
XXIV Московская научно-практическая конференция с международным участием «Оториноларингология: традиции и современность. Итоги первой четверти столетия»
Журнал: Вестник оториноларингологии. 2026;91(5):152-192.
DOI: 10.17116/otorino202691051152
Прочитано: 161 раз
Резюме
XXIV Московская научно-практическая конференция с международным участием «Оториноларингология: традиции и современность. Итоги первой четверти столетия».
Дата публикации: 18.11.2026
Современное состояние вопроса постимплантационного синусита, ассоциированного со скуловыми имплантатами
А.В. Бакотина, Э.Ш. Тагиев
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: bakotina88@gmail.com
Введение. Скуловая (зигоматическая) имплантация, первоначально разработанная P.I. Brånemark в 1989 г. для реабилитации больных онкологического профиля, сегодня широко применяется при экстремальной атрофии верхней челюсти. Несмотря на высокую выживаемость имплантатов (от 96% до 100%), нередки осложнения, связанные с данной методикой, самым частым из них признан верхнечелюстной синусит. Согласно данным мировой литературы, средняя частота возникновения синусита после скуловой имплантации составляет около 4,7%, однако в различных исследованиях этот показатель варьирует от 0% до 26,6%.
Цель исследования. На основе данных мировой литературы оценить частоту выявления синуситов, ассоциированных с установкой скуловых имплантатов, и количество рецидивов, а также установить предикторы их развития.
Материал и методы. Проанализированы данные оригинальных клинических исследований, систематических обзоров и метаанализов. Работы этого типа обобщают данные десятков других исследований. Авторы проводили поиск по международным базам данных (PubMed, Scopus, Embase, Web of Science, Google Scholar). Критерии включения: наличие данных о выживаемости имплантатов, протетических и синусовых осложнениях, период наблюдения не менее 6—12 мес. Например, в одном обзоре из 155 найденных работ критериям включения соответствовали только 11. В другом метаанализе проанализированы данные 46 статей для качественного анализа и 32 статей для количественного. Статистический анализ: общим для всех рассмотренных работ является использование рентгенологических методов (компьютерной томографии (КТ)/конусно-лучевой КТ) как основного объективного критерия оценки состояния верхнечелюстных пазух до и после имплантации.
Результаты и обсуждение. Развитие постимплантационного синусита может быть связано с реакцией на инородное тело, созданием ороантрального свища и/или инфицированием костнопластического материала. Важной диагностической особенностью является время манифестации симптомов. В отличие от классической дентальной имплантации при установке скуловых конструкций синоназальные жалобы чаще возникают через 1,5—3 года после операции. Кумулятивный риск возникновения синусита при использовании экстрасинусальной техники (Zygoma Anatomy-guided Approach — ZAGA) составляет всего 1,8%. В то же время при традиционном интрасинусальном подходе этот показатель значительно выше и достигает 7,2%. По мнению ряда авторов, синоназальные осложнения встречаются реже после одноэтапной установки скуловых имплантатов. Установка двух имплантатов в одну пазуху (Double Zygomatic Implants) чаще приводит к утолщению слизистой оболочки и обструкции соустья по сравнению с одиночными конструкциями. Отмечено, что пациенты с верхнечелюстным синуситом в анамнезе подвергаются гораздо более высокому риску развития синоназальных осложнений в послеоперационном периоде. Даже если на момент операции при клиническом и рентгенологическом обследовании признаки патологии пазух не выявлены, авторы рекомендуют перед установкой скуловых имплантатов хирургически скорректировать нарушения внутриносовой анатомии, которые могут привести к блоку естественного соустья верхнечелюстной пазухи. Сопутствующие факторы — курение, возраст старше 50 лет и наличие анатомических особенностей полости носа, таких как concha bullosa или искривление перегородки носа. Основные признаки: волнообразоное течение, возникновение симптомов через 1,5—3 года после установки скуловых имплантатов; чувство тяжести и боли в скуловой и подглазничной областях; реактивный отек мягких тканей лица, что связано с особенностями расположения имплантата. Диагностический протокол должен включать КТ околоносовых пазух для оценки состояния слизистой оболочки (шкала Lund—Mackay) и положения имплантата, тщательный осмотр слизистой оболочки альвеолярного отростка верхней челюсти с поиском свищевого хода, а также эндоскопический осмотр полости носа для оценки проходимости среднего носового хода.
Выводы. Несмотря на статус самого частого осложнения, постимплантационный синусит является управляемым состоянием. Актуальность темы поддерживается отсутствием на данный момент общепризнанных безопасных и эффективных алгоритмов сохранения имплантатов при купировании воспаления и потребностью в четких диагностических стандартах. Своевременное взаимодействие челюстно-лицевого хирурга и оториноларинголога позволяет успешно лечить данную патологию, сохраняя функциональность дорогостоящей ортопедической реабилитации и качество жизни пациента.
***
Церебральная микроангиопатия как фактор риска развития остаточного головокружения после успешного лечения доброкачественного пароксизмального позиционного головокружения
О.В. Веселаго
ФГБНУ «Российский центр неврологии и нейронаук» Минобрнауки России, Москва, Россия
e-mail: grutas2007@yandex.ru
Введение. Остаточное головокружение (ОГ) — частая жалоба пациентов после лечения доброкачественного пароксизмального позиционного головокружения (ДППГ), даже если терапия оказалась успешной. По данным литературы, у 31—61% пациентов после успешного репонирования отолитов в течение нескольких дней или даже недель сохраняется ощущение неспецифического головокружения и шаткости при отсутствии позиционных головокружения и нистагма. Как правило, ОГ приводит к значительному ухудшению качества жизни и делает большинство пациентов нетрудоспособными. Неполная вестибулярная компенсация является одной из возможных причин сохранения ОГ. Внезапное разрешение ДППГ с помощью репозиционного маневра изменяет достигнутое во время болезни «новое равновесие». Неспособность центральной нервной системы быстро адаптироваться к новому функциональному состоянию вызывает симптомы ОГ. Отсроченная центральная адаптация может быть обусловлена многими факторами, в том числе наличием хронической ишемии головного мозга, развивающейся вследствие церебральной микроангиопатии (ЦМА). Собирательный термин ЦМА применяется для описания синдрома, включающего клинические, нейровизуализационные и патофизиологические признаки поражения мелких сосудов головного мозга. В ряде исследований доказано, что изменения в головном мозге, связанные с микроангиопатией, могут коррелировать с вестибулярными нарушениями. Таким образом, ЦМА потенциально может замедлять или нарушать процесс центральной вестибулярной адаптации за счет ишемии областей, участвующих в поддержании равновесия и обработке вестибулярной информации. Между тем в литературе нам не удалось найти работ по исследованию корреляции между ОГ и ЦМА.
Цель исследования. Установить, зависят ли наличие и продолжительность остаточного головокружения после успешного лечения доброкачественного пароксизмального позиционного головокружения от церебральной микроангиопатии.
Материал и методы. Включены 96 пациентов с успешно пролеченными ДППГ с помощью репозиционных маневров. Пациенты разделены на две группы: 1-я группа включала 45 человек без признаков ЦМА, 2-я группа — 51 человек с нейровизуализационными признаками ЦМА. В качестве нейровизуализационного маркера ЦМА использовали факт наличия и выраженности очагов гиперинтенсивности белого вещества при магнитно-резонансной томографии головного мозга. Для оценки выраженности поражения использовалась шкала Fazecas, выделяющая три стадии: Fazecas I, II, III. Группы были сопоставимы по полу, возрасту, сопутствующим заболеваниям, давности ДППГ, количеству проведенных маневров. Из исследования исключены пациенты с наличием головокружения и расстройством баланса в анамнезе и выраженной ЦМА (Fazekas III). Наблюдение за пациентами осуществлялось в течение двух месяцев после проведения репозиционных маневров: 1 раз в неделю в течение 1-го месяца и 1 раз в конце 2-го месяца.
Результаты. Анализ полученных данных показал, что наличие ЦМА положительно коррелирует с наличием и длительностью ОГ. Частота развития и длительность ОГ в группе пациентов с ЦМА были статистически значимо выше, чем в группе без ЦМА. Мы предполагаем, что поражения белого вещества вследствие ЦМА могут являться причиной более выраженного ОГ из-за синдрома кортико-субкортикальной разобщенности, вызванного нарушением проводящих путей белого вещества, отвечающих за походку и контроль равновесия.
Заключение. Церебральная микроангиопатия негативно влияет на нейропластичность головного мозга, ограничивая его способность к адаптации, восстановлению и компенсации повреждений. Это связано с комплексом патологических изменений, которые затрагивают структуру и функции сосудов, нейронов и глиальных клеток.
***
Технические и клинические аспекты использования CO2-лазера при хирургическом лечении отосклероза
В.В. Вишняков
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: vv.vishnyakov@gmail.com
После описания методик стапедотомии S. Rosen (1952) и стапедэктомии J.J. Shea (1958) предложено много модификаций хирургического лечения отосклероза. В настоящее время стапедотомия стала наиболее популярной из-за более низкой заболеваемости перцептивной тугоухостью. Исследователи выделили ряд преимуществ данной методики лечения отосклероза: более выраженное улучшение костной проводимости; лучшая фиксация протеза и, как следствие, улучшение воздушной проводимости; уменьшение влияния длины протеза на целостность внутреннего уха. Остается фактом, что идеальной техники проведения хирургического лечения больных отосклерозом на сегодняшний день нет. Механические инструменты, такие как перфоратор, не могут создать точное отверстие в подножной пластинке стремени, более того, эти инструменты могут оказаться опасными. Например, перфоратором можно мобилизовать подножную пластинку стремени и спровоцировать ее попадание в ушной лабиринт. При выраженном отосклеротическом процессе приходится использовать бормашину, что может вызвать значительную травматизацию внутреннего уха из-за возникающей при этом вибрации. Использование лазеров в лечении больных отосклерозом направлено на максимально возможное сохранение функций внутреннего уха и позволяет также избежать потенциального повреждения структур среднего уха. Сторонники лазерной стапедопластики настаивают на том, что бесконтактное испарение части слуховых косточек и подножной пластинки стремени является менее травмирующим по отношению к структурам внутреннего уха. Однако следует отметить, что использование лазеров при лечении больных отосклерозом может привести к повреждению перепончатого лабиринта из-за перегревания внутрилабиринтной жидкости. Для проведения стапедопластики предлагалось использование лазеров с различными длинами волн (аргоновый, КТР и CO2-лазеры) в непрерывных и суперимпульсных режимах. R.C. Perkins в 1980 г. впервые использовал аргоновый лазер для хирургического лечения больных отосклерозом. Применение S. Lesinski CO2-лазера в хирургическом лечении больных отосклерозом стало возможным после изобретения в 1989 г. микроманипулятора, позволяющего совместить лазерную установку с операционным микроскопом. Однако в то время эти методики подвергались чрезмерной критике, что привело к определенному скептицизму в отношении их использования во время операций на стремени. Начиная с 1990 г. под руководством B. Jovanovic опубликованы результаты экспериментальных и клинических исследований, доказывающих эффективность использования CO2-лазера при лечении больных отосклерозом. В экспериментах доказано, что CO2-лазер обладает неоспоримыми преимуществами перед другими видами лазеров, используемых при лечении больных с отосклерозом. Одним из существенных преимуществ CO2-лазера является высокое поглощение его излучения перилимфой, что приводит к малой глубине проникновения — 0,01 мм. В нашей клинике используется CO2-лазер Lumenis со сканирующей системой Surgi Touch, совмещенный с операционным микроскопом с помощью системы Acuspot 471. Мы провели ряд экспериментальных исследований на изолированных человеческих височных костях с целью определить оптимальные параметры CO2-лазерного излучения, необходимого для проведения операций на структурах среднего уха. В результате наших исследований выработаны следующие параметры: фокусное расстояние 250 мм, фокусное пятно 0,18 мм. Сухожилие стременной мышцы: одиночный импульс 0,05 с, мощность 3W, число импульсов 2—3. Наковальне-стременное сочленение: одиночный импульс 0,05 с, мощность 6 W, число импульсов 10—14. Задняя ножка стремени: одиночный импульс 0,05 с, мощность 6W, число импульсов 5—8. Подножная пластинка стремени: одиночный импульс 0,05 с, мощность 18 W, число импульсов 1—2. Нами проведено хирургическое лечение 43 больных отосклерозом с использованием CO2-лазера. Распределение пациентов по полу: 41 женщина и 2 мужчин, распределение по возрасту: от 37 до 55 лет. У 15 пациентов в анамнезе стапедопластика на другом ухе. У 32 пациентов по данным аудиометрии определена тимпанальная форма отосклероза, у 11 пациентов — смешанная. Стапедопластика выполнена под местной анестезией. Использовали CO2-лазер на этапах испарения сухожилия стременной мышцы, наковальностременного сочленения, испарения задней ножки стремени и перфорации подножной пластинки стремени. Мы применяли титановые протезы (Kurz Industrie-Elektronik GmbH, Германия). В конце операции слух улучшился у всех пациентов. Во время операции и в ближайшем послеоперационном периоде осложнений не было, спонтанная вестибулярная симптоматика не выявлена ни у одного из пациентов. На 10-й день после операции пациентам выполнена первая контрольная аудиометрия, у 30 пациентов с тимпанальной формой отосклероза отмечено почти полное сокращение костно-воздушного разрыва по всем диапазонам частот, у остальных пациентов выявлено значительное улучшение слуха, однако сохранялся небольшой костно-воздушный разрыв (примерно 5 Дб). Все пациенты выписаны из стационара на 9—10-е сутки после операции с рекомендациями для амбулаторного долечивания. Через месяц пациентам выполнена контрольная аудиометрия, у всех отмечено улучшение слуха. Таким образом, стапедопластика с использованием CO2-лазера является бесконтактным, точным и контролируемым вмешательством на структурах среднего и частично внутреннего уха, позволяющим минимизировать риск осложнений, которые возникают при проведении стапедопластики по общепринятой методике.
***
Типы пневматизации клиновидной пазухи и их влияние на положение внутренней сонной артерии: данные мультиспиральной компьютерной томографии у пациентов российской популяции
Х. Газаль1, 2, М.В. Нерсесян1, 2, А.В. Пикуленко1, 2, С.М. Висков1, В.И. Попадюк1
1ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов им. Патриса Лумумбы» Минобрнауки России, Москва, Россия;
2АО «Ильинская больница», Московская область, Россия
Введение. Клиновидная пазуха (КП) — ключевая структура при эндоскопических эндоназальных вмешательствах. Пневматизация пазухи может существенно влиять на расположение прилежащих нейрососудистых структур, в частности внутренней сонной артерии (ВСА), что повышает риск осложнений во время операции. Мультиспиральная компьютерная томография (МСКТ) позволяет выявить анатомические варианты и безопасно планировать операции.
Цель исследования. Оценить связь типов пневматизации клиновидной пазухи с протрузией и дегисценцией внутренней сонной артерии у пациентов российской популяции.
Материал и методы. Проанализировано состояние 428 КП у 214 пациентов (возраст 23—73 года). Исследование проведено в период с 2019 по 2024 г. Пневматизация классифицирована по пяти типам: тип 1 — конхальный; тип 2а — преселлярный без латеральной пневматизации; тип 2б — преселлярный с латеральной пневматизацией; тип 3а — ретроселлярный без латеральной пневматизации; тип 3б — ретроселлярный с латеральной пневматизацией. Протрузия ВСА — проекция >50% пазухи; дегисценция — полное отсутствие костной стенки между артерией и пазухой.
Результаты. Наиболее распространенные типы: тип 3б (57,2%) — 245 пазух (15 справа, 20 слева, 105 с обеих сторон); тип 3а — 20,1% (86 пазух — 18 справа, 22 слева и 23 с обеих сторон); тип 2а — 16,8% (72 пазухи — 12 справа, 6 слева и 27 с обеих сторон); тип 2б — 5,4% (23 пазухи — 8 справа, 3 слева и 6 с обеих сторон); тип 1 — 0,5% (2 пазухи слева). Протрузия ВСА выявлена в 52,8% случаев, дегисценция — в 16,1% случаев. Наибольшая частота протрузии и дегисценции определена при типе 3б (p<0,0001). Связь между типом пневматизации и дегисценцией статистически незначима.
Заключение. Ретроселлярная латеральная пневматизация (тип 3б) повышает риск протрузии и дегисценции внутренней сонной артерии. Ее выявление при мультиспиральной компьютерной томографии позволяет планировать безопасные эндоназальные вмешательства. Другие типы пневматизации встречаются реже и имеют меньшую клиническую значимость.
***
Функциональные результаты стапедопластики при высоких порогах костной проводимости: значение речевой аудиометрии
Е.В. Гаров1, 2, В.Н. Зеленкова1, Я.Ю. Никиткина1, М.М. Раджабова1, Д.В. Юдин1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. При хирургическом лечении пациентов с отосклерозом (ОС) при высоких порогах костной проводимости (КП ≥30 дБ) тональная пороговая аудиометрия (ТПА) остается основным методом оценки аудиологических результатов стапедопластики. В то же время речевая аудиометрия (РА), несмотря на ее потенциал для более полной характеристики восприятия речи, в клинической практике используется значительно реже.
Цель исследования. Сравнить динамику показателей тональной пороговой аудиометрии и речевой аудиометрии у пациентов с отосклерозом и различными исходными порогами костной проводимости после стапедопластики.
Материал и методы. В ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ в 2024—2026 гг. выполнена стапедопластика 45 пациентам с ОС, которые были распределены в три группы в зависимости от средних значений порогов КП в диапазоне частот 0,5—4 кГц аудиометрической тон-шкалы: 1-я группа (контроль, n=15) — КП <20 дБ, 2-я группа (OS1, n=15) — КП 20—30 дБ, 3-я группа (OS2, n=15) — КП ≥30 дБ. Использованы разные варианты операции: у 15 больных применена частичная стапедэктомия (методика большого окна) с установкой протеза из аутохряща ушной раковины на аутовенозный трансплантат, изолирующий жидкости преддверия, у 30 больных — модифицированная стапедопластика (широкая стапедотомия) с установкой поршневого протеза стремени на аутовенозный трансплантат. Аудиологическая оценка включала ТПА (пороги КП, костно-воздушный интервал — КВИ) и РА с расчетом площади под кривой разборчивости речи (Area Under the Curve — AUC) в процентах до операции и через 1 год, что позволило количественно охарактеризовать функциональное улучшение слуха.
Результаты. До операции средние пороги КП у пациентов 1-й, 2-й и 3-й групп составили 15,0 дБ, 26,6 дБ и 37,5 дБ, средние уровни КВИ — 25,0 дБ, 32,5 дБ и 30,8 дБ соответственно. По данным РА исходные значения AUC до операции составили 6800 условных единиц (усл. ед.) у пациентов 1-й группы, 4500 усл. ед. у пациентов 2-й группы и 4200 усл. ед. у пациентов 3-й группы. Через 1 год после хирургического лечения средние пороги КП улучшились до 12,5 дБ у пациентов 1-й группы, до 13,3 дБ у пациентов 2-й группы и до 27,5 дБ у пациентов 3-й группы, что свидетельствует о более выраженном их уменьшении у пациентов с исходно высокими порогами (OS1, OS2). Средние значения КВИ составили 7,5 дБ у пациентов 1-й группы, 10 дБ у пациентов 2-й группы и 10 дБ у пациентов 3-й группы. Сокращение КВИ отмечалось у пациентов всех групп без статистически значимых различий между ними. Среднее уменьшение КВИ у пациентов всех групп произошло на 20—30 дБ в диапазоне частот 0,5—4 кГц аудиометрической тон-шкалы, что обеспечивало переход пациентов к более легкой степени тугоухости. По данным РА через 1 год после стапедопластики во всех группах выявлен статистически значимый прирост площади под кривой разборчивости речи AUC: +733 усл. ед. в 1-й группе, +2206 усл. ед. во 2-й группе (OS1) и +1660 усл. ед. в 3-й группе (OS2). В процентных значениях AUC прирост разборчивости речи составил 10,81% в 1-й группе, 46,28% во 2-й группе и 39,78% в 3-й группе. Межгрупповой анализ AUC подтвердил статистически значимое улучшение у пациентов 2-й и 3-й групп по сравнению с пациентами 1-й группы.
Выводы. Комплексная оценка с использованием тональной пороговой аудиометрии и речевой аудиометрии подтверждает высокую функциональную эффективность стапедопластики у пациентов с отосклерозом при высоких порогах костной проводимости. Наиболее выраженное улучшение разборчивости речи достигается при исходных порогах костной проводимости 20—30 дБ, что расширяет показания к хирургическому лечению данной категории больных.
***
Алгоритм выбора хирургического доступа у пациентов с холестеатомой пирамиды височной кости
Е.В. Гаров1, 2, Е.И. Зеликович1, В.Н. Зеленкова1, А.В. Зеленков1, З.О. Заоева1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Холестеатома пирамиды височной кости (ХПВК) составляет менее чем 4% от всех холестеатом височной кости, вместе с тем для ее стандартизации, выбора адекватного объема операции, прогнозирования успеха лечения и вероятности рецидива важно применение практической классификации ХПВК.
Цель исследования. Оценить эффективность разных хирургических доступов у пациентов с холестеатомой пирамиды височной кости.
Материал и методы. В ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ с 2016 по 2025 г. комплексно обследованы и пролечены 64 пациента с ХПВК.
Результаты. По данным компьютерной томографии височных костей и магнитно-резонансной томографии в режиме non-EPI DWI у 37 (57,8%) больных выявлена супралабиринтная ХПВК, у 1 — с интракраниальным распространением, у 13 (19,4%) — инфралабиринтно-апикальная, у 11 (17,1%) — инфралабиринтная, у 1 (1,5%) — апикальная и у 2 (3,1%) — массивная. Пациенты с супралабиринтной ХПВК распределены в три группы в зависимости от распространения холестеатомы во внутренний слуховой проход (ВСП). Антромастоидотомия с реконструкцией звукопроводящей системы и мастоидопластикой выполнена 18 (28%) больным 1-й группы (без распространения холестеатомы во ВСП), из них 17 — с пластикой фистул полукружных каналов (ПК). Антромастоидотомия с лабиринтэктомией, реконструкцией звукопроводящей системы, мастоидопластикой и пластикой фистул ПК, преддверия и улитки проведена 7 (11%) пациентам 2-й группы (с распространением холестеатомы во ВСП), с деструкций преддверия — 2 больным и улитки — 1 больному. Субтотальная петрозэктомия с лабиринтэктомией выполнена 11 (17,2%) больным 3-й группы (с распространением холестеатомы во ВСП, преддверие и/или улитку). Комбинированный (трансмастоидальный и субтемпоральный) подход применен у 2 (3,1% ) пациентов: у 1 — с интракраниальным распространением холестеатомы и еще у 1 — с менингоэнцефалоцеле и отоликвореей. Через 1 год после операции по данным тонально-пороговой аудиометрии (ТПА) у всех пациентов 1-й группы среднее значение костно-воздушного интервала (КВИ) составило 17,9 дБ (до операции 23,6 дБ), порогов костной проводимости (КП) — 18,9 дБ (до операции 22,3 дБ) в диапазоне всех частот аудиометрической тон-шкалы. У 3 больных 2-й группы (с распространением холестеатомы в преддверие и улитку) на 3-и сутки развилась глухота, у остальных среднее значение КВИ составило 16,3 дБ (до операции 21 дБ), порогов КП — 15,6 дБ (до операции 15,5 дБ). У 9 пациентов 3-й группы выявлена практическая глухота до операции, у 3 — смешанная тугоухость IV степени. У всех этих пациентов после операции развилась практическая глухота. После операции нормальная функция лицевого нерва (ЛН) сохранилась у 22 (34,4%) пациентов; улучшилась у 6 (9,4%), в том числе у 4 с IV до III степени по шкале House—Brackmann (HB), у 2 с V до IV степени; практически восстановилась у 4 (6,2%) с III—V степени по HB до II степени; осталась прежней (V—VI степень по HB) у 4 (6,2 %); стойкое ухудшение отмечено у 1 (1,6%). Пациенты с инфралабиринтной ХПВК разделены на две группы в зависимости от протяженности инфракохлеарного распространения. В 1-ю группу вошли 8 (12,5%) больных, у которых холестеатома распространялась до уровня основного завитка, во 2-ю группу — 3 (4,7%), у которых распространение ХПВК было до верхушки пирамиды. Пациентам 1-й группы холестеатома удалена с применением инфрафациального подхода с эндоскопической ассистенцией, выполнены реконструкция звукопроводящей системы и мастоидопластика. В 2 случаях использован трансотический подход с ушиванием наружного слухового прохода. После операции у всех пациентов 1-й группы среднее значение КВИ составило 16,7 дБ (до операции 20,2 дБ), порогов КП — 12,8 дБ (до операции 12,8 дБ) по данным ТПА. У всех пациентов 2-й группы после операции развилась практическая глухота. Нормальная функция ЛН сохранена у 6 (9,4%) пациентов, III степень по HB отмечена у 5 (4,7%) через 12 мес после операции. Инфралабиринтно-апикальная и массивная ХПВК удалены с трансотическим подходом, апикальная — с субтемпоральным. Ухудшение слуха после операции с развитием глухоты отмечено у всех пациентов. Ухудшение функции ЛН в раннем послеоперационном периоде с нормальной до операции отмечено у 6 (9,4%) больных, из них у 4 — до VI степени по HB и у 2 — до III степени. Ухудшение функции ЛН с IV до V степени отмечено у 1 (1,5%) пациента, улучшение с IV до III — у 1 (1,5%). Через 1 год после операции у 4 (6,2%) пациентов функция ЛН восстановилась до III степени, у 1 (1,5%) — до IV степени, полностью восстановилась — у 3 (4,7%). В связи с ухудшением функции ЛН до V—VI степени по HB и отсутствием положительной динамики 2 (3,1%) пациентам через 12 мес после хирургического лечения выполнен экстратемпоральный анастомоз, достигнуто улучшение функции у 1 пациента с V до III степени и еще у 1 пациента с V до IV степени через 1 год после операции.
Выводы. Выбор варианта хирургического вмешательства при холестеатоме пирамиды височной кости зависит от ее локализации, состояния слуха и лицевого нерва. При супралабиринтной холестеатоме пирамиды височной кости с распространением во внутренний слуховой проход или без него, с сохраненной функцией слуха, без деструкции улитки и/или преддверия целесообразно планировать трансмастоидальный подход с реконструкцией звукопроводящей системы; при распространении во внутренний слуховой проход с деструкцией улитки и/или преддверия — субтотальную петрозэктомию с лабиринтэктомией. Применение инфрафациального доступа с эндоскопической асситенцией позволяет сохранить и улучшить функцию слуха у пациентов с инфралабиринтной холестеатомой.
***
Использование аутохрящевого модуля при реконструкции оссикулярной цепи у больных хроническим гнойным средним отитом
Е.В. Гаров1, 2, О.В. Фёдорова1, Л.А. Поталова1, Д.А. Брагина1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Хронический гнойный средний отит (ХГСО) остается актуальной проблемой, так как приводит к стойкому нарушению слуха и необходимости хирургической реконструкции звукопроводящей системы среднего уха. Дефекты цепи слуховых косточек при ХГСО встречаются более чем у 50% пациентов, чаще всего с поражением длинного отростка наковальни и разрывом наковальне-стременного сочленения, что вызывает кондуктивную или смешанную тугоухость. Для реконструкции оссикулярной цепи используют как искусственные (металлические, полиэтиленовые и др.), так и аутологичные протезы, имеющие свои достоинства и недостатки. Независимо от материала для всех оссикулярных протезов остается актуальной проблема долговременной фиксации. По данным литературы, значительная доля протезов теряет оптимальное положение в течение нескольких лет после вмешательства, что приводит к рецидиву кондуктивной тугоухости и необходимости повторных операций. Использование медицинского клея сульфакрилат на основе цианоакрилатов препятствует смещению оссикулярных протезов. Экспериментальные и клинические данные подтверждают безопасность и эффективность применения сульфакрилата при вмешательствах на среднем ухе, что послужило основанием для его использования при оссикулопластике.
Цель исследования. Разработать и оценить эффективность метода частичной оссикулопластики (стапедомирингопексии) с использованием аутохрящевого модуля, дополнительно фиксированного медицинским клеем сульфакрилат для повышения стабильности протеза и улучшения функциональных результатов хирургического лечения.
Материал и методы. В 2023—2025 гг. прооперированы 68 пациентов (средний возраст 42±7,1 года) с ХГСО, адгезивным отитом или тимпаносклерозом, у которых по данным тональной пороговой аудиометрии (ТПА) выявлена кондуктивная или смешанная тугоухость со средним костно-воздушным интервалом (КВИ) 36,4 дБ. Всем больным выполняли стапедомирингопексию с тимпанопластикой или без нее с использованием аутологичных оссикулярных протезов. Пациентов разделили на две группы: у пациентов I группы использовали аутохрящевой модуль без фиксации клеем, у пациентов II группы — модуль, фиксированный клеем сульфакрилат. Интраоперационно забирали хрящ из задней поверхности ушной раковины, из которого формировали модуль 2×2 мм. Пациентам группы с применением клея сульфакрилат наносили между хрящевыми пластинами и на контактную поверхность модуля, затем протез устанавливали на головку стремени под углом к рукоятке молоточка и удерживали до полимеризации (патент РФ на изобретение №RU 2852864 C1 от 16.12.2025), при необходимости выполняли тимпанопластику, далее стандартно тампонировали наружный слуховой проход. Оценку слуховой функции проводили методом ТПА через 3 мес, 6 мес и 12 мес, анализируя динамику КВИ и пороги костного звукопроведения.
Результаты. Во всех наблюдениях через 12 мес после вмешательства отмечено полное закрытие дефекта барабанной перепонки и улучшение слуха по данным ТПА. Через 3 мес после операции у пациентов обеих групп зарегистрировано выраженное снижение КВИ — до 16±3,6 дБ за счет уменьшения порогов воздушной проводимости при отсутствии клинически значимых изменений порогов костного звукопроведения. При дальнейшем наблюдении к 6-му месяцу у пациентов группы с аутохрящевым модулем без клеевой фиксации выявлено увеличение КВИ до 27±3,7 дБ, к 12-му месяцу — до 30±2,5 дБ, что связано со смещением протеза и частичной утратой достигнутого эффекта. У пациентов, которым модуль дополнительно фиксировали сульфакрилатом, КВИ оставался стабильным на уровне 17±2,4 дБ в течение всего периода наблюдения, что свидетельствует о надежности положения протеза и устойчивости функционального результата.
Выводы. Аутохрящевой модуль прост в изготовлении, имеет стандартные размеры, достаточную жесткость и не требует финансовых затрат. Использование медицинского клея сульфакрилат надежно фиксирует модуль на головке стремени, снижает риск смещения протеза и обеспечивает длительное улучшение слуха. Таким образом, оссикулопластика с таким модулем является доступным, экономически обоснованным и эффективным методом реконструкции оссикулярной цепи у больных хроническим гнойным средним отитом.
***
Анализ причин несостоятельности пластики ликворных фистул после хирургического лечения спонтанной отоликвореи
Е.В. Гаров1, 2, О.В. Фёдорова1, Е.В. Шелеско3, Е.Е. Гарова1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия;
3ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр нейрохирургии им. акад. Н.Н. Бурденко» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. В последние годы предпочтение при хирургическом лечении спонтанной отоликвореи (СОЛ) отдается экстракраниальному (трансмастоидальному) доступу, который является малоинвазивным и позволяет избежать осложнений и неврологического дефицита, связанных с интракраниальными вмешательствами. Авторы, имеющие хирургический опыт в лечении назальной ликвореи, свидетельствуют, что основными факторами риска ее рецидива являются старший возраст пациентов, наличие ожирения, эндокринных, сердечно-сосудистых заболеваний и внутричерепной гипертензии. Несмотря на то что практически все пациенты со СОЛ имеют перечисленные выше факторы риска рецидива, положительный результат после трансмастоидальной пластики ликворной фистулы (ЛФ) достигается у 87,9% пациентов. Однако в редких случаях трансмастоидальная пластика ЛФ является несостоятельной, что приводит к рецидиву СОЛ и риску развития менингита.
Цель исследования. Повысить эффективность первичной экстракраниальной пластики спонтанных ликворых фистул на основе анализа случаев рецидива спонтанной отоликвореи.
Материал и методы. За последние 16 лет проведено хирургическое лечение 57 пациентов со СОЛ передней и (или) задней грани пирамиды — послойная пластика ЛФ аутотканями с трансмастоидальным доступом и использованием тканевых фиксаторов (фибрин-тромбиновый клей, тахокомб). Средний возраст пациентов 64,15±2,63 года; 46 женщин, 11 мужчин. Максимальный период наблюдения составил 16 лет, средний — 4,6±1,2 года.
Результаты. Рецидив СОЛ отмечен у 7 (12,3%) пациентов в сроки от 2 мес до 4 лет, которые имели ожирение III степени (индекс массы тела >40 кг/м2) и выраженную (>250 мм вод.ст.) внутричерепную гипертензию, подтвержденную при установке люмбального дренажа перед операцией. По данным предоперационной компьютерной томографии (КТ) и операционных находок ЛФ локализовывались в передней грани пирамиды, в 4 случаях они были множественными. При анализе причин несостоятельности пластики ЛФ выявлено, что у 2 больных рецидиву СОЛ предшествовала тяжелая физическая нагрузка (поднятие тяжестей), у 1 — эпилептический приступ с судорожным синдромом, у 1 — сильный кашель и у 1 — травма головы. Данные состояния сопровождаются повышением уровня внутричерепного давления, что на фоне имевшейся внутричерепной гипертензии привело к смещению или несостоятельности пластики в области ЛФ и рецидиву СОЛ. Ликворная «дорожка» у этих пациентов по данным КТ и магнитно-резонансной томографии определялась в зоне пластики. Проведение дренирующей операции (люмбоперитонеальное шунтирование) у 4 пациентов было эффективным. Еще у 2 пациентов рецидив отоликвореи возник в области ЛФ, располагавшейся в передних отделах крыши аттика. Этим пациентам пластика фистулы проводилась без удаления наковальни и головки молоточка, что затрудняло визуализацию краев дефекта, полное удаление слизистой оболочки вокруг него и адекватное размещение трансплантата. Мы считаем, что это явилось методологической ошибкой, приведшей к несостоятельности пластики. После проведения повторной операции с удалением наковальни и головки молоточка, четкой идентификации костного дефекта, его послойной пластики аутотканями с интракраниальным размещением хрящевой пластины и использованием тканевых фиксаторов рецидива не было. У 50 (87,3%) пациентов отсутствие рецидива отоликвореи и менингитов после операции свидетельствует об эффективности данного метода лечения при наличии СОЛ, позволяющего в большинстве случаев добиться стойкого закрытия ЛФ. Однако на результат операции влияют техника ее проведения, выбор трансплантатов и величина внутричерепного давления.
Выводы. Определение локализации и размера ликворной фистулы по данным компьютерной томографии височных костей до операции является необходимым условием при планировании хирургического лечения экстракраниальным доступом. При наличии множественных дефектов необходимо проводить их ревизию и пластику в связи с трудностями идентификации ликворной фистулы из-за отсутствия ликвореи в момент операции. Проведение многослойной пластики ликворной фистулы аутотканями (аутохрящ, аутофасция, костная стружка) с использованием тканевых фиксаторов приводит к стойкому закрытию дефекта основания черепа при наличии спонтанной отоликвореи. Высокий риск развития рецидива отоликвореи при наличии внутричерепной гипертензии означает необходимость мероприятий, направленных на нормализацию уровня внутричерепного давления в предоперационном и послеоперационном периоде и соблюдение рекомендаций после операции для минимизации его подъема: ограничение физических нагрузок, натуживания, контроль артериальной гипертензии, периодический прием ацетазоламида, а также снижение веса.
***
Влияние терапии глюкокортикостероидами на сроки восстановления вестибулярной дисфункции при вестибулярном нейроните
А.Л. Гусева1, 2, З.А. Удагова1, 2, Ю.В. Левина1, А.А. Лапченко2, М.Л. Дербенева2
1ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия;
2ГБУЗ города Москвы «Городская клиническая больница №1 им. Н.И. Пирогова Департамента здравоохранения города Москвы», Москва, Россия
e-mail: zumrud199206@gmail.com
Введение. Вестибулярный нейронит (ВН) является одной из наиболее частых причин острой односторонней периферической вестибулярной дисфункции. Заболевание характеризуется внезапным развитием выраженного системного головокружения, обусловленного односторонним поражением вестибулярного нерва, при сохранном слухе и отсутствии очаговой неврологической симптоматики. Несмотря на типичную клиническую картину, диагностика заболевания и, как следствие, тактика лечения нередко вызывают трудности, что обусловлено сходством клинических проявлений ВН с другими периферическими и центральными вестибулярными нарушениями. В связи с этим остается актуальным совершенствование подходов к диагностике и лечению данного заболевания.
Цель исследования. Проанализировать динамику вестибулярной компенсации в течение года у пациентов с вестибулярным нейронитом посредством оценки восстановления вестибулоокулярного рефлекса в сочетании с данными видеоимпульсного теста на фоне лекарственной терапии глюкокортикостероидами.
Материал и методы. В исследование включены 40 пациентов (16 мужчин и 24 женщины) в возрасте от 19 лет до 71 года с подтвержденным согласно клиническим критериям диагнозом ВН. Комплексное клинико-инструментальное обследование включало сбор анамнеза, отоневрологический осмотр, вестибулологическое исследование с проведением видеонистагмографии (видеонистагмограф VNG VO 425, Interacoustics A/S, Дания) и видеоимпульсного теста с применением системы EyeSeeCam, а также нейровизуализацию головного мозга. Оценка восстановления вестибулярной функции и выраженности дефицита вестибулоокулярного рефлекса проведена в 1—3-й день заболевания и при последующих контрольных визитах: через 2 нед, 1 мес, 3 мес, 6 мес и 12 мес.
Исследуемая когорта разделена на две группы: группа I (n=20) — парентеральное введение 12 мг дексаметазона 1 раз в течение 5 дней с последующим уменьшением дозы в течение 5 дней и физическая вестибулярная реабилитация по индивидуальному плану с расширением спектра упражнений, добавления динамики; группа II (n=20) — физическая вестибулярная реабилитация по индивидуальному плану с расширением спектра упражнений и добавления динамики.
Результаты. В таблице приведены данные о восстановлении вестибулярной гипофункции.
Показатели восстановления вестибулярной гипофункции
Группа | Период наблюдения, мес | ||||
0,5 | 1 | 3 | 6 | 12 | |
I, % (n) | 35 (7) | 55 (11) | 75 (15) | 80 (16) | 85 (17) |
II, % (n) | 15 (3) | 40 (8) | 55 (11) | 60 (12) | 75 (15) |
Не достигли полной компенсации 15% (n=3) пациентов группы I и 25% (n=5) группы II.
Заключение. У преобладающего числа пациентов полное восстановление вестибулярной функции наблюдалось в течение 3 мес от начала заболевания. Статистически значимых различий в сроках восстановления между двумя группами не было, что свидетельствует об отсутствии эффективности глюкокортикостероидов при вестибулярном нейроните.
***
Использование технологии дополненной реальности в эндоскопической синус-хирургии
И.Р. Исраелян, М.А. Эдже
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: i-israelyan@mail.ru
Введение. Функциональная эндоскопическая синус-хирургия (ФЭСХ) остается «золотым стандартом» хирургического лечения хронического риносинусита (ХРС) и новообразований полости носа (ПН) и околоносовых пазух (ОНП). Хирург должен обладать навыками точной пространственной ориентации в синоназальной области, прежде всего с учетом индивидуальных особенностей анатомического строения последней и у пациентов после предшествующих операций, когда нарушены анатомические ориентиры ПН. Одним из направлений интраоперационной навигации является технология дополненной реальности (augmented reality — AR), позволяющая совмещать виртуальную модель пациента, построенную на основании компьютерной томографии (КТ) или магнитно-резонансной томографии, с реальным хирургическим полем. Однако стандартизированных клинических исследований, посвященных реальной эффективности AR в рутинной ФЭСХ, недостаточно. Это определяет актуальность дальнейшей оценки влияния AR-навигации на точность, безопасность и эргономику хирургического вмешательства.
Цель исследования. Оценить эффективность AR-технологии при проведении ФЭСХ и определить ее влияние на точность позиционирования, продолжительность операции и частоту интраоперационных и послеоперационных осложнений.
Материал и методы. В период с 2024 по 2026 г. проведено проспективное когортное исследование на базе оториноларингологического отделения Университетской клиники НОИ КМ ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, в котором участвовали 20 человек с рецидивом ХРС с назальными полипами (синоним — полипозный риносинусит), из них мужчин было 12 (60%), женщин — 8 (40%), средний возраст составил 45,4±7,3 года. Больные разделены на две группы: группа 1 — 10 человек, которым выполнена классическая ФЭСХ с использованием AR-навигации; группа 2 — 10 человек, которым выполнена классическая ФЭСХ без использования навигации. Предоперационное планирование включало ручную сегментацию зон интереса ПН и ОНП по КТ и построение объемной 3D-модели. Для совмещения виртуальной анатомической модели с реальным операционным полем использовались накожные маркеры. Способ навигации основан на оптическом трекинге. В рамках исследования оценивали общую продолжительность операции, частоту интраоперационных и ранних послеоперационных осложнений, позиционирование системы, субъективную оценку удовлетворенности хирурга операцией (уровень ментального напряжения, ориентация в пределах операционного поля, необходимость повторного обращения к КТ-изображениям на внешних устройствах) после хирургического вмешательства по авторской 5-балльной шкале типа Likert. Статистическую обработку проводили с использованием пакета статистических программ. Различия считали статистически значимыми при p<0,05.
Результаты. Средняя продолжительность операции у пациентов группы 1 составила 76±6 мин, у пациентов группы 2 — 67±8 мин. Время установки и настройки системы AR — 7,2 [6,2—9,3] мин. Таким образом, использование AR сопровождалось незначительным увеличением времени хирургического вмешательства (p<0,021). У пациентов обеих групп не было интраоперационных осложнений. Средняя оценка позиционирования у пациентов группы 1 и группы 2 составила 4,7 [4,1—5,0] и 3,8 [3,2—4,2] балла соответственно (p=0,03). Средняя оценка удовлетворенности хирурга операцией у пациентов группы 1 составила 4,5 [4,0—4,8] балла, у пациентов группы 2 — 3,9 [3,2—4,3] балла (p=0,03). Этот результат согласуется с данными литературы о снижении когнитивной нагрузки хирурга и улучшении эргономики вмешательства при интраоперационном использовании AR-навигации.
Выводы. Использование технологии дополненной реальности в функциональной эндоскопической синус-хирургии повышает точность позиционирования (p<0,05), снижает субъективную когнитивную нагрузку хирурга и улучшает интраоперационную ориентацию (p<0,05). Технология дополненной реальности представляется перспективным вспомогательным инструментом, особенно при ревизионных вмешательствах.
***
Оптимизация тактики хирургического лечения пациентов с рецидивирующим полипозным риносинуситом с учетом эндотипирования
И.Р. Исраелян, М.А. Эдже
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: i-israelyan@mail.ru
Введение. Согласно данным исследования EPOS 2020, распространенность полипозного риносинусита (ПРС) в мире составляет 1—4%, а частота рецидива после функциональной эндоскопической синус-хирургии (ФЭСХ) достигает 40%. Внедрение в практику терапии моноклональными антителами имеет ограничения, связанные с высокой стоимостью препаратов, необходимостью длительного непрерывного лечения и его различной доступностью. В связи с этим представляет интерес изучение эффективности других методов лечения.
Цель исследования. Определить эффективность различных техник хирургического лечения у пациентов с рецидивирующим полипозным риносинуситом с учетом предполагаемого эндотипа воспаления.
Материал и методы. В оториноларингологическом отделении Университетской клиники НОИ им. Н.А. Семашко ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России в период с 2023 по 2026 г. выполнено исследование с участием 90 человек, из них мужчин — 66 (73,3%), женщин — 24 (26,7 %), средний возраст составил 51,1 [42—61] года. У всех пациентов в анамнезе не менее двух эпизодов хирургического лечения по методике ФЭСХ. Эндотипирование проведено с учетом критериев Т2-эндотипа, установленных экспертной группой EPOS/EUFOREA 2023. Больные разделены на три группы: группа 1 — 32 человека с не Th2-эндотипом, которым выполнена ФЭСХ; группа 2 — 48 человек с Th2-эндотипом, которым выполнена ФЭСХ; группа 3 — 10 человек с Th2-эндотипом, которым выполнена операция Reboot. Оценку эффективности лечения проводили каждые 3 мес на основании опросника SNOT-22 с последующим определением параметра качества жизни; эндоскопического определения распространенности воспалительного процесса в полости носа по шкале Lund—Kennedy; данных компьютерной томографии околоносовых пазух по шкале Lund—Mackay до операции, через 6 мес и через 1 год после вмешательства. Техники хирургического лечения включали ФЭСХ и операцию Reboot (англ. «перезагрузка»), выполняемую с применением трансназального эндоскопического доступа, удалением назальных полипов вместе с патологически измененной слизистой оболочкой. Выбор техники основан на показаниях и противопоказаниях к каждому виду оперативного вмешательства. Статистическую обработку проводили с использованием пакета статистических программ. Различия считали статистически значимыми при p<0,05.
Результаты. Средний срок наблюдения пациентов составил 24±7 мес. В течение двух лет наблюдения рецидив зафиксирован у 21,9% пациентов группы 1, у 31,1% пациентов группы 2, у 54,3% пациентов группы 3 (p=0,00023 для групп 1 и 3). Средний срок возникновения рецидива у пациентов группы 1 составил 24,1±6,2 мес, у пациентов группы 3 — 19,3±3 мес, у пациентов группы 2 — 13,1±6,2 мес (p<0,005 для групп 1 и 3, 2 и 3).
Выводы. Частота рецидива и средний срок его возникновения различались в зависимости от эндотипа заболевания и хирургической тактики, достигая максимальных значений у пациентов с Th2-эндотипом после стандартной методики функциональной эндоскопической синус-хирургии (p<0,001). У пациентов с Т2-эндотипом рецидивирующего полипозного риносинусита выполнение операции Reboot сопровождалось статистически значимым снижением частоты рецидива и увеличением срока его возникновения по сравнению со стандартной методикой функциональной эндоскопической синус-хирургии. Полученные данные подтверждают необходимость учета эндотипа воспаления при выборе хирургической тактики у больных рецидивирующим полипозным риносинуситом и целесообразность применения более радикальных методов вмешательства и/или последующей таргетной терапии у пациентов с Th2-эндотипом заболевания.
***
Перфорация перегородки носа: клинические решения в повседневной оториноларингологической практике
А.А. Кандрашина, А.В. Масленникова
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: vucheticha9a@mail.ru
Введение. В последние годы, по данным разных источников, отмечается рост обращений по поводу перфорации перегородки носа (ППН) различной этиологии. Однако точная статистика практически недоступна. Отмечено, что ППН кодируют разными кодами по МКБ-10. Основными причинами формирования ППН являются травматические, ятрогенные, воспалительные, неопластические, аутоимунные и идиопатические. Первое место, к сожалению, занимает ятрогенный фактор.
Цель исследования. Проанализировать этиологию и результаты хирургической коррекции перфорации перегородки носа за период с 2020 по 2026 г.
Материал и методы. На базе оториноларингологического отделения Университетской клиники НОИ Клинической медицины им. Н.А. Семашко ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России в период с 2020 по 2026 г. нами обследованы и пролечены 87 пациентов с ППН. Основными жалобами при обращении были свист при носовом дыхании, сухость в носу, образование сухих корок и периодические носовые кровотечения. У 6 больных течение заболевания было бессимптомным. При проведении эндоскопического осмотра полости носа ППН чаще всего локализовывались в типичном месте в передних отделах перегородки носа. Размеры перфорации варьировали от 0,3 мм до 2,5 см. При сборе анамнеза отмечено, что у 46 больных ранее была операция по коррекции анатомии полости носа, у 8 пациентов — ортогнатическая операция на верхней челюсти, у 33 формирование патологии носило идиопатический характер. Всем пациентам проведено хирургическое лечение в объеме пластики ППН методом перемещенных лоскутов. В послеоперационном периоде применяли системную антибактериальную терапию, проводили медикаментозную профилактику послеоперационного тромбоза аутотрансплантата, местное введение лекарственных препаратов под септальные шины. До хирургического лечения проведена комплексная консервативная терапия для нормализации состояния слизистой оболочки полости носа. После завершения стационарного этапа лечения пациентам назначали препарат суперлимф с целью повышения ускорения регенерации и эпителизации раневой поверхности.
Результаты. В отдаленном послеоперационном периоде у 2 больных с гигантскими ППН отмечено сохранение перфорации до 1,5 см.
Выводы. В последние годы увеличилась распространенность перфорации перегородки носа, однако сбор точных статистических данных затруднен из-за различного кодирования данной патологии. У 46 (52,9%) из 87 пациентов Университетской клиники НОИ Клинической медицины им. Н.А. Семашко выявлена ятрогенная причина заболевания.
***
Современные биологические имплантационные материалы в реконструктивной хирургии протяженного ларинготрахеального рубцового стеноза
Е.А. Кирасирова1, 2, Н.В. Лафуткина1, О.К. Пиминиди1, Р.Ф. Мамедов1, В.А. Трусов2, О.В. Шульга2, Т.М. Суслова2
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Рубцовый стеноз гортани и трахеи с облитерацией просвета грубоволокнистой соединительной тканью представляет собой одну из наиболее сложных и актуальных проблем современной реконструктивной хирургии дыхательных путей. Сложность лечения данной патологии инициирует активный поиск эффективных способов пластического закрытия обширных ларинготрахеостом, в том числе с использованием биологических имплантатов.
Цель исследования. Повысить эффективность хирургического лечения пациентов с протяженным хроническим рубцовым стенозом гортани и шейного отдела трахеи с применением современных биологических материалов.
Материал и методы. В рамках исследования изучены структурно-функциональные характеристики, спектр хирургического применения и преимущества биологических имплантатов (деминерализованной костной ткани (ДКТ), твердой мозговой оболочки (ТМО), хряща). Проведен анализ частоты осложнений и эффективности лечения при реконструктивно-пластических вмешательствах на гортани и шейном отделе трахеи с использованием указанных материалов. В период с 2023 по 2025 г. в ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ проведено обследование и хирургическое лечение 78 пациентов с хроническим рубцовым стенозом гортани и шейного отдела трахеи (ХРСГТ). Всем пациентам выполнены реконструктивно-пластические вмешательства с использованием различных биологических имплантатов: ДКТ (n=19), ТМО (n=18), реберного аллохряща (n=21), а также комбинации реберного аллохряща с ДКТ (n=20). Сроки послеоперационного наблюдения составили от 1 года до 3 лет. Оценка результатов лечения осуществлялась на основании данных эндоскопического исследования (с фотофиксацией и видеофиксацией), а также мультиспиральной компьютерной томографии с трехмерной реконструкцией воздушного столба и опорных структур гортани и трахеи.
Результаты. Применение ДКТ при ларинготрахеопластике с целью восстановления опорной функции боковых отделов гортани и шейного отдела трахеи обеспечило высокую клиническую эффективность. Во всех случаях (n=19) отмечено полное приживление имплантата, отсутствие признаков отторжения, миграции материала, а также воспалительной реакции и болевого синдрома в послеоперационном периоде.
Применение ТМО для замещения дефекта мышечно-апоневротических структур и укрепления передней стенки трахеи у пациентов с трахеостомой позволило достичь полного закрытия дефекта. В подавляющем большинстве случаев (n=16) получены хорошие результаты, подтвержденные полной интеграцией материала и отсутствием осложнений. У двух пациентов в раннем послеоперационном периоде отмечено образование грануляций, которые были удалены механической эксцизией без последующего рецидивирования; исход расценен как удовлетворительный. При использовании реберного аллохряща для реконструкции боковых стенок гортани и трахеи (n=20) получены следующие результаты. У 18 пациентов достигнуты хорошие функциональные результаты, характеризующиеся полным приживлением трансплантатов и адекватным восстановлением их опорной функции. У 2 пациентов наблюдалась частичная резорбция биологических имплантатов, что в отдаленном периоде привело к несостоятельности реконструированных стенок гортани и трахеи. У пациентов (n=20), оперированных с применением комбинации реберного аллохряща и ДКТ, во всех случаях отмечено полное приживление аллоимплантатов и восстановление их опорной функции. Достигнуто значительное сокращение размеров ларинготрахеального дефекта (на две трети от исходного).
Выводы. Применение современных биологических имплантационных материалов на основе реберного хряща, деминерализованной костной ткани и твердой мозговой оболочки в реконструктивной хирургии гортани и трахеи при протяженном хроническом рубцовом стенозе гортани и шейного отдела трахеи является эффективным методом лечения. Указанный подход позволяет минимизировать количество оперативных вмешательств, сократить общую длительность лечения и значительно ускорить процессы социальной и трудовой адаптации пациентов.
***
Возможности малоинвазивной хирургии в лечении двустороннего паралича гортани
Е.А. Кирасирова1, 2, Р.Ф. Мамедов1, О.К. Пиминиди1, Н.В. Лафуткина1, Т.М. Суслова2, О.В. Шульга2
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Двусторонний паралич гортани (ДПГ) остается одной из актуальных проблем реконструктивной хирургии гортани. Ведущей причиной патологии является повреждение возвратных гортанных нервов при тиреоидэктомии. Необходим поиск способов лечения ДПГ, позволяющих надежно восстановить дыхание без утраты голосовой функции. Традиционные подходы не всегда отвечают этим требованиям. Внедрение малоинвазивных технологий открывает новые перспективы, позволяя минимизировать операционную травму и расширить функциональные возможности реконструктивных вмешательств на гортани.
Цель исследования. Повысить эффективность хирургического лечения больных двусторонним параличом гортани малоинвазивными способами с использованием лазерных технологий.
Материал и методы. В ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ в период 2024—2026 гг. проведено обследование и хирургическое лечение 37 пациентов с ДПГ различной этиологии. Все пациенты — женщины в возрасте от 32 до 76 лет. Длительность заболевания варьировала от 6 мес до 30 лет. На момент поступления трахеостома имелась у 2 (5,7%) пациентов. Первичное наложение трахеостомы перед операцией нами не выполнялось ни в одном случае. Пациентам группы 1 (n=30; 81,1%) выполнена эндоларингеальная ларингопластика в сочетании с латерофиксацией голосовой складки. Синим диодным лазером ARC TruBlue (длина волны 445 нм, мощность 4 Вт) в бесконтактном режиме проводилась вапоризация задней трети правой голосовой складки, включая часть голосовой и щиточерпаловидной мышц, при сохранении целостности черпаловидного хряща. Фиксация оперированной голосовой складки к щитовидному хрящу осуществлялась атравматичными рассасывающимися нитями 2.0 через мини-доступ на шее. Группу 2 составили 7 (18,9%) пациентов, которым выполнена подслизистая лазерная вапоризация задней трети правой голосовой складки из экстраларингеального доступа по разрабатываемой методике. Оценка результатов включала исследование гортани (эндоскопическое) и ее функций в послеоперационном периоде.
Результаты. Применение лазерной техники обеспечило высокую точность резекции, минимальную травматизацию окружающих тканей и надежный гемостаз у 100% пациентов. Длительность стационарного лечения у большинства (94,3%) пациентов составила 5—7 сут. В раннем послеоперационном периоде у всех (100%) пациентов отмечалось умеренное ухудшение качества голоса при отсутствии дисфагии и аспирации. При ларингоскопии у 33 (94,3%) пациентов выявлен умеренный отек тканей в зоне операции, который не вызывал критического сужения голосовой щели и регрессировал к 5—7-м суткам на фоне стандартной противовоспалительной терапии; у 2 (5,7%) пациентов группы экстраларингеального доступа отек был минимальным и купировался в течение 1-х суток. Дыхательная функция улучшилась у всех 37 (100%) пациентов, включая 2 (5,7%) пациентов с исходной трахеостомой, которые были деканулированы. Предварительные результаты экстраларингеального доступа (7 наблюдений, 14,3%) показали менее выраженный отек слизистой оболочки гортани и лучшее сохранение голосовой функции у 5 (71,4%) из 7 пациентов, однако для окончательных выводов необходимо накопление клинического материала.
Выводы. Применение эндоларингеальной лазерной ларингопластики в клинической практике обеспечивает восстановление дыхательной функции у 100% пациентов с двусторонним параличом гортани, позволяет избежать формирования трахеостомы и способствует сокращению сроков госпитализации и реабилитации в 94,3% случаев. Применение предлагаемой методики экстраларингеального доступа обусловило получение положительных результатов (у 80% пациентов отмечено лучшее сохранение голосовой функции) и должно быть предметом дальнейшего изучения.
***
Новые возможности лекарственной терапии в профилактике фиброзирования при рубцовом стенозе гортани и трахеи
Е.А. Кирасирова1, 2, О.В. Шульга2, Р.Ф. Мамедов1, Н.В. Лафуткина1, О.К. Пиминиди1, Т.М. Суслова2
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Хронический рубцовый стеноз гортани и трахеи (ХРСГТ) остается одной из наиболее сложных проблем реконструктивной хирургии дыхательных путей. Заболевание характеризуется частичной или полной обструкцией просвета вследствие избыточного фиброзирования, что приводит к хронической дыхательной недостаточности и существенному снижению качества жизни пациентов. Основными этиологическими факторами являются последствия продленной искусственной вентиляции легких (ИВЛ), трахеостомии, травмы и термические поражения. Несмотря на совершенствование хирургических техник, частота рестенозирования после реконструктивных вмешательств на гортани и трахее остается крайне высокой — от 29,5% до 93%, по данным литературы, ввиду особенностей патофизиологии рубцевания. Это обусловливает необходимость поиска эффективных методов адъювантной терапии, способных модулировать процессы заживления и предотвращать рецидивы стеноза. Перспективным направлением является комбинированное использование препаратов с разными механизмами действия: глюкокортикостероидов — для подавления местного воспаления и ферментных препаратов — для коррекции фиброзирования.
Цель исследования. Оценить эффективность комбинированного применения глюкокортикостероида (триамцинолон) и ферментного препарата (бовгиалуронидаза азоксимер) для профилактики рестенозирования и оптимизации послеоперационного заживления у пациентов с хроническим рубцовым стенозом гортани и трахеи.
Материал и методы. В период с 2023 по 2025 г. на базе ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ пролечены 80 пациентов с ХРСГТ в возрасте от 18 до 70 лет (средний возраст 48,6±14,2 года), длительность заболевания составила от 3 мес до 8 лет. Этиология стеноза: продленная ИВЛ и трахеостомия — 20 (70%), травма гортани и трахеи — 5 (17%), химическая и термоингаляционная травма — 4 (13%) больных. Всем пациентам выполнено этапное хирургическое лечение, включающее первичную ларинготрахеопластику с последующим пролонгированным стентированием Т-образной силиконовой трубкой. В раннем послеоперационном периоде все пациенты получали стандартную терапию: антибактериальную, системную глюкокортикостероидную, ингаляционную и анальгетическую. Для оценки эффективности адъювантной терапии пациенты разделены на две группы. Пациенты основной группы (n=40) получали адъювантную противофиброзную терапию по разработанной методике, защищенной патентом РФ на изобретение №RU 2847958 C1 от 15.10.2025. Схема включала: триамцинолон (суспензия 40 мг/мл), интраоперационное введение в область стеноза и в послеоперационном периоде курс из 5 инъекций с интервалом 14 дней; бовгиалуронидаза азоксимер (лонгидаза 3000 МЕ) начиная с 4—5-х суток после операции, внутримышечно или ректально курсом 5 инъекций, периодичность 1 раз в 3 дня, повторение курса через 14 дней. Пациенты контрольной группы (n=40) получали только стандартную послеоперационную терапию без специфической противофиброзной поддержки. Оценка результатов проведена по следующим критериям: сроки и характер заживления послеоперационной раны, эндоскопический контроль состояния просвета дыхательных путей через 1 мес, 3 мес, 6 мес и 12 мес, частота развития рестеноза, динамика качества жизни по валидизированному опроснику SF-36 до операции и через 12 мес.
Результаты. Применение адъювантной терапии у пациентов основной группы позволило достичь оптимизации раневого процесса по сравнению с контрольной группой. Продолжительность фазы экссудации у пациентов основной группы составила 4,2±1,1 дня, у пациентов контрольной группы — 7,8±1,8 дня. Болезненность в области операции купировалась к 5-м суткам у пациентов основной группы и к 9—10-м суткам у пациентов контрольной группы. Процесс эпителизации завершался к 9—12-м суткам у пациентов основной группы и к 16—18-м суткам у пациентов контрольной группы. Критически важным является влияние терапии на избыточный рост грануляционной ткани — основного предвестника рестеноза. У 3 (7,5%) пациентов основной группы отмечено активное образование грануляций, которое успешно купировано дополнительными инъекциями триамцинолона. Патологическое образование грануляций наблюдалось у 9 (22,5%) пациентов контрольной группы, при этом 5 (12,5%) из них потребовалось дополнительное хирургическое вмешательство. Эндоскопический мониторинг в течение 12 мес выявил клинически значимый рестеноз (сужение >50%) у 2 (5%) пациентов основной группы и у 7 (17,5%) пациентов контрольной группы. Полная деканюляция с закрытием трахеостомы на момент наблюдения достигнута у 12 (30%) пациентов основной группы и у 5 (12,5%) пациентов контрольной группы. Анализ результатов опросника SF-36 выявил значительное улучшение качества жизни через 12 мес: физическое функционирование у пациентов основной группы увеличилось с 45,2 балла до 82,5 балла (прирост 82%), у пациентов контрольной группы — с 45,5 балла до 61,2 балла (прирост 34%). Социальное функционирование у пациентов основной группы возросло с 48,8 балла до 85,4 балла, что свидетельствует о полноценной реинтеграции пациентов в социальную жизнь.
Выводы. Внедрение комбинированной адъювантной схемы с использованием триамцинолона и бовгиалуронидазы азоксимера обеспечило статистически значимое снижение риска рестенозирования и оптимизацию течения восстановительного периода у больных с хроническим рубцовым стенозом гортани и трахеи после реконструктивного хирургического лечения. Ускоренные сроки регенерации тканей, низкий уровень осложнений и положительная динамика качества жизни пациентов убедительно доказывают обоснованность применения данного лечебного подхода.
***
Аутоиммунные паранеопластические атаксии в практике оториноларинголога: сложности диагностики (клиническое наблюдение)
А.В. Клебан, И.П. Марьенко, М.П. Можейко
ГУ «Республиканский научно-практический центр неврологии и нейрохирургии» Минздрава Республики Беларусь, Минск, Республика Беларусь
Введение. Паранеопластические неврологические синдромы встречаются примерно у 1% пациентов с онкологическими заболеваниями, при этом паранеопластическая атаксия (ПА) развивается вследствие перекрестной иммунной реакции между антигенами опухоли и нейронами мозжечка. Наиболее часто ПА ассоциирована с раком молочной железы, яичников, мелкоклеточным раком легкого и лимфомой Ходжкина. Ведущими симптомами являются мозжечковая атаксия и центральное вестибулярное головокружение, что обусловливает необходимость дифференциальной диагностики с заболеваниями внутреннего уха и вестибулярного нерва. Своевременное распознавание ПА позволяет начать иммунотерапию и предотвратить необратимое повреждение нервной системы.
Цель исследования. Представить клинический случай паранеопластической атаксии у пациентки с лимфомой Ходжкина, отметить диагностические сложности и значение онконастороженности для врачей-оториноларингологов и неврологов.
Материал и методы. Представлено наблюдение пациентки 60 лет, направленной в РНПЦ неврологии и нейрохирургии с жалобами на шаткость при ходьбе, «дерганье» картинки перед глазами. В анамнезе — лимфома Ходжкина (рецидив 15 лет назад), флеботромбоз, артериальная гипертензия. Заболевание дебютировало за 2 года до госпитализации с приступа системного головокружения, расцененного как доброкачественное пароксизмальное позиционное головокружение (ДППГ). Во время госпитализации в стационар по месту жительства проводилась метаболическая терапия, репозиционные маневры не выполнялись. Пациентка начала передвигаться в инвалидном кресле из-за шаткости и страха падения. Спустя несколько месяцев проведена вестибулометрия, выявлен положительный тест Дикс—Холлпайка, проведен репозиционный маневр Эпли, рекомендована вестибулярная гимнастика. Пароксизмы регрессировали, однако сохранялась шаткость при ходьбе. Спустя год после респираторной вирусной инфекции усилилась шаткость при ходьбе, появилось «дерганье» картинки перед глазами. Проведено неврологическое обследование, выполнены магнитно-резонансная томография (МРТ) головного мозга, анализ цереброспинальной жидкости (ЦСЖ), исследование антинейрональных антител (Hu, Yo-1, CV2, PNMa2, Ri, AMPH), стабилометрия, оценка по шкале Берга.
Результаты. При МРТ головного мозга очаговая патология не выявлена. В ЦСЖ — умеренный лимфоцитарный плеоцитоз (10/3), белок 0,48 г/л. Результат исследования антинейрональных антител отрицательный. В неврологическом статусе: вертикальный нистагм, усиливающийся в положении лежа и при крайних отведениях глаз; пальценосовую пробу выполняет удовлетворительно, походка на широкой базе, шаткость в позе Ромберга. Клиническая картина в сочетании с онкоанамнезом позволила диагностировать паранеопластическую атаксию, ассоциированную с лимфомой Ходжкина. В связи с тромбозом глубоких вен и остеопорозом в анамнезе глюкокортикостероиды не назначали. Проведено два курса внутривенного иммуноглобулина (0,4 г на 1 кг массы тела в сутки в течение 5 дней), затем курс координаторных тренировок в среде виртуальной реальности. Отмечено улучшение: пациентка стала передвигаться самостоятельно без опоры, по шкале Берга — динамика с 36 до 47 баллов (p<0,05), по данным стабилометрии — уменьшение площади эллипса с 290 до 104 мм² (p<0,05).
Обсуждение. Представленный случай демонстрирует, что дебют паранеопластической атаксии может имитировать периферическую вестибулопатию (ДППГ). Ключевыми «красными флагами» для врача-оториноларинголога и невролога являются отсутствие эффекта от репозиционных маневров, появление вертикального нистагма, прогрессирующая мозжечковая атаксия, отсутствие изменений при МРТ головного мозга на ранних стадиях, наличие онкологического анамнеза. Отрицательный результат исследования антинейрональных антител не исключает диагноз ПА (особенно при лимфоме Ходжкина, когда антитела к DNER могут не входить в стандартные панели). Своевременная иммунотерапия и вестибулярная реабилитация могут значительно улучшить функциональный исход.
Заключение. У пациентов с хроническим или прогрессирующим головокружением, шаткостью, особенно при наличии вертикального нистагма и онкологического анамнеза, необходимо исключать паранеопластическую атаксию. Оториноларингологи играют важную роль в ранней диагностике, направляя таких пациентов на неврологическое и онкологическое обследование. Иммунотерапия (иммуноглобулин, глюкокортикостероиды) в сочетании с вестибулярной реабилитацией может замедлить прогрессирование заболевания и улучшить качество жизни.
***
Компьютерный анализ голоса в диагностике заболеваний гортани у профессиональных вокалистов и педагогических работников
Е.Е. Корень, Ю.Е. Степанова
ФГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт уха, горла, носа и речи» Минздрава России
e-mail: ekoren@yandex.ru
Введение. Диагностика и лечение заболеваний гортани являются не только важной оториноларингологической, но и социальной проблемой. Дисфонии сопровождаются нарушением голосообразования, затруднением речевого общения и полноценного выполнения профессиональных обязанностей. Акустический анализ голоса позволяет объективно оценить состояние голосовой функции, что особенно важно для установления правильного диагноза и оценки результатов лечения. В отечественной и зарубежной литературе представлены исследования голосовой функции у больных функциональными дисфониями, хроническим ларингитом, параличами и стенозами гортани. Однако сравнительный компьютерный анализ голоса при органических и функциональных дисфониях у лиц голосоречевых профессий не проводился.
Цель исследования. Оценить состояние голосовой функции у профессиональных вокалистов и педагогических работников с различными заболеваниями гортани.
Материал и методы. Акустическое исследование голосовой функции провели у 60 пациенток с дисфониями, которые обратились в фониатрическое отделение ФГБУ «СПБ НИИ ЛОР» Минздрава России, и у 22 здоровых женщин, составивших контрольную группу. Все пациентки были профессионалами голоса (солисты, артисты хора музыкальных театров, преподаватели) со стажем работы от 2 до 17 лет. Средний возраст больных составил 34,8±1,4 года, лиц контрольной группы — 32,4±3,1 года. Пациенток разделили на три группы: 1-я группа — 30 человек с функциональной дисфонией по гипотонусному типу, 2-я группа — 22 человека с мягкими узелками голосовых складок, 3-я группа — 8 человек с полипами голосовых складок. Обследованные больные предъявляли жалобы на периодическую или постоянную дисфонию, повышенную утомляемость голоса и дискомфорт в области гортани и глотки при голосовых нагрузках. Заболевания гортани диагностировали методом видеоэндостробоскопии, также использовали компьютерный анализ голоса. Для акустического анализа голоса применили компьютеризированную речевую лабораторию CSL 4150B, программа MDVP (Multi-Dimensional Voice Program, KAY Elemetrics Corporation, США). Исследование проводили по общепринятой методике. Пациент максимально долго произносил гласный звук «и». Состояние голосовой функции оценивали по времени максимальной фонации (ВМФ) и показателям, характеризующим нестабильность голоса по частоте (Jitter, %) и амплитуде (Shimmer, %), соотношению шумовых и гармонических компонентов в спектре гласного звука (SPI), а также уровню высокочастотного шума (VTI). Для создания базы данных использовали программу Microsoft Excel. Статистическую обработку данных выполнили с использованием пакета R (версия 3.5.3).
Результаты. У всех больных ВМФ было меньше контрольных значений. Однако статистически значимое снижение ВМФ выявлено только у пациенток 3-й группы (p<0,05) и составило 6,7±1,8 с (у лиц контрольной группы — 17,1±3,9 с). При изучении акустических показателей Jitter был выше у всех пациенток: 1-й группы — 3,0±0,68, 2-й — 2,84±0,79, 3-й —2,89±0,58, у лиц контрольной группы — 0,77±0,22 (p<0,05). Shimmer также имел статистически значимые различия во всех группах: у пациентов 1-й группы — 7,79±0,61, 2-й группы — 6,58±0,89, 3-й группы — 8,82±1,39, у лиц контрольной группы — 3,23±0,43 (p<0,05). Показатель SPI у профессиональных вокалистов и педагогических работников оказался следующим: у пациенток 1-й группы — 32,41±3,74, 2-й группы — 20,2±4,27, 3-й группы — 42,18±8,02 и был выше контрольных значений — 6,14±1,12 (p<0,05). Показатель VTI имел статистически значимые различия только у больных с полипами голосовых складок: 0,03±0,01 по сравнению с 0,06±0,01 у лиц контрольной группы (p<0,05).
Выводы. Статистически значимые различия показателей нестабильности частоты и амплитуды основного тона, коэффициента SPI выявлены у всех пациенток с дисфониями. Больные с полипами голосовых складок испытывали наибольшие трудности во время фонации, что проявлялось статистически значимым снижением времени максимальной фонации, преобладанием шумового компонента в произносимом гласном звуке и, как следствие, самым высоким значением VTI. Таким образом, компьютерный анализ голоса может быть использован для диагностики и оценки эффективности проводимых лечебных и профилактических мероприятий у профессиональных певцов и педагогических работников.
***
Пульсирующий ушной шум: междисциплинарные аспекты диагностики и лечения
А.Н. Крамаренко, И.П. Марьенко, В.А. Журавлев, С.В. Капацевич, Е.В. Кисурин, Е.В. Брант, М.В. Золотухина, Т.В. Корбут
ГУ «Республиканский научно-практический центр неврологии и нейрохирургии» Минздрава Республики Беларусь, Минск, Республика Беларусь
Введение. Пульсирующий ушной шум является нечастым поводом обращения к специалистам различного профиля. Выделяют объективно выслушиваемый и субъективный ушной шум. Для объективно выслушиваемого шума характерна слышимость его не только для самого пациента, но и для обследующего его врача. По этиологии объективно выслушиваемый шум может быть мышечный, обусловленный миоклонусом мышц мягкого нёба или внутриушных мышц (m. tensor tympani и m. stapedius). Сосудистый шум может быть обусловлен артериовенозными аневризмами, артериосинусными соустьями, параганглиомой среднего уха. В структуре клинической картины идиопатической внутричерепной гипертензии может наблюдаться субъективный пульсирующий шум в ушах, синхронный с пульсом пациента. Своевременное установление характера и причин ушного шума имеет большое значение для выбора тактики лечения.
Цель исследования. Представить клинический случай объективно выслушиваемого пульсирующего ушного шума.
Клинический случай. Пациентка, 31 год, с жалобами на постоянный пульсирующий шум в правом ухе, синхронный с пульсом. Заболела остро в июне 2025 г., когда на фоне обострения хронического гайморита проводила интенсивное высмаркивание для опорожнения пазух от слизи и гноя, на фоне чего и отметила появление пульсирующего шума, интенсивность которого за 6 мес не менялась. В раннем периоде появления шума патология со стороны органа слуха и при магнитно-резонансной томографии (МРТ) головного мозга не выявлена.
Результаты. В объективном статусе обращает на себя внимание индекс массы тела 29 кг/м2, артериальной гипертензии нет. Неврологический статус — без очаговых неврологических знаков, координаторные пробы выполняет четко, походка не нарушена. При прикладывании фонендоскопа к правой ушной раковине определяется пульсирующий шум, совпадающий с частотой пульса, что подтверждает его объективный характер. Вестибулометрия с провокационными тестами: спонтанного нистагма нет, провокационный нистагм при пробе Вальсальвы, направленный вправо. При люмбальной пункции выявлено повышение уровня давления ликвора при вытекании: 380 мм вод.ст. (норма 100—200 мм вод.ст.), состав без патологии. На глазном дне обнаружен двусторонний начальный отек дисков зрительных нервов без снижения зрительных функций. Острота зрения OD/OS=1,0/1,0. При эхоскопии орбит: расширение периневральных пространств зрительного нерва: OD до 6 мм, OS до 5,7 мм. Компьютерная томографическая ангиография: истончение сосцевидного отростка правой височной кости протяженностью до 10 мм, костный дефект до 4 мм. Картина может соответствовать дивертикулу правого сигмовидного синуса (рис. 1). Результаты МРТ головного мозга с контрастным усилением: объемный процесс не выявлен, признаки сужения правого сигмовидного синуса (рис. 2), идиопатической внутричерепной гипертензии (рис. 3). Ангиография подтвердила стеноз правого сигмовидного синуса, а также зарегистрирован градиент венозного давления между поперечным и сигмовидным синусом 6—13 мм. Пациентке предложено плановое эндоваскулярное вмешательство.

Рис. 1. Результаты компьютерной томографии: картина изменений в области правого сигмовидного синуса и сосцевидного отростка правой височной кости (дивертикул правого сигмовидного синуса).

Рис. 2. Результаты магнитно-резонансной томографии-венографии: стеноз и дивертикул правого сигмовидного синуса.

Рис. 3. Результаты магнитно-резонансной томографии: признаки расширения периневральных пространств зрительных нервов.
Выводы. Представленный клинический случай демонстрирует междисциплинарность проблемы пульсирующего ушного шума, важность всестороннего дообследования пациентов с целью исключения внутричерепной гипертензии и патологии венозных синусов мозга, что определяет выбор лечебной тактики.
***
Новый подход к стадированию, хирургической тактике и прогнозированию исходов при холестеатоме среднего уха
А.И. Крюков1, 2, Е.В. Гаров1, 2, Е.Е. Гарова1, Н.Г. Сидорина1, А.Д. Крохмаль1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Для улучшения подхода к диагностике и лечению холестеатомы среднего уха (ХСУ) к настоящему времени предложено большое количество классификаций. Классификация ХСУ, принятая в нашей стране, носит сугубо статистический характер, а современные зарубежные международные системы (Международная статистическая классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем, десятого пересмотра — МКБ-10) решают узкие задачи и созданы преимущественно для стандартизации отчетности и сравнения результатов лечения в отохирургическом сообществе. Одни оценивают распространенность холестеатомного процесса, другие — агрессивность и осложнения, третьи детализируют хирургию. Все эти классификации ХСУ применимы в основном для ретро- или проспективных исследований, являясь в большей степени «описательными», и не влияют на выбор тактики лечения. Из-за отсутствия единых алгоритмов в отохирургии сохраняется проблема неоправданного радикализма или неполной санации, которые ведут к рецидиву ХСУ и ухудшению качества жизни.
Цель исследования. Создать современную российскую классификацию ХСУ для нового подхода к стадированию, хирургической тактике и прогнозированию ее исходов.
Материал и методы. Создание классификации ХСУ реализовывалось в несколько последовательных этапов. Мы анализировали данные компьютерной томографии (КТ) височных костей пациента до операции, оценивали интраоперационную картину и далее при использовании классификации осуществляли выбор хирургической тактики лечения, определяли риск рецидива холестеатомы и прогнозировали функциональный результат операции.
Результаты. Нами создана классификация ХСУ, которая позволяет следующее. Надооперационном этапе с учетом типа сосцевидного отростка и состояния антрума на основании данных КТ височных костей планируются хирургический подход и доступ. Интраоперационно отохирург фиксирует распространенность холестеатомного процесса, в зависимости от чего определяется стадия процесса (0—IV) с учетом наличия осложнений. Затем определяются показания к проведению открытых или закрытых вариантов санирующего вмешательства, применению эндоскопа, реконструкции задней стенки наружного слухового прохода, облитерации аттикоантральной области, оссикулопластике, выбору протеза и типу тимпанопластики. Прогнозирование исходов, а именно риск рецидива ХСУ и слухоулучшающий результат, формируется на основе суммы баллов, полученной при оценке предыдущих этапов.
Выводы. Представленная российская классификация холестеатомы среднего уха объединяет диагностические, тактические и прогностические компоненты. За счет сопоставления предоперационных данных с интраоперационными находками новая система позволяет оценить распространенность холестеатомного процесса, определить стадию и тяжесть заболевания, выбрать хирургическую тактику и обосновать прогноз.
***
Анализ заболеваемости отосклерозом в России и Москве
А.И. Крюков1, 2, Е.В. Гаров1, 2, Е.Е. Загорская1, Л.А. Мосейкина1, М.М. Раджабова1, М.Г. Тимофеева1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. В современной литературе наблюдаются разночтения в отношении эпидемиологии отосклероза (ОС). За последние 30 лет в мире отмечено увеличение среднего возраста пациентов и уменьшение количества случаев ОС, тогда как в Москве наблюдается рост случаев ОС в структуре заболеваний и его хирургического лечения среди патологии уха и сосцевидного отростка, что связано с улучшением диагностики заболевания.
Цель исследования. Выполнить анализ заболеваемости и распространенности отосклероза в России и Москве.
Материал и методы. Проведен анализ эпидемиологии ОС по данным Департамента мониторинга, анализа и стратегического развития здравоохранения Министерства здравоохранения Российской Федерации, Департамента анализа и стратегического развития здравоохранения ФГБУ «Центральный научно-исследовательский институт организации и информатизации здравоохранения» Минздрава России (ЦНИИОИЗ), Федеральной службы государственной статистики (Росстат) и статистических отчетов оториноларингологических стационаров Москвы за период с 2012 по 2023 г.
Результаты. Анализ первичной и общей заболеваемости ОС в России за периоды 2012—2016 гг. и 2019—2023 гг. показал уменьшение средних показателей по классу заболевания (первичной — с 3796,8 до 2894 человек, или с 0,0262 до 0,0196 случая на 1000 населения; общей — с 16 158,2 до 14 618 человек, или с 0,11 до 0,1 случая на 1000 населения). Подобная динамика уменьшения средних показателей заболеваемости ОС отмечается и в Москве (первичной — с 134,8 до 84,7 человека, или с 0,011 до 0,0065 случая на 1000 населения; общей — с 1006,8 до 918,5 человека, или с 0,083 до 0,0715 случая на 1000 населения). При этом использование в последние годы в диагностике заболевания компьютерной томографии (КТ) височных костей улучшило объективное выявление очагов ОС при разных формах тугоухости, в том числе и при ее отсутствии, что должно было отразиться в противоположной динамике. На это указывает постоянное увеличение диагностических (КТ височных костей) и хирургических вмешательств по поводу тугоухости при ОС в Москве, которые выполняются в том числе пациентам из разных регионов России.
Выводы. Согласно аналитическим отчетам, наблюдается снижение заболеваемости отосклерозом в России и Москве. В то же время отмечается увеличение количества случаев стапедопластики у больных с тугоухостью и отосклерозом в Москве вследствие централизации оказания данного вида помощи.
***
Анализ хирургической помощи у больных после минно-взрывной травмы височной кости
А.И. Крюков1, 2, Е.В. Гаров1, 2, Л.А. Мосейкина1, В.Э. Киселюс1, К.С. Бавин1, Е.Г. Лапенко1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Травмы уха наблюдаются в 70—75% случаев всех минно-взрывных травм (МВТ). Акубаротравма почти всегда приводит к нарушениям функции центрального отдела слухового анализатора. Объем повреждений структур пирамиды височной кости (ВК) на фоне МВТ определяется несколькими механизмами: первичными (баротравматическими), приводящими к разрыву барабанной перепонки (БП), повреждению овального и круглого окон, гидродинамической травме улитки; вторичными (при оскольчатых ранениях) с повреждением костных стенок пирамиды ВК; третичными, приводящими к повреждениям головного мозга, парезу лицевого нерва (ЛН), вестибулярным нарушениям; четвертичными — при наличии сопутствующих термических или токсических воздействий на организм. Возможно повреждение всех отделов слухового анализатора — от наружного уха до центральных структур. Перфорация БП образуется в 80—97% с тугоухостью различного характера у 30—100% пострадавших. При проникающих оскольчатых ранениях (у 15—40%) повреждения ЛН имеются в 22% случаев на фоне перелома пирамиды ВК, компрессии нерва на фоне отека, а также формирования в отдаленном периоде рубцово-спаечного процесса. Отсроченное развитие холестеатомы наблюдается в 5—25% случаев. Переломы пирамиды ВК приводят к посттравматической отоликворее, повреждениям ЛН и высокой степени тугоухости. Парез ЛН может возникать вследствие как поперечного перелома ВК, так и ишемии при продольном переломе пирамиды. Отдаленные последствия тяжелых травм уха, такие как рубцевание, формирование стеноза наружного слухового прохода (НСП) в 10—15% случаев и образование вторичной холестеатомы в 20% случаев, развиваются через 2—6 мес. При оказании помощи пациентам в остром периоде тяжелых МВТ проблемы повреждений уха не являются первичными и оценка слуховых нарушений проводится при нормализации общего состояния. До 74% посттравматических перфораций БП закрываются самостоятельно, но наблюдение за пациентами следует осуществлять в течение 12—24 мес из-за возможного формирования холестеатомы барабанной полости.
Цель исследования. Оптимизировать хирургическую помощь пациентам с поражением структур ВК после МВТ путем определения объема, сроков хирургического вмешательства и этапов реабилитации.
Материал и методы. Сотрудники ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ оказывают помощь пациентам с повреждением структур ВК после МВТ в профильных госпиталях Москвы. За период 2023—2025 гг. обследованы и пролечены 365 пациентов с поражениями уха разной степени тяжести, из них 136 включены в исследование.
Результаты. В 96% случаев всех хирургических вмешательств выполнены различные типы тимпанопластики у пациентов со стойкой перфорацией БП, причем тимпанопластика I типа была превалирующим хирургическим вмешательством. Однако изменения слизистой оболочки барабанной полости, наличие инородных тел и холестеатомы барабанной полости являлись отягощающим моментом в 32%. Обширные повреждения ВК в 4% случаев и отсроченное хирургическое лечение привели к формированию рубцовых атрезий НСП и образованию холестеатомы, что стало показанием к более объемному хирургическому вмешательству. Посттравматические нейропатии ЛН наблюдались в 1% случаев и были обусловлены интратемпоральным сдавлением нерва костными фрагментами. Этап послеоперационной реабилитации включал длительный период наблюдения до полного заживления, формирования стойкого просвета НСП и улучшения слуховой функции.
Выводы. Реабилитация пациентов зависит прежде всего от тяжести минно-взрывной травмы и сопутствующих органных повреждений. В раннем посттравматическом периоде рекомендовано проводить медикаментозную терапию и вестибулярную реабилитацию. При интратемпоральном повреждении лицевого нерва показано раннее хирургическое вмешательство, которое не всегда выполнимо в связи с тяжелым состоянием пациента. Функциональные и санирующие хирургические вмешательства, такие как тимпанопластика и оссикулопластика, антромастоидотомия, каналопластика, проводят при стабилизации состояния пациента через 1—3 мес. В отдаленном периоде выполняют аппаратное слухопротезирование или кохлеарную имплантацию при частичной или полной потере слуховой функции на оба уха. Прогноз хирургической реабилитации пациентов с минно-взрывной травмой уха неоднозначен. Нарушение звуковосприятия остается у 85% пациентов после проведения тимпанопластики. Высокая степень поражения слуховой и вестибулярной функции с инвалидизацией пациентов наблюдается при сочетанной травме.
***
Опыт применения препарата поливалентный пиобактериофаг Секстафаг при лечении хронического туботимпанального гнойного среднего отита у взрослых
А.И. Крюков1, 2, А.В. Гуров2, Г.Б. Шадрин1, Е.Г. Лапенко1, М.С. Летуновская1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского Департамента здравоохранения города Москвы», Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Хронический гнойный средний отит (ХГСО) характеризуется персистирующим воспалением слизистой оболочки полостей среднего уха, приводящим к перфорации или ретракции барабанной перепонки разного размера и локализации. Патология остается высокозначимой из-за длительного течения, частых обострений, снижения слуха и угрозы осложнений. Терапия ХГСО осложняется антибиотикорезистентностью ключевых патогенов (Staphylococcus aureus, Pseudomonas aeruginosa и др.), что подчеркивает необходимость поиска альтернатив или дополнения к антибиотикам. Такой альтернативой являются препараты бактериофагов.
Цель исследования. Оценить клиническую, микробиологическую эффективность и безопасность секстафага (пиобактериофаг поливалентный) в монотерапии и в комбинации с ципрофлоксацином 0,3% (ципромед) при обострении туботимпанального ХГСО у взрослых.
Материал и методы. В период с января 2025 г. по февраль 2026 г. на базе ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ пролечены 60 пациентов (27 женщин, 33 мужчины) в возрасте 18—70 лет (средний возраст 49,4 года) с туботимпанальной формой ХГСО в стадии обострения. У всех больных отмечали наличие ≥2 клинических симптомов: это оторея, снижение слуха, головная боль различной локализации. При эндо- и отоскопии оценивали наличие и характеристики перфорации барабанной перепонки, патологическое отделяемое в наружном слуховом проходе, отек слизистой оболочки барабанной полости. Пациенты получали лечение амбулаторно. Все больные разделены на три группы (по 20 человек) в зависимости от назначенной схемы лечения. Пациентам 1-й группы применяли препарат секстафаг (пиобактериофаг поливалентный), раствор для местного и наружного применения по 2 мл 3 раза в день. Пациенты 2-й группы получали ципрофлоксацин 0,3% (ципромед) по 5 капель 3 раза в день. Пациенты 3-й группы получали комбинацию ципрофлоксацина 0,3% (ципромед) (по 5 капель 3 раза в день) и секстафага (по 2 мл 3 раза в день). Введение препаратов осуществляли, используя методику транстимпанального нагнетания, в течение 10 дней. Выполняли сбор анамнеза у всех пациентов, проводили физикальное обследование с оценкой витальных показателей (артериального давления, частоты сердечных сокращений, частоты дыхания, температуры тела), оториноларингологический осмотр, отомикроскопию в 1-е, на 5-е и 10-е сутки. По показаниям проводили тональную пороговую аудиометрию и рентгенографию височных костей. Перед транстимпанальным нагнетанием выполняли пробу Вальсальвы. Во время 1-го и 10-го визитов проводили бактериологическое исследование отделяемого из полости среднего уха на аэробные и факультативно-анаэробные микроорганизмы с определением чувствительности к антибактериальным препаратам и бактериофагам.
Результаты. При микробиологическом исследовании отделяемого из среднего уха выделены следующие микроорганизмы: Pseudomonas aeruginosa — у 26,6% пациентов, Staphylococcus aureus — у 26,6%, Streptococcus pneumoniae — у 13,3%, грибковая микробиота (Candida spp./Aspergillus spp.) — у 11,6%, прочие бактерии (Acinetobacter pittii, Staphylococcus epidermidis, Corynebacterium accolens) — у 8,3%. Распределение основных возбудителей в группах статистически значимо не различалось (p>0,05). На фоне проводимой терапии отмечали уменьшение количества патологического отделяемого из больного уха. Так, к 5-м суткам лечения уменьшение отореи зафиксировано у 10 (50%) пациентов 1-й группы, у 13 (65%) — 2-й группы и у 12 (60%) — 3-й группы. К 10-му дню лечения прекращение отореи отмечено у 17 (85%) пациентов 1-й группы, у 18 (90%) — 2-й группы и у 19 (95%) — 3-й группы. Микробиологическая эффективность (по результатам повторного бактериологического исследования) подтверждена у 44 из 60 больных. В ходе лечения не зарегистрированы нежелательные явления или побочные реакции, связанные с применением исследуемого препарата.
Выводы. Применение препарата секстафаг (пиобактериофаг поливалентный) у взрослых с хроническим гнойным средним отитом в стадии обострения сопровождается выраженным клиническим улучшением и подтвержденной микробиологической эффективностью: к 10-му дню прекращение отореи достигнуто у 90% пациентов. Секстафаг характеризуется высоким профилем безопасности и хорошей переносимостью. Клиническая эффективность фаготерапии сопоставима с терапией ципрофлоксацином (ципромед): прекращение отореи к 10-му дню отмечено у 85% больных 1-й группы и у 90% больных 2-й группы. Применение комбинированной терапии (секстафаг+ципрофлоксацин) обеспечило наивысшую клиническую эффективность — прекращение отореи у 95% пациентов, что может свидетельствовать об аддитивном эффекте данного сочетания.
***
Эффективность местного применения такролимуса 1% при гиперкератозе кожи наружного слухового прохода
А.И. Крюков1, 2, А.С. Дворников2, Г.Б. Шадрин1, Ю.Д. Мунзалевская1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Гиперкератоз кожи наружного слухового прохода (НСП) представляет собой хроническое заболевание, характеризующееся избыточным ороговением эпидермиса и нарушением физиологической миграции эпителиальных масс. Заболевание нередко маскируется под серную пробку или хронический наружный отит, что затрудняет своевременную диагностику и выбор оптимальной тактики лечения. Избыточное скопление ороговевших масс приводит к снижению слуха, хроническому воспалению и повышает риск формирования фиброзной атрезии НСП. В связи с этим актуальным является поиск эффективных методов патогенетической терапии.
Цель исследования. Оценить клинические особенности течения гиперкератоза кожи НСП и эффективность различных схем местной терапии, включая применение такролимуса 1%.
Материал и методы. В исследование вошли 36 пациентов в возрасте от 20 до 80 лет с хроническим наружным отитом, осложненным гиперкератозом кожи НСП. Обследование и лечение проводились на базе ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ с сентября 2022 г. по декабрь 2025 г. У 9 пациентов выявлено одностороннее поражение, а у 27 пациентов — двустороннее поражение (всего 63 уха). Пациенты проходили стандартный оториноларингологический осмотр, микробиологическое исследование отделяемого и тональную пороговую аудиометрию до начала лечения и через 6 мес после терапии. Комплексное лечение включало механическое удаление гиперкератотических масс и применение топической терапии. Пациенты разделены на две группы. Лечение пациентов 1-й группы (20 пациентов, 40 ушей) начиналось с топического применения кератолитического средства — 5% раствора мочевины, который закапывали в ухо 3 раза в день в течение 21 дня. Однако положительного эффекта не было ни у одного пациента. Затем применяли 2% салициловую мазь с кератолитическим и противовоспалительным действием. Из-за отсутствия выраженного эффекта выбран комбинированный витаминный крем с жирорастворимыми витаминами A, E и D. Терапия продолжалась 2 мес, но эффекта также не было. После этого пациенты получали мометазона фуроат 0,1% — местное применение на кожу НСП 2 раза в день в течение 60 дней, что дало минимальный эффект. В конце лечения всем пациентам назначен крем такролимус 1%, который применяли 2 раза в сутки в течение 2 мес. Для лечения пациентов 2-й группы (16 пациентов, 23 уха) применяли такролимус 1%. Пациенты находились под наблюдением в течение 12 мес.
Результаты. Основные жалобы пациентов включали: снижение слуха (100% случаев), ощущение заложенности уха (100% случаев), зуд (83,3% случаев), аутофонию (83,3% случаев) и шелушение кожи НСП (80,6% случаев). Аудиометрически степень снижения слуха коррелировала с обструкцией НСП и достигала 20—30 дБ при полной обструкции. Механическое удаление гиперкератотических масс восстанавливало проходимость НСП и улучшало слуховую функцию. Однако применение только кератолитических средств или витаминных препаратов не давало выраженного клинического эффекта. Наиболее выраженный положительный эффект наблюдался при использовании такролимуса 1%. У 94% пациентов уменьшились плотность и объем кератиновых слепков, снизилась выраженность воспалительных изменений и облегчилось их удаление. Через 6 мес у 79% пациентов отмечалось стойкое улучшение состояния кожи НСП и восстановление слуховой функции.
Выводы. Комплексное лечение гиперкератоза наружного слухового прохода должно включать механическое удаление гиперкератотических масс и последующую местную терапию. Применение такролимуса 1% снижает воспаление, нормализует процессы кератинизации и уменьшает частоту рецидивов заболевания, что делает его перспективным средством местной терапии гиперкератоза.
***
Эффективность применения искусственной нейросети для установки диагноза в амбулаторной практике врача-оториноларинголога
А.И. Крюков1, 2, П.А. Сударев1, В.Э. Киселюс1, Д.И. Курбанова1, Е.Н. Красильникова1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Все чаще банки и системы хранения оцифрованных изображений, полученных при диагностических исследованиях нормы и патологии человека, становятся источниками данных для разработки искусственных нейросетей (ИНС). Обученные ИНС активно применяются для помощи врачу в установлении диагноза и принятии дальнейшего врачебного решения.
Цель исследования. Оценить эффективность применения программного обеспечения с использованием технологии искусственного интеллекта для анализа изображений в оториноларингологической клинической практике медицинских организаций.
Материал и методы. Пилотный проект был выполнен в 2025 г. в амбулаторном звене, состоящем из трех лечебно-профилактических организаций Москвы. Применяемое разработанное нами ранее программное обеспечение осуществляло анализ и распознавание цифровых эндоскопических фотоизображений уха и гортани с помощью технологий искусственного интеллекта. Далее проводилось представление информации о вероятном предварительном диагнозе. Изображения получены во время амбулаторного обследования пациентов, обратившихся за помощью к врачу-оториноларингологу в плановом порядке и заполнивших индивидуальное информированное добровольное согласие на применение ИНС для их диагностики. В исследование включен 3451 пациент. Цифровые изображения уха получены в 2208 случаях, гортани — в 1243 случаях. Оценка критериев эффективности проводилась для следующих нозологических форм в отношении состояния уха: Z00.0, H65.0, H60.8/H60.9, H61.2, H66.1, H66.2; гортани: Z00.0, D14.1/D38.0/J38.1/J38.2/J38.3 (по Международной статистической классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем, десятого пересмотра — МКБ-10). Нозологические формы объединены в общие классы: норма, серная пробка, острый наружный отит, острый средний отит, хронический туботимпанальный гнойный средний отит, хронический эпитимпано-антральный гнойный средний отит, новообразования гортани. Присвоение нозологического класса проводилось трехкратно в каждом случае: врачом на приеме, ИНС и врачом-экспертом. Расчет диагностической ошибки проведен относительно мнения эксперта.
Результаты. Величина диагностической ошибки при заболеваниях уха колебалась в диапазоне 1,22—13,51% для врача и 1,45—8,56% для ИНС; при новообразованиях гортани она составила 2,94% для врача и 8,82% для ИНС. Общее количество изображений, классифицированных ИНС как «неудовлетворительные», составило 1,28%.
Выводы. Разработанная система успешно интегрирована в рабочий процесс амбулаторного приема врача-оториноларинголога и позволила не только получить пул изображений исследуемых органов, но и осуществить полноценный контроль результатов диагностики со стороны экспертов. Величина диагностической ошибки при оценке изображений с помощью искусственных нейросетей не превышала 9%, что является высоким показателем эффективности, и может быть скорректирована за счет масштабирования проекта и дообучения программы на большем объеме выборки.
***
Искусственный интеллект в первичной диагностике патологии уха и гортани: результаты разработки и клинической апробации нейросети
А.И. Крюков1, 2, П.А. Сударев1, Д.И. Курбанова1, С.Г. Романенко1, Е.В. Лесогорова1, Е.Н. Красильникова1, В.А. Землянов1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Цель исследования. Разработать и обучить искусственную нейронную сеть на основе алгоритмов компьютерного зрения для автоматического распознавания нормальных и патологических состояний гортани, наружного и среднего уха по эндоскопическим изображениям, провести ее клиническую апробацию и оценить ее диагностическую эффективность в условиях реальной амбулаторной практики.
Материал и методы. Исследование проведено на базе ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ. С использованием эндоскопического оборудования (KARL STORZ SE & Co. KG, Германия) сформирован фотобанк высокоточных эндоскопических изображений, охватывающих норму и наиболее распространенные заболевания гортани, наружного и среднего уха: датасет уха — 8975 изображений (3439 — норма, 5352 — патология); датасет гортани — 4173 изображения (1196 — норма, 2777 — патология). Разметка выполнена методом экспертного консилиума с участием врачей-оториноларингологов со стажем работы более 15 лет. На платформе PyTorch реализована модель VGG16 с интеграцией модуля внимания CBAM (Convolutional Block Attention Module). Для сравнительного анализа обучена модель MobileNetV3 Large. Обучение проведено в течение 300 эпох с использованием оптимизатора SGD с momentum, методов регуляризации (L2-регуляризация, Dropout, Batch Normalization, Early Stopping). Распределение данных: 80% — обучение, 10% — валидация, 10% — тестирование. Проведено проспективное клиническое тестирование системы в условиях реальной амбулаторной практики. Общее количество обследований составило 5687 (3451 пациент). Система функционировала в режиме поддержки врачебных решений с трехуровневой шкалой confidence scoring и визуализацией зон интереса методом Grad-CAM.
Результаты. Продемонстрирована высокая точность модели VGG16+CBAM при распознавании состояний различных классов — в диапазоне 92—98%. Общая точность для патологии уха составила 91,3%, чувствительность — 88,7%, специфичность — 97,6%, F1-Score — 0,911, ROC AUC — 0,972. Для патологии гортани: общая точность — 90,1%, чувствительность — 87,9%, специфичность — 97,1%, F1-Score — 0,898, ROC AUC — 0,966. Прирост точности по сравнению с базовыми моделями без механизма внимания составил +3,8% для уха и +7,7% для гортани. При клиническом апробировании система выявляла 98% случаев патологии уха и 96% случаев патологии гортани при бинарной классификации «норма/патология». В режиме контроля качества при обследовании пациентов с патологией уха система выявила существенные расхождения с диагнозом врача в 73 (3,3%) случаях, из которых в 51 (69,9%) случае экспертным консилиумом была подтверждена действительная ошибка врача — правильный диагноз установлен благодаря вмешательству системы. При анализе патологии гортани расхождения выявлены в 28 (2,3%) случаях, из которых в 19 (67,8%) случаях подтверждена ошибка врача. Клинические показатели эффективности системы: чувствительность — 87,3%, специфичность — 94,1%, положительная предсказательная ценность — 81,6%, отрицательная предсказательная ценность — 96,8%. Согласованность между врачом и системой (Cohen’s κ=0,71) превысила согласованность между независимыми врачами (κ=0,62), а согласованность системы с экспертным консилиумом достигла уровня κ=0,78.
Обсуждение. Полученные результаты подтверждают высокий потенциал нейросетевых технологий в диагностике оториноларингологической патологии. Интеграция модуля внимания CBAM обеспечила значимый прирост точности, особенно при патологии гортани, что обусловлено способностью модуля выделять клинически значимые области на эндоскопических изображениях. Проспективное клиническое тестирование на большой выборке пациентов показало, что система на основе технологии искусственного интеллекта способна не только дублировать, но и дополнять диагностическую работу врача, выявляя ошибки в реальном времени.
Особого внимания заслуживает функция контроля качества: в 67,8—69,9% случаев расхождений с диагнозом врача система оказалась права, что подтверждено независимым экспертным консилиумом. Высокий показатель согласованности системы с экспертным консилиумом (κ=0,78) свидетельствует о надежности разработанной технологии и обосновывает перспективность ее интеграции в клиническую практику как инструмента системы поддержки принятия врачебных решений.
Выводы. Разработанная нейросетевая система на основе архитектуры VGG16 с модулем внимания CBAM обеспечивает высокую точность автоматического распознавания патологии уха и гортани по эндоскопическим изображениям. Проспективное клиническое апробирование (3451 пациент) подтвердило диагностическую эффективность системы на уровне квалифицированного врача-специалиста и ее способность повышать качество диагностики посредством выявления врачебных ошибок в реальном времени. Разработанная технология может быть рекомендована к внедрению в практическое здравоохранение как инструмент поддержки принятия врачебных решений и контроля качества медицинской помощи при диагностике оториноларингологической патологии.
***
Шумовая гальваническая вестибулярная стимуляция в реабилитации пациентов с двусторонней вестибулопатией
Н.Л. Кунельская1, 2, Е.В. Байбакова1, М.В. Виноградова1, 2
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Двусторонняя вестибулопатия (ДВП) является причиной выраженной шаткости походки, осциллопсии и значительного снижения качества жизни пациентов. Основным методом лечения в настоящее время считается физическая вестибулярная реабилитация, однако у ряда пациентов ее эффективность оказывается ограниченной. В связи с этим продолжается поиск дополнительных способов воздействия на вестибулярную систему. Перспективным направлением является шумовая гальваническая вестибулярная стимуляция (шГВС), механизм действия которой связывают с феноменом стохастического резонанса, способствующего усилению слабых сенсорных сигналов от вестибулярных рецепторов.
Цель исследования. Изучить эффективность курсового использования метода шумовой гальванической вестибулярной стимуляции у пациентов с двусторонней вестибулопатией и недостаточным эффектом ранее проведенной физической вестибулярной реабилитации.
Материал и методы. В исследование включены 90 пациентов с ДВП (средний возраст 56,0±15,3 года), диагностированной в соответствии с критериями Bárány Society (2017). Сеансы шГВС проводились с использованием электростимуляционного аппарата «Нейростим» (ООО «Нейрософт», Россия). Продолжительность процедуры составляла 30 мин. Применяли шумовой электрический сигнал в диапазоне частот 0—30 Гц с интенсивностью 0,1—1,3 мА. Оценка эффективности проведена с использованием видеоимпульсного теста, при котором анализировали коэффициент gain, а также стабилометрии с определением площади колебаний центра давления (S, мм²). Проводили индивидуальный подбор интенсивности стимуляции в диапазоне 0,3—1,2 мА с оценкой изменений показателей непосредственно во время стимуляции и после ее завершения. Курс шГВС включал 7 ежедневных процедур продолжительностью 30 мин и был проведен 30 пациентам с сохраненной остаточной вестибулярной функцией и недостаточной эффективностью шестимесячной программы физической вестибулярной реабилитации. Эффективность лечения оценивали по результатам динамической стабилометрии и данным опросника DHI (Dizziness Handicap Inventory).
Результаты. Полученные данные показали, что эффективность шГВС у пациентов с ДВП во многом определяется степенью сохранности периферического вестибулярного аппарата. У пациентов с остаточной функцией регистрировалось статистически значимое уменьшение площади колебаний центра давления по данным стабилометрии и/или увеличение коэффициента gain при выполнении видеоимпульсного теста. У пациентов с полной арефлексией периферических вестибулярных рецепторов статистически значимых изменений исследуемых показателей не было. Курсовое применение шГВС в сочетании с упражнениями для вестибулярной реабилитации сопровождалось улучшением показателей статического равновесия у 87% пациентов уже к 7-у дню терапии. При последующем наблюдении установлено, что достигнутый эффект сохранялся и оставался статистически значимо выше исходного уровня в течение 1 мес после завершения курса лечения.
Выводы. Шумовая гальваническая вестибулярная стимуляция может рассматриваться как дополнительный метод реабилитации пациентов с двусторонней вестибулопатией. Наиболее выраженный терапевтический эффект отмечен у пациентов с сохраненной остаточной вестибулярной функцией. Курсовое применение данного метода способствует улучшению постуральной устойчивости и сопровождается устойчивым эффектом последействия в течение 1 мес.
***
Алгоритм восстановления слуха у пациентов с отосклерозом
Н.Л. Кунельская1, 2, Е.В. Гаров1, 2, Е.Е. Загорская1, Е.И. Зеликович1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. За многолетнюю историю изучения отосклероза (ОС) исследован ряд аспектов патогенеза ОС, включая данные о генетических предпосылках его проявления и развития. Получены данные о строении очагов ОС, включая гистологическое, выявлены признаки их активности, локализации и распространенности у больных по данным различных видов рентгенвизуализации — компьютерной томографии (КТ) и магнитно-резонансной томографии височных костей (ВК), предложены варианты консервативной терапии ОС, разработаны и проводятся различные способы операций на стремени с хорошим функциональным эффектом. Однако до сих пор нет четкого представления, в какие сроки следует оперировать пациентов, есть ли резон оперировать их в любую стадию развития ОС или следует дождаться стабилизации процесса для долговременного улучшения слуха, какие меры нужно принять в дальнейшем, если после операции функциональный результат в сопоставлении с предоперационными аудиологическими данными будет недостаточным. В ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ с 2009 г. на основе нашего многолетнего опыта ведения больных ОС используется система восстановления (реабилитации) слуха этих пациентов. Система включает четыре этапа: это диагностика, консервативная инактивирующая терапия, хирургическое лечение и электроакустическая коррекция слуха. Цели каждого этапа следуют из их наименований. На 1-м этапе проводится клиническое, аудиологическое и рентгенографическое обследование пациента, уточнение степени активности отоочагов и кохлеарного резерва для хирургического вмешательства. На 2-м этапе пациенты с выявленным активным ОС получают консервативное лечение до стабилизации очагов. На 3-м этапе пациентам с достаточным для хирургического вмешательства кохлеарным резервом и неактивным ОС предлагается слухоулучшающее хирургическое лечение, индивидуализированное в зависимости от возраста, распространенности и выраженности ОС по данным КТ ВК. На 4-м этапе ведется наблюдение за больными и при недостаточном слухе после операции в связи с высокими порогами костной проводимости пациентам предлагается слухопротезирование или кохлеарная имплантация.
Цель исследования. Повысить эффективность лечения пациентов с отосклерозом с использованием предложенной системы восстановления слуха.
Материал и методы. В ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ с 2009 по 2018 г. проконсультированы 16 313 пациентов с тугоухостью невоспалительного характера, у 1404 (8,6%) из которых по данным клинического обследования и КТ ВК выявлены очаги ОС различной плотности и распространенности.
Результаты. Из 1404 пациентов на 1-м этапе выявлены 21,58% пациентов с активным ОС, которые на 2-м этапе получали консервативную терапию комплексом препаратов, способствующих усиленной минерализации отоочагов (бисфосфонат, препарат фтора, препарат кальция и витамина D) по достижении плотности отоочагов не менее +1000 HU. На 3-м этапе прооперированы 61,4% пролеченных пациентов и 73,6% с неактивным ОС с положительной динамикой слуха. На 4-м этапе 11,3% больных прекратили использование слухового аппарата в связи с улучшением слуха в послеоперационном периоде. В то же время 8,9% пациентов с высокими порогами костной проводимости, недостаточными для хорошей разборчивости речи в послеоперационном периоде, рекомендовано использование слухового аппарата. После проведения всех предшествующих этапов 3 пациентам выполнены операции кохлеарной имплантации с хорошим функциональным результатом: пациенты слышат, хорошо понимают речь, общаются по телефону, живут полноценной жизнью. Разборчивость речи в речевом процессоре у них составляет 80—95%.
Выводы. Применение системы восстановления слуха у пациентов с отосклерозом позволяет осуществлять их индивидуальную маршрутизацию в процессе лечения, исходя из показателей клинического обследования и последовательной реализации этапов восстановления слуха. Результатом внедрения системы является долгосрочное эффективное улучшение слуха или его стабилизация.
***
Алгоритм ранней диагностики активных форм отосклероза у больных тугоухостью
Н.Л. Кунельская1, 2, Е.В. Гаров1, 2, Е.И. Зеликович1, Е.Е. Загорская1, К.А. Харламов1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Отосклероз (ОС) — заболевание височной кости, характеризующееся аномальным ремоделированием костной ткани слухового и вестибулярного отделов лабиринта. При этом волнообразно происходит смена остеодеструкции кости и ее новообразования. Именно поэтому в формировании очагов ОС выделяют две фазы заболевания: активную (отоспонгиозную фазу) — процесс резорбции костной ткани с усилением кровоснабжения и выделением гидролитических, протеолитических ферментов, токсичных для рецепторов внутреннего уха; зрелую (склеротическую фазу) — прекращение резорбции и формирование новой костной ткани в этой области, менее плотной, чем нормальная кость.
Проблема активности ОС (отоспонгиоза) до сих пор остается одной из актуальных в отохирургии и дискутабельных из-за отсутствия ее признания большинством специалистов. В то же время отоспонгиоз является основной причиной развития прогрессирующей сенсоневральной тугоухости (СНТ) с потерей слуха на 2—9,5 дБ в год (независимо от выполненной операции на стремени) вследствие наличия остеолитических ферментов, химического дисбаланса, нарушения циркуляции жидкостей внутреннего уха (гидропс лабиринта) и атрофических изменений спиральной связки в улитке, вызванных активными очагами ОС. Этим же объясняют и возникновение вестибулярных расстройств из-за дегенерации вестибулярного нерва. Отоспонгиоз является причиной кохлеарных осложнений при операции на стремени из-за выраженного кровотечения из очагов ОС и повторных операций из-за их нового роста. Поиски инактивирующей терапии и способов контроля ее эффективности ведутся с 1970 г. Появление в арсенале диагностики компьютерной томографии (КТ) височных костей и применение ингибиторов костного метаболизма (бисфосфанатов) в комплексе с другими препаратами позволили разработать эффективную схему лечения отоспонгиоза. Нами с 2010 г. на основании анализа данных КТ височных костей с денситометрией и операционных находок впервые предложены критерии активности очагов ОС (<+1000 HU), схема инактивирующей терапии и показана ее эффективность в зависимости от вида бисфосфаната. В то же время увеличение активных форм ОС до 29,8%, низкий уровень настороженности врачей-оториноларингологов и осведомленности врачей-рентгенологов привели к росту числа пациентов со смешанной тугоухостью при этой патологии до 74%. Необходимо улучшить раннюю диагностику активных форм ОС для профилактики развития выраженных форм смешанной тугоухости и СНТ за счет применения инактивирующей терапии.
Цель исследования. Разработать алгоритм ранней диагностики активных форм отосклероза у больных тугоухостью.
Материал и методы. В ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ ежегодно проводится около 5800 консультаций больных тугоухостью, из которых 10% составляют пациенты с различными формами ОС. Обследование включает анализ аудиологических данных и КТ височных костей (около 3000 в год). В течение последних 5 лет ежегодно выполняются различные варианты стапедопластики в среднем у 450 больных ОС в возрасте от 19 до 74 лет.
Результаты. У 22% больных из числа выявленных пациентов с ОС и оперированных выявлена активная форма заболевания при различных видах тугоухости и назначена инактивирующая терапия. У большинства из этих больных имелась смешанная форма тугоухости, которая вначале была СНТ. Отмечена тенденция прогрессирования тугоухости с увеличением длительности заболевания на фоне вазоактивной терапиии витаминотерапии. Во всех случаях при установлении диагноза не применялась КТ височных костей или в ее результатах не было патологии. Проведение инактивирующей терапии (в среднем 1—2 курса) у всех больных остановило нарастание у них тугоухости, у некоторых пациентов уменьшился субъективный шум в ушах.
Выводы. При наличии прогрессирующей тугоухости, особенно у лиц молодого возраста, необходимо проводить компьютерную томографию височных костей с денситометрией для исключения активных очагов отосклероза в капсуле лабиринта и назначения инактивирующей терапии с целью стабилизации слуха при кохлеарной и смешанной тугоухости, создания благоприятных условий для операции при фенестральной и смешанной формах отосклероза.
***
Причины развития и трудности диагностики двусторонней вестибулярной гипофункции: аналитический обзор
Н.Л. Кунельская1, 2, Е.В. Байбакова1, М.А. Чугунова1, Е.А. Манаенкова1, М.В. Виноградова1, 2, Ю.А. Савченко1
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Введение. Двусторонняя вестибулопатия (ДВП) — хроническое состояние, характеризующееся двусторонним снижением или выпадением функции вестибулярных рецепторов внутреннего уха, признается одной из наиболее социально значимых форм вестибулярной патологии. Распространенность ДВГ в популяции лиц старше 39 лет достигает 2,5%, при этом по данным обращаемости регистрируется только 28 случаев на 100 000 населения, что свидетельствует о колоссальном диагностическом дефиците. Заболевание приводит к хронической неустойчивости при ходьбе, осциллопсии, ограничению повседневной активности и увеличению в 31 раз риска падений. Несмотря на очевидную клиническую значимость, диагноз устанавливают в среднем через 5—7 лет от появления первых симптомов. Это обусловлено как гетерогенностью этиологии, так и рядом типичных диагностических ошибок, которые следует рассмотреть отдельно.
Цель исследования. На основании анализа современной отечественной и зарубежной литературы систематизировать этиологическую структуру двусторонней вестибулопатии и выделить ключевые клинические и инструментальные факторы, препятствующие своевременному установлению диагноза.
Материал и методы. Проанализированы систематические обзоры, охватывающие более 1500 пациентов.
Результаты. Этиологический профиль ДВП. По данным систематических обзоров, охватывающих более 1500 пациентов, этиологическая структура ДВП неоднородна. Идиопатические формы составляют 29—37% и являются наиболее частой категорией, однако значительная их доля может быть обусловлена нераспознанными генетическими причинами. Двусторонняя болезнь Меньера диагностируется в 16—27% случаев. Ятрогенное поражение, прежде всего аминогликозидная ототоксичность, занимает 12—18% наблюдений, при этом анамнез ототоксической терапии нередко отстоит на 10—20 лет от момента обследования. Постинфекционные формы (преимущественно после бактериального менингита) встречаются в 6—14% случаев. Особую группу формируют генетические и нейродегенеративные варианты (4—13%): синдром CANVAS, обусловленный биаллельной интронной экспансией в гене RFC1 (описан в 2019 г.), а также мутации генов COCH/DFNA9, объясняющие значительную часть ранее считавшихся идиопатическими случаев. Аутоиммунные, сосудистые и иные причины составляют менее 5%. Таким образом, этиология ДВП более чем в трети случаев остается невыясненной.
Трудности диагностики ДВП. Анализ литературы позволил выделить четыре системных фактора, обусловливающих позднюю диагностику ДВП.
1. Атипичная клиническая картина: отсутствие эпизодического головокружения и спонтанного нистагма и нередко нарушения слуха приводит к тому, что пациенты длительно находятся под наблюдением с ошибочными диагнозами.
2. Отсутствие структурированного анамнестического алгоритма: прием ототоксической терапии, перенесенные инфекционные заболевания, аутоиммунная патология, черепно-мозговая травма в анамнезе, нарушения слуха, наличие у родственников раннего снижения слуха, головокружений, шаткости не упоминаются пациентом без целенаправленного расспроса. Особенности текущей симптоматики, такие как шаткость, усиливающаяся в темноте, нарушение зрения при движении головой, не рассматриваются в совокупности.
3. Отсутствие навыков у врачей-неврологов, оториноларингологов в проведении рутинной диагностики вестибулярной гипофункции и тестов, изменение которых характерно для двустороннего вестибулярного поражения (двусторонняя саккада в импульсном тесте поворота головы, неустойчивость в узких стойках и в стойке на неровной поверхности, особенно с закрытыми глазами), также не способствует верному диагностическому курсу.
4. Пункты 2 и 3 в итоге ведут к отсутствию обязательной инструментальной верификации по критериям Общества Барани (2017).
***
Случай нетипичного повреждения хрящей гортани: клиническое наблюдение
Д.И. Курбанова, С.Г. Романенко, О.Г. Павлихин, Е.В. Лесогорова, О.В. Елисеев, Е.А. Теплых, Е.Н. Красильникова, В.А. Землянов, Е.А. Сафьянникова
ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия
Введение. Повреждения гортани у взрослых в типичных случаях возникают вследствие прямого травматического воздействия на область шеи (например, при дорожно-транспортных происшествиях, занятиях спортом или падении на выступающие предметы). Вместе с тем в литературе встречаются описания атипичных механизмов травматизации хрящей гортани, возникающей при таких обстоятельствах, как резкое движение головой, интенсивный кашель или чиханье. Отдельные публикации свидетельствуют о возможном тяжелом течении подобных повреждений, сопровождающихся развитием эмфиземы мягких тканей шеи и средостения.
Цель исследования. Представить клиническое наблюдение редкого случая травмы гортани у взрослого пациента без очевидной наружной травмы шеи, при которой диагностированы линейный перелом щитовидного хряща и посттравматический отечный ларингит, а также оценить диагностический подход и эффективность консервативной терапии.
Материал и методы. Проанализированы данные клинического случая мужчины 37 лет, у которого внезапно возникли охриплость, боль и чувство инородного тела в горле при отсутствии сведений о прямой травме шеи. Диагностика включала изучение анамнеза, физикальный оториноларингологический осмотр, осмотр шеи, видеоларингоскопию и мультиспиральную компьютерную томографию (МСКТ) гортани с фонацией.
Клинический случай. Пациент, 37 лет, обратился к фониатру с жалобами на охриплость, ощущение кома и болезненность в горле слева при глотании. За неделю до визита во время езды по неровной дороге он почувствовал резкий щелчок в области шеи, после чего появились боль в проекции гортани, охриплость, а также незначительное затруднение дыхания и глотания. В первые трое суток дыхательный дискомфорт и боль самостоятельно уменьшились, однако чувство инородного тела и дискомфорт в горле слева при глотании сохранялись. На 6-й день при обращении к оториноларингологу высказано предположение о наличии кисты левого черпаловидного хряща. На 7-й день при видеоларингоскопии на приеме у фониатра выявлен округлый стекловидный отек размером до 10 мм в области левого черпаловидного хряща, распространяющийся на левую вестибулярную и голосовую складки, а также отмечены признаки подслизистого кровоизлияния в передней трети левой голосовой складки. Дыхание было свободным, охриплость 2-й степени по шкале Yanagihara. При пальпации и осмотре шеи патологические изменения не обнаружены. При МСКТ гортани с фонацией выявлено утолщение мягких тканей левой половины гортани, обусловленное отеком и гематомой, а также линейный вертикальной дефект левой пластинки щитовидного хряща длиной около 17 мм без смещения отломков. Признаков эмфиземы мягких тканей не было. На основании полученных данных сформулирован диагноз: посттравматический отечный ларингит, кровоизлияние в левую голосовую складку, линейный перелом левой пластинки щитовидного хряща без смещения. Назначено лечение, включавшее строгий голосовой и физический покой, щадящую диету, антирефлюксную терапию (ингибиторы протонной помпы, альгинаты), системную противоотечную терапию (парентеральное введение дексаметазона с последующим пероральным курсом), венотоники (троксерутин), а также ингаляции будесонида и дегазированной минеральной воды через небулайзер. На 17-й день от начала заболевания (10-й день лечения) проведен контрольный осмотр. Пациент жалоб не предъявлял, ларингоскопическая картина полностью нормализовалась. Даны рекомендации по соблюдению голосового и физического покоя в течение месяца.
Обсуждение. Данный клинический случай демонстрирует необычный механизм непрямого повреждения гортани, когда нарушение целостности хрящевого остова и развитие посттравматического воспаления произошли вследствие кратковременного воздействия без прямого удара по шее. В анамнезе отсутствовало указание на внешнюю или внутреннюю травму, однако имелся четко зафиксированный момент щелчка в гортани во время поездки в автомобиле, после чего возник симптомокомплекс (одинофагия, дисфагия, дисфония), характерный для описанных в литературе баротравматических поражений гортани. Первоначальная интерпретация эндоскопической картины как кисты черпаловидного хряща подчеркивает вероятность диагностической ошибки при недооценке анамнестических данных и результатов лучевых методов исследования. Избранная тактика активного консервативного ведения (голосовой покой, противоотечная и противовоспалительная терапия, антирефлюксная защита, ангиопротекторы) была возможной ввиду стабильности дыхания и отсутствия признаков нарастающей обструкции дыхательных путей, что позволило достичь полного выздоровления без хирургического вмешательства. В литературе имеются описания аналогичных нетипичных повреждений гортани при резком повороте головы, сильном кашле или чиханье, включая тяжелые случаи, осложненные эмфиземой мягких тканей шеи и средостения, при которых требовалось оперативное лечение.
Выводы. Представленное наблюдение подтверждает возможность повреждения хрящевого скелета гортани и возникновения посттравматического отечного ларингита при нетипичном механизме травмы, не связанном с прямым ударом в шею. В связи с этим при внезапном развитии осиплости, боли и дискомфорта в горле необходимо детальное выяснение обстоятельств возникновения симптомов и обязательное включение в диагностический алгоритм эндоскопии и мультиспиральной компьютерной томографии гортани для своевременного выявления переломов хрящей гортани и посттравматических изменений мягких тканей шеи.
***
Выбор длительности голосового покоя у больных после микрохирургических вмешательств на гортани
Д.И. Курбанова, С.Г. Романенко, О.Г. Павлихин, Е.В. Лесогорова, В.А. Землянов, Е.А. Теплых, Н.В. Савватеева, Т.К. Поляева
ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия
Цель исследования. Определить оптимальную продолжительность времени голосового покоя (полного молчания) у пациентов, перенесших микрохирургическое вмешательство на гортани по поводу доброкачественных образований голосовых складок.
Материал и методы. Проведено обследование 31 пациента после эндоларингеального микрохирургического вмешательства: по поводу узелков голосовых складок — 9, хронического отечно-полипозного ларингита (II стадия) — 5, полипа голосовой складки — 13, кисты голосовой складки — 4. Методы обследования: субъективная оценка качества голоса пациентом по визуальной аналоговой шкале (ВАШ), видеоларингостробоскопия (ВЛСС, оценка нормализации слизистой волны), компьютерный акустический анализ голоса (КААГ), применена система MDVP Kay Pentax. Обследование проводили через 2 нед, 1 мес и 3 мес после операции. Пациенты разделены на две группы. У пациентов 1-й группы (n=16) полный голосовой покой составлял 3 дня, у пациентов 2-й группы (n=15) — 7 дней. После режима молчания пациенты обеих групп начинали занятия с фонопедом — с 4-х или с 8-х суток после операции соответственно.
Результаты. Осмотр через 2 недели. Субъективная оценка голоса по ВАШ у пациентов 1-й группы составила 6,8±0,6 балла, у пациентов 2-й группы — 6,4±0,7 балла. При ВЛСС у пациентов обеих групп зафиксированы малая амплитуда колебаний и «торможение» слизистой волны за счет воспалительных явлений в месте операции. По данным КААГ у пациентов 1-й группы: vAm — 9,2±0,4%, Jitter — 1,7±0,15%, Shimmer — 8,1±0,13%, APQ — 3,7±0,23%, NHR — 0,15±0,06%, VTI — 0,06±0,01%, SPI — 17±0,6%; у пациентов 2-й группы: vAm — 8,9±0,25%, Jitter — 1,74±0,15%, Shimmer — 8,3±0,14%, APQ — 3,8±0,21%, NHR — 0,16±0,08%, VTI — 0,07±0,05%, SPI — 18±0,9%. Осмотр через 1 месяц. Субъективная оценка голоса по ВАШ у пациентов 1-й группы составила 8,8±0,4 балла, у пациентов 2-й группы — 7,9±0,8 балла. При ВЛСС у пациентов 1-й группы отмечены средняя амплитуда колебаний и полное восстановление слизистой волны, у пациентов 2-й группы: средняя амплитуда колебаний — у 5, малая — у 10, при этом у 5 пациентов сохранялось торможение слизистой волны в месте операции за счет воспалительных изменений. По данным КААГ у пациентов 1-й группы: vAm — 8,1±0,4%, Jitter — 1,1±0,12%, Shimmer — 7,1±0,6%, APQ — 3,3±0,15%, NHR — 0,13±0,04%, VTI — 0,05±0,01%, SPI — 14,1±0,4%; у пациентов 2-й группы: vAm — 8,3±0,3%, Jitter — 1,2±0,2%, Shimmer — 7,3±0,1%, APQ — 3,4±0,2%, NHR — 0,14±0,05%, VTI — 0,06±0,03%, SPI — 16,1±0,6%. Осмотр через 3 месяца. Субъективная оценка голоса по ВАШ у пациентов 1-й группы составила 9,3±0,3 балла, у пациентов 2-й группы — 9,1±0,4 балла. При ВЛСС в обеих группах зафиксированы средняя амплитуда колебаний и полное восстановление слизистой волны. По данным КААГ у пациентов 1-й группы: vAm — 6,5±0,3%, Jitter — 0,7±0,05%, Shimmer — 5,6±0,0,5%, APQ — 1,8±0,2%, NHR — 0,08±0,01%, VTI — 0,04±0,01%, SPI — 8,1±0,6%; у пациентов 2-й группы: vAm — 6,7±0,4%, Jitter — 0,8±0,15%, Shimmer — 6,1±0,2%, APQ — 1,9±0,1%, NHR — 0,09±0,02%, VTI — 0,05±0,01%, SPI — 9,1±0,4%.
Выводы. Режим полного молчания в течение 3 дней с последующим началом фонопедических занятий обеспечивает лучший функциональный результат в сравнении с 7-дневным. Мягкая механическая стимуляция слизистой оболочки голосовых складок за счет проводимых фонопедических занятий на ранних стадиях заживления послеоперационной раны обеспечивает улучшение микроциркуляции в слизистой оболочке голосовых складок, ускоряет репаративные процессы и сокращает срок восстановления голосовой функции. Режим длительного молчания (7 дней) может провоцировать развитие функциональной дисфонии по гипотонусному типу и увеличивать сроки восстановления голоса.
***
Обтурирующий полипоз гортани: разбор сложного клинического случая
Д.И. Курбанова, С.Г. Романенко, О.Г. Павлихин, Е.В. Лесогорова, Е.Н. Красильникова
ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия
Введение. Клиническая значимость ведения пациентов с болезнью Рейнке—Гайека определяется не только выраженностью дисфонии, но и риском развития жизнеугрожающего стеноза гортани. Несмотря на доброкачественный характер процесса в области голосовых складок, прогрессирование заболевания может привести к стенозированию просвета в голосовом отделе гортани и дыхательной недостаточности. В связи с этим, даже несмотря на то что хронический отечно-полипозный ларингит (ХОПЛ) не относится к предраковым заболеваниям, вероятность обструкции дыхательных путей обусловливает необходимость регулярного наблюдения пациентов с данной патологией врачом-оториноларингологом.
Цель исследования. Продемонстрировать особенности клинического течения и обосновать выбор тактики эффективного хирургического вмешательства при хроническом отечно-полипозном ларингите с развитием стеноза гортани.
Материал и методы. Анализ клинического случая пациентки с обтурирующим полипозом гортани.
Результаты. Пациентка, 42 года, обратилась на прием с жалобами на стойкую охриплость и неприятные ощущения в области гортани, беспокоящие в течение 1,5 года. Из анамнеза жизни: длительный стаж курения (20 лет по 1 пачке в сутки), отсутствие профессиональных вредностей и умеренная голосовая нагрузка; соматически здорова. Годом ранее в другом лечебном учреждении пациентке выполнено хирургическое вмешательство на гортани, которое не привело к улучшению качества голоса. В связи с отсутствием медицинской документации уточнить объем и характер перенесенной операции не представилось возможным. При видеоларингоскопии выявлено, что слизистая оболочка голосовых складок полипозно изменена, вдоль всего медиального края правой голосовой складки определяется миксоидное образование, практически полностью перекрывающее просвет голосовой щели, флотирующее при фонации и дыхании, подвижность структур гортани сохранена. Дыхание в покое компенсированное, без участия вспомогательной мускулатуры, втяжений податливых мест грудной клетки нет. Установлен диагноз ХОПЛ (тип 3 по классификации H. Yonekawa, 1988) со стенозом гортани. Следует отметить, что на первичном приеме пациентка не предъявляла жалоб на нарушение дыхания, однако данные жалобы появились вскоре после установления диагноза. Рекомендовано хирургическое лечение в следующем объеме: эндоларингеальное микрохирургическое удаление образования и полипозно-измененной слизистой оболочки голосовых складок под комбинированным эндотрахеальным наркозом. После предварительного предоперационного обследования через 4 дня с момента первичного обращения в условиях оториноларингологического стационара пациентке выполнена операция с использованием микрохирургической техники по Кляйнзассеру с помощью «холодного» микроинструментария. Из особенностей анестезиологического пособия: интубацию трахеи выполняли с видеоэндоскопической ассистенцией, благодаря чему предварительная трахеостомия не потребовалась, несмотря на имеющийся стеноз просвета гортани. Длительность операции составила 40 мин. Послеоперационный период без особенностей. При гистологическом исследовании операционного материала клинический диагноз подтвержден. Далее мы наблюдали у пациентки выраженный послеоперационный ларингит и проводили лечение, включавшее противовоспалительные ингаляции, противорефлюксные и комплексные гомеопатические препараты с противовоспалительным и лимфодренажным эффектом. Значительное улучшение качества голоса и дыхания пациентка отметила сразу после операции. Через 6 нед при видеоларингоскопии выявлено полное завершение процесса эпителизации голосовых складок с сохранением ларингоскопических признаков ХОПЛ в начальной стадии. Спустя 4 мес после операции на фоне сокращения курения отмечена нормализация ларингоскопической картины.
Обсуждение. Хронический отечно-полипозный ларингит представляет собой доброкачественный процесс, анатомически ограниченный пространством Рейнке. Заболевание может носить как односторонний, так и двусторонний характер, а его ключевым этиологическим фактором выступает табакокурение. Стадийность процесса определяет динамику клинических проявлений: от первоначального снижения тембра и огрубления голоса до прогрессивно нарастающей охриплости. Несмотря на то что на поздних стадиях формируется стеноз гортани, пациенты редко активно предъявляют жалобы на затруднение дыхания: стеноз гортани нарастает постепенно, и пациенты к нему адаптируются. Симптомы стеноза могут манифестировать на фоне острых респираторных инфекций или аллергических реакций. В таких случаях острое воспаление и отек приводят к увеличению плотности и объема полиповидно-измененной ткани голосовых складок. Это сопровождается утратой способности слизистой оболочки к флотации, что критически суживает просвет гортани. Течение заболевания ухудшается при повышенных голосовых нагрузках, воздействии химических и термических факторов, гипотиреозе и гастроэзофагеальной рефлюксной болезни. Основным методом диагностики является микроларингоскопия. Биопсия при ХОПЛ не требуется. Своевременная диагностика ХОПЛ на ранней стадии имеет решающее значение, так как позволяет ограничиться консервативными методами лечения. При заболевании II—III стадии показано хирургическое лечение. В послеоперационном периоде рекомендовано назначение противовоспалительной терапии, в ряде случаев — фонопедии, динамическое наблюдение следует осуществлять до полного восстановления голосовой функции. Эпителизация голосовых складок длится в течение 3—4 нед. Повторный рост полипозной ткани может продолжаться при сохранении провоцирующих факторов, поэтому пациенты нуждаются в длительном диспансерном наблюдении и полном отказе от табакокурения. Необходима онкологическая настороженность, так как возможно сочетание ХОПЛ с гиперпластическим ларингитом и раком гортани другой локализации.
Выводы. Пациенты с хроническим отечно-полипозным ларингитом нуждаются в динамическом наблюдении, независимо от того, что данное заболевание не является предраковым. Качество голоса меняется на начальных стадиях заболевания и часто не отражает объема поражения при ухудшении течения заболевания (при увеличении объема полипоза). Вследствие медленной декомпенсации дыхательной функции происходит адаптация пациента к гипоксии, что ведет к субъективно неадекватной оценке состояния и отсутствию активных жалоб на одышку. При сохранении привычки курения возможны рецидив и прогрессирование заболевания даже после хирургического лечения. Ларингоскопию пациента с подозрением на хронический отечно-полипозный ларингит следует проводить в несколько фаз фонации и дыхания в связи с тем, что полипозная ткань флотирует. При проведении интубации трахеи требуется применение видеоларингоскопии. Послеоперационное ведение пациента необходимо осуществлять до полной эпителизации голосовых складок и восстановления голоса.
***
Эндоларингеальное удаление образования гортани у пациента с болезнью Бехтерева: клиническое наблюдение
Д.И. Курбанова, С.Г. Романенко, О.Г. Павлихин, Е.В. Лесогорова, О.В. Елисеев, Е.Н. Красильникова, Е.А. Теплых, В.А. Землянов
ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия
Цель исследования. Описать клинический случай эндоларингеального удаления образования гортани у пациента с болезнью Бехтерева в условиях выраженного ограничения подвижности шейного отдела позвоночника и оценить результаты лечения.
Материал и методы. Проведен анализ клинического случая пациента мужского пола 57 лет, обратившегося с жалобами на охриплость в течение 6 мес. Из анамнеза: болезнь Бехтерева установлена 20 лет назад, консервативное лечение по данному заболеванию не получал. Другие хронические заболевания: гипертоническая болезнь II стадии. Курение отрицает, работает в условиях повышенного уровня шума в цеху на заводе.
Результаты. При первичном обращении — охриплость 3-й степени по шкале Yanagihara. В связи с невозможностью пациента запрокинуть голову назад осмотр гортани проведен методом фиброларингоскопии: голосовые складки белого цвета, по медиальному краю правой голосовой складки, в передней трети, определяется образование красного цвета до 6—7 мм в диаметре на широком основании. С учетом размеров образования, анатомических особенностей пациента и выраженного глоточного рефлекса принято решение о проведении вмешательства под общей анестезией. Предоперационное обследование включало оценку предикторов трудной интубации (критерии Вильсона, правило 3-3-2-1). Проведен предварительный консилиум с анестезиологом-реаниматологом для определения оптимальной тактики анестезиологического пособия и интубации. Хирургическое вмешательство выполнено под общей анестезией. При интубации использовали видеоларингоскоп в связи с выраженным ограничением подвижности шейного отдела позвоночника. Для обеспечения оптимального доступа пациенту под плечи и голову был подложен валик. Далее с техническими трудностями установлен прямой ларингоскоп малого размера. Операция проведена комбинированным методом — с использованием операционного микроскопа и видеоларингоскопов с разными углами зрения для обеспечения полного обзора всех отделов гортани. Образование удалено полностью, полученный материал направлен на гистологическое исследование. Послеоперационное наблюдение включало контрольную ларингоскопию в 1-е, на 7-е, 14-е сутки и через 1 мес после операции. В 1-е сутки наблюдали краевую гиперемию и отек правой голосовой складки, при этом голос у пациента значительно улучшился. На 7-е сутки отмечен регресс послеоперационных воспалительных явлений. Через 14 дней зафиксированы полное восстановление слизистой оболочки голосовой складки и нормализация смыкания, голос звучный, что сохранялось и через 1 мес после операции. По результатам гистологического исследования удаленное образование являлось фиброэпителиальным полипом. После хирургического лечения пациент направлен на консультацию к врачу-ревматологу. Результаты лабораторного обследования: скорость оседания эритроцитов 32 мм/ч, C-реактивный белок 87,2 мг/л, ревматоидный фактор отрицательный, HLA-B27 положительный. Результаты инструментального обследования: лигаментоз шейного отдела позвоночника, коксартроз костей таза, артроз суставов кистей. Установлен диагноз: анкилозирующий спондилит, поздняя стадия, двусторонний сакроилеит с внеаксиальными проявлениями. Назначена базисная терапия: метотрексат, нестероидные противовоспалительные препараты, ингибиторы протонной помпы, фолиевая кислота, наблюдение у ревматолога.
Обсуждение. Представленный клинический случай иллюстрирует особенности эндоларингеальной хирургии у пациентов с болезнью Бехтерева. Анкилоз шейного отдела позвоночника создает значительные трудности на всех этапах хирургического лечения — от первичного осмотра гортани до проведения интубации, установки прямого ларингоскопа и проведения самого вмешательства. Невозможность переразгибания шеи исключает стандартное позиционирование пациента, поэтому необходимо применение альтернативных методов визуализации. Комбинированный хирургический доступ с использованием операционного микроскопа и видеоларингоскопов с разными углами зрения позволил преодолеть ограничения стандартной прямой ларингоскопии и обеспечить адекватную визуализацию всех отделов гортани. Использование видеоларингоскопа для интубации у пациентов с анкилозом шейного отдела позвоночника является эффективным и безопасным.
Выводы. Болезнь Бехтерева с анкилозом шейного отдела позвоночника создает существенные технические трудности при проведении эндоларингеальных вмешательств и обусловливает необходимость модификации стандартного хирургического подхода. Предварительный консилиум с анестезиологом-реаниматологом, использование видеоларингоскопа для интубации и хирургических видеоларингоскопов с разными углами зрения являются обязательными условиями успешного эндоларингеального хирургического лечения пациентов с болезнью Бехтерева.
***
Диагностика этиологии ларингита на фоне системных заболеваний
Д.И. Курбанова, С.Г. Романенко, О.Г. Павлихин, Е.В. Лесогорова, О.В. Елисеев, Е.Н. Красильникова, Е.А. Теплых, В.А. Землянов
ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия
Цель исследования. Повысить эффективность диагностики патологии гортани на амбулаторном уровне.
Материал и методы. Проведен ретроспективный анализ 9000 амбулаторных карт пациентов с охриплостью, обратившихся на консультацию к фониатру в ГБУЗ «НИКИО им. Л.И. Свержевского» ДЗМ.
Результаты. Диагностика основного заболевания при подскладковом, язвеннном, стенозирующем или инфильтративном ларингите бывает непростой задачей. Чаще всего в клинической практике приходится сталкиваться с болезнью Вегенера. Ларингоскопическая картина при этой патологии бывает разной: равномерное утолщение, инфильтрация надгортанника, черпало-надгортанных складок, вестибулярного отдела гортани, подскладковый ларингит, образование корок на голосовых складках и в подскладковом отделе гортани, формирование кольцевидных рубцов, вызывающих стенозирование просвета. Очаги амилоидоза имеют отличительную особенность — желтую окраску, а патология может локализовываться в любом отделе гортани, в том числе сопровождаться стенозом гортани. Саркоидоз проявляется полупрозрачными инфильтратами в различных отделах гортани. При ревматических заболеваниях возможны воспалительные инфильтраты в области черпаловидных хрящей с парезом гортани, а также «бамбуковые узелки» голосовых складок. Изъязвление слизистой оболочки гортани может быть результатом туберкулеза, болезни Бехчета или пузырчатки.
Обсуждение. При выявлении таких ларингоскопических признаков, как инфильтрат, рубцовая мембрана, язва, «бамбуковые узелки», подскладковый ларингит, следует проводить дифференциальную диагностику между различными видами системной патологии. При этом необходимы мультидисциплинарный подход и расширенное клинико-лабораторное и инструментальное обследование. Скрининговое исследование должно включать клинический анализ крови, определение уровней C-реактивного белка, волчаночного антигена, антител к циклическому цитруллинсодержащему пептиду (АЦЦП), антинейтрофильных цитоплазматических антител цитоплазматического типа (c-ANCA), перинуклеарных антинейтрофильных цитоплазматических антител (p-ANCA), антинуклеарного фактора. Кроме того, следует выполнить компьютерную томографию (КТ) гортани с контрастированием, КТ легких, ультразвуковое исследование брюшной полости и почек с последующей консультацией ревматолога, диаскинтест. Часто единственной возможностью установления диагноза остается биопсия, но следует учитывать, что при рубцовом процессе биопсия может быть причиной резкого ухудшения состояния в связи с развитием стеноза гортани.
Выводы. Правильная диагностическая тактика при ларингите на фоне системных заболеваний подразумевает тщательный сбор анамнеза заболевания, применение увеличительной оптики при ларингоскопии, проведение комплексного лабораторного и лучевого обследования, а также привлечение врачей других специальностей.
***
Функциональное состояние верхнечелюстной пазухи после синус-лифтинга
М.М. Магомедов1, 2, Ш.Ю. Авкаева1
1ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия;
2ГБУЗ города Москвы «Городская клиническая больница им. В.М. Буянова Департамента здравоохранения города Москвы», Москва, Россия
e-mail: avkaevash@gmail.com
Введение. Одним из ключевых факторов поддержания физиологического состояния верхнечелюстной пазухи (ВЧП) является проходимость ее естественного соустья, нарушение функционирования которого нередко обусловлено анатомическими особенностями строения структур остиомеатального комплекса. В послеоперационном периоде после хирургических вмешательств в области ВЧП закономерно возникают реактивные изменения, включающие отек и утолщение слизистой оболочки пазухи, а также возможно скопление геморрагических сгустков в ее просвете. Несмотря на то что подобные изменения обычно носят транзиторный физиологический характер, они способны приводить к временному нарушению мукоцилиарного транспорта, ухудшению вентиляции и дренирования пазухи. Одним из распространенных хирургических вмешательств в данной анатомической области является синус-лифтинг (субантральная аугментация). Данная методика представляет собой операцию, направленную на увеличение объема костной ткани альвеолярного отростка верхней челюсти в области дна ВЧП, необходимого для последующей установки дентальных имплантатов.
Цель исследования. Оценить динамику функционального состояния верхнечелюстной пазухи после открытого синус-лифтинга.
Материал и методы. В исследование включены 34 пациента в возрасте от 18 до 70 лет с частичной адентией верхней челюсти, которым проводили имплантационное лечение с предварительной субантральной аугментацией. Обязательными условиями включения являлись отсутствие жалоб со стороны оториноларингологических структур, нормальная проходимость естественного соустья ВЧП по данным предоперационной компьютерной томографии (КТ) околоносовых пазух и отсутствие показаний к предварительному оториноларингологическому лечению. Функциональное состояние ВЧП оценивали до синус-лифтинга, а также через 1 мес и 4 мес после вмешательства. Исследование включало оценку транспортной функции (по времени мукоцилиарного транспорта) и изучение всасывательной способности слизистой оболочки пазухи. Исследование транспортной функции ВЧП проводили с помощью пробы с красителем: после промывания пазухи физиологическим раствором через иглу Куликовского (путем пункции) либо канюлю Лунева—Лиманского (через естественное соустье) в нее вводили 0,3 мл метиленового синего с последующей регистрацией времени его появления в среднем носовом ходе через естественное соустье при помощи торцевого эндоскопа. В норме транспортная функция составляет около 20 мин. Всасывательную способность слизистой оболочки ВЧП изучали с помощью атропиновой пробы (метод Б.М. Сагаловича в модификации М.В. Кузьмина): в полость пазухи вводили 0,5 мл 1% раствора атропина с последующей регистрацией времени появления мидриаза, свидетельствующего о всасывании атропина слизистой оболочкой и наступающего в норме через 50—60 мин с момента введения препарата в пазуху.
Результаты. До проведения операции у всех пациентов функциональные показатели находились в пределах нормы. Через 1 мес после вмешательства у всех обследованных отмечалось замедление транспортной функции до 33,0±1,6 мин, а также увеличение времени всасывания атропина до 78,0±4,4 мин. Несмотря на функциональные нарушения, клинических и рентгенологических признаков послеоперационного синусита не было. Через 4 мес после синус-лифтинга наблюдалась выраженная тенденция к восстановлению функций пазухи. Транспортная функция в большинстве наблюдений (n=30; 88%) пришла в норму и составляла в среднем 20,73±1,11 мин, а в нескольких случаях (n=4; 12%) сохранялось ее небольшое замедление, в пределах 25 мин. Всасывательная функция через 4 мес после вмешательства нормализовалась у 32 (94%) пациентов и занимала в среднем 57,38±2,32 мин, а у 2 (6%) пациентов наблюдалось ее замедление — мидриаз фиксировался через 75 мин после введения атропина в пазуху.
Заключение. Полученные данные свидетельствуют о том, что после синус-лифтинга развивается временное нарушение функционального состояния верхнечелюстной пазухи, обусловленное реакцией слизистой оболочки на проведенное вмешательство. В последующем при сохраненной проходимости естественного соустья происходит постепенное восстановление физиологических процессов пазухи. Применение функциональных методов оценки, включая исследование транспортной и всасывательной функций слизистой оболочки, позволяет более полно оценить состояние пазухи в послеоперационном периоде и может рассматриваться как важное дополнение к лучевой диагностике. Одним из ключевых условий благоприятного течения послеоперационного периода является адекватная проходимость естественного соустья верхнечелюстной пазухи, что обосновывает необходимость ее оценки на этапе предоперационного обследования.
***
Первичная профилактика наследственных форм врожденной тугоухости
Т.Г. Маркова, Ю.А. Бандура
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт
уха, горла, носа и речи» Минздрава России,
Санкт-Петербург, Россия;
3ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного
профессионального образования» Минздрава России, Москва, Россия
Основная проблема врожденной глухоты в том, что в большинстве случаев она касается здоровых родителей, которые имеют неотягощенную родословную. Рождение ребенка с глухотой является для них полной неожиданностью, при этом родители являются носителями патогенных вариантов генов, которые передают ребенку. Результатом этого события является тугоухость/глухота у ребенка. Патология слуха приводит к нарушению развития речи и активной познавательной деятельности у ребенка, поскольку речь является основным инструментом общения и познания мира. Носителями мутаций в генах GJB2, USH2A, SLC26A4 являются 4,5%, 1,2%, 0,8% здорового населения в России соответственно. Эти гены входят в десятку генов наиболее распространенных рецессивных заболеваний наряду с генами PAH и CTFR, связанными с фенилкетонурией и муковисцидозом. Частота суммарного носительства генов рецессивных заболеваний у здорового населения превышает 20%, а это каждый 5-й человек. В настоящее время о носительстве патогенных вариантов наследственных заболеваний можно узнать до наступления беременности. Первичная профилактика врожденной наследственной тугоухости, как и других тяжелых наследственных заболеваний, позволяет выяснить риски еще до рождения ребенка. Такая профилактика стала возможной благодаря появлению методов секвенирования нового поколения, которые позволяют провести скрининг носительства рецессивных патогенных генов и вероятно патогенных вариантов у пары здоровых родителей. Пока выяснение статуса гетерозиготного носительства в супружеской паре при планировании детей не стало обычной и привычной процедурой, остается надеяться на универсальный аудиологический скрининг новорожденных. Применение передовых технологий на государственном уровне будет способствовать снижению распространенности тяжелых нарушений слуха у детей и раннему выявлению детей с врожденной тугоухостью.
***
Возможности виртуальной реальности в вестибулярной реабилитации
М.П. Можейко, И.П. Марьенко, А.В. Клебан
ГУ «Республиканский научно-практический центр неврологии и нейрохирургии» Минздрава Республики Беларусь, Минск, Республика Беларусь
Введение. Вестибулярная реабилитация — эффективное направление для успешного ведения пациентов с различными заболеваниями вестибулярной системы. Вестибулярная реабилитация основана на ускорении процессов вестибулярной компенсации, которые обеспечиваются механизмом нейропластичности и возможностью переоценки информации, получаемой от сенсорных систем (зрительной, вестибулярной и проприоцептивной). В результате происходят адаптация к неадекватной сенсорной информации, получаемой от поврежденного вестибулярного анализатора, и компенсация нарушений для сохранения равновесия тела. В основе вестибулярной реабилитации лежат упражнения на адаптацию, замещение и габитуацию. Виртуальная реальность (ВР) — это компьютерный искусственный трехмерный мир, имитирующий реальность и воздействующий на сенсорную афферентацию посредством различных стимулов среды.
Цель исследования. Оценить эффективность использования виртуальной реальности для улучшения равновесия у пациентов после вестибулярных нарушений.
Материал и методы. Участвовали 30 пациентов (17 женщин и 13 мужчин) после острой периферической вестибулопатии. Средний возраст составил 39±2,8 года. С целью стимуляции процессов вестибулярной компенсации выполняли курс тренировок в среде ВР. Предлагалось управлять виртуальным объектом, отклоняя собственное тело во фронтальной и сагиттальной плоскостях по игровому сценарию. Использовалась виртуальная среда для создания игр и приложений Unity3d на оборудовании виртуальной реальности HTC Vive. До и после проведения курса тренировок в среде ВР эффективность оценивали методом стабилометрии («Стабилан-01-2», ОАО «Ритм», Россия) в тесте Ромберга, определяли качество функции равновесия (КФР, %), площадь эллипса (ПЭ, мм²), среднюю скорость передвижения центра давления (ССП ЦД, мм/с). Для объективной оценки изменения состояния устойчивости тела применяли шкалу Берга.
Результаты и обсуждение. По результатам стабилометрии установлено увеличение КФР с 62 [50; 76]% до 82,4 [63,3; 94,4]% после курса тренировок в ВР (p<0,05). Выявлено изменение ПЭ с 290 [102; 305,3] мм² до 104 [71; 123] мм² (p<0,05). Величина ССП ЦД снизилась с 17,8 [10,8; 24] мм/с до 9,2 [6,2; 13] мм/с (p<0,05). Статистически значимое улучшение показателей стабилографии демонстрирует эффективность тренировок в ВР в улучшении постуральной устойчивости у пациентов с острой односторонней вестибулопатией. По шкале Берга установлено увеличение оценки с 36 [34; 38] баллов до 47 [40; 48] баллов (p<0,05) со снижением риска падений, что объективно выражается в улучшении устойчивости тела.
Заключение. Мультимодальные афферентные сенсорные стимулы среды виртуальной реальности способствуют ускорению процессов вестибулярной компенсации, что подтверждается улучшением показателей стабилографии, характеризующих постуральную устойчивость.
***
Ключевые моменты в обследовании и лечении пациентов с верхнечелюстным синуситом, ассоциированным с приемом бисфосфонатных препаратов
Л.В. Набиева, А.Р. Махмудов
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: leyla.010@mail.ru
Введение. Бисфосфонаты (БФ) — группа препаратов, являющихся мощными ингибиторами резорбции костной ткани остеокластами. Они применяются при остеопорозе, костных метастазах и болезни Педжета, снижая риск переломов. Длительное использование БФ в клинической практике позволило выявить новые редкие нежелательные явления, связанные с их применением. К ним относится бисфосфонатный остеонекроз челюстей, рост его частоты отмечается с 2003 г. Данная патология замечена не только у больных онкологического профиля, единичные случаи выявлены у пациентов с остеопорозом и болезнью Педжета. Верхнечелюстной синусит на фоне остеонекроза верхней челюсти — это тяжелое осложнение, возникающее из-за разрушения костной ткани и инфицирования пазухи и связанное с приемом БФ.
Цель исследования. Определение тактики лечения пациентов с верхнечелюстным синуситом на фоне приема бисфосфонатов.
Материал и методы. На базе оториноларингологического отделения Университетской клиники НОИ клинической медицины им. Н.А. Семашко ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России за период с 2021 по 2026 г. нами обследованы и пролечены 50 пациентов с верхнечелюстным синуситом, ассоциированным с приемом БФ. На консультации пациенты предъявляли жалобы на затрудненное носовое дыхание, стекание отделяемого по задней стенке глотки. У 20 пациентов отмечалось бессимптомное течение заболевания. При проведении компьютерной томографии околоносовых пазух (ОНП) и верхней челюсти отмечалось тотальное или субтотальное затемнение верхнечелюстной пазухи (ВЧП). В анамнезе у 30 больных было удаление зуба верхней челюсти, у 10 — дентальная имплантация на верхней челюсти, у 10 человек не было медицинских вмешательств на верхней челюсти.
Результаты и обсуждение. Хирургическое лечение и лечебно-диагностическая пункция ВЧП у пациентов, имеющих в анамнезе прогрессирование остеонекроза челюстей, противопоказаны. Всем 50 пациентам назначена консервативная терапия с дальнейшей контрольной КТ ОНП и верхней челюсти. В консервативную терапию включены антибактериальная терапия, деконгенстанты, ирригация полости носа гипертоническими растворами, интраназальные ГКС, муколитики — с целью дренирования ВЧП. Через 1,5 мес на контрольной КТ ОНП и верхней челюсти наблюдалась пневматизированная ВЧП. Пациентам рекомендовано 1 раз в 3 мес наблюдение у врача-оториноларинголога с целью профилактики развития верхнечелюстного синусита, ассоциированного с приемом БФ.
Выводы. Необходим тщательный расширенный сбор анамнеза пациентов, получающих терапию бисфосфонатами (находится ли в ремиссии по основному заболеванию, какие имеются хронические заболевания, какие лекарственные препараты принимает, наличие в прошлом травмы или хирургического лечения в области головы). Больные с верхнечелюстным синуситом на фоне приема бисфосфонатов нуждаются в индивидуальном подходе при выборе терапии (консервативной или хирургической). Протоколов ведения пациентов с верхнечелюстным синуситом как осложнением приема бисфосфонатов нет, что на сегодняшний день является открытым вопросом и предметом дальнейшего изучения. При лечении верхнечелюстного синусита на фоне приема бисфосфонатов необходимо междисциплинарное взаимодействие между врачом-стоматологом, челюстно-лицевым хирургом, оториноларингологом и онкологом.
***
Анатомические особенности у пациентов с рецидивирующим оперированным хроническим риносинуситом по данным мультиспиральной компьютерной томографии околоносовых пазух
М.В. Нерсесян1, 2, С.М. Висков1, А.В. Пикуленко1, Х. Газаль1, В.И. Попадюк1
1ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов им. Патриса Лумумбы» Минобрнауки России, Москва, Россия;
2АО «Ильинская больница», Московская область, Россия
e-mail: nermarina@yahoo.com
Цель исследования. Выявить характерные анатомические изменения полости носа по данным мультиспиральной компьютерной томографии околоносовых пазух у пациентов с рецидивирующим хроническим риносинуситом после хирургического лечения в анамнезе.
Материал и методы. Проведено ретроспективное исследование: анализ данных мультиспиральной компьютерной томографии (МСКТ) околоносовых пазух (ОНП) 35 оперированных ранее пациентов (14 (40%) женщин, 21 (60%) мужчины) с рецидивом хронического риносинусита (ХРС), которые поступили в центр хирургии головы и шеи АО «Ильинская больница» для проведения ревизионной эндоскопической синусотомии (ЭСС). Средний возраст пациентов 43,4 (18—74) года. Все пациенты ранее оперированы от 2 до 30 раз по поводу верхнечелюстного синусита, сфеноидита, полисинусита. Нами проведен анализ полученных до операции данных МСКТ ОНП в коронарной и аксиальной проекциях с шагом 1 мм. У пациентов выявлен верхнечелюстной синусит, сфеноидальный синусит, полисинусит. Все пациенты прооперированы под контролем интраоперационной навигации. Осложнений не было. Рецидивов в срок наблюдения от 1 до 3 лет не было.
Результаты. Результаты исследования представлены в таблице.
Результаты анализа данных мультиспиральной компьютерной томографии околоносовых пазух
Данные мультиспиральной компьютерной томографии околоносовых пазух | Пациенты (n=35), n (%) |
Анатомические изменения околоносовых пазух | 35 (100) |
Неудаленный крючковидный отросток | 24 (68,6) |
Синехии в среднем носовом ходе | 17 (48,6) |
Латерализация средней носовой раковины | 1 (2,85) |
Невскрытая клетка agger nasi и/или невскрытые фронтоэтмоидальные клетки | 12 (34,3) |
Рубцовый стеноз в области лобного кармана | 3 (8,6) |
2 соустья ВЧП (дополнительное в задней фонтанелле и/или в нижнем носовом ходу) | 10 (28,5) |
Рубцовое стенозирование соустья верхнечелюстной пазухи | 2 (5,7) |
Невскрытые передние решетчатые клетки | 28 (80) |
Невскрытые задние решетчатые клетки | 17 (48,5) |
Резецированные полностью/частично средние носовые раковины | 10 (28,5) |
Рубцовый стеноз в области области соустья клиновидной пазухи | 10 (28,5) |
Обсуждение. Несмотря на распространенность и эффективность эндоскопических операций на ОНП, рецидивы случаются часто — от 12% до 24,5%. Анализу причин рецидивов после ЭСС в настоящее время уделяется все большее внимание учеными разных стран. D. Martin-Jimenez и соавт. провели анализ 14 проспективных и ретроспективных исследований, посвященных рецидивам после ЭСС. Авторами выявлены некоторые закономерности. Считается, что через 3—5 лет количество рецидивов после операций существенно увеличивается. Авторы едины во мнении, что с каждой последующей операцией риск осложнений у пациентов существенно выше, при этом качество их жизни резко снижается. Наше исследование показало, что анатомические изменения ОНП имели место у всех (n=35) пациентов с рецидивирующим ХРС. Самыми частыми анатомическими находками были невскрытые передние (80%) и задние (48,5%) решетчатые клетки, неудаленный крючковидный отросток (68,6%), невскрытые фронтоэтмоидальные клетки (34,3%). Отмечено наличие двух отверстий в верхнечелюстной пазухе (28,5%) после верхнечелюстной синусотомии, а также стенозирование и рубцевание соустья клиновидной пазухи (28,5%). Кроме того, выявлены рубцевание естественного соустья верхнечелюстной пазухи (5,7 %) и латерализация средней носовой раковины (2,85%).
Заключение. Анатомическими особенностями, обусловливающими рецидив хронического риносинусита после операций, можно считать проведение операции не через естественное соустье с созданием синдрома рециркуляции (при верхнечелюстной синусотомии через отверстие в задней фонтанелле) или в неполном объеме (невскрытые решетчатые клетки или недостаточное отверстие после сфенотомии, узость сфеноэтмоидального углубления). Кроме того, недостаточный уход после операции создал условия для латерализации средней носовой раковины, образования синехий, рубцового стенозирования соустья клиновидной пазухи после сфенотомии. Для улучшения качества жизни пациентов и предотвращения рецидивов хронического риносинусита после операций целесообразно продолжать исследования.
***
Эффективность и безопасность применения пробиотика БактоБЛИС в комплексной терапии гипертрофии глоточной миндалины и аденоидита у детей и подростков
А.Ю. Овчинников, А.Р. Умаров, А.А. Швыдун
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: amir.umarov2022@yandex.ru
Введение. Гипертрофия глоточной миндалины (аденоидные вегетации) и хронический аденоидит относятся к числу наиболее распространенных заболеваний детского возраста и оказывают значительное влияние на качество жизни пациентов. По данным литературы, частота аденоидита составляет от 20% до 50%, достигая 70% среди часто болеющих детей, при этом отмечается тенденция к увеличению заболеваемости. Несмотря на широкое применение хирургических методов лечения, аденотомия не всегда является оптимальным выбором, поскольку глоточная миндалина играет важную роль в формировании местного иммунитета. Она участвует в продукции лимфоцитов, обеспечивающих защиту слизистых оболочек верхних дыхательных путей и среднего уха, что обосновывает необходимость поиска и применения консервативных методов терапии. В последние годы особое внимание уделяется пробиотической терапии как перспективному направлению лечения. В частности, штамм Streptococcus salivarius K12 (SsK12) способен продуцировать лантибиотики (саливарицин А2 и В), обладающие антагонистической активностью в отношении основных респираторных патогенов, включая Streptococcus pyogenes, Streptococcus pneumoniae, Haemophilus influenzae и Moraxella catarrhalis. Это способствует снижению колонизации слизистой оболочки патогенной микрофлорой и поддержанию микробиологического равновесия.
Цель исследования. Оценить переносимость, безопасность и клиническую эффективность (частоту обострений и тяжесть течения) трехмесячного курса пробиотика БактоБЛИС у детей и подростков с хроническим аденоидитом, имеющих показания к аденотомии.
Материал и методы. В исследование включены 50 пациентов (19 девочек и 31 мальчик). Участники ежедневно принимали пробиотик БактоБЛИС в форме таблеток перед сном в течение 3 мес; при необходимости проводилась симптоматическая терапия. На протяжении всего периода наблюдения пациенты вели дневник самоконтроля. Дизайн исследования предусматривал четыре этапа: первичное обследование с назначением терапии; промежуточную оценку через 90±3 дня; повторное обследование через 180±7 дней; итоговую оценку через 12 мес. Заключительный этап включал анализ дневников, эндоскопическое исследование носоглотки, микробиологическое исследование мазков, а также проведение аудиометрии и тимпанометрии. Дополнительно оценивались возможные нежелательные явления и побочные реакции.
Результаты. В ходе наблюдения отмечена выраженная положительная динамика. По данным тимпанометрии, число пациентов с тимпанограммой типа A увеличилось с 4 до 41, тогда как число пациентов с типом C снизилось с 35 до 7. Результаты тональной пороговой аудиометрии продемонстрировали уменьшение костно-воздушного интервала с 12,55±3,5 дБ до 4,06±2,4 дБ. Анализ дневников самонаблюдения показал снижение частоты эпизодов острой респираторной вирусной инфекции и обострений аденоидита. Микробиологические исследования выявили уменьшение количества патогенных микроорганизмов при одновременном увеличении доли нормальной (индигенной) микрофлоры. В течение всего периода наблюдения нежелательных явлений и аллергических реакций на фоне применения пробиотика не было.
Выводы. Длительное наблюдение за детьми и подростками с хроническим аденоидитом показало, что применение пробиотика БактоБЛИС характеризуется высоким профилем безопасности и хорошей переносимостью. Препарат способствует нормализации микробиоценоза носоглотки, снижению частоты обострений и уменьшению выраженности клинических проявлений заболевания у пациентов с показаниями к аденотомии.
***
Оксид азота: от молекулы к клиническому решению при риносинусите
А.Ю. Овчинников, М.А. Эдже, Т.Ю. Сокаева
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: sokaeva.lor@gmail.com
Введение. Острый риносинусит (ОРС) является одним из наиболее распространенных заболеваний в практике врача-оториноларинголога и сопровождается значительным снижением качества жизни пациентов. Несмотря на широкое использование клинико-инструментальных методов диагностики, объективная оценка активности воспалительного процесса и его динамики лечения остается затрудненной. Применение компьютерной томографии (КТ) сопровождается лучевой нагрузкой и рекомендовано при подозрении на осложнения. Одним из перспективных биомаркеров воспалительного процесса является оксид азота (NO), играющий важную роль в регуляции мукоцилиарного клиренса, сосудистого тонуса и иммунного ответа слизистой оболочки дыхательных путей. В то время как диагностическая значимость выдыхаемого через рот оксида азота (FeNO) при заболеваниях нижних дыхательных путей хорошо изучена, значение определения назальной фракции выдыхаемого оксида азота (нFeNO) при патологии верхних дыхательных путей, в частности при ОРС, остается недостаточно исследованным.
Цель исследования. Усовершенствовать методы объективной диагностики и прогнозирования эффективности лечения у пациентов с острым риносинуситом.
Материал и методы. В исследование включены 77 пациентов, из них 44 пациента с ОРС (основная группа, ОГ), 33 условно здоровых добровольца (контрольная группа, КГ), а также дополнительно в рамках ретроспективного анализа проанализированы 30 медицинских карт пациентов (группа сравнения, ГС). Всем пациентам проводилось комплексное обследование при первичном обращении и в динамике — на 7—10-й и 30—35-й дни лечения, включающее клинико-анамнестическую оценку, эндоскопическое исследование полости носа (по шкале m-Lund—Kennedy), КТ околоносовых пазух (по шкале Lund—Mackay), а также измерение уровня нFeNO с использованием портативного газоанализатора NOBreath (Bedfont Scientific Ltd., Великобритания).
Результаты. Установлено, что уровень нFeNO имеет статистически значимую отрицательную корреляцию с выраженностью воспалительных изменений по эндоскопической шкале m-LK (p<0,05), что свидетельствует о его тесной связи с объективными характеристиками воспалительного процесса. Показано, что при ОРС наблюдается системное снижение уровня нFeNO даже при одностороннем поражении, что отражает вовлечение полости носа и околоносовых пазух в единый патологический процесс. При сравнении с показателями условно здоровых добровольцев выявлены статистически значимо более низкие уровни нFeNO у пациентов с ОРС. В ходе исследования разработана дискриминантная модель прогнозирования эффективности терапии с чувствительностью 92,3% и специфичностью 60,0%. На основе полученной модели предложена шкала оценки эффективности лечения, позволяющая уже на 7—10-й день прогнозировать исход заболевания и оптимизировать лечебную тактику.
Выводы. Назальная фракция выдыхаемого оксида азота является информативным неинвазивным маркером, отражающим активность воспалительного процесса при остром риносинусите. Его динамика может использоваться для объективной оценки эффективности терапии и прогнозирования исхода заболевания. Разработанные прогностическая модель и алгоритм ведения пациентов позволяют реализовать персонализированный подход к диагностике и лечению данной патологии, способствуют снижению неопределенности в клинических решениях и уменьшению необоснованного назначения лучевых методов диагностики.
***
Оценка влияния на качество жизни дополнительного соустья в нижнем носовом ходе у оперированных пациентов с хроническим верхнечелюстным синуситом
А.В. Пикуленко1, 2, 3, М.В. Нерсесян1, 2, В.И. Попадюк1, С.М. Висков1, 2
1ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов им. Патриса Лумумбы» Минобрнауки России, Москва, Россия;
2АО «Ильинская больница», Московская область, Россия;
3ГОУ «Приднестровский государственный университет им. Т.Г. Шевченко», Тирасполь, Приднестровская Молдавская Республика
e-mail: avipik@yandex.ru
Введение. Принято считать, что доступ через нижний носовой ход у пациентов с хроническим верхнечелюстным синуситом (ХВС) в ряде клинических ситуаций, в частности при радикальной операции или когда естественное соустье функционирует, рассматривается как предпочтительный. В частности, он показан при подготовке к синус-лифтингу и дентальной имплантации, а также при наличии кист, полипов, инородных тел или локализованных грибковых масс, расположенных в области альвеолярной бухты. Однако, несмотря на техническую простоту, относительную малоинвазивность и попытки реконструкции соустья с использованием различных методик, у ряда пациентов в послеоперационном периоде появляются типичные жалобы. Есть мнение, что инфратурбинальная антростома может способствовать хронизации верхнечелюстного синусита. Понимание этих проблем крайне важно для планирования операции и эффективного послеоперационного ведения пациентов.
Цель исследования. Оценить качество жизни пациентов с рецидивами ранее оперированного хронического верхнечелюстного синусита при наличии сохраненной риноантростомы в области нижнего носового хода, а также сопоставить полученные данные с результатами компьютерной томографии и эндоскопического исследования.
Материал и методы. Проведено ретроспективное исследование, в которое включены 65 пациентов с рецидивирующим течением ХВС после ранее выполненных хирургических вмешательств, у 12 (18,46%) из них выявлена инфратурбинальная риноантростома. Нами собраны данные жалоб, анамнеза пациентов, клинических исследований: спиральной компьютерной томографии (СКТ) околоносовых пазух (ОНП) и эндоскопического исследования полости носа, а также данные заполненных анкет опросника качества жизни (SNOT-22). Вся информация занесена в базу данных и проанализирована.
Результаты. Все пациенты перенесли операции на верхнечелюстных пазухах. У 5 (41,7%) пациентов операция выполнена с двух сторон, у 7 (58,3%) — с одной. Основной жалобой (100%) пациентов было стекание отделяемого по задней стенке глотки со стороны антростомы в нижнем носовом ходе. Частыми жалобами также были заложенность носа — у 8 (66,7%) пациентов, лицевая боль/гипестезия (в области верхнечелюстной пазухи) — у 6 (50%), ухудшение обоняния — у 5 (41,7%), а также нарушения сна: сложности засыпания — у 4 (33,3%), пробуждение ночью — у 4 (33,3%), чувство усталости по утрам — у 4 (33,3%). У 4 (33,3%) пациентов отмечены концентрация на своем состоянии и психологические симптомы, среди них сложности с концентрацией внимания, астения и депрессия (в частности, огорчение), разбитость/беспокойство/раздражение, чувство смущения. У 7 (58,3%) пациентов рецидивы ХВС возникали более четырех раз в год. По данным КТ ОНП у всех пациентов выявлены частичное или тотальное нарушение воздушности верхнечелюстной пазухи и риноантростома в области нижнего носового хода. Всем пациентам проведена ревизионная эндоскопическая верхнечелюстная синусотомия с закрытием нижней риноантростомы лоскутом на большой небной артерии. Через 1 мес и 6 мес по данным СКТ и эндоскопии полости носа выявлено, что у 100% пациентов лоскут состоятелен и у 11 (91,67%) исчезли все перечисленные выше жалобы. Только у 1 (8,3%) пациента через 6 мес появилась заложенность носа в горизонтальном положении, остались нарушения сна и концентрация на своем состоянии. Необходимо отметить, что за 6 мес ни у одного пациента не было обострения ХВС.
Заключение. Наличие инфратурбинальной риноантростомы после предшествующих операций на верхнечелюстной пазухе может приводить к хронизации верхнечелюстного синусита с рецидивами заболевания. В связи с этим качество жизни у ряда пациентов страдает, нередко кроме носовых симптомов появляется повышенная концентрация на своем состоянии и даже развиваются депрессивные состояния. Разработка методик ревизионных эндоскопических операций с закрытием сформированного аномального сообщения и восстановлением физиологического пути оттока у этого контингента больных представляется перспективной.
***
Анализ клинико-анатомических и морфологических особенностей пациентов с хроническим верхнечелюстным синуситом после синусотомии
А.В. Пикуленко1, 2, 3, М.В. Нерсесян1, 2, В.И. Попадюк1, С.М. Висков1, 2
1ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов им. Патриса Лумумбы» Минобрнауки России, Москва, Россия;
2АО «Ильинская больница», Московская область, Россия;
3ГОУ «Приднестровский государственный университет им. Т.Г. Шевченко», Тирасполь, Приднестровская Молдавская Республика
e-mail: avipik@yandex.ru
Введение. Хронический риносинусит остается одной из наиболее актуальных проблем современной оториноларингологии. Несмотря на широкое использование эндоскопических технологий, частота рецидивов после хирургического лечения остается значительной. Это определяет необходимость более детального анализа факторов, влияющих на течение заболевания, включая анатомические особенности полости носа, морфологическое состояние слизистой оболочки и последствия ранее выполненных хирургических вмешательств. Особое значение имеет сравнительное изучение состояния пациентов с первичными формами заболевания и больных рецидивирующим послеоперационным синуситом, поскольку такой подход позволяет глубже понять патогенетические механизмы патологического процесса и обосновать выбор оптимальной хирургической тактики.
Цель исследования. Выявить клинико-анатомические и морфологические особенности пациентов с хроническим верхнечелюстным синуситом и определить различия между группами в зависимости от наличия или отсутствия хирургического анамнеза.
Материал и методы. В исследование включены 163 пациента, поступивших на оперативное лечение по поводу хронического верхнечелюстного синусита (ХВС). Пациенты разделены на три группы: 1-я группа — 52 пациента с рецидивирующим послеоперационным синуситом; 2-я группа — 56 пациентов, поступивших на первичную полисинусотомию; 3-я группа — 55 пациентов, поступивших на первичную верхнечелюстную синусотомию. Нами оценивались: анатомические особенности полости носа; данные компьютерной томографии; наличие патологического содержимого и характер патологических изменений слизистой оболочки пазух, а также частота рецидивов заболевания. Статистическая обработка проведена с использованием критерия χ2 Пирсона. Различия считали статистически значимыми при p<0,05.
Результаты. Анализ клинического течения заболевания показал, что пациенты с рецидивирующим синуситом характеризуются более тяжелым течением. У 30 (57,7%) пациентов 1-й группы отмечались рецидивы 2—4 раза в год, а более 4 раз в год — у 18 (34,6%), что превышало аналогичные показатели во 2-й и 3-й группах. Искривленная перегородка носа у пациентов с первичными синуситами выявлялась чаще: у 33 (58,9%) пациентов 2-й группы и у 36 (65,5%) пациентов 3-й группы по сравнению с 13 (25%) пациентами 1-й группы (χ2=20,0; p<0,001). Морфологические изменения слизистой оболочки существенно различались между группами: полипозные изменения преобладали в 1-й группе (30 (57,7%) пациентов) и во 2-й группе (31 (55,4%) пациент), тогда как в 3-й группе доминировали кисты (35 (63,7%) пациентов). Различия носили статистически значимый характер (χ2=40,1; p<0,001). Снижение пневматизации верхнечелюстных пазух было более выраженным у пациентов 1-й группы — более половины полости пазухи поражено у 25 (48,1%) пациентов — и только у 5 (8,9%) пациентов 2-й группы. Межгрупповые различия были статистически значимыми (χ2=51,2; p<0,001). Анализ патологического содержимого пазух показал, что муцин значительно чаще выявляли у пациентов 2-й группы — у 27 (48,2%) по сравнению с 4 (7,7%) пациентами 1-й группы и 6 (10,9%) пациентами3-й группы (χ2=31,8; p<0,001). Гнойное содержимое пазух встречалось с сопоставимой частотой: у 8 (15,4%) пациентов 1-й группы, у 15 (26,8%) пациентов 2-й группы и у 15 (27,3%) пациентов 3-й группы (p>0,05).
Гиперплазия задних концов нижних носовых раковин выявлялась чаще во 2-й группе — у 39 (69,6%) пациентов, а также у 30 (57,7%) пациентов 1-й группы и у 20 (36,4%) пациентов 3-й группы (χ2=12,7; p=0,002). Послеоперационные изменения, такие как синехии (14 (26,9%) пациентов), перфорация перегородки (4 (7,7%) пациента) и деформация пазух (3 (5,8%) пациента), выявлены исключительно у пациентов 1-й группы.
Заключение. Пациенты с рецидивирующим послеоперационным синуситом характеризуются более тяжелым течением заболевания, выраженными морфологическими изменениями слизистой оболочки и наличием послеоперационных анатомических нарушений. В отличие от этого при первичных формах синусита ведущую роль играют анатомические факторы, нарушающие вентиляцию околоносовых пазух. Полученные данные подчеркивают необходимость индивидуализированного подхода к выбору объема хирургического вмешательства с учетом выявленных клинико-анатомических особенностей.
***
Тревога и депрессия в структуре биопсихосоциальной модели субъективного ушного шума
К.В. Савранская, Н.А. Мирошниченко, Н.С. Рыжкова
ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
e-mail: kristina.savranskaya@gmail.com
Введение. Субъективный ушной шум (СУШ) традиционно концептуализируется как отологический или неврологический симптом. Однако в настоящее время он все чаще признается сложным биопсихосоциальным состоянием, при котором психологические факторы, такие как тревога и депрессия, играют решающую роль в восприятии и поддержании СУШ, а также в субъективной оценке его тяжести и влияния на качество жизни.
Цель исследования. Определить уровень тревоги и депрессии у пациентов с хроническим шумом в ушах без аудиологических изменений, выявить корреляцию между показателями тревоги и депрессии и выраженностью обремененности шумом в ушах.
Материал и методы. На кафедре оториноларингологии ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России проведено исследование, в котором приняли участие 130 пациентов в возрасте от 18 до 35 лет. Обследуемые разделены на группы: группа исследования — 65 пациентов с хроническим СУШ без аудиологических изменений; контрольная группа — 65 условно здоровых добровольцев без шума в ушах и без аудиологической патологии. Аудиометрию проводили в стандартном и высокочастотном диапазонах частот от 125 Гц до 20 000 Гц с использованием аудиометра клинического AC 40 (Interacoustics A/S, Дания). Все пациенты заполнили следующие валидированные опросники: тест THI (Tinnitus Handicap Inventory) — анкету для оценки субъективной величины страдания при СУШ; шкалу тревоги Бека (Beck Anxiety Inventory — BAI) для скрининга тревоги и оценки степени ее выраженности; шкалу депрессии Бека (Beck Depression Inventory — BDI) для выявления симптомов депрессии и уточнения степени ее тяжести. Для статистической обработки данных использовали t-критерий Стьюдента. Пациенты, у которых диагностирована патология наружного и/или среднего уха, кондуктивная, смешанная, сенсоневральная тугоухость, исключены из дальнейшего исследования.
Результаты. Результаты анкетирования представлены в таблице.
Результаты анкетирования обследованных лиц
Опросник | Группа | Значение p | |
исследования | контрольная | ||
Тест THI | 46,1±20 | — | — |
Шкала тревоги Бека | 32,9±11,8 | 12,4±7,8 | <0,00001* |
Шкала депрессии Бека | 21,9±13,2 | 5,8±5,6 | <0,00001* |
Примечание. * — различия статистически значимы.
В результате анализа данных определено, что средний уровень тревоги и депрессии был статистически значимо выше у пациентов группы исследования СУШ. Выявлена положительная корреляция между более высокими значениями, полученными при выполнении теста THI, и тяжестью тревоги и депрессии у пациентов с СУШ.
Выводы. Оценка этиологических причин, факторов риска шума в ушах, коморбидных нозологий и лечение субъективного ушного шума должны основываться на отологической, аудиологической, соматической и психологической диагностике. Следует применять проверенные опросники, которые не только содержат контрольные списки симптомов, но и оценивают аспекты психологического опыта и обработки стимулов (например, тенденции к катастрофизации, оптимизм-пессимизм, уровень самооценки). Раннее выявление суицидальных мыслей — верхушки айсберга суицидальных процессов — позволяет своевременно начать работу над психологическим бременем субъективного ушного шума. Культурная стигматизация в отношении психического здоровья может снижать частоту обращения за помощью к психиатрам и психотерапевтам. Поэтому специалисты, к которым обращаются пациенты с данной патологией, должны быть ориентированы в том числе в вопросах диагностики и лечения депрессии и тревожных расстройств. В то же время нет необходимости останавливать диагностический поиск при выявлении у больного психического расстройства, всегда необходимо помнить о полиэтиологичности тиннитуса и оценить другие возможные предикторы.
***
Комплексное лечение гипертонусной дисфонии у профессионалов голоса
Ю.Е. Степанова, Т.В. Готовяхина, Н.Н. Махоткина
ФГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт уха, горла, носа и речи» Минздрава России
e-mail: julia.stepanov@yandex.ru
Введение. Под гипертонусной дисфонией (ГД) понимают нарушение голосовой функции, обусловленное повышенным тонусом мышц гортани, в том числе голосовых складок. Среди различных форм функциональных дисфоний ГД встречается в 2,3—2,4% случаев, преимущественно у профессионалов голоса. Возникновение ГД связывают с форсированной манерой голосоведения в речи и пении, длительной фонацией в шуме, частым использование твердой атаки, приводящей к постоянному перенапряжению мышц брюшного пресса, напряжению и болезненности мышц лица и шеи. Больные жалуются на утомляемость, отсутствие звонкости голоса, осиплость, напряженный голос, дискомфорт в области шеи во время фонации. Плотное смыкание голосовых складок сопровождается отеком, гиперемией медиального края, сосудистой инъекцией, гиперфункцией вестибулярных складок, в дальнейшем возможно развитие органической патологии. Традиционная терапия пациентов с функциональными дисфониями состоит из соблюдения голосового режима, фонопедического и физиотерапевтического лечения (ФТЛ). Медикаментозное лечение ГД затруднено в связи с отсутствием миорелаксантов, избирательно снижающих тонус мышц гортани. Такие методы ФТЛ, как амплипульстерапия, магнитотерапия, оказывают стимулирующее действие и рекомендованы при гипотонусных дисфониях, но неэффективны при ГД. Поэтому изучение воздействия методов ФТЛ и фонопедии, направленных на расслабление мышц шеи и гортани, приобретает первостепенное значение.
Цель исследования. Разработать способ комплексного лечения гипертонусной дисфонии у профессионалов голоса.
Материал и методы. Всем пациентам с гипертонусной дисфонией до и после лечения проводили оценку показателей вибраторного цикла методом видеоэндостробоскопии и стробокимографии с определением коэффициента открытия (OQ), компьютерный анализ голоса. Комплексное лечение включало, во-первых, ограничение голосовой нагрузки, во-вторых, ФТЛ, направленное на расслабление мышц гортани. С этой целью использовали импульсную электротерапию по Янчу с двумя электродами. Метод впервые применен у пациентов с ГД. Параметры переменного импульсного электрического тока с треугольной формой импульса низкой частоты составили: частота 30—50 Гц, сила тока до 6 мА, длительность 15 мин. В-третьих, фонопедическое занятие продолжительностью 30 мин, которое проводили через полчаса после ФТЛ. На первых трех занятиях пациента обучали нижнереберному диафрагмальному дыханию, затем переходили к формированию и закреплению физиологической техники фонации с использованием мягкой придыхательной атаки, произнесения слогов и слов, начинающихся с глухих щелевых согласных «х», «ф», «ш», а также использовали наименее напряженные носовые звуки «м», «н». Пациенты продолжали выполнять комплекс упражнений дома. Курс лечения состоял из 10 процедур ФТЛ и 10 занятий с фонопедом через день.
Клиническое наблюдение. Больная Н., 42 года, руководитель производства, обратилась с жалобами на осиплость, утомляемость голоса, болезненное напряжение мышц шеи и глотки во время фонации на фоне повышенной голосовой нагрузки в течение последних 2 мес. Видеоэндостробоскопия гортани: слизистая оболочка розовая, с умеренно выраженной сосудистой инъекцией. При фонации голосовые складки смыкаются очень плотно, фонационная щель отсутствует, колебания асимметричные, нерегулярные, слизистая волна отсутствует, гиперфункция вестибулярных складок, OQ составил 0,41, то есть большую часть вибраторного цикла голосовые складки находились в фазе контакта, что характерно для функциональной дисфонии по гипертонусному типу. Компьютерный анализ голоса определил увеличение показателей нестабильности голоса по частоте в краткосрочном и долгосрочном периодах (Jitter, RAP, vF0), нестабильности голоса по амплитуде в долгосрочном периоде (vAm), а также амплитудного тремора (ATRI) и отношения субгармоник к частоте основного тона (DSH). После курса лечения пациентка отметила отсутствие осиплости, утомляемости голоса, напряжения мышц шеи и глотки. Видеоэндостробоскопия: колебания симметричные, регулярные, слизистая волна хорошо выражена, фонационная щель тонкая линейная, вестибулярные складки в фонации не участвуют, OQ 0,5, что свидетельствует об уменьшении фазы контакта и соответствует нормальным значениям. Компьютерный анализ голоса выявил нормальные значения всех акустических показателей. Пациентка вернулась к профессиональной деятельности.
Выводы. В результате комплексного лечения гипертонусной дисфонии достигнуто восстановление голосовой функции, произошла нормализация видеоэндостробоскопической, стробокимографической картины гортани, а также показателей компьютерного анализа голоса. Полученные результаты свидетельствуют о снижении тонуса мышц гортани за счет одновременного применением импульсной электротерапии по Янчу и фонопедической коррекции.
***
Оториноларингология на рубеже эпох
П.А. Сударев1, В.В. Мищенко1, А.И. Крюков1, 2, Н.Л. Кунельская1, 2, Р.Б. Хамзалиева1, Е.В. Гаров1, 2
1ГБУЗ города Москвы «Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л.И. Свержевского» Департамента здравоохранения города Москвы, Москва, Россия;
2ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
За прошедшую четверть XXI века оториноларингология как научно-клиническая дисциплина развивалась поступательно, пройдя ряд эволюционных этапов. Ученые-исследователи невольно сталкивались с пересмотром подходов классической постсоветской научной школы, пройдя путь от университетских лабораторий к компьютерным технологиям, таргетному транспорту лекарственных препаратов, клинической фармакологии, молекулярно-генетической диагностике и тканевой инженерии, которые легли в основу практически всех научных проектов и исследований как в оториноларингологии, так и в смежных медицинских дисциплинах. Специальность обогатилась тенденциями IT-технологий в качестве дополнительного инструмента диагностических кейсов; отчетливо проявило себя стремление оториноларингологии к коллаборациям с различными научно-исследовательскими институтами (НИИ) для выполнения поисковых научно-прикладных исследований на стыке с разными специальностями в новых направлениях, что определило появление конкретных инициатив и решений. И если еще в начале 2000-х годов появлялись единичные публикации по этим вопросам, то на сегодняшний день не только накоплены значительные теоретические знания, но и выполнен ряд исследований с конкретными практическими результатами. Часто прикладные исследования в области физики, биологии и материаловедения из научно-экспериментальных лабораторий и различных НИИ стали рассматриваться клиницистами как основа для прорыва в изучении этиологии и патогенеза ряда нозологий, возможности новой трактовки патофизиологических процессов и практического решения современных аспектов и научных задач. Междисциплинарные исследования зачастую уступили место узкоспециализированным, став основным научным ротором. Четко определилась практико-ориентированная потребность всех представленных на рынке научно-практических продуктов. Такие взаимодействия обеспечили необходимую для промышленности связку «клинический запрос — инженерное решение — серийное производство». Это означает, что технология прошла полный путь от идеи до внедрения — тестирование, клиническую апробацию и регистрацию и отмечена официальным товарным знаком в Роспатенте. Подобную практику необходимо рассматривать на уровне Минздрава России, например использовать аналогичный знак качества для разработок, создающихся ведущими организациями системы столичного и федерального здравоохранения. Алгоритм полного цикла разработки и внедрения медицинских изделий показал себя критически важным, соответствующим реальным потребностям практического здравоохранения и требованиям регуляторики. Наступила эпоха грантовых проектов на стыке специальностей, и появилась заинтересованность отечественных спонсорских инициатив для молодых ученых-исследователей. Необходимым условием стало получение регистрационных удостоверений на медицинские изделия, выходящие из стен университетских клиник и НИИ. Таким обозом, современная научная школа столкнулась с вопросами понимания жизненного цикла регистрационного досье, работы правого поля в аспекте регистрации и вывода медицинских изделий на рынок. Чтобы такие решения могли уверенно конкурировать с зарубежными аналогами, важно иметь подтверждение профессионального медицинского сообщества и государства. Следует отметить, что классический эксперимент не утратил своей актуальности, однако эволюционировал в рамках переноса части исследований на электронную платформу ресурсов математического, физического и механического моделирования ряда этапов исследований по сравнению с предыдущими десятилетиями. Активный прогресс во всех исследованиях специальности обусловили физика полупроводников и широкое введение GaN-транзисторов на основе нитрида галлия в основу практически всех микрочипов и медицинской аппаратуры крупных мировых корпораций. Данные технологии легли в основу хирургического оборудования для оториноларингологии, в частности для интраоперационного мониторинга нервной ткани, навигационной и роботизированной хирургии. Последние 25 лет стали «золотым веком» для клинической и научной повестки оториноларингологии. Следует отметить, что оториноларингология последних лет — это не просто медицинская дисциплина, а эволюционный скачок, где передовые технологии и глубокое понимание человеческой физиологии слились воедино, создавая новую главу в истории здоровья. Это эпоха, когда наука возвращает людям не только здоровье, но и возможность в полной мере ощущать богатство мира. Продолжающиеся исследования в области генетики, иммунологии и регенеративной медицины обещают дальнейшие прорывы в будущем, что напрямую улучшит качество жизни конечного потребителя — наших пациентов.
***
Транстимпанальная электрокохлеография в диагностике слуховых нарушений при последствиях акубаротравмы
Ф.А. Сыроежкин1, 2, А.Е. Голованов1, Ю.К. Янов1, Д.З. Юмакаев1
1ФГБВОУ ВО «Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова» Минобороны России, Санкт-Петербург, Россия;
2ФГБОУ ВО «Северо-Западный государственный медицинский университет им. И.И. Мечникова» Минздрава России,
Санкт-Петербург, Россия
Введение. Снижение разборчивости речи, гиперакузия, ушной шум — проявления центрального расстройства слуховой обработки, которое может развиваться в отдаленном периоде акубаротравмы. Несмотря на центральный уровень слуховых нарушений при этом заболевании, изначально на уровне периферического отдела слуховой системы имеет место деафферентация вследствие гибели наружных волосковых клеток, развития кохлеарной синаптопатии и формирования вторичного эндолимфатического гидропса. Клинически наблюдается тоно-речевая диссоциация — несоответствие между уровнем снижения разборчивости речи и порогами восприятия звуков при тональной аудиометрии. К наиболее изученной патологии слуховой системы, проявляющейся тоно-речевой диссоциацией, относятся заболевания спектра аудиторных нейропатий. Недавно описана скрытая тугоухость, которая характеризуется снижением слуха при относительно нормальных порогах тонального слуха. Кохлеарная синаптопатия, лежащая в основе слуховых нарушений при скрытой тугоухости, может влиять на степень снижения слуха при сенсоневральной тугоухости и определять величину реабилитационного потенциала у пациентов после шумового воздействия, в том числе в отдаленном периоде акубаротравмы. Одним из методов, позволяющих верифицировать наличие кохлеарной синаптопатии, является электрокохлеография (ЭКоГ). Однако ряд ограничений этого метода объективной аудиометрии (негативное влияние различного рода помех на качество получаемых результатов, продолжительность исследования, низкие амплитуды кривых ЭКоГ, затрудняющие интерпретацию данных и прочее) не позволяет широко применять его для выявления сенсорного дефицита в слуховой системе. В этой связи разработка методик верификации скрытой тугоухости и других слуховых нарушений, выявление которых посредством традиционных методов затруднено, является актуальной проблемой современной оториноларингологии.
Цель исследования. Усовершенствовать методы диагностики слуховых нарушений периферического отдела слуховой системы после чрезмерного акустического воздействия посредством разработки способа транстимпанальной регистрации электрокохлеографии.
Материал и методы. В основу предлагаемого способа регистрации ЭКоГ положена возможность визуализации размещения электрода на промонториальной стенке у пациентов, имеющих дефект барабанной перепонки. Контроль расположения осуществляется с помощью эндоскопа, размещенного вместе с активным электродом и источником звука во внутриушном вкладыше, который устанавливается в наружном слуховом проходе. У 25 пациентов в отдаленном периоде акубаротравмы проведена ЭКоГ с использованием описанного выше способа регистрации. Применяли электродиагностическую систему для объективной аудиометрии (ООО «Нейрософт», Россия). Визуализацию выполняли с помощью эндоскопического оборудования (KARL STORZ SE & Co. KG, Германия).
Результаты. У 22 из 25 пациентов импеданс активного электрода после первичного позиционирования стабильно достигал значений менее 3,0 кОм, что позволило получить высокоамплитудные записи ЭКоГ без артефактов. В тех случаях, когда подэлектродное сопротивление составляло более 3 кОм, незначительными вращательными движениями электрода-шарика, установленного на промонториуме, добивались более плотного контакта электрода с медиальной стенкой барабанной перепонки и тем самым снижения уровня подэлектродного сопротивления. У всех пациентов доля некачественных ответов («отбросов») составила 0%, что позволило сократить время записи до 30 с для каждого из исследуемых уровней громкости предъявляемых стимулов.
Выводы. Разработанный вариант проведения транстимпанальной электрокохлеографии является безопасным методом, позволяющим получить более информативные записи результатов при значительном сокращении временных затрат на проведение исследования. Дальнейший анализ данных транстимпанальной электрокохлеографии позволит разработать диагностические критерии для верификации форм нарушений слухового восприятия при акустическом повреждении периферического отдела слуховой системы.
***
Психоэмоциональные особенности взаимодействия «врач — пациент» при дистанционном консультировании в отоневрологии
А.В. Тишкина1, А.Л. Гусева1, 2
1ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова»
Минздрава России, Москва, Россия;
2ГБУЗ города Москвы «Городская клиническая больница №1 им. Н.И. Пирогова Департамента здравоохранения
города Москвы», Москва, Россия
e-mail: avtishkina@yandex.ru
Введение. Отоневрология — междисциплинарная область медицины, изучающая нарушения вестибулярной системы центрального и периферического генеза. Головокружение нередко сопровождается вегетативными и психоэмоциональными реакциями, включая тревожно-депрессивные состояния, что снижает качество жизни пациентов. Эффективность лечения во многом зависит от качества взаимодействия врача и пациента и уровня доверия, формирующего терапевтический альянс. Развитие телемедицинских технологий расширяет возможности дистанционного консультирования, однако их восприятие пациентами остается неоднозначным. Изучение психоэмоциональных аспектов дистанционного взаимодействия представляется важным для повышения эффективности помощи пациентам с вестибулярными нарушениями.
Цель исследования. Оценить динамику психоэмоционального состояния пациентов в процессе дистанционного взаимодействия.
Материал и методы. В проспективное нерандомизированное наблюдательное исследование включены 100 пациентов (89 женщин и 11 мужчин) с жалобами на головокружение. Возраст пациентов составил 48 [39,7; 57] лет. Критерии исключения: возраст до 18 лет, отсутствие информированного добровольного согласия на дистанционный формат взаимодействия и отказ от дальнейшего участия в исследовании. Для всех пациентов проведена первичная дистанционная консультация с использованием телемедицинской платформы, далее выполнено очное комплексное отоневрологическое обследование для определения тактики лечения. В течение 6 мес осуществлялось наблюдение пациентов с возможностью дистанционного обращения к лечащему врачу и проведением очных консультаций при необходимости. Анкетирование проводилось после первичной дистанционной консультации и повторно через 6 мес. Использованы госпитальная шкала тревоги и депрессии (HADS), шкала оценки головокружения (DHI) и анкета удовлетворенности медицинской помощью с применением телемедицинских технологий. Статистически значимыми считались различия при p<0,05.
Результаты и обсуждение. По данным оценки по шкале HADS при первичном анкетировании у большинства больных выявлен сопоставимый уровень субклинической тревоги. Однако у пациентов с вестибулярной мигренью (ВМ) и персистирующим постурально-перцептивным головокружением (ПППГ) показатели были выше — 10 [8,3; 11,7] баллов и 9,8 [8; 13,8] баллов соответственно. Через 6 мес отмечено статистически значимое снижение уровня тревоги, при этом наиболее низкий показатель выявлен у пациентов с доброкачественным пароксизмальным позиционным головокружением — 1,5 [1,3; 1,8] балла. Статистически значимых различий в зависимости от этиологии головокружения по шкале депрессии не было, однако при первичном анкетировании ее субклинические и клинические проявления чаще отмечались при ПППГ (36%) и ВН (33%). Через 6 мес наблюдалась тенденция к снижению показателей депрессии во всех группах. По шкале DHI исходно у всех больных отмечалось умеренное или выраженное головокружение. Наиболее высокие общие оценки в баллах и показатель функционального фактора выявлены при болезни Меньера (БМ) — 64 [34; 68] и 24 [16; 32], при ВМ общая оценка составила 60 [42; 69] баллов, а при ВН наиболее выраженным был эмоциональный фактор — 18 [14; 20] баллов. Через 6 мес отмечено снижение общего количества баллов по шкале DHI. Оценка удовлетворенности телемедицинской помощью показала рост положительных ответов: доступность (+27%), качество (+30%), приемлемость (+33%), готовность повторно использовать телемедицину (+65%). Доля пациентов, недовольных отсутствием очного контакта, снизилась с 33% до 16%.
Выводы. У пациентов с вестибулярными расстройствами выявлена высокая распространенность тревожных и депрессивных проявлений, особенно при вестибулярной мигрени и персистирующем постурально-перцептивном головокружении, что сопровождается снижением качества жизни. В течение 6-месячного дистанционного мониторинга отмечена положительная динамика: снижение уровня тревоги и депрессии и уменьшение функциональных ограничений, наиболее выраженное у пациентов с доброкачественным пароксизмальным позиционным головокружением и вестибулярной мигренью. Большинство пациентов положительно воспринимают дистанционный формат помощи, но некоторые испытывают дискомфорт из-за отсутствия регулярного очного контакта. Телемедицина может эффективно использоваться для длительного ведения таких пациентов при учете их психоэмоциональных особенностей и сохранении возможности очных консультаций.
***
Оценка результатов применения озон/No-насыщенных физиологических растворов у больных одонтогенным синуситом
Е.В. Хрусталева1, В.В. Педдер2, Л.Н. Городова1, Т.И. Чанцева1, Т.Г. Нестеренко1, Г.А. Шарак1
1ФГБОУ ВО «Алтайский государственный медицинский университет» Минздрава России, Барнаул, Россия;
2НПО «Метромед», Омск, Россия
e-mail: lorob@mail.ru
Введение. Ведущим звеном в этиологии хронических одонтогенных синуситов является микробный фактор: представители аэробной (гемолитические стрептококки, пневмококки, стафилококки), условно-патогенной (кишечные бактерии), анаэробной (неклостридиальные микроорганизмы — бактероиды, пептококки, пептострептококки) и грибковой (кандиды, аспергиллы) микрофлоры. Наличие анаэробной микробной флоры в подлежащих оперативному лечению пазухах отягощает течение послеоперационного периода, поэтому поиск и внедрение метода, который вызывает анаэробный бактерицидный эффект, актуальны. Одним из таких методов является послеоперационная санация верхнечелюстных пазух (ВЧП) с применением озон/NO-насыщенных физиологических растворов.
Цель исследования. Оценить эффективность воздействия озон/NO-насыщенных физиологических растворов на микробный состав верхнечелюстных пазух у оперированных больных одонтогенным синуситом.
Материал и методы. Для оценки эффективности применения озон/NO-насыщенных физиологических растворов мы проанализировали состояние микробного пейзажа ВЧП у 106 пациентов до оперативного лечения и на 7-е сутки послеоперационного периода. Всем больным промывали ВЧП в ходе операции и ежедневно в течение 7 сут после операции.
Результаты. Проведя бактериологическое исследование промывной жидкости из ВЧП у больных до операции, мы установили, что микробный пейзаж в них практически в 70% случаев был представлен представителями анаэробной флоры: Bacteroides spp. (35,2%), Peptostreptococcus (18,8%), Fusobacterium и Actinomyces oris, Cutibacterium avidum (по 19,2%), Granulicatella adiacens (12%) и Dolosigranulum pigrum (11,5%), Corynebacterium pseudodiphtheriticum (8,3%). Высеяны также аэробные микропатогены: Pseudomonas aeruginosa (12,5%), Haemophilus influenzae (13%), Staphylococcus aureus (12,50%). Грибковая флора у обследованных больных определялась в 40% случаев и была представлена Aspergillus (17%), Mucor (16,6%), Candida albicans (12%), Rhizopus (5,8%).
На 7-е сутки после операции в промывной жидкости из ВЧП мы не обнаружили микробных патогенов.
Выводы. На основании полученных результатов выявлено, что применение озон/NO-насыщенных физиологических растворов способствовало эрадикации из верхнечелюстных пазух патогенных микроорганизмов, что свидетельствует о целесообразности применения вышеназванных растворов у больных одонтогенным гайморитом.
***
Анализ данных цитограмм в послеоперационном периоде у больных одонтогенным синуситом
Е.В. Хрусталева1, В.В. Педдер2, Л.Н. Городова1, Т.И. Чанцева1, Т.Г. Нестеренко1, Г.А. Шарак1
1ФГБОУ ВО «Алтайский государственный медицинский университет» Минздрава России, Барнаул, Россия;
2НПО «Метромед», Омск, Россия
e-mail: lorob@mail.ru
Введение. Хронический одонтогенный верхнечелюстной синусит представляет собой длительное воспалительное заболевание слизистой оболочки верхнечелюстной пазухи, возникающее вследствие инфекционных процессов в зубах верхней челюсти в области премоляров и моляров. Основным методом лечения одонтогенных синуситов является оперативное лечение. Современная эндоскопическая хирургия позволяет выполнять вмешательства с минимальной инвазией, сохранить анатомию оперированной области и восстановить вентиляцию пазухи. Однако операционная травма замедляет процессы регенерации слизистой оболочки. Поэтому внедрение в практику методов, оказывающих положительное влияние на все фазы заживления послеоперационной раны, актуально. Известно, что озон/NO-физиологические растворы обладают выраженным бактерицидным эффектом, ускоряют микроциркуляцию и улучшают оксигенацию в тканях, обладают противовоспалительным и иммуномодулирующим действием, тем самым ускоряя процессы репарации.
Цель исследования. Оценить эффективность воздействия озон/NO-физиологических растворов на процессы заживления слизистой оболочки по результатам цитограмм у больных одонтогенным гайморитом в послеоперационном периоде.
Материал и методы. Всем пациентам (n=106), включенным в исследование, выполняли оперативное лечение в объеме эндоскопической гайморотомии, которую сочетали с подслизистой резекцией носовой перегородки, вазотомией и прочее. Больные распределены в две группы. Пациентам группы I (контрольной) выполняли промывание оперированной пазухи стерильным физиологическим раствором в ходе оперативного лечения и в послеоперационном периоде. Пациентам группы II (основной) проводили промывание оперированной пазухи озон/NO-физиологическими растворами в ходе оперативного лечения и в послеоперационном периоде. Для оценки эффективности применяемого метода выполняли цитологическое исследование мазков-отпечатков на 4-е и 6-е сутки после операции и определяли тип цитограмм.
Результаты. На 4-е сутки у больных группы I преобладали воспалительные (62,67%) и дегенеративно-воспалительные (37,33%) типы цитограмм. На 6-е сутки у больных данной группы преобладали воспалительно-регенераторные типы цитограмм (56,6%), регенераторные типы цитограмм отмечены в 43,4% случаев. У больных группы II на 4-е сутки наблюдали преобладание воспалительно-регенераторных типов цитограмм (54,4%). На 6-е сутки после операции в группе преобладали регенераторный тип (52,5%) и воспалительно-регенераторный тип (47,5%) цитограмм, что указывает на ускорение процессов заживления.
Выводы. На основании результатов цитограмм слизистой оболочки полости носа у оперированных больных одонтогенным гайморитом установлено, что применение озон/NO-физиологических растворов с целью промывания пазух после оперативного вмешательства стимулирует репаративные процессы. Это позволяет рекомендовать применение данного способа в ходе послеоперационного ведения пациентов.
***
Оценка эффективности применения озон/NO-ультразукового метода санации небных миндалин у пациентов с токсико-аллергической формой хронического тонзиллита I степени на основании элиминации внутриклеточно-персистирующей кокковой флоры
Е.В. Хрусталева1, В.В. Педдер2, Г.А. Шарак1, Т.И. Чанцева1, Л.Н. Городова1, Т.Г. Нестеренко1
1ФГБОУ ВО «Алтайский государственный медицинский университет» Минздрава России, Барнаул, Россия;
2НПО «Метромед», Омск, Россия
e-mail: lorob@mail.ru
Введение. Вопрос терапии хронического тонзиллита (ХТ) остается актуальным, что обусловлено высокой степенью агрессивности бета-гемолитического стрептококка группы A (БГСА), отличающегося склонностью к длительному существованию внутри клеток, что делает его маловосприимчивым к традиционным методам лечения. Одним из эффективных методов элиминации БГСА из небных миндалин является ультразвуковая их санация с помощью аппарата «Тонзиллор-ММ».
Цель исследования. Оценить эффективность воздействия комбинации ультразвука и озон/NO-обогащенного физиологического раствора на элиминацию внутриклеточных форм стрептококка у пациентов с токсико-аллергической формой хронического тонзиллита I степени.
Материал и методы. Основную группу исследования составили 20 человек в возрасте от 18 до 60 лет с токсико-аллергической формой ХТ I степени (ТАФ I). Каждому пациенту проведено 10 сеансов ультразвуковой санации небных миндалина на аппарате «Тонзиллор-ММ» с применением озон/NO-обогащенного физиологического раствора. Контрольную группу составили 18 человек с ХТ ТАФ I, которым проведено 10 сеансов ультразвуковой санации на аппарате «Тонзиллор-ММ» с водным раствором 0,05% хлоргексидина биглюконата. После каждой процедуры у пациентов проводили забор материала с поверхности небных миндалин для цитологического и бактериологического исследования.
Результаты. Особо значимое уменьшение количества внутриклеточных форм кокков у больных обеих групп отмечено на 3—4-й день лечения, что коррелирует с данными бактериологического исследования: отмечено повышение выявляемости БГСА после 3—4 процедур. Однако, по данным цитологического исследования, полной элиминации возбудителя как у пациентов с ХТ ТАФ I, которым применяли санацию небных миндалин с раствором 0,05% хлоргексидина биглюконата, так и у пациентов, которым применяли озон/NO-обогащенные физиологические растворы, добиться не удалось даже на 10-й день лечения. При этом у пациентов основной группы отмечено более выраженное снижение количества кокковой флоры — в 1,5 раза в сравнении с контрольной группой.
Выводы. Ультразвуковая санация небных миндалин способствует выходу внутриклеточно персистирующих форм бета-гемолитического стрептококка группы A. При этом применение комбинации озона, оксида азота и ультразвука демонстрирует более высокие элиминационные способности в сравнении с водным раствором 0,05% хлоргексидина биглюконата. Однако при токсико-аллергической форме хронического тонзиллита I степени добиться полной элиминации внутриклеточных форм микропатогена в данном исследовании не удалось. В дальнейшем всем пациентам выполнена двусторонняя тонзиллэктомия.
***
Этиологическая характеристика случаев неинвазивного грибкового синусита в Пермском крае с использованием метода полимеразной цепной реакции
А.О. Чарушин1, А.В. Кривцов1, С.Н. Хостелиди2, Г.Г. Фрейнд1, Ф.Г. Фионин1, И.П. Чарушина1, А.М. Еловиков1
1ФГБОУ ВО «Пермский государственный медицинский университет им. акад. Е.А. Вагнера» Минздрава России, Пермь, Россия;
2ФГБОУ ВО «Северо-Западный государственный медицинский университет им. И.И. Мечникова» Минздрава России,
Санкт-Петербург, Россия
Введение. Грибковое тело (ГТ) околоносовых пазух (ОНП), относящееся к неинвазивным поражениям, является самой распространенной клинической формой микотического синусита. Микологический метод с выделением возбудителя ГТ в культуре характеризуется невысокой результативностью с долей положительных проб 17,6—34,5%. Актуальной задачей является внедрение молекулярно-генетических методов в диагностике ГТ ОНП.
Цель исследования. Оценить этиологическую роль микромицетов рода Aspergillus и вида Candida albicans у пациентов с неивазивным грибковым синуситом в форме грибкового тела методом полимеразной цепной реакции (ПЦР) в реальном времени в Пермском крае.
Материал и методы. За период 2021—2024 гг. в оториноларингологическом отделении ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница» выявлено 123 случая ГТ ОНП. У всех пациентов диагноз подтвержден патоморфологическим методом. Из них сформирована опытная группа, включавшая 35 наблюдений: 7 (20,0%) мужчин и 28 (80,0%) женщин, медиана возраста 56,0 (Q1=45, Q3=60,5) года. Методом ПЦР в режиме реального времени проведено исследование патогистологических препаратов грибковых масс, удаленных из просвета ОНП. Работа выполнена на детектирующем амплификаторе CFX-96 (Bio-Rad Laboratories, Inc., США). Для выделения ДНК грибов из парафиновых блоков использован набор «РеалБест ПараМаг» (C-8838), для видовой диагностики — наборы «РеалБест ДНК Candida albicans/Fungi» (D-0448), «РеалБест ДНК Aspergillus fumigatus/Aspergillus flavus» (D-4798), «РеалБест ДНК Aspergillus terreus/Aspergillus niger» (D-4799) производства АО «Вектор-Бест» (Россия). Оценка результатов проведена согласно официальной инструкции производителя. Для определения положительных и отрицательных проб использованы полученные значения пороговых циклов (cycle threshold — Ct), которые сравнивались с диагностическими порогами (cut-off), установленными производителем на основании валидационных исследований. Отрицательные пробы разделены на две подгруппы: первая — нет сигнала амплификации (Ct=0,0), то есть отсутствие ДНК; вторая — крайне низкая концентрация ДНК (Ct превышает диагностическое значение).
Результаты. Во всех 35 (100%) образцах выявлена ДНК микромицет в диагностически значимых количествах (положительные пробы — положительный сигнал в канале детекции Pan-fungal). Пробы на C. albicans были отрицательными во всех случаях: у 29 (82,9%) пациентов амплификационный сигнал полностью отсутствовал (Ct=0,0), что исключает этиологическую роль данного вида в изучаемой группе. У 6 (17,1%) больных ДНК C. albicans была детектирована, но со значениями Ct>35,0. Полученные высокие значения Ct, превышающие диагностические пороги, указывают на минимальное, следовое количество ДНК, которое, вероятно, является контаминацией или сапрофитной колонизацией и не имеет клинического значения для формирования ГТ. Положительные значения ДНК часто встречающихся четырех видов грибов рода Aspergillus (A. fumigatus, A. flavus, A. niger, A. terreus) установлены в 27 (77,1%) случаях. При этом у 7 (20,0%) пациентов выявлено более одной положительной пробы одновременно: в 2 (5,7%) случаях определилась трехвидовая комбинация (A. fumigatus + A. niger + A. flavus), в 5 (14,3%) случаях — двухвидовая комбинация (наиболее часто A. fumigatus + A. niger). У 8 (22,9%) больных положительные пробы грибов рода Aspergillus не получены. По частоте получения диагностически значимых концентраций ДНК микромицеты распределись следующим образом (в порядке убывания): A. fumigatus — 21 (60,0%) образец, A. niger — 12 (34,3%) образцов, A. flavus — 8 (22,9%) образцов. Отрицательные пробы с крайне низкими концентрациями ДНК: A. flavus — 19 (54,3%) случаев, A. niger — 16 (45,7%) случаев, A. fumigatus — 10 (28,6%) случаев. Во всех пробах на ДНК A. terreus не получен сигнал амплификации (Ct=0,0).
Выводы. Грибы рода Aspergillus являлись ведущими этиологическими агентами грибкового тела околоносовых пазух у жителей Пермского края (77,1% положительных проб). Возможно формирование грибкового тела с участием нескольких (двух или трех) видов микромицет рода Aspergillus одновременно. Наиболее часто выделяли вид A. fumigatus (60,0%). У 22,9% пациентов этиологическая роль четырех наиболее распространенных видов Aspergillus и C. albicans не подтверждена, что указывает на возможное участие других видов грибов. В исследуемой группе микромицеты C. albicans и A. terreus не являлись этиологически значимыми агентами грибкового тела околоносовых пазух.
***
Рассеянный склероз под маской доброкачественного пароксизмального позиционного головокружения (клинический случай)
Д.О. Якубова, Н.А. Каримова, М.Г. Саттарова, К.Б. Рустамбекова, Р.А. Файзуллаев
Sinomed Md international hospital, Ташкент, Узбекистан
Введение. Доброкачественное пароксизмальное позиционное головокружение (ДППГ) — самый частый вид позиционного головокружения (ПГ), на долю которого приходится до 90% всех обращений с жалобами на ПГ. Доброкачественный характер головокружения обусловлен возможностью спонтанной регрессии симптомов, которая наблюдается у 30—50% пациентов в сроки до 1 мес. Центральное позиционное головокружение (ЦПГ), или центральный позиционный синдром, наблюдается редко, не более чем у 5% пациентов с ПГ. Отмечено, что ЦПГ имеет некоторые схожие симптомы с ДППГ, однако его появление не связано со смещением отоконий в просвете полукружных каналов, а возникает в результате нарушенной центральной вестибулярной обработки сигнала при поражении структур, расположенных вокруг IV желудочка головного мозга: вестибулярных ядер, узелка мозжечка, вестибуломозжечковых проводящих путей. Диагноз ДППГ устанавливают на основании жалоб и анамнеза пациента, компьютерной видеонистагмографии. В типичных случаях диагностика ДППГ не вызывает сложностей, так как нистагм имеет строгую специфичность при проведении позиционных тестов, а заболевание — четкие диагностические признаки. Изменение любых специфичных для ДППГ параметров нистагма и головокружения или появление неврологической симптоматики может свидетельствовать о других причинах головокружения, так как многие центральные поражения протекают под маскировкой клиники ДППГ, что удалось увидеть в нашей практике.
Цель исследования. Изучить дифференциальную диагностику доброкачественного пароксизмального позиционного головокружения и центрального позиционного головокружения на основании анализа клинического случая.
Клинический случай. Пациент, 1983 г.р., обратился с жалобами на системное ПГ, возникающее при резких движениях, поворотах, в горизонтальном положении, сопровождающееся тошнотой и рвотой. При выполнении теста Дикс—Холпайка выявлен мелкоразмашистый вертикальный нистагм (длительностью более 60 с) с торсионно-ротаторным компонентом вниз без латентного периода. После теста у пациента наблюдались тошнота и рвота, тахикардия и обильное потоотделение. Roll-test и тест глубокого запрокидывания головы показали такой же паттерн нистагма. Маневр Яковино не дал эффекта, нистагм также сохранялся: неистощающийся, длительный нистагм проявлялся во всех тестах одинаково. Характер вегетативной реакции организма, не соответствующий интенсивности нистагма, насторожил нас и заставил предположить центральный тип ПГ. С целью дифференциальной диагностики пациенту была назначена магнитно-резонансная томография головного мозга с контрастированием, выявлены очаги демиелинизации. С предварительным диагнозом «рассеянный склероз» пациент направлен для дальнейшего обследования к врачу-неврологу.
Выводы. На основании описания клинического случая можно сделать вывод о том, что не все позиционные головокружения являются периферическими. Есть ряд признаков, характерных только для доброкачественного пароксизмального позиционного головокружения: позиционный нистагм в отличие от нистагма при центральном позиционном головокружении всегда подчиняется законам Эвальда, подавляется фиксацией взора (ослабевает). При подозрении на доброкачественное пароксизмальное позиционное головокружение следует быть очень внимательными к анамнестическим данным пациента: могут иметь место предвестники данной патологии, возраст старше 50 лет (чаще), отсутствие центральных знаков, высокая эффективность вестибулярной реабилитации или самостоятельное купирование симптомов в течение 14—28 дней.
***
