Интервью с Игорем Александровичем Карповым
Игорь Александрович Карпов
Заслуженный врач Республики Беларусь (2017), Народный врач Беларуси (2020). В 2023 году удостоен почетного звания «Ученый года НАН Беларуси – 2022».
Известный ученый в области вирусных и бактериальных инфекций. Главный внештатный инфекционист Минздрава. С 2020 года – заместитель руководителя Республиканской межведомственной рабочей группы по преодолению COVID-19, член Европейского общества клинической микробиологии и инфекционных болезней (ESCMID), член Руководящего комитета по ВИЧ/СПИД EuroSIDA и ряда других международных профессиональных ассоциаций и рабочих групп.
Член-корреспондент Национальной академии наук Беларуси, заведующий кафедрой инфекционных болезней Белорусского государственного медицинского университета, доктор медицинских наук, профессор.
Автор более 500 научных работ, в том числе 4 монографий, более 20 инструкций по применению, 30 авторских свидетельств на изобретения. Подготовил 3 докторов и 9 кандидатов наук.
– Игорь Александрович, интервью – это, по сути, портрет человека в интерьере. Как думаете, какой интерьер характеризует вас максимально точно: кафедра, рабочий кабинет, библиотека, конгресс и тому подобное? Вы прежде всего кто: врач, преподаватель, ученый, исследователь?
– Что касается интерьера, то это Инфекционная клиническая больница города Минска и кафедра инфекционных болезней Белорусского государственного медицинского университета. Им отдано почти 45 лет жизни. Для того, чтобы консультировать врачей и обучать студентов диагностике и лечению инфекционных болезней, надо самому как следует освоить медицинскую специальность. Поэтому я, конечно же, прежде всего врач!
– Вы любите кофе и хорошие книги, всегда цитируете классику. Что бы вы процитировали сейчас, что-то подходящее нашему непростому времени и вашему настроению в данную минуту?
– Это правда. Хороший кофе очень люблю! Что касается цитат, которые характеризуют наше время. Во-первых, простых времен не бывает! Во-вторых, я бы очень рекомендовал перечитать главу 8 «Евгения Онегина»: «Блажен, кто смолоду был молод…». Если не зацикливаться на характерных для того времени декорациях, по сути, практически ничего не изменилось. Молодость, имеющая свои права, сменяется ответственностью за семью и за дальнейший жизненный путь. Можно принимать этот путь, можно отрицать – каждый, поступает по-своему. И еще цитата из «Битвы в пути» Галины Николаевой о профессионализме: «Да разве скрипач бросит свою скрипку и пойдет заведовать филармонией? Да вы и не предложите такого хорошему скрипачу».
– Кем вы гордитесь (учителя, ученики, близкие) и почему?
– Учителям, прежде всего, искренняя, сердечная благодарность и уважение. Мне очень повезло с ними. Поначалу нас учили представители советской медицинской школы, позже – иностранные специалисты. Им мы тоже благодарны, поскольку в медицине знания и переданный опыт бесценны. Горжусь своими учениками. Никого не хочу выделять, мне очень повезло и с ними. Еще раз процитирую Галину Николаеву: «Не подбирать надо людей… Искать надо. Отыскивать и развивать надо в них нужные качества». От себя добавлю, что если к успехам ученика появляется ревность, то ты исчерпал себя как Учитель, и слово это в отношении тебя уже никто не напишет с большой буквы. Конечно же, с гордостью и тихой радостью воспринимаешь успехи детей и внуков.
– Вы очень скромный человек, но все равно спросим: каким из своих трудов, изобретений, званий гордитесь особенно? Считаете его важным?
– Давайте я лучше похвастаюсь своими коллегами, действительно скромными, профессиональными, трудолюбивыми врачами. Мне очень повезло, что рука об руку мы командно решали в стране сложные медицинские вопросы. Нам довелось инициировать антиретровирусное лечение, внедрить в практику принципы рациональной антибактериальной терапии, наладить работу во время пандемий COVID-19 и гриппа H1N1, разработать подходы к ранней диагностике и лечению менингококцемии, сепсиса, менингитов. Все мы участвовали в конгрессах, конференциях, съездах, много публиковались, создавали методические пособия. Разве правильно будет выделить здесь что-то одно? Наверное, нет. А звания и правительственные награды, к которым меня с детства учили относиться с большим уважением, я всегда воспринимал как наше общее, коллективное достижение. Об этом я совершенно искренне сказал, получая высокое звание Народного врача Республики Беларусь, которое присваивалось всего трижды за историю страны.
– Как изменилась эпидемиологическая ситуация в стране за время вашей практики? Какие инфекции (завозные тропические, кишечные, вирусные гепатиты) вызывают сегодня наибольшее беспокойство?
– За двадцать пять лет многое изменилось. Некоторые моменты – кардинально. Резко снизилось количество кишечных заболеваний. Практически исчезли дизентерия, иерсиниозы. Не так остро, как раньше, стоит вопрос с ВИЧ-инфекцией. Продолжают оставаться актуальными нозокомиальные инфекции, хронические вирусные гепатиты, клещевой энцефалит. В целом обстановка изменилась в лучшую сторону, вполне благоприятная, но есть над чем работать.
– Всеобщее беспокойство вызывает возвращение болезней, которые, казалось, ушли в прошлое (корь, коклюш, дифтерия). Связано ли это исключительно с волной антипрививочных настроений?
– Главным образом, да. Дифтерия 90-х показала значение вакцинации в эпидемиологическом благополучии. Выводы были сделаны, но не всеми. Не хочется опять сталкиваться с подобной вполне предотвратимой проблемой.
– Как вы объясняете тот факт, что даже некоторые медицинские работники участвуют в движении антиваксеров и сомневаются в пользе вакцинации?
– Кто-то по недочитанности или непониманию, некоторые пытаются оригинальничать, проявляют независимость мышления. Очень не люблю выражение у некоторых медиков «я так считаю», не подкрепленное никакими аргументами. Хочется сказать: «Ты не имеешь права высказывать свое мнение, если оно ничем не аргументировано, если ты не то что специальную литературу, но даже не читал Чехова и Булгакова, описавших трагедии семей, пострадавших от той же дифтерии».
– Учитывая высокую способность вирусов к мутациям, какие новые пандемии или эволюционирующие штаммы (по типу гриппа или коронавируса) нас ждут в будущем и как к ним подготовиться?
– Строить прогнозы не буду. Хотелось бы только пожелать, чтобы никогда не было рукотворных вирусов. Конечно, пандемии, в том числе респираторных вирусов, не исключены. Что им можно противопоставить? Технологии быстрого создания вакцин и разработку новых противовирусных препаратов.
В вопросе этиотропного лечения вирусных инфекций человечество значительно продвинулось за последние 30 лет. Это не такой большой отрезок времени, за который реально взяты под контроль ВИЧ-инфекция и вирусные гепатиты. Осуществляется успешное лечение гриппа и герпеса, широко внедрены противовирусные вакцины, избавившие нас от инфекций, уносивших в прошлом жизни, прежде всего детские. Вирусы действительно очень изменчивы, постоянно мутируют, образуют новые ассоциации. Но так было всегда! Чего стоит только история пандемий гриппа, а ведь они тоже результат реассортации – смешения генетического материала вирусов. Конечно, они еще поставят перед нами новые задачи, но есть все основания думать, что они будут своевременно решены.
– Весь мир столкнулся с глобальной проблемой антимикробной (и противогрибковой) резистентности, когда в арсенале врача остается все меньше работающих препаратов. Как переломить эту ситуацию?
– Это действительно большая проблема. На современном уровне есть три пути решения: готовность к полной рецептурной продаже антибиотиков, строжайшее соблюдение принципов госпитальной гигиены и рациональная антибактериальная терапия. Это основы, мелочей здесь нет.
– Случается ли так, что пациенты настаивают на несуществующих инфекционных диагнозах (например, «хронической болезни Лайма») или используют болезнь для получения психологической выгоды? Как выстраивать общение с такими пациентами?
– Да, такие ситуации, к сожалению, случаются не так уж редко. И вопросы эти решаются трудно. С моей точки зрения, в таких случаях надо законодательно разрешить включение в консилиум психиатра. Это не ущемление прав, это возможность посмотреть на проблему профессионально с еще одной стороны. Сейчас такая ситуация, что любому в некоторых частных центрах, обычно где-то в соседних государствах, напишут любой диагноз, лишь бы отделаться от назойливого пациента. А любой местный организатор, опять же, чтобы не связываться, будет собирать консилиум за консилиумом. Вот и крутится врач, как может, еще и в таких вопросах.
– Как вы оцениваете новые некультуральные методы диагностики (ПЦР) и молекулярно-генетические технологии? Помогут ли они в будущем лечить инфекции точечно, на уровне генома возбудителя?
– Молекулярно-биологические методы уже заняли достойное место в диагностике инфекционных заболеваний. Они помогли расшифровать диагнозы многих пациентов и проконтролировать эффективность лечения. Никто не отрицает абсолютную классику – выделение возбудителя. Но будущее диагностики инфекций за новыми методами. Это точность, быстрота, надежность и дешевизна. Хотелось бы надеяться не только на поступательное развитие технологий, но и на своевременное внедрение их в клиническую практику.
– Существует ли сегодня достаточная инфекционная настороженность среди врачей первого контакта (терапевтов, педиатров)? Не упускают ли они инфекции или, наоборот, не списывают ли любые непонятные симптомы на инфекционный процесс?
– Наша общая задача, чтобы этого не случалось. Инфекции редко прощают невнимание к ним. Иногда это приводит к трагедиям. Постоянно напоминаем коллегам о менингококковой инфекции, стараемся создать правильные и понятные алгоритмы действий. Это постоянный процесс, но усилия здесь не бывают лишними. Другая сторона вопроса – все сваливать на «какую-то инфекцию, наверное». Такую позицию можно расшифровать только как нежелание врача заниматься трудным для диагностики пациентом.
– Достаточно ли внимания уделяется изучению инфекционных болезней и иммунопрофилактики в современных медицинских вузах?
– Мое глубокое убеждение, что нет. Особенно на выпускном курсе. Есть основание думать, что в следующем году у субординаторов, выпускающихся хирургами и гинекологами, будут циклы инфекционных болезней. А то к консультации инфекциониста прибегают врачи, избравшие специальностью лечение, скажем, нервной системы, глаза и других мест, с формулировкой «там какое-то ваше инфекционное воспаление». В вопросах иммунопрофилактики тоже стоит нарастить усилия.
– Изменила ли пандемия COVID-19 отношение врачей других специальностей к роли инфекций в развитии и обострении хронических соматических заболеваний?
– В определенной степени – да. Многим стало понятно, что перенесенная, скажем, острая респираторная вирусная инфекция, может привести к активизации хронического заболевания, вызвать жизнеугрожающие осложнения. Эти знания важны с клинических позиций и, безусловно, приносят существенную пользу. Все же отношение к инфекциям двоякое – от панических настроений при их возникновении до ощущения победителя всего и вся после того, как беда миновала. И так до следующего раза. Поэтому хотелось бы пожелать редакции и читателям журнала относиться к инфекционным проблемам спокойно и последовательно, а это происходит тогда, когда достаточно информации и она хорошо подана. Вот тогда и приходит понимание, а с ним и вырисовывается необходимая последовательность действий.
– Вирусы – это страшно или интересно? В исследовании, опубликованном в журнале The ISME Journal (2023), ученые проанализировали геномы вирусов-спутников, вирусов-помощников и вирусов-хозяев и получили сведения о невиданных ранее взаимоотношениях вирусов. Звучит как исследование живых мыслящих существ. Как им вообще можно противостоять? И сколько нужно мужества, чтобы выбрать именно эту специальность?
– Вирусы и бактерии прошли продолжительный эволюционный период. Несмотря на лавину информации последнего десятилетия, технологический и методологический прорыв, мы все еще мало знаем о микромире. Противостоять возбудителям необходимо, если они вызывают заболевания, и для этого уже очень многое сделано. А вот стремление полностью избавиться от вирусов и бактерий – дорога в никуда. Бактерии и вирусы делают и много полезного для нашего организма. А насчет рисков – они есть в любой профессии. Все мы опасаемся автомобильных катастроф. Так что – на транспорте не ездить? Кстати, больше всего рисковали во время пандемии COVID-19 врачи-реаниматологи, обеспечивающие пациентам респираторную поддержку. А держит нас в профессии огромный интерес к овладению этой действительно необычной специальностью.
– В чем принципиальная разница между лечением острых инфекций (вылечил и отпустил) и работой с хроническими пациентами (например, с ВИЧ-инфекцией или туберкулезом), которые наблюдаются десятилетиями?
– В первом случае ключевым вопросом является быстрота принятия правильных решений, основанных на профессиональном кругозоре, смею сказать, опыте, а также хладнокровии и выдержке врача, иногда – доступности квалифицированной реанимационной помощи.
Конечно, пандемии не исключены. Что им можно противопоставить? Технологии быстрого создания вакцин и разработку новых противовирусных препаратов
Во втором случае это тоже профессиональные знания, начитанность специалиста, умение выслушать, заметить изменения в объективном статусе пациента и терпение. Видите, от такого врача требуется не только профессионализм, но еще и наличие личностных качеств, иногда трудно сочетающихся между собой. С другой стороны, наша специальность дает возможность выбрать направления в своей деятельности, отвечающие вашим возможностям и человеческим качествам.
– Карпов – врач и Карпов – пациент. Это разные люди? Какой бы был диалог между ними? Кто и что бы советовал?
– Спасибо за вопрос. Раньше над этим не задумывался. Эти две персоны очень напоминают друг друга.
Миссия, наверное, заключается в том, чтобы приходящее на смену поколение было достойным, еще более профессиональным, успешным в своей деятельности и счастливым
Врач бы спокойно и убедительно рассказал о том, что питание досыта утром и вечером с перекусами в промежутках бывает только у сумоистов, что при этом нечего было бегать десятикилометровый кросс к 60-летию, что читать лежа вредно для глаз (об этом пациент никогда раньше не догадывался), в конце привел бы цитату из «Божественной комедии» Данте или «Эпоса о все видавшем Гильгамеше».
Второй бы выслушал все с усердным вниманием, подивился вслух начитанности профессора, похвалил старое советское образование, потом на прощание, по словам Александра Ширвиндта, поцеловал бы профессора в грамоты, висящие на стене, выданные еще самим Гиппократом, и пошел домой реализовывать все, начиная с ближайшего понедельника.
Кстати, где-то прочитал шутку, что в Америке интеллигентом считается тот, кто много лет собирается с понедельника начать читать «Войну и мир».
– Все профессии от человека и только три от Бога: врач, учитель и судья. Самая трудная, тяжелая и опасная – врач. Поэтому так много в профессии выгорания. У вас случались такие моменты? И если да, как справлялись со стрессом? И вообще, успеваете ли вы отдыхать? И если да, то как?
– От работы с пациентами и студентами я не выгораю. Меня, как, собственно, и всех, утомляют неоправданная заорганизованность, лишняя писанина и необоснованные обращения, на которые многократно приходится реагировать. Отдыхать можно по-разному: выспаться, прогуляться, почитать хорошую литературу. Особое счастье – пообщаться с внуками. Это быстро восстанавливает.
– В семье медики – только вы и ваша жена? Если да, то пойдут ли ваши дети и внуки по вашим стопам? Кем вы их видите?
– Вы знаете, для меня это неважно. Важно, как и для всех родителей, чтобы были здоровы и счастливы. Это – главное. А дорога в этой жизни у всех своя. Важно, чтобы движение по ней было в правильном направлении.
– В одном из интервью прочли следующее: «Сам Карпов надеется успеть "заложить фундамент новой генерации инфекционистов". В планах не только нарастить научный потенциал возглавляемой им кафедры, но и на основе своего многолетнего врачебного опыта и научной деятельности подготовить классический учебник по инфекционным болезням, а также практическое руководство». Вы с нами буквально с основания журнала. Пусть издалека, но мы знаем вашу команду – лучшие специалисты, дружный коллектив, удивительные и доброжелательные люди, поэтому задача новой генерации инфекционистов, на наш взгляд, решена. Замечательное практическое пособие тоже вышло1. А появился ли учебник? Если еще нет, то когда его ждать?
– Спасибо за добрые слова про наших коллег и команду в целом. После пандемии времени стало больше. Думаю, что через пару лет будет учебник. Хочется сделать его полезным для студентов. Литературы сейчас очень много. Значит, можно и нужно вложить в него информацию, необходимую и доступную для понимания.
– Над чем вы сейчас работаете? Какие цели и задачи ставите перед собой? Ваша миссия? А мечта?
– Сейчас важнейшими задачами для инфекционистов Республики Беларусь являются удержание достигнутых успехов в области борьбы с ВИЧ-инфекцией, охват терапией пациентов с хроническими вирусными гепатитами и борьба с антибиотикорезистентностью. Обеспечить успех этой деятельности и есть наша цель. Миссия, наверное, заключается в том, чтобы приходящее на смену поколение было достойным, еще более профессиональным, успешным в своей деятельности и счастливым! И чтобы ничто этому не помешало! Это же и есть мечта! Справедливо будет сказать, что эпидемиологи и инфекционисты успешно решили многие актуальные для страны вопросы.
Закончить хочу добрыми пожеланиями – здоровья, интересной работы и удачи редакции журнала и всем читателям.
1Антимикробная терапия инфекционных заболеваний различных локализаций : практическое пособие / И.А. Карпов, Ю.Л. Горбич, Н.В. Соловей ; под общ. ред. И.А. Карпова. – Минск : Профессиональные издания, 2023. – 58 с. – ISBN 978-985-7291-32-8.
