Сравнительный анализ систем оценки биологического возраста

Старение населения в развитых и развивающихся странах представляет собой серьезную медико-социальную проблему, в том числе в связи с возрастающими социально-экономическими затратами на лечение и реабилитацию пожилых пациентов: увеличивается как количество заболеваний, связанных с процессами старения, и смертность от них, так и ранняя потеря трудоспособности в связи с инвалидностью [1].

Основная роль в процессе старения согласно существующей аккумуляционной модели отводится повреждениям в клетках и тканях в результате накопления продуктов перекисного окисления липидов и метаболических процессов [2]. С увеличением возраста прогрессирование заболеваний, связанных с процессами метаболических повреждений, таких как метаболический синдром, ожирение, артериальная гипертензия (АГ), атеросклероз и др., ускоряет старение организма и снижение продолжительности жизни [3, 4].

Все это определяет необходимость как можно более раннего выявления возрастных дисфункций организма и поиск эффективных методов профилактики преждевременного старения. Фундаментальной характеристикой темпов старения является биологический возраст (БВ), поскольку календарный (хронологический) возраст не является достаточным критерием оценки состояния здоровья и трудоспособности человека в процессе онтогенеза. БВ, выраженный в единицах времени, позволяет оценить степень истинного старения на начальной стадии функциональных изменений, уровни жизнеспособности и общего здоровья организма и является показателем меры износа структуры и функции определенного элемента организма, группы элементов и организма в целом. Оценка БВ необходима для ранней диагностики заболеваний, для суждения о здоровье и эффективности возможных мероприятий по замедлению темпов старения и продлению активной жизни [5, 6].

Существуют различные системы оценки БВ, основанные на анализе ряда антропометрических, функциональных, биохимических и гормональных показателей, позволяющие с разных методологических позиций изучать эту проблему, однако сравнительных исследований адекватности этих методик ранее не проводилось.

Проведены клиническое наблюдение и сравнительный анализ динамики ряда показателей у 277 лиц (143 женщины и 134 мужчины) в возрасте 30-75 лет. Средний возраст обследованных - 44,5±0,17 года. Распределение лиц по возрастным группам было следующим: 30-44 года - 137 (49,5%) человек, средний возраст 37,1±0,37 года; 45-59 лет - 104 (37,5%), средний возраст 51,1±0,50 года; старше 60 лет - 36 (13%) человек со средним возрастом 65,7±1,46 года.

Из исследования исключались беременные и женщины в период лактации; лица, имеющие ишемическую болезнь сердца, АГ, онкологические, острые инфекционно-воспалительные и соматические заболевания, психические расстройства; а также в возрасте менее 30 и более 75 лет. Наблюдаемые на момент исследования предъявляли в основном жалобы на периодическое снижение жизненного тонуса и настроения, иногда относительную общую слабость, внешние признаки старения (уменьшение количества волос и их поседение, снижение тургора кожи, увеличение массы тела). Всем пациентам проводилось клиническое обследование - о состоянии здоровья пациентов судили по анамнестическим данным, анализу историй болезни, результатам медицинского осмотра и лабораторного и инструментального обследования. БВ пациентов определялся путем онтогенетического исследования по данным антропометрии Л.М. Белозеровой [7] и по киевской методике В.П. Войтенко [8].

Всем исследуемым проведен клинический анализ крови, общий анализ мочи, биохимическое исследование углеводного, белкового и липидного обмена, показателей функции печени и почек, исследование системы гемостаза, анализ крови на гормоны, анализ показателей системы перекисного окисления липидов и антиоксидантной защиты. Инструментальные методы исследования включали изучение состава тела методом биоэлектрической импедансометрии с помощью аппарата Body Composition Analyzer Model: BC-10 (Япония). Изучение психологического статуса больных проводилось с использованием анкеты субъективной оценки здоровья, госпитальной шкалы тревоги и депрессии HADS; тестирование уровня внимания - по корректурной пробе Бурдона, символьно-цифровому тесту Векслера и таблицам Шульте. Оценка объема кратковременной (оперативной) памяти проводилась по методикам «Образная память» и «Память на числа».

Для статистической обработки результатов использовался пакет прикладных программ Statistica 6.1. Определялись среднее значение и ошибка его определения, динамика средней величины в процессе воздействия оценивалась по разностному критерию Стьюдента. Различия между двумя средними величинами признавались достоверными при значении p<0,05. Корреляционный анализ проводился с применением непараметрического метода Спирмена. Оценка изменений параметра во времени (в диапазоне 30-75 лет) проводилась с использованием расчета корреляционного отношения.

Нами установлено, что начиная с 30-летнего возраста в организме человека начинают активно идти процессы старения, проявляющиеся увеличением показателей БВ по сравнению с календарным. Эта разница у относительно здоровых людей может достигать нескольких лет (табл. 1).

БВ группы пациентов в возрасте 30-44 лет, измеренный по киевской методике, достоверно не отличался от календарного, а с использованием антропометрических показателей по методу Л.М. Белозеровой - был явно выше, что может быть связано с принципиально разными методиками расчета. Наши данные в некоторой степени противоречат исследованиям Т.М. Смирновой и соавт. [9], которые показали более высокие значения БВ, рассчитанного по методике Л.М. Белозеровой, у лиц молодого возраста, тогда как в старшей возрастной группе этот показатель был несколько ниже календарного возраста.

Обе методики расчета БВ принципиально свидетельствуют об одном и том же - с увеличением календарного возраста наступает прогрессирующее рассогласование его с БВ, что однозначно трактуется как ускорение процессов старения. Однако при применении различных методик расчета БВ имеет место существенное различие в динамике его изменений. При использовании киевской методики у более молодых лиц процессы ускоренного старения вообще не наблюдались, тогда как результаты антропометрического метода оценки свидетельствовали о возможно более раннем наступлении этих процессов (до 30-летнего возраста). Детализация этого феномена предполагает анализ возрастных изменений по каждому параметру, которые интегрально представлены в различных системах оценки БВ (табл. 2).

Отмечено повышение массы тела с увеличением возраста. Индекс массы тела у пациентов в возрастных группах от 30 до 59 лет составлял от 26,5 до 28,6, а в группе старше 60 лет - уже 30,7, что говорит о наличии 1-й степени ожирения. Таким образом, с увеличением возраста количество людей с нормальной массой тела снижается, а с избыточной массой тела и ожирением - увеличивается. Отмечено также достоверное уменьшение экскурсии грудной клетки и жизненной емкости легких, происходящее в основном из-за нарастания массы тела и связанных с ним повышением стояния диафрагмы, ограничением ее подвижности и подвижности грудной клетки, более горизонтальным расположением ребер, которые «фиксируют» грудную клетку [10]. Выявлено ухудшение показателей динамометрии правой и левой кисти. В результате исследования параметров по методике В.П. Войтенко с увеличением возраста отмечены достоверное повышение артериального давления (АД), снижение аккомодации и времени статической балансировки, ухудшение самооценки здоровья и уровня внимания по тесту Векслера. Выявленные изменения характеризуют протекающие в организме процессы старения.

При сравнении параметров, входящих в систему оценки БВ по Л.М. Белозеровой, особой разницы у лиц молодого и среднего возраста мы не выявили, тогда как киевская методика практически по всем параметрам фиксирует различия. Это лишний раз свидетельствует о том, что антропометрическая методика Л.М. Белозеровой демонстрирует последовательные изменения одностороннего характера (монотонно развивающиеся процессы ускоренного старения), тогда как методика оценки БВ по В.П. Войтенко характеризует старение как «взрывной процесс», начинающийся в среднем возрасте. Однако данные рассуждения проведены в рамках параметров, входящих в ту или иную систему оценки и не могут претендовать на системный взгляд на проблему ускоренного старения. Поэтому дополнительно мы провели исследование динамики и других параметров, изменение которых также дает представление о снижении уровня здоровья и функциональных резервов с увеличением возраста (табл. 3).

В результате проведения анализа биохимических показателей выявлено достоверное изменение липидного обмена как одного из ранних маркеров старения: увеличение уровня холестерина, триглицеридов и липопротеидов низкой плотности (ЛПНП) и снижение уровня липопротеидов высокой плотности (ЛПВП). Отмечается повышение уровня глюкозы в крови у лиц от 30 до 60 лет и старше на 21,6%. Кроме того, если в зрелом возрасте у относительно здоровых людей выявляются нормальные показатели, то у лиц старше 60 лет чаще выявляется нарушенная толерантность к глюкозе. Выявленные изменения, такие как повышение АД, увеличение массы тела, тенденция к развитию дислипидемии и нарушению толерантности к глюкозе, свидетельствуют о нарастании изменений в стареющем организме, характерных для метаболического синдрома [11]. Следует отметить большую корреляцию данных изменений с БВ, чем с календарным (табл. 4).

1. В процессе жизненного цикла отмечается ускорение темпов снижения уровня здоровья взрослого населения Российской Федерации, что проявляется в рассогласовании календарного и БВ со значительным увеличением последнего. Если в возрасте 30-44 лет наблюдается опережение им календарного в среднем на 2,5 года, то в возрасте 45-60 и старше 60 лет - на 6,8 и 11,4 года соответственно.

2. Доказано, что в период от 30 до 75 лет имеет место последовательное ухудшение различных параметров, характеризующих здоровье человека: достоверно повышается АД на 13-25%, нарушается обмен липидов (увеличивается коэффициент атерогенности, повышается холестерин в крови на 5,4-8,5%, триглицериды - на 25-34%, ЛПНП - на 7,6-11,6%, снижаются ЛПВП на 5,2-14,8%, концентрация малонового диальдегида - на 7,4-21,6%), увеличивается индекс инсулиновой резистентности в 1,5-2 раза. Одновременно ухудшается самооценка здоровья на 16-28%.

3. Применяемые для оценки БВ различные математические модели (В.П. Войтенко и Л.М. Белозеровой) опираются на специфический для каждой методики расчета набор антропометрических и инструментальных показателей и примерно в равной степени свидетельствуют о наличии рассогласования календарного и БВ, однако по-разному коррелируют с нарушениями в системе обмена веществ, с ферментативным обеспечением метаболических процессов и другими параметрами. Так, результаты расчета БВ по методике Л.М. Белозеровой в большей степени коррелируют с индексом инсулинорезистентности (r=+0,94; p<0,001), концентрацией в крови альдостерона (r=+0,80; p<0,005), триглицеридов (r=+0,69; p<0,001) и глюкозы (r=+0,58; p<0,01), а по методике В.П. Войтенко - с активностью щелочной фосфатазы (r=+0,84; p<0,005), церулоплазмина (r=+0,79; p<0,002) и уровнем самооценки здоровья (r=+0,82; p<0,005).