Сайт издательства «Медиа Сфера»
содержит материалы, предназначенные исключительно для работников здравоохранения. Закрывая это сообщение, Вы подтверждаете, что являетесь дипломированным медицинским работником или студентом медицинского образовательного учреждения.

Митихина И.А.

1. Научный центр психического здоровья РАМН, Москва;
2. Санкт-Петербургская психиатрическая больница им. П.П. Кащенко

Митихин В.Г.

Ястребов В.С.

Лиманкин О.В.

Психическое здоровье населения Российской Федерации в период 1992-2010 гг.

Журнал: Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2013;113(9): 4‑13

Просмотров : 1041

Загрузок : 48

Как цитировать

Митихина И.А., Митихин В.Г., Ястребов В.С., Лиманкин О.В. Психическое здоровье населения Российской Федерации в период 1992-2010 гг.. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2013;113(9):4‑13.
Mitikhina IA, Mitikhin VG, Iastrebov VS, Limankin OV. Mental health in the Russian Federation in 1992-2010. Zhurnal Nevrologii i Psikhiatrii imeni S.S. Korsakova. 2013;113(9):4‑13. (In Russ.).

Авторы:

Митихина И.А.

1. Научный центр психического здоровья РАМН, Москва;
2. Санкт-Петербургская психиатрическая больница им. П.П. Кащенко

Все авторы (4)

Масштабные социально-экономические и политические перемены в России, начавшиеся в последнее десятилетие XX века и сегодня еще далеко не завершившиеся, оказали негативное влияние на состояние психического здоровья населения. В основе этого вывода лежат как теоретические работы в рамках биопсихосоциальной модели психического здоровья [5, 10, 12-14, 17, 35, 37], так и научно-практические эпидемиологические исследования, основанные на анализе данных официальной российской медицинской статистики, популяционных исследований и экспертных оценках [7, 8, 11, 27-29, 33, 38-40, 43, 44, 46]. Рассматриваемый сложный период реформ в России предоставил уникальный материал, давший возможность исследователям изучать качественное и количественное влияние социально-экономических и медико-демографических факторов на состояние здоровья населения.

Авторы ряда работ [12, 13, 19, 35, 38] отмечали существенный рост (на 28,6%) заболеваемости психическими расстройствами (ПР) населения России в начальный период реформ (1991-1995 гг.). При этом наиболее резко (на 35%) увеличилась заболеваемость непсихотическими формами (невротические, связанные со стрессом, соматоформные, личностные расстройства), которые в наибольшей степени связаны с социальными причинами. Заболеваемость алкоголизмом в этот период возросла на 57,5%, алкогольными психозами - в 4,6 раза, наркоманиями - в 4 раза; показатель суицидов увеличился на 33,5% и достиг рекордных значений: 42,1 на 100 000 человек в 1994 г. и 41,4 на 100 000 человек - в 1995 г. Выросли показатели инвалидности (на 12%), особенно первичной (на 48%), что связано с утяжелением хронических психотических заболеваний, ростом (на 22,4%) заболеваемости умственной отсталостью и социально-экономическими условиями жизни.

В этот период в структуре психической патологии появились расстройства, обусловленные социальным стрессом. Согласно действующей МКБ-10, в эту группу входят острая реакция на стресс, посттравматическое стрессовое расстройство и расстройство адаптации, т.е. клинические формы, которые ранее либо вообще не диагностировались (посттравматическое расстройство), либо диагностировались крайне редко и вне связи с социальными условиями (расстройство адаптации).

В годы второго периода реформ (1996-1999) показатели психического здоровья населения продолжали ухудшаться. Болезненность и заболеваемость ПР увеличились по сравнению с 1995 г. на 6 и 7,5% соответственно. К стрессу социальных изменений добавились факторы социального неблагополучия: ухудшение материального положения, угроза безработицы или вынужденной смены профессии, обострение криминальной ситуации в стране.

В результате к 2000 г. общее число учтенных больных ПР (без наркологических) достигло 3,95 млн человек. Показатель впервые заболевших ПР вырос на 30,6%, психотическими расстройствами - на 33,3%, умственной отсталостью (УО) - на 26,7%, шизофренией - на 25,5%; инвалидность вследствие психических заболеваний - на 29% (580 больных на 100 000 населения), а первичная инвалидность - на 14% (38,2 на 100 000).

В некоторых работах [12, 13, 35] был проведен качественный анализ макросоциальных факторов, оказывающих влияние на состояние психического здоровья населения России. Первый из них - стресс социальных изменений, воздействие которого испытала на себе большая часть населения страны. Второй негативной предпосылкой явилась психологическая неготовность населения к быстрым и радикальным переменам. Третий фактор - последствия социально-экономического кризиса, резко ухудшившего не только положение населения, но и материальные ресурсы психиатрических служб.

Проблема полномасштабной оценки психического здоровья населения в свою очередь связана с проблемой оценки числа возможных пациентов в популяции, которые характеризуются фактом активного обращения за психиатрической помощью. В рамках решения этой проблемы В.Г. Ротштейн и соавт. [30] в 2001 г. предложили принципиально новый эпидемиологический показатель - актуальная численность психически больных. В этой работе была дана теоретическая оценка числа больных для основных ПР на основе данных официальной медицинской статистики и выборочных эпидемиологических исследований, выполненных в 80-90-х годах [28, 29]. К 1996 г. оценка для актуальной численности лиц с ПР в России составила 21,2 млн человек, постоянно нуждающихся в психиатрической помощи, что соответствовало 14% населения РФ [30], а по данным официальной статистики, российская психиатрическая служба оказывала помощь лишь 2,5% населения.

Цель настоящего исследования - получение на основе результатов качественного анализа влияния медико-демографических и социально-экономических факторов на состояние психического здоровья населения данных для количественной оценки их влияния на основные показатели болезненности, заболеваемости, инвалидизации населения России вследствие ПР в период 1992-2010 гг.

Материал и методы

Материалом для данной работы послужила совокупность российских научных публикаций, посвященных эпидемиологическим аспектам состояния психического здоровья населения РФ на уровне популяционных исследований.

В качестве источников информации использовали: 1) данные официальной российской медицинской статистики о контингентах лиц, имевших ПР в период 1992-2010 гг. (использовались материалы известных сборников [7, 8], дополненные официальными материалами Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского [38-40]); 2) данные официальной государственной статистики о медико-демографическом и социально-экономическом положении населения России в период 1992 - 2010 гг. [15, 34].

Методы анализа данных были следующие: для оценки значимости связей между показателями психического здоровья и медико-демографическими, социально-экономическими факторами использовали корреляционный и регрессионный анализ; методика системного анализа данных и аналитические методы, предложенные в предыдущих работах авторов [22-24, 45, 46]; расчеты и статистические оценки значимости полученных моделей выполняли в среде MS Excel.

Результаты и обсуждение

Динамика показателей болезненности для основных групп ПР в период 1992-2010 гг. Тенденции и модели

В течение рассматриваемого периода официально зарегистрированный контингент больных ПР увеличился с 3,603 млн до 4,188 млн человек (рост на 16,3%). Показатель болезненности (распространенность) ПР на 10 000 населения увеличился с 242,9 до 295,1 (рост на 21,5%). В клиническом и социальном аспекте контингент больных становился с каждым годом более тяжелым. Развернутые структурно-клинические характеристики контингента больных в 2010 г. приводятся в работе [40]. В возрастном аспекте наиболее высокие уровни болезненности приходились на детско-подростковые и юношеские группы и затрагивали от 3,2 до 5,5% состава этих групп [21, 40]. В общем числе больных ПР 26,6% приходились на лиц младше 20 лет, а 17,1% - 60 лет и старше.

Для описания динамики показателя болезненности психическими расстройствами воспользуемся аналитическим подходом, предложенным в работах [24, 45] и позволяющим оценивать функциональные связи между показателями психического здоровья населения и социально-экономическими, медико-демографическими факторами в рассматриваемый период. Для удобства графического отображения значения показателей болезненности и заболеваемости приводятся на 10 000 населения.

На рис. 1 приведены фактические значения показателя болезненности ПР в Российской Федерации в 1992-2010 гг. на основе данных официальной статистики (стационарный и диспансерный учет) [7, 8, 15, 38, 40] и значения, полученные расчетным путем по модели (1).

Рисунок 1. Фактические значения и значения по модели (1) для болезненности (на 10 000 населения) ПР в России в 1992-2010 гг. Здесь и на рис. 2: по оси абсцисс - годы, по оси ординат - болезненность.
Модель получена на основе статистического анализа значений показателя болезненности и широкого круга медико-демографических и социально-экономических факторов и показателей (общий список факторов и показателей включает более 50 наименований) в период 1992-2008 гг. Она обладает высокой надежностью R2=0,994 (т.е. объясняет на 99,4% вариацию показателя болезненности):

PR=928,63+6,899 Ps-5,235 Po-0,096 Mi+1,675 Mo, (1)

где PR (prevalence) - модельное значение болезненности ПР на 10 000 населения, Ps - число должностей психиат­ров на 100 000 населения, Po - численность населения в млн человек, Mi - миграционный прирост в десятках тысяч человек, Mo - смертность населения на 1000 человек.

Отметим, что модель (1) получена в 2009 г., когда еще не были известны фактические значения болезненности ПР для 2009-2010 гг., опубликованные в 2011-2012 гг. [15, 40].

Для сравнения использованных в модели факторов по величине вклада (весомость) в значение показателя PR следует использовать соответствующие безразмерные факторы, получаемые на основе соотношения:

Z=(X-Xo)/(Xmax-Xmin),

где Z, X, Xo, Xmax, Xmin - соответственно безразмерное, фактическое, среднее, максимальное и минимальное значения фактора.

Применение описанного преобразования к модели (1) позволяет получить следующие выводы относительно весомости факторов болезненности ПР населения России в рассматриваемый период:

а) основным фактором следует считать Ps. Этот статистический вывод совпадает с ожидаемым - значимость психиатра в системе психиатрической помощи;

б) примерно такой же (на 10% меньше) вклад в изменение величины PR дает Po - этот фактор следует рассматривать в свете действия принципа демографического императива [16], который декларирует демографическую обусловленность основных явлений и процессов, изучаемых социально-экономическими науками. При этом необходимо выделить направленность его влияния - коэффициент фактора Po в модели (1) отрицательный, что означает рост болезненности при депопуляции населения. На качественном уровне этот эффект можно интерпретировать как «стресс депопуляции».

в) факторы Mi и Mo (суммарно дают вклад в болезненность, равный вкладу фактора Po) соответствуют стрессовым факторам миграции и смертности;

г) стабилизация и уменьшение показателя болезненности ПР в рамках модели (1) возможны в первую очередь при росте ресурсов службы психического здоровья и численности населения (т.е. при ослаблении «стресса депопуляции»).

Модель (1) позволяет с высокой точностью выполнять прогнозирование (на ближайшие годы) рассматриваемого показателя болезненности, используя значения указанных медико-демографических факторов.

Приведем пример прогноза по модели (1) для 2009-2010 гг. Используем данные табл. 1, полученные на основе официальной информации Росстата [15, 34].

Подставляя табличные значения в модель (1), получим для 2009 г. PR=298,8, для 2010 г. PR=293,8. Фактические значения данного показателя (по данным [15, 34, 40]) равны 297,0 и 295,1 соответственно. Следовательно, фактические и расчетные значения болезненности отличаются на весьма малую величину 0,4-0,6%[1].

Динамика фактических значений показателей болезненности для основных диагностических групп (1) непсихотические психические расстройства (НПР); 2) психозы, состояния слабоумия (ПС); 3) УО; а также значения, полученные расчетным путем по соответствующим моделям, [24]) представлена на рис. 2.

Рисунок 2. Динамика показателей болезненности (на 10 000 населения) для основных диагностических групп ПР. Фактические и модельные значения.

Модель (2) для показателя болезненности НПР, включающая зависимость от факторов Ps, Po, Mo, получена с высокой надежностью 0,995 и имеет содержательную интерпретацию, аналогичную модели (1).

PRНПР=594,997+7,627 Ps-3,936 Po+1,053 Mo. (2)

Значения показателей болезненности ПР и НПР связаны очень надежным (R2=0,996) линейным регрессионным соотношением (3):

ПР=104,9136+1,2747 НПР, (3)

которое может быть использовано в целях оперативного прогноза значений показателя ПР по значениям показателя НПР.

Модели для показателей болезненности ПС и УО также имеют высокую надежность (от 0,95 до 0,97) и включают зависимости от таких медико-социальных факторов, как доля вынужденных (по медико-социальным показаниям) абортов; число суицидов в российской популяции, младенческая смертность.

Прогнозирование показателей по этим моделям приводит к их практически полному соответствию фактическим данным (см. рис. 2). Содержательная интерпретация для этих моделей приводится в нашей работе [24]. Соотношение долей в 2010 г. было следующим: ПС - 26,4%, НПР - 51,3%, УО - 22,3%.

Динамика болезненности НПР в рассматриваемый период характеризовалась значительным ростом. Показатель болезненности (на 10 000 населения) в рассматриваемый период увеличился со 106,4 до 151,3 (рост на 42,2%). Доля НПР в общей диагностической структуре всех зарегистрированных ПР монотонно возрастала с 43,8 (1992 г.) до 51,3% (2010 г.). Этот рост можно расценивать как положительный факт, свидетельствующий, что пациенты стали меньше опасаться социальной стигматизации, связанной с обращением к психиатру, им стало легче получить необходимую помощь, и в этом очевидный позитивный результат проведенных реформ. С другой стороны, уменьшение числа наблюдаемых больных с ПС является веским основанием для расширения дальнейшей работы по совершенствованию правовой и организационной базы психиатрической службы. Очевидно, что современная ситуация создает предпосылки для того, чтобы больные с ПС оставались без наблюдения и помощи, а это приводит к нежелательным последствиям и для них, и для общества.

Депрессивные расстройства и актуальная численность психически больных. В настоящее время как одна из основных в психиатрической и общемедицинской практике рассматривается проблема депрессивных расстройств (ДР) [9, 20, 23, 26, 29, 31, 33]. Условия жизни современного общества в развитых и развивающихся странах характеризуются высокими психологическими нагрузками, насыщенной информационной средой, длительным пребыванием в состоянии стресса, а также неблагоприятной экологической обстановкой, что представляет собой факторы риска развития депрессии. В России к этому добавляются факторы, связанные с социально-экономическими реформами и их последствиями.

Депрессия в ее различных клинических вариантах признается одной из основных причин снижения трудоспособности (по доле потерянных для полноценной жизни лет). Именно ДР в настоящее время опережают все прочие психические заболевания, включая болезнь Альцгеймера, алкоголизм, шизофрению. В мировом рейтинге [18, 23] депрессия по интегративной оценке бремени, которое несет общество, занимает четвертое место среди всех заболеваний. По прогнозу ВОЗ, к 2020 г. по этому критерию они займут уже второе место, уступая только ишемической болезни сердца.

Рост депрессивных состояний в основном происходит за счет непсихотических форм, а также посттравматических расстройств [1, 2, 18, 31, 41]. В настоящее время только официально зарегистрированная численность больных, страдающих НПР и нуждающихся в помощи, составляет 1,5% населения [15, 40]. С учетом анализа контингента общемедицинской сети болезненность ДР составляет, по разным оценкам, 5-25% населения России [20, 27, 29, 31, 33 ].

Поскольку очевидно, что депрессия становится все более распространенным и длительно текущим расстройством, которое не всегда своевременно диагностируется, в последнее десятилетие было проведено несколько масштабных российских эпидемиологических исследований [20, 27-29, 31]. На основе их результатов минимальной оценкой болезненности ДР можно считать величину в диапазоне 5-7% населения России, что соответствует в настоящее время величине актуальной численности больных ДР в диапазоне 7-10 млн человек.

Повторим, что официальные уровни болезненности НПР населения России в последние годы возрастают (в 2010 г. 51,3% от всех расстройств, а в структуре заболеваемости - около 75%). Поэтому, принимая во внимание оценки выявляемости НПР (по данным российских и зарубежных эпидемиологических исследований [23, 30, 31], выявляется не более 10% этих расстройств), можно получить минимальную оценку актуальной численности больных ПР в диапазоне 14-20 млн человек, что составляет 10-14% населения России.

Динамика показателей заболеваемости ПР

В 2010 г. официальное число больных с впервые установленным диагнозом ПР составило 498,9 тыс. человек [15, 40] и по сравнению с 1992 г. выросло на 16,9%. Показатель заболеваемости ПР (на 10 000 населения) в период 1992-2010 гг. увеличился с 28,76 до 35,15 (рост на 22,2%), а в период 2002-2005 гг. фиксировались значения этого показателя в диапазоне 39-40. По данным 2010 г. [21, 40], на первом месте стояла заболеваемость среди детей до 14 лет (61,17 на 10 000 детского населения), на втором - среди 18-19-летних (55,78), далее - 15-17-летних (51,75). Заболеваемость среди лиц 60 лет и старше имела уровень 43,78 и характеризовалась наиболее высоким (3,7%) годовым темпом прироста.

На рис. 3 отражены фактические значения показателя заболеваемости ПР в Российской Федерации в 1992-2010 гг. (на 10 000 населения) на основе данных официальной статистики (стационарный и диспансерный учет) [15, 40], и значения, полученные расчетным путем по модели (4):

Рисунок 3. Фактические значения для заболеваемости (на 10 000 населения) ПР и значения по модели (4) в России в 1992-2010 гг. По оси абсцисс - годы, по оси ординат - заболеваемость.

INс=11,020+5,237 Pst+0,669 Mo+11,963 Pd, (4)

где INс (incidence) - модельное значение заболеваемости на 10 000 человек населения, Pst - число должностей психотерапевтов на 100 000 населения, Pd - отношение средней пенсии к среднему доходу.

Модель (4) получена на основе статистического анализа данных в период 1992-2008 гг. с высокой надежностью R2=0,957 (т.е. объясняет на 95,7% вариацию показателя болезненности) и хорошей прогностической характеристикой (см. рис. 3).

Анализ весомости факторов первичной заболеваемости по модели (4):

а) корреляционный анализ факторов указывает также на высокую значимость фактора Ps. Однако большую весомость фактора Pst для рассматриваемой модели можно объяснить уменьшением числа психоневрологических диспансеров (по сравнению с 1992 г. их число к 2010 г. сократилось на 13%, а с 2005 г. - на 21%), а также известными в населении опасениями стигматизации и постановки на психиатрический учет;

б) факторы Mo и Pd соответствуют стрессовым факторам смертности и финансовой неустроенности населения.

Модели для показателей заболеваемости по основным диагностическим группам получены в работе [24] и характеризуются высокой статистической надежностью.

В самой большой диагностической группе (НПР) динамика показателя заболеваемости в рассматриваемый период характеризуется значительным ростом. Значения показателя (на 10 000 населения) увеличились с 20,57 до 26,23 (рост на 27,5%). Наиболее значимые факторы: Pst и Mo.

Для показателя заболеваемости в группе ПС наиболее значимые факторы - Ps и Mo.

Структура заболеваемости в 2010 г. для основных диагностических групп на основе официальной статистики [15, 40] следующая: НПР - 74,6%; ПС - 18,2%; УО - 7,2%.

В последние годы отмечено [40] «утяжеление» контингента больных. На это указывают следующие характеристики: 1) возросли показатели заболеваемости ПС; 2) в диагностической структуре больных существенные доли приходятся на органические патологии как психотического, так и непсихотического уровней. Особенно заметно увеличиваются доли больных и показатель заболеваемости сосудистой деменцией; 3) продолжается увеличение контингента больных, имеющих инвалидность; при этом число работающих инвалидов постоянно уменьшается.

Динамика показателя суицидов

Еще одним показателем негативной обстановки в сфере общественного психического здоровья служит высокий уровень самоубийств. В ряде работ [3-4] были приведены результаты корреляционного анализа связи показателя суицидов (в России и на региональном уровне) с рядом социально-экономических и демографических факторов.

На основании полученных результатов сделан вывод о достаточно тесной связи динамики показателя само­убийств с социальными изменениями в России. Условно выделены три типа регионов, в которых уровень суицидов зависит от 1) культурно-этнической характеристики региона, 2) степени его индустриализации, 3) развитости сельского производства. Отмечено, что уровень самоубийств зависит в определенной степени от интенсивности ряда социально-экономических процессов, приводящих к дез­адаптации целые категории населения.

Оценивая показатели суицидов в России в период 1992-2010 гг., следует признать, что страна находится в состоянии чрезвычайной ситуации. По классификации ВОЗ, уровень самоубийств выше 20 на 100 000 населения отражает кризис общества, а в России в этот период среднее значение показателя составило 34,8 (а в четырех федеральных округах из семи уровень суицидов составлял от 42 до 62). При этом произошел значимый сдвиг в сторону увеличения доли самоубийств у молодежи в диапазоне 15-34 года.

Следует различать два уровня суицидологической проблемы - как статистически устойчивое поведение определенных слоев общества и индивидуальное поведение личности в микросоциальной среде [26, 36]. Это определяет и различный уровень объясняющих концепций - от глобальных до индивидуальных.

Опираясь на результаты и подходы, изложенные во многих работах [3-4, 6, 19, 24, 32, 45], а также на проведенный авторами расширенный корреляционный анализ данных за период 1992-2008 гг. (общий список медико-демографических и социально-экономических факторов и показателей включал более 50 наименований), можно предложить простую, но достаточно точную регрессионную модель для описания динамики показателя суицидов в рассматриваемый период. На рис. 4 приведены фактические значения показателя суицидов в Российской Федерации в 1992-2010 гг. (на 100 000 населения) на основе данных официальной статистики [15] и значения, полученные расчетным путем по модели (5):

Рисунок 4. Фактические значения для показателя суицидов (на 100 000 населения) и значения по модели (5) в 1992-2010 гг. По оси абсцисс - годы, по оси ординат - показатель суицидов.

Su=317,26-1,93 Ey-2,04 ПС, (5)

где Su - расчетное значение показателя суицидов на 100 000 населения, Ey - ожидаемая продолжительность жизни при рождении, ПС - болезненность психотическими расстройствами (психозы и состояния слабоумия на 10 000 человек).

Регрессионная модель (5) получена с высокой надежностью R2=0,957 (т.е. объясняет на 95,7% вариацию показателя суицидов). Приведем пример прогнозного расчета по модели (5) для 2009-2010 гг. (напомним, что модель была получена на основе данных 1992-2008 гг.). Используем данные табл. 2, полученные на основе официальной информации Росстата [15, 34].

Подставляя табличные значения в модель (5), получим для 2009 г. Su=26,7, для 2010 г. Su=25,04. Фактические значения данного показателя на основе данных Росстата [15] равны 26,5 и 23,4 соответственно.

Содержательная интерпретация факторов суицида на основе модели (5): а) показатель Ey имеет значимый коэффициент корреляции с показателем суицидов (r= –0,78). Знак коэффициента корреляции, как и знак соответствующего коэффициента в модели (5), указывает на легко интерпретируемую связь этих показателей: при возрастании ожидаемой продолжительности жизни показатель суицидов уменьшается. Еу - одна из важнейших характеристик уровня и качества жизни популяции. Этот показатель интегрально отражает множество разнообразных факторов от эффективности системы здравоохранения, экологических условий проживания, образа жизни, доходов граждан, наследственности, качества питания до стереотипов поведения и психологического самочувствия граждан. Кроме того, этот показатель характеризует не только текущее положение вещей, но и прошлое качество жизни соответствующих поколений, так как состояние здоровья каждого конкретного человека в значительной мере зависит от условий его существования с момента рождения; б) показатель ПС имеет (по сравнению с ожидаемой продолжительностью жизни) еще более значимый коэффициент корреляции с Su (r= –0,86).

Из модели (5) следует, что при возрастании показателя ПС Su уменьшается. Этот факт следует расценивать как результат работы службы психического здоровья и суицидологической службы: чем больше выявленных и купированных психотических состояний, тем меньше база суицидальных попыток. Следует также отметить, что показатель болезненности ПС является комплексным: в работе [24] показано, что с ним тесно связаны такие показатели социального стресса, как депопуляция и доля вынужденных (по медико-социальным показаниям) абортов (что является индикатором степени нездоровья женской популяции и источником возникновения психотравмирующих ситуаций в популяции в целом).

Не вызывает сомнения связь между психическим расстройством и суицидом, особенно между депрессией и суицидом, при которой риск суицида оценивается в 10-15 раз выше в сравнении с основной популяцией.

Таким образом, полученная в настоящей работе модель (5) с хорошим уровнем надежности отражает количественную связь Su с достаточно широким набором медико-демографических и социально-экономических факторов, «действующих» через интегральные показатели: Ey и ПС. Напомним, что модель получена для показателя суицидов по России в определенный период времени. Для конкретно выбранного региона модель может существенно измениться, например из-за социально-экономической неоднородности развития региона, а также трудно учитываемых особенностей культурных, этнических, религиозных характеристик населения региона. Однако при достаточно полной статистике по соответствующим факторам и наличии экспертных оценок по качественным факторам можно надеяться на получение адекватной модели с помощью изложенного подхода.

Динамика показателей инвалидизации населения вследствие психических заболеваний

Инвалидность при психических заболеваниях занимает существенное место в масштабе проблемы психического здоровья населения. В 2010 г. общее число инвалидов вследствие ПР в России составляло 1,028 млн человек, что соответствует почти 8% от общей численности инвалидов по всем заболеваниям. Оценка общих потерь вследствие инвалидности по психическим заболеваниям показала [42, 47], что они достигли в 2005 г. значения более 200 млрд рублей, т.е. порядка 1% ВВП страны. По результатам работы [47], общие потери от инвалидности вследствие ПР составляют около 75% всех потерь от психических заболеваний. Важно, что по длительности сроков инвалидности психические заболевания занимают первое место. Большинство психически больных, утративших трудоспособность, становятся инвалидами в молодом и среднем возрасте (25% в возрасте до 29 лет, 70% - до 40 лет). Почти 95% инвалидов, признанных нетрудоспособными в связи с психическим заболеванием и УО, остаются на пенсионном обеспечении пожизненно. Кроме того, инвалидность по психическим заболеваниям характеризуется значительной тяжестью: 94,2% психически больных инвалидов имеют наиболее тяжелые (I или II) группы инвалидности.

Показатель инвалидности вследствие ПР (на 1000 населения) в период 1992-2010 гг. увеличился с 4,50 до 7,25 (рост на 61,1%).

Опираясь на результаты и подходы, изложенные в литературе [22, 24], а также проведенный авторами расширенный корреляционный анализ данных за период 1992-2008 гг., получена достаточно точная регрессионная модель 2-го порядка для описания динамики показателя инвалидности в рассматриваемый период. На рис. 5 приведены фактические значения показателя инвалидности в Российской Федерации в 1992-2010 гг. (на 1000 человек населения) на основе данных официальной статистики [15] и значения, полученные расчетным путем по модели (6):

Рисунок 5. Фактические значения для показателя инвалидности (на 1000 населения) и значения по модели (6) в 1992-2010 гг. По оси абсцисс - годы, по оси ординат - показатель инвалидности.

Inv=22,348-1,861 Pr+0,966 Mo-24,31 Pd+0,047 Pr2-0,037 Pr Mo+0,866 Pr Pd, (6)

где Inv (invalid) - модельное значение показателя инвалидности на 1000 населения, Pr - фактическая болезненность ПР на 1000 населения, Pd - отношение средней пенсии к среднему доходу.

Модель (6) получена на основе статистического анализа данных в период 1992-2008 гг. с высокой надежностью R2=0,998 и хорошей прогностической характеристикой.

Анализ весомости факторов по модели показателя инвалидности (6): а) наибольшая весомость показателя болезненности ПР (Pr) очевидна, при этом существенный вклад вносят и нелинейные (синергетические) взаимодействия болезненности с факторами Mo и Pd; б) факторы Mo и Pd соответствуют стрессовым факторам смертности и финансовой неустроенности.

Показатель первичной инвалидности достиг максимального значения 4,18 на 1000 населения в 1998 г. (рост на 24,4% по сравнению с 1992 г.), а затем уменьшался, составив 2,92 в 2010 г. Динамика показателя первичной инвалидности (как отмечалось ранее рядом авторов, например [7]) является следствием негативных тенденций, связанных с социально-экономическими реформами в стране. Рост числа инвалидов в 90-х годах связан, скорее, не с объективными (медико-демографическими) причинами, а с резким падением начиная с 1991-1992 гг. реальных доходов на душу населения и сужением возможностей занятости. Единственной возможностью выжить в таких условиях для граждан становилась возможность использовать все доступные источники доходов, в том числе социальное обеспечение.

Таким образом, на уровне популяции получены количественные оценки влияния социально-экономических и медико-демографических факторов на динамику основных показателей (болезненность, заболеваемость, уровень суицидов, инвалидизация) психического здоровья населения Российской Федерации в период 1992-2010 гг.

Разработанные регрессионные модели, связывающие основные показатели психического здоровья населения с медико-демографическими и социально-экономическими факторами, имеют хорошие прогностические характеристики, что позволяет использовать их в качестве инструмента оперативного мониторинга и планирования деятельности медико-социальных служб.

Получены оценки весомости основных медико-демографических и социально-экономических факторов и дана качественная интерпретация динамики показателей психического здоровья населения России в зависимости от социальных изменений и условий жизни в стране в период 1992-2010 гг.

[1]Укажем еще одно важное приложение модели (1). Если считать известными значения А (абсолютная численность контингента больных ПР), Ps, Mi и Mа (абсолютное значение), то с учетом соотношений Pr=А/Po и Мо=Ма/Ро на основе модели (1) получаем квадратное уравнение относительно Po. Решая уравнение, получаем для 2010 г. значение Po=143,16 млн. Найденное значение для Po отличается от официальной величины 142,9 млн, полученной на основе Всероссийской переписи 2010 г. всего на 0,18%. Значения характеристик А, Ps, Mi, Mo фиксируются ежегодно с достаточно высокой надежностью и не требуют дополнительных затрат, в то время как по официальным данным Всероссийская перепись 2010 г. потребовала 17 млрд руб., что почти в 4 раза превышает общие затраты (4,72 млрд руб.) на финансирование подпрограммы «Психические расстройства» в период 2007-2012 гг. в рамках Федеральной целевой программы борьбы с социально значимыми заболеваниями [25].

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо с ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail