Сайт издательства «Медиа Сфера»
содержит материалы, предназначенные исключительно для работников здравоохранения. Закрывая это сообщение, Вы подтверждаете, что являетесь дипломированным медицинским работником или студентом медицинского образовательного учреждения.

Андросова Л.В.

ФГБНУ «Научный центр психического здоровья»

Симашкова Н.В.

ФГБНУ «Научный центр психического здоровья»

Шушпанова О.В.

ФГБНУ «Научный центр психического здоровья»

Отман И.Н.

ФГБНУ «Научный центр психического здоровья»

Клюшник Т.П.

ФГБНУ «Научный центр психического здоровья»

Возможности использования некоторых иммунологических показателей для оценки тяжести клинического состояния пациентов, с начавшейся в детском возрасте шизофренией

Авторы:

Андросова Л.В., Симашкова Н.В., Шушпанова О.В., Отман И.Н., Клюшник Т.П.

Подробнее об авторах

Прочитано: 421 раз


Как цитировать:

Андросова Л.В., Симашкова Н.В., Шушпанова О.В., Отман И.Н., Клюшник Т.П. Возможности использования некоторых иммунологических показателей для оценки тяжести клинического состояния пациентов, с начавшейся в детском возрасте шизофренией. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2016;116(2):85‑89.
Androsova LV, Simashkova NV, Shushpanova OV, Otman IN, Klyushnik TP. The possibility of using immunological parameters for the evaluation of the clinical state of patients with childhood-onset schizophrenia. S.S. Korsakov Journal of Neurology and Psychiatry. 2016;116(2):85‑89. (In Russ.)
https://doi.org/10.17116/jnevro20161162185-89

Рекомендуем статьи по данной теме:
Иден­ти­фи­ка­ция би­омар­ке­ров деп­рес­сии: пер­спек­ти­вы ис­поль­зо­ва­ния в кли­ни­чес­кой прак­ти­ке. Жур­нал нев­ро­ло­гии и пси­хи­ат­рии им. С.С. Кор­са­ко­ва. 2025;(5):51-55
Про­ти­во­вос­па­ли­тель­ное действие хо­лод­ной ат­мос­фер­ной плаз­мы при мо­но­те­ра­пии ак­не сред­ней сте­пе­ни тя­жес­ти. Кли­ни­чес­кая дер­ма­то­ло­гия и ве­не­ро­ло­гия. 2024;(6):720-723

По современным представлениям воспалительные реакции являются важнейшим патофизиологическим механизмом хронических неинфекционных заболеваний [1], в том числе шизофрении. В сыворотке крови больных с шизофренией было выявлено повышение уровня различных медиаторов воспаления, острофазных белков, а также молекул, вовлеченных в увеличение сосудистой проницаемости [2—5]. Воспалительные медиаторы синтезируются клетками врожденого (неспецифического) иммунитета (нейтрофилы, моноциты/макрофаги, дендритные и НК-клетки и др.) при активации толл-подобных рецепторов на их поверхности не только различными экзогенными (микроорганизмы, вирусы и т.д.), но также и эндогенными агентами, являющимися продуктами деструкции собственных тканей организма, что имеет место при различных патологических процессах в головном мозге [6]. При психических заболеваниях в крови пациентов могут выявляться аутоантитела к различным молекулярным компонентам мозга, в том числе нейроспецифическим белкам. Аутоантитела представляют собой молекулы иммуноглобулинов, синтезирующиеся клетками приобретенного иммунитета (B-лимфоциты).

Выявление тех или иных воспалительных медиаторов и аутоантител к нейроантигенам крови пациентов с шизофренией помимо патогенетического и, вероятно, потенциального терапевтического аспекта представляет также значительный интерес в связи с тем, что их идентификация может улучшить надежность ранней диагностики, а также обеспечить лабораторный мониторинг развития заболевания и его прогноз.

Ранее при многолетнем клинико-иммунологическом обследовании пациентов с шизофренией подросткового и среднего возраста нами было показано [2, 3], что ферментативная активность лейкоцитарной эластазы (ЛЭ) — протеазы, содержащейся в азурофильных гранулах нейтрофилов и выбрасывающейся во внеклеточное пространство при развитии воспалительных реакций, положительно коррелирует с остротой клинического состояния пациентов, а уровень аутоантител к нейроантигенам — фактору роста нервов (ФРН) и основному белку миелина (ОБМ) — с тяжестью их состояния. Подобных исследований при шизофрении детского возраста ранее не проводилось.

Цель настоящего исследования — сопоставление клинических и иммунологических показателей у страдающих шизофренией детей и анализа возможности использования последних для определения степени активности патологического процесса.

Материал и методы

Исследование проводилось на базе лаборатории нейроиммунологии (руководитель — проф. Т.П. Клюшник) и отдела детской психиатрии (руководитель — Н.В. Симашкова) Научного центра психического здоровья (директор — акад. РАН А.С. Тиганов).

Критериями включения пациентов в исследование служили наличие психотического приступа, обострения при непрерывном злокачественном течении заболевания, приводившего больных к госпитализации в психиатрический стационар; необходимость проведения больным фармакотерапии; информированное согласие родителя или опекуна ребенка на участие в исследовании; соблюдение современных норм биомедицинской этики при обследовании больных. Критериями исключения являлись клинические и лабораторные признаки воспалительной, инфекционной или аутоиммунной патологии, выявленной в течение 1—2 мес, предшествующих обследованию, а также поствакцинальный период.

Были обследованы 62 больных, 39 мальчиков и 23 девочки, от 4 до 17 лет, с детской шизофренией, проходивших лечение в 2012—2015 гг. Начало заболевания у больных было в возрасте 3,2±2,7 года; средняя его длительность составляла 7,5±3,4 года от появления первых симптомов болезни.

Психическое состояние больных оценивалось психопатологическим, а также психометрическими методами с использованием шкалы позитивных и негативных симптомов PANSS и шкалы клинического впечатления — CGI.

На основании различий в клинической симптоматике пациенты были разделены на 2 группы: в 1-ю группу вошли 47 больных, 29 мальчиков и 18 девочек, в возрасте от 4 до 16 лет (средний — 10,9±3,2 года) с диагнозом «шизофрения, детский тип» (F20.8хх3 по МКБ-10). В клинической картине на момент обследования у больных 1-й группы гиперкинетические, реже гипокинетические и парциальные продуктивные кататонические расстройства сочетались с негативными проявлениями (регресс, тяжелый аутизм). В дальнейшем негативные проявления занимали ведущее место в клинической картине. У больных нарастал дефицит в когнитивной, энергетической (нажитая астения), эмоциональной сферах. Мышление оставалось конкретным со сниженным уровнем обобщения, отсутствием абстрагирования. По мере снижения остроты состояния у больных сохранялись резидуальные кататонические нарушения в форме подкорковых протопатических двигательных стереотипий, вытеснявших целенаправленные движения.

Во 2-ю группу вошли 15 пациентов, 10 мальчиков и 5 девочек, в возрасте от 8 до 17 лет (средний — 12,5±4,5 года), с диагнозом «шизотипическое расстройство» (F21) или вялотекущей шизофренией по отечественной классификации. Группа больных была неоднородной по продуктивной симптоматике и характеру, глубине формирующегося личностного дефекта. По ведущей позитивной симптоматике вошедшие в исследование больные были разделены на две подгруппы: в 1-ю подгруппу вошли 10 больных (F21.3) с ведущими неврозоподобными (тревожно-фобические, обсессивно-компульсивные) расстройствами. Негативные расстройства у детей этой подгруппы исчерпывались личностными изменениями шизоидного круга с искажением и незрелостью высших психических функций, сохранением способности к обучению, социализации; 2-ю подгруппу составили 5 больных (F21.4) с позитивными психопатоподобными нарушениями с агрессией к окружающим, аутоагрессией, уходами, бродяжничеством, расстройствами пищевого поведения, аффективными нарушениями, которые сопровождались личностными изменениями аутистического круга с повышенной сенситивностью, педантизмом, психофизическим инфантилизмом.

Контрольная группа состояла из 44 здоровых детей, 28 мальчиков и 16 девочек, от 4 до 16 лет (средний возраст — 10,0±2,8 года). По возрасту больные шизофренией не отличались как от контрольной группы (p>0,09), так и от больных с шизотипическим расстройством (p>0,42).

По шкале PANSS, адаптированной для детского возраста, оценивали позитивные (P), негативные (N), общие психопатологические (G) симптомы. Кроме того, в рамках каждой субшкалы, в зависимости от балльной оценки, была определена степень выраженности соответствующих расстройств (табл. 1). Такая оценка симптомов по субшкалам PANSS была необходима для сопоставления этих психометрических оценок с комплексной оценкой состояния иммунной системы пациентов.

Таблица 1. Интерпретация оценки тяжести расстройств по PANSS и CGI, баллы

PANSS

CGI

Степень тяжести расстройств

P

N

G

7—11

7—10

16—27

1—2

Норма, пограничные, легкие

12—18

11—20

28—49

3—4

От умеренных до выраженных

19—30

21—45

50—70

5—6

От выраженных до тяжелых

>30

>45

>70

6—7

Тяжелые — очень тяжелые

Примечание. Оценка степени тяжести состояния больного (общая, заключительная, CGI) устанавливается по самому высокому баллу любой из субшкал PANSS. В ряде клинических случаев оценка по CGI может быть тяжелее оценки по субшкалам PANSS и устанавливается врачом на основании состояния больного (анорексия, изолированные бредовые расстройства).

Иммунологические показатели определяли в сыворотке периферической крови, забор которой осуществляли из пальца. Форменные элементы осаждали центрифугированием при 3000 об/мин (700 g) в течение 15 мин при 22 °C, затем отбирали сыворотку, которая использовалась для анализа либо сразу после получения, либо хранилась при +2—8 °C не более суток или в замороженном состоянии при температуре от –18 до –24 °C в течение месяца до проведения анализа.

Изучались следующие иммунологические показатели: ферментативная активность ЛЭ — сериновой протеазы, являющейся маркером дегрануляционной активности нейтрофилов — одного из основных клеточных компонентов врожденного иммунитета; функциональная активность α1-протеиназного ингибитора (α1-ПИ) — белка острой фазы воспаления, синтезирующегося в печени, роль которого заключается в ограничении протеолитической активности ЛЭ, и играющего, таким образом, одну из главных ролей в регуляции воспалительных реакций; уровень аутоантител (аАТ) к нейроспецифическим антигенам — S-100B и основному белку миелина (ОБМ), продуцирующимся В-лимфоцитами — клетками приобретенного иммунитета.

Энзиматическую активность ЛЭ определяли ферментативным спектрофотометрическим методом с использованием специфического субстрата N-терт-бутокси-карбонил-аланин-β-нитрофениловый эфир (BOC-Ala-ONp) и оценивали в нмоль/мин·мл (чувствительность метода 40 нмоль/мин·мл) [7]. Функциональную активность α1-ПИ определяли спектрофотометрическим методом и оценивали в ингибиторных единицах/мл (ИЕ/мл) (чувствительность метода 5 ИЕ/мл) [8]. Для определения уровней аАТ к S-100B и ОБМ применяли иммуноферментный анализ [9] с использованием в качестве антигена S-100B и ОБМ фирмы «Sigma». Титр антител условно оценивали в единицах оптической плотности (ед.опт.пл.).

Статистическая обработка данных осуществлялась с помощью непараметрического статистического программного обеспечения Statistica 7 for Windows («StatSoft. Inc.», США). Межгрупповые различия определяли с использованием теста Манна—Уитни. Для оценки иммунологических связей использовали коэффициент корреляции по Спирману. Данные в таблицах и тексте представлены в виде медианы — Me [25-й процентиль; 75-й процентиль]. Использовали уровень достоверности p<0,05.

Результаты и обсуждение

В табл. 2 приведены результаты, отражающие психометрические показатели больных детской шизофренией и шизотипическим расстройством.

Таблица 2. Показатели шкал PANSS и CGI при детской шизофрении и шизотипическом расстройстве, баллы

Диагноз по МКБ-10

Число больных

PANSS

CGI

Степень тяжести расстройств

P

N

G

Шизофрения, детский тип

47

20 [17; 22]

45 [37; 47]

54 [48; 56]

6 [6; 6]

От выраженных до самых тяжелых

Шизотипическое расстройство

15

16 [12; 18]

18 [16; 23]

51 [43; 54]

5 [4; 5]

От умеренных до выраженных

Как и следовало ожидать, в группе пациентов с диагнозом «шизофрения, детский тип» превалировали негативные нарушения, что может свидетельствовать о личностной и когнитивной дефицитарности больных, а также о неблагоприятном исходе болезни. В группе пациентов с диагнозом «шизотипическое расстройство» представленность негативных изменений была минимальна, у этих больных отмечался наибольший суммарный балл по шкале общих психопатологических симптомов (аффективные, обсессивные, психопатоподобные состояния и т.п).

В табл. 3 представлены результаты исследования иммунологических показателей у детей с шизофренией и шизотипическим расстройством.

Таблица 3. Иммунологические показатели у пациентов

Группа обследованных

ЛЭ, нмоль/мин·мл

α1-ПИ, ИЕ/мл

S-100B, ед.опт.пл.

ОБМ, ед.опт.пл.

Контрольная (n=44)

194,4 [172,8; 208,4]

32,5 [28,2; 36,1]

0,69 [0,62; 0,79]

0,66 [0,58; 0,72]

Детский тип шизофрении (n=47)

245,2** [218,6; 255,0]

43,7** [38,5; 50,2]

0,85** [0,73; 1,01]

0,72* [0,60; 0,84]

Шизотипическое расстройство (n=15)

230,7** [218,2; 267,8]

42,7** [37,7; 51,7]

0,76 [0,69; 0,8]

0,70 [0,58; 0,81]

Примечание. Достоверные различия по сравнению с контрольной группой на уровне: * — p<0,05, ** — p<0,00001.

Из приведенных в табл. 3 данных видно, что в группе детей с шизофренией выявлено статистически значимое повышение активности ЛЭ (p<0,0001), α-ПИ (p<0,0001), а также уровня аАТ к S-100B (p<0,0001) и ОБМ (p<0,05) по сравнению с контрольной группой.

Для группы детей с шизотипическим расстройством также характерно достоверное повышение активности ЛЭ и α1-ПИ по сравнению с контролем. Уровень аутоантител к нейроантигенам остается в контрольном диапазоне.

Для выявления возможных взаимосвязей между клиническими и биологическими показателями пациенты с шизофренией и шизотипическим расстройством были объединены в одну общую группу. Была выявлена слабая положительная связь между активностью ЛЭ и негативными симптомами по шкале PANSS (r=0,28, p=0,05) и между уровнем аАТ к S-100B и оценкой по шкале CGI-S (r=0,29, p=0,02). При исследовании взаимосвязей между биологическими показателями была выявлена отрицательная корреляционная связь между функциональной активностью α1-ПИ и уровнем аутоантител к S-100B (r= –0,30, p=0,04), отражающая, вероятно, существующие функциональные взаимосвязи между врожденным и приобретенным иммунитетом, а также положительная связь между уровнями аАТ к S-100B и ОБМ (r=0,47, p=0,0001). Таким образом, в данной выборке пациентов с детской шизофренией и шизотипическим расстройством была выявлена активация воспалительных (по активности ЛЭ, α1-ПИ) и аутоиммунных реакций (по уровню аАТ к нейроантигенам), т.е. были получены результаты, соответствующие полученным ранее при обследовании пациентов подросткового и среднего возраста [2, 4].

Вместе с тем не было выявлено выраженной связи между отдельными иммунологическими показателями и особенностями клинического состояния пациентов по психометрическим шкалам.

Ранее при исследовании пациентов с эндогенными психическими заболеваниями нами было показано, что наиболее тесно с тяжестью клинического состояния пациентов коррелируют не отдельно взятые показатели активности врожденного (ЛЭ и α1-ПИ) или приобретенного иммунитета (уровень аАТ к нейроантигенам), а комплексная оценка состояния иммунной системы, основывающаяся на совокупности этих показателей [4, 10]. Как известно, врожденный и приобретенный иммунитет представляют собой две взаимодействующие части одной системы, обеспечивающей развитие иммунного ответа на нарушение гомеостаза организма. При этом врожденный иммунитет является эволюционно более древним и первичным защитным эшелоном, реализующим свою функцию посредством воспаления и фагоцитоза, обеспечивая элиминацию патогена или эндогенных молекул, попадающих в кровяное русло при деструктивных процессах в собственных тканях организма, в первые несколько минут или часов после их появления в организме, когда механизмы приобретенного иммунитета еще отсутствуют. Приобретенный иммунитет является второй фазой защитной реакции организма, которая реализуется посредством синтеза специфических антител или аАТ [11]. Наличие аАТ к нейроантигенам характеризует наиболее тяжелые и прогредиентные патологические состояния, когда восстановление гомеостаза не может быть обеспечено лишь воспалительными механизмами.

В связи со сказанным выше для комплексной оценки состояния иммунной системы все пациенты с шизофренией и шизотипическим расстройством были подразделены в зависимости от уровня иммунологических показателей на четыре подгруппы: подгруппа A — 1 ребенок, у которого активность ЛЭ и α1-ПИ, а также уровень аАТ к нейроантигенам находились в диапазоне контрольных значений (активность ЛЭ — 150—200 нмоль/мин·мл; α1-ПИ — 25—35 ИЕ/мл; уровень аАТ — 0,6—0,9 ед.опт.пл.); подгруппа B —14 (29,8%) человек с умеренным повышением показателей врожденного иммунитета (активность ЛЭ — 201—250 нмоль/мин·мл; α1-ПИ — 25—35 и выше ИЕ/мл; уровень аАТ к нейроантигенам в пределах контрольных значений); подгруппа C — 16 (34%) человек с умеренным повышением показателей врожденного иммунитета и аутоиммунным компонентом к нейроантигенам (активность ЛЭ — 251—300 и выше нмоль/мин·мл; α1-ПИ — выше 35 ИЕ/мл; уровень аАТ — 0,6—0,9 ед.опт.пл., а также активность ЛЭ — 150—200 нмоль/мин·мл; α1-ПИ — 25—35 и выше ИЕ/мл, уровень аАТ — выше 0,9 ед.опт.пл.) и подгруппа D — 16 (34%) человек со значительным повышением показателей врожденного иммунитета и аутоиммунным компонентом (активность ЛЭ — 201—250 и выше нмоль/мин·мл; α1-ПИ — выше 35 ИЕ/мл, уровень аАТ — выше 0,9 ед.опт.пл.).

При выявлении клинико-иммунологических корреляций были установлены высокодостоверные положительные связи между комплексной оценкой уровня активации иммунной системы пациентов и тяжестью их состояния по шкале CGI-S (r=0,64, p=0,000001), а также с выраженностью психопатологической симптоматики по подшкале негативных симптомов шкалы PANSS (r=0,34, p=0,0077).

Таким образом, в крови больных детского возраста шизофренией и шизотипическим расстройством была выявлена активация как врожденного (по активности ЛЭ и α1-ПИ), так и приобретенного иммунитета (по уровню аАТ к нейроантигенам S-100B и ОБМ). Было также установлено, что связь между врожденным и приобретенным иммунитетом тесно коррелирует с особенностями клинического состояния пациентов при оценке по таким психометрическим шкалам, как PANSS и CGI. Полученные данные свидетельствуют о возможности использования изучавшихся иммунологических показателей в качестве дополнительного метода обследования с целью объективизации клинического состояния детей с шизофренией.

Конфликт интересов отсутствует.

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо со ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail

Мы используем файлы cооkies для улучшения работы сайта. Оставаясь на нашем сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cооkies. Чтобы ознакомиться с нашими Положениями о конфиденциальности и об использовании файлов cookie, нажмите здесь.