Продолжительность сна и соматические факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний у мужчин 25—44 лет

В 2013—2017 гг. на базе НИИ терапии и профилактической медицины — филиала ФГБНУ ИЦИГ СО РАН обследована случайная репрезентативная выборка мужчин — жителей Октябрьского района Новосибирска (бюджетная тема FWNR-2024-0002) в возрасте 25—44 лет (n=427, отклик 61,5%).

Медиана возраста обследованных мужчин составила 36,45 [31,31; 41,25] года. Все респонденты подписали информированное добровольное согласие на участие в исследовании. Исследование одобрено локальным Этическим комитетом НИИ терапии и профилактической медицины — филиала ФГБНУ ИЦИГ СО РАН (протокол №6/2013 от 25.06.2013) и выполнено в соответствии с принципами Хельсинкской декларации.

Общее обследование и сбор анамнеза проведены по стандартным методикам, включенным в программу WHO «MONICA-psychosocial. В программу обследования входили: антропометрия (рост, вес), расчет индекса массы тела (ИМТ) по формуле: ИМТ (кг/м²) = масса тела (кг)/рост² (м²), соотношения окружности талии и окружности бедер (ОТ/ОБ) [10]. Показатели АД и частоту сердечных сокращений (ЧСС) измеряли трижды с интервалом 2 мин на правой руке в положении сидя после 5-минутного отдыха с помощью автоматического стандартизированного тонометра Omron M5-I («Omron Healthcare Co., Ltd.», Япония) с регистрацией среднего значения трех измерений. Показатели в крови липидного профиля, глюкозы измеряли энзиматическим методом с использованием стандартных реактивов TermoFisher («Thermo Fisher Scientific Oy», Финляндия) на автоматическом биохимическом анализаторе KoneLab 30i («Thermo Fisher Scientific Oy», Финляндия). Содержание холестерина липопротеинов низкой плотности (ХС ЛПНП) рассчитывали по формуле Фридвальда. Пересчет уровня глюкозы сыворотки крови в уровень глюкозы плазмы крови натощак осуществляли по формуле: глюкоза плазмы (ммоль/л)=–0,137+1,047·глюкоза сыворотки (ммоль/л) [11].

Оценка продолжительности сна проведена с использованием опросника продолжительности сна, включенного в программу WHO «MONICA-psychosocial». Респондентам задан вопрос: «Сколько часов в сутки Вы обычно спите?» Предусмотрены следующие варианты ответов: 5 ч и меньше, 6, 7, 8, 9, 10 ч и больше. Данные участников исследования, некорректно заполнивших анкету, а также отказавшихся от забора крови, исключены из математического анализа.

Статистическая обработка полученных результатов проведена с использованием программного пакета SPSS, версия 13.0. Нормальность распределения проверяли с помощью критерия Колмогорова—Смирнова. В связи с тем, что распределение большинства непрерывных переменных отличалось от нормального, данные представлены в виде медианы (Me) и интерквартильного размаха [Q₂₅; Q₇₅]; для категориальных показателей — в виде абсолютных и относительных значений — n (%). Для сравнения двух независимых выборок использовали непараметрический U-критерий Манна—Уитни. Для сравнения долей в одной выборке применяли односторонний критерий χ². Ассоциацию продолжительности сна и непрерывных переменных (факторов риска ССЗ) оценивали с помощью бинарной логистической регрессии, представленной как отношение шансов (ОШ) и 95% доверительный интервал (ДИ). Критический уровень значимости нулевой гипотезы принят p<0,05 [12].

В наше исследование включено 402 мужчины в возрасте от 25 до 44 лет. Лица (n=24) с установленными ССЗ, сахарным диабетом и/или принимавшие гипотензивные, гипогликемические, а также гиполипидемические препараты, исключены из исследования. В обследованной выборке 25,3% мужчин спали 6 ч и менее, 2,9% — 10 ч и более (p=0,0001) (табл. 1).

Таблица 1. Продолжительность сна у мужчин 25—44 лет — жителей Новосибирска

Характеристика выборки мужчин представлена в табл. 2.

Таблица 2. Характеристики выборки мужчин 25—44 лет — жителей Новосибирска

Примечание. ИМТ — индекс массы тела; САД — систолическое артериальное давление; ДАД — диастолическое артериальное давление; ОХС — общий холестерин; ХС ЛПВП — холестерин липопротеинов низкой плотности; ХС ЛПВП — холестерин липопротеинов высокой плотности; ТГ — триглицериды; ОТ/ОБ — окружность талии/окружность бедер; ЧСС — частота сердечных сокращений.

Проведен сравнительный анализ между продолжительностью сна и факторами риска развития ССЗ у мужчин молодого трудоспособного возраста 25—44 лет — жителей Новосибирска. Оказалось, что более высокий показатель медианы ИМТ наблюдался у мужчин, которые спали 6 ч, — 27,02 [21,18; 29,71] кг/м² по сравнению с теми, кто спал 9 ч, — 24,29 [22,7; 28,55] кг/м² (p=0,025). Медиана ОТ/ОБ была выше у мужчин с продолжительностью сна 6 ч — 0,91 [0,87; 0,95], чем у мужчин, которые спали 8—9 ч/сут, — 0,89 [0,86; 0,93] (p=0,037). Получена более высокая медиана показателей систолического АД (САД) у мужчин, которые спали 6 ч, — 129 [121,5; 137,5] мм рт.ст. по сравнению с мужчинами, которые спали 7 ч, — 123,50 [116,5; 135,13] мм рт.ст., 8 ч — 125 мм рт.ст. [116,63; 134], а также 9 ч — 124,7 мм рт.ст. [119,1; 129,5] (p=0,027; p=0,049; p=0,049 соответственно).

Величины медианы показателей диастолического АД (ДАД) оказались наиболее высокими у мужчин, которые спали 6 ч/сут, — 84 [80; 91] мм рт.ст., по сравнению с теми, у кого продолжительность сна составляла 7 ч, — 81,5 [75; 89,63] мм рт.ст. (p=0,049). Более высокий показатель медианы ЧСС был у мужчин с продолжительностью сна 6 ч/сут — 75 [67; 81] уд/мин по сравнению с мужчинами, спящими 8 ч/сут, — 71 [63; 78] уд/мин (p=0,022), а также с теми, кто спал 7—8 ч, — 71 [64; 78] уд/мин (p=0,031). Наиболее высокий показатель медианы уровня триглицеридов (ТГ) отмечен у мужчин, которые спали 6 ч/сут, — 114,5 [74; 161,25] мг/дл по сравнению с теми, кто спал 7 ч, — 90 [68; 133,5] мг/дл (p=0,021).

Более высокий показатель глюкозы (медиана) наблюдался у тех мужчин, кто спал 6 ч, — 5,8 [5,5; 6,1] ммоль/л по сравнению с теми, кто отводил на сон 10 ч и более, — 5,6 [5,075; 5,8] ммоль/л (p=0,042).

Мы не установили различий по уровням общего ХС (ОХС), ХС липопротеинов высокой плотности (ЛПВП), ХС ЛПНП у мужчин с разной продолжительностью сна.

Участники исследования с продолжительностью сна ≤6 ч/сут имели более высокий ИМТ по сравнению с теми, кто спал 7 ч (ОШ=1,059, 95% ДИ 1,001—1,121; p=0,049) и ≥9 ч/сут (ОШ=1,088, 95% ДИ 1,002—1,182; p=0,045). А также у мужчин с продолжительностью сна ≤6 ч установлены более высокие уровни САД по сравнению с теми, чей сон составлял 8—9 ч (ОШ=1,116, 95% ДИ 1,01—1,243; p=0,039).

Нами не установлена ассоциативная связь между продолжительностью сна и показателями ДАД, глюкозы, ОХС, ХС ЛПВП, ХС ЛПНП, ТГ, ОТ/ОБ у мужчин.

В 2015 г. AASM (Американская академия медицины сна) и SRS (Общество исследования сна) опубликовали совместное заявление о консенсусе, в котором рассматривается рекомендуемая продолжительность сна для поддержания оптимального общего, сердечно-сосудистого, метаболического, психического и иммунологического здоровья взрослых на основе данных литературы [13]. В заявлении сделан вывод, что сон длительностью 6 ч/сут и менее связан с неоптимальным здоровьем и поэтому считается коротким сном, в то время как нормальный сон определяется как сон 7—9 ч/сут для взрослых в возрасте 18—60 лет [14]. Согласно рекомендациям AHA (Американской кардиологической ассоциации), короткий сон определен как <7 ч/сут, а длительный сон — как ≥9 ч/сут, если не указано иное, учитывая, что при использовании этих дефиниций наблюдался наиболее высокий кардиометаболический риск [15].Согласно представленным данным, в настоящем исследовании каждый 4-й респондент спал 6 ч/сут и менее, что, учитывая изложенное, позволяет нам рассматривать такую продолжительность сна у участников исследования как неблагоприятный фактор для сердечно-сосудистого здоровья.

В настоящее время принята точка зрения, что сон продолжительностью 6 ч/сут и менее связан с избыточной массой тела [16]. Лишение сна может вызывать физиологические и поведенческие изменения, такие как продление бодрствования, что приводит к увеличению потребления энергии, несбалансированному увеличению потребления пищи, снижению физической активности и избыточному весу, тем самым еще больше увеличивая риск развития сахарного диабета 2 типа [17]. Нами показано, что у молодых мужчин с продолжительностью сна 6 ч/сут и менее был выше ИМТ, чем среди тех, кто спал 9 ч, кроме того, рост ИМТ на 1 кг/м² увеличивал вероятность короткого сна. Из обследованных нами мужчин величина ОТ/ОБ была выше у тех лиц, у кого продолжительность сна составляла 6 ч/сут и менее, по сравнению с теми, кто спал 8—9 ч. Наши результаты можно сопоставить с данными метаанализа, в котором проанализирована связь между коротким сном и избыточной массой тела/ожирением [18]. Обзор 22 продольных исследований с участием людей из разных социальных групп показал обратную связь между продолжительностью сна и ИМТ. Метаанализ 11 лонгитюдных исследований, включавших 24 821 участника, выявил, что у лиц, спящих <7 ч, риск избыточной массы тела/ожирения был в 2 раза выше, чем у субъектов, спящих в течение длительного времени (ОШ=2,15; 95% ДИ 1,64—2,81). Таким образом, метаанализ показал, что короткая продолжительность сна у людей в значительной степени связана с будущей избыточной массой тела/ожирением [19]. Схожие с нашими результаты получены в Сан-Паулу (Бразилия). Исследование репрезентативной выборки населения из 1042 человек от 20 до 80 лет показало, что короткая продолжительность сна (≤6 ч) связана с более высокими ИМТ и ОТ/ОБ по сравнению с продолжительностью сна 8—9 ч (p<0,05) [19].

В исследовании, проведенном в Саудовской Аравии, принимали участие 478 мужчин и женщин в возрасте ≥18 лет. Оказалось, что более высокие уровни ИМТ, ОТ/ОБ с наибольшей вероятностью наблюдались у участников, которые спали 5—6 ч/сут, по сравнению с другими группами [20].

Продолжительность сна, особенно короткий сон, может влиять на уровень АД путем нарушения вегетативного баланса, появления гормонального дисбаланса, развития ожирения и метаболической дисфункции, а также нарушения циркадной ритмичности [21]. В нашем исследовании наиболее высокие показатели медианы САД и ДАД оказались у мужчин с 6-часовым сном по сравнению с лицами, у которых продолжительность сна была не менее 7 ч. Кроме того, подъем уровня САД на каждые 10 мм рт.ст. у мужчин ассоциирован с продолжительностью сна ≤6 ч, в отличие от продолжительности сна 8—9 ч. Наши результаты отчасти подтверждает одномоментное исследование CARDIA [22], в котором установлено, что более короткая продолжительность сна по данным актиграфии прогнозировала значительно более высокие уровни САД и ДАД [22]. В проспективном исследовании когорты, состоящей из 162 121 взрослого жителя Тайваня, показано, что короткий сон (≤6 ч), по данным самооценки, увеличивал риск высокого уровня АД (≥130/85 мм рт.ст.) на 8% (ОШ=1,08 (95% ДИ 1,04—1,13) [23].

Напротив, в одномоментном исследовании HCHS/SOL, в котором принимали участие 2252 участника в возрасте 18—64 лет, не выявлена связь между оценкой продолжительности сна с помощью актиграфии и повышением уровня АД. Как отмечают сами исследователи, противоречивые результаты могут быть связаны с модальностью измерения сна (самооценка или объективная оценка), различными определениями короткого сна в исследованиях и потенциальными дифференциальными ассоциациями в зависимости от расы/этнической принадлежности [24]. Мы также обнаружили, что у мужчин с продолжительностью сна 6 ч была более высокая ЧСС по сравнению с теми, кто спал 7—8 ч. Известно, что повышенная ЧСС является маркером активации симпатической нервной системы [25] и повышенного сердечно-сосудистого риска [26]. В нескольких экспериментальных исследованиях показано, что лишение сна может повышать уровни АД и ЧСС, независимо от того, является ли лишение сна полным или частичным [26, 27]. H. Meier-Ewert и соавт. (2004) провели эксперимент, в котором 5 здоровых взрослых мужчин были подвергнуты частичному лишению сна (4,2 ч ночного сна), обнаружен подъем уровня САД и ЧСС, а также вырос уровень высокочувствительного C-реактивного белка [27]. Таким образом, клинические исследования показали, что снижение продолжительности сна может ослабить вегетативную нервную систему и изменить стабильность сердечно-сосудистой системы [26, 27].

Нами также показаны наиболее высокие показатели ТГ у мужчин, которые спали 6 ч/сут, по сравнению с теми, кто спал 7 ч, однако мы не установили ассоциативные связи между продолжительностью сна и уровнями ОХС, ХС ЛПВП, ХС ЛПНП. Отчасти наши результаты перекликаются с исследованием, проведенным M. Bos и соавт. (2019), в котором установлено, что сон продолжительностью ≤5 ч связан с увеличением в 1,52 раза вероятности более высокого уровня ТГ по сравнению с группой с 7—8-часовым сном — ОШ (95% ДИ 1,04—2,24). Не было связей между коротким и длительным сном и уровнями ОХС, ХС ЛПВП, ХС ЛПНП, что также имеет сходство с нашим исследованием. По предположению исследователей, увеличение уровня ТГ в крови, а также рост ИМТ у лиц с короткой продолжительностью сна ассоциированы с изменениями уровня лептина и грелина и усиливающейся тягой к богатой углеводами пище [28].

Оптимальная продолжительность сна — один из важнейших факторов поддержания метаболического баланса и снижения риска возникновения сахарного диабета 2 типа [29]. Как в эпидемиологических, так и в экспериментальных исследованиях показана роль ночного сна в поддержании гомеостаза глюкозы [30]. Мозг является наиболее метаболически активным органом в организме, потребляя ~20% глюкозы (~5,6 мг глюкозы/100 г ткани человеческого мозга/мин) [29, 30]. Интересным результатом, полученным в нашем исследовании, оказалось наличие более высокого уровня глюкозы у тех мужчин, кто спал 6 ч, по сравнению с теми, кто отводил на сон 10 ч.

Как короткая, так и длительная продолжительность сна снижает чувствительность к инсулину и вызывает выработку воспалительных цитокинов, которые влияют на метаболизм глюкозы и липидов в организме и обусловливают или ускоряют возникновение и развитие метаболических заболеваний, таких как ожирение, метаболический синдром и сахарный диабет 2 типа [30].

Наше исследование позволило дать представление о связи между продолжительностью сна и соматическими факторами риска сердечно-сосудистых заболеваний у молодых трудоспособных мужчин. Короткая продолжительность сна ассоциирована с более высокими показателями систолического артериального давления и индекса массы тела у молодых трудоспособных мужчин. У мужчин с короткой продолжительностью сна наблюдались более высокие гемодинамические показатели (уровни систолического и диастолического артериального давления, частота сердечных сокращений), некоторые биохимические показатели — уровни триглицеридов и глюкозы, а также индекс массы тела и соотношения окружности талии и окружности бедер по сравнению с мужчинами, имевшими нормальную продолжительность сна. Продолжительность сна является корригируемым показателем, ночной сон продолжительностью 7—8 ч может способствовать сбалансированию обмена веществ и снижению риска развития сердечно-сосудистых заболеваний.

Вклад авторов: концепция и дизайн исследования — Гафаров В.В., Громова Е.А., Гагулин И.В.; сбор и обработка материала — Гафаров В.В., Денисова А.В., Гафарова А.В., Суханов А.В.; статистический анализ данных — Гафаров В.В., Громова Е.А., Гагулин И.В., Трипельгорн А.Н.; написание текста — Гафаров В.В., Громова Е.А., Гафарова А.В., Трипельгорн А.Н.; научное редактирование — Гафаров В.В., Громова Е.А., Рагино Ю.И.

Финансирование:исследование выполнено в рамках бюджетной темы FWNR-2024-0002.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Authors contribution: study design and concept — Gafarov V.V., Gromova E.A., Gagulin I.V.; data collection and processing — Gafarov V.V., Denisova A.V., Gafarova A.V., Sukhanov A.V..; statistical analysis — Gafarov V.V., Gromova E.A., Gagulin I.V. , Tripelgorn A.N.; text writing — Gafarov V.V., Gromova E.A., Gafarova A.V., Tripelgorn A.N.; scientific editing — Gafarov V.V., Gromova E.A., Ragino Yu.I.

Financial Support:the study was conducted as part of the budget assignment FWNR-2024-0002.

¹ World Health Organization. MONICA Psychosocial Optional Study. Suggested Measurement Instruments. Copenhagen: WHO Regional Office for Europe; 1988.

²World Health Organization. MONICA Psychosocial Optional Study. Suggested Measurement Instruments. Copenhagen: WHO Regional Office for Europe; 1988.