Оценка потерянных лет потенциальной жизни населения Республики Башкортостан за 2000—2020 гг.

Показатель «Потерянные годы потенциальной жизни» (ПГПЖ) является одним из индикаторов здоровья населения, позволяющий оценивать эти потери как в экономическом аспекте, так и в виде безвозвратных демографических потерь [1]. В отличие от традиционно используемого показателя уровня смертности ПГПЖ аккумулирует два аспекта: позволяет, во-первых, оценить уровень смертности от различных причин, во-вторых, учесть сокращение продолжительности жизни за счет принятия во внимание возраста наступления смерти.

Относительный коэффициент ПГПЖ на 100 тыс. населения может служить основой для сравнения потерь, измеримых в человеко-годах, в регионах (например, С.А. Бойцова и соавт. [2]) или странах (М.В. Морев, А.В. Короленко [3]). Многие исследователи используют показатель ПГПЖ для изучения общей структуры вклада в потери вследствие смертности населения от основных классов причин. Причем данный анализ выполняется как статически (например, в работе М.В. Морева и А.В. Короленко [3] анализ структуры ПГПЖ по основным причинам смерти в России проведен по данным 2014 г.), так и в динамике (например, в работе F. Najafi и соавт. анализ ПГПЖ проведен по основным причинам смерти в период 2006—2010 гг. в Иране) [4]. Опубликован ряд работ, в которых данный показатель учитывается при анализе вклада определенной причины смерти в экономические потери. Так, в исследовании А.В. Концевой и соавт. рассматривается вклад болезней органов дыхания в экономический ущерб в России в 2016 г. на основе показателя ПГПЖ [5]; в работе A.G.-D. La Camara и соавт. оценивается ПГПЖ от болезней систем кровообращения в 20-летней динамике в Испании [6]; в статье А.В. Владимирова и Э.Б. Цыбиковой ПГПЖ использованы для оценки потерь от ВИЧ и туберкулеза в динамике в 2003—2016 гг. в Ханты-Мансийском автономном округе [7]; в работе Г.А. Орлова и соавт. рассматривается ущерб от рака молочной железы в Санкт-Петербурге в период 2011—2018 гг. [8]. Выполнены и проспективные исследования, в которых авторы рассчитывают прогноз ПГПЖ. Так, в работе A.F. Best и соавт. для отдельных групп населения США даны прогнозные оценки ПГПЖ до 2030 г. [9]. Кроме того, отдельно можно выделить исследования, посвященные изучению вклада отдельных причин смерти в ПГПЖ для трудоспособного населения [10, 11]. Несмотря на то что существует достаточное количество работ по оценке экономического ущерба от преждевременной смертности, все они имеют глубокую, однако узкую направленность. Обобщающих работ, в которых была бы представлена относительно длительная динамика ПГПЖ с учетом половозрастной структуры населения и основных причин смерти, немного.

Цель исследования — оценить динамику вклада смертей по основным причинам в общий показатель ПГПЖ для населения Республики Башкортостан, проанализировать распределение ПГПЖ по возрастным группам.

Для исследования использованы данные за 2000, 2015, 2020 г. о распределении умерших по полу, возрастным группам и причинам смерти (форма С51); о численности населения в пятилетних возрастных группах «Возрастной состав населения Республики Башкортостан»; «Демографические процессы в Республике Башкортостан»; Росстата¹, ², ³, полученных по запросу из Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Республике Башкортостан.

Расчет абсолютного показателя ПГПЖ проведен в соответствии с методикой, описанной ранее [12], согласно которой при его расчете определяется число лет, недожитых популяцией до возраста, который обычно принимается равным 70 годам. В работе использовали этот возраст в качестве базы для расчета периода «недожития». Абсолютный ПГПЖ определяли по формуле (1):

ПГПЖ_абс=ΣD_i×a_i(1)

где ПГПЖ_абс — абсолютный показатель ПГПЖ (в годах), D — число умерших в i-й возрастной группе, a_i — недожитые годы у умершего в возрастном интервале (i).

Относительный показатель ПГПЖ рассчитывали по формуле (2):

, (2)

где ПГПЖ_отн — ПГПЖ на 100 тыс. человек населения; N — численность изучаемого населения в возрасте 1 до T, где T — возраст, до которого рассчитывается недожитие. В исследовании принимали T=70.

При проведении динамического анализа или межпопуляционных сопоставлений для коррекции на различие возрастной структуры сравниваемых популяций применяется стандартизованный по возрасту коэффициент ПГПЖ (ПГПЖстанд), рассчитываемый как взвешенная сумма относительных показателей ПГПЖ в возрастных группах, где в качестве весов слагаемых используется доля численности населения соответствующей возрастной группы в стандартной популяции. В своих расчетах мы использовали европейский стандарт возрастной структуры населения⁴ в соответствии с рекомендациями [12, С. 10]. Последовательность расчетов продемонстрирована в табл. 1.

Таблица 1. Расчет стандартизованного коэффициента «Потерянные годы потенциальной жизни» (европейский стандарт населения)

Для анализа динамики уровня и структуры ПГПЖ в Республике Башкортостан показатели анализировали как в целом, так и отдельно для мужчин и женщин в разрезе основных причин смерти. В качестве причин смерти рассматривались: новообразования, болезни системы кровообращения (БСК), болезни органов дыхания (БОД), болезни органов пищеварения (БОП), некоторые инфекционные и паразитарные болезни, травмы, отравления и некоторые другие последствия воздействия внешних причин. Для оценки структуры ПГПЖ в разрезе возрастных групп и причин смерти населения трудоспособного возраста⁵ проводился анализ с использованием данных 2020 г. Отдельно проанализирован ПГПЖ для новой коронавирусной инфекции COVID-19 за 2020 год.

Динамика уровня ПГПЖ в Республике Башкортостан приведена в табл. 2. Все три показателя ПГПЖ в рассматриваемый период снижаются (абсолютный ПГПЖ на 26,3%, относительный на 24,29%, стандартизованный на 31,26%), что следует рассматривать как позитивную тенденцию. При этом у мужчин сокращение ПГПЖ является более значительным (абсолютный ПГПЖ снизился на 31,6%, относительный — на 29,2%, стандартизованный — на 33,4%) по сравнению с женщинами (соответственно на 11,1; 9,2; 21,5%). Однако на долю мужского населения по-прежнему приходится основной объем потерь (74,4% от общего ПГПЖ в 2000 г., 69,2% в 2020 г.), что свидетельствует о сверхсмертности мужского населения. Для сравнения: по данным на 2019 г., вероятность дожития до 65-летнего возраста для мужчин нашей страны составляет 61,09%, для женщин — 84,07%⁶.

Таблица 2. Динамика стандартизованного коэффициента «Потерянные годы потенциальной жизни» в Республике Башкортостан в период 2000—2020 гг.

Проведенный анализ структуры ПГПЖ в разрезе основных причин смерти позволил выявить существенные ее изменения в рассматриваемом периоде (табл. 3). В структуре преждевременной смертности в Республике Башкортостан в 2000 г. первое место занимали внешние причины смерти (у мужчин — 43,3%, у женщин — 24,2%), второе — БСК, третье — новообразования, четвертое — БОД, пятое — БОП. Однако вклад этих причин в структуру смертности существенно изменился в 2000—2020 гг., и к 2020 г. вклад внешних причин смерти снизился более чем в 2 раза для мужчин и женщин, составив соответственно 24,2 и 12,6%, уступив «первенство» болезням системы кровообращения.

Таблица 3. Структура стандартизованного коэффициента «Потерянные годы потенциальной жизни» по основным классам причин смерти для мужчин и женщин Республики Башкортостан в 2000, 2015, 2020 гг.

Потери в результате преждевременной смертности вследствие БСК в стандартной популяции 2020 г. были максимальными и составили 2840,0 на 100 тыс. населения (по сравнению с 3258,5 в 2000 г.). Второе место занимают внешние причины смерти, наибольшие потери от которых составили 2124,7⁰/₀₀₀₀ (по сравнению с 5257,2). Третье место занимают новообразования — 1269,4⁰/₀₀₀₀, что меньше показателя 2000 г. (1508,1), далее БОД — 947,2⁰/₀₀₀₀ (по сравнению с 804,1), БОП — 871,8⁰/₀₀₀₀ (359,1), некоторые инфекционные и паразитарные болезни — 620,3 ⁰/₀₀₀₀ (359,1). Потери от преждевременной смерти вследствие БСК, внешних причин, новообразований имели тенденцию к снижению по сравнению с 2000 г. (рис. 1).

Рис. 1. Динамика стандартизованного коэффициента «Потерянные годы потенциальной жизни» от основных причин в стандартной популяции населения Республики Башкортостан за 2000—2020 гг.

БСК — болезни системы кровообращения; ЗН — злокачественные новообразования; БОД — болезни органов дыхания; БОП — болезни органов пищеварения.

Ухудшение показателей преждевременной смертности произошло в связи с болезнями органов дыхания: доля данной причины смерти составила соответственно 4,8% в 2000 г. и 9,5% в 2020 г. Такой всплеск в 2020 г. можно объяснить ростом количества случаев смерти от вирусной пневмонии как осложнения COVID-19, отнесенного к данной группе причин. Подтверждает эту гипотезу то, что в 2015 г. причина смертности БОД для всего населения обеспечивала вклад лишь 5,6% в сумму ПГПЖ.

Существенно изменился вклад БОП в общий ПГПЖ: если в 2000 г. для мужчин и женщин он составлял соответственно 2,3 и 2,8%, то уже в 2015 г. эта доля выросла почти в 3 раза для мужчин, в 4 раза для женщин и сохранилась на том же уровне в 2020 г.

В табл. 4 представлены результаты сравнения вклада основных причин смерти в суммарный ПГПЖ для мужчин и женщин в 2015 и 2020 г. по сравнению с 2000 г. (использован критерий χ²).

Таблица 4. Сравнительный анализ стандартизованного коэффициента «Потерянные годы потенциальной жизни» от основных классов причин смерти населения Республики Башкортостан в 2000, 2015, 2020 гг.

Примечание. ^{*, **, ***} — различия статистически значимы при p<0,05, p<0,01 и p<0,001 соответственно.

В структуре общей смертности доля умерших от новой коронавирусной инфекции в 2020 г. в республике составила 1,7% (1045 человек, в том числе 535 мужчин и 510 женщин), составив 26,0 случаев смерти на 100 тыс. населения (среди мужчин — 28,4, среди женщин — 23,9). На возрастные группы от 45 до 84 лет (927 человек) пришлось 88,7% умерших от коронавирусной инфекции, 5,2% случаев смерти зафиксированы в возрасте от 25 до 44 лет (54 человека), и с увеличением возраста смертность значительно повышалась, особенно у мужчин (рис. 2). Следует отметить, что, по данным Росстата, в Республике Башкортостан самая низкая смертность от COVID-19 среди субъектов Российской Федерации.

Рис. 2. Возрастные коэффициенты смертности от COVID-19 (2020 г.).

Наблюдается значительный разброс в уровне смертности данной нозологии по сравнению с показателями в Российской Федерации. По данным Росстата, в целом по Российской Федерации уровень смертности составил 98,6⁰/₀₀₀₀ (у мужчин 107,1, у женщин 91,2). Такие расхождения, возможно, обусловлены намеренным искажением имеющихся данных для сокрытия масштабов эпидемии коронавирусной инфекции в Республике Башкортостан в 2020 г.

Потери в результате преждевременной смертности от основных классов причин смерти населения трудоспособного возраста в 2020 г. представлены в табл. 5, расчет ПГПЖ выполнен в пятилетних половозрастных группах, начиная с 15 лет. Как для России в целом, так и для Республики Башкортостан характерен высокий уровень смертности населения трудоспособного возраста. В Республике Башкортостан в 2020 г. уровень смертности мужчин трудоспособного возраста был в 3,3 раза выше соответствующего уровня у женщин.

Таблица 5. Значения стандартизованного коэффициента «Потерянные годы потенциальной жизни» от основных классов причин смерти по возрастным группам трудоспособного населения (оба пола) в 2020 г.

В структуре смертности населения трудоспособного возраста в 2020 г. основными причинами являлись БСК (28,2%), внешние причины (23,8%), новообразования (11,3%), БОП (9,7%), БОД (8,2%), некоторые инфекционные и паразитарные болезни (7,2%).

Возрастной профиль ПГПЖ от всех причин как у мужчин, так и у женщин трудоспособного возраста Республики Башкортостан в 2020 г. характеризуется сходными закономерностями: потери возрастают с 25—29 лет, образуя пик в 50—59 лет. Анализ ситуации в отношении смертей от болезней системы кровообращения показывает, что потери увеличиваются с возрастом, достигая максимума у мужчин и женщин в 55—59 лет. Возрастной профиль ПГПЖ, обусловленных смертями от новообразований, характеризуется тенденциями, отмеченными для БСК. Так, потери увеличиваются с возрастом, достигая максимума у мужчин и женщин в возрасте 55—59 лет, при этом у женщин в 50—54 года наблюдается некоторое снижение ПГПЖ.

Возрастной профиль ПГПЖ вследствие смерти от внешних причин значительно отличается от возрастного профиля потерь вследствие БКС и новообразований: максимальные значения показателя отмечены в возрасте 25—49 лет, затем с увеличением возраста потери снижаются.

Анализ ПГПЖ вследствие некоторых инфекционных и паразитарных болезней показывает, что наибольший вклад в его рост вносят возрастные группы 30—49 лет, где общие потери составляют 84,6% (максимальное число умерших в возрасте 35—44 лет). Потери, обусловленные БОД, как у мужчин, так и у женщин увеличиваются с 35—39 лет, достигая максимума в 55—59 лет; потери, обусловленные БОП, характеризуются возрастанием ПГПЖ до максимума в 40—44 года, затем начинают незначительно снижаться.

Уровень преждевременной смертности по основным причинам в России чрезвычайно высок по сравнению с экономически развитыми странами мира. Так, стандартизованные коэффициенты смертности от болезней системы кровообращения 0—64 лет в 2019 г. в Российской Федерации составили 137,0 на 100 тыс. населения, тогда как в Европейском регионе ВОЗ — 69,0⁰/₀₀₀₀, Европейском союзе (ЕС) — 34,0⁰/₀₀₀₀; преждевременная смертность от внешних причин до 65 лет составила соответственно 79,0; 35,0; 23,0⁰/₀₀₀₀. СКС от новообразований в Российской Федерации также превышают аналогичные показатели в Европейском регионе ВОЗ и ЕС (соответственно 76,0; 61,0; 60,0⁰/₀₀₀₀) [13]. Похожая картина наблюдается и в субъектах Российской Федерации [14, 15].

Выявленное снижение всех показателей ПГПЖ в динамике в Республике Башкортостан свидетельствует о наличии определенных успехов регионального здравоохранения. В анализируемый период в республике реализовано много инициатив в области развития здравоохранения, включая усиление профилактической составляющей путем проведения диспансеризации и создания сети Центров здоровья, направленных на раннее выявление заболеваний, повышение осведомленности населения и популяризацию здорового образа жизни [16].

Анализ показателей ПГПЖ в отношении мужчин и женщин выявил сохранение существенного разрыва между ними: на долю мужчин приходится 69—75% потерь. В силу того, что показатель ПГПЖ ориентирован на оценку потерь здоровья населения не только в демографическом, но и в экономическом аспекте, большие потери среди мужского населения свидетельствуют о значительном экономическом ущербе, так как именно мужчины в силу сложившегося социального уклада в большей мере ответственны за экономическое благополучие семьи. Аналогичный значительный разрыв фиксируется и между традиционными показателями смертности и продолжительности жизни в многочисленных публикациях, посвященных этой проблеме [17].

В Республике Башкортостан БСК, определяя 38,1% всех случаев общей смертности, в структуре преждевременной смертности составляют лишь 27,8%. Вклад внешних причин смерти в общую сумму ПГПЖ составляет 20,8%; новообразований — 12,3%. БОД и БОП вызывают преждевременную смертность соответственно в 9,1 и 8,6% случаев; доли некоторых инфекционных и паразитарных болезней и COVID-19 составили 5,9 и 1,8% (в 2020 г.).

Динамический анализ ПГПЖ в Республике Башкортостан позволил выявить существенные изменения показателя для мужчин: с 2000 по 2015 г. он сократился в 1,23 раза, а к 2020 г. — в 1,46 раза. Для женщин существенного снижения ПГПЖ не произошло: с 2000 по 2015 г. показатель уменьшился в 1,05 раза, а к 2020 г. — в 1,12 раза. Это можно объяснить тем, что изначально в 2000 г. ПГПЖ для мужчин был почти в 3 раза больше, чем аналогичный показатель у женщин.

В 2015 г. по сравнению с 2000 г. у мужчин и женщин ухудшение абсолютного значения ПГПЖ произошло от БОП (p<0,01), и такая ситуация сохранилась в 2020 г. Статистически значимое ухудшение в показателе ПГПЖ при p<0,05 для мужчин и при p<0,1 для женщин отмечалось только в 2020 г., что может быть объяснено частично влиянием осложнений COVID-19. При этом различия в показателе ПГПЖ по причине смерти от инфекционных и паразитарных болезней по сравнению с 2000 г. выявлены только для женщин и только в 2020 г. (p<0,05). Существенное снижение за рассматриваемый период претерпел показатель ПГПЖ смерти от внешних причин для мужчин и женщин (p<0,05).

Общий ПГПЖ от COVID-19 в Республике Башкортостан в 2020 г. составил 9750 человеко-лет, из них на трудоспособное население пришлось 6289 (64,5%) человеко-лет. Это означает, что существенный вклад в ПГПЖ смерти от COVID-19 внесли умершие в трудоспособном возрасте, что можно объяснить тем, что умерший человек в возрасте 45 лет не дожил до своей ожидаемой продолжительности жизни 25 лет, тогда как умерший в 65 лет не дожил 5 лет.

Таким образом, нозологический анализ показывает, что возрастной профиль ПГПЖ является отражением эндогенной и экзогенной природы причин, определяющих потери в возрастах до 70 лет: в целом пик показателя в 30—34 года определяется травмами и отравлениями, в 55—59 лет — БСК и новообразованиями. БОД в существенной мере ответственны за потери в возрасте 60—64 лет, БОП — в возрасте 40—44 лет, некоторые инфекционные и паразитарные болезни — в 35—39 лет.

Рассчитанные показатели «Потерянные годы потенциальной жизни» от всех причин смертности в Республике Башкортостан за анализируемый период имеют тенденцию к уменьшению, то есть преждевременная смертность среди населения в возрасте 0—69 лет постепенно снижается. Особенности смертности населения должны быть учтены при перспективном планировании программ лечебно-профилактических и оздоровительных мероприятий. Применение показателя «Потерянные годы потенциальной жизни», рассчитанного для основных классов причин смерти, полезно для анализа эффективности республиканских программ, направленных на снижение смертности, особенно с учетом гендерной и возрастной специфики населения.

Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки.

Financing. The study was not sponsored.

Участие авторов: концепция и дизайн исследования — Р.А. Аскаров; сбор и обработка материала — З.Ф. Аскарова, И.Б. Утяшева, Р.Н. Рахматуллин; статистический анализ данных — З.Ф. Аскарова, М.В. Франц; написание текста — Р.А. Аскаров, З.Ф. Аскарова, И.А. Лакман; редактирование — И.Б. Утяшева, Р.Н. Рахматуллин.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

¹ Демографические процессы в Республике Башкортостан: статистический сборник. Уфа: Башкортостанстат; 2000—2021.

² Демографический ежегодник России. М.: Росстат; 2002-2021.

³Возрастной состав населения Республики Башкортостан: статистический сборник. Уфа: Башкортостанстат; 2000-2021.

⁴ Методологические положения по статистике (выпуски 1—5). Ссылка активна на 11.01.23. https://www.gks.ru/bgd/free/B99_10/IssWWW.exe/Stg/d000/i000050r.htm

⁵ Термин «трудоспособный возраст» использовался нами в таком виде, как он интерпретируется Росстатом: женщины — 16—54 лет, мужчины — 16—59 лет. См., например, Статистический сборник, С 32. Ссылка активна на 11.01.23. https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/yhNtbedG/Wom-Man%202020.pdf

⁶ Ссылка активна на 11.01.23. https://ruxpert.ru/%D0%