Роль усиления липопероксидации в патогенезе пролапса тазовых органов у женщин

Чpезмеpное обpазование cвободныx pадикалов способствует повpеждению разнообразных биомолекул — от форменных элементов крови до клеток тканей и органов [1], что может привести к функциональным расстройствам и органическим повреждениям. Доказано, что усиленная липопероксидация является патогенетическим фактором более 200 разноплановых заболеваний и патологичеcкиx cоcтояний, cpеди котоpыx каpдиомиопатии, атеpоcклеpоз, ишемичеcкая болезнь cеpдца, гепатиты, язвы желудка и двенадцатипеpcтной кишки, болезни Паpкинcона, Альцгеймеpа, эпилепcия, шизофpения и т. д. [2—5]. Не является исключением и патология женской репродуктивной системы [6—11]. Особую роль играет окислительный стресс в патологических процессах, связанных со старением и возрастной утратой органами морфофункциональных характеристик [12].

Цель работы — определить состояние перекисного окисления липидов (ПОЛ) и антиоксидантной системы защиты (АОСЗ) у больных с пролапсом тазовых органов.

Были обследованы 60 женщин в возрасте от 42 до 48 лет (средний возраст 46,0±1,5 года), которые были разделены на две группы: 1-ю группу (контрольную) составили 30 женщин без соматической или гинекологической патологии; во 2-ю группу (основную) вошли 30 пациенток с диагнозом «опущение матки и стенок влагалища I—II степени».

Помимо общепринятых физикальных, инструментальных и лабораторных исследований, проводилось изучение состояния ПОЛ и АОСЗ крови.

Состояние системы прооксиданты—антиоксиданты оценивали одновременно по трем направлениям. Метод индуцированной хемилюминесценции сыворотки крови использовали для выявления и оценки интенсивности перекисного стресса по показателям максимальной интенсивности свечения (I max, мВ/с), светосуммы (S, мВ/с), показателю, характеризующему скорость спада интенсивности перекисного окисления липидов (tg2ά), в работе использовали биохемилюминометр БХЛ-06.

Вторым направлением исследования было измерение количества первичных (диеновых конъюгатов — ДК) и конечных (оснований Шиффа — ОШ) молекулярных продуктов липопероксидации. Содержание Д.К. определяли в метанол-гексановой липидной фракции (5:1) при длине волны поглощения 233 нм. Количество О.Ш. анализировали с помощью флуориметра при длине волны возбуждения 365 нм и длине волны эмиссии 420 нм. Содержание общих липидов в сыворотке крови определяли при помощи диагностических наборов Lachema.

Третьим направлением работы была детализация состояния антиоксидантной системы защиты по уровням активности ферментов каталазы и супероксиддисмутазы (СОД) в крови. Активность каталазы определяли спектрофотометрически по убыли перекиси водорода в среде, СОД — в тесте с нитросиним тетразолием; единицы измерения ед/гНb/мин.

Статистическая обработка данных клинических и лабораторных исследований проводилась методами вариационной статистики с использованием пакета МЕДСТ, программы Статистика 6.0. Достоверность различия признаков устанавливали с помощью t-критерия Стъюдента, за достоверными признавали различия при p<0,05.

Изучение интенсивности ПОЛ методом индуцированной хемилюминесценции позволило выявить (таблица),

Полученные данные нашли подтверждение при использовании более точного метода детекции перекисного стресса — измерения уровней молекулярных продуктов ПОЛ. Так, уровни ДК, как и ОШ у пациенток основной группы обследованных превысили соответствующие показатели у пациенток контрольной группы в 2 раза (p<0,05).

Для выяснения условий, способствующих неконтролируемой генерации активных форм кислорода, оценили состояние АОСЗ по двум ее ключевым ферментам. При наличии пролапса у больных активность каталазы оказалась в 1,26 раза, а СОД — в 1,29 раза ниже, чем у здоровых женщин (p<0,05 в обоих случаях) (см. таблицу и рисунок, а, б), что создает условия для развертывания оксидантного стресса в организме.

Полученные нами данные нашли косвенное подтверждение в зарубежной литературе последних лет. Китайские ученые [13] исследовали роль окислительного стресса в метаболизме коллагена в фибробластах крестцово-маточной связки женщин с пролапсом, подвергшихся гистерэктомии. Результаты показали, что уровни экспрессии окислительных биомаркеров 8-гидроксигуанозина (8-OHdG) и 4-гидроксиноненала (4-HNE) в группе с пролапсом были значительно выше, чем в контрольной группе (женщины без пролапса), что подтверждает ранее полученные данные [14]. В этом исследовании также определяли уровни экспрессии коллагена типа 1, α1 (COL1A1), матриксной металлопротеиназы-2 (MMP2), тканевого ингибитора металлопротеиназы-2 (TIMP2) и трансформирующего фактора роста β₁ (TGFβ₁) с помощью вестерн-блоттинга и анализа количественной полимеразной цепной реакции с обратной транскрипцией. Оказалось, что уровни экспрессии MMP2 у пациенток с пролапсом выше, а TIMP2 и TGFβ1 ниже, чем в контрольной группе. Тем самым авторы выяснили механизм реализации влияния окислительного стресса через усиление экспрессии матриксной ММР2 как ключевой протеиназы, ответственной за деградацию коллагена [15].

Таким образом, благодаря полученным нами результатам было выявлено нарушение состояния ПОЛ и АОСЗ у больных с пролапсом тазовых органов, что дополняет картину патогенеза данного распространенного заболевания [16] и может служить основой для нового направления в его профилактике и лечении таких пациенток.

Антиоксидантная недостаточность и перекисный стресс являются факторами патогенеза пролапса тазовых органов не только на органном (связочный аппарат), но и на системном уровне.

Существуют патогенетические предпосылки для включения экзогенных антиоксидантов или средств, стимулирующих эндогенную антиоксидантную систему защиты, в комплекс лечебно-профилактических мероприятий у пациенток с пролапсом тазовых органов начальных стадий.

Сведения об авторах

Гречканев Г.О. — д.м.н., проф.; e-mail: ggrechkanev@mail.ru; https://orcid.org/0000-0003-0021-030X

Котова Т.В. — к.м.н.; e-mail: kotova-nm@mail.ru; https://orcid.org/0000-0001-6461-6160

Мотовилова Т.М. — к.м.н.; e-mail: tmshka@mail.ru; https://orcid.org/0000-0002-3795-2852

Крупинова Д.С. — врач акушер-гинеколог; e-mail: 9063552903@mail.ru; https://orcid.org/0000-0003-1386-6578

Клементе Апумайта Х.М. — д.м.н., проф.; e-mail: dr.klemente@yandex.ru; https://orcid.org/0000-0003-4783-5382;

Никишов Н.Н. — к.м.н.; e-mail: dr_nikishov@mail.ru; https://orcid.org/0000-0002-8404-016X

Кеда А.К. — студентка; e-mail: nysic2103@mail.ru; https://orcid.org/0000-0002-3049-2523

Курмангулова И.М. — студентка; https://orcid.org/0000-0002-5634-8271

Кокова Р.Р. — студентка; e-mail: renata.cokova@yandex.ru; https://orcid.org/000-0001-6664-0711

Гулян Ж.И. — студентка; e-mail: eje.ni@mail.ru; https://orcid.org/000-0002-3286-4730

Хасянов И.М. — студент; e-mail: ilham.hasyanov.97@mail.ru; https://orcid.org/000-0002-8300-7235