Введение

Электронная сигарета (ЭС) в современном виде появилась в 2003 г. Она была предложена китайским фармацевтом Хон Лик как менее опасная альтернатива обычной сигарете. Инициировали и спонсировали ее разработку транснациональные табачные компании в ответ на борьбу Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) с курением табака и принятием в 2003 г. «Рамочной конвенции по борьбе против табака» [1]. За прошедшие 22 года, несмотря на многочисленные исследования [2—13], доказавшие вред и опасность ЭС, число пользователей вейпами только увеличивалось. Уже в 2018 г., по данным ВОЗ, число вейперов в мире превышало 40 млн человек и продолжает расти с каждым годом, особенно среди молодежи [14, 15]. В ежегодном докладе ВОЗ, касающемся эпидемии табакокурения, отмечается растущая популярность ЭС среди ранее никогда не курившей молодежи и подростков. По прогнозам ВОЗ, к 2030 г. продажи ЭС в мире возрастут в 17 раз [14, 15].

В России в настоящее время также отмечается рост числа потребителей ЭС. С одной стороны, причиной этого явления стало ужесточение и практическое применение законодательства в отношении обычных табачных изделий. С другой — вплоть до 2020 г. в России отсутствовало какое-либо правовое регулирование доступности ЭС для несовершеннолетних.

Действие Федерального закона (ФЗ) от 23.02.2013 №15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма, последствий потребления табака или потребления никотинсодержащей продукции» [16] только в 2020 г. было распространено и на курение ЭС (ФЗ от 31 июля 2020 г. №303-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросу охраны здоровья граждан от последствий потребления никотинсодержащей продукции») [17].

Цель исследования — выполнить сравнительный анализ показателей курения ЭС российскими городскими подростками 15—17 лет в 2019—2020 и 2023—2024 гг. и дать оценку произошедшим изменениям.

Материалы и методы

В рамках мониторинга изучение курения электронных сигарет среди городских подростков 15—17 лет проводилось в 2019—2020 и 2023—2024 учебных годах. Исследование осуществлялось Центром мониторинга вредных привычек среди детей и подростков ФГБУ ЦНИИОИЗ Минздрава России. Сбор первичного материала (анонимное анкетирование подростков) проведен группами мониторинга областных центров общественного здоровья и медицинской профилактики.

Вопросы, касающиеся курения ЭС, выбор городов, технология проведения опроса были идентичными в обоих исследованиях.

Дизайн проведения исследований в обоих случаях включал несколько этапов:

— выбор городов в федеральных округах Российской Федерации (областные центры);

— типологический отбор районов в выбранных городах («спальные», промышленные районы, центральные, удаленные от центра районы города);

— случайным методом проведен отбор образовательных учреждений в районах города;

— выполнено сплошное анонимное анкетирование учащихся в отобранных образовательных учреждениях.

Расчет необходимого числа опрашиваемых для получения репрезентативных данных для города проведен по известной формуле [18].

Необходимое для проведения анкетирования число подростков 15—17 лет составило 1076, но с учетом 5% брака при заполнении анкет в каждом городе опрошено по 1150—1200 учащихся.

Анкета для подростков содержала 71 вопрос и включала следующие блоки: социально-демографический статус, медицинский блок, употребление алкоголя, курение табачных изделий (как обычных сигарет, так и электронных), употребление наркотиков, информированность и источники информации о вреде алкоголя, табака и наркотиков, проведение для учащихся лекций и занятий по профилактике потребления алкоголя, табака и наркотиков.

В 2019—2020 гг. исследование проводилось в 12 городах пяти федеральных округов: Центрального (ЦФО); Северо-Западного (СЗФО); Южного (ЮФО); Приволжского (ПФО) и Сибирского (СФО). Всего опрошено 14 084 подростка (6535 (46,4%) мальчиков и 7549 (53,6%) девочек). Отклик в среднем по городам составил 90%.

В 2023—2024 гг. исследование проводилось в 10 городах четырех федеральных округов: ЦФО, СЗФО, ПФО и СФО. Всего опрошено 13 556 подростков (7571 (55,8%) мальчик и 5985 (44,2%) девочек). Отклик в среднем по городам составил 93%.

К ЭС отнесены различные виды электронных устройств доставки никотина (электронные сигареты, вейпы, изделия из нагреваемого табака).

Для анализа данных о курении ЭС на основе результатов анкетирования подростков разработана следующая шкала частоты курения ЭС:

— «редкое» — курение до 10—11 раз в год;

— «эпизодическое» — ежемесячное курение от 1 до 3 раз в месяц, но не каждую неделю;

— «систематическое» — еженедельное курение, несколько раз в неделю, но не каждый день;

— «ежедневное» — курение каждый день.

Статистический анализ. Свод материалов анкетирования, формирование баз данных и их статистическая разработка проведены с помощью компьютерной программы «Факторы риска» [19]. Статистическая разработка баз данных включала получение абсолютных и относительных показателей, определение статистической значимости различий. Для расчета статистической значимости различий показателей использован непараметрический критерий Пирсона χ².

Результаты

Анализ частоты распространенности курения ЭС среди городских подростков 15—17 лет показал высокий уровень в большинстве обследованных городов. В среднем курили ЭС 27,0 из 100 мальчиков и 23,7 из 100 девочек соответствующего возраста (p<0,001). Отмечен широкий разброс диапазона колебаний распространенности курения подростками ЭС в обследованных городах (рис. 1).

Рис. 1. Распространенность курения электронных сигарет среди городских подростков 15—17 лет в 2023—2024 гг.

На 100 подростков соответствующих пола и возраста.

Важнейшей характеристикой курения является его частота. По частоте курения ЭС в 2023—2024 гг. подростки распределились следующим образом: «редко» курили 6,5% мальчиков и 6,7% девочек (p>0,05); «эпизодически» — 9,9 и 8,3% соответственно (p>0,05); «систематически» — 15,4 и 10,5% (p<0,001); «ежедневно» — 68,2 и 74,5%.

Анализ частоты курения ЭС показал, что среди подростков обоих полов превалирует «ежедневное» курение ЭС (рис. 2).

Рис. 2. Распространенность «ежедневного» курения электронных сигарет среди городских подростков 15—17 лет в 2023—2024 гг.

На 100 подростков соответствующих возраста и пола.

Несмотря на то что число «ежедневно» куривших ЭС мальчиков и девочек в среднем в обследованных городах одинаково, в Архангельске, Калуге, Мурманске и Калининграде число «ежедневно» куривших девочек статистически значимо выше, чем мальчиков (p<0,05).

Ведущие мотивы курения ЭС: «нравятся ощущения и аромат» и «привычка». На эти два мотива указали 72,0% мальчиков и 74,5% девочек, что свидетельствует о начале формирования психологической зависимости от ЭС. У 11% подростков побудительным моментом курения ЭС является «отсутствие запаха табачного дыма». Остальные мотивы («за компанию», «расслабляюсь», «желание произвести впечатление», «мода») распространены незначительно, в особенности «мода» (до 1,4%).

Приобщение подростков к курению ЭС происходит в традиционном для появления интереса к психоактивным веществам возрастном периоде: от 10 до 17 лет включительно, особенно у подростков 13—16 лет. В среднем в этом возрасте впервые знакомятся с ЭС почти 32% мальчиков и девочек. На 15—16 лет приходится пик приобщения к ЭС как мальчиков, так и девочек.

В иерархии мотивов пробы курения ЭС первую позицию занимает «любопытство» — у 62,6% мальчиков и 61,3% девочек. «За компанию» приобщаются к курению ЭС около 10% подростков; 11,5% мальчиков и 11,7% девочек пробуют ЭС в «поиске новых ощущений», из-за «желания сравнить обычные сигареты с электронными» обращаются к ЭС 13,2% мальчиков и 15,0% девочек.

Почти 70% мальчиков и 60% девочек приобретают ЭС «самостоятельно»; 21% — «угощают друзья»; 10% мальчиков и 17% девочек «просят старших товарищей» купить им ЭС и, наконец, 25% подростков «берут ЭС у родителей». Все это свидетельствует о том, что действующее в настоящее время законодательство в отношении ЭС носит в основном декларативный характер [16, 17].

Информированность подростков о вреде ЭС достаточно высока: 68,3% мальчиков и 74,3% девочек считают ЭС «вредными» для здоровья (p<0,001). Отрицают вред курения ЭС 5,3% мальчиков и 3,8% девочек (p<0,001). Остальные подростки не имеют четкого представления о вреде ЭС.

Источники информации об ЭС, которыми пользуются подростки, самые разнообразные (рис. 3). Если рассмотреть источники информации с точки зрения их научной обоснованности, доказательности, то их можно условно разделить на две группы: санитарно-просветительские (научно обоснованные) и «случайные».

Рис. 3. Источники информации о вреде курения электронных сигарет, используемые городскими подростками 15—17 лет в 2023—2024 гг.

Санитарно-просветительские источники («занятия в школе и колледже», «ТВ, радио», «газеты», «специальная литература»), как правило, содержат научные, доказанные факты и сведения. «Случайные» источники («родители», «друзья и знакомые», «социальные сети», «собственный опыт», «собственные наблюдения») не гарантируют научную обоснованность и достоверность сведений. В Интернете можно найти как научно доказанные сведения, так и случайную, противоречивую информацию. Поэтому Интернет мы считали на 50% источником научной информации и на 50% — «случайной».

С этой позиции доля подростков, получивших свои знания из научно обоснованных источников, составляет среди мальчиков 34,4%, а среди девочек 36,2%. Получили знания из «случайных» источников 44,4% мальчиков и 44,9% девочек. Около 20% подростков вообще не интересовались этим вопросом.

Сравнение данных о курении ЭС подростками в 2019—2020 гг. с аналогичными данными за 2023—2024 гг. представлено в таблице.

Анализ данных показал, что уровень распространенности курения ЭС за рассматриваемый период вырос среди подростков более чем в 3 раза, а распространенность «ежедневного» курения ЭС возросла в 8 раз среди мальчиков и более чем в 10 раз среди девочек.

Ведущий мотив курения ЭС у подростков в 2019—2020 гг. «нравятся ощущения, аромат» в 2023—2024 гг. уступил первенство мотиву «привычка», что свидетельствует о формировании зависимости от ЭС (см. таблицу).

По сравнению с 2019—2020 гг. как мальчики, так и девочки в 2023—2024 гг. стали чаще (p<0,001) впервые пробовать курить ЭС практически во всех возрастных группах, кроме девочек возрастной группы до 10 лет и мальчиков в возрасте 13—14 лет (p>0,05). Доля девочек возрастной группы 13—14 лет возросла почти в 2 раза (χ²=143,040, d.f.=1, p<0,001), а 17-летних мальчиков (χ²=97,084, d.f.=1, p<0,001) и девочек (χ²=107,330, d.f.=1, p<0,001) — почти в 3 раза (рис. 4, 5).

Рис. 4. Изменение возраста первой пробы курения электронных сигарет у городских подростков-мальчиков 15—17 лет за период с 2019—2020 по 2023—2024 гг.

Процент от числа опрошенных.

Рис. 5. Изменение возраста первой пробы курения электронных сигарет у городских подростков-девочек 15—17 лет за период с 2019—2020 по 2023—2024 гг.

Процент от числа опрошенных.

Пик приобщения к курению ЭС у мальчиков переместился с возрастной группы 13—14 лет на 15—16 лет, а у девочек остался прежним — 15—16 лет. Не изменился основной мотив первой пробы курения ЭС — «любопытство». Информированность подростков о вреде курения ЭС существенно выросла (p<0,001), но это не останавливало подростков от пробы курения ЭС (см. таблицу).

Сравнительная характеристика основных параметров курения электронных сигарет у городских подростков 15—17 лет в 2019—2020 и 2023—2024 гг.

Примечание. ЭС — электронные сигареты.

Обсуждение

За 2020—2024 гг. в России проведено много исследований по изучению эпидемиологических аспектов курения ЭС среди подростков и молодежи [20—24]. Возрастные группы обследованных самые разные: от 12 до 35 лет. Методы опроса: от бумажной анкеты до онлайн-анкетирования с помощью Google-формы. Объемы выборки также самые разные: от нескольких десятков старшеклассников до нескольких тысяч обучающихся.

Наиболее близки нашему исследованию по методике формирования выборки, ее объему данные «Глобального обследования употребления табака среди молодежи в Российской Федерации: 2004—2021 гг.», проведенного в рамках обследования GYTS в 2021 г. в пяти городах России (Москве, Пскове, Хабаровске, Чебоксарах, Новосибирске) [24].

В связи с тем, что в исследовании GYTS возраст подростков составлял 13—15 лет, а в нашем исследовании — 15—17 лет, показатели распространенности курения ЭС среди подростков в нашем исследовании выше (27,0 из 100 мальчиков и 23,7 из 100 девочек по сравнению с 15,8% мальчиков и 17,4% девочек в исследовании GYTS).

Но тенденции, выявленные в нашем исследовании и исследовании GYTS, одинаковые. Отмечается существенный рост распространенности курения ЭС среди подростков.

Как и мы, исследователи GYTS считают, что необходимо неотложное принятие профилактических мер в отношении курения ЭС не только в санитарно-просветительском, но и в законодательном аспекте.

Заключение

За рассматриваемый период произошли существенные изменения параметров курения электронных сигарет среди городских подростков:

1. Уровень распространенности курения среди подростков 15—17 лет вырос более чем в 3 раза;

2. Уровень распространенности «ежедневного» курения вырос среди мальчиков в 8 раз, а среди девочек более чем в 10 раз;

3. Изменилась иерархия основных мотивов курения. Первое место как у мальчиков, так и у девочек занял мотив «привычка», что свидетельствует о формировании зависимости от электронных сигарет;

4. Остался неизменным основной мотив первой пробы курения — «любопытство»;

5. Информированность о вреде курения возросла до 70%, но это не останавливает подростков от приобщения к курению электронных сигарет;

6. Проводимые на данный момент профилактические мероприятия в отношении курения электронных сигарет недостаточны, необходимо принятие неотложных мер не только в санитарно-просветительском, но и в законодательном аспекте.

Вклад авторов: концепция и дизайн исследования — Скворцова Е.С.; сбор и обработка материала — Скворцова Е.С., Лушкина Н.П.; статистический анализ данных — Лушкина Н.П.; написание текста — Скворцова Е.С., Лушкина Н.П.; научное редактирование — Скворцова Е.С., Лушкина Н.П.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Authors contribution: study design and concept — Skvortsova E.S.; data collection and processing — Skvortsova E.S., Lushkina N.P.; statistical analysis — Lushkina N.P.; text writing — Skvortsova E.S., Lushkina N.P.; scientific editing — Skvortsova E.S., Lushkina N.P.