Преимущества расширенной тазовой лимфаденэктомии у больных раком предстательной железы

Исследованиями продемонстрировано диагностическое преимущество расширенной тазовой лимфаденэктомии (РТЛАЭ) по сравнению со стандартной (СТЛАЭ) при оценке состояния тазовых лимфатических узлов (ЛУ) у больных раком предстательной железы (РПЖ). Кроме того, существуют данные о возможном улучшении отдаленных результатов хирургического лечения при расширении объема ТЛАЭ. Тем не менее данный вопрос до сих пор остается дискуссионным по причине отсутствия результатов крупных рандомизированных исследований.

Цель исследования — сравнительная оценка показателей общей и биохимической безрецидивной выживаемости (БРВ) у больных РПЖ, которым выполнена радикальная простатэктомия (РПЭ) в зависимости от объема выполненной ТЛАЭ.

Материал и методы. Проведен ретроспективный анализ базы данных, включавшей 1220 больных РПЖ, которым выполнена РПЭ и ТЛАЭ с 1998 по 2013 г. в отделении онкоурологии МНИОИ им. П.А. Герцена. В анализ были включены 856 больных с точно установленным объемом ТЛАЭ и известными отдаленными результатами лечения. В зависимости от объема выполненной ТЛАЭ больных разделили на 2 группы: стандартная ТЛАЭ (СТЛАЭ) с удалением наружных подвздошных и обтураторных ЛУ выполнена у 422 (49,3%) больных; расширенная ТЛАЭ (РТЛАЭ) с удалением наружных, внутренних, общих подвздошных, обтураторных и пресакральных ЛУ — у 434 (50,7%). Средний уровень ПСА составил 14,3±12,6 нг/мл в группе СТЛАЭ и 16,2±15,1 нг/мл в группе РТЛАЭ (p=0,003); средний процент позитивных биоптатов — 47,3±30,8 и 54,5±31,3 соответственно (p=0,02). В группе РТЛАЭ также отмечены более распространенные (p=0,001) и низкодифференцированные опухоли (p<0,001). В группе СТЛАЭ низкий риск РПЖ отмечен у 126 (29,9%) больных, промежуточный риск — у 145 (34,3%) и высокий риск — у 151 (35,8%) больных. В группе РТЛАЭ распределение больных в зависимости от риска РПЖ было следующим: низкий — 53 (12,2%), промежуточный — 159 (36,6%), высокий — 222 (51,2%). Таким образом, в группе РТЛАЭ наблюдалось большее число больных промежуточного и высокого риска (p<0,001). Среднее число удаленных ЛУ составило 13±6 (2—37) в группе СТЛАЭ и 26±9 (10—64) в группе РТЛАЭ (p<0,001). Метастазы в ЛУ обнаружены у 43 (10,2%) и у 98 (22,6%) больных соответственно (p<0,001). Больные с наличием метастатического поражения ЛУ были исключены из дальнейшего анализа. Биохимическую БРВ оценивали с использованием метода Каплана—Мейера. Биохимический рецидив (БР) трактовали как 3 последовательных повышения уровня ПСА >0,2 нг/мл после операции.

Результаты. Медиана периода наблюдения составила 34±28,3 (3—170) мес. За этот период БР отмечен у 141 (33,4%) больного в группе СТЛАЭ и у 42 (9,7%) больных в группе РТЛАЭ. Кумулятивная 5-летняя БРВ составила 59,9±2,9% у больных в группе СТЛАЭ и 70,9±5,4% в группе РТЛАЭ (p=0,03). Смерть зарегистрирована у 7 (2,8%) больных в группе СТЛАЭ и у 4 (1,3%) больных в группе РТЛАЭ. Таким образом, 5-летняя общая выживаемость составила 94,4±4,1 и 97,1±2,9% в группах СТЛАЭ и РТЛАЭ соответственно (p>0,05). Опухолеспецифическая выживаемость составила 95,8±4,1 и 99,2±2,5% в группах соответственно (p>0,05).

Вывод. Выполнение РТЛАЭ позволяет улучшить диагностические результаты при проведении хирургического лечения у больных РПЖ, а также приводит к достоверному увеличению показателей 5-летней БРВ.