Пока столица подводит итоги уходящего 2025 года и готовится к встрече 2026-го, мы решили заглянуть в регионы и узнать, как там обстоят дела. На наши вопросы отвечает терапевт, доктор медицинских наук, заведующий кафедрой внутренних болезней Башкирского государственного медицинского университета, доцент Антон Викторович Тюрин

Про профессию

– Антон Викторович, как вы стали медиком? Почему выбрали эту профессию?

– Моя мама работала медицинской сестрой в отделении торакальной хирургии Республиканской клинической больницы, до того как выбрать профессию юриста. Но едва ли это имело большое значение в моем выборе профессии. Скорее, тут значима роль моих учителей – преподавателей естественно-научного направления: в начальной школе – Галины Михайловны Падалко, в старшей – моего классного руководителя Татьяны Васильевны Горшениной, которая готовила меня к участию в конкурсах и олимпиадах по биологии и химии. Вот от этих предметов интерес распространился на медицину.

– Что сейчас, на ваш взгляд, происходит в медицине? Болевые точки? В целом как оцениваете ситуацию?

– Идет развитие отрасли. Сейчас время быстрого научно-технического прогресса, и медико-биологические науки одни из самых динамично развивающихся. Основная задача на этом этапе – внедрить все достигнутые научные успехи и результаты в практическую медицину, и, на мой взгляд, это получается. Высокотехнологичная медицина становится более доступна пациенту. В качестве одного из примеров: на базе клиники нашего университета завершается строительство Института персонализированной медицины, где будут представлены самые современные методы лечения, включая технологии CAR-T и мРНК-вакцин.

Другая важная задача – вовремя выявить заболевание, поскольку лечить в стационаре мы сейчас умеем очень хорошо, располагаем возможностями. Значительные средства и усилия системы здравоохранения направлены именно на первичную медико-санитарную помощь, в которой важнейшее звено – участковый врач-терапевт. Поэтому НМИЦ терапии и профилактической медицины под руководством академика РАН Драпкиной О.М. уделяет этому такое большое внимание, разрабатывая и внедряя программы диспансеризации, работы центров здоровья и т. д.

Болевые точки, безусловно, есть. В первую очередь это доступность медицинской помощи в отдаленных районах. У нас большая страна, и обеспечить равный уровень медицины в федеральном центре и далеком поселке технически невозможно. Но система ФАПов (фельдшерско-акушерских пунктов), дистанционная телемедицина (например, расшифровка ЭКГ и рентгенологических снимков), привлечение специалистов к работе в отдаленных районах – эти меры помогают улучшить ситуацию.

– Электронный документооборот – это помощь врачу или помеха? Особенности медицины в вашем регионе. Что хотелось бы изменить? Улучшить?

– Цифровизация – важный тренд современной жизни, глобальный процесс, стремительно набирающий обороты и охватывающий все больше областей, и система здравоохранения – не исключение. Безусловно, электронный документооборот – помощь. Теперь мы можем быстро посмотреть весь путь пациента в системе ОМС: какие у него заболевания, как его лечили, даже если он сам не помнит об этом. Наша республика – в первых рядах по внедрению системы цифрового здравоохранения. Уже с 2013 года все медицинские организации республики работают в Единой цифровой платформе. На сегодняшний день цифровая система объединяет порядка 205 медицинских организаций, более 32 тысяч одновременно работающих пользователей, 4,5 млн электронных медицинских карт! Продолжается развитие проекта «Цифровой ФАП», технологий использования искусственного интеллекта, например, интеллектуального голосового помощника, который помогает заполнять медицинскую документацию и автоматизирует запись на прием через контакт-центр Минздрава РБ. И это реально работает! Ну а сложности, наверное, как и везде. Хотелось бы улучшить доступность консультаций узких специалистов, сократить время ожидания оказания плановой медицинской помощи.

– Что вы думаете о коморбидности?

– С все большей очевидностью мы приходим к выводу, что один из ключевых факторов коморбидности на сегодняшний день – это изменение композиционного состава тела. Что это такое? Это соотношение жировой и тощей (в первую очередь мышечной) массы. То, что приходит на смену привычному нам индексу массы тела. Жировая ткань – это не просто «лишний груз» на животе или бедрах. Сегодня ее можно приравнять к эндокринному органу, который вырабатывает особые химические вещества – адипокины, регулирующие большое количество процессов в нашем организме. При нарушении баланса и избыточном количестве жировой ткани они начинают смещать баланс в сторону усиления глобального воспаления организма, что является основой целого ряда патологических состояний: метаболического синдрома, атеросклероза, гиперурикемии, стеатоза печени и других. И мышечная ткань также метаболически активна – она вырабатывает миокины, оказывающие защитное действие. С возрастом закономерно снижается количество мышечной ткани и увеличивается количество жировой, что является патогенетической основой старения. Но это и показывает, как можно с этим бороться! Если и не рецепт вечной молодости, то что-то близкое.

– Вопрос по специальности: заболевания соединительной ткани – на что нужно обратить внимание терапевтам?

– «Красные флаги» для патологии соединительной ткани и опорно-двигательного аппарата – это все те же классические симптомы: длительное необъяснимое повышение температуры, кожная сыпь без других признаков аллергии, отек и боль в суставах, особенно в состоянии покоя, без связи с нагрузкой, плохой ответ на противоболевую или противовоспалительную терапию. Все это – показания для обращения к терапевту, а он уже должен принять решение о дообследовании и направлении к ревматологу. Все же самые частые заболевания суставов и костей – остеоартроз, остеопороз, подагра – это, скорее, терапевтическая патология.

– Как у вас получается совмещать научную, медицинскую и преподавательскую деятельность?

– Как написано в должностной инструкции заведующего кафедрой, а также профессора, доцента, ассистента. Но если без шуток, то работа в медицинском университете подразумевает это совмещение. Другой вопрос, что доля времени может варьировать у разных сотрудников: кто-то больше погружен в образовательный процесс, кто-то в клиническую работу. Зато не скучно! Всегда есть возможность поменять вектор деятельности.

– Изменился ли современный студент по сравнению с тем временем, когда вы сами учились?

– Изменился, и на мой взгляд, в лучшую сторону. Когда я был студентом, было модно «решить вопрос», договориться о сдаче зачета или экзамена. Сейчас в тренде – быть умным, компетентным, вовлеченным в жизнь университета. В целом для молодежи сейчас время возможностей, поскольку объем и варианты поддержки, на мой взгляд, максимальны за все последние годы. Наша республика стабильно входит в число лидеров по итогам рейтингов такой поддержки: мы были на третьей позиции в 2023 году, на первой – в прошлом году, и темпы не снижаются. Наш университет работает в программе развития и трансформации «Приоритет-2030», благодаря чему появляются новые хорошо оборудованные лаборатории и новые рабочие места для молодых исследователей. Это хорошая мотивация учиться и развиваться.

– А что думаете про введенную 3-летнюю отработку?

– Что как минимум в панику впадать преждевременно. Я очень хорошо помню подобные упаднические настроения в год нашего завершения учебы: мы были первыми выпускниками, у которых не будет интернатуры. Тогда поначалу тоже вопросов было больше, чем ответов. Но тем не менее все успешно прошли постдипломное обучение. Кстати, действующий министр здравоохранения – выпускник нашего года. Поэтому нужно немного подождать и понять, как новые законодательные нормы будут работать на практике.

– ИИ в медицине – больше рисков или перспектив?

– Основной постулат – ИИ никогда не сможет заменить врача, человека. Это инструмент, который нужно уметь применять, поэтому основы ИИ-грамотности уже входят в учебные программы нашего университета, функционирует Киберцентр и лаборатория математического моделирования. Наиболее близки к внедрению в ежедневную практику, на мой взгляд, преобразователи речи, чтобы оптимизировать и ускорить заполнение медицинской документации, и системы поддержки принятия врачебных решений – они могут быстро анализировать большой массив данных, акцентируя внимание врача на отклонениях от нормы.

– Врач и пациент – как наладить контакт, улучшить комплаенс, собрать анамнез, когда на прием отводится всего 12 минут?

– Вопрос сложный, если не сказать – проблемный. Мы понимаем, что провести классическое обследование пациента с подробным сбором анамнеза, применением физикальных методов исследования – осмотра, аускультации, пальпации, перкуссии – да еще заполнить медицинскую документацию за такое время сложно. С одной стороны, помогает опыт: врач зачастую только по внешнему виду, походке, ключевым жалобам пациента может предположить диагноз – «диагноз в дверях», по выражению профессора А.Л. Верткина. С другой стороны, хорошим подспорьем будет разработка и четкое исполнение диагностических алгоритмов, которые помогают не растеряться, что особенно важно для молодых специалистов.

– Вспомните какой-нибудь интересный случай из практики?

– Это было во время пандемии COVID-19. В целом об этом периоде многое можно вспомнить: мы работали в составе выездных бригад университета на Дальнем Востоке, в Псковской области, Чеченской Республике… Но один из самых запоминающихся пациентов лечился в госпитале на базе клиники нашего университета. У него был очень тяжелый вариант инфекции, который требовал проведения ИВЛ. И, несмотря на все наши усилия, состояние его медленно, но прогрессивно ухудшалось – истощались резервы организма, неделя за неделей. Хотя это был молодой мужчина, к тому же – наш коллега. И спустя несколько недель лечения, на утреннем обходе в реанимационном блоке, я увидел, что показатели приблизились к критическим несмотря на очень жесткие режимы вспомогательной вентиляции. Невеселые глаза врача-реаниматолога, которые только и видны были в защитном костюме, подтвердили мои опасения. Пациент умирал. Каково же было мое удивление, когда вечером, перед выходом из «красной зоны», я повторно зашел в ОРИТ и увидел, что состояние пациента стабилизировалось, а на меня смотрел довольный врач-реаниматолог. Оказалось, он пошел на определенный риск – сменил режим кислородной поддержки с продленной ИВЛ через трахею на масочную ИВЛ, но при этом перевернул пациента на живот, в так называемую прон-позицию, широко использовавшуюся в лечении пациентов с поражением легких и одышкой. Ход был нестандартный и очень смелый, но именно это стало толчком к улучшению состояния пациента. Через месяц он был выписан из госпиталя, прошел реабилитацию и сейчас успешно продолжает трудовую деятельность. Возможно – чудо, возможно – смелость и профессионализм врача-реаниматолога.

Про себя

– Расскажите про ваши увлечения: любимые книги, цитаты и выражения. Какими достижениями гордитесь?

– Несмотря на то что врачу приходится много читать, основное хобби – именно литература. Помню, как радовался, когда получилось установить на один из первых смартфонов фирмы Nokia программу для чтения электронных книг – они были доступнее бумажных. Читал с увлечением, из отечественных классиков наибольшее впечатление произвело творчество Ф.М. Достоевского и М.Ю. Лермонтова, из зарубежных авторов очень полюбились произведения современного японского писателя Х. Мураками: немного мистики, немного философии и очень легкое, интересное описание жизни обычных японцев – его фирменный стиль.

Сейчас в тренде – быть умным, компетентным, вовлеченным в жизнь университета

Относительно достижений: после защиты докторской диссертации наступает закономерная пауза в личных достижениях, и это отличный момент, чтобы заняться подготовкой учеников. Я радуюсь их успехам больше, чем своим! И в этом плане мне очень повезло: на кафедре собралась целая плеяда активных молодых исследователей. С моим первым аспирантом мы защитились в один год, а сейчас она уже получила грант Российского научного фонда – самого значимого в России для поддержки науки – на самостоятельное исследование. На прошедшем в ноябре Национальном конгрессе терапевтов ассистент нашей кафедры заняла первое место в конкурсе научных работ молодых ученых. Совсем недавно, несколько дней назад, состоялась защита диссертации второго аспиранта. Это радует, мотивирует, придает сил!

– Ваши планы и мечты на 2026 год? Что пожелаете коллегам? А что пациентам?

– В одном из интервью В.В. Жириновский сказал: «Не должно быть никакой мечты, это все чушь! Вбивают детям в голову – мечта, идея, любовь… Ничего этого нет. Есть обычная каждодневная работа, и все. И маленький успех. И большие неудачи ждут каждого из нас в жизни. И выдумывать ничего не надо». Не могу сказать, что так уж с ним не согласен. Но, безусловно, цель и направление движения нужно иметь. Общая цель, наверное, – это принести пользу семье, коллегам, стране. А способы для этого у всех могут быть разные, в меру возможностей и обстоятельств. И пожелать всем – и коллегам, и пациентам – хочется сил, чтобы каждый день, пусть по чуть-чуть, в этом направлении двигаться.

Про стратегию развития здравоохранения

– Указ Президента Российской Федерации №896 от 8 декабря 2025 года утвердил Стратегию развития здравоохранения в РФ на период до 2030 года. Один из острых моментов – изменение системы страхования: сокращается объем обязательного и увеличивается объем дополнительного – пациент будет покупать услуги. Как прокомментируете?

– Трансформация ОМС (обязательного медицинского страхования) – общемировой тренд, и у нас самая демократичная в плане финансовой нагрузки на пациента система здравоохранения. Перегрузка службы скорой медицинской помощи – яркое подтверждение этого. Вызывают спецбригаду прокомментировать назначение врача, дать таблетку «от головы», выписать справку… Пациенты не чувствуют ответственности за свое здоровье, врачи «должны». Прозаично, но лучшая стимуляция в данном случае – финансовая.