Прогностическая значимость показателей агрегации тромбоцитов и интерлейкина-1β в остром периоде ишемического инсульта

Проблема профилактики, лечения и реабилитации больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения (ОНМК), является актуальной в современной неврологии. В Армении в 2015 г. инциденс ишемического инсульта (ИИ) составил 35,7, преваленс — 113,9, а смертность —37,9 (на 100 тыс. населения соответственно) [1].

В патогенезе ИИ значительную роль играют расстройства агрегационных свойств тромбоцитов [2—4]. Установлено также, что провоспалительные цитокины вызывают и поддерживают в очаге ишемии воспалительную реакцию, что приводит к неблагоприятному исходу заболевания [5—7]. В наших предыдущих исследованиях было показано, что в острейшем периоде ИИ расстройства агрегации тромбоцитов (АТ) сопровождаются повышением синтеза провоспалительного интерлейкина-1β (ИЛ-1β). Был сделан вывод о наличии связи между лизисом агрегированных тромбоцитов (АТ) и повышением синтеза ИЛ-1β [8, 9]. В связи с этим интерес представляет вопрос о том, является ли выявленная связь между показателями АТ и концентрации ИЛ-1β прогностическим признаком исхода ИИ.

Цель исследования — изучение прогностической значимости показателей АТ и концентрации ИЛ-1β в сыворотке крови в исходе ИИ.

В настоящее проспективное клиническое когортное исследование были включены 108 больных с ИИ — 59 (54,6%) мужчин и 49 (45,4%) женщин в возрасте от 30 до 90 лет (средний возраст 67,56±11,34 года), находившихся на лечении в отделении сосудистой неврологии МЦ «Сурб Григор Лусаворич» в период с 2010 по 2013 г. Критериями включения были: ИИ полушарной локализации; госпитализация в первые сутки развития инсульта; выживание к исходу 7 сут госпитализации. Критерии исключения: госпитализация в сроки более суток; интракраниальное кровоизлияние; инфаркт миокарда; тяжелая форма сахарного диабета; инфекционные заболевания; печеночная недостаточность; почечная недостаточность; злокачественные опухолевые заболевания; психические болезни; беременность.

Исследования проводили дважды: в острейшем (1-е сутки госпитализации) и остром (7-е сутки госпитализации) периодах И.И. Из клиники с улучшением состояния выписались 93 (86,1%) больных, у 15 (13,9%) наступил летальный исход. Соответственно исходу заболевания были выделены 2 группы больных: 1-я — выжившие, 2-я — с летальным исходом.

Уровень ИЛ-1β в сыворотке крови определяли методом иммуноферментного анализа с использованием тест-систем компании «Вектор-Бест» (Россия). Исследование А.Т., индуцированной аденозиндифосфатом (АДФ), производили нефелометрическим методом при помощи анализатора агрегации компании «Биола» (Россия).

Статистическую обработку полученных данных проводили при помощи программы SPSS-21,0. Для проверки нормальности распределения переменных использовали критерий Колмогорова—Смирнова. Данные представлены в виде медианы (Me), 25% и 75% квартилей [Q₁; Q₃] и 95% доверительного интервала (ДИ).

В табл. 1 и 2

Для определения прогностической значимости показателей АТ провели анализ при помощи четырехпольной таблицы сопряженности [10], в качестве пограничного выбрали зафиксированное во 2-й группе минимальное значение АТ 25% (табл. 3, 4).

Как видно из табл. 4, преваленс (априорная вероятность летального исхода) составляет 13,89% (15/108). Для низких значений АТ (<25%) апостериорная вероятность наступления летального исхода (прогностичность положительного результата) составляет 10,00%. Для высоких значений АТ (>25%) апостериорная вероятность наступления летального исхода составляет 14,29% (14/98). Это означает, что вероятность отсутствия наступления летального исхода (прогностичность отрицательного результата) составляет 85,71%. Исходя из этих значений, апостериорная вероятность летального исхода составляет:

Априорные шансы = преваленс/(1–преваленс)= 13,89/86,11=0,16.

Апостериорные шансы = априорные шансы×отношение правдоподобия=0,16×0,69=0,11.

Апостериорная вероятность = апостериорные шансы/(апостериорные шансы+1) = 0,11/1,11×100=10,00%.

Точность теста = (1+84)/108×100=0,787×100=78,7%.

Таким образом, согласно показателям АТ, апостериорный прогноз летального исхода составил 10,00%.

На следующем этапе анализа провели определение прогностической значимости показателей ИЛ-1β. В качестве пограничного было выбрано зафиксированное во 2-й группе минимальное значение ИЛ-1β — 20 пг/мл (табл. 5, 6).

Как видно из табл. 6, преваленс (априорная вероятность летального исхода) составляет 13,89% (15/108). Для низких значений ИЛ-1β (<20%) апостериорная вероятность летального исхода (прогностичность положительного результата) составляет 1,30%. Для высоких значений концентрации ИЛ-1β (>20%) апостериорная вероятность наступления летального исхода составляет 45,16% (14/31). Это означает, что вероятность отсутствия летального исхода (прогностичность отрицательного результата) составляет 54,84%. Исходя из этих значений, апостериорная вероятность летального исхода составляет:

Априорные шансы = 13,89/86,11=0,16.

Апостериорные шансы = 0,16·0,08=0,01.

Апостериорная вероятность = 0,01/1,01·100=0,90%.

Точность теста = (1+17)/108·100=0,167·100=16,7%.

Таким образом, согласно показателям ИЛ-1β, апостериорный прогноз летального исхода составил 0,90%, что в 11,1 раза меньше такового значения, рассчитанного согласно показателям А.Т. Следовательно, прогностическая значимость показателей АТ в отношении развития летального исхода у больных в остром периоде выше ИИ, чем прогностическая значимость показателей ИЛ-1β. Если учитывать стоимость обоих методов, то можно заключить, что и в плане экономической доступности определение АТ в качестве прогностического диагностического метода более приемлемо в клинической практике.

Финансирование исследований производилось при содействии Государственного комитета по науке Министерства образования и науки Республики Армения (грант № 11−3b496); источник финансирования не участвовал в определении структуры исследования, сборе, анализе и интерпретации данных, а также принятии решения о публикации результатов.

Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

e-mail: hovrouben@gmail.com