Сайт издательства «Медиа Сфера»
содержит материалы, предназначенные исключительно для работников здравоохранения. Закрывая это сообщение, Вы подтверждаете, что являетесь дипломированным медицинским работником или студентом медицинского образовательного учреждения.

Стоногина Д.А.

ФГАОУ ВО «ПМГМУ им. И.М. Сеченова» Минздрава России, Москва, Россия, ФГБУ «ФНКЦ физико-химической медицины» ФМБА России, Москва, Россия

Желанкин А.В.

ФГАОУ ВО «ПМГМУ им. И.М. Сеченова» Минздрава России, Москва, Россия, ФГБУ «ФНКЦ физико-химической медицины» ФМБА России, Москва, Россия

Аксельрод А.С.

ФГАОУ ВО «ПМГМУ им. И.М. Сеченова» Минздрава России, Москва, Россия, ФГБУ «ФНКЦ физико-химической медицины» ФМБА России, Москва, Россия

Генерозов Э.В.

ФГАОУ ВО «ПМГМУ им. И.М. Сеченова» Минздрава России, Москва, Россия, ФГБУ «ФНКЦ физико-химической медицины» ФМБА России, Москва, Россия

Щекочихин Д.Ю.

Первый Московский государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова;
Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

Васильев С.В.

Кафедра хирургических болезней ГБОУ ВПО «Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им акад. И.П. Павлова» Минздрава России, Санкт-Петербург, Россия

Сыркин А.Л.

ФГАОУ ВО «Первый МГМУ им. И.М. Сеченова» Минздрава России (Сеченовский Университет)

Циркулирующие микроРНК как биомаркеры риска сердечно-сосудистых осложнений у больных с ИБС: достижения и трудности последних лет

Авторы:

Стоногина Д.А., Желанкин А.В., Аксельрод А.С., Генерозов Э.В., Щекочихин Д.Ю., Васильев С.В., Сыркин А.Л.

Подробнее об авторах

Журнал: Кардиология и сердечно-сосудистая хирургия. 2019;12(1): 17‑24

Просмотров: 523

Загрузок: 15

Как цитировать:

Стоногина Д.А., Желанкин А.В., Аксельрод А.С., Генерозов Э.В., Щекочихин Д.Ю., Васильев С.В., Сыркин А.Л. Циркулирующие микроРНК как биомаркеры риска сердечно-сосудистых осложнений у больных с ИБС: достижения и трудности последних лет. Кардиология и сердечно-сосудистая хирургия. 2019;12(1):17‑24.
Stonogina DA, Zhelankin AV, Akselrod AS, Generozov EV, Shchekochikhin DIu, Vasilyev SV, Syrkin AL. Circulating miRNAs as risk biomarkers of cardiovascular complications in patients with coronary artery disease: achievements and difficulties of recent years. Kardiologiya i Serdechno-Sosudistaya Khirurgiya. 2019;12(1):17‑24. (In Russ.).
https://doi.org/10.17116/kardio20191201117

?>

На сегодняшний день одним из наиболее актуальных вопросов практической кардиологии является проблема прогнозирования фатальных и нефатальных осложнений различных сердечно-сосудистых заболеваний. В рамках оценки риска сердечно-сосудистых событий у пациентов с ИБС интересны многочисленные работы о состоянии «нуклеотидного ключа» — микроРНК, регулирующих экспрессию генов. Важно такое направление исследований, как возможность неинвазивной ранней диагностики ИБС с использованием циркулирующих биомаркеров, отражающих стадии патогенеза заболевания и стабильно обнаруживающихся в кровотоке. Согласно большому количеству проведенных исследований, на сегодняшний момент в качестве перспективного биомаркера, отвечающего указанным критериям, можно рассматривать циркулирующие микроРНК (ц-микроРНК).

МикроРНК представляют класс наиболее изученных малых некодирующих РНК, характеризуются длиной от 18 до 24 нуклеотидов и рассматриваются как одни из ключевых регуляторов экспрессии большинства генов на пост-транскрипционном уровне. Связывание микроРНК с соответствующими комплементарными участками в 3′- или 5′-нетранслируемых регионах мРНК-мишеней инициирует дестабилизацию мРНК и угнетение ее трансляции. Вследствие возможности регуляции трансляции даже при частичной комплементарности микроРНК к ее мишени каждая микроРНК способна оказывать влияние на экспрессию множества генов одновременно, что способствует микроРНК-регуляции подавляющего большинства процессов, происходящих в клетке, включая пролиферацию, апоптоз, клеточный цикл и сигналинг. В соответствии с базой данных miRBase, к настоящему моменту для человека известно около 2000 видов микроРНК. Многие из них являются ключевыми регуляторами биологических процессов, лежащих в основе пренатального формирования сердечно-сосудистой системы и патогенеза различных сердечно-сосудистых заболеваний, включая ИБС, сердечную недостаточность, гипертрофию левого желудочка, аритмии и артериальную гипертензию.

Несмотря на то что биогенез микроРНК и их взаимодействие с мРНК происходят внутри клетки, ряд микроРНК обнаруживается во внеклеточном пространстве, включая различные биологические жидкости и питательную среду культивируемых клеток. МикроРНК могут появляться в кровотоке в результате трех основных механизмов: активная секреция, апоптоз и некроз. Кроме того, циркулирующие внеклеточные микроРНК обнаруживаются в слюне, слезах, моче, грудном молоке, перитонеальной жидкости, спинномозговой жидкости, бронхиальной слизи и семенной жидкости [1]. Специфическое изменение профилей ц-микроРНК биологических жидкостей при различных патофизиологических состояниях могут быть свидетельством того, что внеклеточные микроРНК появляются в результате выхода из некротизированных или поврежденных клеток, а также целенаправленно секретируются клетками во внешнюю среду [2]. Присутствие микроРНК в циркуляции в связанном состоянии обеспечивает их высокую стабильность: ц-микроРНК в плазме или сыворотке устойчивы к рибонуклеазной активности, экстремальным изменениям pH, циклам заморозки—разморозки образца и его длительному хранению при комнатной температуре.

Диагностическая ценность циркулирующих микроРНК у пациентов с верифицированной ИБС

Согласно многим имеющимся в настоящее время исследованиям, экспрессия ц-микроРНК четко ассоциирована с наличием ИБС. Первые статистически достоверные различия были получены для miR-133a [3, 4], miR-134, miR-145 [5], miR-122 и miR-370 [6] независимо от имеющихся факторов риска. Их уровень имел положительную корреляцию с тяжестью ИБС, что позволило рассматривать эти микроРНК как биомаркеры для выявления значимого атеросклероза коронарных артерий.

Возможная обратная связь miR-155 со сложными проатерогенными метаболическими факторами также была продемонстрирована в результатах еще одного исследования [7]. В отдельных исследованиях показано, что уровни miR-126 [8], miR-33a/b [6], как и уровни miR-1, miR-16, miR-122, miR-208b, miR-375 и miR-499 [3] достоверно не различались у пациентов с и без ИБС, в соответствии с чем эти микроРНК были признаны авторами диагностически незначимыми.

Однако по результатам других исследований, некоторые микроРНК, включая miR-133a/b [3, 4, 9—11], miR-208a/b [3, 9—13] и miR-499 [3, 9—14], имели самостоятельную диагностическую и прогностическую ценность, превосходя по своей значимости высокочувствительный тропонин Т (hs-cTnT).

В настоящее время стоит делать осторожные выводы о диагностической ценности miR-21 [13, 15], miR-126 [8, 15], miR-134 [3, 16], miR-146a/b [13, 15], miR-150 [15, 17, 18] и miR-486 [18], поскольку имеющиеся исследования немногочисленны, а полученные результаты также неоднозначны.

В отличие от представленных выше микроРНК, которые ассоциированы с различными стадиями ИБС, ряд исследований показал, что для miR-122 не обнаруживается достоверных различий у пациентов с ИБС и лиц контрольной группы без ИБС [3, 6, 15]. Также не было получено достоверных различий относительно miR-16 [3, 10], miR-223 [9, 15] и miR-320a [9, 15].

Таким образом, miR-1, miR-133a/b, miR-145, miR-208a/b, и miR-499 (a) являются одними из наиболее перспективных прогностических маркеров прогрессирующего течения ИБС.

Диагностические возможности циркулирующих микроРНК у пациентов с ИБС при остром коронарном синдроме (ОКС)

На сегодняшний день существует необходимость в новых биомаркерах ОКС, поскольку тропонины не позволяют исключить острый инфаркт миокарда (ОИМ) в первые 4—6 ч с момента его начала. Другим ограничивающим моментом является недостаточная диагностическая специфичность сердечных тропонинов: неспецифичный подъем уровня тропонина, как известно, возможен при повреждении миокарда неишемического генеза, а также при декомпенсированной сердечной и почечной недостаточности.

Экспрессия специфичной для миокарда miR-208a значимо меняется в ходе развития повреждения сердечной мышцы [19]. Исходя из этого, чрезвычайно интересной представляется возможность дифференциального диагноза двух форм ОКС: с подъемом cегмента ST (ST Elevation Myocardial Infarction, STEMI) и без подъема сегмента ST (Non ST Elevation Myocardial Infarction, NSTEMI). К 2016 г. имелись результаты 5 исследований, в которых продемонстрированы различия уровней ц-микроРНК у пациентов с NSTEMI и STEMI [3, 5, 9, 11, 18]. В работах исследовались уровни miR-133а, miR-208b [9, 11], miR-499, miR-451 [9] и miR-134 [3] как потенциальных биомаркеров ОИМ. Согласно представленным результатам, пациенты со STEMI имели более высокий уровень этих микроРНК по сравнению с пациентами с NSTEMI. Однако относительно miR-499 результаты были неоднозначными: в 2 представленных работах [3, 11] значимых различий экспрессии микроРНК получено не было.

Комбинация miR-486 и miR-150 продемонстрировала высокие чувствительность и специфичность обоих биомаркеров для идентификации NSTEMI, однако значимых различий экспрессии в группах NSTEMI и STEMI получено не было [18].

По результатам других исследователей была выявлена сниженная экспрессия miR-145 в плазме крови у пациентов со STEMI по сравнению с двумя другими группами (NSTEMI, лица контрольной группы) [5]. При этом miR-223 и miR-320a [9], mir-1 [3, 11], а также 7 других микроРНК [3] не продемонстрировали диагностической значимости для выявления STEMI и NSTEMI в сопоставлении с тропонинами (cTnT и hs-cTnT).

В 3 исследованиях [5, 13, 17] была показана высокая диагностическая ценность ц-микроРНК при сравнении пациентов со стабильным течением ИБС и больных с ОКС. MiR-1, miR-21 и miR-499 [13] достоверно повышали диагностическую ценность высокочувствительного тропонина (hs-Tp), доказанного маркера повреждения миокарда, а в некоторых случаях даже превзошли его по диагностической ценности. Циркулирующие микроРНК miR-1, miR-499 и miR-21значительно увеличивали диагностическую значимость во всех предполагаемых случаях ОКС вне зависимости от факторов риска, особенностей анамнеза, течения и вариантов клинического статуса. Все исследуемые микроРНК были ассоциированы с тяжестью ИБС, при этом сходные результаты были получены в другом исследовании [20], где маркером-кандидатом была miR-145. По результатам одной из работ [17], наибольшую прогностическую и диагностическую ценность имела комбинация miR-132, miR-150 и miR-186. При сравнении этих микроРНК с 4 классическими биомаркерами (hs-TnI, BNP, С-реактивный белок и цистатин С) комбинация вышеперечисленных вариантов микроРНК превосходила их по диагностической значимости.

Также в 3 исследованиях [9, 10, 11] было продемонстрировано, что наибольшей точностью в диагностике ОИМ обладает пара miR-208a/b, оказавшаяся более ранним специфическим маркером ОИМ в сравнении с тропонинами (cTnI и hs-cTnT). При этом другие микроРНК — miR-133a [10, 11], miR-320a [9] и miR-499 [9, 10, 14] также оказались высокочувствительными и специфичными маркерами ОИМ.

Тем не менее два других исследования [9, 10] продемонстрировали несостоятельность miR-451 при сравнении пациентов с нестабильной стенокардией и ОИМ. Еще 3 исследования не показали достоверных диагностических возможностей для маркеров miR-499 [11], miR-320 [15] и miR-16 [10].

Таким образом, по результатам всех публикаций за период 2015—2018 гг. можно сказать, что имеется наиболее изученная группа микроРНК, идентифицированных как диагностически значимые циркулирующие биомаркеры у пациентов с ОИМ: miR-208a [21—32], miR-499 [10, 29—33], miR-133 [10, 22—32] и miR-1 [10, 22—32, 34]. В плазме крови пациентов со STEMI эти ц-микроРНК были диагностически значимо повышены.

Также перспективным в настоящее время направлением является использование микроРНК в дифференциальной диагностике кардиомиопатии Такоцубо, поскольку динамика ЭКГ и сердечные тропонины не являются специфичными в дифференциальной диагностике этой кардиомиопатии и STEMI. В 2 исследованиях [35, 36] уровень mir-133a был достоверно выше у пациентов со STEMI и NSTEMI. Кроме того, этот биомаркер проявил себя еще и как диагностически значимый маркер в дифференциальной диагностике нестабильной стенокардии (НС) и кардиомиопатии Такоцубо.

Также, по данным других исследователей [37, 38], было показано, что miR-499 значимо повышается у пациентов, перенесших интраоперационный ОИМ во время аортокоронарного шунтирования.

Безусловного внимания заслуживают результаты исследования уровней ц-микроРНК (miR-30a и miR-195) при ОИМ. Было показано, что концентрация этих ц-микроРНК значительно возрастала в течение первых 8 ч после ОИМ и затем быстро возвращалась к норме [39]. Циркулирующая miR-122−5p также показала похожую кинетику с максимальной концентрацией через 8 ч после ОИМ [40, 41].

Анализ кинетики ц-микроРНК miR-1291 показал двукратное повышение ее уровня у пациентов с NSTEMI при сравнении с пациентами с STEMI [42]. Сходная кинетика обнаружена при анализе уровней miR-486 и miR-150 в дифференциальном диагнозе пациентов с STEMI и NSTEMI [43].

Также циркулирующие miR-125b-5p и miR-30d-5pо позволили четко дифференцировать ОИМ и НС [44], а ц-микроРНК miR-19a была значимо повышена в плазме крови у пациентов с ОИМ [45]. При этом уровень miR-22, которая участвует в гипертрофии миокарда [46], тоже был увеличен в крови у пациентов с ОИМ [47].

На сегодняшний день также имеются публикации о диагностических возможностях снижения уровней биомаркеров-кандидатов у пациентов с ОИМ. К таким маркерам можно отнести циркулирующие miR-320b и miR-125b [58], miR-26a и miR-191 [49, 59], miR-519e-5p и miR-99a [4, 55]. Плазменная концентрация miR-145 также оказалась значимо сниженной как у пациентов с NSTEMI и STEMI, так и у больных с сердечной недостаточностью [56]. Менее изученными на сегодняшний день являются биомаркеры-кандидаты let-7b и miR-126 [39, 48—54], miR-519e-5p и miR-99a [4, 55], miR-145 [56], диагностическая ценность которых окончательно не ясна.

Возможности циркулирующих микроРНК как предикторов сердечной смерти у пациентов с постинфарктным кардиосклерозом

Поскольку ц-микроРНК относительно стабильны в плазме и сыворотке крови благодаря различным регуляторным механизмам [60, 61], большинство исследователей не исчерпывают потенциал микроРНК только в качестве диагностических биомаркеров ОИМ. С тех пор, как микроРНК были идентифицированы, неоднократно предпринимались попытки их использования в качестве прогностических биомаркеров в постинфарктном периоде.

Среди основной группы ц-микроРНК, идентифицированных у пациентов с ОИМ, miR-133a и miR-208b были первыми, которые ассоциировались со смертностью [11]. Высокий уровень miR-133a и miR-208b был ассоциирован со всеми случаями смертности в течение 6 мес в когорте из 444 человек [11]. Связь повышенного уровня miR-208b и смертности была также показана последующими исследованиями [12, 62]. Более того, высокий уровень miR-499 в плазме крови также был ассоциирован с 30-дневной, 4-месячной, годовой, 2-летней и 6-летней смертностью [12, 62, 63]. Повышение уровня ц-микроРНК miR-155 и miR-380 оказалось ассоциировано с сердечной смертностью [64], а уровни miR-192, miR-194 и miR-34 были значимо повышены в сыворотке крови пациентов, у которых развилась застойная сердечная недостаточность после ОИМ [65]. Высокий уровень miR-145 также был ассоциирован с сердечной смертностью и сердечной недостаточностью у пациентов после ОИМ [66]. Имеются также данные [67] о том, что уровень сывороточной miR-122−5p/133b, определенный во время катетеризации сердца, ассоциирован с высоким риском сердечной смерти.

Возможности циркулирующих микроРНК как предикторов сердечной недостаточности у пациентов с постинфарктным кардиосклерозом

Несмотря на ощутимые достижения терапии раннего постинфарктного периода и дальнейшую вторичную профилактику, дисфункция левого желудочка (ЛЖ) развивается у таких пациентов довольно часто. Именно поэтому представляется важным поиск биомаркеров, которые позволили бы произвести раннюю стратификацию риска развития сердечной недостаточности и подобрать оптимальную вторичную профилактику.

Было показано, что высокий уровень miR-133a ассоциирован с более низкой выживаемостью пациентов с постинфарктным кардиосклерозом, большим размером инфаркта и более тяжелым повреждением миокарда [68]. Относительно ц-микроРНК miR-1, miR-208b и miR-499 отмечалась обратная зависимость между их концентрацией и фракцией выброса ЛЖ у пациентов, перенесших чрескожное коронарное вмешательство [62, 69].

При масштабном скрининге нескольких ц-микроРНК плазмы крови выявлена ассоциация сниженной концентрации miR-150 с ремоделированием ЛЖ [70]. Кроме того, в дальнейших исследованиях было показано, что панель из четырех ц-микроРНК (miR-16/miR-27a/miR-101/miR-150) обладала прогностической ценностью 66% для ремоделирования ЛЖ после ОИМ [71], что согласуется с повышенными значениями циркулирующих miR-208b, miR-34a, miR-21 и miR-155 у других исследователей [72—74].

Прогностические возможности циркулирующих микроРНК в развитии ОИМ у условно здоровых лиц

На сегодняшний день имеются интересные результаты исследований предиктивных возможностей микроРНК в оценке риска ОИМ у условно здоровых лиц [15, 75]. Результаты статистического анализа 19 микроРНК при когортном исследовании 820 условно здоровых лиц, не предъявляющих каких-либо жалоб, показали, что повышенный уровень ц-miR-126 и сниженные уровни miR-223 и miR-197 в плазме крови были ассоциированы со случаями ОИМ у участников, не имевших ранее диагноза ИБС [15]. В докладе HUNT (The Nord-Trоndelag Health Study) было показано, что комбинация 5 микроРНК (miR-106−5p/miR-424−5p/let-7g-5p/miR-144−3p/miR-660−5p) обладала высокой (77,6%) прогностической ценностью в отношении ОИМ, развившегося у условно здоровых участников, не предъявлявших каких-либо жалоб до развития ОИМ. Используя эту комбинацию микроРНК и показатели Framingham Risk Score, можно значимо (с 0.72 до 0.91) улучшить прогностическую ценность факторов риска [75]. Оба исследования продемонстрировали очевидную перспективность дальнейшего исследования возможностей биомаркеров для прогноза ОКС у условно здоровых лиц.

Методологические подходы к детекции циркулирующих микроРНК в плазме и сыворотке крови

Необходимо также остановиться на методологических подходах к детекции ц-микроРНК в плазме и сыворотке крови, поскольку некорректные и нестандартизированные методики анализа могут приводить к различиям в полученных результатах у разных исследователей.

Начальным этапом для детекции внеклеточных ц-микроРНК в плазме или сыворотке крови является получение биологического материала для последующего выделения фракции микроРНК. Так как стартовым материалом для получения плазмы и сыворотки является цельная кровь, необходимо организовать забор, процессинг и хранение биоматериала таким образом, чтобы максимально исключить влияние преаналитических процедур. Ключевым критерием при получении плазмы или сыворотки крови для анализа является сведение к минимуму фракции микроРНК, содержащейся в клетках крови и попавшей в плазму или сыворотку вместе с ними или при их разрушении после забора образца крови. МикроРНК в большом количестве содержатся как в ядерных клетках крови, так и тромбоцитах и эритроцитах.

Тип фракционирования плазмы определяет степень эффективности удаления гемопоэтических клеток и, как следствие, может влиять на спектр определяемых ц-микроРНК. C помощью последовательных этапов центрифугирования цельной крови было обнаружено, что супернатант, полученный после первого центрифугирования (1700×G, 10 мин), все еще обогащен клеточными микроРНК по сравнению с супернатантами последующих этапов центрифугирования. После второго этапа (2000×G, 10 мин) и далее не происходит существенного смещения в составе микроРНК [76]. Таким образом, для анализа внеклеточных ц-микроРНК наиболее целесообразным является получение плазмы крови с помощью двухэтапного центрифугирования, при этом второй этап желательно проводить при повышенной скорости центрифугирования (4000—16 000×G) для гарантированного удаления тромбоцитов.

Так как микроРНК содержатся в эритроцитах, степень гемолиза образца плазмы или сыворотки крови может быть ключевым источником вариабельности спектра ц-микроРНК, вызванной условиями получения образца и не связанной с биологическими различиями в составе ц-микроРНК. Коэффициент, количественно отражающий степень гемолиза и не зависящий от содержания липидов в образце, рассчитывается исходя из значений высоты пика оксигемоглобина при длине волны 414 нм и фонового значения при длине 385 нм [77]. Многие из ц-микроРНК, являющиеся биомаркерами заболеваний, содержатся также и в клетках крови, и даже незначительный гемолиз (начиная от 0,008% эритроцитов в объеме плазмы) может увеличивать их содержание до 50 раз.

Выделение микроРНК из плазмы или сыворотки крови производится, как правило, с помощью специализированных наборов, использующих спин-колонки с мембраной из диоксида кремния, способные связывать фракцию мелких РНК в определенных условиях. В выделенную РНК попадают как микроРНК в составе мембранных везикул или связанные с белками или липопротеинами, так и рибосомальная РНК, мРНК, длинные некодирующие РНК, piwi-РНК, т-РНК, мяк-РНК и некоторые другие малые РНК [78]. Для избавления от примесей циркулирующей ДНК используется обработка образца ДНКазой. При выделении РНК из плазмы или сыворотки крови оценка количества микроРНК, попавших в образец, является затруднительной по двум причинам: во-первых, из-за крайне малого общего количества РНК (2—8 нг на 1 мл плазмы); во-вторых, из-за различного соотношения фракции микроРНК к остальным РНК в разных образцах. Для увеличения эффективности выделения фракции малых РНК может быть использовано добавление экзогенного РНК-носителя. Для количественного контроля выделения микроРНК в образец плазмы или сыворотки крови может быть добавлена экзогенная синтетическая микроРНК, не встречающаяся у человека (например, cel-miR-39−3p, аналогичная последовательности микроРНК плоского червя Caenorhabditis elegans). Добавление одинакового заведомо известного количества такой микроРНК на единицу объема плазмы в каждый образец позволяет с некоторым допущением оценивать эффективность выделения микроРНК.

Количественное определение ц-микроРНК может быть произведено с использованием различных методик: ПЦР-детекция отдельных микроРНК или таргетных панелей микроРНК; использование специализированных микрочипов для одновременного определения до нескольких тысяч микроРНК; высокопроизводительное секвенирование фракции малых циркулирующих РНК. ПЦР-детекция отдельных микроРНК является наиболее дешевым и доступным способом в том случае, если количество необходимых для детекции мишеней исчисляется десятками, и применяется в основном в ситуациях, когда ключевые кандидатные микроРНК уже известны и требуют валидации на обширных выборках. Использование микрочиповых технологий оправдано в случае поиска новых биомаркеров микроРНК среди всего спектра микроРНК человека.

Секвенирование фракции малых ц-РНК способно дать наиболее полную информацию о составе микроРНК в исследуемом биологическом объекте, позволяя детектировать новые неизвестные виды и изоформы как микроРНК, так и других РНК. Однако для эффективной и информативной детекции циркулирующей микроРНК методом секвенирования должен быть строго соблюден ряд условий в подготовке образца: недопустимо использование РНК-носителя при выделении малых РНК; из образца РНК необходимо удалять примесь рибосомальной РНК, так как ее наличие сильно уменьшает количество эффективных прочтений микроРНК. Особенностью состава микроРНК плазмы крови является наличие мажорных высокопредставленных микроРНК, в частности hsa-miR-486−5p, составляющих около 60% от общего количества. Поэтому при постановке задачи количественного определения микроРНК в плазме крови с помощью секвенирования крайне важным фактором является обеспечение высокого покрытия для того, чтобы детектировать низкопредставленные кандидатные микроРНК, содержание которых может быть до десятков тысяч раз ниже по сравнению с мажорными видами.

Заключение

В представленном обзоре показаны результаты исследований диагностических и прогностических возможностей биомаркеров-кандидатов ц-микроРНК, ассоциированных с особенностями течения ИБС. С учетом достоверных различий ц-микроРНК у пациентов с различными формами ИБС и лиц без значимого коронарного атеросклероза можно думать о новых возможностях в первичной и вторичной профилактике сердечно-сосудистых осложнений и оценке риска внезапной сердечной смерти у этих больных.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

The authors declare no conflicts of interest.

Сведения об авторах

Стоногина Д.А. — Медицинская школа «Медицина будущего», ФГАОУ ВО «Первый МГМУ им. И.М. Сеченова», Москва, Россия; https://orcid.org/0000-0002–1508-4257;

Аксельрод А.С. — д.м.н., проф., Москва, Россия; https://orcid.org/0000-0003-3417-794X;

Сыркин А.Л. — д.м.н., проф., Москва, Россия; https://orcid.org/0000-0002-6452-1222;

Васильев С.В. — аспирант, Москва, Россия; https://orcid.org/0000-0003-4845-5402;

Желанкин А.В. — к.б.н., Москва, Россия; https://orcid.org/0000-0002-3014-2005;

Генерозов Э.В. — к.б.н., доц., Москва, Россия; https://orcid.org/0000-0002–6314-4883

Щекочихин Д.Ю. — к.м.н., доц., Москва, Россия; https://orcid.org/0000-0002-8209-2791.

Стоногина Д.А., Желанкин А.В., Аксельрод А.С., Генерозов Э.В., Щекочихин Д.Ю., Васильев С.В., Сыркин А.Л. Циркулирующие микроРНК как биомаркеры риска сердечно-сосудистых осложнений у больных с ИБС: достижения и трудности последних лет. Кардиология и сердечно-сосудистая хирургия. 2019;12(1):17-24. https://doi.org/10.17116/kardio20191201117

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо с ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail