Еремкина А.К.

ФБГУ «НМИЦ эндокринологии» Минздрава России, Москва, Россия

Дзеранова Л.К.

Эндокринологический научный центр Минздрава РФ, Москва

Пигарова Е.К.

ФБГУ «НМИЦ эндокринологии» Минздрава России, Москва, Россия

Мокрышева Н.Г.

Эндокринологический научный центр, Москва

Дедов И.И.

Морфофункциональные особенности гормонально-неактивных аденом гипофиза

Журнал: Архив патологии. 2019;81(1): 71-78

Просмотров : 74

Загрузок : 1

Как цитировать

Еремкина А. К., Дзеранова Л. К., Пигарова Е. К., Мокрышева Н. Г., Дедов И. И. Морфофункциональные особенности гормонально-неактивных аденом гипофиза. Архив патологии. 2019;81(1):71-78. https://doi.org/10.17116/patol20198101171

Авторы:

Еремкина А.К.

ФБГУ «НМИЦ эндокринологии» Минздрава России, Москва, Россия

Все авторы (5)

Неактивные аденомы гипофиза (НАГ) — гетерогенная группа, состоящая из опухолей, для которых характерно отсутствие секреторного потенциала или его слабая выраженность, недостаточная для определения в крови уровня тропных гормонов аденогипофиза и развития специфической картины гормональной гиперсекреции [1]. НАГ также называют «немыми» аденомами, подчеркивая отсутствие биохимических и клинических нарушений, несмотря на положительную иммуноэкспрессию тропных гормонов в большинстве опухолей [2]. В 2017 г. экспертами «Тhe International Pituitary Pathology Club» поставлен вопрос о возможном переходе к новой терминологии: от аденомы к нейроэндокринной опухоли гипофиза [3]. Гормонопродуцирующие клетки гипофиза относятся к семейству нейроэндокринных клеток, аналогичных островковым клеткам поджелудочной железы, а также эндокринным клеткам желудочно-кишечного тракта и дыхательных путей. Существующая классификация аденом гипофиза не отражает в полной мере клинический спектр их поведения. Образования гипофиза не могут считаться полностью доброкачественными структурами, так как в ряде случаев ассоциированы со значимой заболеваемостью и, как и другие нейроэндокринные опухоли, обладают злокачественным потенциалом.

НАГ составляют около 30% от общего числа гипофизарных образований. По результатам эпидемиологических исследований [4], проведенных в различных странах, распространенность НАГ, включая микро- и макроаденомы, составляет 7—41,3 случая на 100 000 населения. Данные опухоли наблюдаются в различных возрастных группах, манифестация заболевания, как правило, происходит на 4—8-й декаде жизни. Несколько чаще НАГ встречаются у мужчин, хотя в некоторых исследованиях получены обратные данные [4].

НАГ обычно диагностируются на стадии макроаденом и проявляются симптомами, обусловленными наличием объемного образования в полости турецкого седла [5]. Транссфеноидальная аденомэктомия является основным методом лечения НАГ. Рецидив или продолженный рост отмечаются в 12—46% случаев [6]. Даже после успешно выполненной операции при отсутствии резидуальной ткани по результатам визуализирующих методов исследования может развиться рецидив заболевания [6—8]. В настоящее время нет надежных прогностических маркеров заболевания, позволяющих предсказать агрессивный рост опухоли. В качестве факторов риска продолженного роста или рецидива заболевания рассматриваются инвазивный рост по данным МРТ/КТ головного мозга, повышение уровня Кi-67 и митотического индекса, а также иммуноэкспрессия АКТГ и СТГ [9].

В 2017 г. ВОЗ проведен пересмотр классификации опухолей эндокринных органов (4-е изд.) [2]. Основные изменения касаются разделения аденом на подтипы в соответствии с их клеточным происхождением (клеточные линии аденогипофиза); из классификации исключен термин «атипическая аденома».

Теории формирования «немых» аденом гипофиза

В литературе представлено несколько патогенетических теорий, объясняющих отсутствие клинических и биохимических проявлений гормональной гиперсекреции в случае НАГ. К ним относятся изменения экспрессии специфических факторов транскрипции аденогипофиза, трансляционные и посттрансляционные дефекты синтеза гормонов в аденоме, изменения процессов «упаковки» в аппарате Гольджи, нарушенное высвобождение гормонов из клеток опухоли, секреция биологически неактивных молекул.

Дифференцировка трех основных клеточных линий в аденогипофизе опосредуется факторами транскрипции, экспрессия которых определяется как в функционально активных, так и в «немых» аденомах гипофиза. К основным факторам транскрипции относятся: Pit-1 — РОU-гомеодоменовый активатор транскрипции, SF-1 — стероидогенный фактор 1, T-Pit — член семейства T-box TBX19, фактор нейрогенной дифференцировки 1 — NeuroD1, транскрипционный фактор класса ядерных рецепторов DAX-1. Pit-1 участвует в дифференцировке соматотрофных, лактотрофных и тиреотрофных клеток и соответствующих опухолей, включая плюригормональные аденомы. SF-1 необходим для дифференцировки гонадотрофов. T-Pit участвует в транскрипции проопиомеланокортина (POMC), предшественника АКТГ, являющегося маркером дифференцировки кортикотрофов. Фактор NeuroD1 связан с транскрипцией POMC, вносит свой вклад в функциональную активность АКТГ-иммунопозитивных аденом. DAX-1 участвует в дифференцировке гонадотрофов и активно экспрессируется в неактивных аденомах. Гуанин-аденин-тимин-аденинсвязывающий белок 2 (GATA-2) также относится к факторам транскрипции, регулирующим дифференцировку гонадотрофов, лактотрофов и тиреотрофов [10].

По результатам I. Kobayashi и соавт. [11], экспрессия мРНК Pit-1 и рецептора соматотропин-рилизинг гормона (СТГ-РГ) в «немых» сомато-, тиротропиномах и пролактиномах не отличается от таковой в гормонально-активных опухолях. В исследовании L. Chinezu и соавт. [12] иммуноэкспрессия Pit-1 и СТГ была ниже в «немых» соматотрофах. Иммуногистохимическая (ИГХ) реакция с антителами (АТ) к Pit-1 и GATA-2 одинаково выражена в ядрах активных и «немых» тиреотрофов. Для «немых» кортикотропином характерна положительная иммуноэкспрессия T-pit [13], при этом уровни мРНК T-pit у «немых» кортикотропином значимо ниже по сравнению с гормонально-активными опухолями [14]. По данным G. Raverot и соавт. [15], несмотря на отсутствие клинических и лабораторных признаков гиперкортицизма, «немые» кортикотропиномы сходны по своим молекулярным характеристикам с активными макрокортикотропиномами.

НАГ имеют ультраструктурные особенности: меньший размер секреторных цитоплазматических гранул (в среднем 94 нм) по сравнению с активными опухолями (250—400 нм), скопление мелких дисперсных частиц, окруженных двойной мембраной. Подобное строение секреторных гранул наблюдается приблизительно в 90% клеток «немых» аденом и практически отсутствует в гормонально-активных опухолях [16]. К синтезу «дефектных» гормонов также могут приводить изменения в функционировании аппарата Гольджи. В работе G. Kontogeorgos и соавт. [17] продемонстрирована патологическая везикулярная дилатация аппарата Гольджи в «немых» гонадотрофных аденомах. Нарушение связывания терминальных моносахаридов с молекулами ФСГ и ЛГ приводило к изменению периода полураспада и рецепторсвязывающей способности гликопротеиновых гормонов.

Отсутствие клинических признаков акромегалии при «немых» соматотропиномах исследователи связывают как со способностью клеток синтезировать различные изоформы СТГ с разной биологической активностью, так и с нарушением посттрансляционной обработки [18]. «Немые» соматотропиномы секретируют СТГ в условиях in vitro, но в значительно меньшей степени по сравнению с гормонально-активными аденомами [19].

Одна из возможных причин «молчания» неактивных кортикотропином продемонстрирована при электронной микроскопии. Большинство «немых» кортикотропином содержит многочисленные лизосомы, в которых происходит активная утилизация секреторных гранул [20]. Другая гипотеза заключается в нарушении посттрансляционной обработки АКТГ с помощью прогормональной конвертазы 1/3 (PC1/3). В ряде работ выявлены различия в экспрессии PC1/3 среди активных и «немых» кортикотрофов. Для гормонально-активных кортикотропином характерны высокие уровни фермента [21]. «Немые» опухоли не экспрессируют белок PC1/3, хотя могут определяться низкие уровни его мРНК [22].

В литературе [23—25] представлены клинические случаи трансформации «немой» кортикотропиномы в гормонально-активную опухоль с развитием манифестной болезни Иценко—Кушинга, однако патогенетические механизмы этого феномена остаются неизвестными. В 3 кортикотропиномах, со временем сменивших свой функциональный статус, отмечалось повышение экспрессии PC1/3, что дополнительно подтверждает ассоциацию между уровнем PC1/3, секрецией АКТГ и развитием клинического гиперкортицизма [24]. Предполагается, что в основе функционального статуса аденомы, помимо активности РС1/3, может лежать чувствительность клеток кортикотрофов к гипоталамическим стимуляторам. При сравнении активных и неактивных кортикотропином отмечалось значимое снижение экспресии мРНК рецептора кортикотропин-рилизинг-гормона 1-го типа (CRHR1) и рецептора вазопрессина 1b (VR1b)-типа во 2-й группе. Кроме того, для «немых» опухолей характерно повышение экспрессии мРНК рецепторов соматостатина 1-го и 2-го типа (SSTR1 и SSTR2), что указывает на усиление ингибирующего эффекта гипоталамического соматостатина-14 [26]. Интерпретация полученных данных остается неоднозначной и требует проведения дополнительных исследований.

Новая патоморфологическая классификация опухолей гипофиза

Большинство опухолей гипофиза относится к доброкачественным образованиям и, следовательно, носит название аденом. Однако они способны к прогрессирующему инвазивному росту, что лежит в основе рецидива заболевания. Особого внимания заслуживают аденомы с агрессивным течением, четкие морфологические критерии которого отсутствуют. Классификация опухолей эндокринных органов ВОЗ 2017 г. выделяет две основные категории опухолей гипофиза: типичная аденома и карцинома, однако в комментариях к классификации авторы отдельно выделяют «аденому высокого риска» [2]. Термин «атипическая аденома», предложенный ВОЗ в 2004 г., в новую классификацию не вошел, он был заменен на термин «аденома высокого риска», которая, помимо высокой клеточной пролиферации, при оценке количества митозов и индекса пролиферации Кi-67 (более 3%) характеризуется инвазивным ростом по результатам МРТ и/или гистологического исследования [2, 27].

В классификации 2017 г. эксперты выделяют 8 подтипов аденом гипофиза (см. таблицу).

Патоморфологическая классификация аденом гипофиза (ВОЗ, 2017) Примечание. ПРЛ — пролактин, βФСГ — β-субъединица фолликулостимулирующего гормона, βЛГ — β-субъединица лютеинизирующего гормона, αСЕ — α-субъединица гликопротеиновых гормонов; *— аденомы с потенциалом агрессивного роста. Повышенная пролиферативная активность и признаки инвазии по результатам МРТ являются критериями постановки диагноза «аденома высокого риска».
Принципиально новым подходом стало разделение аденом гипофиза на основании не только ИГХ-экспрессии тропных гормонов, но и факторов транскрипции аденогипофиза. Иммуноэкспрессия транскрипционных факторов позволяет определить клеточную линию и происхождение опухолевых клеток и, следовательно, морфологически более точно дифференцировать аденому. Рекомендуется использование АТ к Pit-1, SF-1 и T-Pit. В ряде случаев (не для рутинной диагностики) могут применяться АТ к рецептору эстрогена α (ERα) и GATA-2, участвующих в дифференцировке гонадо-, лакто- и тиреотрофов [2].

Морфологические подтипы «немых» аденом гипофиза

«Немые» гонадотропиномы являются наиболее распространенным подтипом НАГ и представляют собой опухоли, произошедшие из клеток SF-1-линии [2]. Для «немых» гонадотропином характерна положительная иммуноэкспрессия β-ФСГ, β-ЛГ и α-субъединицы, ИГХ-реакция часто проявляется слабо и диффузно. В этом случае опухоли могут быть идентифицированы с помощью анти-SF-1-антител [11]. По результатам предшествующих исследований частота «немых» гонадотропином среди НАГ составляла 43—64% [28], однако с внедрением определения АТ к транскрипционным факторам их частота возросла до 80%. Ранее данные опухоли ошибочно классифицировали как ноль-клеточные аденомы [2]. Большинство «немых» гонадотропином является доброкачественными, медленно растущими опухолями. Как правило, диагностируются у пациентов среднего и пожилого возраста, несколько чаще у мужчин. Для гонадотропином характерна типичная манифестация заболевания при развитии масс-эффекта опухоли: зрительные нарушения, умеренная гиперпролактинемия, гипопитуитаризм головной боли. В исследовании W. Young и соавт. [29] при динамическом наблюдении в течение 5 лет после операции рецидив/продолженный рост отмечался в 42% наблюдений.

«Немые» кортикотропиномы — опухоли гипофиза клеточной линии T-Pit, при которых разреженная иммуноэкспрессия АКТГ сочетается с отсутствием биохимических и клинических признаков гиперкортицизма [30]. Они составляют около 15% НАГ, таким образом, представляя вторую по распространенности группу среди данных опухолей [31]. Вероятно, более активное применение АТ к T-Pit позволит диагностировать «немые» кортикотропиномы даже в отсутствие экспрессии АКТГ, и частота их выявления увеличится. Подобно гормонально-активным опухолям, «немые» кортикотропиномы подразделяются на редко- и плотногранулированные. Сrooke-клеточные опухоли характеризуются перинуклеарным кольцевидным накоплением цитокератина и положительным периферическим окрашиванием АТ к АКТГ [2]. Для данного подтипа опухолей, как и для других НАГ, характерна манифестация на стадии макроаденомы [32]. Независимо от морфологического варианта «немые» кортикотропиномы рассматриваются как агрессивные опухоли, что связано с большей вероятностью инвазивного роста (около 43% по данным МРТ гипофиза), апоплексиии рецидива в более короткие сроки после операции по сравнению с другими неактивными аденомами [33—35]. Более агрессивное течение «немых» кортикотропином относительно других подтипов также заключается в развитии гипопитуитаризма (и/или присоединении новых проявлений недостаточности тропных функций) более чем в половине случаев [36].

К «немым» соматотропиномам относятся опухоли с положительной иммуноэкспрессией Pit-1 и СТГ без клинических признаков акромегалии [12, 37]. Они составляют менее 10% cлучаев НАГ [37]. В отличие от гормонально-активных образований, «немые» соматотропиномы чаще редкогранулированные, для них характерно меньшее количество СТГ-иммунореактивных клеток [12, 38]. Данный подтип чаще встречается у лиц молодого возраста. В 40% случаев может наблюдаться сочетанная иммуноэкспрессия с пролактином [37]. В соответствии с классификацией ВОЗ от 2017 г. редкогранулированные соматотропные опухоли отнесены к группе аденом с потенциалом агрессивного роста, так как для них характерны больший размер образования, инвазивность, а также часто резистентность к стандартным способам лечения и ранний послеоперационный рецидив [38, 39].

«Немые» пролактиномы — ПРЛ-иммунопозитивные опухоли, не сопровождающиеся клиническими признаками гиперпролактинемии, за исключением вторичного повышения гормона вследствие сдавления ножки гипофиза [40]. Помимо ПРЛ (диффузное цитоплазматическое окрашивание), эти опухоли экспрессируют Pit-1 и ERα [2]. «Немые» пролактиномы встречаются крайне редко, частота составляет приблизительно 0,5%. Сведения об их клинических особенностях ограничены [41]. Для данного подтипа характерна перекрестная ИГХ-реакция с другими тропными гормонами, в основном с СТГ в Pit-1-иммунопозитивных образованиях.

«Немые» тиреотропиномы относятся к опухолям клеточной линии Pit-1 и экспрессируют β-TSH без признаков центрального гипертиреоза [42]. Истинная распространенность неизвестна, по данным литературы, частота варьирует от 0,2 до 2% [41]. В исследовании M. Kirkman и соавт. [43] не выявлено существенных различий между активными и «немыми» тиреотропиномами в отношении частоты рецидивов и времени от первоначальной операции до развития рецидива. Для обеих групп характерно плюригормональное окрашивание, чаще с АТ к ФСГ, СТГ, ЛГ, индекс пролиферации Ki-67, как правило, не превышает 3%.

По новой классификации НАГ критерием постановки диагноза ноль-клеточная аденома гипофиза является отсутствие ИГХ-реакции к любым тропным гормонам и факторам транскрипции. Распространенность ноль-клеточных аденом, по данным исследований с применением АТ к тропным гормонам гипофиза, варьировала в пределах 5—30%. Однако результаты последующих работ с использованием АТ к транскрипционным факторам свидетельствуют, что их частота не превышает 5% [2]. Для ноль-клеточных аденом характерна типичная манифестация заболевания при развитии масс-эффекта опухоли, включая зрительные нарушения, головную боль, гипопитуитаризм и вторичную гиперпролактинемию. Кроме того, при данном типе аденом часто отмечаются инвазия кавернозных синусов и/или распространение в клиновидные пазухи, что затрудняет радикальное выполнение хирургического вмешательства [2].

Плюригормональные низкодифференцированные Pit-1-аденомы — редкие опухоли, состоящие из крупных многоугольных или веретенообразных клеток с атипичными ядрами, иногда содержащими включения (ядерные сферидии). Чаще диагноз устанавливается на основании электронной микроскопии [44, 45]. Для данного подтипа характерна вариабельная и неоднородная иммуноэкспрессия СТГ, ПРЛ и ТТГ в различных комбинациях. В 30% случаев они могут сопровождаться клиническими признаками гиперсекреции гормонов линии Pit-1 [44]. Правильная диагностика чрезвычайно важна, так как данный подтип относится к группе потенциально агрессивных опухолей, чаще макроаденом с инвазией в кавернозные синусы и характеризуется повышенным риском рецидива [45].

«Двойные»/«тройные» аденомы гипофиза встречаются крайне редко, они происходят из разных клеточных линий, что подтверждает экспрессия более чем одного специфического фактора транскрипции. В ткани опухоли могут быть одновременно представлены как «немые», так и секреторно-активные компоненты [46].

Пролиферативные маркеры НАГ

Для оценки пролиферативного потенциала опухоли и прогноза ее агрессивного поведения используются классические маркеры: индекс Кi-67, количество митозов и иммуноэкспрессия p53. В 2013 г., по результатам крупного исследования J. Trouillas и соавт. [47], представлена классификация аденом гипофиза, объединяющая радиологические и гистологические характеристики инвазивности и пролиферативной активности опухолей. В качестве основных критериев агрессивного поведения опухоли предложены инвазия в кавернозные синусы и наличие двух из трех морфологических признаков (индекс Кi-67 3% и более; более 2 митозов на 10 полей зрения при большом увеличении (HPF); иммунореактивность p53). На основании этих критериев опухоли гипофиза подразделены на три класса: 1-й класс — неинвазивные, 2-й класс — инвазивные и 3-й класс — метастатические (карциномы). J. Trouillas и соавт. [47] при сравнении рецидивирующего и безрецидивного течения заболевания выявили прогностическую значимость таких характеристик, как возраст, морфологический тип опухоли и ее класс. Классификация J. Trouillas и соавт. [47] показала, что мультимодальный подход c учетом морфологических, клинических и радиологических особенностей наиболее эффективен в отношении прогноза заболевания (персистенция/рецидив), поэтому она получила широкое распространение в клинической практике.

Пролиферативная активность

Степень пролиферации клеток — важный прогностический маркер для всех нейроэндокринных опухолей, включая образования гипофиза. Митотический индекс более 2 на 10 HPF ассоциируется с повышенным риском рецидива и чаще встречается среди карцином по сравнению с аденомами гипофиза.

Индекс Кi-67 считается наиболее надежным из представленных пролиферативных маркеров, однако единое мнение о его информативности в качестве маркера инвазивного роста НАГ отсутствует. Для большинства аденом гипофиза (как гормонально-активных, так и неактивных) уровень Кi-67, как правило, составляет 1—2%, в то время как показатель 3% и более встречается значимо реже [48]. K. Thapar и соавт. [49] в своей работе продемонстрировали, что Кi-67 3% и более достоверно коррелирует с инвазивным ростом образования. По результатам исследований индекс Кi-67 в диапазоне 1,3—10% ассоциирован с риском рецидива опухоли [50]. Однако в ряде других работ подобных корреляций подтверждено не было, что, вероятно, связано с трудностями в методологии подсчета Кi-67, интерпретации и использовании различных точек cut-off [1, 51, 52]. Тем не менее эксперты подчеркивают важность уровня Ki-67 3% и более наряду с радиологическими признаками инвазии и быстрого роста [2].

Уровень Кi-67 более 10% должен вызывать настороженность в отношении злокачественности образования [53], несмотря на то что для карцином гипофиза отмечается значительная вариабельность данного параметра.

Наличие ядерной иммуноэкспрессии p53 (более 10 позитивных ядер на 10 HPF) ассоциировано с потенциально агрессивным поведением опухоли [49, 54], однако использование экспрессии p53 в качестве прогностического маркера остается спорным [2].

Прогностические маркеры НАГ

Эпителиальный кадгерин (Е-кадгерин) — потенциальный маркер агрессивного роста НАГ. В нескольких работах [28, 55—57] продемонстрирована взаимосвязь снижения экспрессии Е-кадгерина с инвазивным ростом в группах гормонально-активных сомато- и кортикотропином, данные относительно «немых» опухолей остаются противоречивыми. В исследовании S. Yamada и соавт. [28] не выявлено достоверных корреляций между экспрессией Е-кадгерина и инвазией в кавернозные синусы. W. Zhou и соавт. [57], наоборот, продемонстрировали снижение экспрессии мРНК и белка Е-кадгерина, а также увеличение экспрессии супрессора Е-кадгерина-Slug в группе инвазивных НАГ. Кроме того, исследователи получили достоверные корреляции между экспрессией ERα и инвазивным ростом опухолей. В исследовании K. Oystese и соавт. [58] показано, что низкая экспрессия ERα коррелировала с большим риском повторных вмешательств (реоперации и радиотерапия) и более короткими сроками их проведения у мужчин с «немыми» гонадотропинонами. Отсутствие экспресии ЕRα и молодой возраст могут рассматриваться в качестве потенциальной прогностической модели у мужчин с НАГ.

Прогностическая значимость O-6-метилгуанин-ДНК метилтрансферазы (MGMT), принимающей участие в прямой репарации ДНК, остается неопределенной. Иммуноэкспрессия MGMT используется для оценки потенциальной эффективности темозоламида (ТМЗ) в группе агрессивных аденом и карцином гипофиза. Высокая экспрессия MGMT предполагает отсутствие ответа на ТМЗ [59], но не всегда отсутствие экспрессии MGMT отражает положительный ответ на ТМЗ [60]. Вероятно, это связано с тем, что MGMT не является единственным ферментом, определяющим чувствительность к ТМЗ в карциномах и агрессивных аденомах. Низкая восприимчивость к действию ТМЗ может быть связана с потерей фермента из системы репарации неспаренных оснований ДНК—MSH6 [60].

Несмотря на патогенетическую основу, для применения лекарственных препаратов — наличие активных рецепторов в ткани аденом (дофаминовые рецепторы 2-го типа (DR2), соматостатиновые рецепторы преимущественно 2-го и 3-го типа (SSTR2, SSTR3), — медикаментозная терапия НАГ не нашла широкого применения [61—63]. В работах M. Zatelli и соавт. [62] выявлено, что аналоги соматостатина, активирующие SSTR2 и SSTR3, уменьшают пролиферацию «немых» аденоматозных клеток in vitro. В недавнем исследовании Y. Greenman и соавт. [63] продемонстрировали эффективность агонистов дофамина в стабилизации продолженного роста опухоли. У пациентов с верифицированным продолженным ростом уменьшение или стабилизация размеров образования достигнуты в 58% случаев. Однако корреляций между иммуноэкспрессией DR2, уровнем его мРНК и ответом на лечение выявлено не было, что не позволяет прогнозировать эффективность агонистов дофамина и требует назначения адъювантной терапии.

Заключение

НАГ представляют собой гетерогенную группу опухолей, классификация которых ранее основывалась только на иммунореактивности к тропным гормонам гипофиза. Внедрение антител к транскрипционным факторам стало принципиально новым подходом к классификации НАГ, необходимым для распознавания менее дифференцированных типов опухолей. Особенное внимание должно уделяться «немым» опухолям, характеризующимся тенденцией к инвазивному росту и клинически более агрессивным течением заболевания, включая плюригормональную низкодифференцированную Pit-1 — аденому, редкогранулированную соматотропиному, кортикотропиному, макропролактиному у мужчин. Несмотря на то что экспертами ВОЗ принято решение отказаться от термина «атипическая» аденома, оценка инвазивного роста опухоли по результатам МРТ головного мозга, пролиферативному индексу Кi-67 и количеству митозов сохраняет свою актуальность в выявлении аденом высокого риска. К сожалению, существующие в настоящее время маркеры «немых» опухолей гипофиза не обладают достаточной чувствительностью и специфичностью для прогноза заболевания. Дальнейшие исследования должны быть направлены на поиск новых надежных прогностических маркеров. Это позволит не только качественно улучшить диагностику заболевания, но и выработать оптимальную тактику лечения и динамического наблюдения пациентов с НАГ.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Сведения об авторах

eремкина Анна Константиновна — канд. мед. наук, ст. науч. сотр. отделения патологии околощитовидных желез; e-mail: parathyroid.enc.@gmail.com https://orcid.org/0000-0001-6667-062X

Дзеранова Лариса Константиновнаhttps://orcid.org/0000-0002-0327-4619

Пигарова Екатерина Александровнаhttps://orcid.org/0000-0001-6539-466X

Дедов Иван Ивановичhttps://orcid.org/0000-0002-8175-7886

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо с ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail