По мере увеличения возраста матери повышается риск гибели плода

Цель

Оценить влияние возраста матери (ВМ) на частоту самопроизвольных абортов, внематочной беременности и рождения мертвого плода, т.е. на общий риск гибели плода (ГП).

Структура исследования

Популяционное исследование с использованием данных 3 национальных реестров (с 1978 по 1992 г.).

Клиническая база

Дания.

Участницы

634 272 женщины в возрасте от 12 до 45 лет и более (всего 1 221 546 случаев беременности за период с 1978 по 1992 г.).

Оценка факторов риска

ВМ при зачатии и репродуктивный анамнез (количество родов и исходы беременностей за предшествующие 10 лет). Календарный год наступления беременности расценивался как дополнительный фактор, способный повлиять на конечный результат.

Основные критерии оценки

Связанный с возрастом риск развития самопроизвольных абортов, возникновения внематочной беременности и рождения мертвого плода. Информация об исходах беременностей была получена из национального регистра диагнозов при выписке из стационара (самопроизвольный аборт, пузырный занос, внематочная беременность), медицинского регистра рождаемости (рождение живого или мертвого плода) и национального регистра искусственных абортов. При анализе комбинированного влияния ВМ и репродуктивного анамнеза на риск ГП учитывались исходы беременностей только в период с 1988 по 1992 г.

Основные результаты

В период с 1978 по 1992 г. 126 673 беременности закончились ГП, 285 022 беременности — искусственными абортами, 809 762 беременности — рождением живых младенцев; суммарный риск ГП составил 13,5%. Суммарный риск развития самопроизвольных абортов составил 10,9%; степень этого риска существенно варьировала в зависимости от ВМ (от 8,7% при ВМ, равном 22 годам, до 84,1% при ВМ і48 лет). Взаимосвязь между ВМ и риском самопроизвольных абортов не зависела от календарного года наступления беременности, количества предыдущих родов и числа самопроизвольных абортов в анамнезе. Суммарный риск возникновения внематочной беременности составил 2,3%; степень этого риска также варьировала в зависимости от ВМ (от 1,4% при ВМ, равном 21 году, до 6,9% при ВМ і44 лет). Суммарный риск рождения мертвого плода составил 4,3 на 1000 женщин. Выявлена J-образная зависимость между ВМ и риском рождения мертвого плода, но связь между этими показателями была менее выраженной, чем между ВМ и риском самопроизвольных абортов или внематочной беременности.

Вывод

По мере увеличения возраста матери повышается риск развития самопроизвольных абортов, возникновения внематочной беременности и рождения мертвого плода.

Комментарий

Обобщаемость результатов исследования A.M. Nybo Andersen et al., несомненно, высока. Поскольку по своей структуре это исследование было популяционным, представленные авторами данные о риске ГП, взаимосвязи этого показателя с ВМ и репродуктивным анамнезом можно считать наиболее точными из всех существующих.

Исследователи не пытались объяснить полученные данные. Причина развития самопроизвольных абортов у женщин старшего возраста в настоящее время представляется вполне понятной: в основе биологических механизмов такого прерывания беременности лежат хромосомные делеции и несовместимые с жизнью трисомии, возникающие в результате нерасхождения хромосом в фазе мейоза [1]. Пока неясно, могут ли эти же механизмы повышать риск возникновения внематочной беременности по мере увеличения возраста женщины. A.M. Nybo Andersen et al. отдают предпочтение гипотезе о непосредственной роли самой оплодотворенной яйцеклетки в патогенезе ее эктопической имплантации. Взаимосвязь между ВМ и риском возникновения внематочной беременности может также объясняться появлением с возрастом других факторов риска, способствующих нарушению проходимости маточных труб [2].

Наличие взаимосвязи между рождением мертвого плода и ВМ объяснить гораздо труднее, чем это кажется на первый взгляд. Рождение мертвого плода может быть обусловлено самыми разными причинами (например, нарушением гемодинамики, приводящим к развитию плацентарной недостаточности и врожденных пороков). В данном исследовании учитывались только те случаи рождения мертвого плода, когда акушерская помощь была оказана слишком поздно, или от нее отказались преднамеренно. Поэтому была выявлена лишь "верхушка айсберга"; истинное влияние ВМ на частоту возникновения акушерских проблем гораздо серьезнее. Если бы основное внимание исследователей было уделено оценке перинатальной смертности плода (включая интранатальную и неонатальную), перспективы для женщин старшего возраста могли оказаться еще печальнее [3, 4].

В настоящее время многие женщины предпочитают рожать детей лишь в зрелом возрасте. Авторы делают вывод о том, что подобная тенденция влечет за собой повышение общей частоты ГП и затрат на оказание медицинской помощи. Консультируя женщину, желающую завести ребенка, об оптимальном возрасте для беременности и родов, врач обязательно должен использовать представленные здесь данные. Кроме того, статья содержит большое количество информации, которая может пригодиться всем ученым, изучающим проблемы репродукции, и стать отправной точкой для дальнейших исследований.

Willem M. Ankum, MD, PhD

Amsterdam, The Netherlands

Литература

1. Volarcik K., Sheean L., Goldfarb J., et al. The meiotic competence of in-vitro matured human oocytes is influenced by donor age: evidence that folliculogenesis is compromised in the reproductively aged ovary. Hum Reprod 1998;13:154—60.

2. Ankum W.M., Mol B.W., Van der Veen F., Bossuyt P.M. Risk factors for ectopic pregnancy: a meta-analysis. Fertil Steril 1996;65:1093—9.

3. Forssas E., Gissler M., Sihvonen M., Hemminki E. Maternal predictors of perinatal mortality: the role of birthweight. Int J Epidemiol 1999;28:475—8.

4. Huang D.Y., Usher R.H., Kramer M.S., et al. Determinants of unexplained antepartum fetal deaths. Obstet Gynecol 2000;95:215—21.

Возврат к содержанию| Возврат на home page "Международного журнала медицинской практики"| Возврат на home page издательства "МедиаСфера"