Рефераты иностранных статей

Авторы:
  • Редакция
Журнал: Российская ринология. 2019;27(1): 56-60
Просмотрено: 392 Скачано: 18

Абстракт 1.

Clinical efficacy of intranasal drug delivery by nebulization in chronic rhinosinusitis: a systematic review

G. Reychler, C. Domachowski, A.-C. Latiers, F. Jamar, Ph. Rombaux

Rhinology, 2019.

Background. Treatment of chronic rhinosinusitis (CRS) aims to treat the underlying inflammation or infection. Although the optimal modality of administration remains controversial, inhalation route is usually preferred. The aim of this systematic review was to summarize the efficacy of intranasal corticoisteroids or antibiotics delivery by nebulization on symptoms, histology, endoscopy scores, nasal obstruction, clinical outcomes and quality of life in CRS.

Method. This systematic review followed the PRISMA guidelines. Randomized controlled, comparative and cohort studies evaluating effects of treatment by nebulization in sinusitis were identified and reviewed from two databases (PubMed and Scopus). Two reviewers independently assessed study quality and reviewed the selected studies.

Results. 600 references were retrieved and 12 studies evaluating 377 patients were included in the systematic review. Different devices were used. Efficacy of nasal delivery by nebulization was systematically observed on symptoms and size of polyps and frequently on inflammatory parameters in all studies. The presence of polyps improved the efficacy of the nebulization. This way of delivery appears not convincing regarding antibiotics. Few side effects were noted in the retrieved studies and only for nebulized antibiotics.

Conclusions. This systematic review highlighted that based on the present literature nebulization is not better than nasal spray to the delivery of corticosteroids due to the positive results on symptoms, endoscopic appearance and histological outcomes. For antibiotics delivery, the nebulization is not of added value.

Клиническая эффективность интраназальной доставки лекарств посредством небулайзера при хроническом риносинусите: систематический обзор

Введение. Лечение хронического риносинусита подразумевает воспаление и инфекцию в околоносовых пазухах. Однако оптимальное средство доставки лекарства является предметом для дискуссии, ингаляция препарата интраназально, как правило, является предпочтительным методом. Цель этого обзора — систематизация данных об эффективности, а также результатов гистологии, оценки симптомов, эндоскопии, качества жизни при интраназальной доставке кортикостероидов и антибиотиков через небулайзер.

Метод. Этот систематический обзор проходил согласно правилам, указанным в рекомендациях PRISMA. Исследование — рандомизированное, сравнительное, когортное, обзору подвергались данные из двух баз данных (PubMed and Scopus). За качеством используемых материалов следили 2 эксперта, действующих независимо друг от друга.

Результаты. В обзор включены данные 377 пациентов из 12 исследований. Эффективность доставки лекарственных средств небулайзером оценивалась по шкалам симптомов, размеру назальных полипов и также по индикаторам воспаления, отраженным во всех используемых в обзоре статьях. Доставка препаратов при помощи небулайзера показала эффективность в случае хронического полипозного риносинусита. Топическое применение подобным способом антибиотиков не имеет убедительных данных, кроме того, выявлено небольшое количество нежелательных явлений.

Вывод. Основываясь на данных имеющихся исследований можно утверждать, что применение небулайзера является не лучшим способом доставки кортикостероидов по сравнению с назальными спреями. На это указывают результаты оценки клинических симптомов, эндоскопической картины и гистологических данных. В целом доставка антибиотиков через небулайзер не дает каких-либо преференций.

Local specific immunoglobulin e among patients with nonallergic rhinitis: a systemaÂtic review

A.W. Hamizan, J. Rimmer, S. Husain, R. Alvarado, J. Tatersall, W. Sewell, L. Kalish, R.J. Harvey

Rhinology, 2019;57 (1):10−20.

Background. Allergen specific immunoglobulin can be present in the nasal mucosa of patients with non-allergic rhinitis (NAR). This condition is defined as local allergic rhinitis. However, the reported presence of nasal specific immunoglobulin E (nspIgE) among NAR is variable. The aim of this review was to summarize the studies which reported the presence of nspIgE among patients diagnosed as NAR.

Method. Embase (1947—) and Medline (1946—) were searched until 6th June 2017. A search strategy was utilized to identify studies on nspIgE among patients with NAR. The target population was patients with symptoms of rhinitis, but negative systemic allergen sensitization. Studies with original data on detectable nspIgE among the NAR population were included. Meta-analysis of single proportions as a weighted probability % (95% CI) was performed. Heterogeneity was explored amongst studies.

Results. A search strategy returned 2286 studies and 21 were included. These studies involved 648 participants with NAR. NspIgE was detected using either: 1) nasal secretions; 2) epithelial mucosa sampling; 3) tissue biopsies or 4) in situ tests. Metaanalysis was performed on studies with nasal secretions. The weighted proportion of detectable nspIgE in nasal secretions within patients with NAR was 10.2% (7.4—13.4). Population definitions partly explained variability. Detection of nspIgE was lower in patients without a history suggestive of allergy compared to those with a positive allergic history (0% (0—3.1) v 19.8% (14.5—25.6), p<0.01).

Conclusion. NAR with positive allergy history suggests presence of nspIgE. These patients warrant further allergology evaluation to confirm localized nasal allergy, as they benefit from allergy therapy such as immunotherapy.

Персистенция локального специфического иммуноглобулина Е у пациентов с неаллергическим ринитом: систематический обзор

Введение. Специфический назальный иммуноглобулин может быть выявлен в слизистой оболочке полости носа у пациентов с неаллергическим ринитом. Это состояние носит название локальный аллергический ринит. Однако, как ранее сообщалось, количество специфического назального иммуноглобулина Е у пациентов с неаллергическим ринитом весьма вариабельно.

Цель обзора — суммировать данные исследований, которые сообщали о наличии специфического назального иммуноглобулина у пациентов с неаллергическим ринитом.

Метод. Проведен анализ баз данных Embase и Medline с 1946 г. по 6 июня 2017 г., касающихся специфического назального иммуноглобулина у пациентов с неаллергическим ринитом. Наибольший интерес представляли пациенты с симптомами ринита, но с отсутствием системной сенсибилизации.

Результаты. В результате анализа обработано 2286 исследований, из них 21 работа была включена в данный обзор. В этих исследованиях имелись данные о 648 пациентах с неаллергическим ринитом. Специфический назальный иммуноглобулин Е (NspIgE) определялся либо: 1) в назальном секрете; 2) в эпителии слизистой оболочки; 3) при биопсии тканей или 4) в тестах in situ. Метаанализ данных проведен относительно исследований назального секрета. В среднем NspIgE определялся в секрете в 10,2% (7,4—13,4) пациентов. Количество NspIgE определялось в меньшем количестве у пациентов без сопутствующего анамнеза аллергии по сравнению с пациентами с аллергическим анамнезом (0% (0—3,1) и 19,8% (14,5—25,6), p<0,01).

Вывод. Неаллергический ринит с отягощенным аллергическим анамнезом подразумевает наличие специфического иммуноглобулина Е в назальном секрете. Этим пациентам рекомендовано проведение детального аллергологического обследования, чтобы выявить локальную назальную аллергию. Таким образом, этим пациентам может быть предложена иммунотерапия с ожидаемым положительным эффектом.

Абстракт 3.

Free nasal floor mucosal grafting after endoscopic total ethmoidectomy for severe nasal polyposis: a pilot study

R. Moreno-Luna, J. Gonzalez-Garcia, J.M. Maza-Solano, E. Molina-Fernandez, C.D. Pinheiro-Neto, A. Del Cuvillo Bernal, C. Langdon, S. Sanchez-Gomez

Rhinology, 2019.

Background. We report a novel surgical technique based on an endonasal free mucosal graft (mucoplasty) for improving clinical results and local healing in chronic rhinosinusitis with nasal polyps (CRSwNP).

Method. Patients diagnosed with bilateral CRSwNP scheduled for endoscopic sinus surgery were included. They underwent complete removal of anterior and posterior ethmoid cells, in addition to bilateral type III frontal sinusotomy. An endoscopic mucoplasty was performed in the left nasal cavity, whereas the right nasal cavity served as control. Patients were evaluated before surgery and 6 months after operation, including Sino-Nasal Outcome Test (SNOT-22), Visual Analogue Scale (VAS) for olfaction, endoscopic evaluation using the Modified Lund—Kennedy (MLK) scoring system and healing evaluation.

Results. Ten patients (mean age 53.6 years) were included. A significant decrease of SNOT-22 score from 57.0 (21.1) to 20.3 (20.6) (p=0.024) and a non-significant decrease of VAS for olfaction score from 9.3 (0.5) to 4.6 (3.9) were found. Preoperative mean MLK score was 4.9 (0.7) in the right nostril and 4.8 (1.0) in the left one. After operation, there was a greater decrease of MLK score in the left nostril than in the right (1.9 [1.0] vs. 1.3 [0.8], p=0.034). Better healing was proved in the nostril with the mucoplasty.

Conclusion. Endonasal mucoplasty could be an effective, safe and feasible complementary surgical procedure in the treatment of CRSwNP. The reduced local edema associated with lower amount of secretions may confer a better control in the frontal recess, orbital wall and nasal roof.

Использование свободного слизистого лоскута с дна полости носа для пластики удаленной слизистой оболочки после тотальной эндоскопической этмоидотомии при тяжелых полипозных риносинуситах: пилотное исследование

Введение. Мы представляем инновационный хирургический метод пластики удаленной слизистой оболочки после тотальной эндоскопической этмоидотомии при хроническом полипозном риносинусите свободным лоскутом с дна полости носа для улучшения клинических результатов операции и улучшения локального заживления.

Метод. В исследование были включены пациенты с тяжелыми формами хронического полипозного риносинусита, которым планировалось хирургическое лечение. Было выполнено полное удаление передних и задних клеток решетчатого лабиринта с фронтотомией третьего типа. Пластика слизистой оболочки была выполнена с левой стороны, правая половина носа выступала как контрольная зона, здесь пластика не выполнялась. Пациенты осматривались до операции и через 6 мес после нее. Выполнялся тест SNOT-22, обоняние оценивалось по ВАШ, производилась оценка эндоскопии полости носа по шкале Lund—Kennedy, а также характера заживления тканей.

Результаты. В исследование включены 10 пациентов со средним возрастом 53,6 года. У пациентов выявлено значительное снижение оценки качества жизни по SNOT-22 c 57,0 (21,1) до 20,3 (20,6) (р=0,024), незначительное снижение обоняния по ВАШ с 9,3 (0,5) до 4,6 (3,9). Дооперационная оценка эндоскопии по шкале Lund—Kennedy составляла 4,9 (0,7) для правой полости носа, 4,8 (1,0) для левой полости носа. После операции оценка по шкале Lund—Kennedy значительно улучшилась в отношении левой стороны полости носа по сравнению с правой: (1,9 [1,0] против 1,3 [0,8], р=0,034). В случае применения пластики слизистой оболочки отмечалось лучшее заживление послеоперационной области.

Вывод. Эндоназальная пластика слизистой оболочки может быть эффективной и безопасной хирургической процедурой при лечении хронического полипозного риносинусита. Уменьшение локального отека в области операции ассоциировано с меньшим объемом назальной секреции, что может предоставить лучший контроль за лобным карманом, орбитальной стенкой и дном полости носа после операции.

Абстракт 4.

The sinonasal mycobiota in chronic rhinosinusitis and control patients

M. Hoggard, M. Zoing, K. Biswas, M.W. Taylor, R.G. Douglas

Rhinology, 2019.

Background. While bacterial associations with chronic rhinosinusitis (CRS) are increasingly well described, fewer studies have examined the fungal component of the sinonasal micobiota. Here we present a study of the sinonasal mycobiota in a cohort of 144 patients (106 patients with CRS and 38 controls).

Methodology. Fungal communities were characterised by analysis of mucosal swab samples of the left and right middle meatuses via ITS2 marker amplicon sequencing on the Illumina MiSeq platform. Fungal associations with previously published bacterial community and inflammatory cytokine and cell data for this cohort (collected at the same intra-operative time point) were also investigated.

Results. Mallassezia spp. were ubiquitous and often highly predominant. Season of sampling explained more of the variability in the data than any of the clinical parameters. The predominant Mallassezia spp. was distinct in patients with cystic fibrosis compared to those without. However, distinctions in the mycobiota were not evident between any other patient groupings assessed, and few fungal-bacterial or fungal-inflammatory associations were observed.

Conclusions. This study confirms the prominent place of Mallassezia spp. within the upper respiratory tract. Overall, few distinctions between patient groups were evident, and these data lend further support to the hypothesis that fungal community types may have no direct causative association with idiopathic CRS. Additional studies incorporating a broader array of inflammatory markers are required to assess whether these ubiquitous fungi nonetheless play an exacerbating role in some sensitive individuals.

Синоназальная микобиота при хроническом риносинусите и у здоровых людей

Введение. В то время как бактериальные ассоциации при хроническом риносинусите (CRS) хорошо описаны в литературе, исследований грибкового компонента микобиоты околоносовых пазух недостаточно. Это исследование посвящено изучению микотического обсеменения околоносовых пазух у 144 пациентов (106 пациентов с хроническим риносинуситом и 38 человек группы контроля).

Метод. Грибковые колонии были изучены после взятия мазков из средних носовых ходов с обеих сторон: выявлялись ITS2 маркеры при ПЦР и иммунохемилюминесцентном анализе. Также обрабатывались данные о комбинации грибковой флоры с бактериальной, воспалительных цитокинов и воспалительных клеток (образцы забраны интраоперационно).

Результаты. Дрожжевые грибы Mallassezia spp. являлись практически самыми распространенными грибами и наиболее преобладающей флорой. Время года, в которое производился забор образцов, оказывал влияние на полученные данные в большей степени, нежели какие-либо клинические параметры. Преобладание Mallassezia spp. было крайне характерно для пациентов с муковисцидозом. Тем не менее различия в микобиоте в сравниваемых группах не были очевидными, кроме того, выявлено несколько грибково-бактериальных или грибково-воспалительных ассоциаций.

Вывод. Это исследование подтверждает особое место Mallassezia spp. в структуре микобиоты верхних дыхательных путей. В целом выявлено мало очевидных различий между группой пациентов и группой контроля, и эти данные подтверждают гипотезу о том, что грибковые колонии могут не иметь прямой причинно-следственной связи с идиопатическим хроническим полипозным риносинуситом. Требуются дальнейшие исследования большего спектра воспалительных медиаторов для определения роли грибов.

Абстракт 5.

Cold dry air provocation is a reliable diagnostic tool in nonallergic rhinitis

Y. Huang, H. Lou, C. Wang, L. Zhang

Rhinology, 2019;57 (1):57−66.

Background. No diagnostic criteria have been available for nonallergic rhinitis (NAR) to this point in time. Nonspecific nasal hyperresponsiveness (NHR), which could be efficiently assessed by cold dry air (CDA) provocation, is an essential feature of NAR. Thus, this study’s purpose was to assess the diagnostic value of CDA provocation in discriminating patients with NAR from healthy individuals.

Method. CDA provocation was performed among 13 healthy volunteers and 15 NAR patients. Nasal symptom scores, total nasal volume (TNV), total nasal resistance (TNR) and minimal cross-sectional area (MCA) were checked before and after the provocation. Non-paramedic tests and receiver operating characteristic (ROC) curves were used in data evaluation.

Results. Subjects in the NAR group showed significantly larger changes after CDA provocation in total nasal symptom score (TNSS) and nasal congestion score compared with healthy volunteers, while the change for rhinorrhea score was comparable. Similarly, significant differences in the change of MCA and TNV were witnessed between both groups. We built a predictive model for NAR, Y= –3.285 plus 2.520 times the difference of TNR (%) plus 1.027 times the difference of TNSS –6.542 times the difference of TNV (%), whose area under curve was 0.93. According to the Youden index, the criterion was set to be Y greater than –0.52, when its sensitivity and specificity were 93.3% and 84.6%, respectively.

Conclusions. With superior patient-friendliness, safety and efficacy, we successfully performed the first NAR predictive model in the Chinese population, based on a short protocol of CDA provocation, by means of both subjective scores and objective tests (acoustic rhinometry and rhinomanometry).

Холодный сухой воздух как инструмент в диагностике неаллергического ринита

Введение. На данный момент нет конкретного диагностического критерия неаллергического ринита. Неспецифичная назальная гиперреактивность, которая может быть вызвана провокацией холодным сухим воздухом, является ключевой особенностью неаллергического ринита. Таким образом, это исследование ставит целью определить диагностическую значимость провокационного теста холодным сухим воздухом как диагностического инструмента для отграничения пациентов с неаллергическим ринитом от здоровых людей.

Метод. Провокационный тест холодным сухим воздухом был выполнен у 13 здоровых добровольцев и 15 пациентов с неаллергическим ринитом. Измерялись интенсивность совокупности назальных симптомов, общий объем полости носа, носовая резистентность воздушного потока, минимальная площадь поперечного сечения до и после провокационного теста. Для оценки данных использовались статистические программы и ROC-кривые.

Результаты. Пациенты с неаллергическим ринитом показали значительные изменения шкалы совокупности назальных симптомов и оценки заложенности носа после провокации холодным сухим воздухом в сравнении с группой здоровых добровольцев. Относительно ринореи группы были сравнимы. Аналогичным образом, существенные различия наблюдались в изменении площади поперечного сечения и общего объема полости носа в обеих группах. Мы создали прогностическую модель для неаллергического ринита: Y= –3,285±2,520 раза разницы резистентности полости носа (%) +1,027 раза разницы совокупности назальных симптомов –6,542 раза разницы объема полости носа (%), на шкале ROC эти данные располагаются в зоне 0,93. Следуя индексу Юдена (Youden) критерий был установлен таким образом, чтобы Y был больше, чем –0,52, чувствительность и специфичность критерия составили 93,3 и 84,6% соответственно.

Вывод. Мы создали первую прогностическую модель для неаллергического ринита в китайской популяции, основываясь на простом протоколе применения провокации холодным и сухим воздухом во время акустической ринометрии и риноманометрии.

Абстракт 6.

Eustachian Tube dysfunction in chronic rhinosinusitis: pre and post-operative results following endoscopic sinus surgery, a prospective study

Ph.F.D. Bowles, S. Agrawal, M.A. Salam

Rhinology, 2019;57 (1):73−77.

Background. Prospective study investigating the incidence of concurrent Eustachian Tube dysfunction (ETD) in patients with CRS refractory to medical therapy, and the effect of Endoscopic Sinus Surgery (ESS) on ETD in this patient group.

Method. Prospective study of 57 CRS patients. Outcome measures were SNOT-22 and ETDQ-7 questionnaires, tympanometry and Valsalva manoeuvre recorded pre-operatively and at 3 and 9 months’ post ESS.

Results. There was a moderate positive correlation between pre-operative ETDQ-7 and SNOT-22 scores (requals 0.5715, p less than 0.0001). 68% of patients recorded positive ETDQ-7 scores pre-operatively, mean equals 20.6 (SD ±10.34). Mean ETDQ-7 scores were significantly lower at 3 months; mean equals 11.4 (SD ±5.65) (p less than 0.0001) and 9 months mean equals 11.4 (SD ±6.15) (p less than 0.0001) following ESS. Type A tympanograms increased form 76.6% pre-operatively, to 94.5% at 3 months and 96% at 9 months. Reported positive Valsalva increased from 38% pre-operatively to 96% at 3 and 9 months. Mean ETDQ-7 scores were higher in the CRSwNP group; 24.34 (SD ±9.2) compared to the CRSsNP group; 18.11 (SD ±10.3), (p=0.6101). 16 patients in the cohort had existing diagnoses of asthma, of which 4 had documented aspirin sensitivity. The mean pre-operative SNOT-22 score in this overall subgroup was 64.81 (SD equals ±20.13) compared with 49.07 (SD equals ±21.37) in non-asthmatic patients (p=0.0168).

Conclusions. We found a high incidence of concurrent ETD symptoms in patients with severe CRS, which improve following ESS. Further research is required to better understand the association between CRS and ETD in order to provide effective treatments.

Дисфункция слуховой трубы при хроническом риносинусите: до- и послеоперационные результаты, проспективное исследование

Введение. Данное исследование — проспективное, рассматривающее частоту дисфункции слуховой трубы у пациентов с хроническим риносинуситом, не откликающейся на медикаментозное лечение, а также эффективность хирургического лечения на состояние слуховой трубы у этих пациентов.

Метод. В исследовании принимали участие 57 пациентов. Для оценки результатов исследования использовались опросники SNOT-22 и ETDQ-7, тимпанометрия, проба Вальсальвы. Эти методики выполнялись до операции, спустя 3 и 9 мес после операции.

Результаты. Выявлена умеренно положительная корреляция между дооперационными данными ETDQ-7 и SNOT-22 (r=05715, p<0,0001). 68% пациентов показали положительные оценки ETDQ-7 до операции, средние значения 20,6 (среднеквадратическое отклонение ±10,34). Средние значения ETDQ-7 стали значительно ниже через 3 мес после операции и составили 11,4 (среднеквадратическое отклонение ±5,65, p<0,0001), через 9 мес после операции средние значения также составляли 11,4 (среднеквадратическое отклонение ±6,15, p<0,0001). Тимпанограммы типа, А выявлены у 76,6% пациентов, спустя 3 мес после операции — у 94,5%, спустя 9 мес — у 96%. Отмечалась положительная проба Вальсальвы у 38% пациентов до операции, в 96% — через 3 и 9 мес после операции. Среднее значение теста ETDQ-7 оказалось выше у пациентов с хроническим риносинуситом с полипами — 24,34 (среднеквадратическое отклонение ±9,2) по сравнению с пациентами с хроническим риносинуситом без полипов — 18,11 (среднеквадратическое отклонение ±10,3, р=0,6101). У 16 пациентов имелась бронхиальная астма в анамнезе, у 4 — непереносимость аспирина. Средние значения SNOT-22 до операции у пациентов с астмой составляли 64,81 (среднеквадратическое отклонение ±20,13) по сравнению с пациентами без астмы — 49,07 (среднеквадратическое отклонение ±21,31) (р=0,0168).

Вывод. Мы выявили высокую частоту встречаемости дисфункции слуховой трубы у пациентов с тяжелыми формами хронического риносинусита. После проведения хирургического лечения функция слуховой трубы улучшается. Требуется проведение дальнейших исследований для определения связей между хроническим риносинуситом и дисфункцией слуховой трубы для улучшения эффективности лечения пациентов.

Перевод материалов подготовлен д.м.н., проф. В.В. Шиленково