С.Н. Мосолов, Е.Г. Костюкова, О.В. Сердитов
Серотониновый синдром при лечении депрессии
Московский НИИ психиатрии МЗ РФ
Федеральный научно-методический центр терапии психических заболеваний МЗ РФ
Ключевые слова: депрессия, селективные ингибиторы обратного захвата серотонина, ингибиторами моноаминоксидазы, серотониновый синдром.
В последнее десятилетие ученые всего мира направляют свои усилия на создание лекарственных препаратов, обладающих наряду с высокой эффективностью максимальной безопасностью применения.
Разработка новых препаратов для лечения депрессий в последние годы велась преимущественно по пути поиска агентов, влияющих на серотонинергическую систему, а именно способных увеличивать содержание в синаптической щели серотонина, с дефицитом которого связывают развитие депрессивных состояний. Результатом этих исследований явилось создание целой группы антидепрессантов нового поколения, получившей название "селективные ингибиторы обратного захвата серотонина" (СИОЗС). Практически не воздействуя на мускариновые, гистаминовые и адренергические рецепторы, препараты этой группы лишены таких антихолинергических побочных эффектов, как избыточное седативное действие, сухость во рту, задержка мочеиспускания, явления ортостатической артериальной гипотонии, кардиотоксичность и т.д. Побочные эффекты при использовании СИОЗС крайне редки и, как правило, ограничиваются диспепсическими явлениями и влиянием на сексуальную сферу. С введением в практику препаратов этой группы ситуация, когда пациент "не ощущает" приема таблетки, стала обычной. Возможность терапии депрессивных состояний на качественно новом уровне безопасности значительно расширяет область применения антидепрессантов — от сферы деятельности психиатра до практики терапевта, и они успешно используются для лечения соматизированных и соматоформных расстройств.
В свете изложенного особую важность приобретают эпизодически появляющиеся в литературе сведения о редком, но серьезном и представляющем угрозу для жизни больного побочном эффекте антидепрессантов, получившем название "серотониновый синдром" (СС). Это токсическое состояние, угрожающее жизни, проявляется миоклонией, диареей, спутанностью сознания, гипоманиакальным состоянием (гипомания), ажитацией, гиперрефлексией, нарушением координации, лихорадкой, диафорезом (гипергидрозом), тремором, изменением артериального давления, тошнотой и рвотой [1].
Начальные проявления СС затрагивают, главным образом, желудочно-кишечную и нервную системы организма. Вначале отмечаются бурление, колики в животе, метеоризм, жидкий стул, тошнота, реже рвота и другие диспепсические явления. Неврологические симптомы включают экстрапирамидную симптоматику (тремор, дизартрию, неусидчивость, мышечный гипертонус), гиперрефлексию и миоклонические подергивания, которые обычно начинаются в ступнях и распространяются по всему телу. Могут наблюдаться двигательные расстройства в виде атаксии, которые выявляются с помощью проб. Хотя серотонинергические антидепрессанты практически не влияют на сердечно-сосудистую систему и даже способны замедлять сердечный ритм, при развитии СС часто наблюдаются тахикардия и повышение артериального давления.
При утяжелении общего состояния у многих больных развивается маниакальноподобное состояние (не путать с возможной инверсией аффекта!) со скачкой идей, ускоренной смазанной речью, нарушением сна, гиперактивностью, а иногда спутанностью сознания и симптомами дезориентировки. Заключительная стадия СС очень напоминает картину злокачественного нейролептического синдрома: резко повышается температура тела, появляются профузный пот, маскообразное лицо, его сальность. Смерть наступает от острых сердечно-сосудистых нарушений. Такое злокачественное течение наблюдается крайне редко (описаны отдельные случаи при сочетании применения СИОЗС с ингибиторами моноаминоксидазы — ИМАО), однако характерные желудочно -кишечные и неврологические расстройства достаточно часто встречаются при сочетанной терапии серотонинергическими препаратами, а в комбинации с ИМАО, по некоторым данным, — почти у половины больных [2].
СС чаще всего обратим. Он быстро купируется после отмены серотонинергических препаратов. Однако возможен и летальный исход (например, миоклонус, затрагивающий грудные мышцы, может привести к асфиксии или гипоксии).
В структуре СС различают следующие отдельные симптомы: неусидчивость (45%), спутанность сознания (42%), миоклонус (34%), гиперрефлексия (29%), профузное потоотделение (26%), дрожь тела (26%), тремор (26%), гипомания (21%), диарея (16%), нарушение координации (13%) [3]. Для дифференциальной диагностики СС с другими сходными по симптоматике состояниями необходимы, прежде всего, точные анамнестические данные и подробные сведения обо всех лекарственных препаратах (не только психотропных), их дозировках, изменениях лечебных схем, применявшихся, по крайней мере, за месяц, предшествующий развитию СС. Большинство симптомов, составляющих этот синдром, "перекрещиваются" с симптомами таких состояний, как злокачественный нейролептический синдром, злокачественная гипертермия, фебрильная кататония, холинолитический делирий. Поэтому точные знания клинических проявлений СС и его дифференциально-диагностических критериев важны с точки зрения как безопасности, так и эффективности терапии основного заболевания.
Диагностические критерии серотонинового синдрома [по 3]:
А. Наличие сведений о включении в схему лечения серотонинергического препарата или увеличении дозировки уже принимаемого серотонинергического препарата. Должно присутствовать не менее 3 из перечисленных ниже симптомов: ажитация, изменение психического статуса (спутанность сознания, гипомания), миоклонус, гиперрефлексия, диафорез (гипергидроз), дрожь тела, тремор, диарея, нарушения координации.
Б. Отсутствие других заболеваний (инфекционные болезни, нарушения обмена веществ, наркомания или синдром отмены).
В. Наличие сведений о том, что к моменту развития симптоматики СС больному не назначались впервые антипсихотические препараты (нейролептики) или не производилось увеличение дозировок уже принимаемых нейролептиков.
Клинические дифференциально-диагностические признаки СС представлены в таблице.
СС развивается как следствие усиленной стимуляции центральных серотонинергических структур в результате резкого увеличения концентрации серотонина в ЦНС. В нормальных условиях серотонин освобождается из пресинаптических нейронов и стимулирует постсинаптические рецепторы. Затем активным транспортом серотонин устраняется из синапса, возвращается к пресинаптическому окончанию, где-либо "захватывается" для повторного освобождения (механизм обратного захвата), либо распадается под действием моноаминооксидазы (МАО). В случае затруднения выхода серотонина из синапса возможно его избыточное накопление. В эксперименте на животных СС впервые был описан D.G. Grahame-Smith и E. Marley, K.M. Wozniak [4, 5]. При одновременном введении неселективного ИМАО и предшественника серотонина (L-триптофана) у животных развивались гиперактивность, стереотипные движения, повышалась температура тела. Позднее S.C. Gerson и R.J.L. Baldessarini [6] описали развитие СС у животных, вызванный изолированным введением триптофана, сочетанием ИОЗС с ИМАО и введением таких агонистов серотониновых рецепторов, как 5-метилоксидиметилтриптамин или 8-гидрокси-2 -(ди-N-пропиламино)-тетралин. Было показано, что фенфлурамин, влияющий на высвобождение серотонина и способный блокировать его обратный захват, также может вызывать СС [7]. Результаты дальнейших исследований, направленных на уточнение механизма развития СС, показали, что неселективные антагонисты серотониновых рецепторов (метисергид и метерголин) в отличие от антагонистов 5-HT2- рецепторов (кетансерина и пипамперона) способны предотвращать развитие СС у мышей [8]. Активация 5-HT1а -рецепторов или изменения в стволе мозга и спинальных нейронах с усилением серотонинергической передачи является необходимой, но недостаточной предпосылкой для развития СС. Считается, что возникновение СС преимущественно связано с активацией постсинаптических 5-НТ1а -рецепторов, а стимуляция 5-НТ2-рецепторов облегчает его развитие. При одновременном назначении ИОЗС и ИМАО СС развивается в результате практически полной блокады обратного захвата серотонина и одновременного усиления серотонинергической передачи в 5НТ1а - и 5-НТ2-рецепторах.
Первые наблюдения развития СС у человека относятся к 1960 г. [9], когда начали применяться препараты, оказывающие прямое влияние на серотонинергическую передачу, такие как кломипрамин (анафранил). Частота возникновения СС неизвестна, но в последнее время наблюдается отчетливая тенденция к ее росту, которую предположительно можно связать с широким внедрением в практику СИОЗС.
СС чаще всего описывался при применении комбинации двух или более препаратов, один из которых давал выраженный серотонинергический эффект.
Риск развития СС наиболее высок при сочетанном применении ИМАО с СИОЗС, что объясняет ся одновременной блокадой обратного захвата серотонина СИОЗС и распада серотонина под действием МАО. При таком сочетании наблюдались наиболее тяжелые случаи СС [2, 10—12].
На основании результатов экспериментальных исследований на животных было высказано предположение, что для развития СС необходимо одновременное подавление МАО типа А и МАО типа Б [13]. Такая точка зрения остается дискуссионной. С одной стороны, имеющийся опыт лечения болезни Паркинсона комбинацией селегелина (необратимым избирательным ингибитором МАО типа Б) с СИОЗС (сертралин и пароксетин) подтверждает низкую частоту развития СС [14]. Эти наблюдения можно объяснить недостаточностью серотонинергической системы у больных с паркинсонизмом [15] и высокой селективностью селегелина относительно МАО типа В. Считается, что МАО типа А в большей степени влияет на метаболизм серотонина [16]. С другой стороны, известны случаи развития СС при сочетанном применении СИОЗС с селегелином [17] и селегелина с трамадолом [18]; эти примеры ставят под сомнение предположение об обязательности одновременной блокады МАО типа А и МАО типа Б для развития СС.
Анализ данных литературы показывает, что развитие СС может также быть связано с применением обратимых и селективных ИМАО типа А. В частности, описан целый ряд побочных явлений (ортостатическая артериальная гипотония, тошнота, тремор) при сочетанном применении моклобемида (600 мг/сут) и мощного ИОЗС кломипрамина (100 мг/сут) [19]; развития СС после применения моклобемида (300 мг/сут) и предшествующей отмены кломипрамина, использовавшегося в дозе до 50 мг/сут [20]; при одновременном назначении сертралина и моклобемида [21], имипрамина (200 мг/сут) и моклобемида (300 мг/сут) [22]; случаи смертельного исхода вследствие СС, развившегося в результате передозировки моклобемида в сочетании с кломипрамином и при передозировке моклобемида в сочетании с циталопрамом [23].
Описаны случаи развития СС при комбинирован ной терапии такими антидепрессантами, как тразодон и флуоксетин [24], венлафаксин и транилципрамин [25], венлафаксин и фенелзин. Несколько сообщений посвящено возникновению СС при одновременном назначении флуоксетина и буспирона [26, 27], а также тразодона и буспирона [28]. Лекарственные взаимодействия возможны при одновременном использовании СИОЗС и лития [29—32] СИОЗС и карбамазепина [33]. Описано развитие СС в процессе комбинированной терапии триптофаном, ИМАО, СИОЗС и трициклическими антидепрессантами (ТЦА) [1]. СС может развиваться не только в процессе комбинированной терапии, но и при замене одного препарата, влияющего на серотонинергическую передачу, другим [34—36].
Главный принцип профилактики развития СС — возможное ограничение использования серотонинергических препаратов в комбинированной терапии. Тяжелые, иногда фатальные последствия комбинирован ной терапии классическими ИМАО с СИОЗС или кломипрамином являются основанием для того, чтобы избегать таких комбинаций. В то же время комбинации других серотонинергических препаратов часто применяются в клинической практике, в частности для повышения терапевтической эффективности. Учитывая возможный риск развития СС, их следует назначать с осторожностью. Особенно тщательное клиническое наблюдение должно проводиться в периоды включения в схему нового препарата или повышения дозировки. Ограничения по применению необратимых ИМАО в сочетании с СИОЗС, а также рекомендации по отмене СИОЗС перед назначением ИМАО должны непосредственно относиться и к моклобемиду. Вероятность развития СС при взаимодействии СИОЗС с селегелином или моклобемидом значительно ниже по сравнению с риском его возникновения при комбинированной терапии СИОЗС с неселективными, необратимыми ИМАО. В то же время следует учитывать, что взаимодействие подобного рода не исключено. Двухнедельный перерыв между отменой СИОЗС и назначением ИМАО обычно является достаточным.
Исключение составляет флуоксетин. Длительный период полувыведения этого препарата и его активного метаболита может вызывать значительные трудности при клиническом применении. После приема флуоксетина должен быть предусмотрен двухнедельный период его отмены перед началом приема другого СИОЗС, хотя может потребоваться и более длительный период для больных, получавших высокие дозы флуоксетина и лиц пожилого возраста [37, 38]. При назначении ИМАО после отмены флуоксетина "отмывочный" период должен составлять 5 нед (для пожилых больных — 8 нед). Норфлуоксетин — основной активный метаболит флуоксетина — можно обнаружить в крови даже спустя 9 нед после отмены препарата в концентрации, достаточной для развития СС при назначении необратимого ИМАО, например транилципромина [37]. Кроме того, флуоксетин влияет на фармакокинетику многих психотропных препаратов, уменьшая скорость очищения организма от серотонинергических средств, подвергающихся метаболической трансформации, включая ТЦА [39], карбамазепин [40] и моклобемид [41]. Для установления равновесной (постоянной) концентрации флуоксетина после его назначения или изменения дозировки требуется несколько недель, так же как и для "отмывочного" периода после его отмены.
Пароксетин и флувоксамин также оказывают выраженное ингибирующее действие на систему печеночных ферментов, ответственных за метаболизм ТЦА [42, 43]. В противоположность этому имеются данные о более низком фармакокинетическом потенциале взаимодействия сертралина и циталопрама, хотя особенности фармакокинетики циталопрама остаются недостаточно изученными, и требуется дополнительное целенаправленное изучение его взаимодействия с другими психотропными препаратами [44].
Длительность периода отмены зависит от длительности периодов полувыведения препаратов; период отмены составляет не менее 5 периодов полувыведения, однако необходимо отметить, что это минимальная рекомендуемая продолжительность периода отмены. При этом следует учитывать, что нелинейный характер фармакокинетики таких СИОЗС, как пароксетин и флуоксетин означает, что период их полувыведения возрастает при применении высоких дозировок. Известно также, что период полувыведения пароксетина и особенно циталопрама значительно возрастает у больных пожилого возраста [44]. Если при назначении СИОЗС предполагается, что на следующем этапе терапии препаратом выбора может стать неселективный и необратимый ИМАО, то рекомендуется выбирать СИОЗС с относительно коротким периодом полувыведения, так как это позволит в дальнейшем свести к минимуму период отмены при переводе на ИМАО.
Рекомендации соблюдать двухнедельный период отмены при переводе с ИМАО на СИОЗС необязательны для моклобемида. Традиционные ИМАО и селегелин являются необратимыми ИМАО и их влияние на метаболизм серотонина связан с выработкой МАО, которая обычно определяется в течение 4 нед после прекращения приема препарата. В противоположность этому моклобемид обратимо действует на МАО, а короткий период полувыведения обусловливает быстрое выведение из организма препарата после прекращения его приема. Период полувыведения моклобемида обычно составляет 12 ч [45]. Активность МАО в мозге возвращается к исходному уровню в течение 24 ч [46]. Таким образом, при переводе больного с моклобемида на СИОЗС 24-часовой период отмены препарата может считаться достаточным.
Риск развития СС существует и при одновременном назначении СИОЗС или ИМАО с противопростудными препаратами, содержащими декстрометорфан [47—51], который способен подавлять обратный захват серотонина . Возможно, это связано с фармакокинетическим взаимодействием препаратов [52]. Метаболизм декстрометорфана в значительной мере затрагивает систему печеночных ферментов P450 2D6. Установлено, что при одновременном назначении с хинидином, который подобно пароксетину и флуоксетину является мощным ингибитором Р450 2D6, уровень декстрометорфана в плазме крови увеличивается в 20 раз.
Развитие СС описано также при одновременном назначении СИОЗС с трамадолом [18]. Трамадол — синтетический анальгетик центрального действия, влияет на опиатные рецепторы, а также ингибирует обратный захват серотонина и норадреналина. Трамадол может потенцировать действие других серотонинергических агентов, особенно при использовании у ослабленных и пожилых больных.
Специальных терапевтических мероприятий при СС не разработано. Все терапевтические рекомендации основываются на описании отдельных случаев. Первым и основным мероприятием является отмена всех серотонинергических препаратов.
Как правило, основная симптоматика СС является обратимой и исчезает в течение 24 ч после снижения дозы или отмены препарата. В случае применения флуоксетина возможно более затяжное (несколько дней) течение, что связано с длительным периодом полувыведения данного препарата.
В более тяжелых случаях для уменьшения выраженности симптоматики СС рекомендуется назначение неспецифических антагонистов серотониновых рецепторов, таких как метисергид и ципрогептадин (перитол) [11, 53—56], а также b-блокатора пропанолола (анаприлина), являющегося блокатором 5-HT1а -рецепторов [1]. Необходимы дезинтоксикационная терапия и другие мероприятия, направленные на поддержание гомеостаза [55, 56], а перевод на искусственную вентиляцию легких и введение миорелаксантов, предупреждающих развитие таких осложнений, как рабдомиолиз и синдром диссеминированного внутрисосудистого свертывания крови [55]. В качестве симптоматической терапии для уменьшения мышечной ригидности, связанной с СС, могут использоваться бензодиазепины (например, лоразепам [49]) и прямой миорелаксант (дантролен) [57]. Гипертермия может быть следствием повышенного мышечного метаболизма, поэтому миорелаксанты способствуют снижению мышечной ригидности и гиперпирексии.
Таким образом, СС — тяжелое осложнение терапии антидепрессантами — мощными ИОЗС. Несмотря на крайнюю редкость развития тяжелого СС, легкие формы встречаются достаточно часто. Их клиническая картина сходна с проявлениями побочного действия антидепрессантов или таких состояний, как злокачественный нейролептический синдром, злокачественная нейролепсия, фебрильная кататония, холинолитический делирий. В этих случаях продолжение терапии в прежнем режиме приводит к утяжелению симптоматики с риском летального исхода. Это определяет особую важность проведения профилактики СС и своевременной дифференциальной диагностики с другими состояниями.
В заключение следует подчеркнуть, что для обеспечения эффективного и безопасного лечения серотонинергическими препаратами необходимы точные представления о патогенезе, клинической картине и терапевтических мероприятиях, направленных на предотвращение развития и купирование СС. Основные принципы безопасного применения этих препаратов — монотерапия либо тщательное клиническое наблюдение в случае необходимости комбинирован ной терапии или в период повышения дозировок.
Литература
1. Lejoyeux M., Ades J., Rouillon F. Serotonin syndrome: incidence, symptoms and treatment. CNS Drugs 1994;2(Suppl 2):132—43.
2. Feighner J.P., Boyer W.F., Tyler D.L., et al. Adverse consequences of fluoxetine-MAOI combination therapy. J Clin Psychiat 1990; 51:222—5.
3. Sternbach H. The serotonin syndrome. Am J Psychiat 1991;148:705—13.
4. Grahame-Smith D.G. Studies in vivo of the relationship between brain tryptophan, brain 5-HT synthesis and hyperactivity in rats treated with a monoamine oxidase inhibitor and L-Tryptophan. J Neurochem 1971;18: 1053—66.
5. Marley E., Wozniak K.M. Interactions of a non-selective monoamine oxidase inhibitor, phenelzine, with inhibitors of 5-hydroxytryptamine, dopamine or noradrenaline re-uptake. J Psychiat Res 1984;8:173—89.
6. Gerson S.C., Baldessarini R.J.L. Motor effects of serotonin in the central nervous system. Life Sci 1980;27:1435—51.
7. Hunsinger R.N., Wilson M.C. A comparison of the fenfluramine-induced serotonergic syndrome in rats subacutely treated with either saline or d-amphetamine. Pharmacol Res Comm 1984;16:579—88.
8. Luki I., Nobel M.S., Frazer A. Differential action of serotonin antagonists on two behavioral models of serotonin receptor activation in the rat. J Pharmacol Exp Ther 1984;1:133—9.
9. Oates J.A., Sjoerdsma A. Neurologic effects of tryptophan in patients receiving a monoamine oxidase inhibitor. Neurology 1960;10:1070—8.
10. Sternbach H. Danger of MAOI therapy after fluoxetine withdrawal (letter). Lancet 1988;2:850—1.
11. Beasley C.M., Masica D.H., Heiligenstein J.H., Zerbe R.L. Possible monoamine oxidase inhibitor-serotonin reuptake inhibitor interaction: fluoxetine clinical data and preclinical findings. J Clin Psychopharmacol 1993;13:312—20.
12. Brannan S.K., Talley B.J., Bowden C.L. Sertraline and isocarboxazid cause a serotonin syndrome. J Clin Psychopharmacol 1994;14(2): 144—5.
13. Marley E., Wozniak K.M. Clinical and experimental aspects of interactions between amine oxidase inhibitors and amine re-uptake inhibitors. Psychol Med 1983;13:735—49.
14. Toyama S.C., Iacono R.P. Is it safe to combine a selective serotonin reuptake inhibitor with selegiline. Ann Pharmacother 1994;28: 405—6.
15. Tohgi H., Abe T., Takahashi S., Takahashi J., Hamato H. Concentrations of serotonin and its related substances in the cerebrospinal fluid of parkinsonian patients and their relations to the severity of symptoms. Neuroscience Letter 1993;150:71—4.
16. Baldessarini R.J., Cedarbaum J.M., Schleifer L.S. The Pharmacological Basics of Therapeutics, 8th ed, (ed. A.G. Gilman, T.W. Rall, A.S. Nies, P. Taylor). New York: Pergamon Press; 1990;384—435, 463—85.
17. Suchowersky O., de Vries J.D. Interaction of fluoxetine and selegiline (letter). Canadian J Psychiat 1990;35:571—2.
18. Mason B.J., Blackburn K.H. Possible serotonin syndrome associated with tramadol and sertraline coadministration. Ann Pharmacother 1997;31:175—7.
19. Dingemanse J. Pharmacological interactions with reversible MAOIs and clinical relevance. Eur Neuropsychopharmacol 1993;3(Suppl 3):239—341.
20. Spigset O., Mjornal T., et al. 1993. Serotonin syndrome caused by a moclobemide clomipramine interaction. BMJ 1993;306:248.
21. Fischler B. Serotonin syndrome induced by a combination of sertraline and moclobemide. J Clin Psychiat (submi Hed).
22. Bowdribb T.R., Downey M., Gilbar, P.J. Efficacy and adverse effects of moclobemide. Lancet 1994;343:475.
23. Neuvonen P.J., Pohjola-Sintonen S., Tacke U., Vuori E. Five fatal cases of serotonin syndrome after moclobemide-citalopram or moclobemide-clomipramine overdoses. Lancet 1993;342:1419.
24. George T.S., Godleski L.S. Possible serotonin syndrome with trazodone addition to fluoxetine. Biol Psychiat 1996;39:384—5.
25. Brubacher J.R., Hoffman R.S., Lurin M.J. Serotonin syndrome from venlafaxine-tranylcypromine interaction. Vet Hum Toxicol 1996;38:358—61.
26. Nijhawan P.K., Latz G. and Winter S. Psychiatric illness and the serotonin syndrome: An emerging adverse drug effect leading to intensive care unit admission. Crit Care Med 1996;24:1086—9.
27. Baetz M., Malcolm D. Serotonin syndrome from fluvoxamine and buspirone. Canad J Psychiat 1995;40:428—9.
28. Goldberg R.J., Huk M. Serotonin syndrome from trazodone and buspirone ( letter ). Psychosomatics Pergamon Press 1992;2:235.
29. Salama A.A., Shafey M. A case of severe lithium toxicity induced by combined fluoxetine and lithium carbonate. Am J Psychiat 1989;146:278.
30. Noveske F.G., Hahn K.R., Flynn R.J. Possible toxicity of combined fluoxetine and lithium. Am J Psychiat 1983;146:1515.
31. Evans A.M., Marwick P. fluvoxamine and lithium: an unusual interaction. Br J Psychiat 1990;156:286.
32. Muli E.C., McDonald W., Steffens D., Book S. Serotonin syndrome produced by a combination of fluoxetine and lithium. Am J Psychiat 1993;150:1565.
33. Dorsun S.M., Mathew V.M., Reveley M.A. Toxic serotonin syndrome after fluoxetine plus carbamazepine. Lancet 1993;342:442—3.
34. Stock A.J., Kofoed L. Therapeutic interchange of fluoxetine and sertraline: experience in the clinical setting. Am J Hospital Pharmacy 1994;51:2279—81.
35. Brown W.A., Harrison W. Are patients who are intolerant to one SSRI intolerant to another? J Clin Psychiat 1995;56:30—4.
36. Kreider M.S., Bushnell W.D., Oakes R., Wheadon D.E. A double-blind, randomized study to provide safety information on switching fluoxetine-treated patients to paroxetine without an intervening washout period. J Clin Psychiat 1995;56:142—5.
37. Coplan J.D., Gorman J.M. Detectable levels of fluoxetine metabolites after discontinuation: an unexpected serotonin syndrome. Am J Psychiat 1993;150(Suppl 5):837.
38. Pato M.T., Murphy D.L. Sustained plasma concentrations of fluoxetine and/or norfluoxetine four and eight weeks after fluoxetine discontinuation. J Clin Psychopharmacol 1991;11(Suppl 3):224—5.
39. Preskorn S., Alderman J., Chung M., Harrison W., Messig, Harris S. Pharmacokinetics of desipramine coadministered with sertraline or fluoxetine. J Clin Psychopharmacol 1994;14:90—8.
40. Grimsley S.R., Jann M.W., et al. Increased carbamazepine plasma concentrations after fluoxetine coadministration. Clin Pharmacol and Therapeut 1991;50(Suppl 1):10—15.
41. Dingemanse J. An update of recent moclobemide interaction data. Int J Clin Psychopharmacol 1993;7:167—80.
42. Alderman J., Greenblatt D.J., Allison J., et al. Desipramine pharmacokinetics with the serotonin reuptake inhibitors (SSRIs), paroxetine or sertraline. Neuropsychopharmacology 1994;10(Suppl 3) Part 2:263.
43. Baumann P., Bertschy G. Pharmacodynamic and pharmacokinetic interactions of selective serotonin re-uptake inhibiting antidepressants (SSRIs ) with other psychotropic drugs. Nord J Psychiat 1993;47(Suppl 30):13—9.
44. Lane R.M., Baldwin D., Preskorn S.H. The SSRIs: advantages, disadvantages and differences. J Psychopharmacol 1995;9(Suppl 2):1—16.
45. Wiesel F.A., Raaflaub J., Kettler R. Pharmacokinetics of oral moclobemide in healthy human subjects and effects on MAO-activity in platelets and excretion of urine metabolites. Eur J Clin Pharmacol 1985;28:89—95.
46. Da Prada M., Kettler R., Keller H.H., Haefely W.E. Neurochemical effects in vitro and in vivo of the antidepressant Ro 11-1163, a specific and short-acting MAO-A inhibitor. Pharmacopsychiatry 1983;19:231—45.
47. Kamei J., Mori T., Igarashi H. et al. Serotonin release in nucleus of solitary tract and its modulation by antitussive drugs. Res Commun Chem Pathol Pharmacol 1992;78:371—4.
48. Achamallah N.S. Visual hallucinations after combining fluoxetine and dextromethorphan. Am J Psychiat 1992;149:1406.
49. Nierenberg D.W., Semprebon M. The central nervous system serotonin syndrome. Clin Pharm Therapeut 1993;53:88.
50. Skop B.P., Finkelstein J.A., Maretti T.R., Magoon M.R., Brown T.M. The serotonin syndrome associated with paroxetine, an over-the-counter cold remedy. Am J Emerg Med 1994;12:642—44.
51. Rivers N., Horner B. Possible lethal interaction between nardil and dextromethorphan (letter). Can Med Associat J 1970;103:85.
52. Harvey A.T., Burke M. Comment on: The serotonin syndrome associated with paroxetine, an over-the-counter cold remedy, and vascular disease. Am J Emerg Med 1995;13:605—6.
53. Reynolds R.D. Serotonergic drugs and the serotonin syndrome. Am Family Physician 1994;49:1083—1086.
54. Lappin R.I., Auchincloss E.L. Treatment of serotonin syndrome with cyproheptadine (letter). N Engl J Med 1994;331:1021—2.
55. Sporer K.A. The serotonin syndrome. Implicated drugs, pathophysiology and management. Drug Saf 1995;13: 94—104.
56. Мосолов С.Н. Клиническое применение современных антидепрессантов. Медицинское информационное агентство. С-Петербург 1995;89—101.
57. Graber M.A., Hoehns T.B., Perry P.J. Sertraline-phenelzine drug interaction; a serotonin syndrome reaction. Annals Pharmacother 1994;28:732—735.
Возврат к содержанию| Возврат на home page "Международного журнала медицинской практики"| Возврат на home page издательства "МедиаСфера"