Оценка влияния цитофлавина и кардиоксипина на эмоциональный фон крыс с дислипидемией

Известно, что в развитии сердечно-сосудистых заболеваний большую роль играют психосоциальная напряженность и низкий уровень физической активности [1]. Этому соответствуют данные о том, что приблизительно у 1/3 больных ишемической болезнью сердца наблюдаются тревожные или депрессивные расстройства разной степени выраженности [2, 3]. В связи с этим представляет интерес использование препаратов, уменьшающих тревогу, в качестве средств коррекции факторов риска сердечно-сосудистых заболеваний. При дислипидемиях и атеросклерозе, в патогенезе которых большую роль играет активация перекисного окисления липидов (ПОЛ) [4], в качестве стресспротекторов могут использоваться препараты с антиоксидантной активностью [5-9].

Цель настоящего исследования - изучение влияние цитофлавина и кардиоксипина на уровень тревожности белых крыс с экспериментальной дислипидемией при помощи теста «Приподнятый крестообразный лабиринт». Основанием для применения указанных препаратов было наличие у них нейро- и кардиопротективного действия, а также антигипоксантного и антиоксидантного эффектов.

Исследование проводилось на 44 нелинейных белых крысах обоего пола массой 180-350 г, содержавшихся в стандартных условиях вивария при свободном доступе к воде и пище. Все манипуляции с животными осуществлялись в соответствии с Правилами Европейской конвенции по защите позвоночных животных, используемых для экспериментальных и иных научных целей, и были одобрены локальным этическим комитетом.

Нарушение липидного обмена моделировалось при помощи введения эмульсии экзогенного холестерина на растительном масле из расчета 40 мг на 1 кг массы тела животного в течение 20 дней. С 11-го дня эксперимента животным проводили фармакологическую коррекцию изучаемыми препаратами.

Крысы были разделены на 4 группы: в 1-ю группу вошли 14 крыс, которые не подвергались лекарственному воздействию, во 2-й (контрольной) группе были 10 крыс с экспериментальной дислипидемией, которым с 11-го по 20-й день эксперимента в качестве плацебо внутрибрюшинно вводили физиологический раствор в объеме, эквивалентном объему вводимых лекарственных препаратов; 10 крысам 3-й группы на фоне экспериментальной дислипидемии вводили кардиоксипин в дозе 52,5 мг/кг с 11-го по 20-й дни (10 животным 4-й группы на фоне экспериментального нарушения липидного обмена с 11-го по 20-й дни эксперимента вводили цитофлавин в объеме 1,75 мл/кг (175 мг/кг по янтарной кислоте) внутрибрюшинно. Дозы изучавшихся препаратов были рассчитаны исходя из максимальных разовых для человека, с учетом коэффициента межвидового переноса доз. В работе использовали отечественные препараты кардиоксипин (30 мг метил­этилпиридинола в 1 мл раствора, ОАО «Биосинтез», Пенза) и цитофлавин (в 1 мл раствора: кислоты янтарной 100 мг, никотинамида 10 мг, рибоксина 20 мг, рибофлавина мононуклеотида 2 мг, ООО «НТФФ «ПОЛИСАН», Санкт-Петербург).

Тест «Приподнятый крестообразный лабиринт» позволяет оценить уровень тревожности животного. Анксиолитический эффект оценивается по увеличению числа заходов в открытые «рукава» лабиринта и времени нахождения в них без увеличения общей двигательной активности.

Статистическую обработку результатов проводили с помощью пакетов статистических программ - русифицированной версии программы Statistica 6.0 и Biostat. Определялись основные статистические характеристики: среднее, стандартное квадратическое отклонение. Достоверность различий рассчитана с помощью t-критерия Стьюдента. Критическая величина уровня значимости была принята равной 0,05.

Во всех приводимых в статье данных количественные показатели выражены в виде M±m.

В табл. 1 приведены данные, касающиеся изменений в поведении крыс с дислипидемией.

Количество и продолжительность выходов в центр статистически значимо (р<0,05) было снижено по сравнению с интактными животными во всех группах крыс с экспериментальным нарушением липидного обмена.

В группе контроля количество и продолжительность выходов в центр статистически значимо (р<0,05) были снижены до 1,00±0,38 (32% от интактной группы) и 3,29±1,44 с (19%) соответственно, при этом в течение 1-й минуты эксперимента показатели группы контроля по количеству выходов в центр статистически значимо не отличались от группы интактных животных, в то время как в течение 2-й и 3-й минут выходов в центр у крыс с дислипидемией без фармакологической коррекции не было вообще. В группе животных, получавших кардиоксипин, количество и продолжительность выходов в центр статистически значимо (р<0,05) снижались до 1,27±0,18 (41% от интактных животных) и 6,88±1,65 с (39%) соответственно, при этом максимальное снижение показателей наблюдалось на 3-й минуте, когда ни одно из животных не совершило выхода в центр. Вместе с тем общая продолжительность пребывания в центре животных 3-й группы была статистически значимо (р<0,05) выше, чем в группе контроля, на 11%. На фоне введения цитофлавина регистрировались выходы в центр на 3-й минуте в отличие от животных из группы контроля и получавших кардиоксипин, по этому показателю было отмечено статистически значимое (р<0,05) различие между группами, в которых применялись цитофлавин и кардиоксипин.

Лабораторные животные большую часть времени исследования проводили в темном рукаве лабиринта, при этом более длительное пребывание («затаивание») в нем является одним из показателей повышенной тревожности. В нашем исследовании время такого «затаивания» статистически значимо (р<0,05) по сравнению с интактными крысами повышалось во всех группах животных с дислипидемией (табл. 2).

В контрольной группе животных время «затаивания» увеличилось до 160,04±6,27 с (123% от показателя интактных животных); в группе животных с дислипидемией, получавших кардиоксипин, - до 155,93±5,27 с (119%); в группе животных с дислипидемией, которым вводился цитофлавин, аналогичный показатель возрастал до 160,86±7,85 с (122%; р<0,05).

Основной показатель анксиолитического эффекта в использованном тесте - количество выходов крыс и время их пребывания в светлом рукаве лабиринта (табл. 3).

Во всех группах крыс с экспериментальной дислипидемией показатели пребывания в светлом рукаве статистически значимо (р<0,05) снижались по сравнению с интактной группой: в группе контроля количество выходов и время пребывания понижалось до 0,14±0,14 (6% от интактной группы) и 0,71±0,71 с (2,6%) соответственно, у животных с дислипидемией, получавших кардиоксипин, - до 0,85±0,31 (35%) и 5,79±3,03 с (21%), у животных с дислипидемией, получавших цитофлавин, - до 1,14±0,46 (47%) и 11,14±4,94 с (42%). При этом в группе животных, получавших фармакологическую коррекцию изучаемыми препаратами, количество выходов и продолжительность пребывания в светлом рукаве были статистически значимо (р<0,05) выше аналогичных показателей группы контроля: у животных, которым вводили кардиоксипин, количество выходов в светлый рукав было в 6 раз выше, у животных, получавших цитофлавин, - в 8 раз выше; продолжительность пребывания в светлом рукаве животных, получавших кардиоксипин, было в 8 раз выше, чем в контрольной группе, животных, получавших цитофлавин, - в 16 раз выше.

На основании полученных данных может быть сделан следующий вывод: цитофлавин и кардиоксипин в изученных дозах уменьшают проявления тревожности у экспериментальных животных с дислипидемией; при этом цитофлавин вызывает более выраженное влияние на эмоцио­нальный фон лабораторных животных, чем кардиоксипин.