Научное наследие Теодора Бильрота (1829—1894) — гениального ученого, клинициста и наставника плеяды выдающихся хирургов, опередившего свое время... (к 195-летию со дня рождения и 130-летию со дня смерти)

«Кто чувствует в себе силу сделать лучше, тот не испытывает страха перед признанием своей ошибки»

Теодор Бильрот

На торжественном заседании Русского хирургического общества имени Н.И. Пирогова, проходившем 29 апреля 1929 г. в Москве и посвященном 100-летию со дня рождения великого хирурга-новатора и клинициста профессора Христиана Альберта Теодора Би́льрота (рис. 1), Владимир Андреевич Оппель с сожалением заметил, что никому из присутствующих в зале не дожить до того дня, когда человечество будет чтить память Теодора Бильрота, крупнейшего хирурга XIX в., в связи со 100-летием со дня его кончины [1]. Сегодня уже прошло 130 лет (ученый умер в 1894 г.), и нам довелось убедиться, что великие дела и имена действительно переживают века.

Рис. 1. Теодор Бильрот.

Каждый из нас, последующих эпигонов, в практической деятельности почти ежедневно произносит его имя в операционной, перевязочной, на врачебных обходах, съездах и конференциях. Он был сторонником перемен, признавал необходимость прогресса и преобразований. Т. Бильрот ждал их, и многое сделал для этого в хирургии, превратив ее из старого окаменевшего оперативно-технического ремесла в составную часть научной и клинической медицины, которую построил на анатомии, морфологии и, прежде всего, на патологической физиологии, бактериологии.

26 апреля 1829 г. родился Теодор Бильрот в Берген-на-Рюгене (Померания, Пруссия) в семье священника Карла Бильрота. В роду, кроме немцев, у него были шведы и французы. Отца он потерял рано, а мать после ухода из жизни супруга переехала с маленькими детьми в Грейфсвальд. Там же Т. Бильрот в 1848 г. после окончания гимназии успешно поступил в университет. Мать настояла, и Теодор приступил к изучению медицины в Геттингенском университете [2, 3].

Преподавательский состав университета в то время был великолепен. Наиболее сильное влияние на Т. Бильрота оказали профессор физиологии Рудольф Вагнер (1805—1864) (рис. 2) и особенно профессор хирургии Вильгельм Баум (1799—1883) (рис. 3). Вместе с Т. Бильротом они основали Германское общество хирургии. В 1876 г. В. Баум стал членом Леопольдины (Немецкая академия наук, основана в 1652 г.) [4]. Он был ярким и незаурядным человеком. Стал автором современных на тот момент способов оперирования и лечения полипов. История, к сожалению, сохранила мало информации, связанной с именем этого ученого.

Рис. 2. Р. Вагнер.

Рис. 3. В. Баум.

Невероятное количество почестей выпало на долю Теодора Бильрота. Из первых 50 научных работ ученого 30 было патогистологического характера, хирургические публикации появляются только в более поздние — «берлинский» и «цюрихский» — периоды. Сначала это были казуистические сообщения и доклады.

Важно отметить, что в день открытия второго конгресса Немецкого общества хирургов в 1873 г. Теодор Бильрот произнес торжественную речь. Он выбрал редкую и малоизученную тему по хирургической технике: «Об экстирпации обширного рака языка на супрагиоидальой области». Из 10 оперированных им больных 6 выжили [5].

На другую, совершенно новую операцию, Т. Бильрот отважился в том же 1873 г. В первом томе журнала «Zentralblatt Maas» из Бреслау реферировал работу K. Gussenbauer «О первой экстирпации гортани, проведенной Бильротом у человека, и о применении искусственной гортани». «С помощью этого аппарата больной мог четко и достаточно громко говорить, так что его могли везде хорошо понять в большой палате» [5].

В письме своего первого учителя по хирургии V. Baum, датированном 29 января 1872 г., Теодор Бильрот смог прочитать: «Все, что я о вас слышу, воодушевляет меня… Эзофаготомия, проведенная на днях, с извлечением кости из суженного пищевода была, насколько я знаю, первой операцией, сделанной в Германии». В основе письма лежали события, которые описаны в работе Т. Бильрота «О резекции пищевода». «Два случайных ранения пищевода, которые я имел возможность наблюдать в Цюрихе, а также эзофаготомия, которую я сделал здесь в Вене по поводу инородного тела, позволяют мне сказать, что опасность ранения пищевода встречается редко» [6]. Здесь, конечно, говорится только о грудном отделе пищевода.

Вскрытие трупов больных, умерших от рака пищевода, заставило ученого уже в 50-е гг. XIX ст. задуматься о его резекции. Только после того, как его знаменитый ученик V. Czerny провел экстирпацию гортани у собаки и в послеоперационном периоде наблюдал за ее состоянием, Т. Бильрот (рис. 4) произвел резекцию пищевода у собаки, которая погибла из-за недосмотра по уходу. V. Czerny и A. Menzel повторили затем эту операцию, собака выжила. Т. Бильрот в связи с этим закончил свою публикацию словами: «После всего этого я считаю, что я имею право при подходящем случае провести резекцию пищевода у человека» (Вена 23 апреля 1871 г.) [7].

Рис. 4. Т. Бильрот в конце 50-х гг. XIX ст.

Одной из весомых заслуг Теодора Бильрота была разработка годовых отчетов в руководимых им хирургических клиниках в Цюрихе и Вене, которые он со своими сотрудниками собрал за 17 лет и опубликовал в 1879 г. Однако следует отметить, что за эти 17 лет была отмечена единственная операция на желудке, статью о которой с его учеником A. Wolfler (позднее сам знаменитый хирург-гастроэнтеролог) поместил в «Архив клинической хирургии» в 1877 г. в разделе казуистики: «Свищи желудка и брюшной стенки и их хирургическое лечение по методу проф. Бильрота» [8].

Известно, что 12 апреля 1877 г. Т. Бильрот оперировал Н.А. Некрасова по поводу карциномы прямой кишки. Пациент прожил после вмешательства 8 мес: по мнению оператора, для данной ситуации это был хороший результат. Следует особо отметить, что операция была выполнена дома у Николая Алексеевича. На тот момент наркоз хлороформом расценивали как новаторство [9]. Кроме Н.А. Некрасова, пациентом Теодора Бильрота был Н.И. Пирогов (отказал ему в операции из-за нецелесообразности и бессмысленности), которого он считал своим старшим другом, наставником и относился к нему с глубоким уважением [10].

В письме Т. Бильрота своему первому учителю — V. Baum — в Геттингене 9 августа 1877 г. описаны как раз обе названные операции: «Вы спросили меня однажды в Берлине, выполню ли я действительно резекцию пищевода у человека, опираясь на мои эксперименты. У меня не было возможности для этого, а V. Czerny осуществил это сейчас с блестящим результатом. В том семестре я еще раз оперировал больного с большим свищом желудка и брюшной стенки, эту операцию A. Wolfler описал в «Архиве». Я выделил желудок, наложение швов по принципу кишечных, заживление без осложнений. Теперь я не сомневаюсь в том, что заживление определенно может быть» [10].

История первой резекции желудка (Теодор Бильрот назвал ее «резекция привратника») обсуждалась достаточно часто. В течение многих лет Теодор Бильрот совместно со своими учениками работал над проблемой лечения стеноза желудочно-кишечного тракта [11].

В 1876 г. видные ученики Т. Бильрота K. Gussenbauer и von A. Winiwarter опубликовали экспериментальную работу по резекции желудка (рис. 5). Они оперировали 17 собак, которые выжили. Была подробно описана техника хирургического вмешательства. Следует предположить, что J. Pean и L. Rydygier, которые в 1879 и 1880 гг. произвели первые две (хотя и безуспешные) резекции желудка, знали об этой важной работе из клиники венского хирурга Т. Бильрота. Ученый ждал в течение 5 лет возможности выполнить запланированную им операцию, о чем свидетельствует письмо, которое он писал 12 января 1882 г. Карлу Лауенштайну в Гамбург [12].

Рис. 5. Т. Бильрот сидит в центре среди своих коллег и учеников.

29 января 1881 г. Теодор Бильрот провел свою первую успешную легендарную «резекцию привратника» у женщины 55 лет, имевшей стеноз вследствие рака желудка. Больная хорошо перенесла операцию, послеоперационный период протекал также гладко, но в мае того же года (через 4 мес) она умерла от отдаленных метастазов. Следует сделать ремарку, что в Вене (музее) и сейчас можно осмотреть операционный и секционный препараты резецированного желудка [10].

На X международном медицинском конгрессе в 1890 г. в Берлине Т. Бильрот сообщил о 42 резекциях желудка, выполненных им и его учениками. Почти у всех больных был рак желудка. Летальность составляла около 50%. К этому можно добавить еще 80 резекций толстой кишки. Несомненно, Теодор Бильрот был на тот момент признанным мастером и виртуозом абдоминальной хирургии [7].

Хорошо известно о дружбе Т. Бильрота и Н.И. Пирогова. Венский хирург с уважением и любовью относился к Николаю Ивановичу. Читая биографию двух великих клиницистов и ученых, легко можно проследить гармонию и аналогию между этими «гигантами» практической хирургии XIX ст. [13]. Переписка двух хирургов началась в ноябре-декабре 1879 г., когда Н.И. Пирогов отправил австрийскому хирургу свою новую монографию «Военно-врачебное дело и частная помощь на театре войны в Болгарии и в тылу Действующей армии в 1877—1878 гг.» (Санкт-Петербург, 1879). Теодор Бильрот (1879 г.) писал Н.И. Пирогову: «Вена, 18—12.79. Глубокоуважаемый коллега! Я почитаю за великую награду, что Вы были так добры, прислав мне Ваш новый труд. И хотя я не могу прочитать его в подлиннике, все же он будет постоянно напоминать мне о Вас. С самой искренней благодарностью Преданный Вам Т. Бильрот» [13, 14].

Об увлечении педагогической работой Т. Бильрота свидетельствуют его письма, в которых ученый высказывает озабоченность дальнейшей судьбой своих сотрудников. При этом даны умные, порой по-отцовски трогательные советы. Другой стороной педагогической деятельности Т. Бильрота были ученики, руководства и ряд научных работ. Без сомнения, ценным произведением является книга на 500 страницах, которой Т. Бильрот посвятил многие годы работы, — «Об обучении и изучении медицинских наук в немецких университетах».

Высокой оценки заслуживает также книга «Общая хирургическая патология и терапия» (1863). Менее чем за 10 лет ее перевели на 10 языков, при жизни Т. Бильрота она выдержала 8 изданий, а при его ученике A. Winiwarter в конце столетия — 16 изданий [8]. Студенты глубоко уважали лектора и с удовольствием слушали Т. Бильрота. В некрологе в память K. Gussenbauer написано о дне, когда после ухода B. Langenbeck в 1882 г. Т. Бильрот был избран его достойным преемником, решив отклонить приглашение в Берлин и остаться в Вене: «Ликующая благодарность венских студентов была тогда единственным вознаграждением». По воспоминаниям современников и коллег из венского медицинского еженедельника об этом дне с факельным шествием, речами и приветственными возгласами, можно хорошо себе представить, что Теодор Бильрот был любимым преподавателем (рис. 6). В журнале многократно печатались речи Т. Бильрота, которые он произносил в начале семестра перед студентами [10].

Рис. 6. Последние годы жизни Теодора Бильрота (начало 1890-х гг.).

О любви учеников к своему руководителю имеется очень много данных. Свое собственное отношение к ученикам Т. Бильрот определил в виде завещания. Он сдал в архив Общества врачей в Вене написанную от руки биографию, датированную июнем 1880 г. Он писал о себе от третьего лица: «Если любовь его учеников и благосклонность его друзей останутся ему верны до конца дней его, то можно с уверенностью сказать: он был счастливый человек <...>» [7]. Т. Бильрот активно участвовал в развитии и совершенствовании гигиены как науки. Был автором труда «Кто такой музыкально одаренный человек?», рассматривающего музыкальную одаренность как феномен с научной точки зрения. Он также живо интересовался историей, современной поэзией и музыкой. Хорошо известно, что Теодор Бильрот прекрасно играл на музыкальных инструментах и хотел стать пианистом. Будучи ученым и хирургом мирового уровня, он много занимался музыкой. Т. Бильрот дружил с Иоганном Брамсом, который с удовольствием демонстрировал свои новые музыкальные шедевры в доме близкого друга [10]. Теодор Бильрот, прожив 65 лет, умер 6 февраля 1894 г. в Аббации и был похоронен на Венском кладбище (Австро-Венгрия) (рис. 7).

Рис. 7. Памятник Теодору Бильроту на Венском кладбище.

В целом Т. Бильрот опубликовал 160 научных работ. K. Gussenbauer (рис. 8), преемник Т. Бильрота, писал в некрологе 15 февраля 1894 г., напечатанном в «Венском клиническом еженедельнике»: «Чего же достиг Бильрот как хирург. Не имеющий себе равных в технике, движимый исключительно желанием помочь больным, где другие бессильны, он пытался расширить область оперативной хирургии! Он сделал это как никто иной!» [5].

Рис. 8. Ближайший ученик Т. Бильрота К. Гуссенбауер.

Девиз Бильрота был: «через ясность к правде», и в памятной речи 12 февраля 1894 г. в аудитории Бильрота его ученик Виктор Риттер фон Хакер, исполнявший обязанности руководителя клиники после смерти Т. Бильрота, говорил о нем: «Он, прежде всего, имел мужество говорить правду, как сказал о нем великий хирург Пирогов» [13].

В этой страстной, глубокой и любвеобильной душе мы узнаем знакомые черты его старшего друга, которого он признал при жизни своим вождем, Н.И. Пирогова. Читая параллельно автобиографию Пирогова и «Письма Бильрота», легко усмотреть гармонию этих двух великих ученых, этих двух творцов современной хирургии, поборников истины и добра [13]. На нас же, получивших от этих великих людей огромное научное наследство и весомые заветы, лежит священный долг, не покладая рук трудиться на благо страждущего человечества, по словам Бильрота: «per aspera ad astra...».

Подытожив изложенную выше информацию, отметим основные вехи научно-практической деятельности крупнейшего венского хирурга, ученого и наставника Теодора Бильрота следующим образом.

— 1829 г. — родился в семье священника в горах на Рюгене.

— 1848 г. — в Грайфсвальде торжественно вручили аттестат зрелости после сдачи экзамена. Учеба в Грайфсвальде, Геттингене и Берлине.

— 1852 г. — блестяще защитил диссертацию на степень доктора медицины: «De natura et causa pulmonum affections, quae nervo vago utroaque dissecto exoritur».

— 1853 г. — сдал выпускной экзамен. Временно (около 1 года) практический врач в Берлине, затем ассистент у B. Langenbeck в Шарите.

— 1856 г. — был избран по конкурсу в Берлине на должность преподавателя хирургии и патологической анатомии.

— 1859 г. — избран профессором в Цюрихе.

— 1867 г. — избран профессором в Вене.

— 1881 и 1885 гг. — были произведены новаторские хирургические вмешательства на желудке по поводу рака; две основные модификации этих операций носят имя венского хирурга (операции по методикам Бильрот-I и Бильрот-II соответственно).

— 1894 г. — смерть ученого в Аббации (Провинция ди Бергамо, Италия).

Видный французский хирург и клиницист Рене Лериш (1879—1955) (рис. 9) так писал о своей профессии в первой половине XX века: «Тот, кто не может принять трудное решение в одну минуту, не должен быть хирургом, так же как человек, неуверенный в себе, скрупулезно сомневающийся перед каждым хирургическим вмешательством. Разум должен направлять дальнейшие действия, пытаясь распознать болезнь, ее отправную точку развития, ее анатомическое состояние и данное состояние больного: ответственность за диагностику. Инстинкт, чутье, метод, интуиция, опыт. Если экскурсы разума работают недостаточно хорошо, то, несмотря на ловкость рук, катастрофы неизбежны. За каждую ошибку в показаниях приходится расплачиваться и часто дорого расплачиваться... Хорошая хирургическая техника приходит постепенно. Многие хирурги прежнего времени, начиная с Дуайена, Жан-Луифора, де Мартеля, придавали большое значение быстроте оперирования. Это можно принять для обычных операций, не связанных с риском, однако хирургия не должна являться авантюрой, и лучше оперировать нежно и тщательно, но это не значит безнадежно медленно и ощупью... Самым важным является уверенность хирурга. Я вырабатывал при операциях точность движений, мягкость руки, хороший гемостаз и тщательность восстановления тканей. Не является ли абсурдом оставлять больного кровоточить во время операции, чтобы затем переливать кровь для ее замещения? Гораздо биологичнее избежать потери крови. Тщательность, атравматичность и гемостаз позволяют производить все хирургические вмешательства в любой области» [15].

Рис. 9. Рене Лериш.

От нас добавим, что все вышеизложенное смело можно сказать и в адрес легендарного хирурга Теодора Бильрота, который, без сомнения, был одним из творцов современной клинической хирургии (а не только хирургической техники) и, прежде всего, ее научных основ. Несмотря на высокие регалии, он всегда был очень скромным и отзывчивым человеком. Например, в письме от 10 февраля 1887 г. он писал своему ученику, видному немецкому хирургу и клиницисту A. Wolfler: «То, что дала нам природа, против этого мы ничего сделать не можем. То, что мы сделали с отпущенными нам дарами, это сделали уже многие до нас и при нас. Если мы поставим себя рядом с посредственностями нашего времени, то мы покажемся себе очень великими. Если мы сравним себя с величайшими людьми прошлого и нашего времени, то мы должны радоваться, чувствуя себя маленьким звеном в целой цепи» [4]. Вспоминая сегодня, в первой четверти XXI в., профессора Теодора Бильрота, мы должны справедливо подчеркнуть, что в его лице в мировую науку вошла яркая, крупная, чрезвычайно самобытная личность ученого, хирурга-новатора, заслуги которого не забыты и актуальны спустя 130 лет.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.