Нестеров М.В. «С.С. Юдин во время операции», 1933–1934 гг. Государственный русский музей, Санкт-Петербург

Биография Сергея Сергеевича Юдина

Идея переливания крови от человека к человеку не выглядит сколь-нибудь странной. Напротив, она очень даже логична. По крайней мере, таковой она казалась Джеймсу Бланделлу, когда он в 1818 году перелил роженице кровь ее мужа. Джеймсу и его пациентке тогда невероятно повезло – у супругов совпала группа и резус-фактор (в то время Бланделл не знал, что природа озадачит ученых и врачей очередной головоломкой в виде совместимости этих параметров). Окончательно решить эту задачу удалось только к 1940 году ученому Карлу Ландштейнеру и его коллегам Александру Винеру, Филиппу Левину и Року Портеру. Кстати, название «резус-фактор» было выбрано потому, что в своих исследованиях ученые использовали сыворотку крови кроликов, иммунизированных эритроцитами макак-резус (лат. Macacus rhesus).

Итак, переливать кровь и находить нужных доноров мы вроде бы научились. Вот только осталась одна загвоздка: кровь – продукт скоропортящийся – хранится только в течение нескольких часов. По этой причине ее переливание в первые десятилетия ХХ века было крайне ограниченной процедурой, что делало невозможным проведение массовых переливаний, особенно в условиях военных действий или катастроф.

А что, если переливать кровь от трупов? Можно ли? И если можно, то как? За решение проблемы взялся замечательный русский ученый – хирург Сергей Сергеевич Юдин.

***

Детство у Сергея Сергеевича Юдина выдалось счастливым. Отец – купец первой гильдии, владеющий несколькими фабриками и магазинами, и одновременно директор будущего ГУМа – Нижних торговых рядов. Мать также принадлежала к знатному купеческому роду и все свое внимание уделяла воспитанию семерых детей. Ее усилия не пропали даром: уже с детства малыши знали в совершенстве английский и французский языки.

Сергей Юдин – слева

Сергей был старшим. И слыл любознательным непоседой: то лодку соберет, то устроит химическую лабораторию, в которой построит электрическую катушку Румкорфа, то сконструирует еще что-то. Ко всему прочему Сергей прекрасно рисовал, играл на гитаре и занимался вышиванием. Благодаря этому уже с самого детства у мальчика развилась невероятная подвижность пальцев.

«Что поражало всех без исключения в Сергее Сергеевиче, так это его руки… Некоторые находили в них что-то неприятное. Его пальцы были очень гибкими и их можно было согнуть как в ладонную, так и в тыльную стороны равным образом. В их необычном движении было что-то червеобразное, и находились люди, которых это отталкивало, но все равно и им было трудно оторвать взгляд от рук Сергея Сергеевича. Они были большие и мягкие, при этом постоянно двигались: кисти отдельно, пальцы отдельно».

Профессор Игорь Юдин, племянник Сергея Юдина

В 1911 году Сергей Юдин поступил на знаменитый медицинский факультет Московского университета. Правда, закончить обучение тогда не удалось, так как началась Первая мировая война и храбрый студент-медик записался добровольцем на фронт. На полях сражений Сергей не ограничивался помощью раненым бойцам, но и часто сам принимал непосредственное участие в боевых действиях, за что получил Георгиевскую медаль. В 1916 году Юдина тяжело ранило осколком снаряда, он попал в госпиталь, где познакомился со своей будущей женой – Натальей Платоновой. Все начиналось, как в кино (впрочем, закончилось самым настоящим кино)! Наталья Платонова – дочь владельца судоходной компании, ухаживала в госпитале за тяжелораненым Юдиным, в результате чего дело закончилось свадьбой. Их единственный сын Сергей стал актером в театре Моссовета, и знаком нам по роли Гюнтера в сериале «Семнадцать мгновений весны».

Сергей Сергеевич Юдин, 1916 год

После госпиталя Сергей Юдин блестяще выдерживает экзамены в университете и получает диплом врача. Вскоре в стране загремела революция, которая застает Юдина в Туле. В 1919 году Юдин устраивается на работу в подмосковный санаторий «Захарьино», где проработает следующие 4 года. Там и началось становление молодого хирурга. Да какое! Юдин оперировал кости и суставы, а также выполнил одну из первых в России резекций желудка при хронической язве. За короткое время он провел 34 операции по лечению гнойников грудной полости и представил результаты на XVI Всероссийском съезде хирургов, где его доклад получил высокую оценку коллег. Коллеги Юдина, а также пациенты очень положительно отзывались о нем, отмечая прекрасное клиническое мышление и уровень образования Сергея Сергеевича.

***

В 1922 году Сергея Юдина назначили заведующим хирургическим отделением в больнице города Серпухова, в которой он проработал следующие 6 лет. За эти годы Юдин провел более тысячи хирургических операций под анестезией, позднее обобщив свой опыт в монографии «Спинномозговая анестезия», которую посвятил своей матери.

С матерью Юдина случилась довольно любопытная история. Она страдала раком желудка, и Юдин решился оперировать ее самостоятельно. Операция прошла успешно, и мать Сергея прожила еще много лет. Когда у Юдина спросили, почему он не доверил операцию кому-нибудь из коллег, Сергей ответил: «Тогда только я знал, как это сделать правильно». Эта история изрядно шокировала коллег Юдина, которые никогда не брались оперировать своих родственников. Да и в наше время подавляющее большинство хирургов на такое не отважатся. Юдин в целом был довольно экстравагантным человеком. Работая в Склифе, он решил, что его сын непременно станет хирургом. И стал брать его с собой на операции, заставляя наблюдать шестилетнего мальчишку за всем процессом. Сын Юдина, впрочем, хирургом не стал, должно быть, набрался впечатлений на всю оставшуюся жизнь.

Монография Юдина была высоко оценена в медицинских кругах СССР, и ее автор был удостоен престижной премии им. Ф. А. Рейна. На полученные деньги Юдин отправился на несколько месяцев в США набираться опыта у зарубежных коллег.

***

В 1928 году Юдин услышал доклад профессора Владимира Шамова о переливании крови от умерших собак к живым для их спасения. Эта идея так его захватила, что, изучив вопрос, он решился на рискованный эксперимент. В 1930 году в институт привезли молодого самоубийцу, вскрывшего себе вены и умирающего от потери крови. Донорского материала не было. Юдин принял отчаянное решение перелить юноше кровь погибшего 18 часов назад мужчины с той же группой.

Это было опасно, поскольку по закону кровь должна была быть проверена на сифилис. Юдин осознавал риск, но тем не менее пошел на него и спас пациента. Свой поступок Юдин объяснил коллегам так: «Пусть он лучше умрет от сифилиса, чем от потери крови!» К счастью, кровь оказалась чистой. Через два дня пациента выписали. Хотя внимания прокуроров избежать не удалось, Юдина не судили, а результаты эксперимента стали мировой сенсацией после публикации.

На Сергея Сергеевича обрушилась громкая слава. Он делал доклады о новом методе переливания трупной крови как в СССР, так и за рубежом, где его открытия вызвали настоящий фурор. Юдин стал членом множества медицинских обществ по всей Европе. В то же время он продолжал оперировать и экспериментировать с трупной кровью.

Сергей Сергеевич Юдин

Постепенно стали вырабатываться правила отбора крови от умерших. По соображениям этическим кровь не забиралась у детей, а по соображениям физиологии – у женщин. Наркомздрав СССР также стал вырабатывать правила на основании экспериментов и рекомендаций Юдина.

«Законодательно разрешено заготавливать кровь людей, умерших только и исключительно от трех причин: инфаркт, инсульт и, наконец, механическая асфиксия – повешение. При любых других диагнозах использование крови запрещается. Сразу исключалась смерть на дому и в лечебных учреждениях. До смерти не должны были проводиться никакие реабилитационные мероприятия: те, кому перед смертью были сделаны какие-либо внутривенные вливания, безусловно, отбраковывались. Поэтому-то отпали все, кто умирал в больницах. Затем отбраковывались те, у кого были признаки системных заболеваний: рубцы на теле – могла быть опухоль или гнойное заболевание, сыпь, кожные болезни. Ушиб, удар, кровоподтек – отбраковка: может быть нестерильная кровь. Идеальных умерших доноров привозили из бани. Гипертонический криз или инфаркт в парной. Чистенькие, хорошенькие…»

Валерий Хватов, последователь Сергея Юдина

Также в ходе экспериментов были выработаны технические методы и правила забора трупной крови. Разумеется, сам термин «трупная кровь» вызывал противоречивые чувства. Поэтому в медицинских кругах у Юдина находилось немало противников его методов. Спасла латынь! Чтобы не смущать людей, Юдин переименовал трупную кровь в кадаверную (лат. cadaver – труп).

«Заготавливать кровь разрешалось не позднее шести часов после смерти. Юдин установил, что кровь в трупе в большом круге венозного кровообращения на протяжении суток остается стерильной и сохраняет все свои свойства. Но через шесть часов наступает окоченение, и заготавливать кровь очень трудно. Он установил также, что для того, чтобы избежать бактериального загрязнения крови, ее нужно заготавливать из яремной вены на шее. Делался надрез, вставлялись канюли с трубками, труп переворачивался головой вниз, и кровь шла самотеком. Ее собирают в такие же стерильные контейнеры, как и в обычном донорстве. Потом с помощью промывного раствора заготавливают еще литра полтора крови. Поэтому трупная кровь бывает "цельной" и "промывной". Таким образом, от трупа можно получить 3–4 литра крови».

Валерий Хватов, последователь Сергея Юдина

В 1930 году Юдин организовал первый в мире банк крови в Институте Склифосовского, что послужило примером для создания дальнейших банков крови в разных регионах Советского Союза и других странах. Спустя год Юдин получил звание профессора, а в феврале 1935 года ему была присуждена степень доктора медицинских наук без защиты диссертации (honoris causa).

Пальцы Сергея Сергеевича Юдина в изображении «Кукрыниксов»

Во время Великой Отечественной войны Юдин был назначен старшим инспектором-консультантом при главном хирурге Красной армии – Николае Ниловиче Бурденко. Сергей Сергеевич помогал раненым солдатам, разрабатывал новые методики лечения, а также обучал военных врачей, выезжая непосредственно на поля сражений. Методы переливания трупной крови, выработанные в Склифе, стали особенно востребованы во время Великой Отечественной войны, когда резко увеличилась потребность в крови для переливаний, а доноров было мало. Этот метод спас тысячи жизней. В Склифе, где лечили особенно тяжелых пациентов, ежегодно переливалось около 2000 литров такой крови. Уже после войны Сергей Сергеевич написал монографию «Заметки по военно-полевой хирургии», которая была позднее переведена на французский и многие другие языки. За эту работу Юдина удостоили Сталинской премии 1-й степени. Также Юдин был одним из первых врачей, награжденных боевым орденом Красной Звезды.

Нестеров М.В. Портрет С. С. Юдина, 1935 г.

В 1943 году Москву посетили выдающиеся хирурги – контр-адмирал Гордон Тейлор, главный хирург Королевского флота Великобритании, и профессор Гарвардского университета Элиот Катлер, главный хирург США. Они прибыли, чтобы вручить Сергею Юдину дипломы почетного члена хирургических ассоциаций своих стран. Впервые церемония вручения проводилась за пределами США и Великобритании, что подчеркивало значимость Юдина и его вклада в мировую медицину.

Лучи славы, премии, международное признание. Казалось бы, о чем еще можно мечтать хирургу? Но, к сожалению, в этот момент в биографии Юдина начинается черная полоса. Сергей Сергеевич негативно отзывался о советской власти, часто совершенно не скрывая этого. Вместе с тем он неустанно общался с зарубежными коллегами и корреспондентами, часто выезжал за рубеж. Поначалу на инакомыслящего хирурга закрывали глаза, однако к 1948 году ситуация поменялась.

23 декабря 1948 года за Сергеем Юдиным приехала машина. Хирурга приглашали проехать для операции некоего высокопоставленного тяжелого пациента, имя которого не называлось. Однако машина приехала не к больному… а в Большой дом на Лубянской площади. К тому времени уже вовсю раскручивалось известное «Дело врачей», поэтому следствие было довольно жестким. Юдину грозило страшное обвинение в антисоветской деятельности и шпионаже. Само следствие затянулось на 3 года. В итоге Юдин подписал обвинение в шпионской деятельности и вместе с женой уехал в десятилетнюю ссылку в город Бердск Новосибирской области.

Сергей Сергеевич Юдин на операции в Склифе

В Бердске поначалу Юдина не допускали к операционному столу. Но позже местные хирурги сами стали приглашать Юдина на операции, а также бегать к нему на консультации. Позднее на операции стали собираться другие хирурги, чтобы посмотреть на работу мастера. Через некоторое время его перевели в Новосибирск. Это произошло после того, как второй секретарь обкома обратился в Кремлевскую больницу с просьбой прооперировать жену с тяжелой болезнью желудка. Из Кремлевской больницы ответили: «Зачем везти вашу супругу в Москву, когда лучшие руки страны находятся в 66 км от вас».

Несмотря на то что власти разрешили Юдину оперировать в новосибирской больнице, главный врач и ректор медицинского института препятствовали полноценной хирургической работе. Тем не менее студенты-медики буквально не отходили от Юдина, помогая ему в опытах на животных, провожая домой и консультируясь по различным хирургическим вопросам. После смерти И. В. Сталина Юдина реабилитировали и вернули в Склиф, но уже не в должности главного хирурга, а в более скромной – заведующего хирургическим отделением. Вскоре было организовано собрание работников института, где Юдину пришлось довольно непросто: ряд его коллег настаивали на справедливости понесенного наказания и сопротивлялись возвращению Юдина на прежний пост. И все же справедливость восторжествовала – Сергей Сергеевич восстановлен в должности. После реабилитации Сергей Сергеевич прожил чуть меньше года – всего 11 месяцев. В 1954 году в Киеве Юдин выступал на Съезде украинских хирургов с докладом о перспективах развития хирургии и вскоре почувствовал боль в груди. Не дожидаясь окончания съезда, он решил вернуться в Москву. В Москве состояние улучшилось, Юдин выглядел веселым и бодрым. Сергей Сергеевич отказался от госпитализации, сказав, что заедет немного отдохнуть домой, а потом направится в клинику осматривать больных. Спустя несколько часов жена Юдина заглянула к нему в кабинет и обнаружила, что Сергей Сергеевич мертв. Его похоронили на Новодевичьем кладбище.

Спустя 14 лет после смерти Юдина его операционная сестра Мария Петровна Голикова собрала все рукописи Сергея Сергеевича, написанные в ссылке, и добилась публикации книги «Размышления хирурга». Кроме того, в 1962 году за разработку и внедрение в практику метода заготовки и использования фибринолизной крови Сергею Сергеевичу Юдину посмертно присудили Ленинскую премию.