ЖурналыПодпискаАрхивКнигиПроектыО насРекламаДоставка/ОплатаКонтакты
+7 (495) 482-43-29
  • Главная
  • / Журналы
  • / Вернуться в журнал
  • / Содержание номера
  • / Статья
Сердечно-сосудистая патология, социально-демографические факторы и качество жизни пациентов, перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию, через три месяца после выписки из стационара

Сердечно-сосудистая патология, социально-демографические факторы и качество жизни пациентов, перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию, через три месяца после выписки из стационара

Авторы:
Гуськова О.А.,
Ярославская Е.И.,
Приленский Б.Ю.,
Татьяна Ивановна Петелина

Журнал: Профилактическая медицина. 2021;24(11):36-44.

DOI: 10.17116/profmed20212411136

Прочитано: 1804 раза

Скачать PDF

Резюме

COVID-19 (Coronavirus Disease 2019), являясь высококонтагиозным заболеванием с непредсказуемым течением, приводит к поражению разных органов и систем, оказывая негативное влияние на повседневную жизнь пациентов и снижая качество жизни (КЖ).

ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ

Изучить частоту и взаимосвязь сердечно-сосудистой патологии и КЖ пациентов, перенесших доказанную COVID-19-ассоциированную пневмонию, в зависимости от пола и возраста, через 3 мес после выписки из стационара.

МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ

В исследование включены 102 пациента (50% — женщины; средний возраст 46,53±15,86 года), которые были госпитализированы с диагнозом «пневмония, вызванная вирусом SARS-COV-2», через 3 мес с момента выписки из стационара. Набор материала проводили в ходе «Проспективного наблюдения пациентов, перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию». Для расчета парных сравнений по возрасту выделены две возрастные категории: 1-я группа — 19—39 лет, 2-я — 40—59 лет, 3-я — 60—84 года. Оценку КЖ осуществляли с применением опросника SF-36. Признаки тревоги и депрессии оценивали при помощи диагностических шкал Generalized Anxiety Disorder Scale (GAD-7) и Patient Health Questionnaire-9 (PHQ-9).

РЕЗУЛЬТАТЫ

У 48% пациентов были выявлены сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ), из которых наиболее распространенными являлись артериальная гипертония (44%) и хроническая сердечная недостаточность (24,5%). Признаки тревоги и депрессии были характерны более чем для 25% пациентов, признаки стресса — менее чем для 10%. Наибольшая встречаемость ССЗ определена для старшей возрастной категории (3-я группа): наиболее распространены артериальная гипертония (18,6%; p<0,01), ишемическая болезнь сердца (11,8%, p=0,01) и хроническая сердечная недостаточность I—II функционального класса (NYHA) (10,8%; p<0,01). Физический компонент здоровья в 1-й группе был значимо больше в сравнении со 2-й (p=0,03) и 3-й группами (p<0,01). Корреляция между баллами опросника SF-36 по шкалам физического здоровья и количеством ССЗ являлась статистически значимой, так же как взаимосвязь между возрастом и КЖ. При этом установлены более высокие коэффициенты корреляции между значениями КЖ и возрастом, чем между значениями КЖ и количеством коморбидных ССЗ. Результаты многофакторного анализа показали, что на физический компонент здоровья значимо влиял только возраст. Среди пациентов с ССЗ более низкие показатели КЖ были связаны с физическим здоровьем. КЖ женщин в сравнении с мужчинами оказалось значительно ниже по показателям, отражающим психологический, физический и социальный аспекты здоровья. Значимо худшим определено КЖ, отражающее психологическое здоровье, в группе пациентов с наличием признаков тревоги и депрессии. В целом на психологический компонент здоровья значимое влияние оказывали уровни депрессии и стресса. Более высокие показатели по шкале физического функционирования (p=0,03) определены у пациентов, состоящих в браке. Среди неработающих пациентов значения по шкале интенсивности боли было значимо ниже (p=0,04) в сравнении с теми, кто регулярно участвовал в трудовой деятельности.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

У лиц, перенесших пневмонию COVID-19, через 3 мес после выписки из стационара низкие показатели физического аспекта КЖ связаны в большей степени с возрастом, а также с наличием коморбидной сердечно-сосудистой патологии. Психологический аспект КЖ ухудшается под влиянием стресса и нарушений эмоциональной сферы. Влияния тяжести течения COVID-19-ассоциированной пневмонии на КЖ не выявлено. У женщин в сравнении с мужчинами отмечается более низкое КЖ по всем сферам. Факторами, улучшающими КЖ, определены наличие супруга и регулярная трудовая деятельность.

Ключевые слова

  • COVID-19
  • качество жизни
  • сердечно-сосудистые заболевания
  • тревога
  • депрессия

Дата поступления: 17.06.2021

Дата принятия в печать: 30.08.2021

Дата публикации: 25.12.2021

Введение

COVID-19 (Coronavirus Disease 2019) относится к наиболее значимым на сегодняшний день испытанием для здоровья человека. Характерными особенностями заболевания являются высокая контагиозность и непредсказуемость течения [1].

Воздействие вируса SARS-CoV-2, являющегося возбудителем COVID-19, часто приводит к поражению разных органов и систем [2]. Помимо этого заболевание оказывает негативное воздействие на психологическое состояние пациентов и их повседневную жизнь и, как следствие, снижает качество жизни (КЖ) заболевших [3].

КЖ представляет собой комплексную характеристику значений, перспектив, функциональности, духовности и удовлетворенности жизнью с учетом культурного контекста жизни человека [4]. Как правило, КЖ является одной из значимых конечных точек исследований, поскольку позволяет оценить результаты симптоматической помощи и восстановления пациентов.

Исследование КЖ чрезвычайно важно для формирования комплексного представления о влиянии COVID-19 на результат лечения и на жизнь пациента в условиях пандемии [5].

Цель исследования — изучить частоту сердечно-сосудистой патологии и КЖ пациентов, перенесших доказанную COVID-19-ассоциированную пневмонию, в зависимости от пола и возраста, через 3 мес после выписки из стационара.

Материал и методы

В исследование вошли 102 пациента в возрасте от 19 до 84 лет (средний возраст 46,53±15,86 года), которые были госпитализированы с диагнозом «пневмония, вызванная вирусом SARS-COV-2», через 3 мес с момента выписки из стационара

Набор пациентов проводили в ходе «Проспективного наблюдения пациентов, перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию» с апреля по июль 2020 г. по данным медицинской информационной системы 1С моноинфекционного госпиталя. Исследование соответствует положениям Хельсинкской декларации и стандартам Надлежащей клинической практики (Good Clinical Practice). Протокол исследования одобрен локальным этическим комитетом (№159 от 23.07.20) и зарегистрирован в международном реестре клинических исследований Национального института здоровья США (ClinicalTrials.gov Identifier: NCT04501822). Критериями включения в исследование являлись: наличие документированного диагноза COVID-19-ассоциированной пневмонии и желания участвовать в наблюдении, подтвержденного подписанием информированного согласия. Критериями невключения были обозначены хронические заболевания в стадии обострения, в анамнезе онкологические заболевания менее 5 лет, туберкулез и другие заболевания, сопровождающиеся пневмофиброзом, ВИЧ, пороки сердца, хронические гепатиты. Беременность или отказ от участия рассматривали как критерии исключения. Тяжесть перенесенной COVID-19-ассоциированной пневмонии оценивали на основании результатов компьютерной томографии (КТ) легких, продолжительности госпитализации и пребывания в отделении реанимации или интенсивной терапии по данным из выписных эпикризов.

Для сравнения пациентов по возрасту были выделены возрастные категории: 1-я группа — 19—39 лет; 2-я группа — 40—59 лет; 3-я группа — 60—84 года.

Оценку КЖ проводили с помощью опросника SF-36. Этот опросник содержит 36 пунктов, позволяющих дать количественную характеристику физического, эмоционального и социального компонентов КЖ. Опросник включает в себя 8 шкал (физическое функционирование, ролевое физическое функционирование, интенсивность боли, общее состояние, жизненная активность, социальное функционирование, ролевое эмоциональное функционирование, психическое здоровье) и 2 обобщенных показателя (физический и психологический компонент здоровья) [6].

Оценку признаков тревоги и депрессии выполняли с применением валидных диагностических шкал: Generalized Anxiety Disorder Scale (GAD-7) и Patient Health Questionnaire-9 (PHQ-9) [7, 8]. Наличие признаков тревоги и депрессии определяли по суммарной оценке не менее 5 баллов, что соответствует минимальному значимому числу баллов при обработке опросников GAD-7 и PHQ-9. Шкала воспринимаемого стресса-10 (ШВС-10) была использована для оценки наличия стресса. При набранной пациентом суммарной оценке в 30 единиц уровень стресса считали значимым [9]. Все опросники пациенты заполняли лично во время прохождения скринингового обследования.

Пакет прикладных программ SPSS 21 (SPSS Inc., США) использовали для статистической обработки данных. Нормальность распределения переменных определяли с помощью критерия Шапиро—Уилка. При нормальном распределении количественных данных показатели представлены в виде среднего и его стандартного отклонения (M±SD), при распределении, отличном от нормального, — в виде медианы (Me) и интерквартильного размаха [25; 75]. В случае нормального распределения для сравнения количественных данных по группам использовали однофакторный дисперсионный анализ с поправкой на множественные сравнения. В случае распределения, отличном от нормального, применяли критерий Краскела—Уоллиса с корректировкой на множественные сравнения. Корреляционный анализ, в зависимости от распределения данных, проводили с помощью корреляции Пирсона или Спирмена. С целью уточнения факторов, оказывающих влияние на КЖ, был проведен многофакторный анализ с использованием обобщенных линейных моделей. Значимыми считали различия при двустороннем уровне значимости p<0,05.

Результаты

Общие социально-психологические и клинические характеристики пациентов представлены в табл. 1. Женщины составили 50% всей выборки. По национальности пациенты распределились следующим образом: бо́льшую часть составили русские (80,4%), татары составляли 3,9%, киргизы и казахи — по 2,0%, оставшаяся доля была представлена немцами, украинцами, чеченцами, азербайджанцами, афганцами и молдаванами. Все пациенты проживали в Тюменском регионе, из них 90,3% являлись городскими жителями. Высшее и среднее специальное образование имели 31,4 и 18,6% пациентов соответственно. Трудовую деятельность вели 58,8% пациентов, 23,5% пребывали на пенсии, 12,7% составляли учащиеся. Большая часть опрошенных состояла в браке. Сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ), включающие в себя артериальную гипертонию (АГ), ишемическую болезнь сердца (ИБС), хроническую сердечную недостаточность (ХСН), нарушения сердечного ритма и проводимости, были выявлены у 48% пациентов. АГ страдали 44% обследованных. ИБС встречалась почти у 17% пациентов, сочетание ИБС и АГ — почти у 15% обследованных, ХСН — у 24,5% пациентов. В меньшей степени пациенты страдали нарушениями сердечного ритма и проводимости и сахарным диабетом, которые были отмечены почти у 12 и 8% соответственно. Признаки тревоги и депрессии определены более чем у 1/4 пациентов, признаки стресса — менее чем у 10%. Продолжительность госпитализации при COVID-19-ассоциированной пневмонии составила 2—3 нед. При госпитализации поражения легкой степени по данным рентгенологических методов обследования были зарегистрированы у 31 (29,2%) пациента, среднетяжелые — у 33 (31,1%), тяжелые — у 29 (27,4%), критические — у 6 (5,7%).

Таблица 1. Социально-психологические и клинические характеристики пациентов, перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию

Показатель

Референтная группа, n=102

Возраст, лет

46,53±15,86

Женский пол, абс. (%)

51 (50,0)

Национальность «русский», абс. (%)

82 (80,4)

Место жительства — Тюменская область, абс. (%)

102 (100)

Городские жители, абс. (%)

92 (90,2)

Занятость, абс. (%):

Работает/Employed

60 (58,8)

Не работает (студент, пенсионер, безработный)

42 (41,2)

Семейное положение, абс. (%):

Не состоит в браке (никогда не был женат, разведен, вдовец)

36 (35,3)

Состоит в браке/Married

66 (64,7)

ССЗ, абс. (%)

49 (48,0)

Артериальная гипертония, абс. (%)

45 (44,1)

ИБС, абс. (%)

17 (16,7)

АГ и ИБС, абс. (%)

15 (14,7)

ФК ХСН (NYHA), абс. (%):

I—II

20 (19,6)

III—IV

5 (4,9)

НСРиП, абс. (%)

12 (11,8)

Сахарный диабет, абс. (%):

Всего

8 (7,8)

1-го типа

1 (1,0)

2-го типа

5 (4,9)

Нарушенная гликемия натощак

2 (2,0)

Признаки тревоги, абс. (%)

29 (28,4)

Признаки депрессии, абс. (%)

27 (26,5)

Признаки тревоги и депрессии, абс. (%)

18 (17,6)

Признаки стресса, абс. (%)

8 (7,8)

Продолжительность госпитализации, сут

13,00 [11,00; 18,00]

Поражение легких по КТ, абс. (%):

1-я степень

37 (36,3)

2-я степень

32 (31,4)

3-я степень

27 (26,5)

4-я степень

6 (5,9)

Реанимация/Интенсивная терапия

9 (9,0)

Примечание. ССЗ — сердечно-сосудистые заболевания; АГ — артериальная гипертония; ИБС — ишемическая болезнь сердца; НСРиП — нарушения сердечного ритма и проводимости; ХСН — хроническая сердечная недостаточность; NYHA — Нью-Йоркская ассоциация сердца; ФК — функциональный класс; КТ — компьютерная томография.

Самую большую возрастную группу составили пациенты 40—59 лет, меньше всего пациентов оказалось в группе 60—84 лет (табл. 2). По частоте проявлений тревоги, депрессии и стресса значимых различий по возрасту не выявлено.

Таблица 2. Распространенность социально-психологических и клинических характеристик пациентов, перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию, в соответствии с возрастными группами

Показатель, абс. (%)

1-я группа, 19—39 лет

2-я группа, 40—59 лет

3-я группа, 60—84 года

p1—2

p2—3

p3—1

Общее число пациентов

37 (36,3)

40 (39,2)

25 (24,5)

—

—

—

Признаки тревоги

14 (13,7)

8 (7,8)

7 (6,9)

0,25

1,00

1,00

Признаки депрессии

10 (9,8)

7 (6,9)

10 (9,8)

0,94

0,02

0,85

Признаки стресса

4 (3,9)

3 (6,9)

1 (1,0)

1,00

1,00

1,00

ССЗ

5 (4,9)

24 (23,5)

20 (19,6)

<0,01

0,18

<0,01

АГ

4 (3,9)

22 (21,6)

19 (18,6)

<0,01

0,26

<0,01

ИБС

0 (0,0)

5 (4,9)

22 (11,8)

0,78

<0,01

<0,01

АГ и ИБС

0 (0,0)

4 (3,9)

11 (10,8)

0,14

<0,01

<0,01

НСРиП

1 (1,0)

5 (4,9)

6 (5,9)

0,33

0,69

0,03

ХСН NYHA ФК I—II

0 (0,0)

9 (8,8)

11 (10,8)

<0,01

0,21

<0,01

ХСН NYHA ФК III—IV

0 (0,0)

0 (0,0)

5 (4,9)

—

<0,01

0,02

Сахарный диабет

1 (1,0)

2 (2,0)

5 (4,9)

1,00

0,17

0,07

Примечание. ССЗ — сердечно-сосудистые заболевания; АГ — артериальная гипертония; ИБС — ишемическая болезнь сердца; НСРиП — нарушения сердечного ритма и проводимости; ХСН — хроническая сердечная недостаточность; NYHA — Нью-Йоркская ассоциация сердца; ФК — функциональный класс.

Наибольшая распространенность ССЗ определена в 3-й возрастной группе, наименьшая — в 1-й группе. Среди пациентов самой старшей возрастной группы в сравнении с пациентами самой молодой и средней возрастных групп значимо чаще встречались АГ, ИБС и их сочетание. Нарушения сердечного ритма и проводимости также имели тенденцию к наибольшей распространенности среди старшей возрастной группы — так же как и ХСН всех функциональных классов.

При сравнениях КЖ по возрастным группам получены следующие результаты: оценка физического компонента здоровья в 1-й возрастной группе была значимо выше в сравнении со 2-й (p=0,03) и 3-й (p<0,01) группами; по шкале общего состояния здоровья — выше в 1-й возрастной группе по сравнению с самой старшей 3-й возрастной группой (p<0,01); по шкале ролевого физического функционирования — также значимо выше в группах более молодых пациентов при сравнении 1-й возрастной группы со 2-й (p=0,02) и 3-й (p<0,01) группой и 2-й группы с 3-й группой (p=0,04). Интенсивность боли была выражена значительнее в самой старшей возрастной группе пациентов в сравнении с самой молодой (p=0,01).

В результате корреляционного анализа установлена статистически значимая зависимость между количеством ССЗ и числом баллов по опроснику SF-36 по шкалам: физический компонент здоровья (r= –0,252; p=0,01), физическое функционирование (r= –0,451; p<0,01), ролевое физическое функционирование (r= –0,315; p<0,01), общее состояние (r= –0,359; p<0,01). Также получена значимая зависимость между возрастом и КЖ по шкалам: физический компонент здоровья (r= –0,427; p<0,01), физическое функционирование (r= –0,586; p<0,01), ролевое физическое функционирование (r= –0,505; p<0,01), интенсивность боли (r= –0,311; p=0,01), общее состояние (r= –0,371; p<0,01), жизненная активность (r= –0,212, p=0,03). При этом коэффициенты корреляции КЖ и возраста имели более высокие значения в сравнении с коэффициентами корреляции между КЖ и количеством коморбидных ССЗ.

При проведении многофакторного анализа для исследования факторов, влияющих на КЖ, учитывались данные пола, возраста, количества ССЗ и баллы по диагностическим шкалам, отражающим уровень стресса, тревоги и депрессии. В качестве предикторов, отображающих тяжесть перенесенной COVID-19-ассоциированной пневмонии, в модель были внесены показатели продолжительности госпитализации, степени поражения легких по КТ и пребыванию в отделении реанимации или интенсивной терапии (табл. 3).

Таблица 3. Факторы, оказывающие влияние на качество жизни пациентов, перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию

Показатель

B

χ2 Вальда

p

ОШ (95% ДИ)

Физический компонент здоровья:

Пол

2,465

2,779

0,100

11,762 (0,649—213,314)

Возраст

–0,216

13,216

<0,001

0,806 (0,717—0,905)

Реанимация/Интенсивная терапия

3,339

1,984

0,16

28,185 (0,271—2936,449)

Продолжительность госпитализации (дни)

0,013

0,010

0,92

1,013 (0,787—1,305)

Поражение легких по КТ:

2-я степень

–2,277

1,650

0,20

0,103 (0,003—3,310)

3-я степень

0,361

0,040

0,84

1,435 (0,041—50,368)

4-я степень

–2,666

0,785

0,78

0,070 (0,000—25,373)

Количество ССЗ

0,151

0,049

0,83

1,164 (0,302—4,477)

Баллы стресса (ШВС-10)

0,216

2,197

0,14

1,242 (0,933—1,653)

Баллы тревоги (GAD-7)

–0,131

0,207

0,65

0,877 (0,499—1,543)

Баллы депрессии (PHQ-9)

–0,192

0,727

0,39

0,825 (0,531—1,283)

Психологический компонент здоровья:

Пол

0,240

0,025

0,88

1,271 (0,065—24,901)

1-я группа (19—39 лет)

1,128

0,217

0,64

3,090 (0,027—357,330)

2-я группа (40—59 лет)

1,121

0,298

0,59

3,068 (0,055—171,219)

Реанимация/Интенсивная терапия

–2,573

1,078

0,30

0,076 (0,001—9,819)

Продолжительность госпитализации, сут

0,032

0,055

0,81

1,023 (0,793—1,343)

Поражение легких по КТ:

2-я степень

–0,530

0,084

0,77

0,589 (0,016—21,301)

3-я степень

–0,189

0,009

0,92

0,827 (0,018—37,518)

4-я степень

–0,608

0,035

0,85

0,545 (0,001—307,916)

Количество ССЗ

0,464

0,424

0,52

1,590 (0,394—6,423)

Баллы стресса (ШВС-10)

–0,664

18,137

<0,01

0,515 (0,379—0,699)

Баллы тревоги (GAD-7)

0,049

0,026

0,87

1,050 (0,582—1,894)

Баллы депрессии (PHQ-9)

–0,698

8,651

<0,01

0,498 (0,313—0,792)

Примечание. ОШ — отношение шансов; ДИ — доверительный интервал.

В результате многофакторного анализа параметров, влияющих на обобщенные показатели КЖ, установлено, что на физический компонент здоровья значимое влияние оказывает только возраст. С психологическим компонентом здоровья значимо связаны уровни стресса и депрессии, которые оценивали по баллам диагностических шкал.

Все характеристики, имеющие значимые различия по критерию наличия ССЗ, гендерному признаку и критерию наличия признаков тревоги и депрессии, представлены в табл. 4.

Таблица 4. Сравнительная характеристика показателей качества жизни по критериям: наличие артериальной гипертензии, гендерный признак, наличие тревоги и депрессии

Показатель

Значение

p

Сравнение по критерию наличия ССЗ:

Шкала, (%)

Наличие (48,0)

Отсутствие (52,0)

Физическое функционирование

90,00 [70,00; 95,00]

100,00 [85,00; 100,00]

<0,01

Ролевое физическое функционирование

75,00 [50,00; 100,00]

100,00 [25,00; 100,00]

0,02

Общее состояние

67,86±20,21

78,92±23,00

0,01

Сравнение по гендерному признаку:

Шкала, (%)

Женский пол, (n=50)

Мужской пол, (n=50)

p

Признаки тревоги, (%)

19 (18,6)

10 (9,8)

0,048

Признаки депрессии, (%)

19 (18,6)

8 (7,8)

0,01

Физический компонент здоровья

46,84 [39,05; 52,07]

49,92 [46,10; 51,31]

0,04

Психологический компонент здоровья

65,00±10,90

68,98±8,28

0,03

Ролевое физическое функционирование

56,86±42,45

81,86±28,32

<0,01

Ролевое эмоциональное функционирование

71,89±34,88

91,50±20,91

<0,01

Жизненная активность

66,86±22,09

78,53±16,29

<0,01

Социальное функционирование

84,31±21,48

92,89±13,29

<0,01

Интенсивность боли

70,94±27,29

89,88±20,84

<0,01

Сравнение по критерию наличия признаков тревоги и депрессии:

Шкала, (%)

Наличие (17,6)

Отсутствие (82,4)

p

Психологический компонент здоровья

59,62 [49,05; 64,75]

70,86 [66,27; 74,44]

<0,01

Интенсивность боли

51,50 [22,00; 84,00]

100,00 [74,00; 100,00]

<0,01

Общее состояние

57,50 [35,00; 82,00]

82,00 [63,50; 92,00]

<0,01

Социальное функционирование

75,00 [50,00; 100,00]

100,00 [87,50; 100,00]

<0,01

Психическое здоровье

62,00 [52,00; 72,00]

88,00 [78,00; 92,00]

<0,01

Ролевое эмоциональное функционирование

48,15±36,55

88,89±23,33

<0,01

Примечание. ССЗ — сердечно-сосудистые заболевания.

При сравнении групп пациентов с ССЗ и без ССЗ более низкие показатели КЖ определены в 1-й возрастной группе по шкалам: физическое функционирование, ролевое физическое функционирование и общее состояние.

Признаки тревоги и депрессии среди женщин встречались чаше, чем среди мужчин. Статистически значимые различия оказались характерны только для признаков депрессии. КЖ женщин было ниже в сравнении с мужчинами как по обобщенным показателям опросника SF-36 (физический и психологический компоненты здоровья), так и по его отдельным шкалам (ролевое физическое функционирование, ролевое эмоциональное функционирование, социальное функционирование, жизненная активность, интенсивность боли).

Также в группе пациентов с наличием признаков тревоги и депрессии показатели КЖ имели более низкие значения по следующим шкалам: психологический компонент здоровья, интенсивность боли, общее состояние, социальное функционирование, психическое здоровье, ролевое эмоциональное функционирование.

Более высокие показатели по шкале «физическое функционирование» отмечены среди пациентов, состоящих в браке, в сравнении с неженатыми и незамужними (85,91±16,55 и 84,65±25,65 балла соответственно; p=0,03).

Среди неработающих пациентов показатели по шкале «интенсивность боли» были значимо ниже по сравнению с теми, кто регулярно участвует в трудовой деятельности (75,79±28,55 и 83,65±23,71 соответственно; p=0,04).

Обсуждение

При сравнении возрастных групп было выявлено, что худшее КЖ по шкалам, связанным с физическим здоровьем, свойственно пациентам самой старшей возрастной группы. У пациентов пожилого возраста были хуже показатели физического компонента здоровья как в целом, так и по отдельным шкалам, отражающим ограничения физической активности, влияние физического состояния и болевых ощущений на повседневную деятельность, перспективы здоровья пациентов. Также в результате парных сравнений установили, что представители самой старшей возрастной группы значимо чаще страдают от АГ, ИБС, ХСН, нарушений сердечного ритма и сахарного диабета, что негативно сказывается на физическом компоненте КЖ.

У пациентов с ССЗ ухудшение КЖ представляется закономерным и согласуется с результатами других исследований, подтверждающих негативное влияние нарушений сердечно-сосудистой системы на примере ИБС и АГ на КЖ в целом и физический компонент в частности [10, 11] вне зависимости от пола и возраста [12]. При этом важно отметить, что при ССЗ КЖ снижено по тем же шкалам, которые оказались значимыми при сравнении по возрасту.

Результаты корреляционного анализа также свидетельствуют о том, что при повышении возраста значения по шкалам, характеризующим физическое состояние здоровья, становятся ниже, что отражает ухудшение КЖ. Логично предположить, что субъективная тяжесть последствий COVID-19-ассоциированной пневмонии для пациентов пожилого возраста возникает вследствие более тяжелого течения заболевания и большего числа последующих осложнений. Одной из причин этого может являться возрастное снижение физиологических ресурсов организма, увеличивающее уязвимость к возбудителям инфекционных заболеваний и затрудняющее восстановление [13]. Помимо этого корреляционный анализ показал взаимосвязь количества ССЗ с ухудшением физического компонента КЖ и отражающих КЖ шкал. Такие результаты согласуются с другими исследованиями, подтверждающими худшее КЖ при наличии коморбидных заболеваний [14]. Тем не менее полученные в настоящем исследовании результаты многофакторного анализа показывают большее влияние на КЖ именно возраста, чем количества сопутствующих заболеваний. Очевидно, что при восстановлении после COVID-19-ассоциированной пневмонии возрастные особенности влияют на снижение КЖ двумя путями — как непосредственно способствуя более тяжелому течению заболевания и более длительному восстановлению, так и опосредованно через более частую и выраженную коморбидную патологию. Таким образом, снижение физического компонента здоровья и соответствующих показателей КЖ среди пациентов после COVID-19-ассоциированной пневмонии связано с наличием хронических заболеваний и в большей степени с возрастными изменениями, чем с тяжестью перенесенного инфекционного заболевания.

У женщин в сравнении с мужчинами отмечается снижение КЖ по шкалам, отражающим физическое и эмоциональное состояние. При сравнении КЖ по гендерному признаку при других заболеваниях среди женщин физическая составляющая также является более низкой [15]. Снижение показателей психологического компонента представляется закономерным, поскольку женщинам признаки тревоги и депрессии свойственны в большей степени. Очевидно, что женщины, перенесшие COVID-19-ассоциированную пневмонию, испытывают ограничения в повседневной деятельности по причине влияния физического состояния, эмоциональных проблем и сфокусированности на болевых ощущениях, проявляющихся в снижении жизненной активности и социального функционирования. Подверженность женщин эмоциональным нарушениям и психическим расстройствам и, как следствие, нарушению социальной адаптации можно объяснить влиянием физиологических, психологических и социальных факторов. К физиологическим факторам относятся гиперактивация гипоталамо-гипофизарной оси, гиперхолестеринемия, а также нейроэндокринные изменения, связанные с климактерическим периодом и периодом перименопаузы [16]. Категория психологических факторов представляет собой предрасположенность женщин к тревоге в виде высокой тревожной чувствительности [17] и восприимчивости к страху [18]. К категории социальных факторов можно отнести обязанности по хозяйству и воспитанию детей, традиционно выполняемые женщинами. При тяжелом соматическом заболевании и длительном восстановительном периоде эти обязанности становятся более обременительными [19]. Следовательно, целесообразно уделять особое внимание реабилитации женщин после COVID-19-ассоциированной пневмонии, учитывая их предрасположенность к более низким показателям КЖ в сравнении с мужчинами в целом [20].

Показатель КЖ, связанного с психологическим состоянием, является более высоким у пациентов с признаками тревоги и депрессии, что согласуется результатами других исследований [21]. Низкий уровень КЖ при нарушениях эмоциональной сферы (в частности, депрессии) можно объяснить негативными эмоциями и представлениями, связанными с заболеванием, высоким уровнем самостигматизации и низкой самооценкой [22]. Помимо депрессии, по данным многофакторного анализа, на ухудшение психологического состояния пациентов значимое влияние оказывает стресс. Переживание стресса запускает нейроэнодокринные изменения, приводящие к определенным эмоциональным, когнитивным и поведенческим реакциям, отражающим состояние психологического здоровья [23]. Поскольку перечисленные реакции подлежат коррекции [24], проведение мероприятий, направленных на их изменение, должно способствовать улучшению психологического компонента КЖ.

Среди факторов, которые положительно влияют на КЖ, можно выделить наличие супруга и регулярную трудовую деятельность. Результаты настоящего исследования показали, что брачный статус ассоциирован с улучшением показателей только по шкале «физическое функционирование». Однако другие исследователи доказали связь брака с улучшением во всех сферах КЖ [25]. Наличие супруга снижало вероятность развития физических, психологических и социальных проблем, связанных с возрастными изменениями [26]. Возможно, подобные связи будут выявлены и у перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию при увеличении числа обследованных.

Трудовая деятельность положительно влияет на КЖ, обеспечивая духовную и эмоциональную стабильность, что подтверждают J. Enomoto и соавт. [27]. Полученные в настоящем исследовании результаты отражают сниженное восприятие боли и меньшее ее влияние на активность пациента при наличии работы, что можно рассматривать как вариант психологической защиты личности, помогающей переключаться с негативных переживаний на деятельность [28].

Для улучшения КЖ пациентов, перенесших COVID-19-ассоциированную пневмонию, представляется актуальным проведение комплексных восстановительных мероприятий, включающих работу по улучшению физического и психологического здоровья, а также учитывающих социальный аспект жизни человека.

Значительным ограничением настоящего исследования является отсутствие контрольной группы. Принимая во внимание, что другими исследователями доказано снижение КЖ после COVID-19 по всем сферам [29], необходимо сопоставление полученных в настоящем исследовании результатов с данными переболевших пневмонией, вызванной другими возбудителями, что возможно только при стойкой стабилизации эпидемиологической ситуации. С учетом продолжительного негативного влияния COVID-19 на психологический компонент КЖ пациентов, перенесших госпитализацию [30], представляет интерес дальнейшее изучение КЖ в динамике.

Заключение

У лиц, перенесших пневмонию COVID-19, через 3 мес после выписки низкие показатели физического аспекта КЖ связаны в большей степени с возрастом, а также с наличием коморбидной сердечно-сосудистой патологии. Психологический аспект КЖ ухудшается под влиянием стресса и нарушений эмоциональной сферы. Влияния тяжести течения COVID-19-ассоциированной пневмонии на КЖ не выявлено. У женщин в сравнении с мужчинами отмечается более низкое КЖ по всем сферам. Факторами, улучшающими КЖ, определены наличие супруга и регулярная трудовая деятельность.

Участие авторов: концепция и дизайн исследования — Е.И. Ярославская, Т.И. Петелина, О.А. Гуськова; сбор и обработка материала, статистическая обработка данных — О.А. Гуськова; написание текста — О.А. Гуськова, Е.И. Ярославская, Б.Ю. Приленский; редактирование — О.А. Гуськова, Е.И. Ярославская.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

The authors declare no conflict of interest.

Литература / References
  1. Grygiel-Górniak B, Oduah MT. COVID-19: What Should the General Practitioner Know? Clin Interv Aging. 2021;16:43-56. https://doi.org/10.2147/CIA.S268607
  2. Samudrala PK, Kumar P, Choudhary K, Thakur N, Wadekar GS, Dayaramani R, Agrawal M, Alexander A. Virology, pathogenesis, diagnosis and in-line treatment of COVID-19. Eur J Pharmacol. 2020;883:173375. https://doi.org/10.1016/j.ejphar.2020.173375
  3. Arab-Zozani M, Hashemi F, Safari H, Yousefi M, Ameri H. Health-Related Quality of Life and its Associated Factors in COVID-19 Patients. Osong Public Health Res Perspect. 2020;11(5):296-302. https://doi.org/10.24171/j.phrp.2020.11.5.05
  4. Fumincelli L, Mazzo A, Martins JCA, Mendes IAC. Quality of life and ethics: A concept analysis. Nurs Ethics. 2019;26(1):61-70. https://doi.org/10.1177/0969733016689815
  5. Haraldstad K, Wahl A, Andenæs R, Andersen JR, Andersen MH, Beisland E, Borge CR, Engebretsen E, Eisemann M, Halvorsrud L, Hanssen TA, Haugstvedt A, Haugland T, Johansen VA, Larsen MH, Løvereide L, Løyland B, Kvarme LG, Moons P, Norekvål TM, Ribu L, Rohde GE, Urstad KH, Helseth S. A systematic review of quality of life research in medicine and health sciences. Qual Life Res. 2019;28(10):2641-2650. https://doi.org/10.1007/s11136-019-02214-9
  6. Новик АА, Ионова ТИ. Руководство по исследованию качества жизни в медицине. 2-е изд. Под ред. акад. РАМН Шевченко Ю.Л. М. 2007.
  7. Löwe B, Decker O, Müller S, Brähler E, Schellberg D, Herzog W, Herzberg PY. Validation and standardization of the Generalized Anxiety Disorder Screener (GAD-7) in the general population. Med Care. 2008;46(3):266-274. https://doi.org/10.1097/MLR.0b013e318160d093.
  8. Погосова Н.В., Довженко Т.В., Бабин А.Г., Курсаков А.А., Выгодин В.А. русскоязычная версия опросников phq-2 и 9: чувствительность и специфичность при выявлении депрессии у пациентов общемедицинской амбулаторной практики. Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2014;13(3):18-24. https://doi.org/10.15829/1728-8800-2014-3-18-24
  9. Riley E, Chang J, Park C, Kim S, Song I. Hypertension and Health-Related Quality of Life (HRQoL): Evidence from the US Hispanic Population. Clin Drug Investig. 2019;39(9):899-908. https://doi.org/10.1007/s40261-019-00814-4
  10. Абабков В.А., Барышникова К., Воронцова-Венгер О.В., Горбунов И.А., Капранова С.В., Пологаева Е.А., Стуклов К.А. Валидизация русскоязычной версии опросника «Шкала воспринимаемого стресса-10». Вестник СПбГУ. Сер. 16. Психология. Педагогика. 2016;2:6-15. https://doi.org/10.21638/11701/spbu16.2016.202
  11. Rieckmann N, Neumann K, Feger S, Ibes P, Napp A, Preuß D, Dreger H, Feuchtner G, Plank F, Suchánek V, Veselka J, Engstrøm T, Kofoed KF, Schröder S, Zelesny T, Gutberlet M, Woinke M, Maurovich-Horvat P, Merkely B, Donnelly P, Ball P, Dodd JD, Hensey M, Loi B, Saba L, Francone M, Mancone M, Berzina M, Erglis A, Vaitiekiene A, Zajanckauskiene L, Harań T, Suckiel MI, Faria R, Gama-Ribeiro V, Benedek I, Rodean I, Adjić F, Čemerlić Adjić N, Rodriguez-Palomares J, Garcia Del Blanco B, Brooksbank K, Collison D, Davis G, Thwaite E, Knuuti J, Saraste A, Kępka C, Kruk M, Benedek T, Ratiu M, Neskovic AN, Vidakovic R, Diez I, Lecumberri I, Fisher M, Ruzsics B, Hollingworth W, Gutiérrez-Ibarluzea I, Dewey M, Müller-Nordhorn J. Health-related qualify of life, angina type and coronary artery disease in patients with stable chest pain. Health and quality of life outcomes. 2020;18(1):140. https://doi.org/10.1186/s12955-020-01312-4
  12. Qin Y, Guo Y, Tang Y, Wu C, Zhang X, He Q, Zhao Y, He J. Impact of hypertension on health-related quality of life among different age subgroups in Shanghai: the subpopulation treatment effect pattern plot analysis. J Hum Hypertens. 2019;33(1):78-86. https://doi.org/10.1038/s41371-018-0092-8
  13. Chen Y, Klein SL, Garibaldi BT, Li H, Wu C, Osevala NM, Li T, Margolick JB, Pawelec G, Leng SX. Aging in COVID-19: Vulnerability, immunity and intervention. Ageing research reviews. 2021;65:101205. https://doi.org/10.1016/j.arr.2020.101205
  14. Abu HO, Saczynski JS, Ware J, Mehawej J, Paul T, Awad H, Bamgbade BA, Pierre-Louis IC, Tisminetzky M, Kiefe CI, Goldberg RJ, McManus DD. Impact of comorbid conditions on disease-specific quality of life in older men and women with atrial fibrillation. Qual Life Res. 2020;29(12):3285-3296. https://doi.org/10.1007/s11136-020-02578-3
  15. Del Core MA, Ahn J, Wukich DK, Liu GT, Lalli T, VanPelt MD, Raspovic KM. Gender Differences on SF-36 Patient-Reported Outcomes of Diabetic Foot Disease. Int J Low Extrem Wounds. 2018;17(2):87-93. https://doi.org/10.1177/1534734618774664
  16. Пушкарев Г.С., Кузнецов В.А., Фишер Я.А., Солдатова А.М., Сапожникова А.Д., Енина Т.Н. Влияние депрессивной симптоматики на риск смерти от всех причин у пациентов с хронической сердечной недостаточностью, перенесших сердечную ресинхронизирующую терапию. Кардиология. 2019;59(1):5-11. https://doi.org/10.18087/cardio.2019.1.10211
  17. Norr AM, Albanese BJ, Allan NP, Schmidt NB. Anxiety sensitivity as a mechanism for gender discrepancies in anxiety and mood symptoms. Journal of Psychiatric Research. 2015;62:101-107. https://doi.org/10.1016/j.jpsychires.2015.01.014
  18. Rutter LA, Scheuer L, Vahia IV, Forester BP, Smoller JW, Germine L. Emotion sensitivity and self-reported symptoms of generalized anxiety disorder across the lifespan: A population-based sample approach. Brain Behav. 2019;9(6):e01282. https://doi.org/10.1002/brb3.1282
  19. Shek DTL. COVID-19 and Quality of Life: Twelve Reflections [published online ahead of print, 2021 Jan 6]. Appl Res Qual Life. 2021;1-11. https://doi.org/10.1007/s11482-020-09898-z
  20. Solis AC, Lotufo-Neto F. Predictors of quality of life in Brazilian medical students: a systematic review and meta-analysis. Braz J Psychiatry. 2019; 41(6):556-567. https://doi.org/10.1590/1516-4446-2018-0116
  21. Ma YF, Li W, Deng HB, Wang L, Wang Y, Wang PH, Bo HX, Cao J, Wang Y, Zhu LY, Yang Y, Cheung T, Ng CH, Wu X, Xiang YT. Prevalence of depression and its association with quality of life in clinically stable patients with COVID-19. J Affect Disord. 2020;275:145-148. https://doi.org/10.1016/j.jad.2020.06.033
  22. Abo-Rass F, Shinan-Altman S, Werner P. Health-related quality of life among Israeli Arabs diagnosed with depression: the role of illness representations, self-stigma, self-esteem, and age. J Affect Disord. 2020;274(9):282-288. https://doi.org/10.1016/j.jad.2020.05.125
  23. Godoy LD, Rossignoli MT, Delfino-Pereira P, Garcia-Cairasco N, de Lima Umeoka EH. A Comprehensive Overview on Stress Neurobiology: Basic Concepts and Clinical Implications. Front Behav Neurosci. 2018;12:127. https://doi.org/10.3389/fnbeh.2018.00127
  24. Mills H, Mulfinger N, Raeder S, Rüsch N, Clements H, Scior K. Self-help interventions to reduce self-stigma in people with mental health problems: A systematic literature review. Psychiatry Res. 2020;284(2):112702. https://doi.org/10.1016/j.psychres.2019.112702
  25. Han KT, Park EC, Kim JH, Kim SJ, Park S. Is marital status associated with quality of life? Health Qual Life Outcomes. 2014;12(8):109. https://doi.org/10.1186/s12955-014-0109-0
  26. Moudi A, Shahinfar S, Razmara MR, Salehiniya H. Is the quality of life different in single and remarried elderly? J Educ Health Promot. 2020;9(2):44. https://doi.org/10.4103/jehp.jehp_613_19
  27. Enomoto J, Mizuno Y, Okajima Y, Kawasoe Y, Morishima H, Tateno S. Employment status and contributing factors among adults with congenital heart disease in Japan. Pediatr Int. 2020;62(3):390-398. https://doi.org/10.1111/ped.14152
  28. Обуховская В.Б., Мещерякова Э.И. Ресурсные и дефицитарные характеристики внутренней картины болезни пациентов с неврологической патологией в контексте психологической безопасности. Психолог. 2018;5:1-13. https://doi.org/10.25136/2409-8701.2018.5.27461
  29. Raman B, Cassar MP, Tunnicliffe EM, Filippini N, Griffanti L, Alfaro-Almagro F, Okell T, Sheerin F, Xie C, Mahmod M, Mózes FE, Lewandowski AJ, Ohuma EO, Holdsworth D, Lamlum H, Woodman MJ, Krasopoulos C, Mills R, McConnell FAK, Wang C, Arthofer C, Lange FJ, Andersson J, Jenkinson M, Antoniades C, Channon KM, Shanmuganathan M, Ferreira VM, Piechnik SK, Klenerman P, Brightling C, Talbot NP, Petousi N, Rahman NM, Ho LP, Saunders K, Geddes JR, Harrison PJ, Pattinson K, Rowland MJ, Angus BJ, Gleeson F, Pavlides M, Koychev I, Miller KL, Mackay C, Jezzard P, Smith SM, Neubauer S. Medium-term effects of SARS-CoV-2 infection on multiple vital organs, exercise capacity, cognition, quality of life and mental health, post-hospital discharge. EClinicalMedicine. 2021;31: 100683. https://doi.org/10.1016/j.eclinm.2020.100683
  30. Garratt AM, Ghanima W, Einvik G, Stavem K. Quality of life after COVID-19 without hospitalisation: Good overall, but reduced in some dimensions. J Infect. 2021;82(5):186-230. https://doi.org/10.1016/j.jinf.2021.01.002
slide-cover
slide-cover
slide-cover
slide-cover
slide-cover
slide-cover

Рекомендуем статьи по данной теме:

Выраженность тревожно-депрессивных расстройств у беременных с различным акушерским анамнезом. (Оригинальное исследование).Российский вестник акушера-гинеколога. 2026;26(4):19-24

Распространенность психических расстройств и субсиндромального психического дистресса у пациентов с хроническими дерматозами: поперечное эпидемиологическое исследование.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(7):107-114

Сетевой анализ психопатологической симптоматики у больных шизофренией как модель изучения клинической картины.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(7):63-68

Психоэмоциональные аспекты взаимодействия врача и пациента при дистанционном консультировании в отоневрологии.Вестник оториноларингологии. 2026;91(3):15-20

Когнитивные нарушения после COVID-ассоциированной пневмонии: результаты проспективного когортного исследования факторов риска.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2026;126(5):43-47

Когнитивные нарушения у 2775 амбулаторных пациентов с артериальной гипертонией и ИБС: связь между показателями выживаемости и смертности по данным пятилетнего наблюдения.Кардиологический вестник. 2026;21(2):46-56

Психосоциальные факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний: клиническая и прогностическая значимость.Кардиологический вестник. 2026;21(2):5-12

Коронавирусная инфекция и депрессия как предикторы нарушений менструальной функции у девушек-студенток в период пандемии COVID-19.Российский вестник акушера-гинеколога. 2026;26(2):29-35

Представления о болезни и самооценка качества жизни у пациентов с болезнью Паркинсона.Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. Спецвыпуски. 2025;125(11-2):24-31

Эффективность и переносимость агомелатина (Вальдоксан) при лечении депрессии после перенесенного COVID-19 (исследование ТЕЛЕСФОР).Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2025;125(9):90-98

Издательство «Медиа Сфера»
РекламаДоставка/ОплатаО насКонтактыОбучение для редакцийПолитика конфиденциальностиПолитика обработки персональных данныхПубличная оферта на реализацию издательской продукции
ЖурналыПодпискаАрхивКнигиПроекты
  • RuStore

© 1998-2026

  • Телефоны издательства:

  • +7 (495) 482-41-18
  • +7 (495) 482-43-29
  • Прямой телефон отдела подписки
    (только по вопросам заказов и доставки журналов)

  • +7 (800) 250-18-12
  • пн-пт с 10:00 до 18:00

  • Telegram
  • VK
info@mediasphera.ru
  • Почтовый адрес:

  • Издательство «Медиа Сфера»,
    а/я 54, Москва, Россия, 127238

  • RuStore

© 1998-2026