Растольцев К.В.

Патологоанатомическое отделение ГБУЗ КО «Калужская областная детская больница», Калуга

Ланцов Д.С.

патологоанатомическое отделение ГБУЗ КО «Калужский областной онкологический диспансер», Калуга

Кищенко Н.В.

патологоанатомическое отделение ГБУЗ КО «Калужский областной онкологический диспансер», Калуга

Альбанова В.И.

ФППОВ Первого МГМУ им. И.М. Сеченова

Беликов А.Н.

ГБУЗ КО «Калужский областной кожно-венерологический диспансер», Калуга, Российская Федерация

Комлева Л.Ф.

ГБУЗ КО «Калужский областной кожно-венерологический диспансер», Калуга, Российская Федерация

Морфология кожи при врожденном ихтиозе (плод Арлекин)

Журнал: Архив патологии. 2015;77(2): 39-42

Просмотров : 18

Загрузок :

Как цитировать

Растольцев К. В., Ланцов Д. С., Кищенко Н. В., Альбанова В. И., Беликов А. Н., Комлева Л. Ф. Морфология кожи при врожденном ихтиозе (плод Арлекин). Архив патологии. 2015;77(2):39-42. https://doi.org/10.17116/patol201577239-42

Авторы:

Растольцев К.В.

Патологоанатомическое отделение ГБУЗ КО «Калужская областная детская больница», Калуга

Все авторы (6)

Врожденный ихтиоз (плод Арлекин, ихтиоз Арлекино — ИА) — наследственное заболевание, входящее в гетерогенную группу наследственных дерматозов, связанных с нарушением кератинизации [1]. ИА — крайне редкое, наиболее тяжелое заболевание из этой группы, с частотой в популяции 1:242 500 [2]. Наряду с пластинчатым ихтиозом, врожденной ихтиозоформной эритродермией и др. ИА входит в группу врожденных аутосомно-рецессивных ихтиозов [3]. Первое известное описание болезни датировано 1750 годом [4]. В основе болезни лежит нарушение синтеза протеина АВСА12, ключевой молекулы липидного трансмембранного транспорта в эпидермисе с не до конца выясненным механизмом биологического действия [5—9]. В 2005 г. D. Kelsell и соавт. и M. Akiyama и соавт. независимо друг от друга картировали данное нарушение как гомозиготную или гетерозиготную компаунд-мутацию в гене в локусе хромосомы 2q34 [3, 5, 7, 9]. По данным литературы [6], на 2010 г. было зарегистрировано 48 мутаций гена , приведших к развитию И.А. Введение в практику лечения больных с ИА системных ретиноидов коренным образом изменило исход болезни [9—11]. Так, по данным за 2010—2011 гг., в современных условиях выживает 54—56% больных с ИА [10, 11]. У выживших пациентов, несмотря на возможный феномен «фенотипического восстановления» [7], имеется пожизненное поражение кожи с течением заболевания по типу небуллезной врожденной ихтиозоформной эритродермии, с проблемами роста, формирования ногтей и волос, нарушением потоотделения, неадекватной чувствительностью к теплу, холоду и свету [8—11]. При этом морфологическим аспектам, лежащим в основе этих симптомов, в современной научной литературе не уделено должного внимания.

Приводим клинико-анатомическое наблюдение с углубленным исследованием кожи и ее придатков у умершей четырехмесячной девочки с ИА.

Ребенок , 4 мес, девочка, от первой беременности, протекавшей с угрозой прерывания, гестационным пиелонефритом, анемией, кольпитом, первых преждевременных родов в сроке 34 нед. Безводный период 4 ч 25 мин. Околоплодные воды светлые. Масса тела ребенка 2600 г, длина 47 см, оценка по шкале Апгар 7/7 баллов. Данных о пренатальном скрининге нет. Родители ребенка 22 лет, здоровы, без профессиональных вредностей, обследованы на инфекции, передающиеся половым путем, с отрицательным результатом. При рождении у ребенка наблюдалось тотальное поражение кожи в виде бело-серого рогового панциря, пронизанного глубокими трещинами с некрозами. Рот открыт («рыбий рот»), кисти и стопы деформированы, нарушено отведение в тазобедренных и плечевых суставах, эктропион, сращение ушных раковин с кожей головы. Диагностирован врожденный ихтиоз (ихтиоз Арлекино) (рис. 1). В динамике состояние ребенка тяжелое. С рождения ребенок получал непрерывную патогенетическую, симптоматическую, местную терапию в условиях стационара. Девочка умерла в возрасте 4 мес от двусторонней пневмонии. На момент смерти дефицит массы тела составил 65% (гипотрофия 3-й степени).

Гистологическое исследование кусочков кожи туловища проводилось с фиксацией материала в нейтральном 10% формалине, с последующей окраской срезов гематоксилином и эозином, суданом III, орсеином для окраски эластических волокон, пикрофуксином по методу ван Гизона, импрегнацией серебром по стандартным методикам. Иммуногистохимическое (ИГХ) исследование было выполнено на срезах с парафиновых блоков толщиной 4 мкм с использованием моноклональных кроличьих антител к Ki-67 (клон SP6, «Thermo Scientific», разведение 1:100); цитокератину 5/6 (CК 5/6) (клон D5/16B4, «Thermo Scientific», разведение 1:10); низкомолекулярному цитокератину (СK LMW) (Cytokeratin low molecular weight Ab-1, клон AE1, «Thermo Scientific», разведение 1:50). В качестве системы детекции были использованы Ultra Vision QUANTO пероксидаза полимер и DAB плюс хромоген («Thermo Scientific»).

Кожные покровы сухие, неравномерно покрыты белесоватыми, шелушащимися, местами отслоенными пластинками с серо-красными трещинами. Подкожно-жировая клетчатка отсутствует. Кожа истончена, толщина в теменной области 2 мм.

Кожа с признаками акантоза с равномерным удлинением эпителиальных выростов, гиперпаракератоза, местами с расположенными субкорнеально скоплениями нейтрофильных гранулоцитов и образованием небольших абсцессов. В устьях волосяных фолликулов роговые «пробки», в толще эпидермиса единичные мелкие роговые кисты. В верхней части эпидермиса небольшое расширение межклеточных промежутков, имеются «трещины» до сосочкового слоя дермы. Зернистый слой на большем протяжении отсутствует (рис. 2). Липидов в эпидермисе не определяется (окраска суданом III отрицательная). Дермо-эпидермальная граница четко выражена. Дерма отечна, истончена, склерозирована; в сосочковом слое, в основном, за счет резко утолщенных, сливающихся ретикулиновых волокон (рис. 3). В сосочковом слое дермы сосуды микроциркуляторного русла резко расширены, заполнены эритроцитами. Волосяные фолликулы (ВФ) имеют правильное пространственное расположение, мелкие, «примитивного» строения, «абортивные» [9], с единичными разрушенными волосяными стержнями (рис. 4). Потовые железы (ПЖ) смещены вверх от границы «дерма—подкожно-жировая клетчатка», мелкие, трубчатого строения. Сальные железы в исследуемом материале не определяются. Подкожно-жировая клетчатка отечна. Базальные мембраны эпидермиса, стенок сосудов дермы, ВФ, протоков ПЖ неравномерно утолщены, представлены гомогенными ретикулиновыми волокнами с участками разволокнения и мелкими дефектами (см. рис. 3); эластические волокна короткие, тонкие, местами отсутствуют.

При ИГХ-исследовании выявлена очаговая положительная экспрессия Ki-67 в ядрах базальных кератиноцитов эпидермиса с индексом пролиферативной активности около 5%; в ядрах отдельных эпителиоцитов ВФ с индексом пролиферативной активности менее 3% (рис. 5), а также в единичных ядрах эпителиоцитов протоков ПЖ, фибробластов дермы. СK 5/6 — диффузная слабо положительная экспрессия в цитоплазме базальных кератиноцитов и базалоидных клеток ВФ (рис. 6); очаговая умеренно положительная в эпителиоцитах ПЖ. СК LMW — резко и умеренно положительная экспрессия в цитоплазме кератиноцитов шиповатого слоя и отдельных роговых чешуйках (рис. 7); резко положительная в эпителии протоков отдельных ПЖ; слабо положительная в цитоплазме эпителия ВФ (рис. 8).

Проведенное исследование умершей четырехмесячной девочки с ИА продемонстрировало тяжелые патологические изменения кожи и ее придатков. Наряду с традиционными признаками, характерными для ИА (гиперпаракератоз, акантоз и т. д.), были выявлены: 1) неравномерный характер пролиферации базальных кератиноцитов; 2) умеренная и резко положительная экспрессия СK LMW в клетках шиповатого слоя эпидермиса и роговых чешуйках; 3) тяжелая патология волос — нарушение конечной дифференцировки ВФ («абортивный фолликул»), минимальная пролиферативная активность клеток ВФ со слабо положительной цитоплазматической экспрессией СК 5/6, СК LMW, разрушение волосяного стержня; 4) очаговая резко положительная цитоплазматическая экспрессия СК LMW в эпителии ПЖ; 5) аплазия сальных желез; 6) склеротические изменения дермы, базальной мембраны эпидермиса, ВФ, ПЖ, стенок сосудов микроциркуляторного русла с дефицитом эластических субстанций в межклеточном матриксе и преобладанием в нем ретикулиновых волокон.

Выявленные изменения позволяют морфологически объяснить функциональные нарушения кожи у больных с ИА (нарушение роста волос, потоотделения, терморегуляции).

Помимо чисто практических положений в приведенном наблюдении нашли подтверждения выводы ряда экспериментальных работ по ИА, в которых показано, что функция АВСА12 не ограничивается внутриклеточным транспортом липидов; она также связана с процессами конечной дифференцировки кератиноцитов [6, 8]. Выявленная нами очаговая резко положительная экспрессия СK LMW в роговом и шиповатом слоях кожи больной является косвенным признаком нарушения конечной дифференцировки кератиноцитов (учитывая, что СК LMW не является маркером данной гистологической области [12, 13]). Морфологическая картина свидетельствует также о нарушении эмбриональной закладки, роста и дифференцировки ВФ, потовых и сальных желез. Следует отметить, что выявленный структурный и иммуногистохимический фенотип ВФ полностью совпадает с плохо дифференцированной гамартомой зачатков волос или трихоэпителиомой [9], что, возможно, наряду с экспрессией СK LMW, может быть использовано в практической работе врача — патологоанатома в пренатальной диагностике при исследовании биоптатов кожи плодов с ИА.

PS. Авторы статьи выражают глубокую признательность врачу-патологоанатому, сотруднику патологоанатомического отделения ФГБУЗ «КБ № 8» Обнинска В.П. Жулиной за практическую помощь в подготовке материла.

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо с ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail