-лицевой области, аномалии положения и формы формируются из-за внешнего воздействия, определяющих дальнейший вектор развития организма пациента. При этом важно обращать особое внимание на позу ребенка во время сна, аномалии позиций зачатков сменных зубов, дополнительные зубы, изменение времени и очередности прорезывания, неравномерный износ твердых тканей, особенно в области бугров. По данным статистики, более 1/3 детей имеют нарушения в период постоянного прикуса, а среди взрослого населения количество зубоальвеолярных аномалий увеличиваются до 70—80%.

Установленную в результате проведенного исследования зависимость между характером питания пациента и процессом формирования зубоальвеолярных аномалий подтверждают C. Restrepo и соавт. (2017) [9]. Разница в рационе, в том числе, могла определяться типом продуктов, употребляемых в разные годы. Известно, что степень износа твердых тканей зубов во многом зависит от жевательной нагрузки, которая определяется профилем питания. Этот фактор может быть использован в идентификации возраста человека.

В историческом аспекте представляет интерес теория П.А. Маскина (1938), который предложил следующую схему последовательности стирания поверхностей зубов: к 25 годам — незначительное стирание жевательной поверхности резцов; к 30 годам — небольшое обнажение дентина резцов с начальными явлениями стирания бугров жевательных зубов; к 35 годам — резкое обнажение дентина резцов, выраженная стертость бугров жевательных зубов; к 40 годам — уменьшение высоты резцов за счет их стирания, обнажение дентина жевательных зубов; к 45 годам — выраженное стирание резцов и жевательных зубов, выпадение отдельных коренных зубов; с 50 лет — постепенное кратерообразное углубление центрального отдела жевательных зубов; к 60 годам — выравнивание поверхности жевательных зубов за счет значительного стирания [10].

Степень стертости определялась визуально при помощи орального зеркала с увеличением в 8 раз и оценивалась в баллах по системе, предложенной впервые П. Брока (1878) и усовершенствованной М.М. Герасимовым (1955) [11], однако данные считаются недостаточно точными и не учитывают такие особенности конкретного организма, как заболевания зубов и их утрату. М.М. Герасимовым [11] были изучены следующие формы прикуса: ортогнатический, прогенический, бипрогнатический, прямой, открытый, перекрестный (смешанный), глубокое резцовое перекрытие. Как установлено автором, зубы нижней челюсти при ортогнатическом прикусе стираются сильнее (на 1—3 балла), чем на верхней челюсти, в пределах одного и того же возраста. При некоторых других формах прикуса стертость зубов на верхней челюсти происходит интенсивнее. По предложенной методике определение возраста возможно в 83,5% случаев с точностью до ±5,3 года. Метод может применяться для средней полосы России и среднеазиатских стран [11] за неимением более современного.

В 1966 г. был разработан метод установления возраста по степени стирания зубов (T. Takei) [12], основанный на статистической теории квантификации. Дальнейшие разработки были направлены на оценку стирания под влиянием внешних факторов. Так, A. Lewis и соавт. (2021) [13] выдвинули теорию о том, что оценка износа зубов с помощью метода средней степени стирания может быть использована в качестве неинвазивного средства, помогающего определить возраст у взрослых людей: погрешность увеличивается с возрастом, этот метод обеспечивает измеримое разделение на старшие и младшие категории. При этом, по мнению N. Subedi и соавт. (2021) [14], зубы верхней челюсти лучше подходят для оценки возраста, а использование как первых, так и вторых постоянных моляров верхней челюсти дает большую точность.

Таким образом, очевидно, что разработанные ранее теории были основаны на стандартном подходе к оценке возраста зубов человека [15—16] без учета типа питания, рациона, твердости пищи и кратности приема. Очевидно, что методика М.М. Герасимова [17] имеет дефекты представления данных не только из-за недостаточного уровня развития технических и инструментальных методов принятия решения, но из-за отсутствия междисциплинарных параллелей между общими факторами смены пищевой модели и типом костной ткани. Несмотря на известный скептицизм в отношении скорости эволюции, клинически заметны признаки реорганизации макроанатомии зубочелюстной системы.

Так, уже в середине XX века появляется термин «моляризация премоляров» [18, 19] у лиц, имеющих узкие зубные ряды и отсутствие зачатков третьих моляров на фоне аномалии прикуса [20]. Сравнительная морфология находит подтверждение этих изменений у приматов [21] и млекопитающих в целом [22].

Результаты исследования показали, что сбалансированное питание коррелирует с зубочелюстным балансом. Основываясь на данных, полученных при исследовании, можно сказать, что правильное и сбалансированное питание до совершеннолетия существенно снижает риск возникновения зубоальвеолярных аномалий.

Участие авторов:

Концепция и дизайн исследования — Ю.Л. Васильев

Сбор и обработка материала — Е.И. Соснин, Е.Ю. Канукоева, О.П. Дашкова, Э. Пахлевани Гази

Написание текста — Е.И. Соснин, С.С. Дыдыкин

Редактирование — А.А. Бахмет, С.А. Трегубов

Participation of authors:

Concept and design of the study —Yu.L. Vasil’ev

Data collection and processing —E.I. Sosnin, E.Yu. Kanukoeva, O.P. Dashkova, E. Pahlevani Gazi

Text writing — E.I. Sosnin, S.S. Dydykin

Editing — A.A. Bakhmet, S.A. Tregubov

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.