Проблемы правового обеспечения безопасности медицинских работников при исполнении ими служебных и профессиональных обязанностей

В части 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации высшей ценностью провозглашены жизнь человека и его право на жизнь в числе самого приоритетного и неотчуждаемого, принадлежащего ему от рождения [1]. Основополагающий смысл этой ценности заключается в праве личности на свободу от любых незаконных посягательств на жизнь со стороны государства, его представителей, либо других лиц. И если человек, выполняя профессиональный долг, каждодневно подвергает свою жизнь опасности, то государство должно взять на себя обязанности по его защите. При этом повышенная ответственность государства должна определяться не общей нормой закона, декларативно провозгласившей необходимость защиты личности от любых посягательств, а действенным механизмом, который найдет отражение в разных отраслях материального и процессуального права, создавая последовательную цепь законодательного регулирования защиты особого участника правовых отношений.

Проблема обеспечения безопасности медицинских работников в настоящее время стала принимать чрезвычайные масштабы. Буквально в каждом регионе нашей страны с пугающей регулярностью происходят неприятные инциденты, связанные с нападением на сотрудников скорой помощи, врачей поликлиник и больниц.

Так, летом 2017 г. в результате дорожного конфликта, который произошел в Иркутске, врач и санитар приехали в больницу уже пациентами травматологии [2]. В Архангельске совершено нападение на реанимационную бригаду скорой помощи, которая прибыла на вызов [3]. В больнице Норильска 28-летний пациент после ссоры на приеме убил врача [4]. В Симферополе неизвестный открыл огонь по медицинскому автомобилю, пострадали четверо медиков, один из которых погиб на месте [5]. В августе 2017 г. в Орехово-Зуево мужчина избил врача-рентгенолога до бессознательного состояния за то, что его сестре пришлось долго ожидать медицинской помощи в больнице [6]. В Красноярске 3 мая 2018 г. пьяная пациентка избила фельдшера скорой помощи [7]. Этот список можно продолжить, подобные сообщения в средствах массовой информации носят не единичный характер. Как показали наши исследования, в Москве 4 из 5 медработников скорой помощи в течение года подвергались угрозам, оскорблениям или физическому насилию. Такая статистика наглядно показывает масштаб назревшей проблемы, а продуманных и обоснованных рекомендаций по ее разрешению общество традиционно ждет от науки.

Нападение на врача — уже не рядовой случай, а общая тенденция. По статистике Министерства здравоохранения России, с 2010 по 2016 г. на медработников совершено 1200 нападений при исполнении ими служебных обязанностей. В среднем это составляет 1—2 случая в месяц в каждом субъекте РФ [8]. Представляется, что решение назревшей проблемы необходимо начинать с законодательного регулирования вопросов, касающихся обеспечения охраны медицинских работников при исполнении ими служебных обязанностей.

О необходимости разработки приоритетных проектов, в которых должны быть представлены вопросы защиты прав медицинских работников, неоднократно высказывал Президент России Владимир Путин [9]. В марте 2018 г. по итогам встречи с работниками сферы здравоохранения Президент Р.Ф. поручил Правительству подготовить законопроекты с изменениями, предусматривающими ответственность за совершение действий, препятствующих осуществлению профессиональной деятельности медиков.

Попытки законодательного обеспечения защиты медицинских работников от посягательств на их жизнь и здоровье в процессе выполнения служебных и профессиональных обязанностей предпринимались и ранее. Так, в 2017 г. Верховный суд РФ поддержал законопроект с поправками в Уголовный кодекс о защите медицинских работников и пациентов, разработанный вице-спикером Госдумы И. Яровой и главой Думского комитета по охране здоровья Д. Морозовым. Тем не менее резонансный законопроект не нашел поддержки даже среди врачей, поскольку содержит только положения о привлечении к ответственности лиц, препятствующих медицинским работникам оказывать помощь больным. Это означает, что если в результате угроз, создания помех для доступа к больному или удержания врач не смог оказать помощь пациенту, то виновный в таком воспрепятствовании подлежит административной ответственности. Если же названные действия повлекли средний или тяжкий вред здоровью пациента, то виновника ожидает уголовная ответственность. По сути, предложенный законопроект не упоминает при этом о каком-либо виде ответственности за нападение на медицинского работника при выполнении им профессиональных обязанностей.

Так как положения норм законопроекта, по сути, лишь дублируют положения ст. 318, ст. 319 Уголовного кодекса РФ, парламентарии предлагают изменить содержание уголовного законодательства посредством усиления ответственности за нападение и причинение вреда жизни и здоровью медицинских работников [10]. Много предложений о соответствующих законодательных инициативах высказывают в различных субъектах РФ и на федеральном уровне, в частности предложение об отражении в законе об уголовной ответственности приравнивания медицинских работников к сотрудникам правоохранительных органов и представителям власти. Юрист Московской коллегии адвокатов Т. Маршани [11] считает, что назрела необходимость появления такой статьи в законе об уголовной ответственности, поскольку врачи не реже полицейских подвергаются нападениям, входят в особую группу риска.

В плане рациональности и последовательности таких инициатив показателен опыт США и Великобритании, где в уголовном законодательстве есть конкретные правовые нормы, предусматривающие более суровые наказания при покушении на жизнь врача. При этом социальный статус врача приравнен к статусу полицейского, а законодательство применяется симметрично как в отношении правонарушителя, напавшего на врача, так и на полицейского.

Однако такое очевидное и простое на первый взгляд предложение не решает проблему в целом и продолжает вызывать оживленные дискуссии о целесообразности подобных нововведений. По словам проф. Академии МВД России И. Соловьева, правоохранители и врачи хоть глобально и выполняют схожие функции по «излечению» наших граждан, однако их статус, условия работы, уровень опасности, которой они подвергаются, и частота посягательств являются несопоставимыми [11]. Так, появилась инициатива дополнить Уголовный кодекс РФ ст. 238.2 по отдельному составу преступления, предусматривающего наказание за причинение вреда здоровью медицинским работникам в связи с исполнением ими должностных обязанностей.

Другим обсуждаемым вопросом является возможное взаимодействие между полицейскими и медицинскими работниками в процессе исполнения последними служебных обязанностей. Такой опыт давно успешно применяют в Ирландии, где на уровне специальных правил определены условия и порядок такого взаимодействия и внедрена программа по организации медицинского спецкурса обороны [12].

В единичных регионах нашей страны (Красноярск) такое взаимодействие практикуется, но оно находится в зависимости от позиции местных властей в этом вопросе [13]. А в отдельных регионах (например, в Омске) администрации медицинских учреждений пошли дальше, заключив договор по обеспечению безопасности с органами Росгвардии и снабдив планшеты врачей кнопкой тревожного вызова [14].

Повышая качество трудовой деятельности в целом [15] и медицинских работников в частности, а также в целях обеспечения защиты медицинских работников при исполнении ими служебных и профессиональных обязанностей, предлагается следующее:

1) в федеральном законе предусмотреть порядок взаимодействия между полицейскими и медицинскими работниками, включая медицинский персонал «Скорой помощи» и бригады, оказывающие психиатрическую помощь, что должно приводить к снижению рисков здоровью и жизни медицинских работников при оказании ими служебных обязанностей;

2) нормативно-правовое обеспечение взаимодействия между медицинскими работниками и пациентами должно касаться права медицинского работника в необходимых чрезвычайных ситуациях, связанных с выполнением служебных и профессиональных обязанностей, применять к пациентам специальные средства защиты;

3) введение государственного страхования медицинского персонала на случай получения увечья здоровью/травмы при исполнении ими служебных или профессиональных обязанностей — это следует признать важной гарантией защиты прав медицинских работников;

4) дополнить ст. 115 УК РФ и ст. 119 УК РФ новым квалифицирующим признаком в отношении лица в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности, что позволит предусмотреть ответственность за причинение легкого вреда здоровью и за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью лицу в связи с осуществлением им своей служебной деятельности, независимо от характера такой деятельности;

5) в рамках персонификации норм уголовного законодательства предусмотреть в части 1 ст. 124.1 УК РФ возможность привлечения к юридической ответственности личности, в случае если она воспрепятствует медицинскому работнику в осуществлении законной профессиональной деятельности.

Проблема правового обеспечения защиты медицинских работников при исполнении ими служебных и профессиональных обязанностей остается важной и противоречивой. В настоящее время уголовное законодательство содержит достаточное количество строгих норм, которые позволяют наказать преступников, включая и тех, которые причиняют вред здоровью и/угрозу жизни медицинских работников. Однако одна из положительных тенденций российского законодательства, включающая дифференциацию и индивидуализацию наказания, позволяет пересмотреть существующие нормы с учетом возникшей повышенной общественной опасности и необходимости более строгого наказания за совершение преступлений в отношении медицинских работников. Последнее способно привести к положительным результатам.

Участие авторов:

Концепция и дизайн — Н.Ш., А.С., Е.П.

Сбор и обработка материала — Е.Р., О.Г.

Статистическая обработка данных — Р.П., Е.Р.

Написание текста — Е.М., Н.Ш., Е.Р.

Редактирование — А.С., О.Г., Р.П.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Сведения об авторах

*ПетроваРозаЕсеновна — к.ю.н. [Roza E.Petrova, PhD] 119602, Москва, Мичуринский проспект, 72, корпус 2, кв. 238 [address: 119602, Moscow, Michurinsky prospect, 72/2, app. 238]; https://orcid.org/0000-0002-9596-4309; e-mail: blazerose@mail.ru

Мищенко Елена Валерьевна — д.ю.н., доцент [Elena V. Mishchenko, PhD, Professor]; https://orcid.org/0000-0001-5936-1861; е-mail: map_1234@mail.ru

CоловьевАндрейАлександрович — д.ю.н., заместитель председателя Арбитражного суда Московской области [Andrey A. Solovyev, PhD, Deputy Chairman of the State Commercial Tribunal of Moscow Region]; https://orcid.org/0000-0002-3059-1142; e-mail: solov.arbitr@rambler.ru

ШеяфетдиноваНатальяАлександровна — к.ю.н., доцент [Sheyafetdinova Natalia A. PhD, Professor]; https://orcid.org/0000-0002-4762-0237; е-mail: Sheyafetdinova UP@mail.ru

Глобенко Оксана Александровна — к.ю.н. [Oksana A. Globenko, PhD]; https://orcid.org/0000-0002-0923-2559; е-mail: lexy347@mail.ru

Портная Елизавета Борисовна — к.с.н. [Elizaveta B. Portnaya, PhD]; https://orcid.org/0000-0003-0063-6052; е-mail: Portnaya_EB @mail.ru

РозановаЕлизаветаВладимировна — магистр права [Elizaveta V. Rozanova, master of law]; https://orcid.org/0000-0003-1474-4513; е-mail: diamondliza@mail.ru