J. Samavat и соавт., Италия

В исследовании участвовали мужчины со средним ИМТ 44,3±5,9 кг/м² и с ИМТ 24,2±3,0 кг/м². Наблюдались статистически значимые различия между группами в уровне общего и свободного Т, Е2, гликированного гемоглобина и ЛВП, в то время как в проанализированных параметрах спермы лишь процент неподвижных сперматозоидов и объем эякулята различались между группами. По данным многофакторного анализа была обнаружена сильная корреляция между ИМТ, окружностью живота, уровнем Е2, гликированного гемоглобина и спонтанной и Р-индуцированной акросомной реакцией. Акросомная реакция нарушена у мужчин с ожирением, что отражает снижение ответа на Р и повышение частоты спонтанной акросомной реакции, связанной с изменениями в концентрации циркулирующего Е2 и содержании холестерина в сперматозоиде.

I. Rubio и соавт., Испания

Частота прогрессирования беременности была статистически значимо более высокой в группе инкубации эмбрионов в интегральной системе наблюдения путем покадровой съемки EmbryoScope и отбора эмбрионов с применением многофакторной морфокинетической модели в сравнении со стандартным инкубатором и отбором эмбрионов, основанном исключительно на их морфологии (51,4% против 41,7%). По частоте наступления беременности различия не были статистически значимы (61,6% против 56,3%), при этом частота ранней потери беременности была статистически значимо ниже в группе покадровой съемки (16,6% против 25,8%), а частота имплантации – выше в сравнении со стандартным культивированием эмбрионов (44,9% против 37,1%).

Y. Liu и соавт., Австралия

Остановка дробления, связанная со слиянием бластомеров или с неудачей цитокинеза, наблюдалась до 3 раз в каждом отдельном эмбрионе в 27,4% эмбрионов в течение первых 3 циклов дробления. В циклах с ант-ГнРГ ее частота была выше, чем в циклах с а-ГнРГ, как и в циклах ИКСИ в сравнении с циклами ЭКО. В сравнении с эмбрионами без аномалий деления меньшее число эмбрионов с остановкой дробления достигло стадии шести клеток и больше к 3-му дню, а многоядерность на стадии 4 клеток наблюдалась у большего их числа. Оценка данных эмбрионов, основанная как на традиционной шкале, так и на морфокинетических параметрах, была ниже. Остановка дробления ухудшает развитие эмбриона, что приводит к снижению потенциала к имплантации. Оно связано с факторами, поражающими как ооцит, так и сперматозоид.

D.J. Kaser и соавт., США

В исследовании участвовали бесплодные женщины от 21 года до 42 лет, рандомизированные в группы стандартного и ускоренного лечения, которым проводили контролируемую гиперстимуляцию овуляции-ВМИ (КСО-ВМИ) и/или ЭКО. Пациенток разделили по группам в соответствии с исходным уровнем ФСГ и Е2: ФСГ<10 мЕД/мл и Е2<40 пг/мл (1А группа), ФСГ<10 мЕД/мл и Е2≥40 пг/мл (1 В группа), ФСГ — 10—15 мЕД/мл и Е2<40 пг/мл (2А группа), ФСГ — 10—15 мЕД/мл и Е2≥40 пг/мл (1 В группа). У пациенток из групп 2А и 2 В наблюдалась наибольшая частота отмены циклов и бедного ответа. При проведении КСО-ВМИ беременность не наступила ни у одной женщины из группы 2 В, в то время как в циклах ЭКО частота родов живым плодом составила 33,3% (специфичность и положительная прогностическая значимость составила 100% для циклов КСО-ВМИ).

Bo Huang и соавт., Китай

В свежих циклах ЭКО аспирация ооцитов была произведена у 19 173 пациенток: у 15 042 был проведен ПЭ, у 42,7% этих женщин наступила клиническая беременность, среди которых у 1,97% беременность была эктопической. В группу криоПЭ входили 12 752 женщины: беременность наступила у 45,4%, из которых 1,01% были эктопическими. Частота эктопических беременностей на все клинические беременности составила 4,62% для группы свежего переноса и 2,22% — для группы криопереноса. Эта разница была статистически значимой. Более того, в свежих циклах наибольший риск эктопической беременности наблюдался при переносе 3-дневных эмбрионов, в то время как перенос бластоцисты сопровождался наименьшим риском.

A. Kumar и соавт., Индия

Женщины получали 20 мг дидрогестерона в сутки со дня положительного теста на беременность до 20 нед. Частота повторного выкидыша после 3 последовательных выкидышей была значимо выше в группе женщин с привычным невынашиванием в сравнении с контролем (16,76% против 3,45%). Частота выкидыша у женщин с привычным выкидышем была в 2,4 раза выше в группе плацебо в сравнении с группой, получавшей лечение. Средний срок родов был значимо выше в группе дидрогестерона (38,01±1,96 нед) в сравнении с группой плацебо (37,23±2,41 нед). Масса тела при рождении также была выше в группе дидрогестерона (2545,3±554,3 г против 2421,4±321,6 г). При постановке на учет уровни ИЛ-4 и ФНО-α были значимо ниже, а ИФН-γ — выше у пациенток с привычным выкидышем в сравнении с контролем.

M. Konstantidinis и соавт., Великобритания

Образцы были получены у пар, которым проводили ПГД для выявления анеуплоидий и/или точечных мутаций. Полностью оптимизированная панель микрочипов имела точность ≥97% в отношении определения анеуплоидий и 99% — хромосомных аномалий. Данный метод также позволял точно определять относительное число митохондриальных ДНК. Информации с полиморфных локусов было достаточно для подтверждения отцовства.

M. Luyckx и соавт., Бельгия

Среди женщин, пожелавших забеременеть, беременность наступила у 71%. Из этих 18 беременностей 12 завершились рождением живого плода, а 6 — ранним выкидышем. Во время беременности не отмечалось прогрессирования роста миом. Эти данные подтверждают долгосрочный эффект терапии улипристала ацетатом.

Nadine M.P. Daan и соавт., Голландия

Пациентки с ожидаемой олиго- или ановуляцией проходили стандартный скрининг, состоящий из сбора анамнеза, антропометрических измерений и трансвагинального УЗИ с последующим подробным изучением метаболического/эндокринологического статуса. У женщин с гиперандрогенным фенотипом СПКЯ кардиометаболический профиль был хуже и распространенность факторов риска сердечно-сосудистых осложнений, таких как ожирение и избыточная масса тела, инсулинорезистентность и метаболический синдром, выше в сравнении с женщинами с негиперандрогенным фенотипом. В то же время у пациенток с негиперандрогенным фенотипом часто наблюдались избыточная масса тела/ожирение (28,5%) и дислипидемия (ЛНП≥3,0 ммоль/л, 52,2%).