Взаимосвязь функционального состояния зубочелюстной системы и психоэмоционального напряжения у лиц молодого возраста

Современный ритм жизни требует от человека значительных физических и психических нагрузок. Пусковым механизмом стрессовой реакции является эмоциональное напряжение, которое зависит от адекватных адаптационных реакций организма. Уже при хроническом психоэмоциональном напряжении возникают стойкие изменения функционирования различных органов и систем, в том числе зубочелюстной. Это может проявляться в виде гипертонуса жевательных мышц, бруксизма, прогрессирования кариозных и некариозных поражений твердых тканей зубов, развития и усугубления имеющейся патологии тканей пародонта. Одним из проявлений патологии зубочелюстной системы является мышечно-суставная дисфункция височно-нижнечелюстного сустава (ВНЧС) (МСД ВНЧС), которая наиболее часто возникает вследствие окклюзионной травмы в сочетании с бруксизмом, признаки которого выявляются у 15—35% пациентов [1]. В свою очередь, травматическая окклюзия, а также тонкий биотип пародонта способствуют осложнению течения воспалительных заболеваний тканей пародонта [4]. При длительном существовании боль и дискомфорт в любом отделе зубочелюстной системы сами являются источниками хронического стресса. Поэтому мы считаем, что подход к диагностике и лечению таких пациентов должен быть комплексным и включать в себя как оценку стоматологического статуса, функционального состояния зубочелюстного аппарата, так и оценку его психоэмоционального состояния.

Цель исследования — оценить взаимосвязь функционального состояния зубочелюстной системы и уровня психоэмоционального напряжения у лиц молодого возраста.

Исследование было проведено на кафедре терапевтической стоматологии с курсом ИДПО БГМУ. Обследованы 164 пациента в возрасте от 20 до 25 лет. Критериями отбора служили согласие на участие в исследовании, молодой возраст. Стоматологическое обследование было проведено согласно рекомендациям экспертов ВОЗ (1985). Были определены основные стоматологические индексы: КПУ, КПИ (П.А. Леус, 1988), РМА (Schour, Massler, 1948) и SBI (Muhlemann, Son, 1971), OHI-s (Грин, Вермиллион, 1964). Диагностику МСД ВНЧС проводили по критериям, которые были предложены в Гамбургском обследовании M. Ahlers и H. Jakstat в 2000 г. Критерии сформулированы в виде 6 вопросов так, что отрицательные ответы свидетельствуют об отсутствии патологии, положительные — о наличии заболевания. При интерпретации данных учитывали положительные ответы: если пациентом был дан только один положительный ответ, то он считался функционально здоровым, если положительных ответов было два, то это расценивали как вероятность дисфункционального заболевания жевательного аппарата; в случае трех и более положительных ответов выявление дисфункции у пациентов приближалось к 100%. Биоэлектрическую активность (БЭА) челюстно-лицевой области определяли методом электромиографии с помощью четырехканального электромиографа «Синапсис» (Нейротех). БЭА жевательной группы мышц регистрировали одновременно с двух сторон и оценивали суммарную БЭА собственно жевательной и височной мышцы в покое и при проведении функциональной пробы: произвольное жевание 0,8 ореха фундука. За показатели нормы БЭА собственно жевательной и височной группы мышц были приняты данные, полученные Б.Р. Якуповым и Л.П. Герасимовой, 2013 [3]. Для выявления психоэмоционального напряжения, оценки невротических состояний и тревожности были использованы методика определения стрессоустойчивости Холмса и Рея (Holmes, Rahe, 1967), клинический опросник К.К. Яхина и Д.М. Менделевича (2005) и шкала оценки уровней реактивной и личностной тревожности Ч.Д. Спилбергера, Ю.Л. Ханина (State-Trait Anxiety Inventory — STAI) [2].

При статистической обработке данных использованы расчет средних величин и стандартного отклонения; дисперсионный, кластерный анализ; для исследования различий между группами был использован t-критерий Стьюдента при р<0,01.

При исследовании пациентов с помощью психологических методик были получены значения, имеющие значительный разброс (табл. 1).

При статистической обработке полученных данных обследованных молодого возраста разделили на четыре группы, достоверно различающиеся по стрессоустойчивости: 56 пациентов показали очень высокую стрессоустойчивость (92±2,1 балла по методике Холмса и Рея) и низкий уровень тревожности; 46 пациентов — высокую степенью стрессоустойчивости (178±4,2 балла) и низкий уровень тревожности; 3-я группа пациентов (32 пациента) характеризовалась пороговым уровнем сопротивляемости стрессу и достоверно более высоким уровнем тревожности, чем пациенты 2-й группы; 4-я группа пациентов показала низкий уровень стрессоустойчивости (312±4,8 балла) и высокий уровень тревожности (47±1,6 балла). Показатели исследования с помощью теста Менделевича—Яхина достоверно коррелировали с показателями тестов Холмса и Рея и Спилберга—Ханина только по шкалам тревожности и невротической депрессии, в основном у пациентов 3-й и 4-й групп, что подтверждает наличие состояния психоэмоционального напряжения у этих пациентов. При опросе пациенты 3-й и 4-й групп предъявляли жалобы на частые головные боли, желудочно-кишечные расстройства, нарушение сна, плохое самочувствие и настроение.

При клиническом стоматологическом обследовании 21,9±0,5% пациента предъявляли жалобы на боль в мышцах челюстно-лицевой области, 27,3±1,5% — на боль в ВНЧС, 34,7±1,7% — на хруст и щелканье ВНЧС и 33,1±1,8% — на дискомфорт при длительном открывании рта. Индексная оценка стоматологического статуса обследованных пациентов представлена в табл.2.

Уровень гигиены полости рта оценен как неудовлетворительный у всех пациентов. Анализ индексов КПУ, РМА, КПИ и индекса кровоточивости свидетельствует о достоверном ухудшении их значений в 3-й и 4-й группах. Некариозные поражения твердых тканей зубов были выявлены у 78,3% обследованных, стираемость и клиновидный дефект определялись в 3 раза чаще в 3-й и 4-й группах по сравнению с 1-й и 2-й группами. У 83,0% обследованных были выявлены окклюзионные нарушения, причем в 3-й группе они были у 92,0% обследованных, а в 4-й группе — у 96,0%. При обследовании по шести критериям M. Ahlers, H. Jakstat у 16,8% пациентов был получен один положительный результат, который соответствовал функциональной норме; у 21,2% получено два положительных признака, что свидетельствовало о принадлежности к группе риска. Три и более критерия было выявлено у 62,0% пациентов, что свидетельствовало о наличии у них МСД ВНЧС.

Показатели БЭА собственно жевательных и височных мышц правой и левой сторон обследованных пациентов в состоянии покоя и при нагрузке представлены в табл. 3.

По данным табл. 3 видно, что у пациентов 1-й и 2-й групп показатели средней амплитуды БЭА височной и жевательной мышц были в пределах нормальных величин в покое и при функциональной нагрузке. Показатели БЭА у пациентов 2-й группы были несколько выше показателей 1-й группы, но различия статистически недостоверны. В группах 3-й и 4-й эти показатели значительно и достоверно превышали показатели нормы. В состоянии покоя средняя амплитуда височной и жевательной мышц в 3-й группе превышала норму в 1,6—1,8 раза, а средняя амплитуда височной и жевательной мышц при функциональной нагрузке превышала показатели нормы в 2 раза.

Таким образом, проведенное исследование лиц молодого возраста выявило достоверную связь БЭА жевательной группы мышц с уровнем психоэмоционального напряжения, обусловленного стрессоустойчивостью, тревожностью, уровнем невротической депрессии (по Менделевичу—Яхину). У пациентов, имеющих психоэмоциональное напряжение, достоверно повышались амплитудные характеристики БЭА указанных мышц. Поэтому при планировании лечения лиц молодого возраста с функциональными нарушениями зубочелюстной системы необходимо учитывать их психоэмоциональное состояние.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.